авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«Серия: «ФИЛОСОФИЯ: Люди и идеи». Выпуск III. Философия Н.В. Гоголя. Сборник научных статей Се ри я «Ф И ...»

-- [ Страница 3 ] --

Однако весьма близок Достоевскому всё же поздний Го голь – своей религиозностью. Христос как образец человека, как богочеловек стал творческим кредо для обоих писателей.

У Гоголя он стал ориентиром, с помощью которого писатель хотел изобразить во втором томе «Мёртвых душ» панораму русских характеров. У Достоевского в «Братьях Карамазо вых» фактически дана панорама душ русских людей. Гоголь в изображении России показал разнообразие её духовных уст ремлений и истоков мотивации людей. Достоевский, будучи тонким аналитиком русской души, показал разнообразие в её глубинах, её богатство, диалектику добра и зла в ней. Если для Достоевского сердце человека есть поле битвы между добром и злом, то для Гоголя сердце человека есть исходный пункт движения его к идеалу. Мистицизм Гоголя, выразив шийся в фантасмогорийности сюжетов «Вечеров на хуторе близ Диканьки», уводит его в тайну небытия, ставит человека в тупик среди жизни, не даёт ответа на цель его пути. Психо логизм произведений Достоевского обращает веру в духов ность вовнутрь личности. Это мистицизм души, в котором вера в духовность реальна. Это вера, возвышающая дух до уровня божественности. У позднего Гоголя она становится Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя незримым соавтором его творчества. У позднего Достоевско го она становится мерилом художественного творчества, сце ной для развёртывания духовности его героев. В итоге, и у того, и у другого писателя религиозность из идеала духовно сти превращается в художественность их письма. Религиоз ное для них становится синонимом творческого начала не только в человеке, но и в искусстве. Оба они стали в русской литературе реалистами в изображении религиозности души.

Значительное влияние Гоголь оказал и на другого наше го гения, Льва Толстого, – и художественностью своего письма, и своей нравственно окрашенной религиозностью, и своим пониманием человека как существа, самовозвышающе гося на пути к Богу. Лев Толстой словно развил талант Гоголя в себе, прибавив к гоголевской разносторонности дилетанта в понимании жизни человека, общества и истории профессио нальности и довёл это понимание до знания сути, до закона.

Лев Толстой несомненно взял у Гоголя романтическую осна щённость его языка, образность этого языка, которая переда вала не только состояние природы в стиле художественной фотографичности, но и впечатление человека, созерцающего её. Общее в их мастерстве словесного пейзажа – сопричаст ность автора состояниям природы, передающаяся и читателю.

Особенно ярко схожесть толстовских и гоголевских словес ных пейзажей можно увидеть в ранних произведениях Л.Н.

Толстого – например, в «Отрочестве», «Казаках» и др.

[См.: описание грозы: 30: с. 117-120;

описание гор Кавказа:

28: с. 162-163;

описание вечера в станице: 28: с. 167-168 ].

Как на общую черту у обоих писателей можно указать на умение их находить и акцентировать внимание при составле нии словесных портретов на существенной черте литератур ного героя. Эта черта передаёт общее и верное впечатление о характере человека. (При этом стоит вспомнить изображение Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя Толстым Бориса Друбецкого или Долохова в «Войне и мире», Кутузова или Наполеона и усы гостя сельского головы из «Майской ночи» Гоголя, напоминающие торчащую изо рта мышь). Толстой воспринял от Гоголя его манеру связывать единичное с общим в душах людей. Под общим имеется в ви ду не только обобщение характеров до определённых типа жей, но и общее в смысле духовного. Герои обоих писателей, взятые из самой жизни, описанные ими реальные люди, при надлежат к роду человеческому, имеют духовную жизнь, вы раженную через беспокойство души, неудовлетворённость действительностью. Общее в творческом поиске у Гоголя и Толстого – стремление отобразить часто противоречивое раз нообразие жизни через разнообразие письма, которое у обоих писателей выражалось в гармонии текста. Даже отдельные художественные картины в их произведениях служили цело стной идее, замыслу, несущему с собой поучительную мысль.

У Гоголя это меньше заметно, у Толстого это очевидней – так как он более рационален, логичен в своём творчестве.

Наконец, самая главная общая черта в творчестве Гого ля и Толстого – религиозность. Она заложена в их натурах, проявляется в их понимании назначения человеческой жизни.

Толстой сознательно обратился к религии в 27 лет, задумав создать свою собственную нравственную религию. Гоголь стал религиозным в 31 год, после написания первого тома «Мёртвых душ», – и также выстрадал свою религиозность, пришёл к ней не только с помощью ума, но и сердца. В осно ве религиозности обоих лежала вера в человека как в боже ское создание, главной чертой которого является Добро. Са мосовершенствование человека в деле укрепления в себе До бра оба понимали как смысл жизни человека.

Однако Толстой пришёл к своей религии от ума, по строив целую систему аргументов, в которую включил рели Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя гиозные мысли мудрецов из истории всей человеческой куль туры. Он убедил себя и убеждал других в необходимости Бо га в душе человека. Гоголь обратился к религии, опираясь на свою интуицию и влечение души. Его аргументами стали учения святых отцов, убеждения богословов. Этого было не достаточно, чтобы склонить общественное мнение на свою сторону.

Признавая важное значение Гоголя для русской культу ры и восхищаясь им, Толстой в целом верно оценил его твор чество. В заметке «О Гоголе», опубликованной к столетнему юбилею писателя, Толстой отмечал, что «Гоголь – огромный талант, прекрасное сердце и небольшой, несмелый, робкий ум» [29: с. 327]. Не принимал Толстой гоголевских взглядов на государство и церковь, преувеличенное восхищение им искусством как священнодействием, его славянофильскую веру в особое предназначение России в истории человечества.

Однако он справедливо отмечал, что, вращаясь в кругу идей своего времени – среди гегельянцев, социалистов, западников, славянофилов и сторонников «официальной народности» – Го голь не смог выйти за их пределы из-за своей «малосознатель ности». Расшифровывая этот термин, мы можем сказать, что эта малосознательность есть недомыслие, то есть неучитыва ние всех обстоятельств, влияющих на объект рассмотрения. В случае с Гоголем это было то, в чём его упрекали – незнание жизни в России. Умея поставить себя на место своих литера турных героев и бичуя их отрицательные черты, Гоголь не поставил себя на место крестьян, основное сословие того времени. В этом и было его недомыслие, или «малосозна тельность». В споре же Белинского и Гоголя Толстой встал на сторону последнего. Вера Белинского в науку, в Гегеля и со циализм казались Толстому ничуть не лучше веры в церковь.

8 марта 1902 года он записал в дневнике: «1) Белинский без Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя религии – из нижнего этажа. Гоголь религиозный – из верх него» [27: с. 144]. В своём главном философском произведе нии «Путь жизни» (1909 г.) Толстой приводит две цитаты из Гоголя. Упоминания о Белинском в этой книге нет. Это гово рит о том, что Толстой не включал Белинского в круг мудре цов человечества. Какие же мысли Гоголя понравились Тол стому? Первая из них: прислушиваться к спорам, но не вме шиваться в них, ибо они ведут к запальчивости и гневу, от влекающим от истины. Вторая мысль – о страдании: «Велик Бог, нас умудряющий. И чем же умудряющий? Тем самым горем, от которого мы бежим и хотим скрыться. Страданиями и горем определено нам добывать крупицы мудрости, не при обретаемой в книгах» [31: с. 363]. Любовь Толстого не к учё ной философии, но к философии самой жизни, для которой главным объектом рассмотрения является человек, привела его к верному взгляду на путь жизни во вселенной: жизнь идет по пути самосовершенствования к своему высшему со стоянию. Это состояние есть Бог, достичь которого может только человек. Он есть работник на службе у Бога, если го ворить языком Толстого и Гоголя. Если же говорить на языке Белинского, то человек есть инструмент эволюции, которым управляет абстрактная история без людей, равнозначная геге левской абсолютной идее. Такую философию истории не мог ли принять ни Толстой, ни Гоголь, ибо она не прошла через страдания человеческого сердца – и, следовательно, не получи ла признания и у разума человека. Ибо жизнь сердца, жизнь ду ха идёт от природы человека, жизнь ума идёт от её механисти ческой производной.

Среди русских писателей XIX века, усвоивших писатель ские уроки Гоголя, можно говорить и о М.Е. Салтыкове Щедрине. В «Истории одного города» этот писатель выступил как сатирик-реалист, сумевший раскрыть через описание голо Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя вотяпства людей несуразность русской жизни вообще. Это произведение подобно увеличительному стеклу показывает слабости и безнадёжную отсталость государственного управ ления в России, пассивность населения и его наивную веру в правильность существующего порядка вещей. История города Глупова развивает тему «Ревизора» – продажность в россий ском общественном хозяйстве, самообман народа. Однако, ес ли у Гоголя его Хлестаков есть хвастун и плут, то у Щедрина правители города изображены как старательные и упорные в достижении глупых целей люди. Это плуты социальной ие рархии, стремящиеся занять посты, которых они не заслужи вают. Объединяют же произведения Гоголя и Щедрина не только головотяпство и простодушный идиотизм их героев, но и меткость характеристик людей в языковой манере писателей, умение выделить типические черты, знание жизни небольших российских городов, сочный, колоритный язык их прозы. Го голь высмеивает своих героев, Щедрин своих героев высекает кнутом сатиры. Гоголь ставит вопрос о причинах неурядиц в России, Щедрин даёт на такой вопрос и ответ. В этом видится сходство и различие в их творческих позициях. У Щедрина в его произведениях присутствует и та черта, которая у Гоголя малозаметна – назидательность, нравоучение. Это проявляется наглядно в сказках с их эзоповским языком, позволяющим обойти цензуру. У Гоголя нравоучительность присутствует в серьёзной форме: в авторских отступлениях, в статьях на со циально значимые темы. В художественных текстах она при нимает форму фантасмагории, в которой ставится загадка, но не даётся намёка на её смысл и её разгадку.

