авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

«1 СМОЛЕНСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ФАКУЛЬТЕТ ПСИХОЛОГИИ И ПРАВА КАФЕДРА ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВЫХ ДИСЦИПЛИН ...»

-- [ Страница 2 ] --

“Делить власть государства - значит разрушать ее, так как разделенные власти взаимно уничтожают друг друга...” “...все, что бы верховный правитель ни сделал по отношению к подданному под каким бы то ни было предлогом, не может считаться несправедливостью или беззаконием в собственном смысле”. “В абсолютной власти нет ничего тягостного, если не считать того, что человеческие установления не могут существовать без некоторых неудобств. И эти неудобства - от граждан, а не от власти”.

IY. Из высказываний графа Шефтсбери. В годы Реставрации династии Стюартов в Англии (1660-1688) республиканизм утратил позиции в общественной мысли страны. Но монархическая реакция встретила решительное противодействие в парламенте и вне его;

ограничения монархии законами и парламентом требовала партия вигов, во главе которой оказался граф Шефтсбери. Виги, да и их противники тори делали попытки уйти от крайностей недавних гражданских войн, казней и диктатуры. Они искали компромисс на основе традиционной английской конституции.

“Мой принцип - это король, но король, подчиняющийся закону. Но если когда-либо случится (чего не дай бог), что король будет управлять посредством армии, я не механизм правительства страны”.

Y. Из произведений Дж. Локка.

Джон Локк (1632-1704), некоторое время служивший секретарем у графа Шефтсбери, считается идеологом “классового копромисса”, достигнутого благодаря Славной революции 1688-1689 гг., и первой большой фигурой Просвещения Локк исходил из принципов “естественных прав” и “общественного договора”, правления закона и рациональности человеческого поведения и отношений в государстве.

Показательно название его важнейшего труда: “Опыт о человеческом разуме” (1690 г.).

Одновременно увидела свет его работа “Два трактата об управлении государством”. Локк, в отличие от Гоббса, полагал, что частная собственность возникла прежде государства (а не была институирована им). По Локку, у людей в “естественном состоянии” было право на свободное распоряжение собой и имуществом (ср. с Гоббсом).

“Все же пользование им (этим правом) было весьма необеспечено и подвергалось риску посягательства со стороны других людей, что побудило их войти в соглашение друг с другом для создания государства”.

“Я пытаюсь показать, как люди смогли прийти к тому, чтобы иметь частную собственность на то, что бог дал человечеству в общую собственность, и как это было сделано без какого-либо договора всех членов общества”. “Если земля и все создания являются общими для всего человечества, то все же каждый человек имеет собственность - свою личность... Труд его тела и работа его рук... являются его собственностью...Труд кладет различие между его вещами и общими вещами”.

“Обработка земли и собственность на нее соединены вместе - одно дает право на другое”.

“...Политическая власть есть там, где люди имеют собственность в своем распоряжении;

деспотическая власть - это власть над теми, кто не имеет собственности совсем”.

YI. В своем основном произведении “Этика, доказанная в геометрическом порядке” Б.Спиноза писал:

“Я предполагаю, что люди достигли того предела, когда силы, препятствующие им оставаться в естественном состоянии, превосходят в своем противодействии силы, которые каждый индивидуум может пустить в ход, чтобы удержаться в этом состоянии.

Тогда это изначальное состояние не может более продолжаться, и человеческий род погиб бы, не измени он своего образа жизни.

Однако, поскольку люди не могут создавать новых сил, а могут лишь объединять и направлять силы, уже существующие, то у них нет иного средства самосохранения, как, объединившись с другими людьми, образовать сумму сил, способную преодолеть противодействие, подчинить эти силы одному движителю и заставить их действовать согласно.

Эта сумма сил может возникнуть лишь при совместных действиях многих людей;

но - поскольку сила и свобода каждого человека - суть первые орудия его самосохранения - как может он их отдать, не причиняя себе вреда и не пренебрегая теми заботами, которые есть его долг по отношению к самому себе? Эта трудность, если вернуться к предмету этого исследования, может быть выражена в следующих положениях:

“Найти такую форму ассоциации, которая защищает и ограждает всею общею силою личность и имущество каждого из членов ассоциации, и благодаря которой каждый, соединяясь со всеми, подчиняется, однако, только самому себе и остается столь же свободным, как и прежде”. Такова основная задача, которую разрешает Общественный договор.” Практическое занятие № Тема №7: Политико-правовые идеи Просвещения в Западной Европе (ХYIII в.).

План 1.Обоснование принципа разделения властей Ш.Л.Монтескье и его значение.

2.Концепция уголовного права Ч.Беккариа.

3.И.Кант о праве и государстве.

Источники 1. Нерсесянц В.С. История политических и правовых учений. Учебник. – М.:

Норма, 2. Семигин Г.Ю. Российские политико-правовые доктрины /Г.Ю. Семигин. М.:Мысль,2005.- Методические указания:

I. Из сочинения Монтескье “О духе законов”. Шарль Луи Секонда барон де Ла-Бред и Монтескье (1689-1755) признан как один из основоположников либерализма и теории разделения властей. “Принципы свои я вывел не из своих предрассудков, а из самой природы вещей”, - заявил он и дал классическое определение: “Свобода есть право делать все то, что дозволено законами”.

“ Ввиду того, что в свободном государстве всякий человек, который считается свободным, должен управлять собою сам, законодательная власть должна бы принадлежать там всему народу. Но так как в крупных государствах это невозможно, а в малых связано с большими неудобствами, то необходимо, чтобы народ делал посредством своих представителей все, чего он не может делать сам.

Большое преимущество избираемых представителей состоит в том, что они способны обсуждать дела. Народ для этого совсем непригоден, что и составляет одну из слабейших сторон демократии.

Нет необходимости в том, чтобы представители, получив от своих избирателей общую инструкцию, получали от них еще и частичные указания по каждому особому делу.

Право подавать голос в своем округе для выбора представителей должны иметь все граждане, исключая тех, положение которых так низко, что на них смотрят как на людей, не способных иметь свою собственную волю.

Большинство древних республик имело один крупный недостаток: народ имел здесь право принимать активные решения, связанные с исполнительной деятельностью, к чему он совсем неспособен. Все его участие в правлении должно быть ограничено избранием представителей. Последнее ему вполне по силам, так как если и мало есть людей, способных установить точные границы способностей человека, то всякий способен решить в общем, является ли его избранник более способным и сведущим, чем большинство остальных.

II. Во всяком государстве всегда есть люди, отличающиеся преимуществами рождения, богатства или почестей;

и если бы они были смешаны с народом, если бы они, как и все прочие, имели только по одному голосу, то общая свобода стала бы для них рабством и они отнюдь не были бы заинтересованы в том, чтобы защищать ее, так как большая часть решений была бы направлена против них. Поэтому доля их участия в законодательстве должна соответствовать прочим преимуществам, которые они имеют в государстве, а это может быть достигнуто в том случае, если они составят особое собрание, которое будет иметь право отменять решения народа, как и народ имеет право отменять его решения.

Таким образом, законодательная власть была бы поручена и собранию знатных, и собранию представителей народа, каждое из которых имело бы свои отдельные от другого совещания, свои отдельные интересы и цели.

Законодательный корпус, состоящий из знатных, должен быть наследственным. Он является таким уже по самой своей природе. Кроме того, необходимо, чтобы он был очень заинтересован в сохранении своих прерогатив, которые сами по себе ненавистны и в свободном государстве неизбежно будут находиться в постоянной опасности.

Исполнительная власть должна быть в руках монарха, так как эта сторона правления, почти всегда требующая действия быстрого, лучше выполняется одним, чем многими;

напротив, все, что зависит от законодательной власти, часто лучше устраивается многими, чем одним.

III. Но если в свободном государстве законодательная власть не должна иметь права останавливать власть исполнительную, то она имеет право и должна рассматривать, каким образом приводятся в исполнение созданные ею законы...

Но к чему бы ни привело это рассмотрение, законодательное собрание не должно иметь власти судить лицо, а следовательно, и поведение лица, отправляющего исполнительную власть. Личность последнего должна быть священна, так как она необходима государству для того, чтобы законодательное собрание не обратилось в тиранию;

свобода исчезла бы с того момента, как исполнительная власть подверглась бы обвинению или была бы привлечена к суду.

В таком случае государство было бы не монархией, а республикой без свободы.

Люди знатные всегда возбуждают к себе зависть;

поэтому если бы они подлежали суду народа, то им угрожала бы опасность и на них не распространялась бы привилегия, которой пользуется любой гражданин свободного государства, - привилегия быть судимым равными себе. Поэтому необходимо, чтобы знать судилась не обыкновенными судами нации, а той частью законодательного собрания, которая составлена из знати.

Исполнительная власть, как мы сказали, должна принимать участие в законодательстве своим правом отмены решений, без чего она скоро лишилась бы своих прерогатив. Но она погибнет и в том случае, если законодательная власть станет принимать участие в отправлении исполнительной власти.

