авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 11 |

«Библиотека писательской артели «Литрос» ЭВЕНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА Составитель Вячеслав 0ГРЫЗКО Москва Литературная ...»

-- [ Страница 3 ] --

Конечно, те, кто в себе чувствует певческий импровизаци онный дар, способность к плавному грациозному танцу, ста раются показать себя в полном блеске и много в том преуспе вают, вызывая у людей справедливое чувство восхищения прекрасным. Вот, например, Миканга, парень во всём осталь ном посредственный. «Когда в сээдьэ начинает запевать он, вознесясь ликующим голосом на недоступную для других вы соту, то даже самый что ни на есть захудалый человек прини мается вторить ему самозабвенно, сам втихомолку удивля ясь, откуда только у него взялся голос и появилась молодая прыть?» Да, действительно, завораживающий напев хоровод ного Иээдьэ, сказочной живой водой окропляя души этого се верного народа, пришёл в наше время из глубин седой стари ны и сейчас переживает свою вторую молодость.

«Дух земли» Платона Ламутского является первым романом в молодой эвенской литературе. Роман этот отвечает требо ваниям современного читателя. Взыскательный к себе автор своё эпическое произведение писал в течение долгого вре мени, буквально выпестовал. И не мудрено, что книга была встречена доброжелательно и читательской аудиторией, и специалистами.

В короткой статье об этом удивительном романе П.А. Ла мутского многого, к сожалению, не скажешь. Мною сделаны лишь эскизные, отрывочные заметки, не претендующие ни на глубину, ни на всеобъемлющий охват темы. Надеемся, что ис следователи скажут о первом эвенском романе своё веское квалифицированное слово.

К сожалению, этот роман для Платона Афанасьевича ока зался «лебединой песней». У него было много творческих пла нов. Он горел желанием ещё тщательней изучить фольклор своего народа, доискаться до глубинных исторических истин и написать на этой основе большую исследовательскую ра боту. Но за свой не очень продолжительный век он успел сде лать многое. Его талантливые стихи, его роман, первая ласточка в эвенской литературе, в культуру народа вошли драгоценным вкладом и обретут бессмертие.

ПОТОМКИ БОГАТЫРЯ ОМЧЭНИ Александр ГРИЦЕНКО Грешный Север Достоинства и недостатки Недавно прочитал роман Платона Ламутского «Запретный зверь». Это есть первый эвенский роман и, по-моему, единствен ный, а я люблю всё первое и единственное. Читателей предуп реждаю сразу: я знатоком литературы Севера никогда не был. Не очень жалел об этом, но после романа Ламутского своё отноше ние к северным писателям пересмотрел. И не потому, что роман «Запретный зверь» — потрясающее дух и воображение произве дение искусства, напротив, о художественных достоинствах го ворить сложно. Не просматривается композиция, нет сюжета, всё крутится вокруг находки в оттаявших ледниках туши мамонта — но автор этот ход не использовал — много лишних деталей, затя нутые описания, о динамике говорить вообще не стоит. Зато сколь ко волшебного, нового я открыл для себя, прочувствовав быт и мировоззрение эвенов начала XX века. Возможно, когда-нибудь я напишу на основе этих впечатлений целый роман-сказку. Дета ли жизни народов Севера выписаны Ламутским точно, текст ими насыщен, даже — перенасыщен. Можно сказать так: продираясь сквозь дебри написанного, с удовольствием смаковал прелести культуры северных народов.

Смаковать смаковал, нов душе радовался, что живу в 2005 году в Москве. Слишком много грехов у них, слишком много запретов, холодно, голодно. Мужчине нельзя дотрагиваться до посуды во время охоты;

мужчине нельзя есть внутренности;

женщине нельзя есть мясо медведя;

нельзя произносить имя медведя всуе;

также нельзя произносить имя мамонта... Это лишь сотая часть запре тов. Напоминаю, даже роман построен на том, что некий эвен со вершил страшный грех — показал властям, где лежит туша ма монта, после чего напал мор, голод, болезни. Естественно, автор пытался показать, что это только совпадение, есть проблемы куда более серьёзные, например эксплуатация бедных богатыми. Есть слабое противопоставление солнечного царя, гада и главного бая и справедливого Ленина. Весть о нём доносит лекарь, который излечивает семью эвенов от кори. Очень прозрачный намёк...

АЛЕКСАНДР ГРИЦЕНКО Легенда Самое обворожительное, по моему мнению, табу № 3. Меня по корила легенда, которая связана с ним. Цитирую:

«...Заметив, что мать почему-то не притрагивается к еде, Гарпу ни спросил:

— Эне (мать. — А.Г.), попробуй мяса абаги (иносказательно медведь. — А.Г). Или отец не позволяет?

— Молчи, не спрашивай об этом. Абага, наверное, и сейчас нас слышит, — отозвалась мать, но, чувствуя немой вопрос бра тьев, решилась рассказать: «Когда-то в старину отправилась одна девушка искать заблудившихся оленей, забрела в непроходимую глушь и поняла, что сама заплутала. А тут буря началась, выби лась из сил девушка, замерзать стала. Добралась, еле жива до большой, тёплой ямы, а это оказалась медвежья берлога. Хозяин был дома. Девушка даже не испугалась, так сильно она замёрзла, тепло ей стало и хорошо. Даже уснула она, обессилев. Когда про снулась, обнаружила что лежит возле хозяина. Наверно, долго проспала она, и мучил её теперь страшный голод.

Словно догадавшись об этом, медведь прижал подушечку сво ей лапы. Она принялась сосать и снова уснула. Так и начала жить с медведем. Он её не обижал, и жили они несколько лет. Однажды осенью охотник, брат этой девушки, заметил медведя, лакомя щегося голубикой, и застрелил его. Тут до его слуха донёсся чей то жалобный плач. Пошарив в кустах, он нашёл свою сестру, ис чезнувшую несколько лет назад. Рядом жался и плакал полнень кий трёхлетний малыш. Увидев, что сестра прикрыта лишь лох мотьями какой-то шкуры, он спросил: «Что с тобой, почему ты в таком виде и где ты была все эти годы?» Девушка громко запричи тала: «Почему ты его застрелил? Всё это время я была его женой, он поил и кормил меня. А вот и наше дитя... Брат привёл её домой.

Таким образом, получается, что медведь — родственник людям», — заключила рассказ мать».

Красивая сказка, правда? Похожие легенды есть почти у всех народов мира, но большинство из них сюжетные, художественно оформленные. Поэтому, возможно, не стоит строго судить о ро мане Ламутского. Нельзя требовать от автора, который писал на эвенском языке, придуманном лишь в 30-е годы прошлого века, что-то шедевральное, по-моему, он выложился полностью и всё, что можно и нужно, до читателя донёс.

Дора ВАСИЛЬЕВА ПЕВЕЦ КРАЙНЕГО СЕВЕРА В конце 50-х годов, как свежий весенний ветер, смело и стре мительно вошёл в эвенскую литературу молодой поэт Василий Лебедев. Его первый поэтический сборник «Омчэни» ярко засви детельствовал о том, что в эвенской литературе появился яркий, самобытный талант, тонко чувствующий душу своего народа, ды хание своего времени и своей эпохи.

Василий Дмитриевич родился 20 декабря 1934 года в Догдо Чебогалахском наслеге Момского района Якутской АССР, в од ном из ущелий Верхоянских хребтов, на берегу речки Умбэ.

Родители В.Д. Лебедева — охотники-оленеводы, долгие годы кочевали по Индигирской тайге. Отец его — Лебедев Дмитрий Степанович — рано умер, оставив троих сыновей на попечении их матери Неустроевой Евдокии Михайловны.

Самым значительным событием в жизни В.Лебедева был его первый приезд в Ленинград в 1951 году. Тогда он поступил в восьмой класс на северное отделение Ленинградского госу дарственного педагогического института имени А.И. Герцена.

В эти годы в институте преподавала эвенский язык крупный тунгусовед страны, профессор В.И. Цинциус, которая заме тила творческие задатки юного Василия Лебедева. Первой его пробой пера были переводы на эвенский язык таких книг, как «Мишка на Севере» С.Михалкова, «Встречи в тайге» В.Арсе ньева, «Что такое хорошо и что такое плохо» В.Маяковского, «Домик на Курейке» К.Лисовского и другие.

Позже, как вспоминал автор, в его творческом и научном становлении как поэта и ученого повлияли не только педагоги Н.С. Тарабукин и В.И. Цинциус, но и город Ленинград — вторая родина В.Лебедева. И потому в своём творчестве поэт не раз об ращался к городу своей юности, к городу своего поэтического вдохновения и творческой зрелости. Он с гордостью называл себя «ленинградцем из этих таёжных краёв и таёжником с далёкой Невы». Ленинграду он посвящал такие проникновенные стихи:

Ты научил меня всему, что знаю.

Я взглядом в глфь столетий проникаю.

ДОРА ВАСИЛЬЕВА Я слышу гул истории самой;

Я смысл извечный жизни постигаю — И я теперь по праву называю Тебя своею родиной второй!

(«Город Ленина») Сын оленевода, Василий Лебедев получил прекрасное обра зование в Ленинграде. Учился в Ленинградском государствен ном педагогическом институте имени А.И. Герцена, в 1970 году закончил аспирантуру Ленинградского отделения Института языкознания АН СССР и защитил диссертацию на учёную сте пень кандидата филологических наук.

В.Лебедев, ещё будучи студентом первого курса, углублённо занимался исследовательской работой под руководством про фессора В.И. Цинциус, участвовал в научно-диалектологической экспедиции видного учёного эвенской лингвистики Л.Д. Ришес. В 1959 году в трудах «Учёных записок» ЛГПИ имени А.И. Герцена появилась его первая научная статья. С тех пор В.Лебедев до кон ца своих дней регулярно занимался сбором экспедиционных ма териалов на большом регионе Северо-Востока страны. По ито гам этих многочисленных поездок в экспедиции появились в свет два его фундаментальных труда: «Язык эвенов Якутии» (1978) и «Охотский диалект эвенского языка» (1982), вышедшие в изда тельстве «Наука» в Ленинграде. Он оставил после себя много численные научные статьи о морфологических и фонетических особенностях языка эвенов.

Как тонкий знаток своего родного языка, культуры и литературы, он занимался и вопросами народного образования. Его перу принадле жат учебники и учебно-методические пособия по эвенскому языку.