О значимости Гоголя для русской литературы можно судить по высказыванию Владимира Набокова. Он писал, что «Шинель» Гоголя сосредоточила в себе те черты его характе ра, которые впоследствии стали визитной карточкой всего его Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя творчества – это странная смесь абсурдного с трагическим.

Эта противоречивая и движущая энергия жизни встречается в русской душе – и у Достоевского, и у Толстого, и у Бердяева.

Однако у Гоголя она шире, объёмнее. «Проза Пушкина трёх мерна, – пишет Набоков, – проза Гоголя по меньшей мере че тырёхмерна. Его можно сравнить с его же современником ма тематиком Лобачевским, который взорвал Евклидов мир и открыл сто лет назад многие теории, позднее разработанные Эйнштейном... Искусство Гоголя, открывшееся нам в «Шине ли», показывает, что параллельные линии могут не только встретиться, но могут извиваться и перепутываться самым причудливым образом, как колеблются, изгибаясь, при малей шей ряби две колонны, отражённые в воде. Гений Гоголя – это и есть та самая рябь на воде» [21: с. 33-34]. В этой блестящей характеристике содержится разъяснение, почему русские ли тераторы «вышли из «Шинели» Гоголя: потому, что мир ма ленького человека показан в этом произведении как большой мир. Потому что «трансцендентный анекдот», каким и явля ется содержание «Шинели», есть в то же время трагедия ду ши. Потому что борьба добра и зла показана как проявление случайного в необходимом. Потому что жизнь трагикомична, противоречива, достойна удивления и заслуживает присталь ного анализа. Потому что поставленный писателем вопрос требует ответа и практического действия по улучшению ми ра. Это понимание подспудно присутствует в русской литера туре в послегоголевское время.

Мы можем говорить как о последователе Гоголя даже о Максиме Горьком, хотя это, на первый взгляд, покажется фантастической идеей. Однако творчество Горького на столько многогранно, что мы можем утверждать эту идею вполне уверенно. Всё творчество Горького можно подраз делить на пять основных этапов: увлечение романтизмом, Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя создание натуралистической прозы в босяцких рассказах, увлечение богостроительскими идеями, написание драма тических произведений и в конце жизни – сотворение эпоса о русской жизни конца XIX – начала XX-го века в книге «Жизнь Клима Самгина». Вся эта проблематика есть и в творчестве Гоголя. У Горького его романтизм так же кра сочен и поэтичен, как и у Гоголя. «Старуха Изергиль», «Макар Чудра», «Сказки об Италии» написаны на одном дыхании, с воодушевлением человека, влюблённого в жизнь. Поэтичность прозы Горького видна и в его написан ных белым стихом «Песне о Соколе» и «Песне о Буревест нике», в рассказе «Человек». Богостроительство Горького выстрадано им – как найденный после больших и тяжких духовных трудов путь человека к свободе. «Многие – как и я – ищут бога и не знают уже, куда идти;

рассеяли душу на путях исканий своих и уже ходят только потому, что не имеют сил остановить себя, – пишет Горький в «Испове ди», – … а надо не искать бога вовне, а строить его в еди ной любви человека к человеку» [11: с. 310]. Земля людей, по Горькому, – это «изумрудное поле великих игр людей и боя за свободу красоты и правды» [11: с. 389-390]. Это про светвление человека неосознанно, но в основе его – вера в творческую силу духа. То же самое чувство испытывал и Гоголь в последние годы своей жизни.

Горький близок Гоголю и как драматург. Пьесы Горько го описывают жизнь людей не гротескно, как пьесы Гоголя, но реалистично. У Гоголя в пьесах ставятся проблемы мо рального поведения людей, у Горького пьесы философичны, обращены к социальным проблемам. Однако у обоих драма тургов в их произведениях присутствует идея, направленная на изменение человеческих отношений, на улучшение ка честв человеческой души.

Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя Склонность Горького к реалистическому эпосу в «Жизни Клима Самгина», к анализу социальной жизни через анализ характеров и внутренней жизни человека напрямую не заимст вована у Гоголя, но фактически повторяет системное видение мира у Гоголя. Герои Гоголя и Горького путешествуют по ми ру в поисках правды. Всеохватная широта духа человека есть их общая черта. Главное, что объединяет этих героев, – забота не только о своей внутренней правде, но и беспокойство о на стоящем и будущем России. Стремление понять суть вещей и событий делает обоих писателей философами духа, открыва телями Бога в душе человека.

Можно искусственно притягивать Гоголя к творчеству русских писателей советского периода. Но это перестаёт быть искусственным, если мы обратим внимание и на стиль, и на художественные достоинства произведений советских писа телей. Романтическая, сочная по своим художественным краскам и психологически глубокая проза М.А. Шолохова говорит о влиянии Гоголя на автора «Донских рассказов».

Философичная, гражданственно звучащая проза Л. Леонова в «Русском лесе» напоминает замысел Гоголя сделать «Мёрт вые души» социальным романом. Построенная по классиче ским канонам романа-размышления, в котором сюжет произ ведения, анализ событий, анализ души человека образуют единое поле действия, книга Ю. Бондарева «Берег» подтвер ждает мысль, что Гоголь по-прежнему живёт в русской лите ратуре. Поющая проза Гоголя проявляется как некий методо логический приём, способ построения письма и у нерусских писателей советского периода – Чингиза Айтматова, Олеся Гончара, Михайло Стельмаха и др. Гоголь передал всей рус ской литературе такие черты своего творчества, как систем ность в описании событий, художественную красочность письма, беспокойные поиски правды, анализ внутреннего ми Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя ра героев, веру в душу человека как самосовершенствую щуюся и отвечающую за свой духовный рост личность. И в основе всей творческой позиции Гоголя – обращение к Рос сии и её благу как к неиссякаемому источнику, помогающему не механически просветить, но «просветвлить» человека, преобразовать его интеллект и душу, осуществить с помощью искусства и религиозной нравственности воскресение его души и возродить соборное народное самосознание.

Зачем нам нужен Гоголь?

По прошествии почти ста шестидесяти лет после смерти Гоголя, когда уже нет ни крепостных крестьян, ни дворян, ни славянофилов, ни западников, когда уже остро не стоит про блема просвещения народа и воспитания его в духе любви к Бо гу, – мы вправе спросить: Зачем нам теперь нужен Гоголь? Этот вопрос может показаться крамольным. Ведь Гоголя изучают в школах вот уже более ста лет, на его произведениях учат пат риотизму и красоте души, его юмором лечат души людей. Тем не менее ответов на этот вопрос может быть несколько.

Во-первых, фактически Гоголь неизменно присутствует в программах преподавания русской литературы как её исток, как родоначальник русской художественной прозы. Ещё в 50 е годы прошлого века, в советские времена, в средних школах дети изучали «Тараса Бульбу», «Ревизора» и «Мёртвые ду ши». Хотя в преподавании и присутствовал мотив критики общественных порядков, господствовавших при царском са модержавии, Гоголь рассматривался тогда как великий народ ный писатель, чуждый царскому режиму. Художественные достоинства гоголевской прозы можно было увидеть в грам матических и синтаксических упражнениях по русскому язы ку – начиная буквально со второго класса. Кинематограф вы пускал тогда по 15-20 фильмов в год. Среди них находилось Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя место и для гоголевских произведений. Позднее почти все они были мастерски экранизированы, благодаря чему вошли в сознание народа не только через словесные образы, но и че рез зрительные, эмоциональные восприятия. «Ревизор» же Гоголя практически не сходит со сцен театров как эталонная, бессмертная комедия, не уступающая лучшим мировым об разцам в драматургии. Все эти факты и дают первый ответ на поставленный вопрос. Гоголь нужен нашей школе для обуче ния и воспитания детей. Его творчество поучительно и в плане формирования культуры речи и письма, и в плане вос питания культуры чувств. В этом состоит просветительское значение гоголевского творчества.

Во-вторых, Гоголь нужен не только детям, но и взрос лым, нужен для воспитания в них патриотизма, любви к родной природе, обычаям и культуре страны, любви к её лю дям. Будучи украинцем по своему происхождению, Гоголь стал русским человеком, восприняв язык и культуру России как свою родную духовность. Любовь Гоголя к истории, к народным преданиям, к сказочным и фантасмагорийным сю жетам делает его не поверхностным писателем, но писателем глубоким, несущим людям тайну, скрытую идею. В конце творческого пути Гоголь синтезировал все разрозненные про блемы в своих произведениях в один большой основопола гающий вопрос ко всему русскому народу: Как мы будем жить в России? Ответ был дан им недвусмысленный – будем жить трудясь и нравственно совершенствуясь. Этот ответ не политизирован и идеологизирован, и в этом смысле он прави лен. Патриотизм Гоголя состоит в любви к своему нацио нальному и в отодвигании на задний план всего иностранного и чужого. И хотя патриотизм Гоголя и не исключал иерархии государства и церкви, допуская их незыблемость, всё же он не основывался на них. Его патриотизм имел в своём фунда Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя менте самосовершенствующуюся личность. Её связь с родной землёй, культурой страны и её социальной средой делала этот патриотизм не утопической, а реальной мечтой.