Если монарх станет участвовать в законодательстве своим правом издавать постановления, то свободы уже не будет. Но так как ему все же надо участвовать в законодательстве ради интересов собственной защиты, то необходимо, чтобы его участие выражалось только в праве отмены.

Итак, вот основные начала образа правления, о котором мы ведем речь.

Законодательное собрание состоит здесь из двух частей, взаимно сдерживающих друг друга принадлежащим им правом отмены, причем обе они связываются исполнительной властью, которая в свою очередь связана законодательной властью.

Армия, после того как она создана, должна находиться в непосредственной зависимости не от законодательной, а от исполнительной власти;

это вполне согласуется с природой вещей, ибо армии надлежит более действовать, чем рассуждать.

Всякий, кто пожелает прочитать великолепное творение Тацита о нравах германцев, увидит, что свою идею политического правления англичане заимствовали у германцев. Эта прекрасная система найдена в лесах.

Не мое дело судить о том, пользуются ли в действительности англичане этой свободой или нет. Я довольствуюсь указанием, что они установили ее посредством своих законов, и не ищу большего.

Я не имею намерения ни унижать другие правления, ни говорить, что эта крайняя политическая свобода должна служить укором тем, у которых есть свобода умеренная. Да и как мог бы я сказать это, когда сам считаю, что в избытке даже разум не всегда желателен и что люди почти всегда лучше приспосабливаются к середине, чем к крайностям?

IY. Люди управляются различными законами: правом естественным;

божественным правом, которое есть право религии;

правом церковным, иначе - каноническим, которое есть право религиозной дисциплины;

правом международным, которое можно рассматривать как вселенское гражданское право, в том смысле, что каждый народ есть гражданин вселенной;

общим государственным правом, которое имеет своим предметом человеческую мудрость, создавшую все человеческие общества;

частным государственным правом, имеющим в виду каждое отдельное общество;

правом завоевания, которое основано на представлении, что один народ хотел, мог или должен был совершить насилие над другим народом;

гражданским правом отдельных обществ, посредством которого гражданин может защищать свое имущество и жизнь против всякого другого гражданина;

наконец, семейным правом, которое является следствием разделения общества на отдельные семейства, требующие особого управления.

Существуют, следовательно, различные разряды законов, и высшая задача человеческого разума состоит в том, чтобы точным образом определить, к какому из названных разрядов по преимуществу относятся те или другие вопросы, подлежащие определению закона, дабы не внести беспорядка в те начала, которые должны управлять людьми.

Y. Все согласны в том, что природа человеческих законов отличается от природы религиозных законов.

Человеческим законам свойственно от природы подчиняться всем видоизменяющимся обстоятельствам действительности и следовать за всеми изменениями воли людей;

напротив, свойство религиозных законов -никогда не изменяться.

Постановления человеческих законов относятся к благу;

установления религии - к высшему благу. Благо может иметь какую-то иную цель, потому что существует много различных благ;

но высшее благо едино и, следовательно, изменяться не может.

Сила религии покоится главным образом на вере в нее, а сила человеческих законов - на страхе перед ними.

YI. Я уже сказал, что дух умеренности должен быть духом законодателя, и, мне кажется, все это сочинение написано мною лишь с целью доказать эту мысль.

Политическое благо, как и благо нравственное, всегда находится между двумя пределами...” YII. Из трактата Канта “К вечному миру”.

Немецкий философ Иммануил Кант (1724-1804) - первый в ряду соотечественников (Гегеля, Фихте, Ницше, Шпенглера), оказавших большое воздействие на сознание общественно-политических деятелей XIX-XX вв. В годы рокового претворения в жизнь революционных идей Руссо и Гельвеция и великих французских завоеваний он писал о том, что казалось чуждым духу времени. Уподобляя государства людям (как это делали и Гоббс, и Гроций), Кант постарался доказать достижимость в будущем вечного мира при условии торжества “чистого права” в “царстве чистого разума”. Трактат “К вечному миру” (1795 г.) дает представление о том, как И.Кант мыслил себе “естественное состояние” и учреждение государства.

“Состояние мира между людьми, живущими по соседству, не есть естественное состояние;

последнее, наоборот, есть состояние войны, т.е. если и не беспрерывные враждебные действия, то постоянная их угроза.

Устройство, основанное, во-первых, на принципах свободы членов общества (как людей), во-вторых, на основоположениях зависимости всех (как подданных) от единого общего законодательства и, в-третьих, на законе равенства всех (как граждан государства), есть устройство республиканское - единственное, проистекающее из идеи первоначального договора, на которой должно быть основано всякое правовое законодательство народа. Это устройство, следовательно, есть само по себе именно то, которое первоначально лежит в основе всех видов гражданской конституции.

Чтобы республиканское устройство не путать (как это обыкновенно делают) с демократическим, нужно отметить следующее. Формы государства могут быть разделены или по различию лиц, обладающих верховной государственной властью, или по способу управления народом его верховного главы, кем бы этот последний ни был. Первая форма называется собственно формой господства, и возможны лишь три вида ее, а именно:

суверенитетом обладает или одно лицо, или несколько лиц, связанных друг с другом, или же все, вместе составляющие гражданское общество (автократия, аристократия, демократия;

власть монарха, дворянства, народа). Вторая форма - есть форма правления и касается того способа, каким государство распоряжается полнотой своей власти;

этот способ основан на конституции (на акте общей воли, благодаря которому масса становится народом), и в этом отношении форма управления может быть или республиканской, или деспотической. Республиканизм есть государственный принцип отделения исполнительной власти (правительства) от законодательной;

деспотизм принцип самовластного исполнения государством законов, данных им же самим;

тем самым публичная воля выступает в качестве частной воли правителя. Из трех форм государства демократия в собственном смысле слова неизбежно есть деспотизм, так как она устанавливает такую исполнительную власть, при которой все решают по поводу одного и, во всяком случае, против одного (который, таким образом, не согласен);

Когда народ говорит: “Между нами не должно быть войны, так как мы хотим образовать государство, т.е. поставить над собой высшую законодательную, правительственную и судебную власть, которая мирным путем улаживала бы споры между нами”, то это вполне понятно.

Предварительное установление природы состоит в следующем:

1) она позаботилась о том, чтобы люди имели возможность жить во всех местах Земли;

2) посредством войны она рассеяла людей повсюду, даже в самые непригодные для хозяйства края, чтобы заселить их;

3) войной же она принудила людей вступить в более или менее законные отношения.

Проблема создания государства разрешима, как бы странно это ни звучало, даже для народа дьяволов (если только они обладают рассудком). Она сводится к следующему:

“Так расположить некоторое количество разумных существ, которые в своей совокупности для поддержания жизни нуждаются в общих законах, но каждое из которых втайне склонно уклоняться от них;

так организовать их устройство, чтобы, несмотря на противоположность их личных побуждений, последние настолько парализовали друг друга, что в публичном поведении людей результат был бы примерно таким, как если бы они не имели подобных злых устремлений”. Такая проблема должна быть разрешимой.

Ведь дело идет не о моральном улучшении людей, а только о механизме природы, о котором, согласно задаче, требуется узнать, как можно было бы воспользоваться им применительно к людям, чтобы так направить в народе столкновение немирных побуждений, что они сами заставят друг друга подчиниться принудительным законам и таким образом необходимо осуществлять состояние мира, в котором законы имеют силу.

На примерах действительно существующих, но еще очень несовершенно организованных государств можно видеть, как во внешнем поведении они уже приближаются к тому, что предписывается идеей права, хотя, конечно, причина этому не глубина моральности (как и не от моральности следует ожидать хорошего государственного устройства, но, скорее, наоборот, от последнего - хорошего морального воспитания народа). Из этого следует, что разум при помощи эгоистических склонностей, которые естественным образом даже внешне противодействуют друг другу, может воспользоваться механизмом природы как средством для того, чтобы осуществить свою собственную цель - предписание права - и этим способствовать внешнему и внутреннему миру и охранять его, поскольку это зависит от самого государства. Итак, можно сказать: природа неодолимо хочет, чтобы право получило в конце концов верховную власть.

Конечно, для этой цели недостаточно желания всех отдельных людей жить в законном устройстве по принципам свободы (расчлененное единство воли всех). Но необходимо, чтобы все вместе захотели такого состояния (коллективное единство объединенной воли). Такое разрешение трудной проблемы необходимо еще и для того, чтобы возникло гражданское общество как целое. Следовательно, при разнообразии всех частных устремлений - ни одно из которых не в состоянии добиться этого -необходимо еще и объединяющее их основание для выявления общей воли. При осуществлении этой идеи (на практике) нельзя рассчитывать на иное начало правового состояния, кроме принуждения;

именно на нем основывается затем публичное право.

