авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

«Учреждение Российской академии наук Институт Европы РАН Е.П. Тимошенкова ГЕРМАНСКИЙ ВОПРОС ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ...»

-- [ Страница 4 ] --

Третье пленарное заседание состоялось 12 сентября в 16 ча сов по московскому времени. После того как министры иност ранных дел доложили результаты переговоров, дискуссия при обрела ещё более жёсткий и непримиримый характер. А осто рожное выступление Аденауэра, в котором он поддержал идею продолжения переговоров на уровне уполномоченных делега ций, фактически означало провал переговоров. «Наше предло жение, – учитывая, что и у вас нет неограниченного времени, – передать эти вопросы экспертам для дальнейшего рассмот-рения, – заявил канцлер»267.

Н.А. Булганин попытался исправить ситуацию, при этом со ветская делегация начала понимать, что без решения судьбы на ходящихся в СССР немцев достичь соглашения вряд ли будет возможно268.

Очень резко на этом заседании выступил Н.С. Хрущёв, жёс тко заявив: «Вместо того чтобы принять это предложение (об установлении дипломатических отношений), нам фактически ставят ультиматум. Мы никак не можем с этим смириться, не можем этого терпеть». Хрущёв высказался категорически про тив того, чтобы рассматривать сначала вопрос «о досрочном освобождении преступников, отбывающих наказание за свои злодея-ния». Он высказался ещё прямолинейней: «Следует ре шать во-просы прямо. Возьмём вопрос о дипломатических от ношениях. Если он созрел – давайте решим его. Если не созрел – давайте отложим. Никаких дополнительных комиссий, ника ких других делегаций не следует создавать, так как в них нет никакой необходимости, и поэтому мы против этого. Думаю, что когда вы вносите такое предложение, то это делается не для того, чтобы прийти к установлению дипломатических от ношений между СССР и ГФР, а для того, чтобы затянуть дело, ввести в заблуж-дение немецкую общественность, советскую общественность, мировую общественность»269.

В своих воспоминаниях Конрад Аденауэр отмечал, что с Там же. С. 120-121.

Стенограмма заседания министров иностранных дел СССР и ГФР. 12 сен тября 1955 г., 10 час. 00 мин. Цит. по: «Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы». С. 122.

Там же. С. 127.

тру-дом сдержал себя в тот момент, чтобы не покинуть конфе ренц-зал. По-видимому, он считал продолжение дискуссии бес смыс-ленным, поэтому вечером 12 сентября вызвал самолёт для досрочного отлёта делегации ФРГ за сутки до намеченной даты270.

Переговоры не были прерваны в тот момент лишь потому, что Булганин предложил перенести обсуждение на следующий день, поскольку до начала приёма, который глава советского пра-вительства давал в Кремле в честь федерального канцлера, оста-валось 15 минут. Именно этим вечером в переговорах был достигнут прорыв, благодаря личному общению лидеров.

В доверительной беседе Булганин попытался ещё раз выяс нить, что же в действительности мешает канцлеру пойти на за ключение договора об установлении дипломатических, торго вых и культурных отношений.

Он обратился к Аденауэру: «Связаны ли Вы какими-либо обязательствами перед другими державами?». Канцлер ответил отрицательно. «Дело в ГДР?» – уточнил Булганин. «Это играет определённую роль, но эту проблему можно решить с помощью оговорок», – ответил Аденауэр. Булганин не стал выражать свою точку зрения по этому вопросу, но дал понять канцлеру, что он и сам об этом думал и рассматривал подобный вариант как воз можное решение проблемы. «Тогда что же?» – повторил свой во-прос Булганин271.

В ответ канцлер объяснил, что без возвращения задержи вае-мых в Советском Союзе немцев немецкая общественность не одобрит установление дипломатических отношений по пси холо-гическим причинам, и попросил Булганина сделать хоть неболь-шой шаг в этом направлении.

После некоторого раздумья Булганин предложил заключить компромисс: «Давайте придём к соглашению. Подпишите пись-мо (об установлении дипломатических отношений), и мы вам от-дадим всех-всех. Через неделю. Мы даём Вам наше честное сло-во». Аденауэр переспросил, идёт ли речь о всех немцах или толь-ко об осуждённых. Согласно переводчику См. подобнее: Новик Ф.И. «Оттепель» и инерция холодной войны (Гер манская политика СССР в 1953-1955гг.), М., 2001. С. 209.

Aufzeichnung ueber das Gespraech zwichen den Herrn Bundeskanzler und Mi nistrpraesident Bulganin beim Empfang im Kreml. 12. September 1955. Цит. по:

«Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и ма териалы». С. 133.

Брауну, записавшему беседу, Булганин ответил «всех, всех, всех!». Однако сам переводчик, составивший запись оговари вается, что Булганин произнёс это импульсивно и возможно прослушал суть вопроса.

Тут же на приёме данное Булганиным согласие было огово рено с Хрущёвым, который только что обсудил эту тему с ми нистром-президентом Арнольдом. Конрад Аденауэр поднял во-прос о письменном оформлении договорённости, то натолк нул-ся на жёсткое сопротивление – договорённость должна была ос-таться джентльменским соглашением, формально не связанной с решением вопроса об установлении дипломатиче ских отноше-ний272.

Таким образом, принципиальное согласие по главным во просам было достигнуто. Сторонам осталось лишь договорить ся о деталях на следующем заседании, которое состоялось сентября и проходило в узком составе (Булганин, Хрущёв. Мо лотов, Семёнов с советской стороны и Аденауэр, фон Брентано и Хальштейн – с немецкой). На этой встрече был конкретизиро ван порядок решения судьбы военнопленных. Советский Союз брал на себя обязательство вернуть осуждённых (9626 человек) в Гер-манию – в ФРГ и ГДР – соответственно их довоенному месту жительства, при этом те из них, кто не заслуживал поми лования, должны были продолжить отбывать наказание на ро дине. Советское правительство было готово рассмотреть более широкие списки «задерживаемых» немцев. Те немцы, которые работали в Советском Союзе по трудовым контрактам, могли вернуться на-зад по истечении срока соглашения. При этом дан ная договорён-ность носила устный характер и не фиксирова лась на бумаге273.

После этого делегации, работая попеременно в полном со ставе и редакционной группе министров, подготовили решение по трём вопросам: установление дипломатических отношений, оговорки ФРГ и итоговое коммюнике.

После завершения переговоров Молотова и Хальштейна обе делегации собрались для утверждения текста писем об уста нов-лении дипломатических отношений. И здесь произошёл второй инцидент, который чуть не поставил переговоры на Там же. С. 134.

Протокольная запись заседания правительственных делегаций СССР и ГФР в узком составе. 13 сентября 1955 г., 10 час. 00 мин. Цит. по: «Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы С. 137-142.

грань срыва. Конрад Аденауэр зачитал и передал советской де легации текст заявления, в котором говорилось, что «оконча тельное урегулирование границ Германии предоставляется мирному договору», и «установление дипломатических отно шений с Советским Со-юзом не означает никакого изменения правовой точки зрения Федерального правительства относи тельно его полномочий пред-ставлять германский народ в меж дународных делах, что касает-ся политических отношений в тех германских районах, которые в настоящее время находятся вне его эффективного суверените-та»274. Фактически зачитав эти оговорки, канцлер следовал дого-ворённости, заключённой между Молотовым и Хальштейном.

