авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«ИНСТИТУТ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА М.Н. Гусев ИСЛАМСКИЙ ФАКТОР В ЮГО-ВОСТОЧНОЙ АЗИИ. РОЛЬ ВНЕШНИХ СИЛ Москва 2007 ...»

-- [ Страница 5 ] --

Очевидно, в «периферийности» ислама ЮВА кроется и его бескомпромиссность. Исламисты в ЮВА недовольны тем, что значительная часть арабских стран признала Израиль. Как Ин донезия, так и Малайзия не поддерживают с Израилем дипло матических отношений. У мусульман Юго-Восточной Азии мощная идеологическая база «противостояния сионизму», и предпринимавшиеся различными администрациями Индонезии в последние годы слабые попытки наладить связи с Израилем, что явно инспирировалось из Вашингтона, неизбежно наталки вались на возмущение и протесты мусульманских организаций.

Это дает мусульманам ЮВА возможность гордиться собой и рассматривать себя в качестве даже куда более «правовер ных» по сравнению с арабскими братьями.

Мотивация, связанная с «периферийностью», в значи тельной степени объясняет двойственную позицию мусуль ман Юго-Восточной Азии во взаимоотношениях как внутри исламского мира, так и их реакцию на все возрастающее осложнение межцивилизационных отношений в глобальном масштабе. С одной стороны мусульманские страны региона в вопросах, касающихся взаимоотношений религии и власти, вынуждены следовать в своем развитии путем, пройденным странами, являющимися изначальными носителями ислама, с другой же на гребне собственной инициативности если не опередить, то, по крайней мере, стать равными среди равных в иерархии мусульманских стран в той новой расстановке сил в исламском мире, которая явилась результатом активизации исламского фактора.

Мощнейшим побудительным моментом формирующегося ныне нового спектра внешнеполитических воздействий на со стояние внешней и внутренней политики ряда асеановских стран явилась победа исламской революции в Иране в 1979 г.

Как уже отмечалось, вплоть до этого знакового в исламском мире события мусульманские страны Юго-Восточной Азии в своем развитии двигались к утверждению принципов секуляр ной государственности. Последующее же развитие ситуации свидетельствует о беспрецедентном повороте исторических событий вспять. Юго-Восточная Азия становится объектом борьбы за создание «нового азиатского халифата». И хотя у инициаторов этой борьбы шансы на успех в обозримом буду щем не просматриваются, данный факт внес серьезные кор рективы в треугольник: страны АСЕАН – великие державы – исламский мир.

В результате, под влиянием произошедших событий, воз действие упомянутых выше великих держав на положение дел регионе в значительном ряде случаев носит уже не ре шающий, а вторичный характер, что имеет немало доказа тельств.

Несмотря на давление США, Малайзия не разорвала дипломатические отношения с Ираком и не закрыла иракское посольство. Министр иностранных дел Малайзии Сайед Ха мид Албар заявил в апреле 2003 г., что Куала-Лумпур высту пает против плана наделения США и Великобритании полно мочиями по управлению Ираком. Его страна, подчеркнул ми нистр, признает только такое правительство Багдада, которое демократическим путем будет избрано самими иракцами при непосредственном содействии ООН. Ряд индонезийских му сульманских организаций выступил с призывом к священной войне – «джихаду» против США в ответ на нанесение ими уже первых ударов по Афганистану. В Джакарте и других городах прокатилась волна демонстраций с требованием прекраще ния агрессии, террористами исламистского толка была про ведена серия актов с десятками жертв. Визит президента Ин донезии Мегавати Сукарнопутри в США в 2001 г. сразу же по сле теракта был подчинен пропагандистской цели. Для США было крайне важно услышать из уст индонезийского прези дента слова солидарности с Вашингтоном в деле борьбы с международным терроризмом и одновременно продемон стрировать мусульманскому миру, что Америка ведет борьбу не с мусульманами и исламом, а против преступной деятель ности террористов. И эта пропагандистская цель была до стигнута. Но позднее в свете упомянутых событий, а также вследствие опасения вызвать осуждение со стороны ислам ского мира, из-за позиции индонезийского президента на саммите АТЭС в Шанхае в октябре 2001 г., несмотря на все усилия американцев, не была принята резолюция в поддерж ку их военных действий в Афганистане. Индонезия солидари зировалась с позицией Малайзии, предложившей призвать Соединенные Штаты к прекращению военных действий в Аф ганистане. Президент Мегавати заявила о недопустимости с чьей бы то ни было стороны оказывать давление на другой народ или государство под предлогом поиска и поимки терро ристов. Характерно, что эта критика в адрес США была вы сказана индонезийским президентом в крупнейшей мечети Индонезии «Истикляль» во время праздника, посвященного вознесению пророка Мухаммеда. Во многих индонезийских политических и научных кругах действия США в Афганистане, создание американских военных баз в Узбекистане, Таджики стане и Киргизии расценили как шаг к установлению гегемо нии США в этом регионе.

Наблюдалось охлаждение в отношениях между страна ми АСЕАН и Японией после принятия ею решения о введе нии воинского контингента в Ирак в поддержку американской агрессии. Малайзия воспрепятствовала участию США в со зданном ею антитеррористическом центре в знак протеста против военных действий американцев в Ираке. Пересмат риваются и внешнеполитические приоритеты мусульманских стран региона. В Эр-Рияде Махатхир Мохамад заявил, что мировое исламское сообщество нуждается в том, чтобы та кое влиятельное государство как Саудовская Аравия стало державой мирового уровня. Это произошло в тот период, когда Вашингтон проявил намерение отодвинуть Саудовскую Аравию на периферию своих внешнеполитических интере сов, переместив центр своей региональной политики в дру гие государства Залива.

