авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 ||

«Пол Хейне ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ОБРАЗ МЫШЛЕНИЯ Copyright © Science Research Associates, 1987, 1983, 1980, 1976, 1973 © Перевод на русский язык, редактирование "Catallaxy", © Чайкун ...»

-- [ Страница 18 ] --

Интересы производителей и национальные интересы Уже два столетия экономисты выдвигают эти аргументы против сторонников ограничения импорта, но нельзя сказать, чтобы им удалось добиться большого успеха. Французский экономист Фредерик Бастиа (1801--1850) в 1845 г. написал остроумный памфлет в форме жалобы французских изготовителей свечей на несправедливую конкуренцию солнца. Их просьба, чтобы Палата депутатов защитила рабочие места свечных дел мастеров, запретив устройство в домах окон, великолепно показывает всю абсурдность протекционистской логики. Памфлет Бастиа переиздавался множество раз, но высмеиваемые им аргументы живы и по сей день.

Отчасти это объясняется противостоящими здравому смыслу групповыми интересами. Люди охотно верят аргументам, которым хотят верить, и с большим трудом воспринимают рассуждения, противоречащие их интересам. И что еще важнее:

политический процесс почти всегда приводит к тому, что голос тех, кто хочет получить выгоду от ограничений международной торговли, звучит громче, чем голос более многочисленных групп населения, которые на этом теряют.

Значительные трансакционные издержки мешают покупателям радиоприемников организовать эффективное сопротивление отечественным производителям, не говоря уже о зарубежных производителях, влияние которых на внутреннюю политику страну-импортера, конечно, незначительно. В демократическом обществе можно с большой уверенностью предсказать, что когда правительству придется выбирать между интересами американцев-покупателей и американцев-производителей радиотехники, то сквозь шум вопящих кругом производителей до него почти не донесется слабый голос потребителей. Совершенно ясно, к чему прислушиваются в таких условиях государственные чиновники, если они, конечно, хотят сохранить свои посты.

Справедливый, хотя и ограниченного применения аргумент в пользу протекционистской политики можно привести, если принять во внимание издержки, связанные со структурными изменениями в экономике. Закрытие предприятий отрасли, не выдержавшей иностранной конкуренции, конечно, приведет к потерям как для их владельцев, так и для занятых на них работников. Величина этих потерь зависит от того, насколько узко специализированными являются высвободившиеся таким образом ресурсы. В данном случае действительно может возникнуть повод для протекционистской политики.

Однако заметьте, что точно такую же логику можно применить и к отрасли, пострадавшей от внутренней, а не иностранной конкуренции. Разумеется, конкуренты внутри страны имеют большее политическое влияние, и против них труднее принять ограничительный закон. И все же если ограничения импорта привлекли в данную отрасль дополнительные ресурсы, было бы несправедливо внезапно убрать протекционистский зонтик, который держит над ней государство. Следовательно, есть основание сохранять эти долгое время существовавшие ограничения или, по крайней мере, снимать их достаточно медленно. Из соображений справедливости (вместе с политическими реалиями) можно также оправдать политику временных субсидий, нацеленных на частичное возмещение ущерба рабочим и собственникам закрытых предприятий. Но из этого аргумента нельзя вывести необходимость введения новых или дополнительных ограничений импорта.

Число неубедительных аргументов, которые можно придумать в поддержку ограничений импорта, бесконечно, и было бы бессмысленно стараться предвидеть и опровергнуть каждый из них. Тот факт, что в большинстве этих аргументов есть рациональное зерно, лишь усложняет их анализ: прежде чем показать ограниченную применимость этого "рационального зерна", его надо извлечь из окружающей шелухи. Если бы мы твердо придерживались принципа сравнительной выгоды, это явно пошло бы на пользу ведущейся в обществе дискуссии и помогло бы поднять ее на более высокий уровень.

Принцип сравнительной выгоды показывает, почему и как обмен порождает богатство. Он гласит, что издержки сделки равны той ценности, с которой мы расстались, а ее выгоды -- ценности, которую мы приобрели. Поэтому бессмысленно утверждать, что страна может стать богаче, экспортируя больше, чем импортируя. Принцип сравнительной выгоды опровергает утверждение, будто одна страна может производить все блага более эффективно, чем другая. Это логически невозможно, исходя из самого определения эффективности как отношения между ценностью того, что произведено, и того, что не произведено, между полученными благами и благами, от производства которых пришлось отказаться, потому что оно было сопряжено со слишком большими альтернативными стоимостями. Сосредоточивая внимание на реальных процессах производства и обмена, принцип сравнительной выгоды рассеивает туман, который неминуемо появляется, как только мы начинаем обсуждать торговую политику в чисто денежных терминах.

К сожалению, многие заинтересованные стороны надеются извлечь из этой неразберихи личную выгоду: если бы не она, не было бы и шансов "пробивать" соответствующие их интересам законы. Поэтому вы можете встретить людей, которые изобретают дефицит торгового баланса, заявляют, что у них есть доказательства завышенности или заниженности валютного курса, и время от времени обвиняют своих иностранных конкурентов в использовании нечестных приемов. В сфере политической экономии такие аргументы имеют вес. Этой проблеме посвящена гл. 22.

Повторим вкратце Движение благ через границы может либо мешать, либо помогать проведению внутренней экономической политики национальных государств. Политика стабилизации экономики чрезвычайно тесно связана с внешнеторговой политикой.

Сумма доходов платежного баланса стран всегда должна равняться сумме расходов, все расхождения между ними вызваны статистическими погрешностями. Неравновесие платежного баланса означает, что желаемые (неизвестно кем) суммы доходов и расходов не равны. Утверждать, что существует дефицит платежного баланса, -- значит заявлять, что какие-то статьи доходов либо возникли неожиданно, либо не могут сохраняться в будущем, либо являются нежелательными, одним словом, не могут считаться полноценными. Таким образом, утверждение о дефиците платежного баланса только кажется простой констатацией факта;

на самом деле оно является комплексной политической оценкой.

Валютные курсы -- это цены, которые связывают наборы относительных цен, существующие в разных странах. Движение валютных курсов -- важный фактор координации международных сделок и платежей.

Валютные курсы складываются под действием сил спроса и предложения, которые, в свою очередь, определяются соотношением покупательных способностей валют внутри стран и модифицируются ожиданиями их сравнительной будущей ценности.

Валютные курсы могут произвольно устанавливать лишь те правительства, которые способны вводить произвольные ограничения внешней торговли.

Фиксированные валютные курсы облегчают торговлю, уменьшают неопределенность и, таким образом, создают богатство.

Но фиксированные курсы предполагают координацию внутренней экономической политики разных стран.

В мире, где экономические политики разных стран не согласованы, плавающие валютные курсы приводят к меньшей неопределенности и большему объему торговли, чем фиксированные курсы, которые к тому же на практике часто пересматриваются.

Большинство аргументов в пользу ограничения внешней торговли игнорируют фундаментальный принцип сравнительной выгоды, который в сфере международной торговли часто не мог устоять против хорошо организованных групп производителей, эксплуатирующих невежество широкой публики и националистические сантименты.

