авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

«Библиотека писательской артели «Литрос» ЭВЕНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА Составитель Вячеслав 0ГРЫЗКО Москва Литературная ...»

-- [ Страница 6 ] --

Тема ответственности за происходящее на земле, борьба добра и зла, взаимоотношения между людьми и многие другие «вечные» проблемы затронуты в повести Андрея Кривошапки на «Уямканы идут на север». Не сразу зоотехник Аркадий Ки риллов встал на путь борьбы с браконьерами. Слишком силь ной оказалась психология равнодушия к происходящему. Но в глубине души было нечто, что не давало ему покоя. Преодолев пассивность, страх, равнодушие, поняв, насколько губительны эти чувства, Аркадий смело выступил против группы людей, связанных не только родственными узами. Он разоблачил бра коньера Николаева, директора местного торга, совершившего преступление: убийство шести уямканов. Ни уговоры, ни угро зы не действовали на Аркадия. Большую помощь и моральную поддержку оказал ему Иманов, секретарь парткома совхоза, который не может забыть случай, происшедший с ним в далё ком детстве. Он с дедом пошёл на охоту, чтобы накормить го лодных людей. Им встретились уямканы, но дед не стал стре лять в них. Тогда ребёнку было непонятно поведение деда. Но дед объяснил, что в этом стаде находился оленёнок: «Разве мог я убить эту красоту?» Эти слова запомнились навсегда. Как укор людям, бродит по тундре одинокий оленёнок и что-то ищет...

Лишь красота спасёт мир...

БЕРЕГСУДЬБЫ Повесть «Белый олень» занимает особое место в творчестве Кривошапкина. Образ волшебного белого оленя, который про ходит через произведения многих писателей Севера, получил поэтическое отражение в различных стихах Кривошапкина. Из вестно, что белый олень обладал волшебной силой воздействия и был излюбленным образом эвенских преданий, сказаний, ле генд. Об этом очень ёмко и афористично сказал В.Лебедев:

«...преданья народа—/Тоже белый олень».

Читая повесть Кривошапкина «Белый олень», забываешь, что это прозаическое произведение, настолько поэтически образно, эмоци онально возвышенно показывает нам автор один из драматических эпизодов жизни оленьего стада и его вожака. Продуманная компози ция повести (сцены погони волков за Белым оленем, показ жизни оле неводов, судьба Орана, его любовь к Нямгит, встреча Орана со стари ком Кэнели) даёт целостное представление о трудной жизни олене водов, о природе Севера. Особенно яркими в повести являются сце ны погони волков за Белым оленем, в которых явственно ощущаются присутствие автора и его переживания.

Сборник рассказов А.Кривошапкина «Сын Чиктикана» представ ляет собой повествование писателя о своём детстве. Это своего рода продолжение традиций Н.Тарабукина. Герои Кривошапкина — это люди другого времени. Изменилась тональность повество вания, расширился диапазон проблем, волнующих автора, обо гатился арсенал художественных изобразительных средств. Но общим у обоих писателей осталось стремление показать внут ренний мир своего героя, его духовное богатство. Читатели рас сказов Кривошапкина обогатят своё представление о традици ях, обычаях эвенов, которые передаются от поколения к поколе нию, лучше поймут проблемы, волнующие земляков писателя.

Рассказы Кривошапкина рассчитаны на детей младшего школь ного возраста, но, думается, они будут интересны и более стар шим читателям.

Условно главы сборника рассказов Кривошапкина можно раз делить на несколько частей. Прежде всего это рассказы, объеди нённые одной темой, — знакомство с обычаями, традициями эве нов, к которым с уважением относятся все герои произведения — от стариков до малышей.

У эвенов существует обычай — самых уважаемых мужчин или женщин называть именами их первенцев или младших детей. По этому главного героя Чиктикана чаще называют «отец Апоки». Апо ка — сын Чиктикана, в котором нетрудно угадать самого автора много лет назад.

Глава «Обычай» знакомит нас с национальными традициями, со хранившимися и наиболее ярко проявляющимися во время празд ника оленевода: это национальная борьба на снегу, гонка оленьих СВЕТЛАНАПЕТРОВА упряжек, соревнования по бегу (забавные, но требующие мастер ства). Родившиеся в тундре понимают все шорохи, звуки, знают все приметы: если слышно тяжёлое сопение оленя — быть жаре («Чум»), Оленевод должен хорошо знать повадки оленей: стоит им однажды обмануть пастуха, и они чувствуют уверенность. «Олени умеют смот реть на человека свысока» («На леднике»).

Не только познавательна, но и поучительна глава «На новую сто янку». Очень подробно, с большим знанием дела автор описыва ет жизнь оленеводов-кочевников, для которых переезд на новую стоянку — это целый ритуал, в котором у каждого человека и оле ня есть своё место. С удивлением для себя Апока узнаёт, что оле ням смазывают спиленные рога смолой, чтобы не попала влага и чтобы олени не болели из-за этого («Рога в смоле»).

Подлинными героями рассказов являются олени. Оказывает ся, у каждого оленя свой характер.свои привычки. Они, как люди, болеют, радуются, очень хорошо понимают настроение своих хозяев. В главе, не случайно названной «Беда», рассказывается о болезни, которая настигает оленей и доставляет им мучительную боль. Это копытка, когда опухают копыта и олени не могут двигаться. Оленеводы не только заботливые люди, но и прекрасные следопыты («Человек в чёрном»).

Вторую часть сборника составляют рассказы, в которых наи более ярко показаны такие качества характера эвенов, как доб рота, скромность, честность, благородство. В главе «Кунялан-бы строногий» Апока от людей узнает, какой благородный поступок совершил его отец Чиктикан, долгое время выходивший победи телем во всех соревнованиях на празднике оленевода. На этот раз он пришёл третьим. Выяснилось, что отец отдал своего ездо вого оленя Кунялана молодому оленеводу Мэнику, у которого пе ред гонками сбежал олень. А на праздник приехали одноклассни цы Мэника, перед которыми он не хотел бы выглядеть плохо. По няв его состояние, отец Апоки без слов отдал ему своего оленя, и Мэник выиграл гонки.

Красота северной природы, любовное описание встреч маль чика с животными, спасение брошенного оленёнка стали главной темой в рассказе «Мой оленёнок». Бережное отношение к оле ням, знание секретов их поведения, встречи с разнообразным миром тундры нашли отражение в главах «Возраст оленя», «Глаза оленя», «Пищуха», «Рыбак», «Пересчёт». Бескорыстие и доброта Апоки («Мэник-бригадир»), его первое чувство («Имана»), посто янное открытие им мира — всё это передано с большой любовью к герою и с большим художественным мастерством.

Дружелюбие эвенов, их бескорыстие показаны и в главах «Нюч Куратли», «Русские дрова», «Неизвестные охотники», где герои встречаются с русскими геологами и помогают им в трудных ситуациях.

БЕРЕГСУДЬБЫ Психологически напряжёнными, имеющими нравственное и воспитательное значение, являются главы, в которых с наиболь шей силой раскрыта сущность человека. В главе «Встреча» пове ствуется о том, что Апока на одной из охотничьих троп встретил ся с мальчиком Петей. Автор не случайно упоминает, что его отец заведует районным торгом. Психология торгаша, рвача проявля ется и у Пети. Вместо того чтобы искать пропавшую важенку ба бушки Огдоо, Петя ставит капканы на тарбаганов. Начавшийся спор между мальчиками прервало появление уямкана. Его опи сание полно поэзии и восторга. Но отношение к нему у мальчиков разное. Именно это послужило основным конфликтом в главе «Драка». Петя мечтает о том, чтобы убить тарбаганов отцу на шапку, но, увидев уямкана, он забыл об этом, и теперь думает только о том, как бы убить снежного барана, а рога отдать отцу:

отец должен подарить рога важному начальнику в городе.