Отмеченные процессы находят отражение и в положении дел в ОИК. Начиная с президента-диктатора Ф.Маркоса прак тически все поставторитарные главы демократических Филип пин стараются не только поддерживать регулярные отношения с ОИК, но и прилагают немалые усилия, пытаясь обеспечить своей стране членство или хотя бы статус наблюдателя в этой влиятельной международной организации. Но все попытки официальной Манилы встречают отказ. Представляется, что на позицию ОИК в данном вопросе более всего влияет полити копсихологический фактор. Для государств Ближнего Востока Филиппины остаются прежде всего ближайшими союзниками США, Израиля, крупных стран Запада и, кроме того, страной, где христианское большинство проводит политику дискрими нации и угнетения мусульманского меньшинства. Подтвержде нием такому предположению служит предоставление в 70-х годах ХХ столетия статуса наблюдателя в ОИК самой влия тельной и массовой сепаратистской организации филиппин ских мусульман – Фронту национального освобождения моро (ФНОМ), из которой позже вышла ИФОМ.

В сложном положении находится Сингапур. В глазах ис ламистов он является «прозападно ориентированный космо политическим мегаполисом», пытающимся навязать свои правили игры окружающим его странам «мусульманского ми ра». Вместе с тем, следует отметить растущую популярность в исламском мире Малайзии. Заметим, что именно ради под держки этой страны в качестве председателя ОИК президент Ирана Махмуд Ахмадинежад совершил визит в Куала-Лумпур в марте 2006 г. Для него имела исключительно важное значе ние позиция Малайзии по правам Ирана на мирное развитие атомной энергетики вопреки давлению США и ЕЭС, настаи вающих на передаче ядерного досье страны в Совбез ООН, сформулированная в устах главы МИДа Малайзии Хамида Албара: «не следует припирать Иран к стенке (по ядерной проблеме), чтобы не разжигать новый конфликт, подобный иракскому». Несколько позже правительство Ирана поблага дарило Малайзию за ее твердую позицию о необходимости дипломатического решения ядерной проблемы Тегерана.

На ситуацию, связанную с взаимоотношением США и стран ЮВА полезно посмотреть и в другом контексте, а имен но: по мнению ряда обозревателей, американцы увязли в конфликтах в Афганистане и Ираке, которые ими достаточно обоснованно рассматриваются в русле их отношений с ис ламским миром в целом, поскольку борьба с терроризмом на Среднем Востоке откровенно увязывается Соединенными Штатами с установлением политического контроля над этим регионом. В результате же они оказались не в состоянии уде лять должного внимания такому столь же важному участку исламского мира, каким является Юго-Восточная Азия.

Немалое значение имеет влияние, оказываемое странами традиционного ислама на усиление соответствующих настро ений и на внутриполитическую ситуацию в странах ЮВА. И здесь вопрос во многом состоит в том, что борясь с ислам ским терроризмом в международном масштабе, осуществляя эту борьбу такими акциями, как в Афганистане и Ираке, Со единенные Штаты повсеместно идеологически и морально подпитывают терроризм на местах и он начинает проявляться там и в таких формах, которые раньше совершенно не пред полагались. Происходит переползание терроризма со свой ственной ему спецификой и методами борьбы с Ближнего Во стока в Юго-Восточную Азию.

Комментируя американо-британскую агрессию против Ирака, малайзийский премьер Махатхир Мохамад заявил, что мир оказался в шоке, лицезрея, как крупные державы, счита ющиеся высокоцивилизованными, прибегли к массовому убийству во имя достижения своих явно корыстных целей. По его словам, это указывает, насколько глубоко упала мораль таких великих держав как Соединенные Штаты и Великобри тания, сделавших убийство своей основной политикой. Он охарактеризовал действия Вашингтона и Лондона как попытку разрушить систему приоритетов международного права.

Джакарта в свою очередь, комментируя события в Ираке, указывала на то, что в этой стране, как и ранее в Афгани стане, администрация Дж.Буша действовала на основе стра тегии установления мирового господства, обнародованной в сентябре 2002 г. в доктрине национальной безопасности.

«Эта доктрина не только игнорирует принципы суверенитета других государств, но предусматривает исключительное пра во США определять, что позволено и что запрещено им де лать не в соответствии с документами ООН, а по американ ским меркам», отмечала влиятельная джакартская газета «Компас».

На чрезвычайном совещании министров иностранных дел стран ОИК по терроризму в Куала-Лумпуре в апреле 2002 г.

Махатхир Мохамад предложил свое определение терроризма, включая государственный. По его мнению, «любую вооружен ную или иную акцию против гражданского населения, пред принятую индивидуально или с официальной санкции или по приказу, можно считать терроризмом.» В качестве примеров этого международного зла он назвал атаку на Международ ный торговый центр в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г., атаки палестинских и тамильских боевиков-смертников, действия израильской армии на территории палестинской автономии, массовые убийства мусульман в Боснии. По убеждению ма лайзийского лидера, терроризм не является монополией ка кой-то конкретной расы, религии или идеологии. Что касается мусульман, то к террору их постоянно подталкивает ино странное угнетение, безысходность и растущая отчужден ность в глобализирующемся мире».

Следуя в русле заявлений Махатхира Мохамада, конфе ренция ОИК резко осудила попытки поставить знак равенства между международным терроризмом и исламом.