ВОПРОСЫ ДЛЯ ОБСУЖДЕНИЯ 1. Предположим, вы решили составить "платежный баланс" своих отношений с торговыми партнерами (т. е. со всеми людьми, с которыми вы имеете дело).

• а) Если вы "импортируете" новый телевизор, то должны что-нибудь "экспортировать", чтобы расплатиться. Что именно вы экспортировали, если заплатили за телевизор наличными? Если выписали чек? Если расплатились с помощью кредитной карточки? Если просто пообещали владельцу магазина расплатиться этим летом, как только раздобудете деньги?

• б) Можете ли вы иметь дефицит или избыток вашего платежного баланса?

• в) Как вы оформите сделку, если дядя Милти подарил вам этот телевизор на день рождения?

• г) Если вы за последние месяцы сделали много крупных покупок с помощью кредитной карточки, а на банковский счет добавили лишь немного денег, можно ли сказать, что у вас образовался какой-либо дефицит? Почему его нельзя назвать дефицитом вашего платежного баланса? Почему этот дефицит не может сохраняться бесконечно?

2. Американец посылает 100 долл. в виде пяти хрустящих двадцатидолларовых бумажек в подарок своему родственнику в Вену. Это действие увеличивает расходную часть платежного баланса США. Какая статья дохода увеличивается при следующих событиях?

• а) Австрийский родственник обменивает доллары на шиллинги в венском банке. Банк оставляет доллары у себя, потому что у него есть клиенты, часто меняющие шиллинги на доллары.

• б) Венский банк продает доллары за шиллинги Австрийскому центральному банку.

• в) Австрийский центральный банк продает доллары Центральному банку ФРГ в обмен на хранившиеся там шиллинги.

• г) Центральный банк ФРГ продает доллары за марки компании "Фольксваген".

• д) Компания "Фольксваген" дает доллары на дорожные расходы своему сотруднику, командированному в американский штат Пенсильвания. Он тратит их в мотеле города Скрэнтон.

• е) Если бы доллары навсегда остались в Европе, означало ли бы это, что у США образовался дефицит платежного баланса?

3. Что лучше для страны: когда экспорт товаров и услуг больше импорта, или наоборот? Если вы сомневаетесь в ответе, задайте тот же вопрос применительно к отдельной семье, хотя бы вашей собственной. Что лучше: превышение вашего личного экспорта над импортом товаров и услуг, или наоборот?

4. Какие последствия имеет превышение иностранных инвестиций в США над американскими инвестициями за границей?

• а) Значит ли это, что иностранцы приобретают контроль над нашей экономикой?

• б) Какие преимущества получают США от иностранных инвестиций в условиях большого бюджетного дефицита?

• в) Если иностранцы инвестируют свои средства в американские сельскохозяйственные угодья, могут ли они контролировать наше производство продовольствия? Если они покупают акции американских корпораций, приобретают ли они таким образом власть, которую могут использовать во вред национальным интересам США?

• г) Кто выиграет, а кто проиграет, если иностранцы будут скупать большие участки сельскохозяйственных угодий на Среднем Западе? Кто заинтересован в росте цен на эти земли, а кто нет?

5. Иногда канадские фирмы, стремясь привлечь туристов из США, сообщают в рекламе, что американские туристы смогут получить выгоду от низкого курса канадского доллара.

• а) В каком случае на 1 американский доллар вы сможете купить в Канаде больше товаров, если канадский доллар стоит 75 центов США или если 1 канадский доллар обменивается на 1 американский доллар ?

• б) Если обмен одного канадского доллара на 75 центов США отражает паритет покупательной способности, сколько канадских долларов американец заплатит за номер в гостинице, который в США стоит 30 американских долларов в сутки? Почему номер в гостинице может стоить значительно дороже или дешевле этой суммы, даже если валютные курсы точно отражают паритет покупательной способности?

• в) Предположим, вы -- канадский розничный торговец, который хочет выручить как можно больше денег, продавая товары туристам. Как вы думаете, окупится ли выставленный вами в витрине плакат: "Курс американского доллара при всех покупках -- 1,5 канадского доллара"?

6. Многие годы Мексика поддерживала курс песо на уровне 1 песо -- 8 центов США.

• а) Как вы думаете, мог бы поддерживаться этот фиксированный курс, если бы в течение нескольких лет темпы инфляции в Мексике были намного быстрее или, наоборот, медленнее, чем в США?

• б) В период 1963--1972 гг. средние темпы инфляции в Мексике составляли 5% в год;

в США в это же время они равнялись 4%. Однако в 1972--1975 гг. темпы инфляции в США были 8%, а в Мексике подскочили до 17%. Могло ли мексиканское правительство каким-либо образом сохранить прежний курс песо (1 песо = 8 центов) после г.?

• в) В 1982 г. после ряда девальваций, начавшихся в 1976 г., мексиканское правительство оставило всякие попытки поддерживать обменный курс песо к доллару на постоянном уровне. В течение этого периода денежная масса в Мексику возрастала почти на 30% в год. После того как фиксированный курс был официально отменен, цена песо в долларах покатилась вниз. Через несколько месяцев американцы обнаружили, что мексиканские товары очень дешевы. Почему американцам стало выгодно покупать мексиканские товары в 1982 г.? Почему эти выгодные условия сохранялись не очень долго?

7. Что имеется в виду под завышенным курсом валюты? К примеру, в 1985 г. многие утверждали, что курс доллара к йене (1 долл. = 250 йен) был завышен.

• а) Если люди думают, что на самом деле доллар стоит меньше, чем можно судить по его цене на валютных рынках, то как они могут с выгодой использовать это свое знание? Что произойдет с ними, если они ошиблись?

• б) Как установить их правоту или ошибку? Как мы можем узнать правильную ценность одной валюты относительно другой?

8. В 1986 г. японцы стали жаловаться, что курс йены, при котором 1 долл. можно было обменять на 160 йен, завышенный.

• а) Как вы думаете, на каком основании японцы пришли к такому выводу?

• б) Если курс йены к доллару завышен, значит ли это, что курс доллара к йене занижен?

9. Как вы думаете, что произошло с ценами японских автомобилей в США в тот период, когда курс йены возрос с 250 йен за доллар в 1985 г. до 160 йен за доллар в 1986 г.?

10. Какое влияние оказывают значительные изменения валютных курсов (такие, как резкий сдвиг в 1985--1986 гг. обменного соотношения между долларом и йеной) на фирмы, активно участвующие в международном экономическом обмене? Кто и с какой целью оказывает давление на правительство, когда курс национальной валюты существенно растет?

11. С 1980 по 1985 г. американский доллар подорожал более чем на 50% по отношению к средневзвешенной стоимости других валют. Как это повлияло на следующие группы людей:

• а) на американцев, желающих купить иностранный автомобиль?

• б) на американцев, желающих купить отечественный автомобиль?

• в) на производителей американских автомобилей и рабочих автомобильных заводов?

• г) на американцев, собирающихся в заграничное путешествие?