Недолго перед смертью В.Д. Лебедев совместно с К.А. Новиковой работал над усовершенствованием орфографии эвенского языка, результатом которого явился труд «Правила орфографии эвенского языка» (Якутск, 1980), написанный на основе нового алфавита.

В трудах В.Д. Лебедева даётся довольно полное представле ние о социально-культурной жизни эвенов, первые сведения о момских нимкаланах и некоторых чертах их сказительской шко лы. В приложениях работ даны образцы текстов первых эвенских эпосов «Мэнгкы» и «Нелтэк» с научными комментариями. Они цен ны в этнографическом отношении, ибо в них отражены черты ми ровоззренческих представлений эвенов, а также детали древне го быта, ныне не существующие.

Последняя научная статья В.Д. Лебедева — «Обрядная поэзия эвенов» (Л., 1982), где затронуты теоретические аспекты фольк лористики. Он полагал, что изучение обрядовой поэзии открыва ет перед исследователями перспективы в исследовании не толь МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА ко собственно этнографических проблем, но и фольклорных, в частности такой, как структурно- и сюжетообразующая роль об рядовой поэзии во всей фольклорной системе.

Первые стихи В.Лебедева выходили в журналах «Полярная звез да», «Дружба народов», «Дальний Восток». А первая книга стихов вышла в 1963 году и называлась она «Омчэни» — по имени леген дарного эвенского героя. Это произведение основано на фольк лоре, идущем из глубин веков. Старинные обрядовые песни, тра диционная символика помогают высказать поэту больше, чем простое описание или закручивание замысловатого сюжета, фольклор он изучал и использовал в своём творчестве, чтобы правильно передать, познать и осмыслить историю родного на рода, не закреплённую письменными памятниками.

С тех пор поэт опубликовал десятки поэтических сборников на русском, эвенском и якутском языках. Среди них в центральных издательствах вышли сборники стихов «Белый олень» (Л., 1972), «Священный родник» (М., 1974), «Оран»(М., 1982).

Большинство его произведений, включенные в эти и другие сбор ники, пропитаны соками родной земли, запахом родной земли, со греты чутким сердцем поэта-северянина, национально самобыт ны и художественно оригинальны. Любое стихотворение В.Лебе дева веет бескрайней тундрой, сказочным Севером, простран ством, белым снегом, оленьим бегом. И даже сердце «стучит... в ритме оленьего бега, в ритме дождей, в ритме старинных песен»:

Рвалась и металась Живая душа, В дорогу, В дорогу, В дорогу Спеша!

Стремглав, Как стрела, Я по свету летел, Считая, что это И есть мой удел...

В родные края Возвратился я вновь.

Здесь в чаще косматой Бормочут ключи.

Здесь жизни начало И свет, и любовь, Здесь песня родится, Как месяц в ночи.

(«Мой путь») ДОРАВАСИЛЬЕВА Да, действительно, с каким душевным трепетом он возвращал ся в свою Мому, мы можем представить себе, прочитав следую щие строки:

Лечу я в пространстве высоком, Гляжу — не могу наглядеться.

Лечу я к далёким истокам, Лечу я к забытому детству.

(«Лечу на Мому») «Просторы родные, моё Верхоянье» — с любовью и нежностью он называл свой отчий край. Здесь он черпал темы для своего поэтического вдохновения, здесь он изучал язык и фольклор род ного народа.

В дремучей тайге Родилось моё слово, В горах Верхоянских И в тундре песцовой. Они в своём слове Жизнь и основа, И к ним возвращаюсь Я снова и снова.

(«В дремучей тайге») Образ родных мест появляется в стихах В.Лебедева как бы помимо воли поэта. Вот его сравнения: «длинную эту дорогу я, словно аркан, мотаю», «Мчится ручей несолёный, как молодой оленёнок», «у зимы охотничий глаз», «звезда в небе — шаманс кий бубен», «отроги гор, как скаты нарт...». «Описывая тайгу, В.Лебедев только в ней черпает материал для своих образов», — пишет Татьяна Бек на страницах «Литературного обозрения»

(1974, №3).

Но в этом милому сердцу поэта уголке земли, где «замер зает здесь птица порой на лету, замерзает здесь зверь на бегу», не^останавливается жизнь ни на минуту, и даже «зак лубившийся сумрак ночей» отогревается от тёплых челове ческих рук:

Пусть бушуют бураны В безумстве своём Девять месяцев долгих в году.

Но прекраснее этих Суровых краёв Я краёв никогда не найду!

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА Ни награды, Ни славы не требую я Только бы смене метелей И вьюг, Замечать, как теплеет родная земля От тепла человеческих рук!

В.Лебедев в произведениях создаёт портреты тех людей, кото рые отогревают горячим сердцем и трудолюбием этот суровый край. Они по своей стойкости духа, мужеству не уступают природе, породнившей их:

Человек похож на край, где вырос! Где глаза свои открыл впервые. Так и я живу на белом свете Поверяя Душу Верхояньем... Я приучен Севером суровым Скуке и хандре не поддаваться, Месяцами ждать свою удачу, В пляску солнца веры не терять.

(«Ждать весну») Лирический герой произведений Василия Лебедева много образен и масштабен. Это думающий герой. Это человек ак тивной жизненной позиции, а не простой созерцатель жизни.

Его раздумья о смысле жизни, о высоком назначении челове ка, о месте поэта в трудовом строю глубоки и философичны:

Лишь движение — жизни основа, Лишь в пути обретаем себя мы! Так к чему же пустая тревога? Пусть падём мы бойцами на марше, Но останется наша дорога, И другие пройдут её дальше!

(«Дорога») Поэт не замыкается в узконациональных рамках. Для него Якутия и Россия, Якутск и Ленинград были как единое целое.

С ними он был связан тысячью нитей, духом и сердцем^. И по тому ощущение единства, слитности со всей советской стра ной красной нитью проходит через всё творчество В.Лебеде ва. Его поэзия особенно проникнута чувством глубокого брат ДОРАВАСИЛЬЕВА ства и любви к великому русскому народу. Об этом мы можем прочитать в стихотворениях из ленинградского цикла:

Здесь навсегда сдружился я С великим русским языком — Нецелым миром стал знаком, Познав законы бытия. Как мне тебя благодарить, Вторая родина моя! И, обновлён, в тайгу свою Я возвращаюсь каждый раз. И там, на Севере у нас, Я щедро людям раздаю Твои подарки: знаний свет, Улыбку добрую твою!»

(«Ленинграду») Лирический герой В.Лебедева — это истинный патриот и ин тернационалист, всем сердцем и душой сросшийся со своей ве ликой страной. Так, в стихотворении «У памятника Родине-мате ри» мы читаем:

На Кургане ночном Я стою. — у живого огня.

Это свет деревушек Российских, Кавказских аулов!

Свет тордохов В нём вижу я — Не один, не один Я сегодня поднялся сюда — Верхоянские горы со мной В лёгкой дымке тумана, И тяжёлая волжская, Мерно струится вода И бессмертной волной Омывает подножье Кургана.

(«У памятника Родине-матери») Мир, который предстаёт со страниц поэтических сборников В.Ле бедева, привлекает читателей полнотой чувств, убеждением в не разрывности судеб советского народа и всего человечества. Ли рического героя одинаково волнуют и судьбы родной земли, и судь бы всей Вселённой. И потому чуткая душа поэта чётко улавливает тревожный гул истории и пульс самой жизни:

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА Очень трудно об алмазе говорить. Всем бы людям этот камень подарить, Чтобы щедро он всюду засверкал И по свету разноцветье расплескал, Чтобы радугою радость расцвела Там, где жизнь ещё грустна и тяжела! («Алмазы») Через глубоко национальное поэт умел выражать передовыетен денции современного мира, воспеть многокрасочный мир бытия человека:

Давно уже всюду Поднялись дома. Давно в них уже Перебрались эвены. Теперь понапрасну Лютует зима, Пургой налетая На крепкие стены. И всё-таки пусть Этот древний тордох, Хотя он уже Никому и не нужен, Стоит возле дома. Ведь тоже, как мог, Спасал он когда-то Эвенов от стужи.

(«Тордох») В произведениях В.Лебедева мы находим не только гражданскую лирику, но и любовную. Через глубоко личное поэт передаёт типичное, человеческое, которое способно волновать думы и сердце человека любой национальной принадлежности. О своей любимой поэт пишет:

Друзья мои, весёлые друзья, Есть девушка — одна в целом мире, О, как горда красавица моя! Лишь для неё пою я песни эти. Как голосиста и длинноволоса Румяная красавица моя! Друзья мои, не знаю, почему, Любимую мою я вижу редко, О, как увижу, глаз не подыму И для меня тесна грудная клетка.

ДОРАВАСИЛЬЕВА Мысли о любви тесно переплетаются с философским раздумь ем над жизнью и судьбой родной природы. Здесь и тревога за бу дущее родного края, и вера в могущество человека. С какой ог ромной, от души идущей теплотой и нежностью проникнуты сле дующие строки поэта:

Даже кажется мне, что любовь Меж людьми как-то связана с тем, Что на свете так много цветов, Щебетанья и пения птиц, Плеска рыб и сияния волн... Не наступит ли время, когда В Красной книге запишут — Любовь.

...Пусть цветёт всё живое, поёт И хранит нас от множества бед.

(«Раздумье о природе») Во многих произведениях последних лет мы чувствуем, как отражаются жизненный опыт, эмоциональное состояние, об щественная атмосфера и многие другие компоненты при со здании художественного образа, художественного мышления поэта. Об этом сам поэт писал так: «Писатель должен в пер вую очередь повидать, пожить, передумать и, может быть, по страдать, прежде чем его голос начнёт сердца тревожить».

В реальной жизни поэт, являясь представителем так называе мого нынче «потерянного», «пропущенного» или, как ещё имену ют, «промежуточного» времени, видел и чувствовал разрыв меж дуделом и словом, между лозунгом и громкой радостью, звуча щей с трибун, и потому его порой мучили печальные думы, тоск ливые нотки души:

Бывает, что годы, намокнув, Сочатся дождями, Сочатся слезами Мучительной горести нашей. Бывает, что годы Метелью проходят над нами, Лицо опаляя нам Стужей своей леденящей.

(«Связь времён») Хотя боль, горечь, тревога иногда просачиваются в поэзию В.Лебедева, но в основном поэт настроен оптимистично, бу дущее рисуется в светлых тонах, хотя путь к нему не устлан цветами:

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА Много горных потоков Ещё мы увидим в пути, Мы ещё не одним Проберёмся ущельем скалистым.