Глава «Встреча» заставляет вспомнить другой эпизод из повес ти Кривошапкина «Уямканы идут на север». Там директор местного торга Никандр Алексеевич Николаев совершает преступление:

браконьерским образом он убивает шесть уямканов. Но его заста ли на месте преступления. В повести раскрывается сущность че ловека, привыкшего идти против совести. Может быть, Петя и яв ляется его сыном. Очень много общего между этими героями. По стоянно заискивающий перед начальством Николаев пренебре жительно относится ко всем, кто мешает ему жить вольготно.

Но вернёмся к рассказу «Драка», в котором схватились два мира, две идеологии, два подхода к жизни. С одной стороны, Апока, который в других главах выступал как «пай-мальчик».

Во всяком случае, именно в этой главе перед нами появляет ся другой Апока — смелый, решительный, вступивший в спор, а затем в драку с более старшим и сильным Петей. Но об этом Апока не думает. Ему надо во что бы то ни стало спасти уямка на от верной смерти. Глядя на красоту снежного барана, «Апо ка онемел от восторга. Он разволновался... по всему телу буд то разливалась какая-то тёплая волна. Он загадочно улыбал ся во весь рот, глаза его светились».

Совсем по-другому ведёт себя Петя. Он «захлёбывался от волне ния» и тормошил Апоку не потому, что любовался этим чудом приро ды, его беспокоило только одно: «Как ты думаешь, не уйдёт баран, пока сюда доберётся мой дед с ружьём?» «Апока мысленно пред ставил, как дед Пети убивает уямкана. Гремит выстрел. Могучий уям кан вздрагивает всем телом, окидывает удивлённым взглядом род ные горы. Капает на зелёную траву тёплая кровь, и меркнет свет в глазах снежного барана. С мучительным стоном, неуклюже падает он на ослабевшие колени, всё ещё не веря, что погибает». Апока вспоминает слова отца: «Земля только тогда красивая, когда на ней СВЕТЛАНАПЕТРОВА живет уямкан». В ответ на эти слова, сказанные Апокой, Петя не брежно отозвался об отце мальчика. Этого оскорбления Апока не мог вынести, и между мальчиками завязалась драка.

Такой же конфликт, но уже между взрослыми произошёл в главе «Жадность». Пастух Василий тайком от оленеводов убивает соха того. Узнав об этом, Чиктикан собрал всех оленеводов не только для того, чтобы осудить проступок Василия, но и для того, чтобы заставить взрослых подумать о своих детях: «У всех нас есть дети.

Что они подумают о таких отцах? Какую мы тайгу им оставим, чему научим?., тайга никогда не простит нам нашей жадности».

Проблема взаимоотношений между старшим и младшим поко лением, отношение человека к природе, животным получили своё художественное воплощение в главе «И тебе не жалко?» Петя ре шил «отомстить своей собаке по кличке Волк за то, что та не взя ла след уямкана, и перестал её кормить. И собаке «было стыдно за хозяина». Апока, видя это, не мог выдержать и стал кормить собаку, которая, казалось, понимала своё положение. Апока дол го думал, почему так произошло;

ему вдруг стало жалко Петю:

ведь он никогда не поймёт красоты природы, величия животных.

Всё хорошее пройдёт мимо него, потому что поведение взрос лых, с которыми мальчик постоянно сталкивался, передалось и ему... Поэтому с такой грустью автор размышляет о том, какие люди придут в тайгу завтра, что воспримет молодое поколение от взрослых («Маут Чиктикана», «Выставка»).

Андрей Васильевич Кривошапкин находится в расцвете твор ческих сил. О зрелости его таланта говорят два романа — «Берег судьбы моей» и «Золотой олень». Традиции в создании эпического произведения, заложенные в первом романе эвенской литерату ры «Дух Земли» Платона Ламутского, нашли своё продолжение в творчестве Андрея Кривошапкина. На новом историческом вит ке развития нашего общества с его клубком проблем и противо речий эвенский писатель снова обращается к своим истокам, к прошлому своего мужественного, выносливого народа, черпая вдохновение от сказок старого Нэге, от былинности нестарею щего Омчэни — символа неизбывной силы и духа эвенов, помо гающих им в трудные минуты.

Новое время привнесло в судьбы малочисленных народностей Севера проблемы не только социально-экономические, ной нрав ственные. Об этом боль и забота писателя, общественного дея теля и просто человека Андрея Кривошапкина.

БЕРЕГ СУДЬБЫ Варвара ОКОРОКОВА ТРОПЫ ЭВЕНСКОГО ПИСАТЕЛЯ Андрей Кривошапкин свой творческий путь начал как поэт. В 1995 году вышел его сборник стихов «Земля предков». Поэт, влюб лённый в свой северный край и его мужественный народ, восхи щается его высоким духовным богатством:

Льётся, льётся песня Хэде Над рекою и лесом, Край родимый затаился, Чуду этому внимая.

...Этот дивный танец — Хэде, Танец тела и души.

Судьба поэта и гражданина навсегда связана с судьбами свое го народа и великой державы. И потому у него возникают чувства гордости и радости, горечи и тревоги. У поэта возникают глубоко философские вопросы:

Жаль, не смогут на мои вопросы Дать ответ ни люди, ни народы... Но рассудят всё довольно просто Время и эпоха через годы.

Поэт безмерно счастлив тем, что создаёт художественные об разы на родном языке и вносит вклад в развитие эвенской лите ратуры:

...Но останутся всем вам — В мыслях, чувствах и строке — Мной рождённые слова На эвенском языке.

Эвенская литература сильна поэзией, и известны имена та лантливых поэтов. Огромный вклад А.Кривошапкин внёс в раз витие прозы в эвенской литературе, которая именно в его твор честве прошла путь (с 60-х по 80-е годы) от рассказа к повести и роману.

ВАРВАРАОКОРОКОВА В прозе А.Кривошапкина на сегодняшний день, условно, конеч но, можно выделить три этапа. Первоначальным этапом в твор ческом пути писателя является его детская проза. Несомненно, что Андрей Васильевич имел предрасположение к литературно му труду, увлекался произведениями своих предшественников — Н.Тарабукина, П. Ламутского, дай вообще художественной лите ратурой. С другой стороны, он также стоял перед необходимос тью. Юный Кривошапкин в то время был учителем эвенского языка и литературы, и у него катастрофически не хватало материала. Так он начал писать рассказы о маленьком эвенском мальчике — Апоке. Автор не забросил свой труд и множество мозаичных ма леньких рассказов сумел собрать в единый сюжет, впоследствии переросший в повесть из рассказов — «Сын Чиктикана». Главный герой рассказов Апока знакомится с взаимоотношениями людей, познаёт окружающий мир. Автор перед нами раскрывает прекрас ный мир детства. Апока помогает взрослым, открывает беско нечно интересную жизнь природы и зверей, учится их любить и беречь. Автор показывает удивительные взаимоотношения меж ду родителями и детьми. У эвенов, оказывается, есть обычай на зывать отца семейства по имени его сына, например, Чиктикана зовут — отец Апоки. Здесь чувствуется уважение людьми чело века, имеющего детей, ребёнок —это продолжение рода. В семьях родители никогда не кричат на детей, не ругают, тем паче не бьют, относятся к ним бережно и любовно. Ребёнок всегда нахо дится рядом с родителями, которые ему передают всё то, чему научились сами за всю жизнь. И Апока с малых лет растёт умелым пастухом и охотником. У эвенов, оказывается, очень сильна на родная педагогика, к традициям которой только сейчас пытаемся вернуться. В рассказах, названных кличкой оленёнка «Тооса-па чаан», главным героем является сам оленёнок. На окружающий мир мы смотрим глазами маленького оленёнка. Он точно так же, как и человеческий детёныш, учится различать «что такое плохо», «что такое хорошо». При этом рассказ удивительно лиричен, ав тор к герою относится с любовью, юмором, его интонация мягка и лирична. В рассказах для детей А.Кривошапкин пишет доходчи вым языком о самом сокровенном: о родном крае, его богатстве и красоте, его людях. Писатель рассказывает увлекательно, его произведения — это действительно прекрасный подарок для всей детворы.