• д) на американские фирмы, обслуживающие иностранных туристов?

• е) на американские фирмы, экспортирующие большую часть своей продукции?

• ж) на американские фирмы, производящие продукцию из импортного сырья и с применением импортных деталей?

• з) на американские фирмы, к которым одновременно подходят оба предшествующих пункта?

12. При системе фиксированных валютных курсов темпы инфляции во всех странах должны быть примерно равными.

• а) Почему?

• б) Как страна, которая хочет одновременно иметь низкие темпы инфляции и фиксированные курсы своей валюты по отношению к другим, может достичь обеих целей, если другие страны выбрали для себя более высокие темпы инфляции?

13. "Плавающие валютные курсы позволяют каждой стране проводить такую внутриэкономическую политику, какую она захочет". Правильно ли это высказывание?

14. В чем разница между плавающими курсами, колеблющимися в зависимости от условий спроса и предложения, и фиксированными валютными курсами, которые периодически пересматриваются в соответствии с изменившимися условиями спроса и предложения?

15. Почему сравнительная выгода производства всех товаров в одной стране не может быть больше, чем в другой, если первая страна располагает прекрасными природными ресурсами, огромным запасом капитала, высококвалифицированной рабочей силой, талантливыми инженерами и менеджерами, а вторая страна бедна во всех этих отношениях?

16. Чем можно доказать, что в Японии сравнительно выгоднее производить малолитражные автомобили, чем в США? Как бы вы объяснили это сравнительное преимущество? Почему США имеют сравнительные выгоды при производстве больших автомобилей, а производство малолитражек здесь сравнительно невыгодно?

17. Как теория "безбилетников" помогает объяснить, почему производители имеют большее влияние на законодательные органы, чем потребители?

18. Из опубликованных в 1972 г. оценок следовало, что "Конкорд-ССТ" -- сверхзвуковой пассажирский самолет совместного англо-французского производства не окупит издержек создания, породит экологические проблемы и не принесет дополнительной выручки, которая превзошла бы расходы купивших его авиакомпаний. Эти доводы привели к тому, что американское правительство отказалось финансировать проект создания аналогичного отечественного самолета.

Контрдоводы в обоих случаях состояли в том, что производство этих самолетов создаст новые рабочие места, поможет выровнять платежный баланс и не даст другим странам перехватить инициативу. Как бы вы оценили эти контраргументы?

19. Очевидно, что некоторые мероприятия, которые могут создать для американцев дополнительные рабочие места, тем не менее, не отвечают нашим национальным интересам. Например, никто не рекомендует нам при строительстве дорог отказаться от использования тяжелых машин, хотя, если дороги строить вручную, это даст большую прибавку рабочих мест. Когда обычно используется этот аргумент (создание рабочих мест)? Бывают ли такие условия, при которых он оправдан?

20. Чтобы снизить издержки производства, производитель текстиля из Массачусетса строит фабрику в Северной Каролине, а американская фирма, изготовляющая телевизоры, открывает сборочный завод в Мексике.

• а) Чем отличаются друг от друга эти два мероприятия?

• б) Противоречит ли какое-либо из них национальным интересам?

• в) Возможно ли, что какое-то из них столкнется с мощным политическим сопротивлением?

Глава 22. Инфляция, спады и политическая экономия Политическая ситуация Временной горизонт. Что сначала, а что потом?

Дестабилизирующая политика стабилизации Безграничные дефициты Политическая экономия денежной политики Решения или правила Кто контролирует?

Повторим вкратце Вопросы для обсуждения ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИЯ Под этим термином в книге, как и во всей современной западной литературе, имеется в виду исследование политических факторов, влияющих на экономическую политику государства. -- Прим. перев.

Если бы все взаимосвязи, которые мы обсуждали, начиная с гл. 15, были бы нам до конца понятны и экономисты могли бы определять причины и следствия так же точно, как химики в своих лабораториях, то нам не составило бы труда проводить стабилизационную политику, отвечающую общим интересам. Но экономическая теория в данной области гораздо менее точна и содержит намного больше спорных моментов, чем химия. Это позволяет политикам убедительно разглагольствовать об общественных интересах, фактически уступая давлению весьма ограниченных групп людей.

Результатом такой политики вполне может быть не возрастание, а уменьшение экономической стабильности.

Политическая ситуация Государство не похоже на джинна из сказки об Аладдине, который повиновался любой команде и всегда выполнял любое приказание. Государственные органы, как бы они ни были важны и могущественны, состоят из отдельных человеческих существ. Даже если о правительстве можно У сказать, что оно "из народа, с народом, для народа" (бессмертная фраза Авраама Линкольна), государственных правительство вовсе не обязательно делает то, чего хочет большинство. В гл. 14 мы пытались чиновников показать, что политика правительства отражает интересы тех людей, которые могут с небольшими недалекий затратами извлечь для себя выгоду из политического процесса. Возможно, что правительство бывает временной не в состоянии предотвратить инфляцию или смягчить спады оттого, что люди, контролирующие его горизонт.

политику, просто этого не хотят. Из этого, конечно, не следует, что любой политик предпочитает инфляцию устойчивым ценам, а глубокие спады -- стабильности производства и занятости. Просто то, что необходимо делать во избежание инфляции и спадов, может противоречить интересам политиков.

Экономическая теория правительственной деятельности утверждает, что избранные и назначенные официальные лица, выбирая и проводя определенную политическую линию, следуют исключительно своим собственным интересам.

Избранные государственные деятели думают прежде всего о следующих выборах и предпочитают такую политику, которая дала бы положительный результат накануне, а все отрицательные эффекты -- после голосования. Поэтому в условиях демократического политического процесса получают преимущества мероприятия, дающие близкие плюсы и отдаленные минусы. Этот факт имеет важное значение при проведении стабилизационной политики.

Далее, как назначенные, так и избранные правительственные чиновники, принимая решения, вовсе не Государственные одинаково относятся к интересам каждого гражданина. Они внимают требованиям и просьбам тех, кто чиновники ясно выражает свои предпочтения и энергично добивается их реализации. Под лежачий камень вода уделяют не течет. Немногие потребители сахара знают и беспокоятся о том, как голосует их представитель в внимание только законодательном органе по законопроекту об увеличении субсидируемых цен на сахар или о тому, кто запрещении его импорта. Но вы можете быть уверены, что американские производители сахара об уделяет этом и знают, и беспокоятся, и вашему законодателю прекрасно известно, кого этот вопрос волнует, а внимание им кого нет. Это также затрудняет правительству стабилизацию экономики по причинам, о которых мы самим будем говорить ниже.

Временной горизонт. Что сначала, а что потом?

Внимательно рассматривая вопрос о том, как фискальные и денежные мероприятия влияют на экономическую активность, мы обнаружим, что очень большую роль играет временной горизонт тех, кто их проводит.