Друг, поверь, в этой жизни Всего нам в достатке дано — И любви, и тоски, И мечты, и высокой свободы.

(«Дни и годы») В поэме «Память» В.Лебедев, стоя у могильного холма сво их предков, глубоко задумывается о прошлом и настоящем народа. Он также задумывается над судьбой отдельной че ловеческой личности, о поэте, выразителе дум и чаяний на рода. Народные поэтические образы, лежащие в основе на родных сказаний, придают произведениям В.Лебедева не повторимый колорит и раскрывают своеобразный духовный мир поэта, его мироощущение и психический склад. Поэт на своём круторогом олене мысленно скачет по бесконечностям и пространствам, и слышит, и видит «как гнулись под тяжестью бед веками далёкие предки». А затем его взор устремляется в век резни и битв:

В таёжные дебри мои Несчастные предки бежали.

Пусть нищий — А всё же не раб!

Разбитый — Но непокоренный!

Гонимые злобой врага, Они уходили тайгою Туда, Где буран да пурга Бушуют над мёрзлой землёю.

(«Память») Поэт, говоря «о сраженьях жестоких, о схватках в далёкие дни», под чёркивает скоротечность человеческого бытия и бессмертие только добрых и светлых начал, которым «не страшен времени шквал».

Дальнейшие поиски более глубокого художественного пости жения действительности мы замечаем в его крупном эпичес ком произведении «Охотник и шаман». В этой поэме мы нахо дим противоборство добра и зла, любви и ненависти. Сюжет и образы поэмы, основанные на фольклоре, хорошо передают ДОРАВАСИЛЬЕВА особенности национального характера, условия жизни, нрав ственные и эстетические воззрения широких народных масс.

В поэме фантастическое и реальное сопутствуют рядом, в кото рых отражены доброта и щедрость души трудового народа, жад ность и тупость представителей имущих классов. В ней ощущает ся тесная связь прошлого и настоящего, старого и нового. В них в центре внимания — сегодняшние проблемы, вечные проблемы добра, зла и высокой нравственности. Гражданская страстность проявляется в самой трактовке образов и форм поэтической об разности. Образ смелого, отважного охотника Сэркэни нарисован светлыми красками, все симпатии автора — на его стороне:

И смел, и ловок, И добр, и честен! Всех оделяет Добычей щедро.

Шаман Байды, от которого «все исходят беды»,—ленив и глуп. А лицо у него:

Не видеть лучше!

Налилось кровью:

Глаза безумны.

Оскалясьволком, Слюною брызжет...

Этот хитрый шаман очень жаден и жесток. Путём лжи и обмана он увозит людей с прежнего становья и объявляет охотника Сэр кэни больным. Тёмный, забитый народ верит шаману и заклятьям его чар. Однако в конце поэмы охотник одерживает победу над шаманом, добро торжествует над злом. Жестокая правда про шлого, отражённая в поэме, способствовала утвердить светлое и доброе начала. В конце поэмы особенно ярко передаётся идей но-эстетический пафос произведения:

Пусть у костра теперь шаман В свой бубен не забьёт, — Но всё идёт, ещё идёт Война добра и зла! Покуда в стороне любой Ещё вступает с правдой в бой Коварство и обман!

Таким образом, в крупных поэтических произведениях В.Лебе дева, таких, как «Память» и «Охотник и шаман», дореволюцион МИР ВАСИЛИЯ ЛЕБЕДЕВА ный и современный мир эвенского народа отражается в социаль но-философском ключе, в совокупности разных сторон челове ческого бытия, в их диалектическом развитии.

В вышеупомянутых и других произведениях поэт творчески ис пользовал устное народное творчество, часто обогащая и обнов ляя его содержание и образы. Так, в стихотворении «Белый олень»

поэт пишет о добрых традициях своего родного народа — о почита нии белого оленя, священного для северных народов животного:

Долго живёт белый олень, И умирает сам.

Счастье несёт его смертный день Невестам и женихам.

Если со свадьбой тот день совпадёт — Будет счастливым брак, Будет младенец от зла ограждён, Не угаснет очаг.

Легенду, что слышал я в давние годы, Мне не забыть и в последний день:

Ведь для поэта преданья народа — Тоже белый олень.

(«Белый олень») Именно в фольклоре родного народа он черпал меткость слова и мудрость народную, и поэтому для него «преданье народа» — «белый олень».

Мифологические образы в поэзии помогают Василию Лебедеву шире показать самобытную историю народа, выразить народное понимание красоты и добра, раскрыть сокровенные мечты и по мыслы.

В.Лебедев пишет «белым» — нестрофическим — стилем. Меткость и лаконизм в них объясняются в некоторой степени максимальной сконцентрированностью мысли в одной строчке. По воспоминаниям его друзей и близких, В. Лебедев очень увлекался японской поэзией, у которой учился кратко и ёмко выражать свои мысли, главную идею своих произведений.

Стихи В.Лебедева глубоко эмоциональны, отличаются богатством бытовой и психологической детали, в которых он раскрывал само бытный духовный мир северянина и своеобразный мир его бытия.

Ныне в писательском активе поэта более десяти поэтических сбор ников стихов и поэм, написанных на эвенском, якутском и русском языках. Кроме того, некоторые его лучшие произведения переведе ны на английский, французский, немецкий, испанский и другие языки.

Теперь эвенский поэт Василий Лебедев звучит на тринадцати языках народов мира.

У В.Лебедева было очень тонко развито чувство языка. Он улавли вал разные языковые оттенки и нюансы, всегда от души радовался ДОРАВАСИЛЬЕВА метко сказанному слову, удачному выражению. По утверждениям специалистов, филологов-эвеноведов, он стал глубоким знатоком своего родного языка. Недаром его научные труды были посвящены изучению языка эвенов Якутии и Охотского побережья. Он был изве стным исследователем диалектов современного эвенского языка.

Как преданный сподвижник и знаток своего родного языка, культу ры и литературы, он вёл большую общественную работу, являлся ре дактором и составителем пятнадцати сборников произведений эвен ских поэтов и писателей, репертуарных, эстрадных сборников, учеб но-методических пособий.

Василий Лебедев внёс ощутимый вклад в дело становления и раз вития литературы малых народов Якутии. Он был членом Совета по работе с молодыми писателями народностей Крайнего Севера при Союзе писателей РСФСР, ряд лет руководил объединением молодых писателей Севера Якутии, неоднократно избирался делегатом писа тельских съездов и форумов страны. Всем сердцем и душой болел за литературу народов Севера: эвенов, эвенков, чукчей и юкагиров. Он всегда поддерживал первые свежие ростки талантов из народа, по этов и писателей, пишущих на родных языках народностей Крайнего Севера.

Чуткое, доброе отношение старшего товарища испытывали на себе эвенские писатели Василий Кейметинов, Егор Никулин, Хри стофор Суздалов, Андрей Кривошапкин, юкагирские писатели братья Куриловы и др.

В одном из своих выступлений Василий Дмитриевич говорил: «Мы служим советскому народу. У нас есть все возможности работать вдох новенно и одухотворённо, наш долг — поднять свою литературу на ещё большую высоту». Такой прекрасной мечтой и возвышенной це лью горел в творческом огне Василий Лебедев.

Человек удивительно чистой души, как истинно северный охотник, всегда чуткий и отзывчивый, Василий Лебедев был большим другом якутских литераторов. Его очень любил и высоко ценил Семён Дани лов. У него была натура настоящего кочевника. Будучи человеком про стым, жизнерадостным, В.Лебедев много ездил и имел много друзей, был интересным и умным собеседником.

Каждый истинный талант неповторим. Неповторим поэтический мир и Василия Лебедева. Из увиденного и пережитого поэт создавал свой самобытный поэтический мир, в котором он вдохновенно воспевал нашу советскую действительность.

В одном из последних стихотворений поэт и учёный В.Лебедев пи сал: «Я всегда шёл дорогой правды и добра». Эти слова ярко характе ризуют прожитую им короткую, но яркую, содержательную жизнь, ха рактеризуют его как прекрасного человека, как истинного художника и гражданина.

МИР ВАСИЛИЯ ЛЕБЕДЕВА Андрей КРИВОШАПКИН О ПЕСНИ МОИ, ВЫ С ЭВЕНСКОЙ ДУШОЮ Документальная повесть воспоминание о Василии Лебедеве...Пусть падём мы бойцами на марше, Но останется наша дорога, И другие пройдут её дальше!

В.Лебедев Уже десять лет прошло. Я закрываю глаза и мысленно уношусь в те прошедшие дни десятилетней давности.

...На дворе декабрь 1984 года. В Союзе писателей Якутии си дим трое: Савва Тарасов, Далан и я. Обмениваемся мнениями о предстоящем юбилее эвенского учёного и поэта Василия Дмит риевича Лебедева. Через полмесяца ему исполнится пятьдесят лет. Уже два года, как его нет среди нас, живых. Я знал, сколько было у него планов, замыслов, которые он унёс с собой навсегда.

Каждому своё по его возможностям и, может быть, уровню при родного таланта. Лебедев же был неповторим.

Савва Иванович Тарасов, мягкий, обходительный человек, — освобождённый заместитель председателя правления Союза пи сателей — тихим голосом рассказывает, как пройдут юбилейные мероприятия. Решено сначала отметить юбилей поэта на его ро дине — на земле Момы, затем провести вечер памяти в Якутске, в конференц-зале Республиканской библиотеки им А.С. Пушкина.

Так решило правление Союза писателей. Сейчас же мы обсужда ем лишь некоторые детали.

Василий Семёнович Яковлев — Далан — тоже заместитель председателя, но на общественных началах. Наша группа во гла ве с ним должна вылететь в Мому на следующий день.

...Утром погода чуть смягчилась, и мы с Даланом, как мне пока залось, благополучно вылетели по расписанию. Прилетели в Усть Неру, в самое логово морозов. Момский рейс делает обычную дежурную посадку для заправки. Здесь нас ждёт неожиданный АНДРЕЙ КРИВОШАПКИН сюрприз — встретились с творческой группой Василия Харысха ла, которая застряла из-за непогоды. Работники райкома партии разместили нас в поселковой гостинице.

Зимний день быстро кончился, наступили сумерки. Туман и темно та проглотили Усть-Неру и окрестные причудливые гольцы-велика ны. В гостинице говорливый Харысхал не дал нам скучать. Все забо ты о нашей группе взяли на себя райкомовцы, поэтому мы только ждали от них информацию о погоде. Следующий день тоже провели в гостинице. Нам велели никуда не отлучаться. За нами приедут.