Народы в качестве государств можно рассматривать как отдельных людей, которые в своем естественном состоянии (т.е. вне зависимости от внешних законов) уже своим совместным существованием нарушают право друг друга и каждый из них в целях своей личной безопасности может и должен требовать от другого совместного вступления в устройство, подобное гражданскому, где каждому может быть обеспечено его право.

Государство может управляться республикански, даже если оно обладает по действующей конституции деспотической верховной властью, пока народ постепенно не окажется способным воспринимать чистую идею авторитета закона (как если бы закон обладал физической властью) и тем самым созреет для выработки собственного законодательства (которое изначально основано на праве). А если бурей революции, вызванной дурным устройством, неправомерно было создано более законосообразное, то тогда ни в коем случае не дозволено пытаться вернуть народ к старому порядку, хотя каждый, кто использовал насилие и коварство, по праву мог быть наказан как бунтовщик.

Если права народа попраны, то низложение (тирана) будет правомерным, в этом нет сомнения. Тем не менее со стороны подданных в высшей степени неправомерно именно таким способом добиваться своего права, и они не могут жаловаться на несправедливость, если потерпят поражение в этой борьбе и вследствие этого подвергнутся самым жестоким наказаниям... перед заключением гражданского договора народ ставит себе вопрос, осмелится ли он публично провозгласить максимум своих намерений в случае восстания. Легко видеть, что если бы при установлении государственного устройства обусловить в известных случаях использование силы против верховного главы, то народ должен был бы претендовать на законную власть над ним. Но тогда тот не был бы верховным главой или, если бы и то и другое было условием учреждения государства, последнее стало бы невозможным;

между тем оно было целью народа. Неправомерность восстания обнаруживается также благодаря тому, что публичное признание его сделало бы невозможной его собственную цель. По необходимости ее следовало бы скрывать. Но последнее не было бы необходимым для верховного главы государства. Он может открыто объявить, что за каждое восстание будет карать смертью его зачинщиков, как бы они ни были убеждены, что именно он первым преступил основной закон.

Аналогичным образом, если народу удалось восстание, то верховному главе следует принять положение подданного и не поднимать контрвосстание, но и не бояться, что его привлекут к ответу за его прежнее управление государством.

И любовь к человеку, и уважение к праву людей есть долг: в первом случае обусловленный, во втором - безусловный, без оговорок повелевающий долг;

“Ищите прежде всего царство чистого практического разума и его справедливость, и ваша цель (благодать вечного мира) приложится сама собой”... чистые принципы права имеют объективную реальность...

Право человека должно считаться священным, каких бы жертв это ни стоило господствующей власти. Здесь нет середины, и нельзя придумывать прагматически обусловленное право (нечто промежуточное между правом и пользой);

вся политика обязана приклонить колени перед правом, тогда она может надеяться, что достигает, хотя и медленно, той ступени, где воссияет надолго.

...долг, основанная на нем надежда состоит в том, чтобы реализовать хотя бы в бесконечном приближении состояние публичного права”.

YIII. Из трактата Канта “О поговорке” может быть, это и верно в теории, но не годится для практики” (1793 г.):

“Насилие, которому подвергается народ со всех сторон, и проистекающие от него бедствия заставляют его, в конце концов, прийти к решению подчиниться тому принуждению, которое сам разум предписывает ему как средство, а именно подчиниться публичным законам и перейти к политическому устройству;

точно так же бедствия, испытываемые от беспрестанных войн, в которых государства стремятся притеснить или покорить друг друга, заставляют в конце концов эти государства или перейти...к космополитическому устройству, или... к такому состоянию, которое хотя и не будет общностью граждан мира, объединенных под властью одного главы, но будет правовым состоянием федерации, основанной на общесогласованном международном праве”.

IX. Из трактата Канта “Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане” (1784 г.) В этом трактате Кант высказал собственные взгляды на проблемы, связанные с причинами и целями заключения “общественного договора” и переходом из “естественного состояния” в цивилизованное.

“Величайшая проблема для человеческого рода, разрешить которую его вынуждает природа, - достижение всеобщего правового гражданского общества. Только в обществе, и именно в таком, в котором членам его предоставляется величайшая свобода, а стало быть существует полный антагонизм и тем не менее самое точное определение и обеспечение свободы ради совместимости ее со свободой других, - только в таком обществе может быть достигнута высшая цель природы: развитие всех ее задатков, заложенных в человечестве;

при этом природа желает, чтобы эту цель, как и все другие предначертанные ему цели, оно само осуществило. Вот почему такое общество, в котором максимальная свобода под внешними законами сочетается с непреодолимым принуждением, т.е. совершенно справедливое гражданское устройство, должно быть высшей задачей природы для человеческого рода, ибо только посредством разрешения и исполнения этой задачи природа может достигнуть остальных своих целей в отношении нашего рода. Вступить в это состояние принуждения заставляет людей, вообще-то расположенных к полной свободе, беда, и именно величайшая из бед - та, которую и причиняют друг другу сами люди, чьи склонности приводят к тому, что при необузданной свободе они не могут долго ужиться друг с другом.Вся культура и искусство, украшающие человечество, самое лучшее общественное устройство - все это плоды необщительности, которая в силу собственной природы сама заставляет дисциплинировать себя и тем самым посредством вынужденного искусства полностью развить природные задатки”.

Практическое занятие № Тема № 8: Политико-правовые концепции “отцов-основателей” США.

План 1. Значение идей американского Просвещения для подготовки войны за независимость. Радикализм Т. Пейна.

2. Политико-правовая концепция Т.Джефферсона и “Декларация независимости”.

3. Политико-правовые концепции Дж. Мэдисона и А. Гамильтона и их отражение в Конституции США и в “Билле о правах”.

Источники 1. Из памфлета Т.Пейна “Здравый смысл”. Декларация независимости.

Конституция США. “Билль о правах”. /Кислица Н.А. Американская революция XVIII века.//Практикум по новой истории, ч.1. М., 1968;

(или Хрестоматия по новой истории.

М., 1963.т.1).

2. История политических и правовых учений. М., 1983. гл. 13.

3. История политических и правовых учений. Домарксистский период. М., 1991. гл.

13.

Методические указания:

При подготовке ответов на вопросы плана проанализируйте по источникам концептуальное содержание “Декларации независимости”, конституции США и “Билля о правах”. Чтобы раскрыть концепцию Дж. Мэдисона (“сдержки и противовесы”), проанализируйте также отрывки из “Федералиста”, принадлежащие его перу.

Из “Федералиста” № 10.

Вскоре после окончания заседаний Конвента, разработавшего новую (взамен “Статей конфедерации” 1781 г.) конституцию США, три его участника - Джон Джей, Джеймс Мэдисон, Александр Гамильтон, юристы по образованию, ставшие политиками и законодателями, - выступили под псевдонимом “Публий” с серией памфлетов в защиту и обоснование конституции. В период с конца октября 1787 г. по август 1788 г. вышло выпусков, из которых, как, полагают, Джей написал лишь 5, тогда как Мэдисон - 27, а Гамильтон - 53. Затем все выпуски серии были переизданы, собранные в два небольших тома под общим названием “Федералист”. Мэдисон посвятил свои выпуски серии доказательству мудрости того разделения власти в стране, которое предусматривала конституция 1787 г. Уже современники высоко оценили теоретическое содержание “Федералиста”. Например, Т.Джефферсон, поначалу неприязненно отнесшийся к конституции, быстро изменил свою позицию и отозвался о “Федералисте” так: “лучший из когда-либо написанных комментариев о принципах государственного устройства”.

Ниже приведены выдержки из 10-го выпуска “Федералиста”, дающие некоторые представления о мэдисоновской теории.

“Под словом “фракция” я понимаю определенное число граждан, которое может составлять и большую, меньшую часть относительного целого, объединяемых и побуждаемых к действию общим влечением, страстью или интересом, наносящим вред правам других граждан и совокупным интересам общества.

Существует два метода лечения зла, приносимого фракцией. Один - устранение причин, вызывающих ее появление. Другой - регулирование последствий ее деятельности.

Есть опять-таки два метода устранения причин фракционности. Один уничтожение свободы, являющейся условием ее существования. Другой - сообщение всем гражданам тех же мнений, тех же страстей и тех же интересов.

Что касается первого лекарства, то о нем можно сказать только одно: оно хуже самой болезни. Свобода для фракции это то же, что воздух для огня, это та пища, при отсутствии которой она тот час же умирает. Но упразднить свободу, столь необходимую для политической жизни, лишь потому, что она питает фракцию, не менее глупо, чем желать уничтожить воздух, необходимый для живой природы, лишь потому, что он придает огню разрушительную силу.

Второе средство настолько же непригодно, насколько первое опасно. Пока человеческий разум далек от совершенства, а каждый волен пользоваться им, складываются различные мнения. Пока существует связь между рассудком человека и его эгоизмом, его взгляды и его чувства будут влиять друг на друга, причем первые неизменно будут связаны последними. Различия в способностях людей, порождающие права собственности, - не менее трудно преодолимое препятствие на пути к единству интересов. Защита этих способностей - первейшая задача правительства. Но из защиты различных по характеру и величине способностей людей к приобретению собственности немедленно следует наличие разных по виду и размеру имущественных состояний, а из влияния этих последних на настроение и взгляды собственника проистекает деление общества по интересам и партиям.