Второе восхождение писателя — это его повести 80-х годов.

Появление повестей эвенского писателя стало со всех сторон примечательным событием. Во-первых, это первые крупные про заические произведения в истории эвенской литературы. Во-вто рых, писатель смело взялся за современную тематику, которая, как отмечают исследователи литератур народов Севера, даётся БЕРЕГ СУДЬБЫ писателям трудно. Повести отличает остроконфликтность, увле кательный сюжет и проникновенность в характеры.

В первой повести «Уямканы идут на север» молодой специа лист Аркадий сталкивается с бесчинствующими руководите лями совхоза, которые поглощены интересами лишь личного блага. Они безжалостно уничтожают зверей. При этом зверьё вступает с ними в неравную схватку — в руках браконьеров вся современная техника от ружей автоматов до вертолёта. В по вести переплетается сюжет о вожаке уямканов, Однорогом, который озабочен вопросом о сохранении своего стада, и до конца борется за это. Писатель отлично знает повадки, пове дение и, если так можно выразиться, психологию зверей, на мир и людей на этот раз смотрит глазами Однорогого. И надо сказать, в его глазах человеческое общество выглядит неваж но. Этот сюжет усиливает философское звучание повести.

Здесь как будто противопоставлены руководители животного и человеческого миров. Тогда как Однорогий чувствует ответ ственность за всех, человеческие руководители всё более от даляются от интересов своих сородичей.

Во второй повести «Белая дорога» («Олени моего детства») тот же непримиримый конфликт между молодым специалистом и ру ководителями, привыкшими жить по своим собственным законам.

Также писатель здесь показывает, что современная жизнь эве нов всё более катится по наклонной вниз. Оказывается, для вы полнения плана на убой всегда отправляют самых лучших, рос лых оленей. А это, конечно, нарушает генетические данные оле ней, которых предки эвенов через века сумели довести и сберечь.

Не будет оленей — не будет и эвенов, потому что они потеряют своё исконное занятие. Гена оленей спасает от убоя, но это лишь частный случай. Он одинок в своей борьбе, остальные впали в тупое безразличие или отсиживаются в тиши, боясь руководства.

А его противники очень сильны, это целая коррумпированная бан да. Мне однажды сделали замечание о том, что напрасно делаю такие выводы, так как Андрей Васильевич, сам будучи партийным работником, не мог критиковать партию. Конечно, я согласна с тем, что в повестях А.Кривошапкина нет изобличительного пафо са. И всё же принадлежность партии не помешала писателю, и он сумел показать болезни застойного общества, которые охватили всю страну и дошли до её дальних уголков. Писатель в повести всё время задаётся вопросом, как эвены дошли до такой жизни.

Интересны решения автора, которые заключены в финалах по вестей. В первой повести налицо наивность художественного решения проблемы. Так, на помощь к Андрею приезжает партсек ретарь, который по замыслу автора, видимо, и должен решить вопрос. Таким образом, хотя финал повести остаётся открытым, ВАРВАРА ОКОРОКОВА появляется надежда на то, что Аркадий одержит победу. Финал второй повести сложен. Так, Гена в тундре один сталкивается с волками. Однако и здесь есть варианты. В первом случае вдруг за спиной Гены слышится лай собаки, и читатель уверен в том, что он останется жив. В переводе на русский язык повесть заканчи вается так: «...человек шагнул навстречу волкам.....Такой траги ческий финал символичен и показывает безвыходность положе ния Гены в своей борьбе, и он не может одержать победу.

Третий этап зрелости, как самого писателя, так и эвенской ли тературы в целом, связан с его романами. О романах А.Криво шапкина можно говорить много и многое, но в рамках одного вы ступления нет возможности развернуться на столь серьёзную тему, и ограничусь лишь общими фразами. Романы А. Кривошап кина «Берег моей судьбы» и «Золотой олень» наряду с романом П. Ламутского являются первыми романами в эвенской литера туре. Диапазон возможностей романного мышления у автора широк—это и историко-революционный, и социально-нравствен ный роман. Романы отмечены как первые книги. На мой взгляд, «Берег моей судьбы» вполне законченное произведение. Но если писатель в продолжении произведения намерен показать следу ющие 30-е — 40-е годы, то это будет большим достижением в отечественной литературе. Потому что именно показ этих лет в младописьменных и молодых литературах не смог перерасти в жанр романа, а причины тому известны. В романе великолепно выписаны жизнь, быт, занятие народа, который живёт в суровых условиях Севера. Но этот народ поставлен историей перед аль тернативным социальным выбором. Богач Байдычан понимает, что ему не дано срединного пути. Показаны русские и якутские бело бандиты, доведённые до отчаяния и потому не знающие меры в своих преступлениях. И потому замечательно то, что эвенские богачи, видя исход борьбы, бегут с поля боя и возвращаются до мой. В этом видим то, что классовое противоречие у эвенов вы ражено не только сильно: у них более сильно чувство принадлеж ности к родному краю и единства со своими сородичами. У романа лирическое название — «Берег моей судьбы», что, видимо, пред полагает автобиографическое продолжение.

В романе «Золотой олень» отображены проблемы современного Севера. Главный герой романа Айняри озабочен вопросами воз рождения исконных эвенских традиций бытия и занятия. Роман дышит сегодняшним настроением, ибо постановка таких проблем стала возможна в наши дни. В романе видим, как опять перепле таются сюжеты о человеке и олене. Подобно тому, как Айняри своими светлыми помыслами и деяниями возвышается среди со временников, также белый, золотой олень Гелтаня своей красо той, статью, умом и поведением выделяется из стада и показан БЕРЕГСУДЬБЫ как действительный вожак оленей. Определение «золотой» сим волично, так как на современном этапе вопрос об оленях стоит очень остро, и лишь относясь бережно к такому оленю как Гелта ня, можно их сохранить. Это относится и к человеку. Ведь и таких людей, как Айняри, действительно болеющих за судьбу народа, можно назвать «золотыми». Хочется и поспорить с автором. Так, в романе писатель целенаправленно раскрывает психологию оле ня Гелтаня. Говорят, самым умным животным является обезьяна, но когда смотришь на её повадки, хочется отказать ей в этом пра ве, А поведение оленей и их молчаливость наводят на мысль о том, что они всё время о чём-то думают. Но вряд ли можно согла ситься с тем, что они так же, как и люди, размышляют логично, концептуально. Тогда нам жить было бы намного труднее и даже страшнее. Но, как известно, в истории художественного мышле ния это явление устойчиво зафиксировано. И не только в фольк лоре, но и в литературе. Так, в литературе Средней Азии распрос транено воспевание коня, который также становится темой от дельного произведения и сюжетным переплетением в прозаичес ких произведениях. Роман А.В.Кривошапкина не закончен, и раз говор о нём ещё впереди.