Однако это вызвало резкие возражения со стороны Булгани на и Хрущёва, которые были против того, чтобы данное заяв ление фигурировало в протоколе переговоров. Вячеслав Моло тов, увидев столь негативную реакцию своего руководства, по спешил отказаться от данного им в ходе беседы с Хальштейном согласия и сказал, что «впервые об этом слышит», хотя догово рённость по этому вопросу действительно была достигнута275.

Несмотря на последовавший вслед за этим инцидентом рез кий обмен мнениями канцлер забрал своё заявление, которое он озвучил затем 14 сентября на пресс-конференции276. Немецкий исследователь Борис Майсснер рассматривает оглашение этих оговорок, как хорошо продуманный политический шаг Аде науэра, который «давал важный козырь в руки Федеративной Германии» на пути дальнейшего объединения Германии277.

16 сентября в газете «Правда» было опубликовано ответное заявление ТАСС, в котором отмечалось, что «Советское прави тельство рассматривает Германскую Федеральную Республику как часть Германии. Другой частью Германии является Гер ман-ская Демократическая Республика. В связи с установлени Стенограмма четвёртого заседания правительственных делегаций СССР и ГФР (окончание). 13 сентября 1955 г. 18 час. 50 мин. Цит. по: «Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы». С. 177.

Цит. по: Новик Ф.И. «Оттепель» и инерция холодной войны (Германская политика СССР в 1953-1955 гг.), М., 2001. С. 216.

Опубликовано в газете «Правда» 15 сентября 1955 г.

Майсснер Б. Внешнеполитическая сторона (дипломатический аспект) вос соединения Германии в германо-советских отношениях, двусторонний дого вор 1990 года и его значение для немецко-российских связей. На пути к воссо единению Германии и к нормализации германо-российских отношений. М., 2001. С. 22.

ем ди-пломатических отношений между Советским Союзом и Герман-ской Федеральной Республикой Правительство СССР считает необходимым заявить, что вопрос о границах Герма нии решён Потсдамским соглашением, и что Германская Феде ральная Рес-публика осуществляет свою юрисдикцию на тер ритории, находящейся под её суверенитетом»278.

13 сентября 1955 г. главы двух правительств подписали пись-ма аутентичного содержания о решении установить ди пломати-ческие отношения между СССР и ФРГ. В письмах особо подчёркивалось, что «установление и развитие нормаль ных отношений между Германской Федеральной Республикой и Советским Союзом будет содействовать решению неурегули рованных вопросов, касающихся всей Германии, и тем самым поможет разрешению главной общенациональной проблемы немецкого народа – восстановлению единства германского де мократическо-го государства»279.

Соглашение об установлении дипломатических отношений между ФРГ и СССР вступило в силу после одобрения бундес та-гом ФРГ 23 сентября и утверждения Президиумом Верхов ного Совета СССР 24 сентября 1955 г.

5. Реакция Запада на заключение соглашения. Цели и причины установления дипломатических отношений.

Какова же была реакция на заключение этого соглашения?

Ещё за сутки до завершения переговоров Конрад Аденауэр уве рял западных союзников, что продолжит вести жёсткую линию.

«Твёрдость – это единственный знак, понятный им (Советам), – сообщал британский посол в Лондон280. Насколько сильным должно было быть их удивление и разочарование, когда стало известно о подписании соглашения об установлении диплома тических отношений. Тем более, что Аденауэр согласился на об мен послами, не получив фактически ни единой уступки в во про-се объединения Германии, ни одного письменного под твержде-ния договорённости об освобождении задерживаемых немцев, лишь устные заверения советского правительства Заявление ТАСС опубликовано в газете «Правда», 16 сентября 1955 г.

Письмо К. Аденауэра, Н.А. Булганина 13 сентября 1955 г. Цит. по: «Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы». С. 187.

Вернер Килиан. Цели московского визита Аденауэра. Взгляд назад в буду щее. К 50-летию установления дипломатических отношений. Blick zurueck in die Zukunft. Zum 50. Jahrestag der Aufnahme der diplomatischen Beziehungen, М., 2005. С. 139.

отпустить во-еннопленных.

Посол США в СССР Ч. Болен был буквально в ярости и срав-нивал поведение Аденауэра в Москве чуть ли не с поведе нием Чемберлена в Мюнхене. Тогдашний министр иностран ных дел Великобритании Г. Макмиллан был близок в оценке с мнением своего американского коллеги: «Большой успех для советской дипломатии, отнюдь не улучшивший (для Запада) перспективы предстоящей конференции министров иностран ных дел»281.

Мнение, что канцлер проявил непростительную уступчи вость, имело место и в западногерманской прессе. Некоторые политкомментаторы, как, например, графиня Дёнхоф из газеты «Цайт», считали, что поскольку для СССР было чрезвычайно ва жно заиметь посольство в Бонне, канцлер запросил слишком ма-ленькую цену. По мнению графини, нужно было требовать реальных мер на пути к объединению Германии. Добившись «лишь возвращения пленных», канцлер «свободой десяти тысяч узако-нил рабство 17 миллионов»282.

Даже некоторые из собственных дипломатов канцлера были убеждены в том, что он слишком легко уступил. Профес сор Вильгельм Греве, специалист по международному праву, возглавлявший в то время политический отдел МИД, в своих мемуарах написал, что Аденауэр должен был проявить большую твердость, тогда ему удалось бы добиться уступок по вопросу объединения. Вероятно, подобных взглядов придер живались и другие сотрудники германского МИД. Не случайно Аденауэр, отвечая на вопрос одного журналиста после своего возвращения в Бонн о том, кто был его самым жёстким против ником в Моск-ве, ответил: «Это были господин Брентано и господин Хальш-тейн!»283. Видимо канцлеру стоило немалых усилий убедить дру-гих членов делегации в правильности вы бранной им линии ве-дения переговоров.

Вероятно аргумент Аденауэра, что он стремился освободить своих соотечественников, не добавлял большого оптимизма и Цит. по: Филитов А.М. Германский вопрос от раскола к объединению. М., 1993. С. 163.

Цит. по: Вернер Килиан. Цели московского визита Аденауэра. Взгляд назад в будущее. К 50-летию установления дипломатических отношений. Blick zu rueck in die Zukunft. Zum 50. Jahrestag der Aufnahme der diplomatischen Bez iehungen, М., 2005. С. 135.

Там же. С. 139.

его западным союзникам. Ещё в начале 1955 г. канцлер попро сил Верховных комиссаров воздействовать на оппозицию, кото рая вступила в контакт с советскими представителями на пред мет освобождения немецких граждан, находившихся в СССР284.

Получается, что на тот момент судьба соотечественников забо тила канцлера меньше, чем борьба с собственной оппозицией.

Фактически Аденауэр использовал вопрос о возвращении воен нопленных для укрепления собственных позиций внутри стра ны, отклонившись от согласованной с союзниками стратегии.

Закономерно вставал вопрос о том, насколько верным союзни ком в действительности был канцлер, и не возникнет ли в буду щем ситуация, при которой Аденауэр пойдёт на большие уступ ки и договорится самостоятельно с Советским Союзом в обход интересов Запада?