И вот долгожданная команда: срочно выехать в аэропорт. Оказа лось, что с грузом для оленеводов вылетает в Мому малюсенький воздушный вездеход Ан-2. Берут не всех — только троих, осталь ных отправят завтра. Вступаем в переговоры с портовским началь ством. Наш довод такой: два писателя, вдова и дочь покойного по эта непременно должны вылететь на этом самолёте. Райкомовс кий работник к тому же шепнул мне, что прогноз на завтра явно плохой, а сам пошёл звонить первому секретарю. Тот, видно, под нял трубку и сказал своё веское слово. Начальство вдруг быстро изменило мнение, согласилось взять всех четверых.

В Хонуу прилетели благополучно, Правда, в холодном самолё те изрядно замёрзли. В районе нас ждали. Программа уже была подготовлена. Секретарь райкома партии Василий Васильевич Баишев, очень энергичный, деятельный молодой якут, смуглоли цый, с иссиня-чёрной копной кудрявых волос, с выразительным взглядом больших тёмных глаз, взялся лично руководить реали зацией юбилейной программы.

В районном клубе собралось много людей. На сцене у задней стены висит большой портрет поэта. Это работа местного худож ника. Вечер ведет В.В. Баишев. От Союза писателей Якутии выс тупает Далан, воспоминаниями делятся друзья детства Василия Дмитриевича. Специального концерта по случаю юбилея не пре дусмотрено, просто между выступлениями звучат песни на слова поэта в исполнении местных вокалистов. Жанна Карувна кратко и деловито рассказала о большом вкладе Лебедева в развитие науки и литературы народов Севера.

На другой день вылетели в Орто Дойду, в переводе с якутского — в Средний Мир. Это недалеко от райцентра, километров 40 — 50. Там обстановка намного непринуждённее, по-домашнему уют нее. Местные жители встретили нас радушно. Вечером во время торжественной части в клубе вдруг погас свет. Пока организато ры искали свечи, выступления продолжались в полной темноте.

Жанна Карувна с дочерью остановились у почтенного старца, эвена Николая Ивановича Слепцова. Это один из самых почитае мых здесь ветеранов. Всю жизнь трудился в оленеводстве. Изби рался депутатом Верховного Совета Якутской АССР второго со МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА зыва. Как мне приятно разговаривать с ним по-эвенски! Старик хорошо знает всю родню В.Д. Лебедева, да и его самого знал с детства. По эвенскому обычаю в честь приезда гостей Николай Иванович велел забить ритуального оленя и нас угостил самыми лакомыми кусками.

Беседа велась всё время вокруг имени, творчества поэта.

Почтенный старец Николай Иванович особо гордился учёнос тью и поэтической известностью своего земляка Лебедева. Да, это верно. Василий Дмитриевич своим вдохновенным творчеством сумел рассказать миру об эвенском народе. Мне вспомнилось прекрасное стихотворение «Моё слово». В нём поэт на первый взгляд вроде бы говорит о самом себе, о своих раздумьях. Но если вчитаться в текст и задуматься, то писа тель высказывается обобщённо о своём народе. Его слово — это слово эвенского народа. Он как истинный поэт и патриот заслужил право говорить от имени всех своих сородичей, живу щих в тайге, горах и тундре. Вот оно, это чудное стихотворение.

Прочитай сам, дорогой мой читатель.

МОЁ СЛОВО В дремучей тайге Родилось моё слово, В горах Верхоянских И в тундре песцовой — Они в моём слове И жизнь, и основа, И к ним возвращаюсь Я снова и снова. О песни мои, Вы с эвенской душою, Одетые в русское слово, Летите Над нашей великой Огромной страною, О северном крае Моём расскажите! О чащах звериных, О реках кипящих, Летящих в ущельях Скалистых и тесных, О прошлом земли, О её настоящем, О далях бескрайних, О людях чудесных.

АНДРЕЙКРИВОШАПКИН В селе Улахан Чистай мы провели восемь дней. В течение всего этого времени температура держалась в среднем на уровне ми нус 55 градусов. Самолёты не летают. Мы тут застряли надолго.

Каждый день связываемся с Баишевым. Конечно, и он бессилен против погоды, но успокаивает нас: вылетим при первой же воз можности.

Я с Даланом жил у Николая Ильича Слепцова, с которым когда-то в семилетней школе села Хонуу учился в одном классе В.Д. Лебедев.

Николай Ильич — уникальная личность, знаток эвенского фоль клора и эвенской культуры, великолепно владеет эвенским язы ком. Является бессменным директором совхоза «Искра». За доб лестный труд награждён многими орденами и медалями. Он осо бенно дорожит орденом Ленина. (Ему уже «светила» Звезда Героя Труда, когда Советский Союз развалили «демократы».) Далан по долгу беседовал с Николаем Ильичом. В то время он работал над крупным романом о жизни на селе и отдельные вопросы уточнял у такого крупного специалиста, как хозяин дома. Я тоже имел воз можность пообщаться с обоими, Николая Ильича я знаю с моло дости. Впервые о нём мне рассказал В.Д. Лебедев. Неслучайно я избрал его в качестве прототипа главного героя одного моего про изведения. Это редкостный по своей душевности человек.

Момская земля щедра на подлинные таланты, и эвенская литература во многом обязана ей. Зарождение, становление этой литературы непременно связано с именем Николая Сав вича Тарабукина, уроженца Момского района, который, буду чи студентом Института народов Севера в г. Ленинграде, в 1930-е годы написал первые стихи на родном языке, повесть «Моё детство», издал первые книги. Второй этап отмечен твор чеством Ламутского, в молодые годы длительное время про работавшего учителем на момской земле. Третий — связан с именем Василия Дмитриевича Лебедева. Его вхождение в ли тературу было исключительно стремительным, он в букваль ном смысле слова ворвался в неё. Первые же стихи на род ном языке, переведённые затем на якутский и русский, стали ярким свидетельством того, что на литературном небосклоне появилась новая самобытная звезда, подающая большие на дежды. Поэзия Лебедева сразу же была тепло принята севе рянами, читатель стал с интересом следить за ним. И этот интерес с каждым годом становился всё сильнее и сильнее. В 1963 году в Якутском книжном издательстве вышел первый сборник поэта на родном языке — «Омчэни».

Поэзия Василия Лебедева щедро знакомит читателя с жи вым и таинственным миром «матери-тайги», с её вековыми ли ственницами и стройными соснами, с шорохами цветов и гиб МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА ких тальников, прозрачными струями горных ручьев и свеже стью звериных следов на лесных тропах. Мир Лебедева — это мир искренней сыновней любви, трогательной нежности и глу бокой привязанности человека к родному краю. Почти в каж дом стихотворении читатель как бы физически ощущает накал этого притяжения поэта к суровой земле предков, страстной тоски в разлуке с ней и неудержимой радости при каждом новом возвращении:

Я лечу, Индигирка!

Мой брат, я лечу!

Мама, ввысь погляди, ожидая;

Пусть расскажет тебе твоё сердце-вещун:

Дальше дальних кочевий я был! Я лечу, К облакам, как к тебе, припадая...

Или:

Колыбельные песни бормочет тайга, Этим песням вовек не отпеться:

Ворожит ли весна, Иль скрежещет пурга, Дрогнет лист, Или зверь вдруг почует врага -Это просто тайга, голубая тайга, Колыхает в ветвях моё детство.

От природы любознательный, он ещё в раннем возрасте про никся неподдельной любовью к древним сказаниям, легендам и поверьям, бережно хранимым в памяти кочевого народа. Эти яр кие впечатления детства через много лет ожили в образах лучших произведений Лебедева.

Естественно, что у народа, лишь в тридцатые годы двадцатого века обретшего письменность, нет литературных памятников. Но худо жественное воображение поэта в союзе с интуицией и солидной эрудицией учёного пытливо искало и терпеливо выбирало золотые крупицы из наследия устного творчества — следов пройденных на родом дорог. Извечная борьба света с тьмой, добра со злом пред стаёт перед нами в образах недавнего прошлого—двух шаманов — повелителей добрых и злых си. Таковы поэмы-легенды «Последнее камлание шамана Гургули», «Серкани» и другие.

В большинстве своих произведений поэт ничего не приукраши вает и не смягчает, являя перед читателем величественную и труд ную красоту родного края, мужество и стойкость его коренных обитателей — своих сородичей.

АНДРЕЙ КРИВОШАПКИН Сердце поэта чутко реагирует на разлад, раздирающий его вре менами, когда работа учёного надолго задерживает его вдали от родных гор и таёжных чащ. И он говорит:

Стремглав, как стрела, Я по свету летел, Считая, что это и есть мой удел.

Наивный мечтатель! Как будто вдали Мы что-нибудь стоим без отчей земли...

Поэзия Василия Лебедева разнообразна. Искренним чувством наполнено обращение поэта к его «второй родине» — Ленинграду:

Здесь навсегда сдружился я С великим русским языком — Нецелым миром стал знаком, Познав законы бытия. Как мне тебя благодарить. Вторая родина моя ?!

И, обновлен, в тайгу свою Я возвращаюсь каждый раз. И там, на Севере у нас, Я щедро людям раздаю Твои подарки: знаний свет, Улыбку добрую твою!..

Поэту вообще свойственно живейшее чувство благодарности и большая любовь к людям, желание поделиться с ними всеми богатствами своей души. Об этом свидетельствуют стихи «Мое му учителю», «Другу», «Алмаз», «Стук сердца», «Над могилой Ним калана» и многие другие.

Особенность творчества Василия Лебедева и в том, что оно проникнуто философскими размышлениями. Даже картины при роды, которых в его стихах очень много, можно отнести к пейзаж но-философской лирике. Почти все они содержат ярко выражен ный подтекст, выстраданную мысль, психологическое обобщение.

Одна за другой — в Якутске, Ленинграде и Москве — выходили на свет его новые книги: «Мэрлэнкэ» («Круговорот»), «Миргилан»

(«Узоры»), «Дялбутерэннитэн» («В краю сородичей»), «Ожерелье радуга», «Священный родник», «Белый олень», «Оран» и другие.

Его стихи публиковались в антологиях на языках разных народов, в том числе в Италии и Франции.