В-третьих, Гоголь нужен современной России для со блюдения традиций в её культуре – в литературе, в кино и театре, на телевидении. Он необходим стране и как нацио нальный колоритный артефакт, нужный и при культурных обменах. В условиях глобализации роль национальных само бытных культур будет не уменьшаться, а возрастать. Благо даря разнообразию культур мир развивается как многополяр ный и демократичный, как свободный для творчества мир.

Взаимопонимание людей разных этносов благодаря культуре становится лучше и дружественнее, что весьма важно для формирования стабильной политической и социальной кон фигурации мира. В этом смысле произведения Гоголя можно рассматривать как посла толерантности и высоких ценностей в культуре.

Современная культура развивается через усвоение но вых ценностей. Среди них на первое место выходят инфор мация, коммуникация, уплотнение времени и др. Однако со держание этих ценностей остаётся прежним – это разнообра зие духовного начала в человеке, ведущее к свободному вы бору высших ценностей: любви к человеку и Богу, творче ской свободе, самопознанию и самосовершенствованию лич ности. Творчество Гоголя и по своей проблематике, и по сво ей значимости остаётся современным и ценным и для России, и для Украины, и для многих других стран.

В-четвёртых, Гоголь нужен нам как мыслитель, помо гающий формированию нравственных и религиозных качеств людей. Главный герой гоголевских произведений – человек с его жизненными проблемами, независимо от его масштаба и значимости. Душа человека, черпающая свои силы от земли, Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя её красоты и богатства и уходящая в бесконечность, в бес предельность вселенной, есть то, что описывал Гоголь в сво их сочинениях. Странствия души по чужбине мира в поисках идеала и возвращение её на свою родину – к Богу Красоты, Добра и Правды занимало внимание Гоголя-писателя и Гого ля-человека. Это жизненное кредо делает всё творчество пи сателя своеобразным самопознанием, в котором реальность становится на уровень искусства и религии. Выход за преде лы себя и возврат к себе отражают пульсацию самой жизни.

Через случайное и земное душа ищет закономерное и высшее божеское начало в себе. Важнейшим тезисом, который дока зал Гоголь-мыслитель, было суждение о божественности ду ши, в которой выражена связь человека с беспредельной при родой. Самосовершенствование человека означало для Гого ля взятие на себя ответственности за судьбы мира и осущест вление этих судеб делом нравственного очищения.

Ничто не умирает бесследно в культуре. Её ценности воспринимаются людьми и передаются новым поколениям не только через артефакты, но и через гены. Народ – это со циокультурная целостность, осознающая своё единство. Го голь давно стал для русского народа соединяющей его дух ценностью, проявлением национального начала. Гоголь многогранен, как наша бесконечно разнообразная природа, лежащая в основе нашего национального архетипа. Он – ро мантик, нравственно-религиозный утопист, фантасмагорист, утончённый эстет языка, юморист и сатирик, очиститель че ловеческих душ от скверны, проповедник и учитель жизни, моралист, свято верующий в свою и чужую божественность, чудак, нашедший мудрость в Боге, служитель Муз, играю щий в духовность идеалист. От интеллекта юноши, стремя щегося к славе, он пришёл к интеллекту мудреца, признав шего её никчёмность. Ему не хватало любви людей – и по Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя тому он пришёл к заменившей её любви к Богу. Жизненный путь Гоголя говорит о том, что он принадлежит к разряду чудаков, увлечённых идеей творчества. Окрылённость этой идеей сопровождает их всю жизнь и помогает им преодоле вать все препятствия, чтобы утвердить её в жизни. Таков был Фрэнсис Бэкон, который, чтобы подтвердить верность принципов своего «Великого восстановления наук» набивал снегом тушки куриц во время опыта, простудился и умер.

Таков был Сервантес, которому нужно было сесть в тюрьму, чтобы там породить замысел своего «Дон Кихота». Таков был Ж.-Ж. Руссо, сдавший своих пятерых детей в приют, чтобы затем написать книгу «О воспитании». Чудаковатость Гоголя состояла в его наивной вере в святость души, в её чудотворное преображение у всех людей – но без представ ления о том, каков будет механизм этой желанной переме ны. Однако вера Гоголя в божественность своей души, в бо жественность душ других людей, в божественную предна значенность для жизни целого народа была гениальной в своей простоте. Ибо без этой веры в преображение человека любой прогресс будет бесполезен.

Ведущим фактором для утверждения Гоголя как рус ского писателя является приятие его людьми, одобрение всего, что он сделал в литературе. Он дал людям пример нравственного отношения к своей жизни, показал значение требовательности к исполнению своего труда. Он соединил идеал с жизнью и показал пренебрежение к славе как дос тоинство человека. Он сделал самопознание и суд над со бой делом совести и чести. Он показал, что доброта души и терпимость к людям есть высшие качества человеческой натуры. Бедность и отсутствие заносчивости он ставил вы ше материальных благ. Он сделал свой дух частью миро здания и тем осуществил свою мечту – стал частицей боже Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя ственного духа. Поэтому Гоголь не умрёт, пока будет жить русская культура.

Время Гоголя не ушло, так как его герои по-прежнему живут вокруг нас – только в ином облике и в иных обстоя тельствах. Есть такое понятие, как время культуры. Это то время, в течение которого основные ценности культуры жи вут, цветут, воспроизводятся, порождают новые ценности, оставаясь сами устойчивыми и востребованными. Матери альные ценности теряют свою актуальность по мере научно технического прогресса. Духовные ценности могут жить дольше – до тех пор, пока люди сохраняют к ним свой инте рес, пока они могут обретать их, передавать новым поколени ям. Самой надёжной, неумирающей ценностью, которая оп ределяет время культуры и изменяется вместе с ним, является душа человека. Душа шире интеллекта, наполненного зна ниями, и шире разума как способности совершать рациональ но обдуманные и правильные действия. Душа включает в се бя и интеллект, и разум, и эмоциональную сферу духа, и во лю человека. Николай Васильевич Гоголь, сделавший жизнь своей души объектом искусства и самопознания, осуществил прорыв в культуре. Человека земного он соединил с челове ком небесным, действительность – с мечтой, прошлое – с бу дущим. Он придал русской литературе тот характер, за кото рый её ценят повсюду – всемирную отзывчивость и подвиж ничество во имя высокого идеала. Он продлил время культу ры ХIX века вплоть до нашего времени, потому что золото вечных ценностей его творений не стареет. Поэтому он оста ётся нужным для нас современником, нашей национальной гордостью, гуманистом, одним из родоначальников нашей великой русской литературы. Духовный свет Гоголя ещё дол го будет светить многим поколениям людей, которые живут и будут жить на нашей земле.

Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя ЛИТЕРАТУРА 1. Белинский В.Г. Письмо к Н.В. Гоголю / В.Г. Белин ский. Избранные эстетические работы. В 2-х т. – Т.2. / Сост., вступ. статья и коммент. Н.К. Гея. – М.: Искусство, 1986. – С. 410-418.

2. Бондарев Т.М. Торжество земледельца или Трудолю бие и Тунеядство / Т.М. Бондарев. – М.: Посредник, 1906.

3. Гоголь Василий Афанасьевич / Русский биографиче ский словарь в 20 т. – Т. 5 – М.: Терра – Книжный клуб, 1999. – С. 239.

4. Гоголь Н.В. Вечера на хуторе близ Диканьки. Мирго род: повести / Н.В. Гоголь. – М.: Эксмо, 2009.

5. Гоголь Н.В. Духовная проза / Н.В. Гоголь / Сост. и коммент. В.А. Воропаева, И. А. Виноградова. Вступ. ст. В.А.

Воропаева. – М.: Русская книга, 1992.

6. Гоголь Н.В. О движении народов в конце V века / Н.В.

Гоголь. Полное собрание сочинений. – Т. 8. – М.: Изд-во АН СССР, 1952. – С. 115-140.

7. Гоголь Н.В. О преподавании всеобщей истории / Н.В.

Гоголь. Полное собрание сочинений. – Т. 8. – М.: Изд-во АН СССР, 1952. – С. 26-40.

8. Гоголь Н.В. Мёртвые души / Н.В. Гоголь. – М.: Экс мо, 2008.

9. Гоголь без глянца / Сост., вступ. ст. П. Фокина. – СПб.: Амфора. ТИД Амфора, 2008.

10. Гоголь в русской критике: Антология / Сост. С.Г.

Бочаров. – М.: Фортуна Э.Л., 2008.

11. Горький М. Исповедь / М. Горький. Полное собрание сочинений. – Т. 9 – М.: Наука, 1971. – 217-390.

Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя 12. Григорьев, Аполлон. Эстетика и критика. – М.: Ис кусство, 1980.

13. Джулиани Р. Рим в жизни и творчестве Гоголя, или Потерянный Рай. Материалы и исследования. – М.: Новое ли тературное обозрение, 2009.

14. Жуковский В.А. О поэте и современном его значе нии. Письмо к Н.В. Гоголю от 8 января 1848 г. / В.А. Жуков ский. Эстетика и критика. – М.: Искусство, 1985. – С. 328-339.