Скрытые причины фракционности, таким образом, заложены в человеческой природе, и мы видим их повсеместно, более сильное или слабое проявление, в зависимости от различных условий гражданского общества. Склонность к разным мнениям по поводу религии, способов правления и по многим другим вопросам, как в области теории, так и практики, приверженность к различным вождям, борющимся из честолюбия за господство и власть, или же к лицам, представляющим другие интересы, чья судьба волнует людей, в свою очередь разделила их на партии, разожгла в них вражду и сделала их более предрасположенными к злобе и угнетению, чем к сотрудничеству ради общего блага. Эта склонность к взаимной вражде развита в людях настолько сильно, что всякий раз, когда не представляется серьезного случая для ее проявления, оказывается достаточным наличие самых поверхностных и причудливых разногласий, чтобы разгорелись междоусобные страсти и вспыхнули жестокие конфликты. Но наиболее обычными и самыми давними источниками фракционности были неравномерные и имеющие разные формы распределения собственности. Те, кто владеет собственностью, и те, кто не имеет, всегда образовывали в обществе разные интересы. Об этом же свидетельствует известное всем явление кредиторов и должников. Земельный интерес, промышленный интерес, торговый интерес, денежный интерес и множество других, более мелких, с необходимостью возникают у всех цивилизованных народов и разделяют их на разные классы, движимые разными чувствами и взглядами. Регулирование этих разнообразных и часто пересекающихся интересов является главной задачей современного законодательства и подразумевает присутствие духа партийности и фракционности в необходимой и каждодневной деятельности правительства.

Когда фракция составляет большинство, то форма народного правления, с другой стороны, дает ей возможность пожертвовать общественным благом и правами других граждан ради удовлетворения своего основного желания или интересов. Защитить общественное благо и личные права от опасности, которую влечет появление такой фракции, и в то же время сохранить дух и форму народного правления - вот, таким образом, великая цель, на которую направлена вся наша работа.

Какими средствами достигнуть этой цели? Очевидно, одним из двух. Либо нужно предотвратить одновременное существование общей страсти или интереса у большинства, либо нужно лишить большинство, имеющее такую общую страсть или интерес, способности действовать согласованно и приводить в исполнение тиранические замыслы...чистая демократия, под которой я разумею общество, состоящее из небольшого числа граждан, которые собираются и осуществляют государственное управление непосредственно, не допустит никаких мер против злоупотреблений со стороны фракции.

Общую страсть или интерес почти всегда будет разделять большинство в обществе.

Взаимопонимание и согласие в его среде вытекают из самой формы правления, и ничто не может остановить его побуждений пожертвовать слабейшей партией или непопулярной личностью. Поэтому-то такие демократии являлись ареной беспорядков и раздоров: они оказывались несовместимыми с безопасностью граждан и правами собственности, и, как правило, их жизнь была коротка, а смерть сопровождалась насилием. Теоретические политики, отстаивавшие этот вид правительства, ошибочно полагали, что человечество, будучи уравнено в правах, станет однородным и в отношении имущественных состояний, взглядов, чувств.

II.Республика, под которой я разумею форму правления с той или иной системой представительства, открывает иные возможности, обещает то избавление от пагубных последствий фракционности, которое мы пытаемся найти. Давайте рассмотрим черты, отличающие ее от чистой демократии, и тогда нам станет ясна природа лекарства от этого недуга и та эффективность, которую она получит от Союза.

Два важнейших различия между демократией и республикой таковы: во-первых, делегирование полномочий государственного управления в республике небольшому числу граждан, избираемых остальными гражданами;

во-вторых, большее число граждан и большая территория страны, на которую простирается республика.

При такой системе вполне может случиться, что общественный голос, исходящий от представителей народа, будет более соответствовать общественному благу, чем если бы он исходил от самого народа, собравшегося для этой цели. Но может иметь место и обратный результат. Люди с фракционными наклонностями, с местническими предрассудками, или имеющие недобрые замыслы, могут интригой, подкупом или иным путем получить голос, а затем предать интересы народа. Здесь перед нами встает вопрос о том, какого размера республика лучше соответствует разумному выбору блюстителей общественного блага - с малой или с большой территорией, и мы безусловно решаем этот вопрос в пользу последней, принимая во внимание следующих два очевидных соображения.

Прежде всего, следует отметить, что как бы мала ни была республика, число представителей должно быть достаточно велико, чтобы уберечь их от козней немногих, и что как бы велика она ни была, число представителей должно быть ограничено, чтобы избежать путаницы, которая неизбежно возникает, когда совместно действует много людей.

Кроме того, поскольку в большой республике каждый представитель будет выбираться большим числом граждан, чем в малой, недостойному кандидату более затруднительно будет воспользоваться теми порочными приемами борьбы, к которым нередко прибегают при выборах;

люди, обладая большой свободой голоса, скорее сосредоточат свое внимание на человеке, обладающем привлекательными качествами, с разносторонним и сложившимся характером.

Следует признать, что в этом, как и в большинстве других случаев, нужна середина, отклонение от которой создает неудобства. Непомерно увеличив число избирателей, вы лишите представителя возможности ознакомиться с местными условиями и с частными интересами. Если же это число чрезмерно сократить, тогда представитель станет слишком связанным с этими условиями и интересами и мало способным понять великие национальные интересы и служить их достижению. Федеральная конституция представляет в этом отношении удачную комбинацию: наиболее важные и общие интересы определяются национальным законодательством, местные и частные законодательством штата.

Расширьте территорию и вы получите большее разнообразие партий и интересов, вы уменьшите возможность появления у большинства общего побуждения посягнуть на права других граждан, а если такое побуждение и возникнет, тем, кто его испытывает, трудно будет найти в себе силы его осуществить, действуя согласованно.

Из сказанного явствует, что в той же мере, в какой всякая республика имеет преимущество перед (непосредственной) демократией в преодолении последствий фракционности, большая республика имеет преимущества перед малой республикой, а Союз перед штатами, составляющими его. Вы спросите, не состоит ли это преимущество Союза перед штатами в том, что первый обладает более совершенными представителями, чей просвещенный ум и высокая нравственность ставят их выше местнических предрассудков и всяческих интриг. Нельзя отрицать, что представители в Союзе, по всей вероятности, будут обладать этими необходимыми достоинствами. Вы спросите далее, не заключается ли это преимущество в общем разнообразии партий, снижающем возможность численного превосходства одной какой-нибудь партии над другими и подавления ею этих партий. Да, чем больше партий войдет в Союз, тем прочнее будет его безопасность. Вы спросите, наконец, не заключается ли оно в том, что согласованию и осуществлению тайных желаний несправедливого и заинтересованного большинства будут чиниться более серьезные препятствия. Здесь опять же, самое большое преимущество дадут Союзу его размеры.

В размерах и надлежащем устройстве Союза мы, таким образом, усматриваем республиканское средство лечения тех болезней, которые наиболее характерны для республиканской формы правления. И та мера счастья и гордости, которую мы испытываем, будучи республиканцами, должна вселить в нас энтузиазм, необходимый для сохранения духа и достоинства федералистов.” Практическое занятие № Тема № 11: Политико-правовые учения в Германии, Франции и Италии в ХIX-ХX вв.

План 1.Политико-правовая доктрина солидаризма Л.Дюги.

2.Элитарно-социологическая теория государства В.Парето, Г.Моска, Р.Михельса.

3.Национал-социалистское учение о государстве и праве.

Источники 1. Патрушев А.И.Жизнь и драма Фридриха Ницше //Новая и новейшая история. 1993. - № 5.

2. Пикер Г.Застольные разговоры Гитлера. – Смоленск,1993.

3. Опитц Р.Фашизм и неофашизм. - М.,1988.

4. Херманн М.Г.Составные части лидерства // Политология вчера и сегодня.Вып.II.М.,1990.

5. Черная Л.Б.Коричневые диктаторы. - М.1992.

6. Фромм Э.Некрофилы и Адольф Гитлер//Вопросы философии.1991.№9.

Методические указания При подготовке используйте, помимо материалов лекции и литературы, следующие текстовые фрагменты. Проанализируйте их при помощи предлагаемых вопросов.

I.Вопрос о политической власти занимает в работах итальянских авторов центральное место рассматривается ими с позиций деления общества на две части: на обладающее властью меньшинство, и на подчиняющееся этой власти большинство. По их мнению, при любой форме власти меньшинство, которое Парето называет “элитой”, а Моска “политическим классом", осуществляет руководство "некомпетентными" массами.

Ученых объединяет позиция, что обладание властью служит основным признаком принадлежности к элите. Различие состоит в том, что Парето определяет элиту как людей, получивших наивысший индекс в области их деятельности, а Моска — как людей наиболее активных в политическом отношений, ориентированных на власть.