Немецкая газета «Франкфуртер Рундшау», отмечая недо умение Западных держав относительно мотивов поведения Аде-науэра в Москве, написала по этому поводу следующее:

«Впечатление о том, что Аденауэр после поездки в Москву вы ражается о русско-немецких отношениях иначе, чем он гово рил ранее, в Вашингтоне очень сильное. Некоторые круги за били тре-вогу. Эти круги – их можно найти и в министерстве иностранных дел – обозначают результат московской миссии примерно следующим образом: доктор Аденауэр опытный по литик. Если он после своего возвращения находит слова о мощи, значении и о готовности к миру Советского Союза, хотя он был и остаётся принципиальным врагом коммунизма, то для этого могут быть две причины. Он был под таким сильным впечатлением от уви-денного или услышанного в Москве, что изменил свои воззрения относительно России;

или он понял, что для будущего Германии будет выгодно не опираться пол ностью на Запад, а вес-ти политику балансирования». «Други ми словами, – констатиро-валось в газете, – возврат к традици онной русской политике»285.

Пытаясь объяснить столь неожиданный итог переговоров, западные аналитики предположили, что возможно между Аде науэром и советскими лидерами было заключено секретное со См. подробнее: Филитов А.М. Германский вопрос. От раскола к объедине нию. Новое прочтение. М., 1993. С. 166-167.

Frankfurter Rundschau 23 September 1955. Die Debatte in Bonner Bundestag ueber die Aufnahme diplomatischer Beziehungen mit der Sowjetunion. Berlin, den 11. Oktober 1955. MfAA, A9656, № 1. S. 35.

глашение. Вспомнили и о «Рапалло» 1922 г., и даже о секрет ном соглашении «Молотова–Риббентропа» 1939 г.

Подобные опасения ужаснули Аденауэра. Поэтому ещё на пресс-конференции в Москве, данной им перед отлётом в Бонн, он подчеркнул, что «Правительством ФРГ в ходе московских переговоров не заключено никаких тайных соглашений или усло-вий какого-либо рода». И обращаясь через головы журна листов к своим союзникам по НАТО, он заявил: «Во время переговоров нам не предлагали, чтобы мы отказались от наших договорных обязательств с Западом, касающихся участия в Западноевропей-ском союзе и НАТО. В этом отношении ниче го не изменилось…»286.

Вернувшись в Бонн, канцлер ещё раз заверил обществен ность и вместе с ней союзников в верности проводимой им по литики ориентации на Запад. В своём выступлении перед жур налистами 16 сентября он заявил: «Я думаю, мы правильно по ступили, при-няв предложение Советского Союза. Во-первых, потому, что СССР занимает большую площадь и на сегодняш ний день явля-ется одной из наиболее мощных и сильных дер жав. В этом невозможно сомневаться и от этого не уйти»287. По мнению канц-лера, было бы неразумно отклонить советское предложение, ко-гда Германии не пришлось об этом просить.

«И хотя мы решили установить дипломатические отношения, это ничего не меняет, – подчеркнул Аденауэр, – совсем ниче го не меняет, так же мало, как и для других стран (имеются ввиду такие страны как США, Великобритания, Франция) – в том, что мы сохраняем наши обязанности перед организаци ями Запада, в которые мы вступили, исходя из внутреннего убеждения, и остаёмся им верными»288.

Ещё более чётко продолжил мысль верности союзническим обязательствам министр иностранных дел фон Брентано: «Я хо тел бы ещё раз подчеркнуть, что во время переговоров мы не дали Советам повода для сомнений относительно того, что Сообщение о пресс-конференции К. Аденауэра 14 сентября 1955 г. Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы.

С. 198.

Zur Regierungserklaerung Adenauers (AND-Information, 22 September 1955.

S. 4), MfAA, A 9656 № 1б. S. 22.

Pressekonferenz mit Bundeskanzler Dr. Adenauer und Aussenminister Dr. von Brentano. 16. September 1955, 10.00 Uhr, im Bundeshaus, CDU-Sietzungssaal.

Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и мате риалы. С. 205.

установление дипломатических отношений не приведёт к изме не-нию политики германского правительства в отношении Со ветского Союза… Вскоре у меня будет возможность в Нью Йорке встретиться с министрами иностранных дел США, Бри тании и Франции, и я ещё раз, если понадобятся разъяснения, повторю этот центральный пункт нашей политики». Министр иностранных дел объяснил, что не стоит придавать большое значение ус-тановлению дипломатических отношений с Совет ским Союзом, поскольку этот факт носит формальный харак тер: «Установление с Советским Союзом дипломатических от ношений ни в ко-ем случае не стоит путать с установлением межгосударственных договорных отношений или с заключени ем договора о дружбе. Подобные взгляды разделяют и наши советские партнёры по переговорам… Как уже сказал госпо дин канцлер, и я хотел бы это подчеркнуть – настоящая разряд ка стоит в конце политических решений, а не в начале»289.

Надо заметить, что, выступая перед бундестагом, Аденауэр в отличие от московских переговоров, когда он большую часть своей энергии посвятил борьбе за освобождение немецких во еннопленных, подробно остановился и на теме немецкого един ства. Убеждая немецких депутатов в правильности принятого ре-шения, Аденауэр не раз подчеркнул, что установление ди плома-тических отношений будет способствовать прогрессу и в этом вопросе: «Нормализация отношений ни при каких об стоятельствах не легализует ненормальное состояние - раздел Германии». Однако без Советского Союза, поскольку он несёт ответственность, как и другие державы–победительницы, за воссоединение Германии, объединение, по мнению Аденауэра, невозможно: «С другой стороны Советский Союз – одна из держав–побе-дительниц, без взаимодействия с которой наши стремления во внешней политике к восстановлению единства страны, осуществить будет невозможно»290.

Тот факт, что в соглашении было записано, что установле ние дипломатических отношений «поможет решению главной национальной проблемы всего немецкого народа – восстановле нию единства немецкого демократического государства» пре подносился Аденауэром и другими политиками, как официаль Там же. С. 209.

Regierungserklaerung des Bundeskanzlers Dr. Adenauer zu den Moskauer Ver einbarungen. 22. September 1955. Визит канцлера Аденауэра в Москву 8- сентября 1955 г. Документы и материалы. С. 217-219.

ное признание СССР своей ответственности по скорейшему ре шению этого вопроса291. «Я рассматриваю это всё-таки как про гресс, что Советский Союз признал обязательство восстановить единство Германии как обязательство Советского Союза», – за явил он 11 октября в Бундестаге. И далее: «Я придаю большое значение констатации этого признания Советского Союза…»292.

По мнению немецкого исследователя Бориса Майсснера, Со ветский Союз, соглашаясь на включение этой формулировки, публично признавал, что восстановление государственного един-ства Германии является легитимной целью внешней по литики ФРГ. Более того, тем самым «СССР брал на себя обяза тельства содействовать достижению этой цели»293. Здесь хочет ся добавить, что он никогда, по крайне мере публично, от этой цели не отказывался.

Рекомендуя одобрить заключение соглашения об установле нии дипломатических отношений с Советским Союзом, канц лер заверил немецких депутатов, что ФРГ была и останется ча стью западной культуры: «Немецкая принадлежность к Западу намно-го глубже, чем политические обстоятельства, она осно вана на её неотделимой принадлежности к христианскому культурному миру. Я обязан во всех формах для себя, для пра вительства, для всего немецкого народа на Западе и на Востоке объявить: Германия – часть Запада, его духовной и социальной структуры, его исторической традиции, согласно желанию его народа. Правительство и дальше будет стараться следовать европейской интеграции и ещё больше укреплять безопасность свободы»294. Более того, установление дипломатических отно шений с Совет-ским Союзом не только не противоречит, по мнению Аденауэ-ра, интересам Запада, но и служит им, по скольку «вместе с ФРГ, однозначно западноевропейским госу дарством, голос Запада в Москве станет ещё сильнее». «И нет никакого противоречия ме-жду нашим решением – установить дипломатические отноше-ния с Советским Союзом и линией Zur Regierungserklaerung Adenauers (AND-Information, 22 September 1955, S. 4), MfAA, A 9656, № 1. S. 22.