15. Золотусский И.П. Смех Гоголя. – Иркутск: Издатель Сапронов, 2008.

16. Иоанн Дамаскин.Точное изложение православной веры / Дамаскин Иоанн. – М.: Братство святителя Алексия;

– Ростов н/Д.: Изд-во «Приазовский край». – 1992.

17. Карамзин Н.М. История государства Российского. – Т. I-IV. – Калуга: Золотая аллея, 1993.

18. Манн Ю.В. Гоголь. Труды и дни: 1809-1845. / Ю. В.

Манн. – М.: Аспект-Пресс, 2004.

19. Милюков П.Н. Очерки по истории русской культу ры. В 3-х т. / П.Н. Милюков. – Т. 1. – М.: Прогресс, 1993.

20. Мочульский К.В. Духовный путь Гоголя / К.В. Мо чульский. Гоголь. Соловьёв. Достоевский. – М.: Республика, 1995. – С. 7-60.

21. Набоков В. Апофеоз личины / В. Набоков // Цитата:

классика глазами наших современников. – 2008. – № 1. – С. 32-34.

22. Немезий Эмесский. О природе человека / Эмесский Немезий. – М.: Канон +, 1998.

23. Посошков И.Т. Книга о скудости и богатстве и дру гие сочинения / И.Т. Посошков. – СПб.: Наука, 2004.

24. Рылеев К.Ф. Избранное / К.Ф. Рылеев. – М.: Детская литература, 1977.

Е.И. Рачин Духовный свет Н.В. Гоголя 25. Слово жизни. Новый Завет в современном переводе.

/ Евангелие Марка – М.: СП «Совминко», 1992. – С. 42-63.

26. Смолич И.К. История русской церкви. 1700-1917.

Часть I. / И.К. Смолич. – М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1996.

27. Толстой Л.Н. Дневники. 1895-1910. / Л. Н. Толстой.

Собрание сочинений.

В 22-х т. – Т. 22. – М.: Художественная литература, 1985.

28. Толстой Л.Н. Казаки / Л.Н. Толстой. – Собрание со чинений. В 22-х т. – Т. 3. – М.: Художественная литература, 1979.

29. Толстой Л.Н. О Гоголе / Л.Н. Толстой. Собрание со чинений. В 22-х т. – Т. 15. – М.: Художественная литература, 1983.

30. Толстой Л.Н. Отрочество / Л.Н. Толстой. Собрание сочинений. В 22-х т. – Т. 1. – М.: Художественная литература, 1978.

31. Толстой Л.Н. Путь жизни / Л.Н. Толстой. – М.: Рес публика, 1993.

Туйцын Ю.В., кандидат философских наук ФИЛОСОФСКИЕ ИДЕИ В ТВОРЧЕСТВЕ Н.В. ГОГОЛЯ Н.В. Гоголь в оценке русской критики – Судьба России и особенность её развития – Развитие личности как её «про светвление» – Проблема соотношения патриотизма и гума низма – Реализм, мистицизм и религиозность в творчестве Н.В. Гоголя Н.В. Гоголь в оценке русской критики Литературная критика, обращенная к гоголевскому творчеству, с самого начала развивалась разнообразно и не однозначно. Она огромна, и всю её охватить почти невоз можно. Если рассматривать количественный аспект публика ций, посвященных творчеству Гоголя, то невольно замеча ешь, что чаще всего критическая литература обращалась к «Мертвым душам» и «Ревизору», нередко в её поле зрения оказывались другие произведения – «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Вий», «Шинель», «Нос», «Записки сумасшедше го» и ряд других. Повесть «Тарас Бульба» остается менее ис следуемой и обсуждаемой, и хотя внимание литераторов не обходило её стороной, но комментарии были или короткими, или поверхностными, а в высказываниях некоторых критиков повесть вообще рассматривалась как проба пера [18: с. 289].

Наконец, серьезному обсуждению, в основном в первые годы Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя после издания, подверглась последняя крупная работа писа теля – «Выбранные места из переписки с друзьями» (1847 г.).

Но в дальнейшем она оказалась почти забыта.

Нужно отметить, что в обсуждении гоголевского твор чества невольно «скрестили свои перья» представители начи навших формироваться западнической и славянофильской традиций. Любопытно, что произведения «Ревизор» и «Мерт вые души», обличавшие помещичьи нравы и поэтому скорее выражавшие интересы западничества, и патриотическую по весть «Тарас Бульба», выражавшую чувства славянофилов, нахваливали с обеих сторон. По поводу повести «Тарас Буль ба» А.С. Пушкин кратко заметил, что она сопоставима с про изведениями Вальтера Скотта, С.П. Шевырев называл её «высоким созданием», а В.Г. Белинский даже позволил себе назвать ее «дивной эпопеей,…достойной Гомера» [1: с. 298].

Причин для восхищения повестью было немало, прежде все го, потому что она была написана великолепным языком. Но всё же похвала произведения со стороны враждующих групп объясняется не только его художественными достоинствами.

Причина в том, что в ранний период творчества Гоголя за падники и славянофилы боролись за влияние на него, и каж дая из групп стремилась привлечь его в лагерь своих едино мышленников. Когда писатель опубликовал свои мировоз зренческие и философские идеи в «Выбранных местах», пе ретягивание зрелого мыслителя потеряло всякий смысл, по тому что он сам обо всем высказался.

«Выбранные места из переписки с друзьями» вызвали большую дискуссию в российском обществе, и, если Гоголь хотел такого результата, а иначе, зачем было печатать книгу, то он с успехом добился своей цели. Славянофилы сразу ото звались о ней положительно, и поспешили посчитать дело сделанным. Западники подвергли работу серьезной критике.

Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя «Соблазном стала эта книга, украшенная похвалами Булгари на и компании;

безумием – представили ее те, которые не хо тели видеть, как далека её возвышенная искренность от этой грязи, от этого подлого пресмыкания, которое хотят нам вы дать за любовь к отечеству и проч.», - комментировал Апол лон Григорьев реакцию разных общественных движений [10: с. 120]. Кстати, А. Григорьев, как это было принято тогда в литературных салонах, называл сообщества западников и славянофилов не группами, движениями или течениями, а партиями, придавая им тем самым политический оттенок.

То, что Н.В. Гоголь является выдающимся русским писа телем всем хорошо известно. Однако позволим заявить, что также Гоголь является заметным русским философом. Почти необъяснимым фактом остаётся дружное молчание всех литера турных критиков и, что более удивительно, философов после дующих времен вплоть до наших дней о том, что Гоголь напи сал большое число философских писем, которые в дальнейшем объединил в целостный труд – «Выбранные места из переписки с друзьями». Её прямым дополнением в этом плане следует считать «Авторскую исповедь» и ряд писем. Но работы практи чески нигде не определяются как философские, за исключением В.В. Зеньковского, посвятившего в своем учебнике по истории русской философии Гоголю несколько страниц.

Возможно, это произошло вследствие того, что совре менники в Гоголе не разглядели глубокого мыслителя. Всем было известно, что он не стал ученым, работая преподавателем истории. Как известно писатель с 1831 г. преподавал историю в женском Патриотическом институте в Санкт-Петербурге, а с 1834 г. непродолжительное время занимал должность профес сора кафедры истории в Санкт-Петербургском университете.

Но, прочитав несколько хороших лекций, он почувствовал, что эта деятельность с одной стороны оказалась ему не по силам, с Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя другой – была неадекватна его личностным интересам и спо собностям, поэтому в 1835 г. он оставил преподавательскую работу. Тем не менее, заметно, что в работе над повестью «Та рас Бульба» Гоголю пригодились знания и навыки историка.

Текст повести наполнен большим числом исторических дета лей, старинными названиями бытовых вещей того времени, благодаря которым в сознании читателя создается соответст вующая обстановка прошлых эпох.

П.А. Вяземский писал о Гоголе следующее: «Он не фи лософ, не моралист, как великие комики и повествователи Запада. Творения сих последних школа для всех наро дов…Гоголь более местный живописец и живописец опреде ленного времени» [5: с. 106]. Как видим, Вяземский отказы вал Гоголю в философском статусе. В.Г. Белинский, до опуб ликования «скандальной» книги, в положительных отзывах часто называл его творчество поэзией, возвышал Гоголя и на зывал поэтом, но упрекал за компрометирование самого себя и своего имени слабыми научными статьями. В последнем критическом письме к Гоголю он выразился жестче: «Я ду маю, это оттого, что Вы глубоко знаете Россию только как художник, а не как мыслящий человек, роль которого Вы так неудачно приняли на себя в своей фантастической книге»

[2: с. 213]. Иначе говоря, Белинский в конце жизни вообще исключил Гоголя из числа мыслителей. Аполлон Григорьев написал, что Гоголь в «Выбранных местах» «выступил толь ко как мыслитель, правда слабый, однако как мыслитель художник». Для А. Григорьева Гоголь был слабым мыслите лем. Критик и биограф Гоголя А. Пыпин в словаре Брокгауза и Ефрона тоже написал, что Гоголь был гениальным худож ником, но не был мыслителем [15: с. 22]. Даже философ В.В.

Зеньковский, посвятивший уже в двадцатом столетии Гоголю большой труд, именует его всё же «мыслителем», а не фило Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя софом [11]. Таким образом, в XIX веке сложилось общепри нятое представление о Гоголе как человеке, наделенном ге ниальным даром художественного слова, но не являвшимся философом. Эта точка зрения перешла и в XX век.