Несколько в стороне от бушующих страстей находится Китай, сумевший не осложнить отношений с мусульманским миром. При всей своей очевидной экономической экспансии в Юго-Восточной Азии, вне всякого сомнения являющейся ча стью общемирового процесса глобализации, Китай в глазах асеановцев не ассоциируется с теми переменами, которые в представлении многих мусульман тождественны американи зации. Но и Китай, при выработке внешнеполитического кур са, безусловно, является объектом исламоцентристских вы кладок политиков ряда стран ЮВА. Китай рассматривается исламистами как потенциальный противник Соединенных Штатов, что потенциально упрощает решение главной задачи исламистов всемерно ослабить, унизить Америку, показать ее беспомощность.

Все это вовсе не препятствует продолжающейся заинте ресованности стран региона в экономическом сотрудничестве с указанными великими державами, в исходящем от них пото ке инвестиций. Для асеановцев остается исключительно важ ным и американское военное присутствие, являющееся с их точки зрения гарантом безопасности и относительного спо койствия, а также противовесом территориальным притязани ям Китая в регионе. Но отмеченные факторы во все возрас тающей степени проходят через сито изложенных обстоя тельств, связанных с принадлежностью значительного люд ского контингента в ЮВА к исламскому миру. Иначе говоря, исламский фактор, религиозная солидарность начинают всту пать в противоречия с интересами национальной безопасно сти стран региона.

Исключительно широка многоплановость воздействия террористического акта 2001 г. в США и самого факта ислам ского терроризма на положение дел в Юго-Восточной Азии.

Проблемы безопасности и способы их решения были едва ли не основной составляющей в спектре причин, определяющих тесную взаимозаинтересованность стран АСЕАН и США в поддержании и развитии своих отношений во времена «хо лодной войны» и позднее. Но если до отмеченных событий стороной, нуждающейся в постоянной поддержке, были ис ключительно асеановские страны, то в новых условиях скла дывается совершенно иная система ценностей. Резко изме нившийся мир заставляет руководителей США по новому вос принимать международные проблемы. В этом плане ситуация в Юго-Восточной Азии, где есть место воинствующему исла му, приобретает для США особый интерес. Бывший посол США в Японии Майкл Армакост отмечает: «Теперь никто в Вашингтоне не может игнорировать Юго-Восточную Азию, учитывая большую часть населения, исповедывающего ислам в этих странах и ее значимость в глобальной системе без опасности». Американские военные стали неоднократно утверждать, что политическая изоляция Индонезии, также по страдавшей от ударов «Аль-Каиды», противоречит стратеги ческим интересам США, в особенности на фоне возросшей военной мощи Пекина. Во время визита в Джакарту в марте 2006 г. госсекретарь США Кондолиза Райс подтвердила го товность США помочь в модернизации индонезийской ар мии. Мысль о том, что Соединенные Штаты устанавливают более тесные отношения с Индонезией поскольку видят ее в перспективе в качестве противовеса Китаю, уже несколько раз высказывалась различными обозревателями. В принципе, это подтвердила во время прошлогоднего визита Кондолиза Райс, заявив, что Соединенные Штаты ратуют за расширен ное сотрудничества с АСЕАН, рассматривая Индонезию с точки зрения той определяющей роли, которую она играет в Ассоциации, а также в динамических изменениях, происходя щих в регионе. Помимо этого имеются определенные призна ки того, что Запад не прочь рассматривать Индонезию в каче стве моста для восстановления отношений с исламским ми ром. Можно сказать, что этим настроениям подыгрывает ин донезийский президент. В мае 2005 г. в своем первом вы ступлении, посвященном внешнеполитическому курсу, он за явил, что в международной деятельности он хочет быть ми ротворцем, создавать атмосферу взаимного доверия, наво дить мосты для решения сложных международных проблем.

В новую фазу вступают и военно-политические отноше ния стран региона с Соединенными Штатами. После оконча ния «холодной войны» асеановцы несколько дистанцирова лись от американского покровительства в области обороны, больше надеясь на региональные механизмы обеспечения безопасности. В этот период произошла ликвидация амери канских военно-воздушной и военно-морской баз на Филиппи нах, отказ Индонезии от закупок американской военной авиа техники. Угроза терроризма внесла коррективы в подходы стран региона к проблемам собственной безопасности и роли США в их решении. Взоры асеановцев вновь, как и в былые годы, обращаются к американскому оборонительному зонтику.

Приобретают новые импульсы двусторонние отношения США со странами АСЕАН. Филиппины и Таиланд официально за явили об информационной и штабной поддержке вооружен ных сил США, а также о возможности более широкого исполь зования Америкой военно-воздушных и военно-морских баз на их территориях. На юге Филиппин США создали специаль ное антитеррористическое подразделение, в задачи которого входит подготовка филиппинских спецслужащих, а также ока зание тыловой поддержки правительственным войскам в их борьбе против мусульманских сепаратистов. Американцы также объявили награду в 5 млн. долл. за выдачу руководи телей экстремистской группировки «Абу-Саяф». О намере нии сотрудничать с американскими спецслужбами при выяв лении очагов экстремизма в своих странах информировали США, Индонезия и Малайзия. Такие действия в значитель ной степени были продиктованы практически полной него товностью всех стран региона как прогнозировать крупные теракты, так и предотвращать их. Симптоматично, что даже хорошо организованная сингапурская контрразведка (The Internal Security Department) вышла на региональную терро ристическую сеть не сама, а по наводке спецслужб США, ко торым удалось получить соответствующую информацию в ходе спецопераций в Афганистане.