Рассмотрев прозу А.В. Кривошапкина, приходишь к интерес ным выводам. Во-первых, интересна концепция и эволюция ге роя. В его произведениях первоначальным героем писателя яв ляется ребёнок — и отсюда, как следствие, восхищённый взгляд автора на мир. Затем главным героем его повестей становится молодой человек, вступающий в конфликт с этим несовершен ным миром, и вместе с тем осложняется и углубляется взгляд писателя на общество. Также молодой герой вселяет в читателей уверенность в завтрашнем дне. Если молодое поколение непри миримо с недостатками, то у такого общества есть будущее — таков оптимизм повестей А.В. Кривошапкина. И далее в романах, естественно, главным героем становится зрелый человек, но глав ное внимание писателя акцентировано на показе жизни народа — это рассказ о судьбе северного народа. Значит, в романах вы страивается целая концепция писателя об истории, о жизни и судьбе народа.

Во-вторых, в творчестве А.В. Кривошапкина выявляется ещё один главный герой — северный олень, истинное дитя природы, присутствующий во всех произведениях писателя. Это также вид но и из названий произведений: в рассказе — «Тоосапачаан», в повести — «Олени моего детства», в романе — «Золотой олень».

Эти два героя писателя всегда идут вместе. Рассказам о малень ком мальчике Апоке соответствуют рассказы об оленёнке Тооса пачаане. Затем переплетаются судьбы эвенского народа и его оленей, В повести «Олени моего детства» возникает угроза ис ВАРВАРА ОКОРОКОВА чезновения оленей и соответственно также неладно и в челове ческом обществе. Восхищение и любовь к оленю несут и романы, в которых даётся подробный рассказ о нём. Но иногда возникает и такое чувство, будто писатель увлекается. Например, автор опи сывает, если так можно выразиться, интимную жизнь оленей, сво еобразную эротику. Но поразмыслив, приходишь к выводу, что автор прав и показывает действительность. Интимная жизнь лю дей тщательно скрыта от чужих глаз, а вся жизнь бедных оленей проходит на глазаху людей. Но всё же люди и олени не антоганис ты — большие и малые дети природы, живущие во взаимопонима нии, согласии и любви. И получается так, что А.В. Кривошапкин как бы создал целый эпос о своём народе и его вечном спутнике — олене. И это является отличительным свойством творчества эвенского писателя.

БЕРЕГ СУДЬБЫ Николай ТОБУРОКОВ ЭВЕНСКОЕ ВИДЕНИЕ МИРА В литературоведении давно существует понятие «национальные образы мира». Можно напомнить общеизвестный труд Георгия Га чева «Национальные образы мира». И учёные, и исследователи по казывают, как в искусстве, литературе разных народов по-разно му изображаются, скажем, конь, овца, солнце, деревья, цветы, ка кой разный смысл они вкладывают в понимание категорий време ни, пространства, вселенной и т.д. И это действительно так. На пример, народ саха, когда воспевает красоту, изящность женщи ны, сравнивает её походку с «трёхтравой кобылицей», а в Индии, с походкой... слона. Разумеется, ни одна русская женщина не при мет подобные уподобления её с этими животными за комплимен ты. Если сложить все такие национальные образы того или иного народа в определённую систему, мы получим представление о на циональном видении мира. И мне хотелось бы попытаться дока зать это на примере творчества эвена Андрея Кривошапкина.

Сам же Андрей Кривошапкин на мои подковыристые подшучива ния: «Какой же ты сейчас эвен? Ты уже можешь себя считать моск вичом? (Он долгое время жил там, будучи депутатом Верховного Совета РФ и представителем Государственного собрания Ил Ту мэн. — Н.Т.) К тому же, все твои крупные произведения в прозе существуют только в переводе на якутский язык» — неизменно совершенно серьёзно отвечает;

«Я — эвен. Я всё вижу глазами эвена». Конечно, национальное самосознание играет одну из глав ных ролей в создании национальных образов. Тем более, что при знания типа «я — эвен», «я — саха», «я — русский», «я — эвенк» и т.п.

встречаются довольно часто в произведениях многих поэтов и пи сателей. Сейчас у нас в республике часто цитируют слова молодо го поэта Уххана: «Я — саха, и тем прекрасен». Есть подобное про изведение и у Кривошапкина:

Я—ЭВЕН Я — эвен, и тем горжусь. Языком своим горжусь, Все заветные слова В нём с волненьем нахожу.

НИКОЛАЙ Т0БУРОК0В Он сумел в себя впитать Глубину и широту, Всё, что мне пропела мать, Её душу и мечту. Веру в будущность свою, В возрождение своё... Пусть не всё я допою, Сердце вдруг замрёт моё, Но останутся всем нам — В мыслях, чувствах и строке — Мной рождённые слова На эвенском языке, (Здесь и далее, где особо не оговорено, все стихи даются в переводе В.

Фёдорова. — Н.Т.) Одним из главных своих отличий как писателя он считает род ной язык. В этом есть глубокий смысл, хотя звучит как повторе ние общепринятой истины — без языка нет нации. Обычно о чело веке, не владеющем языком своей национальности, говорят как о неполноценном представителе, несмотря на то, что он без вся кого сомнения относит себя к той или иной нации. Здесь мы име ем дело с чувством национального самосознания — любой чело век имеет право на это. Когда же речь идёт о национальном ха рактере, национальном видении мира, то часто берут какой-ни будь один из его элементов и начинают абсолютизировать. Так, у народа саха есть культ коня, его обожествление, очеловеченное его изображение, воспевание, использование его описания в об разно-выразительных средствах литературы и т.д. Тут законно возникает вопрос: «А казахи? А киргизы? А монголы? А народы Кавказа? Разве они меньше любят коней?» Этот перечень можно продолжить бесконечно. То же самое с оленем. Если взять за един ственную основу своеобразия эвенов их отношение к оленю, сра зу же посыплются аналогичные вопросы: «А эвенки? А юкагиры?

А чукчи? Разве они не любят оленей?» Очевидно, речь должна идти о сочетании разных характеристик национального понимания мира, вселенной, о комплексе признаков, отличающих тот или иной народ. И Андрей Кривошапкин не без основания главным из них считает язык. Это общепринятое мнение, оказывается, рож дено более глубокими причинами.

В 1996 году в газете «Кыым» («Искра») была откуда-то перепе чатана (источник не был указан) статья Геварда Бравина «Родной языки мозг. Интересное открытие японского экспериментатора».

В ней изложена суть концепции профессора Гаданобу Цунода о связях владения родной речью и восприятием окружающей сре ды. Профессор экспериментально определял реакцию на одни и БЕРЕГСУДЬБЫ те же слуховые стимулы у японцев и неяпонцев. У первых гласные звуки родной речи, смех, плач, жужжание насекомых и другие ес тественные источники звуков вызывали доминантность (то есть активность) левого полушария, а у представителей других наро дов — англичан, французов, испанцев и т.д., наоборот — правого полушария. Они были схожи при восприятии речевых сигналов — доминантность левого полушария оставалась общей. Для под тверждения своей теории профессор Цунода проверил людей разных национальностей, для которых до девяти лет японский язык был родным, но позднее они стали говорить на другом язы ке. Их реакция была такой же, как и у японцев, хотя они считали себя принадлежащими другой национальности. Учёный пришёл к следующему выводу: «Я считаю, что родной язык дифференциру ет приём, освоение, ощущение и понимание человеком звуков, поступающих из окружающей среды. Родной язык тесно связан с развитием эмоционального механизма в мозгу. Я полагаю, что приобретаемый в детстве родной язык тесно связан с формиро ванием уникальной культуры и психического склада каждой этни ческой группы».