Die Debatte in Bonner Bundestag ueber die Aufnahme diplomatischer Bez iehun-gen mit der Sowjetunion. Berlin, den 11. Oktober 1955. MfAA, A9656, № 1.

S. 23.

Майсснер Б. На пути к воссоединению Германии и нормализации герма но-российских отношений. Избранные сочинения. Москва, 2001. С. 86.

Kollektive Sicherheit und Deutschlandsfrage. (AND-Information, 22 September 1955. S. 5). MfAA, A 9656 № 1. S. 23.

нашей внешней политики, ко-торую мы будем продолжать проводить со всей решимостью при любых обстоятель ствах»295.

Как видим, свою речь в Бундестаге в защиту достигнутых в Москве соглашений Аденауэр продумал до мельчайших дета лей. В ней были подняты не только животрепещущие темы во еннопленных и объединения Германии, но и изложены даль ней-шие направления внешней политики. Фактически речь была рас-считана на завоевание поддержки всех партий. Тем не ме нее, она вызвала острую дискуссию среди депутатов. Особенно жар-кие споры разгорелись вокруг вопроса об объединении Германии и связанной с ним дальнейшей внешней политикой.

Основным оппонентом канцлера в бундестаге стал лидер фракции СДПГ Олленхауэр. Он оценил переговоры в Москве как однозначное поражение проводимой канцлером «политики силы»: «Решающий тезис правительства и его большинства здесь в этом доме о политике по воссоединению Германии – вхождение Федеративной Республики в НАТО, единство и сила Запада вынудят Советский Союз отказаться от оккупируемой ими зоны Германии – полностью провалился. И даже такому яркому пред-ставителю политики силы, как господину канцле ру, ничего дру-гого не осталось, как самому признать, согласив шись с русским требованием установить дипломатические от ношения между Бонном и Москвой, полную ошибочность сво ей оценки советской реакции на вооружение Федеративной Республики»296. Председатель СДПГ обозначил результат пере говоров в Москве как победу Советов: «Соглашение в своей по литической час-ти – прежде всего, успех Советов, а не ФРГ и Запада»297.

Главная причина неудачи стратегии Аденауэра, по мнению Олленхауэра, заключалась в том, что Западная Германия вошла в НАТО: «Московские переговоры без сомнения чётко проде монстрировали, что Парижские соглашения не являются клю чом к воссоединению Германии. Советский Союз в действитель Regierungserklaerung des Bundeskanzlers Dr. Adenauer zu den Moskauer Ver einbarungen. 22. September 1955. Визит канцлера Аденауэра в Москву 8- сентября 1955 г. Документы и материалы. С. 214.

Die Debatte in Bonner Bundestag ueber die Aufnahme diplomatischer Bez iehun-gen mit der Sowjetunion. Berlin, den 11. Oktober 1955. Zur Rede des SPD Abge-оrdneten Ollenhauer. MfAA, A9656, № 1. S. 26.

Zur Rede des SPD-Abgeоrdneten Ollenhauer. MfAA, A9656, № 1. S. 26.

ности поступил так, как он нам сообщал перед ратификацией договора. Он отклоняет восстановление единства Германии, если ФРГ является членом НАТО, и требует, кроме того, что-бы в будущих переговорах по воссоединению Германии участвовало правительство в Панкове…»298. Подобный сцена рий для Оленхауэра неприемлем: «Теперь мы не можем одни как немцы решить эту проблему. Наоборот, требование дискус сии о не-мецком воссоединении на уровне совместных немец ких перего-воров путём прямых консультаций между Бонном и Панковым об основных принципах объединения без предвари тельных обсуждений с четырьмя державами сыграло бы на руку намерению Москвы, решить немецкий вопрос по примеру Пра ги и Варшавы. Это невозможно»299.

Тезис о невозможности взаимодействия с правительством ГДР подержал и председатель СвДП Делер: «Мы можем только сказать: Панков не является для нас контрагентом. Мы не мо жем себе представить, вести переговоры о судьбе людей с пра вительством, которое не было свободно избранно…»300.

Лидеры представленных в бундестаге партий поддержали канцлера в его нежелании вести переговоры по объединению Германии с правительством ГДР. Однако, что касается дальней ших внешнеполитических шагов Бонна, то не все депутаты со гласились с линией Аденауэра, предусматривавшей возврат ФРГ к однозначной ориентации на Запад и к фактическому замора живанию достигнутого в отношениях с Советским Союзом про-гресса. Насколько неприятной для депутатов являлась мысль о том, что вопрос объединения Германии зависит теперь от пози-ции непризнаваемого ими правительства ГДР, настоль ко привлекательней для них становилась идея использования дипломатических отношений с Москвой для достижения гер манского единства в обход восточногерманского руководства.

Председатель СДПГ приветствовал установление диплома тических отношений с Москвой: «Мы за нормальные отноше ния с Советским Союзом». Но подчеркнул, что «это ничего не меняет в наших разногласиях между социал-демократическими и коммунистическими воззрениями». Нормализация отношений между Бонном и Москвой, по мнению Олленхаура, явилась Имеется ввиду правительство ГДР.

Zur Rede des SPD-Abgeоrdneten Ollenhauer, MfAA, A9656, № 1. S. 27.

Ebd. S. 28.

Zur Rede des FDP-Fraktionsvorsitzenden Dehler, MfAA, A9656, № 1. S. 32.

«ре-зультатом общей политики разрядки между великими дер жава-ми и может покончить с периодом так называемой холод ной войны». Председатель СДПГ выразил надежду, что уста новление дипломатических отношений «на долгое время отвра тит опасность горячей войны», и призвал к развитию дебатов по внешней политике Германии перед Женевской конференцией для того, чтобы выработать «единую стратегию ФРГ в вопросе объедине-ния»301.

Представитель свободных демократов высказался более осторожно, но в целом поддержал мысль о необходимости фор ми-рования общей стратегии, с тем, чтобы использовать воз можность, которую даёт установление дипломатических отно шений, для решения германского вопроса: «Если немецкий по сол отправится в Москву, нужно это использовать также путём развития немецких планов, чтобы устранить напряжённости и облегчить Советам согласие на воссоедине ние Германии»302.

Против подобных примирительных настроений очень резко выступил председатель фракции ХДС Кроне. Он призвал депу татов не терять бдительность: «Москва до сих пор не отказалась от своего тезиса о мировой революции. Периоды сосущество ва-ния и мировых революций сменяют друг друга… Поэтому мы должны сегодня также указать на опасность, что Восток может использовать новые возможности интеграции для на ступления. Мы должны учитывать усиливающуюся пропаган ду. Уже сего-дня существует множество замаскированных ор ганизаций. Кто знает, возможно, их число будет расти. Исполь зуют торговлю, культуру, а в основе – пропаганда, в основе – политика».