Первой работой Моски в области политической науки была “Теория правления и парламентское правление” (1884), в которой дан набросок элитизма. Затем свою концепцию автор развернул в “Основах политической науки” (I т.— 1896 г., II т.— г.), а итог подвел в “Истории политических доктрин” (1933), последний параграф которой он назвал “Политический класс”.

В 1884 г. Моска сформулировал проблему исследования, так: “В любое время и в любом месте все то, что в управлении является предписывающейся частью, осуществлением власти и содержит в себе команду и ответственность, есть всегда компетенция особого класса, элементы которого могут действительно варьироваться самым различным образом в зависимости от специфики века и страны;

однако как бы этот класс ни складывался, формируется он всегда как ничтожное меньшинство против подчиняемой им массы управляемых”.

Основываясь на историческом методе, Моска разрабатывает закон социальной дихотомии общества. Его можно интерпретировать следующим образом: везде возникают ва класса — класс правящий и класс управляемый. Первый всегда малочисленнее второго, он выполняет все политические функции, монополизирует власть и извлекает выгоду из своей власти. Другой же, более многочисленный управляется и контролируется первым классом. Причем таким способом, который является более или менее легальным, либо более или менее произвольным и насильственным, и, который обеспечивает первому классу материальные возможности для существования, а также жизненно необходимые средства для функционирования политического организма.

В дальнейшем этот тезис Моска конкретизировал: во всех человеческих обществах, достигших известного уровня развития и культуры, политическое руководство осуществляется особым, организованным меньшинством — “политическим классом”.

Изучению организации политического класса, правящего в различных типах государств. Моска уделяет особое внимание. Под организацией общества или политическим режимом он понимает применение комплекса законодательных мер и политико-административных процедур, которые позволяют политическому классу поддержать собственную сплоченность и сохранить власть. Исходя из принципа передачи политической власти, Моска выделяет два тина организации политического управления.

В одних случаях власть передается сверху вниз, а в других — делегируется снизу находящимся наверху. Первый тип организации Моска называет - автократическим, второй— либеральным.

В результате сравнительных исследований Моска пришел к заключению, что политический класс избирается различным образом, но всегда с учетом некоторых качеств и способностей индивидов. “Правящее меньшинство образуется так, что индивиды, из которых оно составляется, отличаются от масс некоторыми качествами, дающими им определенные материальные, интеллектуальные или даже моральные превосходства;

другими словами, они должны иметь какие-то необходимые качества, которые чрезвычайно ценны и придают вес в том обществе, в котором они живут”.

II. Несколько иначе рассматривает проблему соотношения “элита — массы” Роберт Михельс. Используя методологический подход Моски и Парето к исследованию политических партий, он в центре своего внимания поставил проблему “партийная элита — партийные массы”.

Изучив деятельность, социал-демократических партий в Германии, Италии и ряде других стран, Михельс сделал вывод, что в демократических организациях неизбежно возникают необратимые олигархические тенденции. В связи с этим в работе “Социология политических партии в условиях демократии” (1911 г.) оп представил один из вариантов теории элит.

Неэффективность функционирования демократических институтов, всевластие олигархии в обществе и массовых организациях Михельс объясняет образованием в них “механизма бюрократии”, развивающегося по собственным законам. Рядовые партийные массы, по его мнению, не способны к управлению. Поэтому они выдвигают руководителей.

Однако дaже самые демократические вожди со временем “депролетаризируются” и “антидемократизируются”. Аппарат партии отрывается от рядовых членов, преобретает самодавлеющее значение, превращается в “партийную элиту”. То же самое происходит в профсоюзах, массовых общественных организациях, церкви. Их члены фактически “уступают свою власть узкому кругу людей”, которые находятся на вершинах иерархических структур. Постепенно власть концентрируется в “высших структурах бюрократии”. Вследствие этого лидеры организаций приобретают ряд крупных преимуществ: они имеют более широкий доступ к информации, материальным фондам, обладают лучшей профессиональной подготовкой, возможностями принимать решения.

Массы же, по Михельсу, обладают рядом свойств негативного характера, делающим политическое манипулирование ими неизбежным. Раз массы “некомпетентны”, они нуждаются в руководстве и организации со стороны правящей элиты, высшего слоя бюрократической структуры. Сам “принцип организации” приводит к возникновению иерархии власти, к "перерождению демократии в олигархию", — отмечает автор в работе “Социология политических партии”.

III. Из “14 тезисов германской революции” О.Штрассера.

В 1929 г. Отто Штрассер, вожак одного из направлений национал-социалистского движения Германии, опубликовал программную статью. В ней, среди прочего, объявлялись и те институты, которые нацистская революция должна была сокрушить.

“Германская революция видит благо нации не в накоплении материальных ценностей, не в безграничном повышении жизненного уровня, а исключительно в оздоровлении и поддержании в здоровом состоянии угодной богу германской нации как единого целого...

Германская революция поэтому против господства еврейско-римского права, за германское право, которое... сознательно одобряет неравенство людей...

Германская революция отвергает образ мира, созданный Великой французской революцией, и формирует образ ХХ века...” IY. Из книги А.Гитлера “Моя борьба”.

Основатель и вождь НСДАП Адольф Гитлер в середине 1920-х годов написал книгу, вскоре ставшую “библией” национал-социализма. В ней он обрушился на “буржуазную” демократию и свободное (индивидуальное, “буржуазное”) общество.

“Рано я стал политическим “революционером”...

Общественная деятельность...не должна сводиться к... благотворительности, она должна сосредоточиваться на устранении тех коренных недостатков в организации нашей хозяйственной и культурной жизни, которые неизбежно приводят...к вырождению.

Господа парламентские болтуны в течение одной сессии натворят гораздо больше глупостей, чем целая династия королей в течение нескольких столетий...

Парламентарный принцип решения по большинству голосов уничтожает авторитет личности и ставит на ее место количество, заключенное в толпе. Тем самым парламентаризм грешит против основной идеи аристократизма в природе...

Сравните с этим истинно германскую демократию, заключающуюся в свободном выборе вождя с обязательностью для последнего: взять на себя ответственность. Тут нет места голосованиям большинством по отдельным вопросам, тут надо наметить лишь одно лицо, которое потом отвечает за свои решения всем своим имуществом и жизнью.

Масса чувствует себя более удовлетворительным таким учением, которое не терпит рядом с собой никакого другого, нежели допущением всяких либеральных вольностей.

Большею частью масса не знает, что ей делать с либеральными свободами...

Вот почему этот вид демократии и стал орудием той расы, которая по своим внутренним целям не может не бояться божьего света ныне и присно.

Современный парламентарный принцип...существовал далеко не всегда. Напротив, демократический принцип существовал только в течение очень небольших периодов истории, и всегда эти периоды бывали эпохой деградации народов и государств.

Демократия современного Запада является спутницей марксизма, который вообще немыслим без нее.

Евреи начинают заменять идею демократии идеей диктатуры пролетариата...

Сначала евреи использовали буржуазию как орудие против феодального мира, а затем рабочего как орудие против буржуазного мира. Прячась за спиной буржуазии, еврей сумел завоевать себе гражданские права. Теперь же, эксплуатируя борьбу рабочих за свое существование, евреи надеются, прячась за спиной этого сословия, окончательно водрузить свое господство над землей.

Если мы на деле принимаем участие в том или ином парламентском учреждении, то мы делаем это только для того, чтобы взорвать его изнутри и в конце концов устранить само это учреждение, в котором мы не можем не видеть один из вреднейших элементов распада государства и общества.

Наконец, наше движение не усматривает своей задачи в восстановлении определенных форм государственного устройства или в борьбе против каких-то его форм.

Мы видим свою задачу в создании того принципиального фундамента, без которого невозможно длительное существование ни республики, ни монархии. Наша миссия заключается не в том, чтобы восстановить монархию или укрепить республику, а в том, чтобы создать Германское государство”.

Y. Из записей бесед А.Гитлера.

В 1941-1942 гг., в разгар мировой войны, велась стенографическая запись бесед фюрера с его окружением. В них Гитлер не раз возвращался к нападкам на либеральную демократию и свободу личности.

“Без ограничения свободы личности любое народное сообщество вскоре распадается. Индивидуум обязан считаться с другими и терпеливо сносить ограничения своих прав...

...Свобода печати должна уступить место централизованному управлению печатью, ибо свобода печати есть не что иное, как свобода распространять наглые еврейские выдумки...

Понятие “свобода печати” таит в себе смертельную опасность для любого государства. Ибо под ним понимается свобода отнюдь не для печати, а для отдельных субъектов, чтобы они могли делать все, что хотят и что “соответствует их интересам”.