Сегодня возникает угроза объединения сил террористов на региональном уровне. Соединенные Штаты утверждают, что в Юго-Восточной Азии сконцентрировано значительное число активистов «Аль Каиды». США стремятся сорвать планы объединения исламистов. В этом, по мнению анали тиков в Джакарте, состоит одно из основных политических противоречий в регионе ЮВА, который из потенциальной «базы» «Аль Каиды» превращается в открытый «фронт бое вых действий».

В складывающейся ситуации, как утверждают эксперты, США не упустят своего шанса воздействовать на государ ства региона для усиления американского влияния посред ством экспансии в самые различные сферы жизни – эконо мику, политику, дипломатию, военное сотрудничество при создании антитеррористических альянсов и в последующей борьбе с терроризмом, которая, как признает Вашингтон, будет носить затяжной характер. Это, в частности, подтвер дил в 2005 г. глава Комитета начальников штабов ВС США генерал Питер Пейс. Выступая в столичном Университете национальной обороны, он предупредил, что война с терро ризмом будет долгой и отметил: «…У нас нет другого выхо да, кроме как одержать победу в этой глобальной войне… Вы посмотрите, что говорят наши враги… Их цель уничто жить наш образ жизни».

Но такое развитие событий чревато весьма тревожными перспективами. Рост зависимости государств Юго-Восточной Азии от Соединенных Штатов неизбежно стимулирует усиле ние националистических и антиамериканских настроений в мусульманской среде, что выливается в терроризм. К тому же, имевшие место в мировой прессе сообщения о намерении администрации США распространить акцию возмездия на Ин донезию и другие страны Юго-Восточной Азии внесли нема лое беспокойство в асеановское содружество. Министр обо роны США Дональд Рамсфелд заявил в январе 2002 г., что войны будут переноситься в стан врага, где бы он ни нахо дился. Ему вторила тогдашний советник президента по национальной безопасности Кондолиза Райс. По ее словам, США в принципе не будут проводить различий между самими террористами и теми, кто их поддерживает и снабжает, а оставят за собой как право выявления нарушителей, так и выбор средств воздействия по отношению к ним. В довер шение к изложенному президент Буш, выступая перед кон грессом в конце января 2002 г. заявил, что если другие стра ны не будут бороться с терроризмом на собственной террито рии самостоятельно, это «сделает» за них Америка.

Асеановцы считают, что даже на уровне декларирования такие угрозы могут привести к непредсказуемым последстви ям. Отмеченная линия поведения США в сочетании с упомя нутой угрозой, по крайней мере, дискредитирует деятель ность руководства стран региона по смягчению накала рели гиозных страстей среди мусульман, активизирует протестные Следует отметить, что первые шаги в этом направлении были сде ланы при президенте Клинтоне. В 1996 году он подписал принятый конгрессом закон разрешающий использовать «все необходимые средства, включая тайные операции и военную силу, чтобы подо рвать, расстроить и уничтожить международные инфраструктуры, используемые террористами». «Инфраструктуры» здесь означают «все, что поддерживает террориста», включая самих террористов, объяснил Марк Левенталь, возглавлявший в то время службу персо нала комитета по разведке палаты представителей.

настроения мусульманского населения, повышает популяр ность бен Ладена, который обвиняет американцев в антиис ламизме. Опыт Ирака показал, что силовое решение внутрен них проблем исламских государст, тем более вовлечение сю да великих держав чревато радикализацией исламского поли тического движения. Тем самым, Соединенные Штаты созда ют условия для формирования уже упоминавшегося между народного террористического интернационала мусульманско го толка. У мусульманских экстремистов и террористов, утра тивших убежище в результате предпринятых Соединенными Штатами мер по уничтожению террористической сети, про стирающейся по всему миру, появляется реальная возмож ность найти себе прибежище в странах региона.

Опасения быть включенными в зону действий антитерро ристической коалиции во главе с США, вновь вспыхнувшие в Юго-Восточной Азии к началу 2002 г., имели под собой почву.

Они возникли в связи с появлением в американской прессе новых сообщений о намерении администрации США распро странить антитеррористические действия на те государства этого региона, правительства которых не выразят четко свои позиции, и не станут решительно пресекать выступления местных экстремистов и препятствовать возможному проник новению на территорию ЮВА аль-каидовцев, потерявших пристанище в Афганистане. В их число американцы включают и тех мусульманских боевиков из стран ЮВА, которые воева ли на стороне «Талибана» и «Аль-Каиды».

Асеановские страны вновь почувствовали острую потреб ность в противовесе, вспоминая былой баланс сил времен «холодной войны». Об этом с полной откровенностью выска залась индонезийский политолог Деви Фортуна Анвар: «Всех тревожит американский гегемонизм, в связи с чем возникает необходимость в нахождении традиционного состояния ба ланса.» Она отметила, что индонезийские военные на фоне отмеченных событий проявляют крайнюю заинтересованность в ослаблении зависимости от США в вопросах безопасно сти. Далее последовали заявления руководства страны, включая министра обороны Матори Абдул Джахиля, о том, что Индонезия в состоянии противостоять угрозе терроризма на своей территории собственными силами. Подобные выска зывания были и со стороны руководства вооруженных сил Малайзии. При этом спецслужбы асеановских стран не отка зывались от продолжения контактов Ассоциации с США по вопросам обороны и обмену оперативной развединформа цией. Тем самым лидеры стран АСЕАН дали понять амери канской администрации, что они заинтересованы во внеш ней поддержке со стороны союзников по антитеррористиче ской коалиции, в получении финансово-экономической и военной помощи, руководствуясь собственным пониманием условий сотрудничества. Похоже на то, что Юго-Восточная Азия становится «болевой точкой» американской внешней политики и антиреррористические амбиции США, далеко выходящие за рамки правового поля, могут иметь далеко не простые последствия.