Ещё более жёстко Кроне выступил за дальнейшее продол жение прежнего внешнеполитического курса на интеграцию с Западом и любое отрицание кооперации с Советским Союзом:

«Позвольте мне в связи с этим указать на некоторые спекуля ции. Есть круги, которые предлагают подождать, поскольку в буду-щем, когда пройдёт время Аденауэра, будет легче решить Германский вопрос. Я могу предупредить эти спекуляции, осо Die Debatte in Bonner Bundestag ueber die Aufnahme diplomatischer Bez iehun-gen mit der Sowjetunion. Berlin, den 11. Oktober 1955. Kollektive Sicher heit und Deutsche Frage, Zur Rede des SPD-Abgeordneten Ollenhauer. MfAA, A9656, № 1. S. 26-27.

Zur Frage der Wiedervereinigung, MfAA, A9656, № 1. S. 36.

бенно на Востоке, и чётко заявить, что мы – немцы ни сегодня, ни позже не пойдём на заключение нового Рапалло…»303.

В целом депутаты одобрили установление дипломатических отношений с Советским Союзом и согласились с тем, что пере говоры с правительством ГДР по достижению единства Герма нии не являются вариантом решения проблемы.

Очень верно, на наш взгляд, подвела итог выступлению бун-десканцлера перед правительством газета «Базелер Нацио наль-цайтунг». 23 сентября 1955 г. на её страницах писалось:

«Значе-ние этого выступления состоит в акцентах, которые с одной стороны заключаются в подтверждении верности совместной с Западом политике, с другой стороны – отказе от какого-ли-бо признания или переговоров с восточно-зональ ным правитель-ством в Панкове. Фаза пожатия рук прошла. С Россией снова будут говорить жёстко. Правительство и бун десканцлер хотят разрушить последние сомнения в том, что даже обмен послами с Советским правительством не мо жет привести хотя бы к незначительному подрыву запад ной ориентации Федеративной Республики»304.

Какой же смысл был заключать соглашение, которое не со бирались наполнять конкретным содержанием?

Аденауэр не мог отказаться от приглашения в Москву, одна-ко он мог вернуться домой и без установления дипломати ческих отношений, поручив этот вопрос специальным комисси ям. Кан-цлер блестяще использовал этот внешнеполитический шанс для укрепления своих собственных позиций внутри стра ны. «Вот когда нужно было проводить выборы», – сказал он в день возвращения из Москвы президенту бундестага Герстен майеру305. На следующих выборах в бундестаг ХДС/ХСС впер вые получи-ли абсолютное большинство.

Однако помимо повышения личного авторитета перед изби рателями, канцлер добился и усиления позиций ФРГ на между народной арене. Не случайно в своём выступлении перед депу татами и прессой он не раз подчёркивал, что их более могуще Zur Rede des CDU-Fraktionsvorsitzenden Krone, MfAA, A9656, № 1. S. 31.

Presseecho zur Regierungserklaerung Adenauers und zu den Diskussionsbeitra egen, MfAA, A9656, № 1. S. 35.

Цит. по: Клиан В. Цели московского визита Аденауэра. Взгляд назад в буду-щее. К 50-летию установления дипломатических отношений. Blick zur ueck in die Zukunft. Zum 50. Jahrestag der Aufnahme der diplomatischen Beziehun gen, М., 2005. С. 142.

ственные союзники США, Великобритания и Франция в от личие от ФРГ, имеют дипломатические представительства в Москве: «…несмотря на нашу принадлежность к НАТО, не смотря на нашу принадлежность к Западноевропейскому Сою зу, другие страны этих двух организаций имеют свои посоль ства в Со-ветском Союзе, в то время как мы до сих пор не име ем»306.

Был ещё один важный момент, оказавший влияние на при нятие решения. Несмотря на распространённое в те времена и перешедшее на страницы научных исследователей мнение об Аденауэре как о наиболее яром и не сгибаемом приверженце политики силы по отношению к Советскому Союзу, канцлер, по нашему мнению, в установлении дипломатических отноше ний с Москвой действительно видел возможность разрядки международных отношений. «Я хотел бы подчеркнуть ещё одно, – ска-зал Аденауэр журналистам. – Советские лидеры обеспокоены, смогут ли они выполнить свои внутренние зада чи, одновремен-но тратя силы на вооружение. Это причина, по чему им хочется иметь период мира… Было бы неправильно пройти мимо этого желания и не использовать его со всей осторожностью и преду-смотрительностью для разрядки. Куда приведёт это мирное раз-витие, мы сейчас не знаем. Возможны два пути, может случить-ся, что человечество и Советский союз привыкнут жить в мире, но может получиться и так, что старые или сегодняшние методы снова вернутся в международ ную политику»307.

В любом случае, и здесь мы повторим слова канцлера, «было бы неправильно» не использовать подобную возмож ность для облегчения напряжённости на европейском континен те, господ-ствовавшей в середине 50-х гг.

Заключив соглашение, Аденауэр проявил не только извест ную самостоятельность, показав, что он не «подрастающий мо лодой человек», которого три западные державы «по желанию Pressekonferenz mit Bundeskanzler Dr. Adenauer und Aussenminister Dr. Bren tano. 16. September 1955, 10.00 Uhr, im Bundeshaus, CDU-Sitzungssaal. Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы.

С. 204.

Pressekonferenz mit Bundeskanzler Dr. Adenauer und Aussenminister Dr. Bren tano. 16. September 1955, 10.00 Uhr, im Bundeshaus, CDU-Sitzungssaal. Визит канцлера Аденауэра в Москву 8-14 сентября 1955 г. Документы и материалы.

С. 208.

берут с собой или оставляют дома», но и способствовал улуч шению позиций своей страны. Установление дипломатических отношений с Советским Союзом являлось демонстраций суве ренитета ФРГ, полученного ею после ратификации договора с Федеративной Республикой Германии в 1955 г.

Рассмотрим теперь, какими целями руководствовался Со вет-ский Союз, предлагая ФРГ установить дипломатические отношения.

Вступление ФРГ в НАТО, состоявшееся в мае 1955 г., фак тически свело на нет многолетние усилия Советского Союза – не допустить милитаризации Западной Германии. Долгое время Москва, выступая за объединение германских государств, стре милась закрепить за послевоенной Германией нейтральный ста тус. С ратификаций ФРГ Парижских соглашений ситуация из менилась, и нужно было на неё реагировать. С одной стороны, в качестве ответного шага была создана организация Варшав ского Договора, которая стала важном инструментом удержа ния баланса сил на европейском континенте. С другой сторо ны, оформление двух противостоящих друг другу военно-по литиче-ских блоков на фоне напряжённых отношений между Востоком и Западом могло способствовать возникновению прямого воен-ного конфликта с тяжелейшими последствиями для всей Европы и мира. Не принимать возможность подобно го развития со-бытий всерьёз было просто невозможно. На личие соседа, с которым нет дипломатических отношений, и более того, отсутствует даже мирный договор, усугубляло си туацию ещё больше, делая её фактически непредсказуемой.

Необходимо было снизить возникшие риски, как минимум за фиксировав сложивший-ся баланс сил. Возможно ли было в той ситуации добиться боль-шего и получить дополнительные ди виденды?

По мнению историка А.А. Ахтамзяна, задача советской ди пломатии после вступления ФРГ в НАТО сводилась к тому, чтобы «добиться закрепления послевоенного статус-кво и при знания ГДР»308.