Предположим, что правительство финансирует увеличение своих расходов с помощью займа у коммерческих банков и, таким образом, увеличивает предложение денег. Это увеличит совокупный спрос. Мы не знаем точно, как это воздействие на ВНП распределится между увеличением производства и повышением цен, но у нас есть достаточные основания предполагать, что воздействие на производство и занятость проявится раньше, чем воздействие на цены. Причина заключается в том, что продавцы воспринимают рост продаж как увеличение спроса только на их продукт и, следовательно, стараются расширить производство. Больше времени требуется для того, чтобы всем Изменение стало ясно: спрос растет на все ресурсы, и повышаются все цены и издержки Таким образом, "хорошее" совокупного (рост реального ВНП и падение безработицы) происходит вначале. "Плохое" (ускорение инфляции) спроса первым случается потом. Если политику предстоят скорые выборы (а в США срок, отделяющий члена Палаты делом влияют представителей от очередных перевыборов, составляет в среднем один год), то, естественно, на возникает искушение поскорее добиться чего-нибудь "хорошего" и предоставить кому то другому производство и впоследствии расхлебывать "плохое".

занятость, и лишь потом - Политика сдерживания экономической активности также сначала оказывает влияние на производство и на цены.

занятость, и лишь потом -- на уровень цен. Но в этом случае "плохое" происходит раньше "хорошего".

Любая попытка замедлить инфляцию, сокращая бюджетный дефицит и снижая темпы роста денежной массы, приведет к росту запасов готовой продукции и, следовательно, к падению производства и занятости. Антиинфляционный эффект наступит лишь тогда, когда сократившийся спрос на ресурсы приведет к снижению издержек и цен. Короче говоря, попытка замедлить инфляцию, проводя менее стимулирующую фискальную и денежную политику, вполне вероятно, приведет к спаду раньше, чем достигнет своей цели -- снижения роста цен.

Дестабилизирующая политика стабилизации Что из этого следует? То, что избираемые государственные деятели при прочих равных условиях скорее одобрят стимулирующую фискальную и денежную политику. Кроме вышесказанного, это объясняется еще и тем, что стимулирующая политика всегда производит более благоприятное впечатление на избирателей, даже если она и не оказывает реального воздействия на совокупный спрос. Снижение налогов и рост государственных расходов на нужды различных заинтересованных групп -- хорошие лозунги для предвыборной кампании. Ослабление ограничений на рост денежной массы ведет, по крайней мере на первых порах, к снижению процентных ставок -- это также нравится избирателям.

Напротив, политика, сдерживающая экономический рост, обречена на непопулярность. Повышение налогов и сокращение государственных расходов всегда обозлят избирателей, так же как и повышение процентных ставок, к которому приведет жесткая кредитная политика. Если те, кто принимает экономические решения, не сразу разберутся в обстановке и мгновенно не понизят цены в ответ на падение совокупного спроса, сдерживающая политика приведет к ухудшению конъюнктуры и росту безработицы. Неизбежные в этих условиях жалобы привлекут внимание тех, кому предстоят близкие выборы У них появится большое искушение отменить прием горького лекарства и прописать сладкий тонизирующий напиток стимулирующей политики.

Из всего этого следует, что демократический политический процесс имеет тенденцию порождать не последовательную, а прерывистую политику управления совокупным спросом с сильным креном в сторону стимулирующих мероприятий. Когда стимулирующая политика в конце концов приводит к нестерпимому ускорению инфляции, в ход пускаются тормоза, сдерживающие экономический рост. Но если дезинфляция наступает не сразу, то создаваемые этими мерами спад и безработица порождают давление на правительство, заставляющее его отпустить тормоз и вновь нажать на акселератор.

Такая политика по формуле "вперед-стоп-вперед" усиливает неопределенность и приводит к дополнительным ошибкам, которые являются первопричиной спада. В итоге в демократических обществах легко может сложиться ситуация, когда более частые и глубокие спады сочетаются с ускорением инфляции.

Безграничные дефициты Правительства, вынужденные ориентироваться на общественное мнение, издавна подвергались искушению расходовать больше средств, чем собирается в виде налогов. Не нужно специально изучать экономику, чтобы понять, что законодателям гораздо легче поддерживать сокращение налогов, чем их увеличение и, соответственно, наоборот -- применительно к государственным Сократить расходам. В результате, даже если все члены законодательного органа хотели добиться превышения государственные доходов бюджета над расходами, это им отнюдь не всегда удавалось. Большинство избирателей расходы - могут выступить за сокращение государственных расходов в целом, но только за исключением той значит части, которая входит в их личный кусок пирога. Каждая заинтересованная группа избирателей сократить чьи доводит до сведения законодателей, что урезание ее конкретного куска отразится и на ее вкладе в то доходы.

избирательную кампанию, и на итогах голосования. Однако сократить расходы в целом, увеличивая каждую их статью по отдельности, невозможно. Именно поэтому государственные расходы растут, даже если каждый законодатель хочет их сокращения.

Однако, если мы претендуем на то, чтобы объяснить хронический дефицит государственного бюджета, мы должны объяснить, почему дефицита не наблюдается в бюджетах штатов и местных органов власти и почему до 1970 г.

федеральное правительство также вело себя иначе.

Прежде всего, федеральное правительство имеет важное отличие от правительств штатов и местных Кредиторы органов власти. Только оно может выплатить свой долг с помощью создания новых денег. охотно дают в Правительства штатов и местные органы власти похожи на нас с вами: они не могут взять в долг, т. е. долг тому, кто идти на дефицит бюджета, если им не удастся убедить потенциальных кредиторов в том, что может создать сегодняшний дефицит временный и будет компенсирован завтрашним избытком. Хронические средство дефициты исключены: кредиторы не дадут в долг органу государственной власти, если не будут платежа.

уверены, что получат деньги обратно полностью и в срок. Однако в случае с федеральным правительством такое требование не может быть ограничением: кредиторы знают, что оно всегда сможет создать новые деньги и оплатить свои долговые обязательства. Конечно, это создание денег означает, что кредиторам заплатят подешевевшими долларами. Но это относится не только к тем, кто дает в долг федеральному правительству: подешевевшие доллары получат все кредиторы. Поэтому все без опаски ссужают деньги федеральному правительству.

Но необходимо еще объяснить, почему до 1970 г. хронического дефицита бюджета не существовало. Возможный ответ сводится к тому, что в то время общественное мнение было сильно настроено против дефицита, считая его "аморальным" явлением, свидетельством того, что правительство живет не по средствам. С твердыми и широко распространенными убеждениями законодателям приходится считаться, особенно если большинство законодателей разделяют их сами.

Мы подошли к следующему звену в цепи наших рассуждений. Американцы сейчас уже не так твердо, как прежде, убеждены, что дефицит -- это нечто "аморальное". Сегодня население смутно "догадывается", что дефицит может быть средством достижения процветания. Урок, который преподали Дефицит ему, видимо, экономисты-кейнсианцы, заключается в том, что государственный бюджет не обязательно нельзя назвать балансировать ежегодно -- достаточно уравновешивать его за период делового цикла, так чтобы "аморальным", положительное сальдо фазы процветания покрывало дефицит фазы спада. Эта новая доктрина активно если он - использовалась для доказательства, что дефициты в 60--70-х гг. были для экономики благом и что инструмент каждый, кто требует сбалансированного федерального бюджета, просто не разбирается в "современной политики.