Здесь уместно ещё раз напомнить один из постоянных мотивов в произведениях Андрея Кривошапкина — олени, привыкшие к эвенской речи, пугаются человека, говорящего на другом языке.

Вспомните, как мудрый Этикэн (роман «Золотой олень», 1990) объяснил Кирилке, забывшему родной язык, почему друг детства Гелтаня, белоснежный красавец-олень, не признаёт его: Кирилка перестал с ним общаться на эвенском языке.

Или перечитайте миф о братьях эвенах, впервые приручивших диких оленей и как те от страха убежали при звуках незнакомой речи — одульской. Я не психолог, тем более не экспериментатор-физиолог, однако в утверждениях эвена-писателя и японского профессора нахожу общее — овладение родным языком в детстве определяет наци ональное своеобразие видения мира. В данном случае — эвен ского. Андрей Кривошапкин «выкупан» в купели родного эвенского языка. И теперь, независимо от его личной воли, он владелец «уникальной культуры и психического склада», о которых пишет профессор Цунода, впрочем, как и все его соплеменники, овла девшие эвенским языком в детстве. Таковыми людьми являются все представители любой национальности, знающие родной язык, как говорится, с колыбели.

И это несмотря на то, что песни некоторых народов Севера, та ких, как саха, имеют меньшее разнообразие, интервал редко до ходит до кварты или квинты (разница 4 — 5 тонов), и кажутся ев ропейцам монотонными и даже заунывными.

Кроме того, в любом языке веками накапливается своя систе ма образных выражений, сравнений, приёмов очеловеченного изображения, подсказанная жизненным опытом и средой обита ния. Но она у разных писателей, если они мастера своего дела, имеет присущие только им отличия.

Например, творчество поэта эвена Николая Тарабукина отли чается самобытными образами, солнечным, светлым видением мира. Когда был маленьким, пишет он, сидел в люльке в гнилуш ках, как жук-древоточильщик, был голым, как червячок, ползать начал, как паучок, и когда научился говорить:

Я птичек полюбил, У птичек взял себе я песни, Теперь есть песни у меня.

(«Когда я был маленьким», пер. В.Цинциус) Тьма для него символ зла, а свет, солнце — символ новой счас тливой жизни. Развивая дальше эти образы в систему, Н. Тарабу кин приветствует красную тучу, изгнавшую, «словно вороньё», кулаков, и расцвет земли: под теплом и светом, где раньше было пусто, вырос лес, зазеленела трава («Ленина закон пришёл»). Для передачи своей новой позиции, любви к новой жизни он пользует ся образом охотника:

Я по Ленинскому пути иду, Я сошёл с тропы, На которую, дед, Направлял меня ты.

Поэтому, если он раньше оставлял свои следы на снегу, то теперь;

А теперь полюбил я писателей.

Максим Горький, твой след меня захватил, По бумаге я начал шагать, Создавать стал книги для чтения.

(«Я новым человеком стал», пер. В.Цинциус) Национально своеобразны и другие образы: медсестры «как бе лоснежные куропатки», любимая появляется «как песец видень ем белым», русская кажется ему «золотой девушкой», планер для него воздушный верховой олень катачан... Как первый нацио нальный поэт эвенов, Н. Тарабукин тесно связан с фольклором, его художественной системой. Не случайно в стихотворении «Бо гатыри земли советской» поэт пользуется характерным для эвен ского эпоса припевом в песнях героев «суден — эден — эдиде гэн», повторяющимся после каждой строфы.

БЕРЕГСУДЬБЫ _ ^Поэзию Н.Тарабукина нельзя спутать ни с какой другой поэзи ей. У него многое перенял и дальше развил его соплеменник Ва силий Лебедев. Он тоже, как и Н.Тарабукин, заявляет:

Я подружился с лесными птичками, Впитал в себя Живое дыхание Живой природы.

(Подстр. перевод) Но если его предшественник Николай Тарабукин писал стихи «без рифм, без привычных для русского языка строгих стихотвор ных размеров», то Лебедев, как и Платон Ламутский, ввёл в эвен скую поэзию относительную разносложность, рифмы, пользовал ся всеми доступными средствами звуковой инструментировки русской и якутской поэзии. При этом многому научился и у Н. Та рабукина, который умел передавать душевное настроение героя, своё авторское отношение «не только средствами языка, но и поэтической ритмикой». Его поэзия тоже полна характерных для северян образов, подсказанных окружающей природой. Поэтому дымок от курения сравнивается с «тенью бегущих оленей», «луна запутывается в сетях облаков», горные хребты сбегаются как «плотное стадо серых оленей», белые ночи «нежны как костный мозг», лирический герой хочет «свить маут из солнечных лучей», чтобы смогла заарканить его понравившаяся ему девушка. В то же время В. Лебедев часто прибегает к характерным для совре менной якутской и русской поэзии метафоричности. В его поэти ческом восприятии дни и годы летят над ним, и в шелесте их кры льев он слышит песню гор, лесов. Поэт пролетает над родными горами и видит:

Внизу горы Яны, Сгорбясь, бегут, Нося на плечах Мои детские годы.

В. Лебедев в стихотворении «Радуга из бисера» гордится тем, что искусство его народа соединяется с радугой искусства мира. И это, безусловно, так. В литературах народов России, да и всего мира, отчётливо слышна мелодия поэзии эвенского народа, представленная хотя и немногочисленными, но ярки ми талантами. Стихотворения и поэмы В.Лебедева занимают значительное место.

Одно время с ним жил и творил аксакал эвенской литературы Платон Афанасьевич Степанов — Ламутский, подхвативший эс НИКОЛАЙТОБУРОКОВ тафету из рук самого Николая Тарабукина. Соавтор нескольких поэтических сборников, в том числе и для детей, но вершиной его творчества стал роман «Дух Земли» (1987) — подлинная энцикло педия дореволюционной жизни эвенов. Автор отразил своеобраз ное видение мира пожившего в труднейших условиях северной тайги кочевого эвена. Лирический герой П. Ламутского, как и его сородичи, основным достоинством мужчины считает умение мет ко бросать маут, быстро и споро собрать в кучу разбежавшееся оленье стадо, удачливость в охоте. В то же время как эвен, на собственной судьбе почувствовавший великое благо, принесён ное малочисленным народам Севера советской властью, он ис кренне, от всей души воспевает Ленина, его учение, партию. Поэт интернационален. В романе же с глубоким знанием обычаев, ве рований, уклада жизни эвенов конца XIX — начала XX века он со здал колоритные, самобытные, национальные характеры Марка ни, Этэйлэ, Тинькани и многих других. Ламутский художественно убедительно рисует начало приобщения эвенов к другой культу ре, общечеловеческий прогресс захватывает и их жизнь. Буду щая судьба их лишь угадывается.

Платон Ламутский национальное, эвенское видение мира вос создаёт не только этнографически точным воспроизведением образа жизни своего народа, но и склада мыслей, поведения, иерархии взаимоотношений в семье, в роде (роман «Дух земли»).