Нам не стоит слишком серьезно относиться к мнению, что Гоголь не был ученым, т.е. мыслителем в научной облас ти. Если бы он продолжал совершенствоваться в этом на правлении, то из него обязательно получился бы самодоста точный учёный-историк. Это заметно по его конспектам. Для понимания истории своего отечества Гоголь внимательно изучил большое число источников, в которых отражена жизнь ранних славян. Имеются гоголевские конспекты Не стора, Прокопия, Константина Порфирородного, Гердера, Миллера, Карамзина, Нарушевича и др. Он специально изу чал историю южной России и Таврии, кочевых племен степ ной причерноморской зоны, где прошла его юность, и где разворачиваются сюжеты многих его произведений, мечтая написать историю Малороссии. Вряд ли Гоголь мог долго со вмещать труд писателя, лектора и ученого. Его лекции, если судить по тем, которые напечатаны, были не столько научны и информативны, сколько художественно эффектны. Скорее всего, он почувствовал, что у него не научное и не педагоги ческое призвание, поэтому сконцентрировал свои силы на писательском труде, который к тому времени уже давал более успешные результаты.

Создается впечатление, что еще в XIX веке мыслители западнического направления специально предали забвению работу «Выбранные места из переписки с друзьями», потому что её содержание отклонилось от «генерального направле ния» борьбы с царизмом, церковью, помещиками и крепост ным правом. В.Г. Белинский об этом написал следующее:

«Когда пронесся в Петербурге слух, что правительство хочет Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя напечатать Вашу книгу в числе многих тысяч экземпляров и продавать её по самой низкой цене, мои друзья приуныли, но я тогда сказал им, что несмотря ни на что, книга не будет иметь успеха и о ней скоро забудут» [2: с. 218]. Со временем произведение действительно оказалось полузабытым. «Пар тия западников» сделала всё возможное, чтобы критика гого левской работы стала звучнее и популярнее самой работы.

Так и получилось, т.к. вспоминали, переписывали, передава ли из рук в руки, а затем печатали и изучали короткое письмо Белинского против Гоголя, а не объёмный труд самого писа теля. Отчасти возможно, что «забвению» работы поспособст вовала также быстрая смерть писателя.

В учебнике Н.О. Лосского по истории русской фило софии, написанном и изданном за границей, философские идеи Гоголя не разбираются, притом, что автора нельзя уп рекнуть в какой-либо идеологической предвзятости. На оборот, сам Лосский упрекал советских философов в отсут ствии объективизма в их работах. Гоголя он всего лишь мельком упомянул. Пожалуй, только в учебнике «История русской философии» прот. В.В. Зеньковского, изданном в Париже в 1948-1950-м годах, имеется краткий анализ фи лософских идей Гоголя. Философ подтверждал мысль о не изученности философского наследия писателя: «Он долгое время оставался непонят не только русским обществом, но даже русской церковной мыслью, и лишь уже в ХХ веке начинает раскрываться то, что внес Гоголь в сокровищницу русской мысли» [12: с. 181]. Но даже у Зеньковского фило софские идеи рассматриваются скорее как его религиозные искания. «Для исторической справедливой оценки Гоголя как мыслителя всё еще не настало, по-видимому, время, – вероятно, вследствие того, что проблемы, поставленные Гоголем, продолжают волновать и тревожить русских лю Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя дей в наше время», - замечает отец Зеньковский [12: с. 183].

Философскому анализу в данном учебнике в основном под вергнута гоголевская критика идеи эстетического гуманиз ма и критика западной культуры.

В советских изданиях по истории русской философии Гоголя тоже не вспоминали по той причине, что он в этой об ласти показал себя христианским философом. В то время в литературоведении Гоголя причисляли к критическим реали стам, следовательно, его религиозно-философские взгляды входили бы в противоречие с его литературным статусом. В современных учебниках в разделах по истории русской фило софии, даже в тех из них, которые посвящены славянофилам и западникам, философские идеи Гоголя тоже не разбирают ся, а о нем вспоминают очень редко. Вероятно, или не знают, или уже не помнят, или не хотят включать Гоголя в список философов. Как бы Гоголя ни определяли, как патриота или как критика общественных порядков, восстановить правду о его философских идеях всё равно придется.

Естественно, что после беспощадной критики Белинского, с его обвинениями писателя в поклонении «византийскому бо гу», общественность отвела Гоголю место в лагере славянофи лов. В.В. Розанов в 1909 г., описывая открытие памятника Гого лю в Москве, так охарактеризовал его положение в свете борь бы западников и славянофилов: «Второй большой памятник ве ликому писателю, – второму после Пушкина. Теперь очередь за Грибоедовым: следующий памятник будет ему;

или – коллек тивный памятник славянофильству и славянофилам, этому ве ликому московскому умственному движению» [17: с. 295].

Пожалуй, Розанов не прав в том, что А.С. Грибоедова следует считать славянофилом. «Ранний» Пушкин также не подходит под это понятие, но поздний – вполне мог бы.

Впрочем, почти любой писатель, с любовью отзывающийся о Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя своей стране и о своём народе, поневоле оказывается в кругу патриотов, а критиков существующего общественного строя часто причисляют к выразителям зарубежных интересов.

Василий Гиппиус считал, что Гоголь не был на стороне какой-либо из данных партий. «Гоголь считал себя вне партий, выше партий, всё время призывал «к желанной середине», ве рил, что в его книге «зерно примирения всеобщего, а не раздо ра», упрекал и западников и славянофилов в односторонности и рассчитывал, что его идеальное «небесное государство» всех объединит и примирит» [6: с. 143]. Реально же, писал В.Гиппиус, Гоголь стоял правее славянофилов, был выразите лем реакционных настроений 40-х гг. XIX столетия. Он называл гоголевскую социальную концепцию «утопией», завершившей ся апологией самодержавия [6: с. 143].

В этом отношении стоит сказать, что славянофильство всё же не является партией в политическом и политологическом смысле, все представители которой подчиняются единой идео логии и философии. Мыслители данного направления постоян но спорили между собой, вели теоретические дискуссии, от стаивали свои позиции в печати, что, собственно, и обеспечива ло активное интеллектуальное развитие славянофильства на данном историческом этапе. Как философское течение оно раз вивалось не только вследствие борьбы с западничеством, но и вследствие внутренней борьбы идей. Вспомним, что сначала западники и славянофилы посещали одни и те же салоны и кружки, и только со временем размежевались. До 1840 г. В. Бе линский, например, был сторонником самодержавия, а затем стал его ярым противником, а славянофил К.С. Аксаков в этом же году разошелся с западниками, соратниками по кружку Станкевича, в который он до этого входил целых семь лет [13: с. 43]. Если бы не было теоретических дискуссий и борьбы идей, славянофильство быстро скатилось бы к застою и догме.

Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя Ретроспективно оценивая социально-философские поло жения, защищаемые каждым из мыслителей в тот период, пред ставителей патриотического крыла сейчас предлагается делить на сторонников концепции официальной народности, выра жавших интересы правительства и трактовавших «народность»

в националистическом духе, и славянофилов-реформаторов, предлагавших проводить социальные изменения. [3: с. 30] Го голь не был сторонником реакции, как пишет В. Гиппиус, иначе цензура не вырезала бы письма из работы «Выбранные места из переписки с друзьями», о чем он сам же нам сообщает. Гоголь мечтал о преобразованиях, но не чисто политических, а более глубоких, затрагивающих саму человеческую натуру, изме няющих общество со стороны духовного состояния индиви дуума, души отдельного человека.

Наша позиция заключается в том, что «Выбранные места из переписки с друзьями» – это целостная философская работа, которую в истории становления русской философии нельзя иг норировать. Всем ясно, что её нельзя причислить к художест венной литературе, т.к. в произведении нет никаких ролей, пер сонажей, какой-то сюжетной линии и искусственных образов.

Это не публицистическая работа, как часто отзывались о ней критики, поскольку публицистика обращена только к актуаль ным проблемам современности. По содержанию она представ ляет собой попытку рационального объяснения многих явлений социальной действительности и духовной жизни человека с по зиции христианско-православной философии. Безусловно, ра бота написана языком писателя, а не профессионального фило софа, но необходимо учитывать, что в первой половине XIX ве ка в России культура философского языка и философского тек ста еще не достигла того уровня, который позволил бы Гоголю оперировать чисто профессиональными категориями. Впрочем, вряд ли он выбрал бы кантианский или гегелевский язык изло Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя жения своих мыслей. В «Выбранных местах» поднимаются вечные и всеохватные проблемы, которыми всегда занималась философия, а не только литературные и не только злободнев ные, принадлежавшие тому периоду истории.

«Выбранные места из переписки с друзьями» представ ляют собой, с одной стороны, продолжение того эпистоляр ного философского творческого жанра, который предложил несколькими годами ранее П.Я. Чаадаев в «Философических письмах», и в этом плане Гоголя можно рассматривать как его продолжателя. Но с другой стороны, работа является оп ровержением тех западнических идей, которые излагались в чаадаевском труде и поддерживались в кругах либеральной российской интеллигенции. Справедливо будет сказать, что своей работой Гоголь поспособствовал становлению философ ской культуры в российском обществе, потому что в данной ра боте поднят целый ряд философских и социально-философских вопросов. Обратимся к наиболее заметным из них.