В отличие от своего российского коллеги Г. Веттиг убе ждён, что цели Советского Союза были намного шире, чем Ахтамзян А. Миссия канцлера Конрада Аденауэра в Москву – уникальное событие в истории дипломатии ХХ века. Взгляд назад в будущее. К 50-летию установления дипломатических отношений. Blick zurueck in die Zukunft. Zum 50. Jahrestag der Aufnahme der diplomatischen Beziehungen, М., 2005. С. 110.


прос-то фиксация сложившегося положения. Учёный уверен, что глав-ной причиной, побудившей советское руководство к установле-нию дипломатических отношений с Федеративной Республикой, было стремление «усилить своё влияние на ФРГ в целях ос-вобождения её из «зависимости от США и склонить её к созда-нию системы коллективной безопасности в Европе, которая за-менила бы собой НАТО»309. При этом в Москве были убеждены, что выход Западной Германии из НАТО, за чем последует вывод западных войск с её территории, будет означать начало распада альянса.

Советский расчёт, по мнению учёного, основывался отнюдь не на надежде, что Аденауэр и его политический лагерь изме нят свой курс. Советские лидеры исходили из того, что им удастся на основе дипломатических отношений «поддерживать деятелей и группы, выступающие против политики Аденауэра, чтобы с их помощью на внутриполитическом уровне подорвать западный союз»310.

Вероятно, надежда связывалась, прежде всего, с СДПГ, ко торая участвовала в «Пауланскирхенском движении», предупре ждавшем, что вступление ФРГ в НАТО воспрепятствует объе динению Германии. С другой стороны, Кремль, мог делать став-ку на определённые круги в буржуазном лагере, которые или уже были противниками канцлера, или могли ими стать (напри-мер, ведущие круги в экономике, заинтересованные в восточной торговле).

Подтверждение серьёзности этих предположений содер жит-ся на страницах архивных документов. В материалах архи ва Ми-нистерства иностранных дел ФРГ в качестве причин, ко торые могли бы побудить правительство ФРГ пойти на заключе ние со-глашения, указывалось на «усилившееся в последние годы тре-бование широких промышленных и торговых кругов установить нормальные экономические отношения с Совет ским Союзом»311. Подобные причины фигурируют и в доку Веттиг Г. Почему Хрущёв был заинтересован в установлении дипломати ческих отношений с Федеративной Республикой Германией. Взгляд назад в будущее. К 50-летию установления дипломатических отношений. Blick zuru eck in die Zukunft. Zum 50. Jahrestag der Aufnahme der diplomatischen Bez iehun-gen, М., 2005. С. 121.

Там же. С. 121-122.

Die aussenpolitische Beziehungen der Bundesrepublik zur Sowjetunion. Infor mationen, Einschaetzungen der Aussenpolitik der Bonner Regiеrung 1955-1963, MfAA, A 9656, № 2. S. 131.

ментах советского МИДа. В письме ЦК КПСС, подготовлен ном для передачи руководству ГДР, говорилось, что «нормали зация отношений между СССР и Западной Германией способ ствовала бы ро-сту движения в Западной Германии против существующей за-висимости боннского правительства от США и оказала бы под-держку силам, выступающим за прове дение более независимого внешнеполитического курса»312.

Надежда оторвать ФРГ от НАТО присутствовала у советско го руководства при заключении договора об установлении ди пломатических отношений, но вряд ли подобные расчёты были определяющими. Конечно, было бы совсем не плохо, если бы ФРГ вышла из состава НАТО, а США ушли из Европы, Совет ский Союз мог это только приветствовать. Однако нам кажется сомнительным, что в Москве безоговорочно верили в успех по добного развития событий, скорее всего его не исключали, оце нивая при этом ситуацию более взвешенно и прагматично. Как видно из стенограмм сентябрьских переговоров, советские ли деры признавали сложившуюся расстановку сил как реальность, о чём они не раз заявляли немецкой делегации. На первом пла не, на наш взгляд, было желание советских лидеров минимизи ровать последствия вхождения ФРГ в НАТО, достигнув тем са мым определённой разрядки в международных отношениях, ко торая позволила бы Советскому Союзу направить свои силы и на решение внутренних проблем, накопившихся после войны.

Неслучайно наряду с установлением дипломатических отноше ний Федеративной Республике Германии было предложено ус тановить и торговые отношения. Экономики Германии и России всегда органично дополняли друг друга, и советские лидеры не раз в ходе переговоров пытались убедить своих партнёров в преимуществах развития торговли между нашими странами.

Установив дипломатические отношения с Федеративной Рес-публикой Германии, Советский Союз оказывался единственным государством, поддерживающим официальнее дипломатические отношения с обоими немецкими государства ми, что давало ему соответственно большую свободу для ма невра на внешнеполитической арене.

Заключив соглашение об установлении дипломатических от ношений с государством, уже имеющим дипломатические Письмо ЦК КПСС, подготовленное МИДом для передачи советским пос лом в Берлине руководству ГДР – В.Пику, В. Ульбрихту и О. Гротеволю. Цит.

по: Новик Ф.И. «Оттепель и инерция холодной войны», М., 2001. С. 186.

отно-шения с ГДР, Аденауэр фактически признал раздел Гер мании. Оговорки, сделанные им по завершению переговоров, придава-ли этому признанию временный характер, и были сде ланы глав-ным образом в счёт будущего.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Долгое время советская политика в «германском вопросе»

после второй мировой войны относилась к наиболее спорным и проблемным темам нашей истории. События, происходившие на немецкой земле в 1945-1955 гг., затрагивали и продолжают затрагивать интересы разных стран, вызывая острую полемику между ними не только на страницах научных трудов в области истории международных отношений, но и на политической аре-не. На протяжении нескольких десятилетий идеологиче ская борьба между двумя социально-политическими системами пред-определяла направленность исследований в этой области.

При этом каждая из сторон безусловно претендовала на абсо лютную истину в освещении происходивших в послевоенной Германии событий, подвергая резкой критике своих политиче ских оппонентов. Однако все эти исследования опирались на ограни-ченную источниковую базу и не могли дать обстоятель ные и хорошо аргументированные ответы на многие вопросы.

Ставшие не так давно доступными для исследователей но вые источники – записи В. Пика, стенограммы встреч И.В. Ста лина с лидерами СЕПГ, документы из архивов советского мини стерства иностранных дел и министерства иностранных дел ФРГ – позволяют более полно охарактеризовать германскую по литику Советского Союза и по-новому проанализировать её цели.

Опираясь на вышеперечисленные материалы, можно прид ти к выводу, что образование ГДР и установление в ней социа лизма по советскому образцу не были изначальными целями Со ветского Союза, а явились во многом результатом холодной вой ны. Советский Союз на протяжении всего рассматриваемого пе-риода стремился к объединению Германии на нейтральной основе.

Конечно, советская политика в германском вопросе не обо шлась без ошибок и часто базировалась на субъективных оцен ках и неоправданных ожиданиях, однако цели полной советиза ции всей Германии она не преследовала. Советское руководст во, а вместе с ним и восточногерманские лидеры, не исключали и даже предполагали, что созданные ими в советской оккупаци онной зоне условия, окажут в будущем определённое положи тельное для СССР влияние на развитие всей Германии. При этом И.В. Сталин не раз предостерегал немецких товарищей от тотального воспроизведения в Восточной Германии советской мо-дели развития. Даже когда в 1946 г. Сталин говорил лидерам КПГ о возможности построения социализма в западных странах, он не имел в виду советскую модель. Речь шла о «демократиче ском со-циализме».