Его поэзия искрится мягким, добрым юмором, лёгким подтруни ванием над героями. Всё это в какой-то мере перенял и Андрей Кривошапкин. Но, думается, что влияние на него старшего това рища, учителя подкреплялось и в процессе частых общений с ним.

По общему признанию, Ламутский был превосходным рассказчи ком. Часто они касались проблем выживания эвенов, воспитания нового поколения. Так буквально из уст в уста передавалась свое образное ощущение, видение мира между двумя выдающимися представителями эвенской литературы.

К сожалению, в переводах стихотворений А.Кривошапкина та кое своеобразие чувствуется меньше. Раскрыть это в полной мере под силу только эвеноязычному исследователю. Тем не менее «эвенский дух», эвенское видение мира, безусловно, ощущается отчётливо. Его переводчик, к слову сказать, писатель очень вы сокой культуры, В. Фёдоров на мой вопрос: «Чувствовали ли вы, когда переводили, что автор эвен?» — ответил однозначно, как давно вызревшее мнение: «Да». Потом, внимательно читая сбор ник переводов поэтических произведений Андрея Васильевича, я убедился в его правоте. Это видно не только из вышеприведён ного стихотворения «Я — эвен», но и в чётко улавливаемом чув стве национального самосознания, выраженного в произведени ях на совершенно разные темы.

БЕРЕГСУДЬБЫ Разве не перекликаются с последними строками романа «Зо лотой олень» эти слова?

Не алмазным блеском ослеплённый, А от горя потерявший след, Бродит мой сородич потрясённый, Как изгой на собственной земле.

Стойте, о великие народы! Где ваши великие умы? Дух земли, что будет через годы? Что оставим детям мы?

Эвенским видением мира пронизаны произведения, посвящен ные родным местам автора, подсказанные пережитыми им лично моментами биографии («Земля предков», «Илуму», «Здравствуй, мама!» и др.). Переводчику удалось передать и общий дух образ ной системы поэта. Например, когда встречаешь сравнения: «и машины, как олени, мчат», «здания темнеют, как гольцы, где мои гуляют уямканы», «вы бьётесь, словно вы самцы оленьи», «ведь волны без рогов — не ухватиться», «как лучшая музыка гор», «пле щет тундры доброта» и т.д., я как читатель сразу ощущаю, что этот поэт из другого племени. Во всяком случае, такой системности образов, связанных с темами «олень», «горы», «тундра», в якутс кой поэзии нет, есть лишь отдельные обращения. А как самокри тичен и в то же время предан своему народу писатель в стихотво рении «Эвены». Вначале он как бы смотрит со стороны: об эвенах говорят порой нелестно — «недалёкумом и тёмен духом», «нелю дим и замкнут постоянно». Автор не отрицает: возможно, бывает и такое, но говорить так о народе, по его справедливому мнению, «просто грех великий». И с этим не согласиться нельзя. Он не бо ится привести весьма распространённое, например у саха, мне ние о том, что эвены вспыльчивы, в какой-то мере обидчивы. При этом даёт очень убедительное объяснение:

И гнев его, скорей, похож на пламя, Что вспыхнуло и тут же угасает.

Зато эвен в любом пути надёжен, Погибнет сам, но не предаст другого.

Если понятие «путь» расширить как путь в науку, медицину, тех нические знания, культуру, то лучше об эвенах не скажешь. Наци ональный характер эвена сохраняется, в какой бы отрасли на родного хозяйства он ни работал. Поэтому нельзя не принять по желание поэта своему народу:

НИКОЛАЙ ТОБУРОКОВ Пускай же мой певучий древний говор Сливается с другими языками, Пускай живут эвены, не скудея, И звон рогов оленьих умножают.

Последняя строка говорит о многом. Эвен, давно живущий вдалеке от родных мест, даже в Москве, в своём национальном видении мира будущее родного народа всё равно связывает с оленеводством.

В данном случае, думается, проявляется другая грань видения окружающей действительности глазами эвена. Как верно заме тила В.Окорокова, в творчестве Андрея Кривошапкина мир человека и мир оленя существуют параллельно, рядом. По её мнению, писатель создал своеобразный эпос об олене. Этот эпос можно было бы начинать с мифа о приручении диких оленей звеном, включённым в роман «Берег судьбы».

Один из главных героев романа — бедный эвен Нэгэ — в один из голодных вечеров поведал сыновьям историю о том, как человек помог оленёнку Окэтэчэн, сыночку вожака стада диких оленей Гел таня, белоснежного красавца. Ни месяц, ни гора, ни леса — никто не мог сказать ему, куда исчез его сынок. Лишь волк под страхом смерти подсказал, что оленёнка Окэтэчэн спасло от его зубов двуногое существо по имени Человек. Гелтаня пришёл к Челове ку и в благодарность за спасение сына стал служить ему, дружить с ним вместе с подругой. Так появилось приручённое добротой эвена оленье стадо.

Словно осовременив этот миф, А. Кривошапкин создал цикл рассказов «Мой оленёнок», куда он включил и рассказ «Оленё нок Тоосапачан». В нём он демонстрирует постепенное приру чение уже не дикого оленя, а сына важенки Бугдынжа по имени Тоосапачан.

Сначала оленёнок, как и его дикие предки из мифа, хочет быть сам по себе. Он не верит, что пастух Тумээ добрый, так как он собирается ездить на нём, когда он подрастёт, приучит возить тяжести. Но после того как Тумээ спас его от собак, орла, вол ка, вытащил из стремительного потока реки, Тоосапачан реша ет: «Нет, без человека мне никак нельзя. Он и правда самый большой друг», —думал Тоосапачан, с трудом переставляя ещё дрожащие ножки. «Тоосапачан медленно пошёл навстречу Тумээ.

До сих пор статный олень Тоосапачан дружит с добрым олене водом Тумээ. Многие завидуют их дружбе».

Ну чем не современный миф? Дело ещё и в том, что Андрей Кри вошапкин настолько естественно передаёт переживания оленён ка, как бы глядя на мир его глазами, что ни на минуту не сомнева БЕРЕГ СУДЬБЫ ешься в правдивости этих строк. Потом мы встретим на страни цах романа «Золотой олень» настоящего вожака совхозного ста да, всеми любимого белоснежного оленя по имени Гелтаня. Чув ствуется, что и сам автор открыто любуется им. Он по воле ав торского воображения тоже очеловечен. Писатель передаёт его размышления, переживания не только из-за разрушенных, оск вернённых взрывами пастбищ, но даже описывает, как Гелтаня совершает осмысленный подвиг, спасая оленей, — уводит вол ков за собой, хотя ясно понимает, что может и погибнуть.

Автор пишет: «В голове оленя замелькали мысли: «Скоро оза рится утренний рассвет, тогда придут на помощь люди, мой друг Оран придёт». И Гелтаня решает, если волки догонят, принять не равный бой, отбиваясь рогами и копытами. А Оран, увидевший по следам, как волки погнались за вожаком стада, с волнением ду мает: «Где же ты, мой верный друг Гелтаня?» И странно, что такое изображение взаимоотношений оленя, бессловесного животно го, и человека-пастуха в общей ткани реалистического повество вания о быте и жизни современных эвенов воспринимается со вершенно естественно. Это, видимо, происходит потому, что та кой художественный приём помогает читателю глубже понять са мую суть содержания произведения.