Василий Дмитриевич был человеком исключительно щедрой души. Он очень много и охотно занимался с молодыми, не жалея МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА ни сил, ни времени. Мы, эвенские писатели, да и наши друзья коллеги — юкагирские, эвенкийские и чукотские авторы, посто янно испытывали на себе огромное воодушевляющее влияние его большого таланта и незаурядной личности. Он щедро делил ся с нами своим опытом творчества, дверь в его поэтическую мастерскую была настежь открыта в любое время. При его жизни дважды были организованы российские семинары-совещания молодых писателей народностей Севера и Дальнего Востока, в подготовке и проведении которых Василий Дмитриевич прини мал самое деятельное участие. При всей своей занятости он на ходил время для личной переписки со многими из нас по литера турным делам. На семинарах же проявлял требовательность и принципиальность, не делая никому ни малейших скидок. Как со беседник, был чрезвычайно интересным, его мысли отличались глубиной, стройной логичностью и оригинальностью. Обладал он и бесценным даром доброго юмора. Был мудрым советчиком. Я лично всегда поражался этим его качествам. Мы часто захажива ли к нему в гости, он же дома бывал исключительно радушным хозяином. Удивительно разносторонними были его интересы. По жалуй, не было вопроса, которым бы Лебедев не интересовался.

Поэт, лингвист, литературовед, фольклорист, самозабвенный шахматист...

В 1970 году Василий Дмитриевич окончил аспирантуру Инсти тута языкознания Ленинградского отделения АН СССР и защитил кандидатскую. Он был автором фундаментальных трудов по лин гвистике — «Язык эвенов Якутии» и «Охотский диалект эвенского языка». Его перу принадлежат разработки учебников и многих по собий для эвенских школ. Последние годы жизни В.Д. Лебедев работал над усовершенствованием орфографии эвенского язы ка, результатом чего явились правила, созданные на основе но вого алфавита.

Кем он только не был?! И организатором издания в Якутии худо жественной литературы на языках народностей Севера, и иници атором создания радиожурнала «Геван» на эвенском, юкагирс ком и чукотском языках... И всё это сделал человек, которому судь ба отпустила только 48 лет жизни.

У В.Д. Лебедева, как у всякого поэта, было одно главное стихо творение, которое он обязательно читал на всех встречах. Оно на зывалось «Белый олень». По древнему эвенскому преданию, бе лый олень считался священным животным, приносящим счастье.

Ему не отрубали рога, на него не садились верхом, нельзя было его оскоплять, чтобы потомству своему он мог передать белоснежный мех, даже обидеть его считалось великим грехом. Он всегда уми рал сам. Если тот день совпадал со свадьбой, то брак считался счастливым. Стихотворение Лебедева заканчивается мыслью:

АНДРЕЙКРИВОШАПКИН Для Поэта преданья народа —• Тоже белый олень!

Я верю, что литературное наследие Василия Лебедева, его на учные поиски и находки останутся в памяти народной священ ным белым оленем...

Однажды он специально пришёл к нам — студентам-эвенам — к Ивану Васильевичу Степанову и ко мне. С Иваном, как я понял, он до этого где-то встречался, поэтому сразу же заго ворил с ним по-эвенски. Когда Иван представил меня, он изу чающе и пытливо взглянул, протянул руку и назвал себя: «Ва силий Лебедев». Тут же осведомился, мол, владею ли я родным языком? Я по-эвенски ответил утвердительно. Тогда он широ ко улыбнулся, обнажил свои крупные белые зубы: «Это колос сально! Родной язык надо знать. Значит, ты богатый человек, Андрей, коли владеешь родным языком».

Его узкие глаза поблескивали. Только потом, спустя несколько лет, я заметил, что, когда он был чем-то сильно доволен, то с не обычайным подъёмом употреблял слово «колоссально». Та пер вая встреча в студенческом общежитии положила начало нашей дружбе и творческому союзу, которые протянулись на двадцать лет. Вплоть до его несправедливой, столь обидной и до глубины души печальной скоропостижной кончины в 1982 году.

А услышал я о нём, когда учился в Саккырырской средней шко ле. С Василием Баргачаном мы в те годы пробовали писать стихи, даже делали кое-какие переводы на эвенский язык. Как-то про читали в газете об эвенском поэте Василии Лебедеве, который к тому же работал в Якутском филиале Сибирского отделения Ака демии наук СССР. Подумать только, у эвенов, оказывается, есть свой поэт и учёный! Естественно, я в душе загордился этим. Вес ной мы написали ему письмо, просто наугад, в адрес научного филиала и попросили совета: как научиться писать стихи. Прав да, не стали распространяться о своих поэтических опытах. К нашей радости, в скором времени пришло письмо. Василий Дмит риевич в нём в качестве первого условия для становления эвен ского поэта ставил непременное знание родного языка. Второе условие — знание народного фольклора. Его третий совет — на браться общих знаний, а для этого — много читать. Письмо было написано по-русски, красивым размашистым почерком.

«А, это ты, не помню когда, написал мне письмо из Саккырыра?» — воодушевляясь, воскликнул он тогда, на первой встрече. «Да, это я.

С Василием Кейметановым написали», — отвечал без робости. Его непосредственность и непринуждённость сразу же располагали к себе. «А где сейчас тот Кейметинов?» — живо спросил он. Василий в МИР ВАСИЛИЯ ЛЕБЕДЕВА то время служил во флоте, был матросом. Впоследствии Баргачан тоже стал одним из самых близких друзей Лебедева. По истечении стольких лет можно сделать вывод о том, что наше первое юношес кое письмо, судя по всему, запало в отзывчивую и чуткую душу по эта, и он поневоле стал искать встречи с нами. И вот, благодаря судь бе, мы встретились, чтоб больше не разлучаться на литературном поприще. А местом встречи оказался лучезарный Ленинград, город, ставший поистине колыбелью культурной революции на всем Край нем Севере. Именно здесь печатались для детей северян первые буквари на их родных языках. Здесь зазвучали первые стихотвор ные строки на разных северных наречиях, а затем уже появились в письменном виде, изумляя весь цивилизованный мир. Дальше по шли сборники стихов, книги прозы. Это было настоящим чудом. Как бы иные лжеполитики, называющие себя «демократами», и дешё вые деятели, спекулируя на так называемом историческом про шлом, не пытались обелить царское самодержавие, не стремились вычеркнуть из памяти народной самое имя легендарного Ленингра да и его роли в судьбах северных народов — это им не удаётся и не удастся. Русский царь и его правительство для северных народов за тысячелетие существования государства Российского не выпу стили ни одной книги, не подготовили ни одного мало-мальски гра мотного специалиста. А при Советской власти, с помощью настоя щих русских интернационалистов началось духовное возрождение.

Одним из живых примеров этого возрождения, несомненно, явля ется Василий Лебедев — поэт, лингвист, этнограф и публицист. Ко нечно же, Советская власть не была и не могла быть идеальной: гру бых ошибок, недостатков, промахов тоже было больше чем доста точно. Но подлинную культурную революцию на Крайнем Севере, совершённую Советской властью, никакая сила не в состоянии вы черкнуть. Василий Лебедев был сыном своего времени. Когда чело век, получивший бесплатное образование в советских вузах, отво рачивается от системы на триста шестьдесят градусов и начинает обливать грязью — это аморально. Тех, кто несправедливо постра дал от произвола КГБ, понять можно. И всё же нормальный человек должен быть выше обстоятельств, быть достойным гражданином, лишённым всякой конъюнктурщины. Василий Дмитриевич прези рал такие низменные качества, как предательство, падкость к по дачкам. Он более всего не хотел быть чьим-либо рупором.

... В своём родном Себян-Кюеле второй или третий год работаю директором средней школы. Школа небольшая, школьников мало наберётся — всего где-то около полутораста. Но школа нацио нальная — эвенская. Здесь в основном учатся дети оленеводов — моих сородичей. Мне выпала честь выпустить из стен средней АНДРЕЙКРИВОШАПКИН школы первых выпускников. Раньше после окончания восьмого класса дети отправлялись в шахтёрский посёлок Сангар. А те перь никто никуда не уезжает, все остаются при родителях.

Однажды, в середине мая, вдруг получаю телеграмму из район ного отдела народного образования, где сообщается, что в нашу школу летит бригада обкома КПСС для проверки состояния учеб но-воспитательной работы. На другой день прилетает вертолёт.

Иду встречать. Вертолёт, покружив над горами, садится на пло щадку. Один за другим выходят гости и пассажиры. Последним скромно появляется Василий Дмитриевич Лебедев. Знакомая добродушная улыбка на лице. Мы по-братски обнимаемся. Дав ненько ведь не виделись!

Гостиницы в селе нет. Пришлось гостей поселить в школе, в учительской.

В первый же день с Василием Дмитриевичем долго бродили по окрестностям села. День стоял тёплый, солнечный. К нам он при ехал впервые. Местность, где располагалось село Себян, ему сильно понравилась. Вокруг стеной стоят высокие горы. С обеих сторон от села текут две быстротечные горные речки Надатав и Суланячан, по берегам которых шумливо шелестят тополиные рощи. Василий Дмитриевич тихим голосом рассказывает о сто личных новостях, о своих поездках в Москву и Ленинград...

Стоим на берегу речки Суланячан. Василий собирает белые, пёстрые камешки, перебирает их в ладонях, долго молчит, о чём то сосредоточенно думает. Наконец, вздохнув, говорит: «Вспом нил детство. Малышом кочевал со стадом. На каждой новой сто янке любил собирать вот такие камни. Что ни говори, а у человека самая лучшая пора его жизни — детство. Как хочу вернуться в ту пору, но это, к сожалению, невозможно...» Он вынул пачку «Бело мора», вытащил две папироски, одну из них молча бросил в речку — по эвенскому обычаю одарил Духа Земли, — с наслаждением затянулся. Пока курил, молча смотрел на речку. Вероятно, общал ся с Духом Земли. Мы, эвены, свято чтим Духа Земли и особенно Духа Огня. Одаривая их чем-то, эвены немногословны, чаще ри туал выполняется молча. «Духи не любят многословия», — гово рили наши предки. И они правы. За многословием нет ничего, кро ме шума и пустой трескотни.


— А что ты пишешь? — вдруг спросил он, пристально взглянул на меня, повернув голову как-то набок.

— Пока ничего не пишу.

— А почему?

— Да вот закрутился на работе. Всё как-то некогда...

Он засмеялся, покачивая головой и вновь потянулся за папи росой. «Надо же!» — приговаривал при этом. Потом, посерьёзнев, повернул лицо ко мне.

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА — Ну, работа, конечно, вещь нужная и необходимая. Я и без того знаю, что ты полностью отдаёшься работе. В этом ты молодец. А как быть с эвенской литературой?..