В действительности же развитие советской зоны оккупации всё больше ориентировалось на советский образец. Сотрудники Советской военной администрации, на плечи которых легла не-лёгкая задача управления восточной Германией, имели только советский опыт, который они и переносили на немецкую землю. Поэтому советским руководством не раз предпринима лись попытки скорректировать проводимый в восточной Гер мании курс и сделать его более привлекательным для всех нем цев.

По нашему мнению, И.В. Сталин исходил из реальных ин тересов своей страны и сразу же после завершения войны ори ентировался в германском вопросе на сотрудничество с США и другими западными союзниками. Советский Союз больше дру гих пострадал от германской агрессии. Поэтому он остро ну ждался в компенсации ущерба для восстановления своей эконо мики и обеспечении безопасности. Возможность новой агрессии со стороны Германии, а также усиление в послевоенной Евро пе роли США, что могло привести к возникновению германо американского альянса, вызывали у советского руководства боль-шую тревогу. Именно геополитические и экономические интересы, а не вопросы идеологической борьбы стали основой совет-ской политики в Германии в послевоенные годы.

Так как Советский Союз мог оказывать определяющее вли яние только на развитие одной трети Германии и соответствен но пользоваться лишь её экономическими ресурсами для полу чения репараций, а большая часть производственных мощнос тей третьего рейха находилась в Западной Германии, осуще ствление этой общей задачи тесно переплелось с его оператив ны-ми интересами. Именно поэтому достижение единства Гер мании стало главной целью германской политики Советского Со-юза в рассматриваемый период, и ради неё он был готов идти на компромисс.

Уже в первые годы после окончания войны между бывши ми союзниками по антигитлеровской коалиции усилилось недо-верие. На Западе мало верили в способность и искрен ность намерений СССР претворить в жизнь общегерманскую демократическую концепцию. Советскую зону оккупации до вольно бы-стро стали рассматривать как «потерянную» терри торию. Холодная война набирала обороты. Советский Союз не хотел раскола Германии, но немало этому поспособствовал.

Введение ог-раничений на коммуникации Берлина с западны ми зонами в июне 1948 г., призванное остановить образование западногерманского государства, и в случае неудачи этой цели включить Берлин в экономическую систему советской зоны ок купации, ускорило создание ФРГ. После образования Федера тивной Рес-публики Германии Москве ничего другого не оста валось, как пойти на организацию ГДР.

Образование ГДР не стало поворотным пунктом в гер манской политике СССР. В поздравительной телеграмме Ста лин подчеркнул необходимость существования единой, незави симой, демократической, миролюбивой Германии. В мае г. в Москве на встрече с руководством ГДР и СЕПГ он выразил не-довольство в связи с тем, что «политика и практическая дея тель-ность СЕПГ недостаточно ориентирована на решение об щегер-манских задач». Тогдашнее советское руководство пола гало, что существование ГДР – явление временное и направля ло свои по-литические усилия на достижение единства Герма нии. Объеди-нённая Германия, не входившая ни в какие воен ные группиров-ки, представляла для советской безопасности большую ценность, чем необходимость постоянной поддержки восточногерманско-го государства. Именно эту цель преследо вали советские инициативы 1952 г. об объединении Германии на нейтральной осно-ве. Если бы данное предложение СССР нашло поддержку у за-падных держав, то объединение Герма нии могло произойти зна-чительно раньше.

Советская нота 10 марта 1952 г. не была реализована по со вокупности многих причин. Обострение холодной войны, кон фликт в Корее вызывали серьёзные опасения у всех сторон, что Германия может быть объединена военным способом, а это в свою очередь могло привести к возникновению новой войны.

Однако выход из сложившейся ситуации участники видели по разному.

Интеграция с Западом и подписание генерального договора являлись главными целями политики Аденауэра на тот момент.

Нейтральной Германии, которая к тому же могла попасть под влияние Советского Союза, не было места в этих планах. Так же как в планы Сталина не входила объединённая Германия, входящая в военные структуры Запада. Позиции советского и запад-ногерманского лидера изначально взаимоисключали друг друга. Поэтому канцлер сделал всё возможное, чтобы предотвратить переговоры западных держав с Советским Сою зом. 2 июня 1952 г. он заявил, что «ни одно предложение Со ветского Союза не сможет его побудить разорвать связь с Запа дом».

«Рвать связь» не хотели и сами западные державы. Сущест вует точка зрения, что к этому моменту они потратили немало средств и сил для интеграции ФРГ в Европейское оборонитель ное сообщество, чтобы идти на попятную. Но причина не в по траченных средствах. Сказалось желание западных держав конт ролировать Федеративную Республику, имея её в союзниках.

Ведь, если бы в 1952 г. состоялись общегерманские выборы, по-беду, скорее всего, одержала бы СДПГ. Тогда объединённая и нейтральная Германия, в которой бы правили социал-демо кра-ты, могла выйти из-под контроля. Это отчётливо понимал и кан-цлер. Поэтому в вопросе о неприятии советского предло жения западные державы и Аденауэр проявили полное едино душие.

Определённым образом скомпрометировали советские пред-ложения и восточные немцы. Их комментарии в духе классовой борьбы предоставили противникам переговоров с Со ветским Со-юзом дополнительные аргументы. Перспектива по строения во всей Германии демократии советского или геде эровского образ-ца вызвала опасения даже у оппозиции, кото рая могла бы проя-вить больше активности и продемонстриро вать западным держа-вам, что желание немцев пойти другим путём, не интегрируясь с Западной Европой, достаточно вели ко и его необходимо учитывать. Стремление лидеров ГДР укрепить свои позиции и не потерять власть не раз отрицатель но влияло на советские инициативы.

Фактически в 1952 г. желания объединять Германию на нейт-ральной основе не оказалось ни у руководителей ГДР, ни у кан-цлера Аденауэра. Ни те, ни другие не хотели рисковать своими лидирующими позициями и если и рассчитывали на объединение Германии, то в далёком будущем и при условии собственной победы.

Отказ западных держав от советского предложения объеди нения и нейтрализации Германии оказал существенное влияние на взгляды Сталина в германском вопросе. Убедившись в неот вратимости военной интеграции ФРГ с Западом, он бросил все усилия на укрепление ГДР и создание в ней боеспособной ар мии. Отныне существование двух германских государств превращалось для Сталина в реальность на многие годы. Опас ную границу следовало защищать и защищать не только в во енном отношении. Усиление социалистических элементов в развитии ГДР должно было этому способствовать. Однако с введением в ней социализма, тем более, по советскому образ цу, Сталин не спешил. На первом месте для него стояла задача военного укрепления восточногерманского государства, что должно было привести к равновесию сил с Западом. Одобре ние им курса на строительство социализма, взятое руко водством ГДР, последовало с заметным промедлением. Это ста ло возможным, главным образом потому, что больше Сталин не верил в возможность объединить Германию на нейтральной основе в ближайшей пер-спективе. А раз так, то вопрос о том, когда ГДР перейдёт на со-циалистический путь развития, не играл для него больше суще-ственной роли.