И это происходит в то время, когда для долговременных интересов Америки возрастающую опасность представляет наметившаяся глобальная тенденция создания региональных коалиций с практически неприкрытой антиамериканской направленностью. В Азии, Европе и Латинской Америке все чаще имеют место факты дистанцирования от Государствен ного департамента США и всего американского. Такой про цесс на руку Китаю, который эксплуатирует эти усиливающие ся настроения стран Восточной и Юго-Восточной Азии для того, чтобы облегчить себе задачу по негласному вытеснению Соединенных Штатов из этих регионов. В этом контексте сле дует рассматривать принятие решения в Куала-Лумпуре в конце 2005 г. о создании Восточно-Азиатского сообщества, в которое вошли 10 стран АСЕАН, а также Китай, Япония и Юж ная Корея. Как отмечает российский востоковед В.Ф.Васильев: «…по нашим предположениям, – это созна тельный шаг многолетних азиатских партнеров США по осво бождению новых региональных организаций от американского присутствия, от американских рычагов прямого давления на них».

Нельзя утверждать, что американцы совершенно не осо знали промахов собственной политики в отношении мусуль манских стран региона. Ряд американских высших должност ных лиц в конце 2001 – начале 2002 гг. вынуждены были офи циально заявить об исключении прямого вмешательства во внутреннюю ситуацию или любых односторонних военных действий на территории стран ЮВА. Посол США в Джакарте Р.Бойс отметил в ноябре 2001 г., что Индонезия с ее огром ной островной территорией способна служить благоприятной почвой для произрастания экстремизма и терроризма, но их подавлением в стране должны заниматься сами индонезий ские власти. В 2003 г. правительство США пыталось наладить отношения с мусульманской общественностью Индонезии.

Президент Буш встретился на о. Бали с индонезийскими ре лигиозными деятелями, пытаясь убедить их в том, что США борются не с исламом, а против злодейств, вершимых от его имени. Посол Р.Бойс активизировал контакты с мусульман скими лидерами страны. Заработала американская программа обеспечения литературой мусульманских школ-интернатов Индонезии. В Белом доме поутихли разговоры о борьбе с терроризмом и все чаще стали раздаваться призывы к борьбе за свободу во всем мире. Речь Буша при его вступлении в должность в январе 2005-го, знаменовавшая собой начало грандиозного «крестового похода» за свободу, напомнила об Атлантической хартии Франклина Делано Рузвельта и кампа нии за права человека Джимми Картера, не говоря уже о «Че тырнадцати пунктах» Вудро Вильсона. Однако от внимания зарубежных скептиков не ускользнуло то, что наиболее ча стыми примерами, призванными доказать успех этого нового демократического похода, были Афганистан и Ирак, подверг шиеся оккупации со стороны США, а также палестинские тер ритории, все еще оккупированные Израилем.

Чтобы ослабить усиливающийся антиамериканизм в реги оне, администрация Соединенных Штатов предприняла быст рую акцию: использовала корабли 7-го флота для выполнения гражданских гуманитарных задач по ликвидации в Индонезии и Таиланде тяжких последствий разрушительного цунами, про изошедшего 26 декабря 2004 г. Судя по неоднократным выска зываниям высшего руководства США, подобная переориента ция на сугубо мирные функции части кораблей ВМС США в Ти хом и Индийском океанах и особенно на их стыке в районе оживленного Малаккского пролива, где из года в год растет численность морских пиратов, будет по всей видимости наблюдаться и в дальнейшем. Вашингтон вновь обнаружив, что Юго-Восточная Азия, представляя ощутимый источник угрозы безопасности в мире, пытается укрепить партнерские отношения, соответствующие интересам обеих сторон.

Сделал реверанс и английский премьер Тони Блэр, прибыв в марте 2006 г. с визитом в Индонезию впервые после посеще ния страны Маргарет Тэтчер в 1985 г. «Индонезия и Велико британия относятся к странам, пострадавшим от терроризма, и должны сообща бороться с этим злом. Мы едины в стремлении одолеть терроризм и будем вместе добиваться победы» – за явил он на встрече с индонезийским президентом. Стороны подписали соглашение о сотрудничестве в области безопасно сти. Был учрежден индонезийско-британский совет по делам ислама. В тоже время английскому премьеру пришлось выдер жать град критики на встрече с лидерами умеренного крыла индонезийского мусульманства. Они заявили, что оккупация Ирака лишь «подливает масла в огонь» исламского радика лизма и ведет к новым актам терроризма. Они также призвали Блэра вывести британские войска из этой мусульманской стра ны, начать переговоры с Хамас и «дистанцироваться от США».

Вместе с тем справедливо утверждение, что докризисный 1997–98 гг. экономический бум в Юго-Восточной Азии почти полностью держался на активном военно-политическом при сутствии США, обеспечивавших относительную стабильность а регионе после второй мировой войны. Если же влияние США в регионе в результате проведения ими нынешней имперской политики ослабнет, политический вакуум попытаются неза медлительно заполнить другие страны, в первую очередь, Ки тай и Япония. Это неизбежно приведет к нарушению военно политического баланса в ЮВА да еще при наличии таких взры воопасных очагов в АТР, как острова Спратли, Корейский по луостров, Тайвань.