экономической теории". Большинство людей охотно соглашаются с аргументами, в которые им хотелось бы поверить.

Однако претворение в жизнь рекомендаций этой новой доктрины ведет к тому, что дефицит становится вечным.

Бюджетным периодом в стране является год, а не "деловой цикл". В результате ситуация, когда в данном году необходимо получить положительное сальдо, чтобы компенсировать, к примеру, прошлый дефицит, так и не возникает: всегда можно пообещать, что это благодатное время наступит в следующем году или через год. Так устраняется последнее эффективное ограничение бюджетного дефицита, и демократический политический процесс беспрепятственно порождает длительный, может быть, бесконечный дефицит. Поскольку дефицит существует, государственный долг растет, но конца света, тем не менее, не наступает, убеждение в том, что бюджет действительно необходимо сбалансировать, неизбежно слабеет.

Политическая экономия денежной политики Мы уделили достаточно внимания бюджетной политике и попытались показать, что государственное манипулирование совокупным спросом тяготеет к политике "вперед-стоп-вперед" с уклоном в сторону стимулирующих мероприятий. А что же денежная политика? Разве центральные банки не могут отказаться финансировать дефицит бюджета? Предположим, что ФРС ограничила рост денежной массы четырьмя процентами в год. Что произойдет тогда? Приведет ли большой и постоянный дефицит бюджета к инфляции, если центральный банк откажется поддерживать эту политику? А в отсутствие ускоряющейся инфляции менее частыми могут стать и внезапные разрушительные смены ориентиров экономической политики.

Этот вопрос особенно важен потому, что центральный банк не испытывает политического давления, ограничивающего свободу действий избранных государственных деятелей. Люди, создавшие в 1913 г. ФРС, сознавали, что в условиях демократии правительство часто будет вынуждено проводить инфляционную политику, и поэтому отдали власть над денежным обращением в руки органа, не зависимого от федерального правительства. Члены совета управляющих ФРС по закону назначаются на 14 лет, и поэтому могут действовать без оглядки на Конгресс или администрацию. Что произошло бы, если бы ФРС воспользовалась своей независимостью и проводила бы политику, диаметрально противоположную фискальной политике правительства?

Такое тотальное противостояние закончилось бы поражением ФРС: в конце концов, Конгресс может взять обратно данную ей независимость. С другой стороны, Конгресс не захочет пойти на столь радикальные меры или ввязаться в общенациональную дискуссию, в которой он выглядел бы защитником инфляции. Таким образом, до некоторых пор ФРС, вероятно, могла бы проводить политику, нейтрализующую воздействие бюджетного дефицита. Однако сомнительно, чтобы она стала долго упорствовать в этом. Причины коренятся в том, что до конца не выяснено, как именно "работает" денежная политика. Другая причина -- в накоплении враждебности общества к ФРС, которое неизбежно в этом случае. И, наконец, - в консерватизме центрального банка.

По крайней мере, в одном мы можем быть уверены: ФРС трудно будет бороться с инфляционной фискальной политикой до тех пор, пока население страны плохо понимает, что такое процентные ставки и как они распределяют редкие ресурсы между конкурирующими претендентами и между настоящим и будущим;

как инфляционные ожидания ведут к росту номинальных, но не реальных процентных ставок;

как денежная политика в действительности влияет на процентные ставки и насколько ограничена эта возможность. Причем никакая действенная кампания по разъяснению широкой публике истинного значения процентных ставок невозможна, пока разногласия по этому поводу существуют даже среди высокопоставленных чиновников ФРС.

Здесь кто-нибудь может спросить: а почему, собственно, эти чиновники так мучаются с определением целей денежной политихи и наилучших путей их достижения? Почему они не могут выяснить это на опыте? У ФРС достаточно полномочий, она располагает огромными человеческими, финансовыми и статистическими ресурсами для проведения экспериментов по определению эффективности различных вариантов денежной политики. Более того, такими возможностями управляющие ФРС располагают уже свыше тридцати пяти лет. Почему же они не смогли узнать о денежной политике больше, чем знают теперь? Может быть, дело в том, что ФРС обладает изрядным запасом бюрократической инерции?

Может быть, конечно, что обширная и могущественная организация, защищенная от какой-либо конкуренции или политического контроля, просто заинтересована в сохранении статус-кво. Денежная политика в нашей стране так запутана потому, что этого хочется центральному банку. Это превращает деятелей ФРС в руководителей и охранителей важных и таинственных, никому до конца не понятных процессов.

Решения или правила Есть большие основания полагать, что использование дискреционной фискальной и денежной политики для стабилизации экономики на самом деле усилило ее нестабильность, по крайней мере, с конца 60-х годов. Этот вывод, который невозможно исчерпывающе доказать, активно опровергается теми, кто хочет верить, будто мы располагаем достаточными знаниями и навыками, чтобы смягчать экономические спады и добиваться устойчивости цен, управляя совокупным спросом. Провал стабилизационной политики в 70-е годы не сможет убедить тех, кто видит причину провала в том, что у власти находились не те люди. Но оценивая какие-либо общественные институты, не следует думать, будто ими управляют ангелы. Гораздо вероятнее, что правительственную политику будут осуществлять политики и что денежная, особенно фискальная политика будет формироваться в том же политическом контексте, что и решения о таможенных тарифах, о борьбе с наводнениями и о размещении военных баз.

Альтернативой дискреционной фискальной и денежной политике является не отсутствие политики вообще, а политика, основанная на неукоснительном следовании определенным, всем известным правилам. Иногда это называется автоматической, или недискреционной фискальной и денежной политикой. Но в следовании установленным правилам нет ничего "автоматического", а проведение такой политики перед лицом сильного искушения "смягчить" правила -- само по себе есть то, что мы называем дискреционным актом. Вопрос не в том, что лучше: дискреционное регулирование или недискреционное, а, скорее, в том, может ли кто-либо действительно придать экономике устойчивость, манипулируя государственным бюджетом, банковскими резервами или нормой обязательных резервов. Существует мнение, что попытки стабилизировать экономику таким способом на самом деле дестабилизируют ее, поскольку никто не обладает знаниями, а также техническими и политическими возможностями, чтобы управлять совокупным спросом с необходимой степенью точности. Конечно, достаточно грациозный слон, осторожно и своевременно перемещаясь, мог бы сбалансировать лодку в бурную погоду. Но если слон не так уж ловок, его попутчики предпочтут, чтобы он оставался на середине лодки и не двигался.

Экономисты, считающие, что фискальная и денежная политика последних двух десятилетий лишь углубила спады и способствовала инфляции, дают следующие две рекомендации. В области фискальной политики они предлагают, чтобы сумма расходов бюджета определялась независимо от соображений о текущей стабилизации, а налоговые ставки обеспечивали сбалансированность бюджета за определенный период.