Следует заметить, что этот один из распространённых в миро вой литературе способов отражения проблем человеческой жиз ни через восприятие мира животных довольно часто применяет и Андрей Кривошапкин. Он легко, безо всяких искусственных на тяжек, «перевоплощается» и в Однорогого уямкана («Уямканы идут на север»), и в охотничью собаку Кэрэмэс («Берег судьбы»). Ум ная охотничья собака, бегая между деревьями по тайге, фиксиру ет всё, что унюхала, увидела: «Здесь недавно перекочевали люди.

Стойбище, должно быть, где-то недалеко. Этих людей она не зна ет. Что-то хозяина долго нет, видать, далеко отстал». А «воплоща ясь» в самку — однорогого Уямкана, автор от её имени переска зывает воспоминания: какой была в молодости, как лишилась одного рога, куда теперь путь держит...

Своеобразное художественное видение, мышление писателя, несомненно, обусловлено его жизнью в тайге, в стадах, вместе со своими соплеменниками эвенами и их генетической памятью.

«Вживаясь» в разных зверей, Андрей Кривошапкин художествен но использовал не только личный опыт таёжника, но и знания сво его народа о нравах, повадках этих зверей.

Любовь молодых эвенов-пастухов к оленям, преданность делу предков особенно ярко и правдиво показаны автором при описании снежного обвала в горах, когда погибла часть стада. Самоотвер женная работа по спасению заваленных снегом, задыхающихся оле ней говорит сама за себя. Но автор приводит ещё и уникальный слу НИКОЛАЙ ТОБУРОКОВ чай, когда Оран, Сергей и Дима при помощи связанных маутов спус кают на землю чудом оставшуюся в живых, застрявшую на малень ком выступе горы олениху. Причём вначале им пришлось спустить к ней на мауте Орана, чтобы тот, накинув другой маут на животное, медленно опустил его вниз. Принимавший участие во всей этой опе рации директор школы Лебедев, русский из Ленинграда, понимает, что стал свидетелем необычайного случая и, может быть, впервые почувствовал искреннюю любовь и уважение к этим людям: «Ему подумалось, что эти люди достойные, надёжные. Они никогда, ни при каких обстоятельствах не подведут». Такая оценка из уст пред ставителя другого народа звучит убедительно и искренне.

Пользуясь таким же приёмом в форме ознакомления Лебедева с незнакомой ему отраслью, писатель устами пастуха Сергея созда ёт настоящий гимн оленю, Молодой пастух так искренне и с такой любовью рассказывает о пользе оленя, что слушатель невольно вос клицает: «Да вы, Серёжа, совсем как поэт говорите». Здесь уместно вспомнить, что гимны животным слагали многие народы мира. Так, киргизы сложили гимн овце: «Не пропадёшь нигде с овцой:/ Не за мёрзнешь в мороз зимой./ В юрте, покрытой кошмой,/ Или в пути под пургой./ Не пропадёшь нигде с овцой./ Голоден будешь, овцу за режь...» То же самое говорит об олене эвен Андрей Кривошапкин, хотя его личная жизнь впрямую от оленя давно уже не зависит. А говорит так, думает так он потому, что мир видит глазами эвена. Его герой Айняри не соглашается с секретарём райкома Силиным, ког да тот говорит: «Вот сейчас наши олени стали золотыми оленями», — подразумевая дополнительный доход от продажи пантов за ва люту. Он спокойно возражает: «Для оленевода что горные камни, что разбросанные самородки золота, всё едино... Настоящее золо то для него — олень. Золотой олень, ибо северянам жизнь, достаток, счастье даёт только он». И мы чувствуем, что устами Айняри свою позицию отстаивает и сам автор.

Национальное своеобразие повествованию Андрея Кривошап кина придают эвенские сказки, предания, мифы, умело включён ные в его романы. Так, Оран, находясь в палатке Кельтекина, ока зывая ему помощь, вспоминает сказку, которую в детстве слы шал от бабушки. Если на Севере бытует поверье, что северное сияние — это великое множество костров, зажжённых юкагира ми, то эвены в нём видят отсвет следа и тень сказочного бело снежного оленя Гелтаня. Его, как описывается в сказке, хотел ото брать силой у бедных охотников богач Бэлгур. Но когда он попы тался заарканить оленя, Гелтаня взлетел в небо, оставив след в виде полярного сияния, а жадный богач превратился в камень.

Здесь не только мифологическое объяснение явлений природы, но и образно переданный моральный кодекс эвенов —- не будь жадным, не обижай других.

БЕРЕГСУДЬБЫ У эвенов много сказок, схожих по сюжету со сказками других народов. Например, сказка о находчивом и хитром Чургевчане.

Она напоминает и русские, и якутские сказки о человеке, кото рый благодаря своей находчивости и хитрости добивается сы той, богатой жизни. У народа саха есть подобные сказки: «Шут плут в сером зипуне», «Даба Холуусут», «Иван Дуров». Другая сказ ка, пересказанная Байкуном во время охоты сыну Нэгэ Омчени, похожа на якутскую сказку «Хороший Едюйэн». Но лишь похожа.

Это очень оригинальная, национально-самобытная сказка эве нов о своих предках. Так, у каждой из трёх сестёр-лебедей, как и в народных эвенских песнях, есть своя песня — запев. Старшая поёт: «Ээриньчу, ээринчу, ээлундиной, ээлиндин!», а младшая:

«Гивлинчо, гивлинчо, гивлинчо-о». Даже у птички эвенский запев:

«Чипипи,чипипи».

Сказки полны сцен волшебных превращений героев в разных зве рей, птиц, и мир этот фактически един — в нём нет чёткого разделе ния на людей и зверей. Так, видимо, он воспринимался всеми древ ними людьми, в том числе и предками эвенов. По содержанию сказ ки перекликаются с актуальными проблемами сегодняшних дней:

отношение к оленю, знание родного языка, находчивость и муже ство при любых сложных ситуациях. Свою сказку так и заканчивает Байкун: «Вот такими храбрыми, сильными были твои предки, Омче ни». В этом и суть творений народа, воспитывающих у современных эвенов чувство ответственности за свои корни, быть достойными продолжателями добрых традиций своего народа. Если такая идея в сказках и мифах преподносится иносказательно, в несуществую щих в жизни фантастических образах и событиях, то предание о Дар пире и Дайке, о главах двух могущественных родов ламутов в древ ние времена, воспринимается как живой пример отваги и мужества, благородства эвенов.

В один из зимних вечеров, при угасающем свете очага, Нэгэ рассказывает одно такое предание сыновьям. В одиноко стоящем среди безбрежного океана тайги и затерявшемся среди гор илуму звучат гордые слова о предках...

Дарпир был силён и могуч, расставленные им глыбы утёсов сре ди полей стоят, говорят, до сих пор. И Даик был силён и быстроног, играючи догонял и убивал диких оленей, обеспечивая едой всех людей стойбища. Среди эвенов их имена были у всех на устах. И решили они, как и все богатыри, померяться силой: каждый без оружия должен был убить медведя. Предание гласит, что Дарпир, мгновенно повернув в пасти разъярённого зверя твёрдый сук, рез ким броском переломил ему хребет. А Даик, разбудив медведя, пу стился наутёк. Но, выбрав момент, богатырь обернулся и молние носно вспорол живот прыгнувшему на него хищнику. Дарпир, на блюдавший эту схватку, со стыда плюнул. Ему показалось, что его НИКОЛАЙТОБУРОКОВ соперник постыдно уронил честь главы рода. Он не обрадовался, что ему, как оговорено, достанется половина стада Дайка и все его соплеменники перейдут к нему. Но, увидев результат, помирились, обменялись гидами (копьями) и двадцатью отборными оленями.