...Народ хочет, чтобы им правили твердой рукой...Народ скорее простит руководству ошибку,...чем...неуверенность в его рядах. Ибо если верхи вообще не могут принять решение, низы начинают волноваться. Следовательно, и речи быть не может о том, чтобы верховное руководство разрешило критику снизу предпринимаемых им шагов.


И такого права требует не весь народ, а лишь отдельные его представители-склочники и критиканы по натуре”.

YI. Из книги Гитлера “Моя борьба”.

В книге мы находим нацистскую доктрину естественных прав человека и народов;

эта доктрина вдохновлена идеями социал-дарвинизма.

“...Существование человека подчинено определенным вечным законам. В мире, где планеты и солнце вращаются, а луны обходят вокруг планет и т.д., где всегда и неизменно сила господствует над слабостью и превращает последнюю в свою послушную служанку, нет и не может быть никаких особых законов для самого человека.

Вечные принципы этой мудрой системы определяют существование и самого человека. Человек может попытаться понять эти закономерности, но изменить их он не сможет никогда.

...Наша планета в течение миллионов лет носилась в эфире без людей. Это вполне может повториться, если люди позабудут, что их существование подчиняется безжалостным железным законам природы, а вовсе не выдумкам отдельных слабоумных идеологов.

Природа...дает жизнь человеческим существам на нашей планете и затем спокойно наблюдает за свободной игрой сил. У кого окажется больше мужества и прилежания, тот и будет ее самым любимым дитятей, за тем она и признает право господства на Земле...

Либо мир наш будет управляться согласно представлениям современной демократии и тогда центр тяжести всех решений перейдет к численно превосходящим расам;

либо мир будет управляться согласно естественным законам силы, и тогда побеждают народы, обладающие более твердой волей...

Раз создается такое положение, которое угрожает свободе или даже самому существованию народа, - вопрос о законности или незаконности играет подчиненную роль... инстинкт самосохранения угнетенных все равно признает, что при таком положении священным правом народа является борьба всеми средствами. Только благодаря этому принципу возможны были те великие освободительные битвы против внутреннего и внешнего порабощения народов на земле, которые стали величайшими событиями мировой истории. Человеческое право ломает государственное право.

Человечество стало великим в вечной борьбе - человечество погибнет при существовании вечного мира.

Если же окажется, что тот или иной народ в своей борьбе за права человека потерпел поражение, то это значит, что он был слишком легковесен и недостоин сохраниться как целое на земле. Вечно справедливое провидение уже заранее обрекло на гибель тех, кто не обнаружил достаточной готовности или способности бороться за продолжение своего существования. Для трусливых народов нет места на земле.

Конечно, никто не уступит нам земель добровольно. Тогда вступит в силу право на самосохранение нашей нации... Чего нельзя получить добром, то приходится брать силою кулака.

Все, чему мы изумляемся в этом мире, - наука и искусство, техника и открытия все это только продукт творчества немногих народов, а первоначально, быть может, только одной расы... Все великие культуры прошлого погибли только в результате того, что творческий народ вымирал в результате отравления крови.

Все то, что мы имеем ныне в смысле человеческой культуры, в смысле результатов искусства, науки и техники, - все это является почти исключительно продуктом творчества арийцев. Из этого, конечно, можно...заключить, что и в прошлом именно арийцам принадлежала эта самая высокая роль, т.е. что арийцы явились основоположниками человечества. Ариец - Прометей человечества. Его ясная голова была одарена божьей искрой гения, ему дано было возжечь первые огоньки человеческого разума, ему первому удалось бросить яркий луч света в темную ночь загадок природы и показать человеку дорогу к культуре, научив его таинству господства над всеми остальными существами на этой земле.

В качестве завоевателя ариец подчинял себе завоеванных и заставлял их работать так, как это соответствовало его желанию и его целям. Заставляя их делать полезную, хотя и очень тяжелую работу, он не только сохранял им жизнь, но и готовил им судьбу, несравненно более завидную, чем прежняя их т.н. “свобода”.

...арийцы пробуждают в покоренных народах духовные и организаторские способности, спавшие до сих пор непробудным сном.

Когда покоренные сами начинали подниматься и... сближаться с завоевателями,...резкое разделение между господином и рабом стало ослабевать. Арийцы постепенно стали терять чистоту крови и поэтому потеряли впоследствии также и место в раю, который они сами себе создали.

В низшей культуре завоеванных народов угас факел человеческого прогресса, занесенный туда более высокой расой”.

YII. Из записей бесед Гитлера.

В застольных разговорах, которые Гитлер вел в своей ставке во время войны, в 1941-1942 гг., он неоднократно повторял идеи, ранее изложенные им в “Майн кампф”, и убежденно твердил о божественности “естественного закона” “свободной борьбы сил” между людьми и народами и господства одних над другими.

“Если и есть бог, он дает не только жизнь, но и способность к познанию. И если я с помощью данного мне богом разума регулирую жизнь, то могу ошибаться, но не солгу.

Естественное, что остается, - это изучать законы природы, чтобы не действовать против них;

ибо это значило бы восстать против воли неба. Если я намерен уверовать в божественный закон, то лишь ради сохранения расы.

Провидение дало человеку разум, чтобы он поступил разумно....прошлое дает ответ на вопрос о том, как прожить в этом мире, которым правят законы, данные нам свыше: помогай себе сам, и да поможет тебе бог!

...у человека есть способности для постижения этих законов.

...инстинкт самосохранения. Ему все подчиняется....у природы нет любимчиков...

жизнь сама безжалостно проводит естественный отбор...

Жизнь дается только тому, кто наиболее яро борется за нее. Закон жизни гласит:

защищайся!

Природа везде и всюду, а значит, и в области селекции самый лучший учитель.

Вообще, она обустроила все как нельзя лучше, дав живому существу лишь одну возможность подняться наверх: путем жестокой борьбы....в борьбе между народами победу одерживает сильнейший.

Право на землю, согласно вечному закону природы, принадлежит тому, кто завоевал ее, исходя из того, что старые границы сдерживали рост численности народа.

Только властвуя над другими народами, можно научиться управлять.6 спартанских семей в течение столь долгого срока властвовали над 340 000 илотов и к тому же еще владели Малой Азией и Сицилией. Тот факт, что это вообще продолжалось несколько столетий, служит доказательством чистоты их крови.

...наиболее эффектно культура может развиваться, как показывает античность, лишь в условиях строгой дисциплины и государственной организации. Ибо деятельность в сфере культуры - это сотрудничество, а сотрудничество требует организации.

Когда нет вожака, сообщество распадается, просто атомизируется... Те же правила поведения,что у обезьян, только в гораздо большей степени, действуют и у людей.” YIII. Из книги Гитлера “Моя борьба”.

В “Майн кампф” Гитлер, основываясь на проиллюстрированном, выше понимании “естественного права” и “вечного закона”, изложил собственное учение о “народном сообществе”, организуемом в государство, о партии нового типа и о фюрер-принципе.

“Одна кровь - одно государство!

Государство отнюдь не является простым объединением экономических контрагентов, собравшихся воедино на определенной государственной территории с целью совместного выполнения хозяйственных задач. Нет, государство - совокупность физически и духовно равных человеческих существ, совокупность, ставящая своей задачей как можно лучше продолжать свой род и достигнуть цели целей, предназначенные ему провидением...Первопричиной к образованию всех человеческих общностей является инстинкт сохранения рода. Именно благодаря этому государство народный организм, а не организм хозяйственный.

Никогда еще в истории ни одно государство не было создано мирной хозяйственной деятельностью - государства всегда создавались лишь благодаря инстинкту сохранения вида, независимо от того, определялся ли этот инстинкт героической добродетелью или хитрым коварством;

в первом случае получались арийские государства труда и культуры, во втором случае еврейские паразитарные колонии.

Уже в 1920-1921 гг. из кругов современного, пережившего себя буржуазного мира на наше молодое движение посыпались упреки в том, что мы-де отрицаем современное государство...Государство - не цель, а средство к цели. Правда, без государства нет высокой человеческой культуры, но само государство не является еще главным фактором культуры. Главным фактором последней является исключительно наличие расы, способной стать творцом культуры.... Не государство служит главной предпосылкой возникновения человека более высокой породы, а раса.

Мы, арийцы, понимаем под государством только живой организм расы, который не только обеспечивает само существование этой расы, но обеспечивает ей также возможность дальнейшего более высокого развития всех заложенных в ней способностей до степени самой высшей свободы.

Итак, высшей целью действительно народного государства должна быть забота о сохранении того основного расового ядра, которое одно только способно создавать культуру, дарить человечеству красоту, достоинство и все высокое. Мы будем видеть задачу не в том, чтобы увековечить влияние одного класса. Мы поставим себе целью отобрать все лучшие головы во всех слоях населения и этим наиболее способным людям дадим возможность оказывать наибольшее влияние на наше общество и пользоваться наибольшим почетом. Наше государство будет судить о человеке не по тому, какую именно работу он выполняет, а по тому, каково качество его труда. Будущее разумное государство поставит себе задачу: дать каждому человеку работу, действительно соответствующую его способностям....Каждый человек будет иметь полную возможность развиваться дальше и совершенствоваться, но конечно, он будет делать это только в рамках общества... Первейшей и самой высокой задачей организации общества является поэтому создание таких условий, которые дали бы возможность личности приносить наибольшую пользу обществу...Вся организация общества должна представлять собою воплощенное стремление поставить личность над массой, т.е. подчинить массу личности.