Вот так-то с ним бывало всегда. Хотя он был большим учёным, как мне кажется, в нём всё же больше было от поэта. В любой ситу ации ход беседы непременно поворачивал в русло эвенской лите ратуры. Естественно, не упускал из виду и литературу других се верных народов. Он болел за всех. Но при всём том эвенская лите ратура для него была как родное дитя. Явственно чувствовал свою ответственность за будущее этой литературы. «А как быть с эвен ской литературой?..» В тот раз на этот его лобовой вопрос я не смог ответить как следует. Почти неделю Лебедев находился сре ди нас. Посетил ряд уроков эвенского языка. Он, конечно, никогда не был методистом, сам в школе ни разу не давал уроков. Может, поэтому как ребёнок радовался после каждого посещения урока.

Был глубоко тронут и взволнован тем, что дети прекрасно владеют родным языком. Какая там методика и рутинная организационная часть урока! Для него важно было знание детьми эвенского языка.

Мелодичная эвенская речь отзывалась в его добром сердце, как материнское слово. Он был покорён этим. Ему особенно понрави лись уроки Дмитрия Христофоровича Кривошапкина.

В сельском клубе организовали вечер встречи с поэтом. Васи лий Дмитриевич проникновенно читал свои стихи на эвенском языке, затем — в переводе на русский язык.

Мы живём в центре села. Квартира наша маленькая. Это обыч ный четырёхквартирный срубный домик, какие строили в шести десятые-семидесятые годы на Севере. Дом — приманка, как на зывал его Василий Лебедев. Эти дома, по его словам, являлись ширмой для прикрытия политики властей по переводу народов Севера на так называемый оседлый образ жизни. Власти тешили себя иллюзией, что делают добро для северян, строя для них сруб ные дома. Но они не знали главного — политикой оседлости они обрубали древние корни народа, его родословные начала. В этом кроется основная причина исчезновения родных языков и само бытной культуры, так как северяне отрывались от кочевой жизни, от тайги и тундры. Не зная обычаев, традиций северных народов, власти, конечно, заблуждались. И вот Василия Лебедева мы при гласили к себе домой в гости. В тот вечер мы засиделись допозд на. Ели оленину, пили крепкий чай с оленьим молоком. Горячи тельных напитков не было. Он остался ночевать у нас.

«Хоть бы строили нормальные дома!» — сокрушался он, видя тесноту, в которой мы жили. Человек с изысканной внутренней культурой, он тут же поправился: «Извини меня за резкость. Я ни в АНДРЕЙКРИВОШАПКИН коей мере не хотел тебя обидеть. Меня возмущает неуклюжесть мышления властей...» В тот вечер он терпеливо рассказал мне о вреде оседлой жизни для кочевого народа. Естественно, я с ним во многом был согласен.

Утром я проснулся рано. Натопил печь. Смотрю, Василий тоже про снулся. «Как спалось на новом месте?» — спросил я. «Знаешь, спа лось, как дома», — с улыбкой ответил он. Мы спали вдвоём в боковой комнатушке. Накануне я хотел уступить ему свою кровать, но он отка зался, настоял на том, чтобы ему постелили на раскладушке.

Вот так беседуем, как вдруг услышали топот босых ног из со седней комнаты, где спали моя жена Роза и два малолетних сына.

Я сразу почувствовал, что бежит к нам в комнату младший сын Гера, двухлетний карапуз. Вот он появился в дверях: толстень кий, пузатенький, в одной распашонке, без штанов, в ручонках крепко держит бутылку с соской, на ходу сосёт молоко. Он не бро сился ко мне как обычно, а с ходу взобрался на раскладушку к Василию Дмитриевичу, юркнул под одеяло. Лёг рядом и сосредо точенно сосёт из бутылки. Всё его внимание, кажется, замкну лось на этом занятии. Вдруг будто опомнился, вынул соску изо рта, поднял бутылку — будто на глаз определял — осталось ли молоко. Видит, что осталось мало, и не успел гость что-либо со образить, как карапуз мой сунул свою соску прямо ему в рот. Ста ло быть, угощает: на, мол, полакомься молоком. Это очень сильно растрогало Василия, он долго и от души смеялся и без конца при говаривал: «Нэлэм бэй!» (в прямом смысле — «Добрейший чело век!») Потом при каждой встрече со мной он первым долгом допы тывался о нём, как он растёт, здоров ли... Вновь смеялся, приго варивая «Нэлэм бэй!» Просил, чтобы мы его берегли. Я со своей стороны тоже никогда не забываю тот маленький эпизод и мыс ленно вижу Василия Дмитриевича, от души радующегося и обни мающего моего маленького сына. Иногда он переиначивал имя и называл моего сынишку «Эгден бэй», что в переводе буквально значило «Большой человек».

*** Живя в родном Себян-Кюёле, продолжал поддерживать тесную связь с В.Д. Лебедевым. Мы оба вели довольно интенсивную пере писку. К сожалению, не все его письма сохранились. До нашего горного села почта доставлялась нерегулярно. Иногда месяцами не имели никакой связи с внешним миром. Причиной такого экст ремального положения служила непогода. Горы Верхоянского хреб та, словно намагниченные, тянули на себя облачные одеяла и под их теплом сладко дремали, совершенно не ведая о наших неудоб ствах в горном селе. Зато в редкие прилёты маленького самолёта АН-2 село оживлялось. Привозили долгожданную почту. Газеты и МИР ВАСИЛИЯ ЛЕБЕДЕВА журналы большими пачками разносили по домам. Радость достав ляли письма от друзей и родственников. Письма Василия Дмитри евича узнавал сразу по почерку. В них, как правило, всегда было много новостей. Но письма носили деловой оттенок, сжатые, слов но пружина, краткие, как солнечный луч, содержательные, как спе лая ягода. Письма друга, как глоток родниковой воды, утоляли мою жажду к знаниям. Велика была их сила в плане моральной поддер жки. Я, конечно, бесконечно рад тому, что хоть сохранил некоторые письма Василия. Горжусь тем, что дружил с этим редкостным чело веком. Его письма — свидетельство тому.

Современные удобства цивилизации, безусловно, имеют обратную сторону. Они отнимают у людей одно их бесценное, ничем не воспол нимое право — это их право переписываться друг с другом. Телеви дение, телефаксы, телефоны (международные, межгородские) начи сто отбили у людей охоту писать письма. Казалось бы, зачем писать, когда есть такое удобное средство общения, как телефон. Подними телефонную трубку, набери нужный номер и с помощью спутниковой связи звони на любой конец света. Но при этом совершенно не веда ем, сколько интересных мыслей и важной информации так легко ра створяем в воздухе. Современные люди, благодаря техническому чуду, не оставят потомкам никакого эпистолярного наследия. А это—боль шая брешь в духовной памяти народов, которую ничем нельзя зала тать. Это легкомыслие человечества будет, к сожалению, нарастать адекватно техническому буму, который наберёт фантастические обо роты в двадцать первом веке.

Письма — это жизнь. В своих письмах человек, даже ушедший в мир предков, словно оживает. В.Д. Лебедев, как поэт и учёный, никогда не умирал. Его письма я читаю так, будто он живой и где то живёт и творит. Хотел бы эти письма донести до читателей, ныне живущих и грядущих. Вот они.

«Здравствуй, Андрей! Благодарю за письмо.

В Учпедгизе готовят только учебники 1 и 2 классов, которые выйдут не раньше 1972 г. Для того чтобы выпустили учебники для всех классов, необходимы запросы с места с указанием количе ства по адресу: Москва, Чистые пруды, 6, Минпрос РСФСР, от дел национальных школ, а также в Ленинград, Невский проспект, 2, ЛО Учпедгиза, национальный сектор. Обязательно надо зака зывать Минпросу ЯАССР. Успешнее будет, если заказы поступят со всех национальных школ одновременно. Этим делом и рань ше занимался много, но из-за отсутствия сигналов с мест ничего не выходило.

Всё то, что собрано из стихов и т.д., высылайте Шадрину Алек сандру Николаевичу по адресу: Среднеколымск, ул.Курашова, 4.

Как раз он собирает материалы для коллективного сборника, ко торый будет издан в издательстве.

АНДРЕЙКРИВОШАПКИН Большой привет вашей семье от Жанны и от меня.

С уважением В.Лебедев.

18 января буду в Якутске на неделю. 22.XII. 70 г.»

«Здравствуй, Андрей! Отвечаю на твои письма, которые полу чил одно за другим.

1. Поздравляю с успехом.

2. Вышли «Опо».

3. Закончишь книжку (вернее, рукопись) - вышли срочно.

4. Для того чтобы вести переговоры с ЯКГИЗом, необходимо:

а) рукопись твоей будущей книжки должна быть у них.

б) поэтому высылай туда 1 экз., 2-й — мне. ЯКГИЗу сообщи о том, что 2-й экземпляр выслан мне. Это для быстроты и оперативности.

5. Конференция писателей, видимо, будет осенью — в конце авгу ста или в сентябре. Может быть, и позже. Во всяком случае, надо быть готовым во всеоружии к сентябрю. Кандидатов для участия, по моим подсчётам, чересчур много (около 50-ти). СП не намерен по нести слишком большую материальную нагрузку.

6. Ю. Рытхеу отказался от председательства в комиссии по лите ратурам народов Севера. Эрэкдьугулин амарла.

7. Теперь о моих делах: а) после твоего отъезда встретили очень хорошо старшего редактора издательства «Современник». Он остановился у нас, поговорили обо всём, расстались хорошими друзьями. «Священный родник» скоро пойдёте производство, а «Белый олень» находится в наборе.

20 мая буду в Москве, там начинается декада Якутской лите ратуры и искусства Якутии. Арэптукэмэнив колатайи. Як-ва гэр бэв эчу амтар: Этэм — дэ эдукдюлэски колкатта. Тек Ьоч ибгот чургэвчиддэм. Омэм эгдем поэмав дуктайи мулгачаддам. Та рани мудакми романдула Ьээмкэчэмсэм1 (может, выйдет). Во всяком случае, надо попытаться, при встрече обсудим.


Книжка, которая была в моей сумке, затерялась, придётся мне зайти к Зое Ивановне и узнать, какую книжку выслала. После этого вышлю.

С уважением В.Лебедев.»

«Здравствуй, Андрей!