Во время спадов налоговые поступления сократятся, и возникнет дефицит бюджета. В период экономического подъема или оживления поступления возрастут, и бюджет будет сводиться с положительным сальдо. Эти сменяющие друг друга дефициты и избытки будут действовать как саморегулирующиеся амортизаторы, приглушающие колебания экономики. Любые дополнительные меры дискреционной политики могут скорее усугубить, чем уменьшить экономическую стабильность, потому что эти меры трудно осуществить точно в нужное время, а их ожидание порождает дополнительную неопределенность для частных лиц, принимающих решения.


Критики дискреционного управления спросом требуют также, чтобы была провозглашена и проводилась неизменная денежная политика. Они хотят, чтобы ФРС либо держала денежную массу на постоянном уровне, либо позволяла ей увеличиваться всем известным, постоянным и умеренным темпом, может быть, равным среднему темпу прироста реального ВНП за достаточно долгий срок. В экономической системе существуют не только фискальные, но и денежные автоматические стабилизаторы. Экономический подъем, в конечном счете, неизбежно наталкивается на растущие процентные ставки и рационирование кредитов, если только центральный банк не накачивает в банковскую систему дополнительные резервы. Во время экономического спада условия кредитования постепенно улучшаются, поскольку спрос на кредит ослабевает. Это вдохновляет потенциальных инвесторов. Всякие дополнительные меры, как и в случае фискальной политики, могут скорее увеличить, а не уменьшить нестабильность.

Кто контролирует?

Те, кто хочет внести поправку к конституции, требующую сбалансированного бюджета, исходят из того, что политический контроль над экономикой должен сам находиться под контролем. Это очень важная идея. Но даже если бы такая поправка была принята и вступила в действие, балансирование бюджета все равно осталось бы очень трудной задачей. Стремясь достичь ежегодного равенства расходов и доходов, федеральное правительство вполне может пойти на дестабилизирующие экономику меры.

Скорее всего, время и порядок осуществления трансфертных платежей, государственных закупок или изменений в налоговой системе будут определяться не соображениями стабилизации экономики, а задачами ближайшей выборной камлании.

Мы не можем рассчитывать на то, что обычные чиновники будут вести себя, как ангелы.

Столь же мало оснований ожидать чуда от каких-либо "формул успеха". Утверждают, что древнегреческий физик Архимед однажды сказал, что мог бы сдвинуть всю Землю, если бы ему дали точку опоры. Мысль об архимедовой точке опоры не дает покоя многим людям, которых волнуют экономические проблемы: "Должно быть решение. Если экономика работает плохо, пусть вмешается правительство. Если правительство не справляется, надо изменить конституцию. Если это не удастся, необходимо начать широкую просветительную кампанию. Если и она не приведет к успеху, необходимо перестроить всю школьную систему..." Точка опоры, на которой можно было бы утвердить архимедов рычаг, чтобы с его помощью поставить общество в правильное положение, так и не находится!

Функционирование экономики, государства и любого другого общественного института зависит, в конечном счете, от нашей способности сотрудничать друг с другом. На первой странице гл. 1 отмечалось, как трудно большинству из нас даже просто увидеть множество способов, с помощью которых мы каждый день успешно сотрудничаем друг с другом. Мы обращаем внимание на мотор нашего автомобиля, когда он выходит из строя. Пока мотор работает хорошо, мы не думаем о нем и смотрим на дорогу или по сторонам. Точно так же мы не обращаем внимания на механизм нашей социальной координации, пока он работает неплохо. Поэтому мы часто не знаем, как он устроен и насколько мы зависим от его бесперебойной работы. Отсюда и ошибочный вывод, будто надо что-нибудь в нем подправить, и он заработает лучше прежнего.

Богатые, промышленно развитые страны всегда испытывали периодические колебания производства и занятости.

Является ли нестабильность неотъемлемой чертой любой экономической системы, работающей без государственного вмешательства? Скорее всего, да. Но как велика может оказаться нестабильность, если государство откажется от попыток стабилизировать совокупный спрос? Насколько глубоки будут спады? Сколько времени они будут продолжаться? Во что они нам обойдутся? И кто именно будет страдать? Все это -- очень важные вопросы.

Но не менее важны и другие. Насколько велика нестабильность, существующая в условиях государственного вмешательства? Располагает ли кто-либо необходимой информацией для того, чтобы погасить колебания частных расходов? Какие люди должны стоять у руля? Чьим интересам будут подчинены их решения? Как часто долгосрочная стабильность будет принесена в жертву сиюминутным целям предвыборной борьбы?

Все эти вопросы в значительной мере касаются функционирования рыночной системы. Насколько быстро и гладко цены приспосабливаются к изменившимся условиям спроса и предложения? Насколько быстро и беспрепятственно перемещаются ресурсы в ответ на новую информацию об изменении цен? Конечно, мы надеемся, что дальнейшие эмпирические и теоретические исследования помогут лучше разобраться во всех этих делах. Однако глобальные вопросы подобного рода очень трудно решить так, чтобы это всех устроило. В ходе таких исследований переплетаются факты и вымысел, объективная логика и субъективные предположения. Наши суждения всегда носят отпечаток наших желаний.

Наверное, было бы легче договориться о том, как работает экономика, если бы мы имели единую точку зрения на то, как она должна работать. Но поскольку этого согласия нет, остается только продолжать дискуссии, всегда пребывая в неуверенности относительно правильности найденного решения.

Повторим вкратце Государственную политику стабилизации экономики проводят не беспристрастные и всеведущие эксперты, а политики, которые действуют в своих собственных интересах и под влиянием оказываемого на них давления.

В демократическом обществе на стабилизационную политику существенно влияет сравнительно недалекий временной горизонт правительственных чиновников, которые часто закрывают глаза на негативные долгосрочные последствия ради краткосрочного выигрыша.

Неожиданное изменение темпов роста совокупного спроса действует в первую очередь на производство и занятость, а потом уже на издержки и цены. Поэтому политика, стимулирующая экономический рост, дает вначале плюсы, а потом - минусы, а политика, ограничивающая рост, -- наоборот. Естественно, что политики, ожидающие близких выборов, выбирают стимулирующую, а не ограничительную политику. В результате политика постепенно сводится к формуле "вперед-стоп-вперед" с инфляционной направленностью.

Демократический политический процесс ведет также к хроническим дефицитам федерального бюджета, которые, в свою очередь, заставляют центральный банк увеличивать предложение денег.

Федеральное правительство всегда может брать в долг, поскольку оно контролирует источник средств платежа. Если обществом не поставлена цель достижения долгосрочного равновесия бюджета, демократический политический процесс может породить бесконечную последовательность бюджетных дефицитов.

Политическое давление, оказываемое на ФРС, затрудняет сдерживание инфляции средствами денежной политики.

Неумение или нежелание управляющих ФРС совершенствовать технику контроля над денежной массой также затрудняет проведение эффективной денежной политики.

Государство внесет наибольший вклад в достижение экономической стабильности, если будет поменьше вмешиваться в экономику. Устойчивая и предсказуемая государственная политика вносит меньшую неопределенность в экономическую систему.