С приходом к власти в Индонезии Юдхойоно, бывшего ге нерала, сближение Джакарты и Вашингтона осуществляется осторожно даже несмотря на поддержку президента страны американцами. Индонезийский президент не может продви гаться в этом направлении быстрее из-за противодействия внутреннего мусульманского лобби. Умеренные индонезийские мусульмане все более критически относятся к политике США в Ираке и израильско-палестинской проблеме. Президент Индо незии совершил свою первую зарубежную поездку в новой должности, чтобы присутствовать на похоронах Ясера Арафа та, что не оставляет сомнений в выборе внешнеполитических приоритетов. Провинция Аче, ставшая эпицентром разруши тельного цунами, может дать шанс на сотрудничество воору женных сил Индонезии и США и американцы всячески пытают ся им воспользоваться, но нарастающий в стране процесс ро ста индонезийского национализма и усиления политического ислама идет наперекор такому развитию событий. И США, и другие западные правительства не могут не признавать воз действия этого фактора и им, очевидно, не следует оболь щаться иллюзией относительно внешне прозападной Индоне зии. Президент, как и его предшественники, вынужден балан сировать между прозападной ориентацией деловых кругов и присущей Индонезии националистической и исламской тен денциями, которые все больше сближаются. Такая же ситуация в значительной степени характерна и для Малайзии.


Исламский фактор внес также серьезные коррективы и в положение дел в АСЕАН. В последние годы прошлого столетия единство и целостность этой организации претерпевали серь езные испытания под ударами экономических и политических потрясений. В этой связи немало говорилось о том, что Ассо циации нужна свежая струя, которая могла бы придать новый импульс процессу консолидации, обеспечить сплочение ее участников. На первых этапах всплеска антитеррористических настроений среди асеановцев многое представлялось именно таким образом. Проблема мусульманского экстремизма и тер роризма была главной в повестке дня в августе 2001 г. на встрече индонезийского президента Мегавати Сукарнопутри, малайзийского премьер-министра Мохатхира Мохамада, фи липпинского президента Глории Арройо и старшего министра Сингапура Ли Куан Ю. Этой же теме было уделено первооче редное внимание на очередном ежегодном саммите АСЕАН в ноябре 2001 г. в Брунее. Филиппины, как страна длительное время сталкивающаяся с исламским экстремизмом и сепара тизмом, предложили создать широкий «антитеррористический фронт» в рамках АСЕАН. Начались совместные двусторонние операции с привлечением вооруженных сил, в частности, сов местное патрулирование малайзийскими и филиппинскими ВМС и ВВС зон на стыке морских границ двух стран в Южно Китайском море и море Сулу для отслеживания террористиче ских групп, связанных с международной террористической се тью Усамы бен Ладена. С той же целью приступили к совмест ным военно-морским маневрам Индонезия и Малайзия. В мае 2002 г. три государства ЮВА с наибольшим мусульманским населением – Индонезия, Малайзия и Филиппины заключили между собой соглашение о коллективном противодействии терроризму и преступным формированиям. Но когда перед но ябрьским саммитом глав государств АСЕАН в Брунее в 2001 г., практически сразу после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне, Филиппины призвали создать региональную антитеррористи ческую коалицию, Индонезия и Малайзия, к которым было об ращено это предложение, его отвергли. Их сдерживала откры тая проамериканская ориентация Филиппин. Во время визита президента Филиппин Г.Арройо в США незадолго до этих со бытий она напрямую обратилась к Дж.Бушу с просьбой о по мощи в борьбе с террористами, причем заранее одобрялась любая форма вовлеченности США в разрешение конфликтной ситуации на Филиппинах. Хотя, по всей видимости, новый этап филиппино-американских отношений не поведет к воссозданию прежней системы «особых отношений» между двумя странами, тем не менее имеющиеся в рамках АСЕАН различия подходов к весьма существенным направлениям внешней политики таят возможность дальнейшего ослабления региональных связей.

Нужно признать, что среди асеановцев «первой волны»

общая опасность, связанная с исламским терроризмом, не во всех случаях является гарантированно консолидирующим фак тором. Специфика каждой страны подчас диктует собственную линию поведения не всегда вписывающуюся в общую страте гию борьбы с терроризмом. Так, в частности, было во взаимо отношениях Сингапура с Индонезией перед президентскими выборами в ней в 2004 г., когда власти, борясь за голоса изби рателей, стремились всячески избегать возможных осложне ний с радикальными мусульманскими организациями. В фев рале 2002 г. старший министр Сингапура Ли Куан Ю через син гапурскую печать делает заявление об угрозе его стране со стороны международного терроризма, видные вожаки которого свободно передвигаются по территории Индонезии. Были опубликованы сведения о намерении террористов, среди кото рых назывались и граждане Индонезии, взорвать здания по сольств в Куала Лумпуре, Джакарте и Сингапуре. Это преду преждение было сделано после ареста в Сингапуре членов «Джамаа Исламия», обвиняемой в создании террористической сети на территории этого государства. На допросе задержан ные признались, что их руководителями Абу Бакар Баширом и Хамбали планируются взрывы водопровода, обеспечивающего поступление воды из Малайзии в Сингапур, а также взрывы бомб на железнодорожной станции, где часто бывают амери канские моряки. Приблизительно этот же период был отмечен и такими беспрецедентными поступками вице-президента страны Хамзы Хаза как посещение в тюрьмах Абу Бакар Баши ра и одного из наиболее известных индонезийских моджахедов Джафара. Тогда же действия в отношении исламистских груп пировок и террористических организаций подвергались критике и со стороны американской администрации, отмечающей вя лость и нерешительность индонезийских властей. Бывший американский посол в Индонезии Пол Вулфовиц подчеркнул, что международные мусульманские экстремистские и террори стические группировки могут бесконтрольно устанавливать связи с соответствующими структурами в этой стране.