В самом начале марта или даже в конце февраля вылетаю в Якутск для публикации книг Н. Тарабукина, редактирования сбор ника эвенских писателей, для чего вам всем необходимо руко писи отослать в Союз писателей Якутии на моё имя по адресу:

г.Якутск-7, проспект Ленина, 38-а, Союз писателей.

л Перевод эвенского текста в письме: «С тех пор бросил пить. Ничего в рот больше небрал: и в будущем больше не буду пить. Сейчас работается очень хорошо. Задумал написать одну большую поэму. Окончив её, хочу попробовать написать роман».

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА После подготовки ещё остаюсь для участия на общем собрании писателей, которое состоится в середине марта.

Сборник будет выходить на эвенском языке в Якутском изда тельстве. Доверенность имеется.

С уважением В.Лебедев. 1 февраля 1971 г.»

«Добрый день, Андрей!

Вчера я встречался с главным редактором Учпедгиза «Просве щение». Он мне дал для рецензирования «Букварь» Л.Д. Ришес и В. И. Цинциус. В свою очередь я ему предложил, чтоб тебе тоже выслали, и он тут же вызвал З.И. Ковалёву, дал указание. «Бук варь» высылают вам —150 экз.

Зоя Ивановна сказала, чтоб ты не говорил Анне Афанасьев не о том, что через тебя выслана книга, которую я потерял. Я у неё просил, чтоб она дала название книги, но она отказалась, мотивируя: мол, ту книгу не найти, и не стоит зря тратить на это время.

21 мая я буду в Москве и через несколько дней вернусь обратно:

не стоит тратить столь необходимое в данной ситуации время. Ско ро (в конце июня) покидаем Ленинград.

Всего доброго. Привет семье.»

«Дорогие Андрей и Розаиля Серафимовна!

С наступающим (по старому стилю), с наступившим (по новому) поздравляет семья Лебедевых семью Кривошапкиных, поздрав ляем вдвойне.

Только 28 декабря прилетели из Магадана. С 7 июля по сентября были на Камчатке, в Магаданской области. После Камчатки и Магадана начались всякие совещания (собрание писателей, где я не был, затем совещание молодых, куда ты не прибыл). На совещание молодых приезжал Баргачан. После совещания готовился к трёхгодичному отчёту. Не успел отчитать ся, сразу вылетели в Магаданскую область. Были на Чукотке (Омолон, Васги, Маркова), в Оле.

В Магадане в ОК КПСС ставил вопрос о преподавании родного языка, представил предложения в письменном виде. На совмест ном заседании ОК КПСС и облисполкома будут рассматривать этот вопрос. Твою книгу везде показывал, выступал во многих местах.

Как движется ваш учебник (III кл.)?

В 1976 г. напишу статью «О зарождении эвенской детской лите ратуры для журнала «Детская литература» (журнал для писателей, критиков и т.д., одним словом, для взрослых). Как только закончу отчёт по экспедиции, напишу. Поэтому, если имеются новые вещи, вышли срочно.

АНДРЕЙКРИВОШАПКИН Стихотворение «Аркан» выйдет на шести языках (английском, немецком, французском, итальянском, испанском, польском).

Написал поэму «Девушка-Заря», несколько стихотворений.

Жена заболела глазом (осложнение на глаз после сильной про студы), видимо, 31 декабря положат в больницу, где пролежит ми нимум месяц. Говорят, очень серьёзная болезнь.

Дети здоровы, успевают. У дочери нет ни одной тройки.

Извините, что молчал долгое время. Даже на официальные пись ма издательств, журналов, СП не отвечал. Начинаю только шеве литься: совершенно запурхался из-за научного отчёта.

2,5 месяца сидел без зарплаты из-за халатности членов моей экспедиции. Поэтому мы не сумели до сих пор вернуть 200 руб лей, которые брали в долг в начале года.

«Эгдьэн бэйду» гэлэм исулда. Исудэн мандучалда.

Вася. Жанна.

30 декабря 1975г.»

«Привет, дружище! Пишу из Питера.

Нахожусь в Научно-исследовательском институте им. В.М. Бех терева. Сюда попал по ходатайству обкома КПСС (подписал 2-ой секретарь). Совета Министров (первый зам. председателя М.П. Габышев), а также видных учёных Ленинграда. Сюда любой не попадает, поэтому культура обслуживания идеальная, питание хорошее. Общее клиническое обследование завершили. У меня всё хорошо, нормально. Поэтому целый месяц прохожу общеук репляющие процедуры (ванна, душ, кварц, витамины и т.д.).

Числа 20 ноября привезут в консульство Франции из Парижа какое-то чрезвычайное, эффективное средство от алкоголя. ноября произойдёт процесс развода с Бахусом. Жанна была и уле тела 29 октября. Приедете конце ноября. 1 декабря меня переве дут на пятый режим (амбулаторный). Тогда вместе с Жанной бу дем проходить психотерапию. Таковы мои дела.

В марте-апреле в Котарово собираются созывать совещание молодых. Из Якутии должны приехать двое. Тебя вызовут, об этом написал СП. Данилову. Когда отправить — решают местные пи сательские организации. Членов СП не вызывают. Недавно я по лучил письмо из Москвы, где сообщается, что я включён в комис сию по литературам Крайнего Севера и Дальнего Востока. Аргу ментированно защищать, т.е. раскрыть твои произведения, никто не может. Поэтому придётся написать В.Санги, чтоб меня тоже вызвали. Я так пишу лишь для того, чтобы только выдвинуть тебя в литературный мир.

Зоя Ивановна сказала, что до сих пор Кронгауз не представил рукопись. Из-за него книга отодвинется на неопределённый срок.

Вообще его надо отстранить от составления учебников.

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА Замечания об изменениях в орфографии представил в СМ и Минпрос РСФСР, те в свою очередь отослали в Институт языко знания, чтоб те свои предложения отправили. Поеду в Москву и узнаю. Доведу дело до конца.

Он бидьэс? Кунал?Дукли Ьоойав, дуканнада бэймануддан. В.А. Кейметинов аич Ьогнаракан ай бимчэ. Мучуридьи ацмаканъ тэг ридигургэвчидьим, Ьуптудини ями-да бокандьим1.

Всем большой поклон.

В.Лебедев.»

«Здравствуйте, семья Кривошапкиных!

1. Книжку об оленёнке перепечатал ещё летом, но, как мне ка жется, следует ещё раз после кое-каких исправлений перепеча тывать. Об этой книжке разговаривал с Аввакумовым. Он сказал, что раньше 1978 г., видимо, не сумеют издать. Поживём—увидим, может, протолкнём пораньше.

2. Книжку Г. Кейметинова будут издавать тоже в 1978 г.

3. Таких людей не следует поддерживать, о чём я при одной из встреч с тобой уже говорил. Они могут испортить важные дела2.

4. Относительно поэмы. Почему-то до сих пор я считал, что она у тебя: когда мы просматривали с тобой после читки, ты взял обрат но. Если у меня, то следует порыться в бумагах. Ещё разок прочи таю, напишу своё мнение — вышлю.

5. Получаешь ли письма от Мартыновича ? По всей вероятности, он уже в Москве, лечится.

В первой половине октября, может, я полечу в Москву и в Ленин град, ещё раз поговорю об изменении алфавита и орфографии.

Летом был в Москве и Ленинграде, написали, вернее, предложи ли изменения в письменности в Совмин РСФСР, Минпрос РСФСР вместе с К. А. Новиковой, Д.Л. Кронгаузом. О подробностях—при встрече.

Всего доброго. В.Лебедев.

18. IX. 76 г.»

В начале 1976 года до Себяна дошла тревожная весть. Мне стало известно об освобождении Василия Дмитриевича от за нимаемой должности. Почему освободили? Чем теперь он бу дет заниматься? В голову лезли разные вопросы. К тому вре мени Лебедев уже являлся признанным нашим духовным ли ' Перевод эвенского текста:

«Как живёте? Дети? Пиши больше, да н пишущих людей всё меньше. Хорошо бы, чтобы В.А. Кейметинов зашевелился. Когда вернусь, капитально засяду за работу, обязательно наверстаю упущенное».

От автора: Я сейчас не помню, о ком ведётся речь. Кажется, мы обменивались мнением о каком-то неблаговидном поступке кого-то из наших общих знакомых.

АНДРЕЙ КРИВОШАПКИН дером. Конечно, он мог бы стать свободным художником, то есть жить на гонорары от своих стихов. Но это ничего хороше го не сулило. Насколько я знал, он и без того жил на авансах книжного издательства. К тому же эти нищенские гонорары не давали никакой надежды на нормальную жизнь. Увольнение В.Д. Лебедева становилось политическим вопросом. По думав, я принял решение написать письмо на имя первого сек ретаря Якутского обкома КПСС Г.И. Чиряева. Почему-то был уверен, что первый секретарь обкома не оставит моё письмо без внимания.

«Первому секретарю Якутского ОК КПСС тов. Г.И. Чиряеву Глубокоуважаемый Гавриил Иосифович, данным письмом я вы нужден побеспокоить вас по одному вопросу, касающемуся судь бы тов. Лебедева Василия Дмитриевича, кандидата филологичес ких наук, члена Союза писателей СССР. Он работает научным со трудником Якутского филиала СО АН СССР. Но, как стало извест но, он уволен с работы в связи с сокращением штатов Якутского филиала. Тов. Лебедев является первым учёным-лингвистом из числа эвенов, автором учебных пособий для эвенских школ. Та лантливый писатель пользуется заслуженным авторитетом в на роде, его стихи и поэмы давно полюбились всесоюзному читате лю. Бережное отношение к национальным научным кадрам явля ется одной из главных задач нашего общества.

Надеюсь, что областной комитет КПСС окажет содействие в том, чтобы оставить тов. Лебедева Василия Дмитриевича на должно сти научного сотрудника ЯФ СО АН СССР — представителя ма лой народности Крайнего Севера.

С уважением член КПСС Андрей Кривошапкин.

16.02.76 г.»

Прошло, как помнится, месяца полтора. Я с волнением ждал новых вестей. Вдруг получаю однажды письмо из обкома КПСС.

Конверт не сразу распечатал. Понял, что это ответ на моё пись мо. Долго смотрел молча на конверт. Что там внутри — радость или печаль? Потом, вздохнув (была — не была!), распечатал. Пись мо коротенькое, официальное. Заведующий отделом науки и учеб ных заведений обкома КПСС В.И. Фёдоров, отвечая на моё пись мо, сообщал о том, что т. Лебедев В.Д. в данное время находится в отпуске, по его возвращении будет решаться вопрос о работе.