Спор между защитниками дискреционной политики и сторонниками жестких, заранее всем известных правил, сводится, главным образом, к вопросу о том, насколько удачно функционируют рынки.


ВОПРОСЫ ДЛЯ ОБСУЖДЕНИЯ 1. Неожиданные изменения темпов роста совокупного спроса вначале воздействуют на производство и занятость и только потом -- на цены.

• а) Почему это происходит?

• б) Почему это побуждает избираемых государственных чиновников одобрять стимулирующую политику и не упорствовать в проведении ограничительной политики?

• в) Почему президент, оставшийся на второй срок и, следовательно, не подлежащий переизбранию, все равно может быть вынужден предпочесть политику, дающую быстрый положительный эффект, но ведущую в дальнейшем к неприятным последствиям? Кто оказывает на него давление?

2. Если члены Конгресса действительно убеждены в том, что большой дефицит государственного бюджета -- угроза процветанию США, почему же они не сокращают дефицит?

3. Предположим, что некий конгрессмен проголосовал против законопроекта, по которому 100 млн. долл., полученных от налогоплательщиков, направляются на строительство оросительного канала, что принесет выгоду в 10 млн. долл.

нескольким сотням землевладельцев. Почему этот поступок может стоить законодателю потери голосов на выборах и уменьшения вкладов в его избирательную кампанию?

4. Почему многие члены Конгресса убеждены в том, что федеральное правительство должно субсидировать различные местные проекты, например, совершенствование автобусного транспорта или метро в больших городах?

• а) Кто получит выгоду от сооружения метро в большом городе?

• б) Какой аргумент поможет доказать налогоплательщикам всей страны, что строительство метро в одном из городов послужит общественным интересам?

• в) Если вы узнаете, что ваши налоги увеличатся на 10 долл. в год из-за строительства метро в далеком от вас городе, напишете ли вы протестующее письмо своему конгрессмену?

• г) Предположим, что вашему городу хотят предоставить большую субсидию из центра на улучшение системы общественного транспорта. Как вы думаете, отправятся ли представители ваших местных властей в Вашингтон, чтобы проталкивать соответствующий законопроект? Поддержат ли его ваши представители в Конгрессе?

Изменится ли к лучшему ваша оценка местных властей и ваших представителей в Конгрессе, если субсидия будет предоставлена вашему городу?

5. Если вы поддерживаете сокращение государственных расходов, относится ли это также к государственным программам, которые выгодны вам?

6. Несколько лет назад Нью-Йорк был на грани банкротства, поскольку городской бюджет сводился с дефицитом, а городские власти не могли ни повысить налоги, ни сократить в достаточной мере расходы. Кредиторы отказались одалживать городу дополнительные суммы, пока федеральное правительство не гарантирует уплату всех долгов Нью Йорка в случае банкротства.

• а) Как Нью-Йорк оказался в такой ситуации?

• б) Для чего кредиторам нужна была гарантия федерального правительства, если дефицит его бюджета во много раз превышал нью-йоркский, а надежды на его погашение были еще более слабыми?

• в) Что произошло бы, если бы федеральное правительство приняло на себя обязательство рассчитываться со всеми кредиторами, которые могли бы пострадать в случае банкротства какого-либо местного органа власти или правительства штата?

7. Каждый год на протяжении 70-х -- начала 80-х годов суммарный бюджет всех штатов и местных органов власти сводился с положительным сальдо, а федеральный бюджет -- с дефицитом. Как вы объясните это различие?

8. Избиратели, которые не хотят повышения налогов, ограничивают способность любого демократически избранного правительства увеличивать доходы государственного бюджета. Но есть и другие ограничения.

• а) Как можно легально избежать уплаты подоходного налога или налога с оборота, который взимает правительство штата?

• б) Избиратели не очень-то возражают против увеличения налогов на фирмы. Почему штаты и местные органы власти не могут получить все нужные им суммы, облагая налогом только фирмы?

• в) Почему эти ограничения связывают руки только местным властям, а не федеральному правительству?

9. Когда власти штата или города выпускают заем для финансирования своих текущих расходов (в отличие от капиталовложений в строительство дорог, школ, общественных зданий и т.д.), котировка их долговых обязательств падает.

Это означает, что данные инвестиции являются более рискованными.

• а) Почему это происходит?

• б) Что произойдет с ценой облигации, котировка которой понизилась?

• в) Как это отразится на стоимости кредита?

• г) Каким образом это удерживает местные власти от того, чтобы финансировать текущие расходы за счет займов?

• д) Что они должны предпринять, если решат не прибегать к займам для финансирования текущих расходов?

• е) Почему ничего этого не происходит с федеральным правительством, когда оно финансирует свои расходы с помощью займов, а не налогов?

10. Когда корпорации удается распродать свои облигации или новый выпуск акций, ее долг резко увеличивается.

• а) Означает ли это, что дела корпорации идут плохо, или, наоборот, хорошо?

• б) Можно ли применить эту аналогию из мира бизнеса к задолженности правительства?

• в) Предположим, что правительство берет заем на строительство плотины. Сравните это с займом, который фирма берет для финансирования капиталовложений. В чем сходство и различие?

11. Считаете ли вы, что люди, "живущие не по средствам", слабохарактерны? А как вы назовете правительство, которое не может ограничить свои расходы до уровня своих доходов?

12. Предположим, что в год президентских выборов казначейство в сентябре занимает 2 млрд. долл., чтобы увеличить выплаты по социальному страхованию, субсидии и пособия по безработице, которые должны быть выплачены 1 октября.

Как это отразится на предложении денег? На потребительских расходах в октябре? На показателе безработицы? На уровне цен? На результатах выборов? Когда наступит каждый из перечисленных эффектов?

13. ФРС была создана как независимый орган федерального правительства -- независимый от непосредственного политического давления, которое чувствуют на себе избираемые и назначаемые ими официальные лица.

• а) Насколько это "демократично": иметь столь могущественную организацию, как ФРС, которая не несет ответственности перед избирателями?

• б) Если бы руководители ФРС подчинялись избираемым официальным лицам, сделало бы это их ответственными перед избирателями или нет?

• в) Как вы считаете, при каких условиях с большей, а при каких -- с меньшей вероятностью денежная политика будет отвечать общественным интересам: при теперешней системе;

при праве президента увольнять руководителей ФРС как обычных членов правительства;

при системе референдумов, когда политика ФРС периодически должна быть одобрена большинством избирателей?

14. Насколько независима ФРС? Руководители ФРС и казначейства регулярно сотрудничают друг с другом, чтобы облегчить заимствование правительством огромных сумм, предназначенных для покрытия текущего дефицита и "перенесения в будущее" гигантского государственного долга.

• а) Люди, которые сотрудничают, обычно сближают свои точки зрения или, по крайней мере, делают их совместимыми друг с другом. Не будет ли ФРС более склонна избрать тот вариант денежной политики, который заодно поможет казначейству решить свои финансовые проблемы?

• б) Казначейство хотело бы, насколько возможно, снизить стоимость кредитов, которые оно берет. Как ФРС может помочь ему в этом благородном деле?