...Мы постепенно создадим такую отборную корпорацию вождей, о которой сейчас, в эпоху безответственного парламентаризма, не приходится и мечтать. Мы должны перенести в сферу государственной жизни основной принцип: власть каждого вождя сверху вниз и ответственность перед вождем снизу вверх... Мероприятия, которые мы предлагаем, не ограничатся лишь государственным устройством, а должны будут проникнуть и во все остальное законодательство, и во все области общественной жизни...

мы сможем отдать в распоряжение всего народа и нашу собственную организацию, которая...будет уже представлять собою некое государство.

Наше... государство возникает... только в результате стальной воли нашего собственного движения, которое проложит себе дорогу против всех.

...Начать приходится с образования новой партии, которая будет существовать вплоть до того момента, когда провозглашенная ею цель осуществится в жизни.

Вождь... назначается сверху - с неограниченными полномочиями и авторитетом.

Одна из задач нашего движения заключается в том, чтобы дать победу этому принципу...во всем будущем государственном устройстве...К роли вождя призван только герой. Весь прогресс и вся культура человечества покоятся исключительно на гениальности и энергии личностей, а ни в коем случае не являются продуктом “большинства”. Чтобы наша нация могла вернуть себе величие и силу, она должна суметь культивировать личность и вернуть ей все права. На сцену выступила новая сила, объявившая решительную борьбу всему старому гнилью трусливого буржуазного мира и всем оттенкам опьяненных успехом марксистских организаций.

Сочетание качеств теоретика, организатора и вождя в одном лице - самое редкое из всего, что мы встречаем на земле. Сочетание всех этих трех качеств в одном лице и дает великого человека.” IX. Из записей бесед Гитлера.

В них, через 15 лет после написания “Майн кампф”, Гитлер развивал свою доктрину фюрерского и тоталитарного государства, исходя из политической практики 1933-1942 гг.

“Сообщество можно создать и сохранить только силой. С помощью демократических институтов невозможно удержать то, что было некогда завоевано силой.

Без ограничения свободы личности любое народное сообщество вскоре распадается!

Индивидум обязан считаться с другими и терпеливо сносить некоторые ограничения прав;

ведь если каждый будет жить, как он хочет, то это приведет не только к распаду народного сообщества, но и к гибели всего народа.

...Показателем высокого уровня культуры является отнюдь не индивидуальная свобода, но ограничение личной свободы организацией, охватывающей индивидуумов одной расы. Если не ограничивать свободу личности, то люди начинают вести себя как обезьяны. Никто не желает допустить, чтобы другой имел больше, чем он. И чем теснее они живут, тем больше вражды между ними. И чем больше государство ослабляет узду и представляет больше пространства для свободы, тем сильнее народы толкают на путь культурного регресса.

Если... заботиться о благе каждого отдельного человека, то не обойтись без государственной организации по образцу нашего государственного аппарата...чем примитивнее люди, тем больше воспринимают они любое ограничение своей свободы как насилие над собой. Сохранить нравственные устои народа - вот задача, которую государственный деятель может решить не хуже любой из церквей. Он должен лишь свойственные самому здоровому слою нравственные представления сделать законами и не колеблясь употреблять всю власть для их исполнения.

...Если законодательная и исполнительная власть в государстве не сосредоточены в руках одного человека, это неизбежно вызывает массу трудностей.

Все исполнительные органы - на первом месте вермахт, затем полиция, служба трудовой повинности, организация, занимающаяся воспитанием молодежи, и т.д. должны подчиняться одному человеку.

Мы покончили с представлением о том, что свобода в государстве - это когда каждый может говорить все, что в голову взбредет. Одна из первых задач, к решению которой он приступил после взятия власти, -это унификация всей немецкой печати. Ибо он в полной мере сознавал, что государство, которое в централизованном порядке управляет прессой с помощью множества редакторов и таким образом крепко держит ее в руках, обладает такой мощной властью, какую только себе можно представить....Он...приравнивает прессу к системе школьного обучения и отстаивает как в отношении прессы, так и в отношении школьного обучения ту точку зрения, что управление ими и их идейная ориентация ни в коем случае не должны определяться частнособственническими интересами.

выразителем государственной идеологии, профессия...Журналист...стал журналиста обрела совсем иной характер. Объяснить это журналистам и убедить их в том, что они - лишь часть, которая служит целому, было вначале далеко не просто.

...В экономике во все большей мере стали преобладать методы государственного управления. Только так оказалось возможным добиться общенациональной цели и отодвинуть на задний план интересы отдельных групп. Поскольку в огромной массе людей каждый думает только о себе, экономика просто не может нормально функционировать без государственного регулирования.

Что станет с фабрикой при отсутствии строгой организации, если каждый рабочий будет приходить, когда ему вздумается, и делать лишь ту работу, которая доставляет ему удовольствие? Без организации, т.е. без принуждения, а значит, без подавления личности, ничего не получится. Вся жизнь - это непрерывный отказ от индивидуальной свободы. И чем выше поднимается человек, тем легче ему это дается. При нашей нынешней форме государственного для того, чтобы именовать главу государства, лучше всего подходит термин “фюрер”. Помимо всего прочего, тем самым подчеркивается;

что во главе государства находится избранный вождь народа”.

X. Из выступления Ганса Франка.

Г.Франк, нацист, генерал СС, курировал юстицию “третьего рейха”.

“Фундамент всех законов - это национал-социалистская идеология, в особенности же ее истолкование в партийной программе и речах фюрера”.

Вопросы. 1. На чем базировалось судопроизводство в средние века? На чем - в Третьем рейхе? 2. В чем несовместимость нацистского толкования фундамента законов с правовым?

XI. Из книги Гитлера “Моя борьба”.

В “Майн кампф” есть лишь случайные замечания о юриспруденции в будущем “народном государстве”, но и они красноречивы:

“...В один прекрасный момент мы создадим национальный трибунал, который сумеет отдать под суд и под расстрел нескольких десятков тысяч ноябрьских преступников...

Если бы в начале войны мы решились задушить ядовитыми газами 12-15 тысяч еврейских вожаков,...тогда миллионные жертвы, принесенные нами на полях войны, не оказались бы напрасными.

...прежде всего уничтожить тех, кто систематически разлагает нашу национальную силу”.

XII. Из записей бесед Гитлера.

К 1942 г. практика нацистского государства накопила богатый антиправовой опыт.

Фюрер был откровенен, высказывая свои “юридические” идеи и иллюстрируя их фактами.

“...Современные правовые нормы, подобно раку, разъедают немецкий народ. Ни один разумный человек не в состоянии понять правовых учений, которые напридумывали юристы - не в последнюю очередь под влиянием евреев...Ныне он (Гитлер) с откровенностью заявляет, что для него любой юрист или от природы неполноценен, или со временем станет таковым. Пока он жив, юристов можно не опасаться, ибо он в случае нужды пренебрежет какими бы то ни было юридическими нормами.

...Нынешние судьи совершенно не понимают своих задач. Поскольку они действовали еще в те времена, когда правили наши противники,...в душе они остаются либералами. С огромным трудом удалось убедить министра юстиции доктора Гюртнера в необходимости быть жестокими и безжалостными по отношению к государственным изменникам...Каждый государственный изменник должен быть казнен, невзирая на размер причиненного им ущерба. Приговоры, выносимые Народным трибуналом, сперва также были далеко не в той мере суровыми, в какой ему хотелось.

Заповедь “Не убий” мы претворяем в жизнь, просто казня убийц, в то время как церковь, когда обладала властью, мучила их до смерти, подвергая зверским пыткам, четвертовала их и т.д.

До сих пор за бесчисленные кражи со взломом приговаривают к каторжным работам, хотя речь идет о лицах, неоднократно судимых за тяжкие преступления. После 10 лет каторги человек все равно потерян для народного сообщества. Кто ему даст работу?

Такого субъекта нужно или посадить в концлагерь, или просто убить. В настоящее время важнее сделать последнее, для устрашения.

В мирное время, конечно, вновь можно в тех случаях, когда имеешь дело с 15-ти или 17-ти летним преступником, заменять ему тюремное заключение хорошей поркой...

...Принцип коллективной ответственности...кара должна также пасть и на головы всех остальных членов этой семьи.

Практическое занятие № Тема № 12-16: Эволюция политико-правовых учений в России в Х1 - Х1Хвв.

План политико-правовых воззрений в период феодальной 1.Формирование раздробленности на Руси.

2.Политические и правовые учения периода образования централизованного государства и абсолютной монархии.