Однако изменение позиции Сталина по германской пробле ме ещё не означало полной переориентации Советского Союза, о чём свидетельствуют инициативы советского руководства, предпринятые им после смерти вождя. События 17 июня г. вклинились между мирными инициативами СССР 1952-го и 1954-х гг. и способствовали ещё большему разжиганию холод ной войны. С одной стороны вмешательство Запада в ход собы тий (о масштабах его можно спорить, но факт этот не вызывает сомнения) усилило недоверие Советского Союза к недавним со-юзникам. С другой стороны демонстрация военной силы СССР 17 июня, на фоне воины в Корее вызвали у Запада серьёзные опасения советизации всей Германии. Это ускорило процесс вступления ФРГ в НАТО и ЗЕС, который Советский Союз стре-мился не допустить всеми силами. Неслучайно ди пломатические отношения между Советским Союзом и ФРГ были установ-лены осенью 1955 г., после того как СССР убе дился в необрати-мости решения о милитаризации Западной Германии. Визит К. Аденауэра в Москву и наделение ГДР су веренитетом можно считать переломным этапом в истории «германского вопроса». Существование на территории Герма нии 2-х государств с различным общественным и экономиче ским строем стало признан-ной реальностью. Объединение Германии отодвигалось в далёкое будущее.

Нейтральная объединённая Германия представляла для нас на протяжении периода с 1945 по 1955 гг. большую ценность, ибо могла стать гарантом безопасности в Европе. О том, что именно этими целями руководствовался Советский Союз в сво ей послевоенной политике, свидетельствует и его позиция в 1990-е гг. во время переговоров по объединению Германии. Со ветская сторона и тогда стремилась закрепить в договорном по-рядке, чтобы с немецкой земли не исходила война, чтобы после-военные границы были неприкосновенными, чтобы тер ритория Германии не использовалась внешними силами, чтобы объединённая Германия не входила в НАТО. К сожалению, объединение Германии произошло по сценарию К. Аденауэра, который считал, что переговоры с Советским Союзом будут возможны только после утраты им своей мощи и на условиях прямого при-соединения восточных земель к ФРГ. Остаётся до бавить, что и после окончания холодной войны и крушения со ветской систе-мы, Запад относится к своему российскому парт нёру с насторо-женностью и часто в качестве главной причины своего недоверия по-прежнему называет неспособность России воспринять ценности демократии, которые объявляются дости жениями за-падного мира. Разве история не учит, что такой подход осложняет решение многих проблем и отодвигает их порой на целые десятилетия?

В 2007-2008 гг. были выпущены следующие доклады Института Европы 201. Мигранты: социальная адаптация и конфликты. Материалы круглого стола, 27 апреля 2007 г. ДИЕ РАН, № 201, М., 2007 г.

202. Черноморское сотрудничество: на пути к партнёрству XXI века. Материалы научно-практической конференции от 08 июня 2007 г. ДИЕ РАН, № 202, М., 2007 г.

203. Н.П.Шмелёв, В.П.Фёдоров. Угрозы и прогнозы (к вопросу об их адекватности). ДИЕ РАН, № 203, М., 2007 г.

204. Европа: «настоящая» и «ненастоящая». Под ред. В.В.Журки на и др. ДИЕ РАН, № 204, М., 2007 г.

205. И.Д.Иванов. Российская экономика в условиях ВТО. ДИЕ РАН, № 205, М., 2007 г.

206. Д.Е.Фурман. Молдавские молдаване и молдавские румыны.

ДИЕ РАН, № 206, М., 2007 г.

207. Н.В.Говорова. Качество рабочей силы России – ключевой фактор формирования её позитивного образа в современном мире.

ДИЕ РАН, № 207, М., 2007 г.

208. Иностранные инвестиции и проблемы инновационного разви тия российской экономики. Часть I. Под ред. А.А.Масленникова и др. ДИЕ РАН, № 208, М., 2008 г.

209. Иностранные инвестиции и проблемы инновационного разви тия российской экономики. Часть II. Под ред. А.А.Масленникова и др. ДИЕ РАН, № 209, М., 2008 г.

210. Европейские правые: прошлое, настоящее, будущее. Часть I.

Материалы круглого стола, 21 ноября 2007 г. ДИЕ РАН, № 210, М., 2008 г.

211. Европейские правые: прошлое, настоящее, будущее. Часть II.

Материалы круглого стола, 21 ноября 2007 г. ДИЕ РАН, № 211, М., 2008 г.

212. Россия и европейский опыт госслужбы. Под ред. М.Г.Носова и др. ДИЕ РАН, № 212, М., 2008 г.

213. Н.М.Антюшина. Шведская модель: из прошлого в будущее.

ДИЕ РАН, № 213, М., 2008 г.

214. Россия и Европа: вопросы идентичности. Материалы меж ду-народной конференции, 12 марта 2008 г. ДИЕ РАН, № 214, М., 2008 г.

215. Российский рубль: перспективы превращения в мировую ва люту. Материалы круглого стола, 16 апреля 2008 г. ДИЕ РАН, № 215, М., 2008 г.

216. Регионы и Центр: как строить отношения? Испанский вари ант. Материалы научной конференции, 23 апреля 2008 г. ДИЕ РАН, № 216, М., 2008 г.

«Reports of Institute of Europe» published in 2007- 201. Migrants: social adaptation and conflicts. Materials of the round table, April 27, 2007. Reports of the IE RAS, № 201, М., 2007.

202. Black sea cooperation: looking or partnership in 21st century. Ma terials of conference, June 8, 2007. Reports of the IE RAS, № 202, М., 2007.

203. N.P.Shmelev, V.P.Fedorov. Threats and Forecasts (the issue of adequacy). Reports of the IE RAS, № 203, М., 2007.

204. Europe: «real» and «unreal». Ed. by V.V.Zhurkin and others. Re ports of the IE RAS, № 204, М., 2007.

205. I.D.Ivanov. The Russian Economy in the WTO. Reports of the IE RAS, № 205, М., 2007.

206. D.E.Furman. The Moldavians and the Romanians in Moldova.

Reports of the IE RAS, № 206, М., 2007.

207. N.V.Govorova. Labour force quality of Russia – the key factor of formation of its positive image in the world. Reports of the IE RAS, № 207, М., 2007.

208. Foreign investments and problems of innovative development of Russian economy. Part I. Ed. by A.A.Maslennikov and others. Reports of the IE RAS, № 208, М., 2008.

209. Foreign investments and problems of innovative development of Russian economy. Part II. Ed. by A.A.Maslennikov and others. Reports of the IE RAS, № 209, М., 2008.

210. The European right: past, present, future. Part I. Materials of the round table, November 21, 2007. Reports of the IE RAS, № 210, М., 2008.

211. The European right: past, present, future. Part II. Materials of the round table, November 21, 2007. Reports of the IE RAS, № 211, М., 2008.

212. Russia and european experience of public service. Ed. by M.G.

Nosov and others. Reports of the IE RAS, № 212, М., 2008.

213. N.M.Antiushina. Swedish model: from the past into the future.

Reports of the IE RAS, № 213, М., 2008.

214. Russia and Europe: issues of identity. Materials of the international conference, March 12, 2008. Reports of the IE RAS, № 214, М., 2008.

215. Russian ruble: prospects of turning into a global currency. Mater ials of the round table, April 16, 2008. Reports of the IE RAS, № 215, М., 2008.

216. Regions and the Centre: how to build the relationship. Spanish va riant. Materials of the scientific conference, March 23, 2008. Reports of the IE RAS, № 216, М., 2008.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.