Отлегло от сердца, кажется, пронесло. Интуитивно почувствовал, что его оставят на работе. Так и случилось. Слов нет, чуткий был человек Гавриил Иосифович Чиряев.

МИРВАСИЛИЯЛЕБЕДЕВА Человек — неразгаданная тайна природы. Во всяком случае, так говорят. А я верю этому. Даже сам человек о себе не всё знает.

Василий Дмитриевич Лебедев — настолько глубокая и разносто ронняя личность, что его, наверное, невозможно полностью рас познать. Тем интереснее нам прочитать его автобиографию, напи санную им самим. Её я специально выписываю из личного дела, любезно предоставленного мне председателем Союза писателей Якутии СИ. Тарасовым. «АВТОБИОГРАФИЯ Мои родители были простые охотники-оленеводы. Бродили они по индигирской тайге, карабкались по горным вершинам в поис ках питания. В кругу моих родителей и родственников дата моего рождения была спорной, поскольку это было ни к чему —уточнять дату рождения. Было известно, что я родился в зимнюю стужу, где-то в конце ноября — в начале декабря 1934 года.

Отец мой, Лебедев Дмитрий Степанович, умер, когда мне был всего год. Мать моя много страдала, воспитала и вырастила троих сыновей.

Пришла пора идти в школу. Учась в начальной школе, я близко познакомился с Николаем Саввичем Тарабукиным, зачинателем эвенской литературы. Я его полюбил, потому что он любил детей:

играл с нами, рассказывал сказки, весёлые юмористические ис тории, с детьми пел песни, участвовал в хороводном эвенском танце «Сээдьэ», заставлял рассказывать про увиденное, эпизо ды из детской жизни. Видимо, желая воздействовать на детей, он экспромтом сочинял броские четверостишия — песни, которые тут же подхватывались детьми и пелись где только возможно.

Семилетнюю школу окончил я в 1951 году и летом этого же года уехал в Ленинград, чтоб продолжить свою учёбу. В 1958 году окон чил 5-й курс ЛГПИ им. А.И. Герцена, затем по приглашению ИЯЛИ ЯФАН СССР поступил на работу 02.08.58 года.

В Ленинграде эвенский язык преподавала Вера Ивановна Цин циус, которая и подала мысль переводить с русского языка на род ной язык произведения русских писателей, участвовать в состав лении учебников для эвенской школы, написать отдельные статьи по эвенскому языку, изучать и анализировать произведения эвен ских авторов. С тех пор стали появляться мои стихи в альманахе «На Севере Дальнем» (Магадан), помещаться в книгах для чтения.

В 1955 году участвовал в Момской диалектологической экспеди ции, где вместе с Л.Д. Ришес собирал материалы по языку и фолькло ру эвенов. С тех пор до апреля 1965 года выезжал в северные районы республики, собирал языковые и фольклорные материалы.

В бытность мою младшим научным сотрудником ИЯЛИ ЯФ СО АН СССР я сделал несколько описаний по отдельным эвенским говорам Якутии.

АНДРЕЙКРИВОШАПКИН Первая книга стихов «Омчэни» по имени легендарного эвенс кого героя вышла в 1963 г. в Якутске. Подготовлен второй сбор ник стихов «Таёжные мелодии».

Мои стихи публиковались в республиканских газетах, в журна лах «Хотугу Сулус» (Якутск), «Дальний Восток» (Хабаровск), в аль манахе «На Севере Дальнем» (Магадан), а также в коллективных сборниках (на эвенском языке) «Песни эвенов», «Песни Севера», «Снежные искры» (на якутском языке).

Женат. Супруга работает в Якутске редактором контрольно-пра вовой группы при СМ ЯАССР. Имею двоих детей.

Член Союза писателей с 1965 года.

В.Д. Лебедев. 20 мая 1965 г.»

Как видно, автобиография написана сочно, в один присест, она отличается исключительной содержательностью и точностью информации. В его личном деле имеются три автобиографии, написанные им в разное время. Я привёл первую из них. Я даже мысленно представляю Василия Дмитриевича пишущим её. Он, это точно, написал автобиографию быстро, не задумываясь. Это видно по его стремительному почерку. Мне часто приходилось смотреть, как он пишет...

В Союзе писателей Якутии отношение к В.Д. Лебедеву с самого начала было весьма доброжелательное и чуткое. Якутские писа тели почувствовали в нем интеллектуала самой высшей пробы, его незаурядный талант и, по-моему, самое главное, его природ ную человечность. Это подтверждается документально. Приведу два документа.

«ВЫПИСКА из протокола заседания правления СП Якутии от 15 июля 1964 г.

Слушали: Заявление эвенского поэта Лебедева В.Д. о приня тии его в члены СП СССР.

Постановили: Принять в члены СП СССР эвенского поэта Лебеде ва Василия Дмитриевича. (За принятие голосовали все 7 членов правления.) Председатель правления Союза писателей Якутии С.Данилов Ответсекретарь правления Союза писателей Якутии М.Ефимов.»

«ВЫПИСКА из протокола заседания правления Союза писателей Якутии 6 января 1965 г.

Слушали: О приёме тов. Лебедева Василия Дмитриевича в чле ны Союза писателей СССР.

Справка: Родился в 1932 году в Момском районе ЯАССР. Эвен. Име ет высшее образование. Младший научный сотрудник Научно-иссле МИР ВАСИЛИЯ ЛЕБЕДЕВА довательского института языка, литературы и истории при Якутском филиале Академии наук СССР. Имеет сборник стихов «Омчэни». Под готовил к печати книгу «Песни тайги». Перевёл на эвенский язык око ло 20 книг с русского.

ВЫСТУПЛЕНИЯ:

Ефимов М.Л.: Я несколько стихотворений В.Лебедева перевёл на якутский язык. Он талантливый поэт, очень культурный чело век. Я его горячо рекомендую в члены Союза писателей.

Ламутский П.А.: Василий Лебедев — мой ученик. Я его учил в шко ле. Он перевёл около двадцати книг на эвенский язык. Он был уча стником Всесоюзного совещания писателей Крайнего Севера. За последнее время он написал много поэтических произведений. Я предлагаю принять т.Лебедева в члены Союза писателей.

Кириллин Д.В. (главный редактор журнала «Полярная звезда»):

Я давно знаю Василия Дмитриевича. Он талантливый поэт. Я его учил в средней школе. В последние годы активно работает как поэт и научный работник. Его книги пользуются среди эвенских читателей большой популярностью.

Мординов Н.Е.: Я предлагаю принять т. Лебедева В.Д. в члены СП СССР. Он талантливый, растущий молодой писатель.

Данилов СП.: Я считаю т. Лебедева В.Д. достойным быть чле ном Союза писателей СССР. Он талантливый своеобразный поэт.

Постановили: Тов. Лебедева Василия Дмитриевича принять в члены Союза писателей СССР.

Председатель правления Союза писателей Якутии С.Данилов Ответсекретарь правления Союза писателей Якутии М.Ефимов.»

В справке из решения дата рождения поэта обозначена годом. В двух листах по учёту кадров в личном деле В.Д. Лебедев собственноручно исправил год рождения на 1934 год.

Василию Дмитриевичу Лебедеву оставалось жить на этом све те ровно год. Ничто не предвещало беды. Он был полон энергии и здоровья. Много ездил по стране. Он беззаботно смеялся над шутками друзей, которые спрашивали у него, на сколько дней он приехал в Якутск. В этом, конечно, была большая доля правды — он месяцами исчезал из общественной жизни республики, подо лгу находясь то в Москве, то в Ленинграде.

** *...Под Москвой был прекрасный Дом творчества писателей «Ма леевка». Я сейчас не знаю, сохранился ли он за писателями Рос сии. Скорее отобрали, наверное, современные дельцы.

В ноябре 1977 года в Малеевке собрался первый Всероссийс кий семинар-совещание молодых писателей народностей Севе ра, Сибири и Дальнего Востока. Его организаторами и, говоря АНДРЕЙКРИВОШАПКИН современной рыночной терминологией, спонсорами явились Союз писателей РСФСР и ЦК ВЛКСМ. Одним из инициаторов про ведения такой беспрецедентной акции выступил В.Д. Лебедев.

Но генератором совещания, естественно, был выдающийся нив хский писатель Владимир Санги. Оба они дополняли друг друга, были большими друзьями и соратниками-сподвижниками в лите ратурных делах.

Из Якутии на это совещание были приглашены кроме меня эвен Василий Баргачан, эвенки Дмитрий Апросимов, Николай Кали тин, юкагир Николай Курилов, чукча Гырголь Пура. Мы все стали участниками семинара по рекомендации В.Д. Лебедева. Он сам и Г.Н. Курилов — Улуро Адо — поехали в качестве руководителей семинара.

Дом творчества состоял из главного корпуса и отдельных до мов коттеджного типа. Я жил в одном доме с Баргачаном. Номера наши были рядом. В первый же день, едва сам устроившись, за хожу к Баргачану. А тот, потирая руки, ходил взад-вперёд по ком нате. Увидев меня, он, не останавливаясь, проговорил: «Какая хорошая власть — эта советская власть, которая даже мне со здаёт такие идеальные условия для творчества. Надо как-то оп равдать доверие...» Это были от души сказанные слова.

Со всех северных регионов приехали более двадцати молодых писателей. На том совещании многие из нас впервые познакоми лись друг с другом. Из Ханты-Мансийского автономного округа приехал молоденький Еремей Айпин, которого называли восхо дящей звездой литературы народа ханты. В то время он учился, по-моему, на предпоследнем курсе Литературного института им. A.M. Горького. Только что опубликовал повесть «В ожидании первого снега» — свой дебют в литературе. Из Ямало-Ненецкого автономного округа приехала молодая ненецкая писательница Анна Неркаги. Её имя было у всех на устах. Её первая повесть «Анико из рода Ного» имела шумный успех, была издана отдель ной книгой в издательстве «Молодая гвардия». Из Чукотки при ехал талантливейший поэт Владимир Тнескин — профессиональ ный оленевод с острова Врангеля. На том семинаре я близко по знакомился с эвенкийским самобытным поэтом Николаем Кали тиным. До этого в периодической печати Якутии замелькало это новое имя. Ещё до знакомства с ним я допытывался у В.Лебеде ва: мол, кто такой Калитин, откуда он, давно ли пишет и т.д. Васи лий Дмитриевич высоко оценивал возможности Н. Калитина. Оп ределённые надежды связывал с его именем.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.