3.Политико-правовые доктрины русского просветительства, либерализма, демократизма.

Источники 1. Будовниц И.У. Общественно-политическая мысль Древней Руси. М.,1960.

2. Дьяков В.А.Освободительное движение в России.1825-1861. М.,1979.

3. Замалеев А.Ф.Философская мысль в средневековой России. Л.,1987.

4. Повесть временных лет. В 2-х т.М.-Л.,1951.

5. Слово о законе и благодати. Синодальный список сочинений Илариона русского писателя Х1в.Публикация Розова Н.Н.Прага,1963.

Методические указания При подготовке к практическому занятию необходимо, наряду с лекционными материалами, в полной мере задействовать вышеуказанную источнико-фактоло-гическую базу. При этом важно обратить внимание на многовариантность подходов к вопросу о возникновении и развитии государственности у восточных славян, взаимосвязи христианизации Руси с процессом закрепления политико-правовых норм в раннефеодальном государстве. Следует также учитывать исторические и культурно цивилизационные особенности, в контексте которых закладывались национальные понятия о верховной власти и нравственном статусе ее носителя, взаимоотношениях верховной власти и подданных, правопонимании, судоустройстве, которые стали традиционными для отечественной политико-правовой мысли.

Понятие “правды” как права (и правопорядка),в котором синтезированы морально нравственные и юридические характеристики, было уже представлено в трактатах политических и государственных деятелей Руси Х1 века, и в дальнейшем стало определяющим в правопонимании всех русских мыслителей, как в средние века, так и в Новое время. С течением времени учение о государственной власти претерпевало сложную и многоплановую трансформацию. Раз рушение политико-правового пространства страны и утрата независимости в период ордынского ига стимулировали консолидацию разнообразных доктрин и концепций вокруг одной основной идеи – воссоздание единого, суверенного и сильного государства.

Преимущественно посредством жесткой централизации власти и мобилизации внутренних ресурсов. Это имело долговременные и неоднозначные последствия для судеб российского государства и общества.

Укрепление самодержавия и абсолютизма постепенно из средства сохранения государственной независимости и территориальной целостности превращалось в собственную противоположность – фактор угрозы стабильности, процветания и национальной безопасности (“государство пухло, народ хирел”).Осознание объективной необходимости реформирования системы государственного управления в России воплотилось в целом ряде республиканско-конституционных проектов отечественных мыслителей ХУ11-ХУ111 вв., подготовивших почву для политико-правовых преобразований середины и второй половины Х1Х века(хотя и с огромным опозданием, так всесторонне проработанный проект М.Сперанского ждал своей реализации 100 лет!). Отмена крепостного права в 1861г., судебная реформа 1864 г. способствовали в определенной мере обновлению способов управления страной, однако не могли блокировать развития глубинных деструктивных процессов: империя продолжала медленно, но неуклонно втягиваться в затяжной системный кризис.

7. САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ РАБОТА СТУДЕНТОВ Вопросы для самопроверки.

Раздел 1:

1.Каково мнение Демокрита о строении физических тел?

2.Как оценивает Диодор поведение первобытных людей? К чему их побуждали “нужда и опыт”?

3.В чем заключается сущность воззрений Стобея относительно государства?

4.Как понимал справедливость и правопорядок Антифонт? В чем он усматривал смысл законов?

5.Как соотносятся между собой различные виды и типы законов?

6.Что можно сказать о взглядах Антифонта на происхождение дюдей и отношение к ним?

7.Каким образом происходит возникновение государства по Платону? Какой ему виделась “идеальная модель” государственного устройства?

8.Кто был призван возглавлять “идеальное государство” Платона?

9. В чем усматривал Платон залог преуспевания государства?

10.Какие виды государств выделял Платон?

11.В чем заключалась, по мнению древнегреческого мыслителя, главная причина несовершенства демократии?

12.Можно ли считать Платона провозвестником тоталитаризма?

13.В чем заключается центральная идея трактата Аристотеля “Политика”?

14.Ради чего создается государство по Аристотелю?

15.Какие государства считал Аристотель “правильными”?

16.В чем Платон расходился с Аристотелем?

17.Какие положения концепции Аристотеля актуальны для нашего времени 18. Как и когда возникает демократия по Полибию?

19.В связи с чем образуется аристократия?

20.Что является фактором обеспечения внутригосударственной стабильности, по мнению древнегреческих мыслителей?

21.Какова оптимальная форма государственного устройства по Полибию?

22.Что такое “государство” по Цицерону? 23.Как называется форма правления, при которой вся власть сосредоточена в руках одного лица?

24.Как Цицерон относился к Платону?

25.Какими качествами, по мнению Цицерона, должны обладать правители?

26.Какой виделась оптимальная система наказаний Цицерону?

27.Как относился Цицерон к ростовщикам и спекулянтам? Какое занятие он считал достойным “свободного человека”?

28.Можно ли считать Сенеку фаталистом?

29.Как он относится к рабам?

30.Как трактует Сенека “добровольное рабство”?

31. К чему призывал людей Марк Аврелий?

32.Чему уподоблял М.Аврелий весь мир?

33.В чем суть подхода Ульпиана к трактовке цивильного права?

34. В чем усматривал правовое различие между людьми Гай 35.Как рассматривал закон Папаниан?

36.Что говорил о нормах международного права Помпоний?

37. Кто являлся сувереном? Был ли юридически ограничен его суверенитет?

38. Как Вы понимаете смысл оговорки, сделанной Бомануаром: “для общей пользы?” 39. Чем обосновывалась разница между правами дворян и прочих свободных людей?

40. Сравните трактовку королевской власти Бомануаром и Боденом. Что у них общего и в чем они расходятся?

41. Какова иерархия законов по Бодену? Можно ли боденовское идеальное государство назвать правовым?

42. Почему, на ваш взгляд, Боден выделяет среди прав подданных “личную свободу и собственность”? Известно, что Боден допускает право на сопротивление власти, если та становилась тиранической. Как это связать с его тезисом о том, что “выше монарха только бог” и что “монарх повинуется законам божеским и естественным”?

43. Каким трем критериям должно было соответствовать судопроизводство по “Каролине”?

44. Что понималось под “общим правом”? под “исконными обычаями”?

45. Почему, на ваш взгляд, и у Брэктона, и в “Каролине” введен критерий соответствия закона справедливости?

46. Что, по Оккаму, первично (“от бога и по природе”): свобода, равенство и независимость людей или рабство, господство одних над другими и подчинение?

47. Что становится источником власти правителя /монарха/: воля бога и папы римского или свободный выбор народа?

48. Вытекают ли из приведенных суждений Оккама а/ принцип верховенства /суверенитета/ народа, а не папы и не светского государя;

б/ обязанность императорской власти служить общему благу;

в/ если император правит вопреки общему благу - право народа передать императорскую власть более подходящему лицу? Ответ обоснуйте.

49. Марсилий Падуанский, современник Оккама, утверждал, что источником власти является народ, что государство базируется на общем согласии и должно обеспечивать общее благо, что “душа” государства заключается в единстве воли государства как целостного образования. В чем вы видите сходство и различие идей Оккама и Марсилия? Каким образом идеи У.Оккама, Марсилия Падуанского и им подобных мыслителей подрывали господствовавшую идеологию?

50. Как Макиавелли объяснил возникновение общества и выделение в нем “начальников”? Чем он объяснял появление “понятия справедливости и правосудия”?

51. Какими качествами должен был обладать идеальный вождь (правитель)?

Почему, по мнению Макиавелли, власть вождей (государей) деградировала? Чем характеризуется у него тирания?

52. Как Макиавелли рисует борьбу против тирании и тираноборцев?

53. Чему, по утверждению Макиавелли, поначалу подчинялись аристократы? Как аристократия выродилась в олигархию и пала?

54. Почему народное правление оказалось непрочным? Чем оно обернулось?

55. Каков круговорот правления во всякой республике, т.е. во всяком государстве?

Чем он может быть прерван?

56. На стороне какого вида правления были симпатии Макиавелли? Почему? Какие образцы смешанного правления он находил в истории?

57. Сопоставьте взгляды на происхождение государства и права, высказанные Макиавелли, со взглядами Марсилия, Падуанского и Уильяма Оккама. В чем они видели источник права и закона? Как толковали монархию и тиранию? Какую роль отводили в государстве народу?

58.Как страх породил отношения господства и подчинения? Можно ли сказать, что для Гоббса государство явилось спасительным и добровольным рабством?

59. Каковы права того, кому вручена однажды верховная власть?

60. Чем Гоббс объяснял различия между тремя формами государства? Сопоставьте его взгляды на демократию, аристократию и монархию со взглядами Макиавелли.

61. Какова цель государства?

62. Если права верховной власти суть средства для достижения цели, ради которой государства были установлены, то применима ли к гоббсовскому Левиафану формула:

“цель оправдывает средства”?

63. Как Гоббс объяснял причины гражданской войны в Англии?



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.