II. Судьба России и особенность ее развития Несомненно, что вопрос о судьбе России относится к социально-философским вопросам. На протяжении несколь ких столетий он занимал умы самых известных и выдающих ся мыслителей нашего Отечества. Может показаться, что для философии вопрос о судьбе отдельной страны - это частная тема, которая поэтому не соответствует философскому зна нию. Вопрос о судьбе небольшой страны, европейской или азиатской, действительно был бы частной темой для социаль ной философии, однако, в применении к России это не так.

Россию нельзя сравнивать с отдельной, пусть даже более промышленно развитой, европейской страной ни территори ально, ни цивилизационно-культурно. Это огромная часть Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя мировой культуры, вобравшая в себя много племенных и на циональных культур, поэтому в этом отношении она пред ставляет собой полиэтничную, но в то же время синтетичную, культурную общность. Не случайно, что уже с XV-XVI сто летия, с периода правления Ивана III и провозглашения идеи «Москва – третий Рим», передовые мыслители в России осоз навали её нестандартное для отдельной страны положение и вытекающую из этого положения особую культурно историческую роль. Выдающиеся деятели политики и рели гии ранее других почувствовали и осознали это. Позднее, в XIX веке, литераторы и ученые, представлявшие уже свет скую культуру, сумели это выразить в своих научных и ху дожественных произведениях. Философски обобщая разно образные идеи, посвященные развитию России, можно было сделать вывод, что Россия во многих видах деятельности имела иной масштаб, чем другие европейские страны, и была просто «обречена» на историю целой цивилизации.


В европейских странах к России стали более вниматель но присматриваться во времена правления Петра I и разгрома шведской империи. Но, несмотря на то, что Россия с этого времени стала открыта для европейцев, понимания особого цивилизационного положения России там никогда не было. Её продолжали считать отсталой и дикой периферией Европы или, еще того хуже, отсталой азиатской страной. После победы России над Османской империей в Причерноморье во времена Екатерины II и разгрома империи Наполеона, в странах Евро пы стали серьезно опасаться крупного восточного соседа. По беда России над тремя империями напугала многих европей ских правителей и политиков, вызвала обеспокоенность у не малой части разночинной европейской интеллигенции. Но противостоять продвижению российской культуры на запад было уже невозможно. Русское дворянство устремилось на За Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя пад, демонстрируя высокую культуру, знание языков, умение вести себя в светском обществе любого уровня.

В то же время русские люди, ознакомившиеся с соци альными изменениями в европейских странах, осознали от сталое положение русских крестьян, находившихся в крепо стной зависимости, и заметили промышленное отставание своей страны. Поэтому вопрос о преобразовании российского общества вышел на социально-философский уровень обсуж дения. И западники, и славянофилы сходились в том, что России требуется более быстрое промышленное развитие, обе группы выступали против крепостного права, за распростра нение грамотности и просвещения. Расходились обе группы в оценках самодержавия, монархической формы правления, роли и сущности религии вообще и православного христиан ства в частности, значении дворянского сословия, в выборе методов социальных преобразований, в трактовке важнейших событий в истории России. Дискуссии по проблемам преоб разования российского общества разделили интеллигенцию на две противоположные группы, получивших в дальнейшем названия западников и славянофилов.

Вполне естественно, что история и судьба страны неод нозначно трактовалась просвещенными людьми XIX столетия.

В теоретических позициях славянофилов и западников было много противоречивых и непоследовательных утверждений.

Рассуждать подробно о них в данном случае не представляется возможным. Отметим главное. Одни и те же события предста вителями разных групп интеллигенции истолковывались диа метрально противоположно. Для одних людей трагические со бытия в истории страны отзывались болью и муками души, откровенными слёзами о понесенных потерях, иногда даже параличом мышления, концентрировавшимся в безответном вопросе: «За что нам достались эти страдания?» Нередко эти Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя люди впадали в пессимизм, что, впрочем, не мешало военные победы русских войск, в том числе разгром наполеоновской армии, рассматривать как свидетельство превосходства России над европейскими странами.

Славянофилы защищали право русских на собственный путь развития. Они сразу догадались, что, говоря словами исто рика М. Погодина, «Россия есть особливый мир», но в выступ лениях некоторых из них зазвучали ноты превосходства России над Европой [3: с. 30-31]. А это было явным преувеличением.

Культурно-историческую особенность России они понимали как её «не сходство» с другими европейскими странами, как её природное и историческое своеобразие, нестандартность в ор ганизации и реализации социальной жизни. Они видели, что русское общество имеет все необходимое для развития собст венной культуры, но они не сразу поняли, что в культурном плане Россия была больше, чем страна, что она переросла рамки отдельной страны в европейском понимании. Это в дальнейшем отчетливо понял только Н.Я. Данилевский.

Для других соотечественников судьба страны и наро да толковалась рационально в том направлении, что пора прекратить как духовное самоистязание, так и высокомер ные речи, и взяться за конкретные дела. Они акцентировали своё внимание на отставании России в промышленном и социальном развитии. Перед глазами русских людей, по их уверениям, был пример прогрессивной Западной Европы, поэтому России требовалось наверстать интеллектуальное отставание, а вместе с ним техническое, промышленное, экономическое и социальное отставание, прохождением тех ступеней, которые уже были пройдены просвещенными на родами. Западники старались преуменьшить роль отечест венных источников и факторов в развитии страны. Однако самой полемикой они невольно возвеличивали Россию, не Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя произвольно указывали на более высокое значение России в мировом развитии, постоянным противопоставлением её Европе в целом, а не отдельным европейским странам – Франции, Германии, Италии и т.п. В общественном созна нии зафиксировалась связь и антитеза двух больших про странств – Европы и России.

Тема судьбы России претендует на социально философский статус так же ввиду того, что она в потенциа ле содержит в себе много «следственных» идей. Она оказа лась методологичной и плодотворной для других проблем, лежащих в поле зрения разных общественных наук. В про цессе её обсуждения на свет вывели проблему взаимодей ствия культур, вопрос о самостоятельном развитии нацио нальной культуры, проблему самоопределения наций и на родностей, проблему гармоничного сосуществования соци альных групп и классов, вопросы об эволюционном и рево люционном пути развития, о социальной революции, о ро ли религии в общественном развитии, о власти и самовла стии и т.п. Наконец, в итоге обсуждения судьбы России на полнилась философским содержанием «русская идея», ко торая в дальнейшем стала пониматься как частный случай «национальной идеи», и поэтому её методологические осо бенности можно было экстраполировать на любую этно социальную общность. Иначе говоря, тема судьбы России, изначально существовавшая как историко-политическая, в процессе своего развития разветвлялась, словно растущее дерево, порождая всё новые вопросы, превратилась в мето дологическую тему для предметных вопросов других об щественных наук. Можно сказать, что российская фило софская мысль сформировалась на обсуждении вопроса о судьбе России, а он занял своё достойное место в кругу со циально-философских проблем русской философии.

Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя Западники часто рассуждали о европейских народах как о «едином и целом», несмотря на различия в языках и культуре, не принимая во внимание ожесточенные войны, реформацию церкви и религиозный раскол XVI века. Чаада ев писал, что все народы Европы, веками развивались вме сте, шли рука об руку [21: с. 29]. Ему представлялось, что европейские страны и народы были объединены одной рели гией, имели долгое время один литературный язык, руково дствовались одинаковой моралью, что их национальные раз личия не играют существенной роли. Рассматривая развитие европейских народов с религиозной точки зрения, осново положник западничества писал, что в европейском обществе осуществилось Царство Божие, ибо оно уже содержит в себе начало прогресса и все элементы, которые требуются для его полного расцвета на земле [21: с. 32].

Следует подчеркнуть, что западническая концепция не ограничивалась обоснованием необходимости движения по европейскому пути развития. Она откровенно принижала отечественные достижения в русской истории. П.Я. Чаадаев в «Апологии сумасшедшего» замечал: «Присмотритесь хоро шенько, и вы увидите, что каждый важный факт нашей исто рии пришел извне, каждая новая идея почти всегда заимство вана» [20: с. 143]. Иначе говоря, Чаадаев отводил русскому народу унизительную роль исполнителя чужих решений, ис пользователя чужих достижений, подражателя чужим нормам и вкусам. Гоголь не ассоциировал себя с каким-либо движе нием, хотя был ближе к славянофилам, чем к западникам, о чем сам написал в «Выбранных местах»: «Разумеется, правды больше на стороне славянистов и восточников, потому что они …говорят о главном, а не о частях» [8: с. 262].

Гоголь вопрос о судьбе России решал не в русле эконо мического и социально-политического исследования, хотя Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя замечания в этом аспекте он тоже делал, а в русле христиан ско-философского толкования. Его не столько беспокоила конкретность социально-политической обстановки в России, которую он не оправдывал полностью, но принимал как дан ность, сколько – мессианский путь России. В зрелом возрасте мыслителя волновало генеральное и стратегическое направ ление, которое изберет его страна. Он отмечал, что Россия всегда была одним из главных и центральных предметов творчества русских писателей и поэтов, причиной их вооду шевления и одухотворения. «Я сказал, что два предмета вы зывали у наших поэтов этот лиризм, близкий к библейскому.

Первый из них – Россия», – писал Гоголь [8: с. 250]. Особен ность менталитета русских мыслителей, а среди них было много писателей, поэтов, литераторов, заключалась в том, что их сознание было поглощено вопросом о судьбе России.