• в) Если ФРС пытается снабдить банковскую систему количеством резервов, достаточным для того, чтобы масштабные заемные операции казначейства не увеличили стоимость кредита, что она должна для этого предпринять? Почему такие "дружеские" меры ФРС, в конце концов, могут привести к резкому росту процентных ставок и стоимости кредита для казначейства?

15. Как вы думаете, существует ли связь между отношением хорошо информированного человека к политике "тонкой настройки" и его (или ее) реакцией на следующие утверждения. Объясните ваш ответ.

• а) "Люди, осуществляющие фискальную и денежную политику, располагают большей информацией, чем люди, принимающие решения на уровне, фирм, потому что они имеют доступ к статистическим данным о состоянии всей экономики и не должны отвлекаться на мелочи".

• б) "Если мы хотим избежать таких экономических кризисов, как в 70-е годы, правительство должно придерживаться более жестких процедур экономического планирования".

• в) "Рынок стал работать хуже, чем раньше. Конкуренция больше не определяет цены и не распределяет ресурсы в американской экономике. Этим в основном занимаются организованные группы, обладающие большой властью над рынком".

• г) "В американской экономике существует абсурдный социальный дисбаланс. Блага, покупаемые частными лицами, производятся в изобилии, а для производства благ общественного сектора, например, в сфере образования, остаются жалкие крохи".

• д) "Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно".

Глава 23. Границы экономической науки Что знают экономисты?

За пределами экономической науки Перспективы цивилизации во многом определяются тем, насколько успешно функционируют общественные системы Что мы можем сказать о функционировании общественных систем с точки зрения экономиста? Не упускаем ли мы, стоя на этой точке зрения, чего-нибудь важного?

Вернувшись к первой главе этой книги, вы найдете небольшое рассуждение об "уклонах" или "предубеждениях" ("biases"), свойственных экономической теории. Прочитав всю книгу, вы, может быть, захотите перечитать се заново. Что вы теперь скажете об этих "уклонах"? Искажения это или полезные рабочие гипотезы?

Что знают экономисты?

Смотреть на вещи с точки зрения экономиста -- это значит систематизировать хорошо известные всем явления с помощью таких понятий, как спрос, альтернативная стоимость, предельный эффект и сравнительная выгода. Экономист знает реальный мир не лучше, а в большинстве случаев хуже менеджеров, инженеров, механиков, словом, людей дела. Но экономисты знают, как разные вещи связаны между собой. Экономическая наука позволяет нам лучше понимать то, что мы видим, более последовательно и логично размышлять о широком круге сложных общественных взаимосвязей.

На практике получается, что это знание в большой мере носит негативный и безличный характер. Как вы уже, наверно, заметили, экономический взгляд на вещи мало помогает нам понять взаимоотношения людей в семье или в другой малой группе, все члены которой хорошо знают друг друга и сотрудничают на личной основе. Экономисты же объясняют, как сотрудничают люди, вовсе не знающие друг друга, но, тем не менее, работающие согласно и чрезвычайно эффективно.

Может быть, читая главы этой книги, вы заметили, что большее значение в ней придается не тому, что надо делать, а тому, чего делать не следует. Но отрицательный результат также очень важен. Известный экономист Фрэнк Найт обычно защищал негативный характер, присущий выводам экономистов, такими словами: "Самые вредное -- это вовсе не невежество, а знание чертовой уймы вещей, которые на самом деле неверны".

Слишком много людей "знают", как надо решать неотложные проблемы общества. Экономика представляется им очень просто устроенным миром, где намерения можно легко реализовать, а единственным препятствием на пути создания лучшего общества является недостаток добрых намерений. Но всякое совершаемое в обществе действие влечет за собой непредвиденные и непредсказуемые последствия. К примеру, очевидно, что ограничения на импорт текстиля в США сохраняют рабочие места и доходы отечественных производителей. Но лишь опытный глаз экономиста отметит, что такая мера уменьшит доход всех остальных американцев, поскольку поднимет цены на текстиль, ограничит возможности США в экспорте других товаров и не даст им возможности воспользоваться своими сравнительными преимуществами. Точно так же очевидно, что ограничение квартирной платы уменьшит денежные платежи жильцов домовладельцам. Но многие ли сторонники такой меры отдают себе отчет в том, какие другие платежи придется в этом случае совершать жильцам, какие новые формы дискриминации придут на смену ценовой и какое краткосрочное и долгосрочное воздействие это может оказать на предложение жилья, сдающегося внаем?

Однако люди часто сердятся на тех, кто предостерегает о нежелательности тех или иных мер, но ничего не предлагает взамен. В нашем обществе, привыкшем к чудесам науки и техники, число требований "что-то сделать" значительно превосходит количество серьезных предложений по решению общественных проблем. Наверное, мы ошибаемся, полагая, что общественные проблемы можно решить так же, как технические. Мы признаем, что противоречивые интересы разных слоев общества создают для политиков большие трудности. Но мы все еще недооцениваем сложности целенаправленного переустройства общества. Во многом потому, что недооцениваем сложность социальных систем, в которых развитая сеть взаимодействий координирует поведение людей и побуждает их сотрудничать друг с другом в достижении своих целей.

Может быть, именно поэтому экономическая теория часто скептически оценивает предложения реформировать экономическую систему. Дело не в том, что сами экономисты не заинтересованы в реформе, и тем более не в том, что они -- наемные лакеи привилегированных классов. Дело в том, что, раскрывая взаимозависимость различных решений, экономическая теория привлекает внимание к неизученным последствиям предлагаемых реформ. Обычный ответ экономистов на многие, от чистого сердца идущие предложения, гласит: "Так не выйдет". Реализм часто напоминает консерватизм, но это разные вещи. А в каком-то смысле знание действительно порождает консерватизм. Даже физики подвергались обвинениям в отъявленном консерватизме со стороны изобретателей вечного двигателя.

За пределами экономической науки Джон Мейнард Кейнс однажды провозгласил тост за экономистов, которые "делают цивилизацию возможной". Возможность цивилизации -- это очень точно сказано! Эффективное распределение ресурсов увеличивает эту возможность, но еще не гарантирует прогресса цивилизации. Хорошо координированное и бесперебойно функционирующее общество дает индивидуумам больше возможностей для выбора, но не гарантирует, что их выбор будет правильным. Экономический образ мышления, особенно в условиях демократии, -- важная предпосылка успешного развития. Но не более того.

Большинство экономистов признают, что применяемые ими понятия и методы иногда искажают изучаемую ими действительность. Они готовы подвергнуть свой анализ и свои выводы суду рациональной критики. Но принять какую-либо точку зрения необходимо в любом исследовании, -- как в естественных, так и в общественных науках. Если экономический образ мышления иногда ведет к искажениям, неверным акцентам, и даже к явным ошибкам, рациональная критика должна внести необходимые поправки. Такие поправки часто опровергали или модифицировали выводы экономистов прошлого.

Вероятно, так будет продолжаться и в будущем.

Московский Либертариум, 1994-

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.