Причину же отмеченной американцами «вялости и нере шительности», очевидно, надо было искать во внутриполити ческой ситуации в Индонезии, когда в преддверии двух выбо ров – парламентских и президентских – правительство не мог ло себе позволить слишком резких действий в отношении по литического ислама.


Время от времени проблемы, связанные с проявлениями исламизма, становятся поводом для раздоров Таиланда с Ин донезией и Малайзией. В начале 2005 г. премьер Таиланда Таксин Чиннават обвинил своих соседей в разжигании беспо рядков в южных мусульманских провинциях своей страны. По его убеждению в джунглях Малайзии действуют тренировоч ные лагеря тайских мусульман-экстремистов, а Индонезия поддерживает сепаратистское повстанческое движение в Таи ланде, что категорически отрицается и в Куала-Лумпуре и в Джакарте. Вместе с тем, обозреватели находят, что подобны ми заявлениями тайский премьер мог подтолкнуть радикально настроенных мусульман Индонезии к оказанию помощи своим собратьям на юге Таиланда против буддийского Бангкока точно также, как они морально поддерживают филиппинских мусуль ман в борьбе против католической Манилы. Как отмечала пресса, важными пунктами программы пребывания на саммите АТЭС в Пусане премьер-министра Таиланда Т.Чиннавата и премьер-министра Малайзии Абдуллы Бадави были перегово ры о путях ликвидации существующей напряженности между их странами, возникшей в связи с непрекращающимся насили ем в приграничных с Малайзией провинциях крайнего таиланд ского юга.

Не способствует укреплению единства в изначальной асе ановской пятерке и тот факт, что в то время как Индонезия и Малайзия активно выступают против военных действий США в Ираке, Таиланд и Филиппины направляют туда свои воинские контингенты в поддержку американской агрессии. Правда, Фи липпины были вынуждены в спешном порядке вывести свой контингент после захвата заложника из числа своих военных.

Как отмечалось в прессе Юго-Восточной Азии, это решение филиппинского президента обозначило пределы кажущейся незыблемости военно-политического альянса с Соединенными Штатами, а также определило новую веху в борьбе с террориз мом, когда собственные экономические интересы возобладали над интересами безопасности другой страны, в данном случае США. Под ударом находились не только филиппинские военно служащие в Ираке, но и семь миллионов филиппинцев, работа ющих на Ближнем Востоке. Глории Арройо предстояло выбрать – или же обеспечить их безопасность и тем самым сохранить существенный и постоянный приток в страну иностранной валю ты, или же действовать в ущерб собственным интересам, но по такая в общем корыстным расчетам Соединенных Штатов. Пре зидент выбрала первое. Ей пришлось выдержать шквал критики в свой адрес. Многие высказывания сводились к тому, что этот шаг есть уступка террористам, которая подталкивает их на по следующие теракты. Испытывая критику извне, Глория Арройо не упустила шанса напомнить, что роль ее страны в иракском конфликте второстепенна и что основная ответственность за него лежит на Соединенных Штатах.

Таиландский же контингент был выведен из Ирака в сен тябре 2004 г., несмотря на просьбы США оставить хотя бы во енных инженеров, что было сделано не без учета обстановки в южных провинциях Таиланда и опасений повышенного внима ния со стороны международного терроризма.

Индонезийцев возмущают намерения Австралии приобре сти и разместить ракеты, способные достигать территории Ин донезии, а также решение об установлении 1000-мильной зоны наблюдения за морским пространством. Они воспринимают это не иначе как ущемление собственного суверенитета. Такие настроения усиливаются в связи с тем, что Канберра активно поддерживает Соединенные Штаты и тесно с ними сотрудни чает в их борьбе с международным терроризмом. Австралий ский премьер-министр Джон Говард воспринимается в Джакар те как «помощник шерифа» Юго-Восточной Азии при президен те Джорже Буше. Многие здесь не могут ни забыть, ни простить участие Австралии в «освобождении» Восточного Тимора, рас сматривая это как глубокое унижение для Индонезии. Дабы сгладить ситуацию Австралия выделила 760 млн. долл. для проведение гуманитарных операций в Аче после катастрофи ческих последствий цунами.

Далеко не все страны АСЕАН в равной степени тревожат проблемы исламского терроризма и взаимоотношений с ис ламским миром в силу малочисленности в них приверженцев ислама. Это непосредственно относится к странам Индокитая.

Таким образом, размежевание внутри АСЕАН по идеологиче ским признакам, уровню экономического развития, борьбе за лидерство между традиционными участниками Ассоциации и Вьетнамом усугубляется еще и несхожестью взглядов по ряду направлений внешней политики.

Тем не менее, вьетнамская дипломатия традиционно име ла хорошие связи со многими арабскими странами, которые в годы «холодной войны» рассматривались Ханоем как союзники по антиимпериалистической борьбе. В палестино-израильском конфликте СРВ занимает сторону арабов, о чем говорил на 58 й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 2003 г. ми нистр иностранных дел СРВ Нгуен Зи Ниен: «Вьетнам, как и прежде, поддерживает справедливое дело и неотъемлемые права народа Палестины». В 90-е годы к политическим фак торам сближения с мусульманскими странами Ближнего Восто ка прибавились экономические: Вьетнам экспортировал туда рабочую силу (несколько десятков тысяч вьетнамцев работали в Ираке, Сирии, Саудовской Аравии и других странах) и основ ной продукт сельского хозяйства страны – рис.

Примечательно, что в последнее десятилетие расширя лись контакты с мусульманским зарубежьем и чисто религиоз ного свойства. Так, с 1995 г. вьетнамские мусульмане участву ют в ежегодно проводимом в Куала-Лумпуре «Международном фестивале чтецов Корана».