Тема судьбы России в философском осмыслении Гоголя из неопределенного высказывания в «Мертвых душах»:

«Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа», раз вивается в «Выбранных местах» в философско-религиозное видение её перспектив. Признавая в целом пользу техниче ского прогресса и промышленного развития, писатель не придавал им главного значения в процессе преобразования страны. Он иначе понимал само преобразование. «Устроить дороги, мосты и всякие сообщения, и устроить их так умно… есть дело истинно нужное». Но он тут же сразу отвел скром ное место промышленному развитию, что заметно в следую щих вопросах, которые писатель тут же и поставил: «Зачем эта скорость сообщений? Что выиграло человечество через эти железные и всякие дороги, что приобрело оно во всех ро дах своего развития, и что пользы в том, что один город теперь обеднел, а другой сделался толкучим рынком, да увеличилось число праздношатающихся по всему миру?» [8: с. 352 – 353].


Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя Промышленное развитие разных регионов страны шло неравномерно, поэтому богатство и деятельная суета одних го родов контрастировали с отсталостью, бедностью и неторопли вым темпом жизни других. Но контраст региональных различий не вызывал у писателя больших опасений, так как экономиче ские различия можно преодолеть относительно легко. По его мнению, созидательная деятельность людей произведет все промышленные и хозяйственные изменения без особых затруд нений, если направить и толково организовать эту работу. Он считал, что это не так сложно. Намного тяжелее совершенство вать человека, его духовное состояние: «Душу и душу нужно знать теперь, а без того не сделать ничего» [8: с. 351].

Гоголь понимал, что в российской жизни много недос татков, противоречий, страданий. С религиозной позиции следовало задаться вопросом о божественном замысле и не обходимости послания такой трудной судьбы народу огром ной страны и постараться ответить на него в духе христиан ского учения. Писатель увидел в этой тяжелой судьбе рацио нальную цель. Без болезней и страданий, которые достались России, не почувствовал бы никто сострадания к своей Роди не, а сострадание представляет собой начало любви. Любовь русских людей к России, очищенная состраданием, в пер спективе станет совершеннее.

В отличие от западников Гоголь акцентировал внимание на различии, а не на сходстве исторического развития разных народов: «Россия не Франция, элементы французские – не русские» [8: с. 347]. Он был убежден в прогрессивном разви тии России и выразил это следующими словами: «Ещё прой дет десяток лет, и вы увидите, что Европа приедет к нам не за покупкой пеньки и сала, но за покупкой мудрости, которой не продают больше на европейских рынках» [8: с. 345]. Заметно, что прогресс страны он как писатель связывал прежде всего с Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя развитием духовной культуры. На самом деле, Гоголь почти пророчествовал, т.к. во второй половине XIX столетия Россия удивила мир величайшими достижениями культуры. Самое главное, что следовало сделать сначала, считал Гоголь, надо было «полюбить Россию», а этого пока не умеют: «Но пря мой любви еще не слышно ни в ком» [8: с. 300]. В данном контексте писатель имел ввиду дворянское сословие, а не простых крестьян.

Любовь к России, используемое как понятие в гоголев ском толковании, соединяла в себе природный, этно социальный и антропологический аспекты. Любить требова лось и землю, и общность людей, и отдельного человека. Пи сатель понимал, что порой просто трудно бывает любить лю дей вообще, потому что они не совершенны, а любить хочет ся нечто прекрасное. Несмотря на наличие большого числа недостатков у отдельных людей, он призывал всматриваться в человека, выявлять в нем и обращать внимание на его дос тоинства, а не на недостатки. Любить свою страну, свой на род, свою культуру надо постоянно и повсеместно. Он пони мал любовь к Отечеству не как внешнее поверхностное чув ство, которое выражает человек в словах и фразах при всяком удобном случае, не как прагматическое отношение человека к тому обществу, которое предоставило ему жизненные удоб ства и блага, не как эстетическое любование и восхищение природой, а как религиозное состояние, отвергнуть которое без ущерба для своей души и своей сущности невозможно.

Любовь к Отчеству должна была одновременно проявляться в вере, разуме и чувстве.

Гоголь осуждал распространившийся в дворянских и интеллигентских кругах критицизм и нигилизм в отношении своей страны, неверие в собственные силы. Все это увеличи вало уныние и пессимизм в сознании, поведении и деятельно Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя сти тех, кто должен был служить примером для простых и неграмотных людей. Многие образованные люди или не на ходили себе достойного занятия и пребывали в своеобразной спячке и не выезжали из российских столиц. Гоголь предла гал таким людям поездить по стране, найти достойное при менение своим способностям, присмотреться к людям в дру гих областях огромной страны. Он понимал, что простыми людьми надо заниматься. Их надо изучать внимательнее, чем какую-то фабрику, писал он. Другими словами, Гоголь при зывал образованную и культурную часть общества к прило жению своих сил на огромном пространстве Российского го сударства, вместо напрасного и бездеятельного времяпрепро вождения в центральных городах.

Гоголь оправдывал монархическую систему государст венной власти в России и всю сложившуюся иерархию, т.к.

смысл русской монархии совсем иной, не европейский. Там на монарха сначала смотрели как на старшего начальника, постав ленного людьми, поэтому в сущностном плане он был лишь старшим чиновником. Гоголь, соглашаясь с Пушкиным и цити руя его, сравнивает роль царя в государстве, с ролью дирижера в оркестре, который вроде бы сам не играет на инструменте, но лучше других слышит и знает, как должны выполнять свои пар тии отдельные музыканты. В оправдании монархии проявилась социально-политическая консервативность писателя, не пони мавшего, что данный вид государственного правления израсхо довал свои возможности и не соответствовал условиям про мышленного капиталистического развития. Но надо помнить, что Гоголь был православным мыслителем, поэтому он считал, что в России государь нес божественное содержание, был по сланником тайной христианской миссии.

Славянофилы в деле поддержки гоголевской работы «Выбранные места из переписки с друзьями», а вместе с ней Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя и его философских идей, оказались слабым интеллектуаль ным движением. Возможно, им показались оскорбительными некоторые высказывания Гоголя в их адрес о том, что «кич ливости больше на стороне славянистов: они хвастуны;

из них каждый воображает себе, что он открыл Америку, и най денное им зернышко раздувает в репу» [8: с. 262]. Но всё же они прекрасно понимали, что писатель, рассуждая о спорах интеллигенции в столичных салонах, признавал правоту сла вянофилов над западниками. Они проявили уважение к Гого лю за данную книгу, дали положительные отзывы на неё, но не дали достойного философского толкования гоголевскому труду, не определили достойное место этой работе в движе нии философской мысли в России.

Если человек истинно полюбит Россию, считал писа тель, то будет рваться служить ей на любой должности. «По следнее место, какое ни отыщется в ней, возьмёте, предпочи тая одну крупицу деятельности на нем всей вашей нынешней бездейственной и праздной жизни» [8: с. 300]. Любовь, про несенная сквозь божественную веру, должна вызвать в людях желание трудиться с полной самоотдачей на благо своей страны, полагал писатель. Главная задача, считал он, в про буждении любви к Отечеству, в искоренении пессимизма и лени, а для правящего сословия – в изменении образа жизни.

Тогда, считал он, наступит гармония социальных отношений, содружество сословий, а дремлющие силы народной души смогут реализоваться в огромных созидательных достижени ях. Гоголь верил, что так и получится, поэтому, в отличие от Чаадаева, сделал полностью противоположный вывод: «У нас прежде, чем во всякой другой земле, воспрадзнуется светлое воскресение Христово» [8: с. 418].

Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя III. Развитие личности как её «просветление»

Вопрос о развитии человеческой личности решается Гого лем в русле христианского вероучения. Для истинного христиа нина характеристики национальной самобытности и имущест венное положение человека совершенно не имеют значения, но важна характеристика веры. В своем философском труде он не рассуждал подробно о представителях других национальностей и религий, у него имеются небольшие замечания, по которым можно восстановить его взгляды на представителей других стран и религий. По рассуждениям писателя заметно, что его волнует христианский человек вообще. Но православная вера не ставит ограничений в любви к своему народу. Гоголь любил своих соотечественников, и об этом он написал в завещании:

«Соотечественники, я вас любил;

любил той любовью, которую не высказывают, которую мне дал бог, за которую благодарю его, как за лучшее благодеяние» [8: с. 221]. Любовь к своему народу он почитал за лучшее, чем его наделил господь, оставив на втором плане свой талант писателя, который, по его убежде нию, тоже исходил от Бога.

Внутренний мир человека Гоголь называл душой. Для него психика (или душа) была многослойным или многоярус ным образованием, поэтому он выделяет в ней чувственную и рациональную части. В рациональной части он выделил ум, разум и мудрость. По его убеждению ум способен только к распределению знаний, разложению их по «соответствующим местам» в сознании. Очевидно, что словом ум писатель назы вал рассудочную способность человека, функция которой в упорядочивании того, что в человеке уже существует. Он сравнивал эту область человеческого сознания с полицейски ми действиями в общественном организме. Это самая низшая ступень интеллекта, которым обладает любой здравомысля щий человек, способный к элементарным рассуждениям.

Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя Более совершенная и прогрессивная способность наше го сознания – это разум. В представлении Гоголя разум начи нает действовать тогда, когда человек начинает подчинять чувства, желания и страсти своей воле. Разум, следовательно, способен придать деятельности человека рациональную фор му, довести намеченные цели человека до полезного резуль тата. В деятельности разума обнаруживается столкновение противоположных мотивов поведения, когда природные же лания укладываются в ту форму проявления, которую опре деляет интеллект человека. Этой способностью обладают не все, а только культурные люди, действующие в соответствии с общественной моралью.