Коммерсант, 06.11.2001.

Kompas, 18.10.2001.

Kompas, Jakarta, 23.07.2003.

Berita Harian, Kuala Lumpur, 20.10.2002.

Ближний Восток и современность, М. 2003, № 19, с. 40.

ИТАР-ТАСС, Пульс планеты, 02.03.2006.

ИТАР-ТАСС, Пульс планеты, 11.05.2006.

Kompas, 23.07.2003.

Kompas, 03.04.2003.

Far Eastern Economic Review, 06.12.2001.

ИТАР-ТАСС. Пульс планеты, 16.03.2006.

Asia Times, 30.03.2006, www.atimes.com, Southeast Asia news and business from Indonesia, Philippines, Thailand and Malaysia.

ИТАР-ТАСС, Глобус № 50, 16.12.2005.

Независимая газета, 04.02.2002.

Независимая газета, 05.02.2002.

Far Eastern Economic Review, 20.11.03.

Юго-Восточная Азия. Материалы международного конгресса востоковедов. Москва 16–21 августа 2004 года, М., 2005, с. 28.

ИТАР-ТАСС, Пульс планеты, 31.03.2006.

Kompas, 09.01.2002.

Straits Times, 20.07.2004.

Ha noi moi, 28.09.03.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Основную массу мусульман региона составляют те, кто находится на позициях умеренного ислама, и для кого религия служит каналом самоидентификации. Их религиозная эгали тарность при обращении к исламу не нуждается в конституци онной и правовой регламентации. Им чужды попытки опреде ленных кругов силой поменять соотношение сил в окружающем их мусульманском мире в пользу радикального ислама, тем более, что в практической деятельности его борьба все чаще опирается на методы терроризма и далеко не всегда пресле дует чисто религиозные задачи.

Такая постановка вопроса не исключает наличия среди представителей радикального ислама людей подлинно религи озных и не стремящихся к каким-либо меркантильным или по литическим целям, свято верящих в исламскую справедли вость, в исламское государство. Но в своей деятельности они обречены на то, чтобы следовать в фарватере, начертанном прагматиками от религии, теми, кто соответствует расхожей фразе, с которой трудно не согласиться: «у террористов нет национальности и нет веры», кем зачастую движут не соб ственно религиозные, а политические, экономические и соци альные мотивы, кто относится к исламу, как к инструменту для достижения своих целей. И хотя расстановка сил и тяготы про тивостояния умеренного крыла мусульман региона, составля ющего большинство, радикалам находятся на плечах неэкс тремистов, активное меньшинство, тем более придерживаю щееся радикальных методов борьбы, может в отдельных слу чаях склонить чашу весов в непредсказуемом, нужном для се бя направлении, используя при этом, как правило, периоды социально-экономических трудностей.

Широкое общественное мнение зачастую не привержено догмам собственно ислама и его сектантских разновидностей.

Очевидно, следует четче разграничивать искренние, но неод нородные по своему характеру устремления, связанные с ре лигией, различных слоев общества и часто откровенно пиаров ские заявления политиков от религии, носящие конъюнктур ный, амбициозный или же прагматический характер. Точно так же соответствующие нормам духовности и человеческого об щежития стороны исламской религии необходимо отделять от ее экстремистских версий и основанных на них политических действий, приводящих в общей сложности к террору и насилию.

Именно на них делает ставку международный исламизм в своих гегемонистских устремлениях. Собственную политическую игру ведут не только представители мирового исламизма, но и реги ональные политические деятели от религии. Ислам в Юго Восточной Азии все в большей мере становится оружием в борьбе за власть. Происходит его беспрецедентная политиза ция в ущерб истинному предназначению: политическая заанга жированность в религии наносит глубокие раны ее духовности.

Вместе с тем, не следует забывать того, что любая рели гия, тем более такая мощная как ислам, обладая собственной «иммунной системой», обязывает «игроков на его поле» сле довать определенному «кодексу поведения», что серьезно ограничивает их возможности при прагматическом отношении к религии и может привести к результатам, весьма далеким от декларируемых задач. Доказательством тому служат примеры из истории ислама.

SUMMARY The monograph deals with one of the most impotant problems of our time – the expansion of modern terrorism under the banner of Islam practically all over the world. The author assumes that this can be explained at least partially by the desire of certain circles in Islamic world possessing practically unlimited financial resources (petrodollars) to change the balance of power in the world commu nity if not by economic then by political means and to occupy more important place in world hierarchy.

In realization of these plans the leaders of the world Islam pay more and more attention to the periphery of the Islamic world in this case to Southeast Asia. The author share the view of one of the most outstanding political leaders and thinkers of the region, former Prime Minister of Singapore Lee Kuan You, who said once that main reason of the upsurge of Islamic extremism in SEA is «the outer pressure from the core of Islamic world». Southteast Asia is getting involved more and more deeply into the global ad venturism which uses Islam as the ideological basis.

But any preassure from without becomes successful only when it meets favorable reception from within. Here we have to pay their due to the world terrorists for the precise calculanions and thoroughness of analysis of the situation in the preparation and realization of these long-term plans. It began when the coun tries of the region had not yet recovered from the disastrous after math of Asian crisis. The resulting social tension prepared ground for the upsurge of religious feelings in their extreme forms. This coincidence of the rise of the social tension with the expansion of Islamism is not incidental. Islam has got another chance to play its usual role of mobilizing force and to integrate the feelings of pro test among the Muslims and the Islamists have used their chance rather skillfully.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.