Наивысшей частью и способностью сознания и души Го голь считал мудрость. Она не является природным свойством, не дается человеку от рождения, а идет от небесной благодати.

Мудрость невозможно получить, занимаясь интеллектуальными упражнениями, путем образования и самообучения, потому как она исходит от Бога по его назначению и усмотрению. Гоголь пояснял, что мудрость дается тому, кто сумел изгнать из своей души зло, а таких людей совсем мало. Ибо зло очень разнооб разно и коварно и может проникать в человеческую душу под прикрытием благодеяния. Исходя из гоголевского понимания человеческой души, напрашивался логический вывод, что чело веку требовалось заниматься самовоспитанием и образованием, но делать это он должен был бескорыстно, без расчета на боже ственную благодать и обретение мудрости, потому что корысть – уже зло. Если бы человек совершенствовался, но в глубине души своей рассчитывал на божественную благодать, то это оз начало бы, что он еще не очистился и не избавился от зла. Та кому человеку не будет никакой награды.

«Для христианина нет оконченного курса;

он вечно уче ник и до самого гроба ученик», – писал Гоголь [8: с. 264]. Для Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя истинного христианина нет пределов в развитии, и там, где дру гие устают и отступают, он, наоборот, начинает свой путь со вершенства. Мыслитель сравнил христианина с юношей, жаж дущим жизненных подвигов, потому что взгляд верующего об ращен не столько на внешние обстоятельства, сколько внутрь самого себя, где скрыты огромные недостатки человеческой души. Именно с ними следовало бороться и «воевать», замечал Гоголь.В.В. Зеньковский предложил назвать антропологиче скую концепцию Гоголя «христианским персонализмом», по тому что у Гоголя «всякое преображение жизни должно начи наться исходить от преображения личности» [11: с. 307].

В понимании писателя истинному верующему сладост но быть учеником. Если человек обрел эту мудрость, то тогда все предметы и события превращаются для него в своеобраз ных учителей. Весь мир, писал Гоголь, становится учителем.

Тогда даже самый незначительный предмет и ничтожный че ловек могут стать источником знаний. Но ни в коем случае нельзя завершать это самообучение и преображение. Про тех, кто посчитал, что ими всё уже понято и вследствие этого у них потерян интерес к совершенствованию, Гоголь писал с сожалением, предупреждая их о пребывании во тьме. По его мнению, это случилось в последние дни жизни даже с таким умным человеком, как царь Соломон. Итак, писатель опреде лил, что в предельно общем направлении человек христиан ского типа должен постоянно раскрывать свои положитель ные качества, совершенствовать свои способности, развивать таланты и бескорыстно делать полезные дела.

В более конкретном применении данных общих поло жений мы поневоле вынуждены принимать во внимание раз личия в сообществе людей. Надо сказать, что писатель в сво их рассуждениях о людях придерживался их деления на две части – на богатых и образованных людей и на зависимых, Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя бедных и неграмотных. Первых он в разных местах называл помещиками, дворянами, светскими людьми, к ним же он от носил мещан и духовенство. Вторых он называл крестьянами или мужиками. Как же, по мнению Гоголя, должны вопло щаться христианские идеи в различных слоях российского общества?

Гоголь возможно лучше других видел и понимал, что люди светского общества не желали отказываться от приоб ретенных благ, удобств, привычек, не хотели менять образ жизни, поэтому не видели смысла в самосовершенствовании в русле религиозного аскетизма и трудолюбия. Обеспеченные люди не хотели трудиться на благо своего народа, а проводи ли большую часть времени в развлечениях. Многие из них воспринимали христианство как возврат к архаичному и от жившему состоянию жизни, представляли его учением, спе циально направленным на ограничение человеческих жела ний и возможностей. Гоголь писал, что они стали понимать христианство как «мрачный монастырь», вместо того, чтобы видеть в нем свет. Он открыто осуждал таких, обнажал их не достатки, полагал, что огромная часть дворян стала ленива из-за отхода от христианства, призывавшего человека к тру долюбию и самопожертвованию. В целом же он ценил рус ское дворянство как социально-историческое явление, назы вал его «цветом нашего же народа», «явлением необыкновен ным», сравнивал его с сосудом нравственного благородства нации [8: с. 360-361].

Вопрос об изменении жизни и развитии крестьянства был одним из актуальных, поэтому проблема личностного развития экстраполировалась в обязательном порядке на низший, но самый многочисленный в России слой людей.

Писатель полагал, что без внешней помощи крестьянин был не способен к прогрессу. Надо заметить, что Гоголь был ог Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя раничен в понимании способа развития культуры, интеллекта и знаний обыкновенного человека, если писал, что мужику «по-настоящему не следует и знать, есть ли какие-нибудь другие книги, кроме святых» [8: с. 325]. Возможно, Гоголь имел в виду, что крестьян надо образовывать посредством лучших литературных произведений, к которым он относил религиозные книги. К этому времени Гоголь познакомился с трудами отцов церкви. Естественно, что это и иные подобные высказывания вызвали заслуженный упрек в адрес Гоголя со стороны либерального западничества. Писатель считал, что образовывать большие слои крестьянского населения можно только с помощью священников, которые были грамотными и проживали в каждом большом селе. Иначе говоря, писатель возлагал обязанность просвещения народа на церковь.

Гоголь выступал против физических наказаний кресть ян, но всё же он был далек от идеи равноправия дворянства и крестьянства. Светское общество первой половины XIX века боялось отмены крепостного права. В среде дворян было опа сение, что освобожденные крестьяне станут неуправляемыми.

Дворянство опасалось роста недовольства, возможного уве личения числа крестьянских восстаний, непослушания и не подчинения освобожденных крестьян законам государства, саботажа, дезорганизации хозяйственной жизни и т.п. Поэто му Гоголь совершенно неоправданно советовал дворянам воспитывать непослушных крестьян такими высказываниями, которые подчеркивали бы их низкий уровень культуры. По мещику он предлагал выбирать лучших и трудолюбивых кре стьян и ставить их в пример остальным, а ленивых и непо слушных он предлагал в присутствии других людей критико вать и высмеивать. Гоголь позволил себе неприличное выска зывание в адрес простого крестьянина: «Распеки непослуш ных крестьян словами: «Ах, ты, невмытое рыло!» [8: с. 323].

Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя За это его справедливо и крепко покритиковал Белин ский: «А выражение: ах, ты неумытое рыло! Да у какого Ноз дрёва, какого Собакевича подслушали Вы его, чтобы пере дать миру как великое открытие в пользу и назидание рус ских мужиков, которые и без того потому и не умываются, что, поверив своим барам, сами себя не считают за людей!»

[2: с. 214] Нет сомнения, что писатель приводил данный при мер для воздействия на непослушных и неуправляемых кре стьян, а не всех крестьян без исключения. Тем не менее, он употребил достаточно грубое выражение, совершенно непри годное для воспитательных целей даже тех, кого считают ле нивыми и непослушными.

«Вспомнил я ещё, что в Вашей книге Вы утверждаете как великую и неоспоримую истину, будто простому народу грамота не только не полезна, но положительно вредна»,– пи сал Белинский в своем последнем письме к Гоголю [2: с. 216].

Гоголь постарался оправдаться в «Авторской исповеди»: «Из двух, трех слов, сказанных такому помещику, у которого все крестьяне земледельцы, озабоченные круглый год работой, вывести заключение, что я воюю против просвещения народ ного – это показалось мне странно» [7: с. 435]. Далее он уве рял, что всегда был за народное просвещение. Недоразумение вызвано, отчасти тем, что Гоголь все же не вполне точно про чувствовал и измерил свою роль в российском обществе по сле издания его замечательных художественных произведе ний. Отныне каждое его слово в обществе имело колоссаль ный вес, поэтому он был обязан точнее высказывать свою мысль о воспитании крестьян и путях народного просвеще ния. Впрочем, Белинский, выступая в защиту неграмотного крестьянства, сам в этом же письме не раз отозвался о про стых русских мужиках злее и оскорбительнее Гоголя: «Бестия ваш брат, русский человек!» [2: 216] Туйцын Ю.В., Философские идеи в творчестве Н.В. Гоголя Являясь последовательным христианином, Гоголь верил в предопределение всех событий, поэтому сложившийся поме щичий строй в России объяснял божественной волей. Помещи ки, по его мнению, были поставлены в это привилегированное положение богом, и отступление от своих обязанностей грозило им божественным взысканием. Писатель полагал, что именно церковь, используя знания многочисленной братии священни ков, могла взяться за народное просвещение. Однако он отме чал, что в среде нижних чинов церкви мало достойных людей, способных учительствовать. Многих молодых священников са мих ещё надо было подготавливать и доводить до уровня учи теля. Гоголь полагал, что сначала следует направить помещика на путь христианского просветительства. Помещик, по его мне нию, в своем имении обязан был просвещать сначала местное духовенство, которое затем займется просвещением крестьян.

Помещик должен был следить за развитием образования в под властных ему землях. Заметно, что у Гоголя была откровенная надежда на добровольное преображение русского дворянства и духовенства, которые смогут установить социальный мир и провести необходимые преобразования «сверху».



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.