Оба оказались достойными людьми, не уронили, не осрамили че ловеческого достоинства, чести своих родов.

Нэгэ подробно описывает, как раньше встречались вожди пле мён: сошлись они среди поля (в лесу возможны разные подвохи.

— Автор), молча сели, скрестив ноги, испытующе глядя друг на друга, одновременно зажгли трубки, покурили и обменялись ими (как и у многих народов — знак мира. — Автор). Лишь после этого начали разговор.

Такой обычай соблюдать сдержанность при встрече гостей со блюдается до сих пор:

Встречают гостя, словно дар небес, Хозяин сам идет встречать, Ни слова он при том не говорит.

(«О гостеприимстве». Пер. А. Преловского) Рассказывая предания, Нэгэ в своих маленьких ещё сыновьях пробуждает чувство гордости, что они тоже представители тако го независимого народа.

К использованию произведений устного народного творчества эвенов А. Кривошапкин стал прибегать лишь при создании боль ших жанров прозы. И это воспринимается читателем очень хоро шо. Старик Этикэн, носитель традиций и обычаев древних эвенов в наше время, и Нэгэ, один из многочисленных глав семей эвенов в прошлом, осуществляют свои функции в сложной иерархии вза имоотношений эвенского племени.

Многие из этих сказок, преданий автор слышал в детстве от старших, а впоследствии изучил в научных трудах своих коллег.

Произведения эти им художественно обработаны и играют боль шую роль в раскрытии характера героев романа и в получении общего представления о духовной культуре эвенов.

И, наконец, в художественной системе эвенского видения мира Андрея Кривошапкина одно из главных звеньев составляет его понимание национального характера соплеменников и осмысле ние исторических судеб своего народа. Писатель, наделяя теми или иными чертами персонажей, даёт понять читателю, что он не любит и что ему не нравится в характерах сородичей.

Он с болью в сердце, но с чувством жалости и сочувствия пи шет об алкоголизме среди эвенской молодёжи. У него нет деталь ного описания пьяных оргий, даже о Степане («Олени моего дет ства»), опустившемся от оленевода до чернорабочего, говорит БЕРЕГСУДЬБЫ намёками. Любит выпивать отрицательный герой Хадар Болги тин из этой же повести. Но когда в романе «Берег судьбы» автор переходит к описанию быта богачей, бандитов, то он безо всякой жалости, с брезгливостью создаёт сцены спаивания рядовых чле нов рода, будьте эвен или человек другой национальности. Как правило, пьют горькую нелюбимые им герои.

До чего доводит человека пьянство, автор показывает в эпизоде встречи алкоголика-драчуна Паваланжи с Геной Умтичаном в мага зине («Олени моего детства»). Беспробудный пьяница посёлка, не раз избивавший односельчан, однако получает отпор и с позором убегает. Рассказ о его жизни — типичное явление в судьбе таких лиц: приставая к редко приезжающим домой оленеводам, месяца ми пьянствует за чужой счёт, иногда обкрадывает своих собутыль ников, порою избивая беспомощных. Изредка навещая дом, даже не обращает внимания на истомившуюся без мужа жену, днями и ночами отсыпаясь на мягкой постели. Единственный, кто может ему противостоять — Гена, любящий свою семью, всегда трезвый.

По мнению автора, плохие и хорошие эвены также отличаются по своему отношению к женщине, к вопросам любви.

Повесть «Олени моего детства» начинается с утренних впечатле ний Архипа Степановича Юрюкчэнова, к которому приехала его жена после месячного отдыха в Цхалтубе: «Не смотрите, что у него в воло сах седина пробивается, старик после месячного воздержания встретил жену со страстью молодого парня... Зато утром проснулся в сладкой истоме, как человек, утоливший свою жажду ожидания».

Даже такой невинный намёк по сравнению с тем, что пишут сейчас о сексе некоторые якутские и другие писатели, является, как раскры вается дальше, одной из примет плохого человека. Мы узнаём, что Юрюкчэнов ради карьеры готов выполнить план любой ценой и на деется на соответствующее награждение. Не случайно Хадар Бол гитин выведен любовником подчинённой ему работницы, жены пас туха Кеши. Таким же аморальным обрисован Байдычан («Берег моей судьбы»), который совращает дочь своего сородича — богача Нээ дэми, а затем просит выдать её замуж за своего работника Байкуна.

Это является дополнительной отрицательной характеристикой об раза врага советской власти.

Другие герои очень целомудренно относятся к вопросам любви.

Это в основном те, которые трактуются автором как примеры для подражания. Таков Айняри, имеющий уже взрослых детей;

на него похож Гена Умтичан, умеющий успокаивать рассерженную от бес причинной ревности красавицу-жену Клаву. В остальные же дни в доме царят любовь и мир. С нежностью относится к своей жене Иде другой положительный герой из повести «Уямканы идут на се вер» — Аркадий Кириллов. Их объединяет не только дом, но и об щие интересы. Ида, будучи преподавателем биологии, увлеклась 2. НИКОЛАЙ ТОБУРОКОВ судьбой уямканов и этим заразила мужа. Поэтому даже во время минутной размолвки за столом они не перестают переживать друг задруга.

Интересно, что Андрей Кривошапкин всегда воздерживается даже от малейшего описания любовных сцен между своими любимыми героями. Зато со всеми подробностями передаёт секс между Бай дычаном и дочерью Нээдэми. В этом сказывается определённая ав торская позиция. А какая чистая любовь у Нямгита и Кати! Нямгит, работая в бригаде Орана, целых три года безответно любила его.

Только чистая случайность раскрыла ему глаза на незамеченную им раньше красоту девушки, когда Оран нечаянно увидел купающуюся нагую Нямгит. Так возникает счастливая семья современных эве нов. А у Кати с Сергеем пока ещё всё впереди, они ведут себя очень скромно. И как истинная эвенка, Катя не может сама делать актив ных шагов навстречу своей судьбе, И это трогает.

В наши дни увеличение числа холостых пастухов стало од ной из серьёзнейших проблем. Вследствие цивилизации жизнь в посёлках и городах стала намного привлекательнее, чем ра бота в оленьих стадах. И женщин, девушек, желающих рабо тать там, стало меньше. Теперь молодые пастухи вынуждены проводить значительную часть времени без женского обще ния и окружения. Это не только лишает оленеводство буду щих работников, но и накладывает определённый отпечаток на характер и поведение таких парней. А это, безо всякого пре увеличения, — вопрос будущности целой этнической группы.

Читая страницы повестей и романов Андрея Кривошапкина, по священные любви и интимной жизни героев, невольно вспомина ешь его поэтические строки:

Как светла, певуча и прозрачна Горной речки свежая вода, Так душа моих таёжных предков Чистой и простой была всегда.

(«Мои северяне») Лирика самого поэта тоже подобна этим строкам. Одним из про граммных произведений для него является стихотворение «Олень и женщина», в котором лирический герой в оленьем стаде ищет белого оленя «невиданной небесной красоты», но старец, знаю щий толк в оленях, говорит ему:

Пусть твой не ходит горделиво кругом, И неказист как будто из себя, Но будет он и спутником, и другом, И в миг тревожный не предаст тебя.

БЕРЕГ СУДЬБЫ Такова же и красота женщин, утверждает он:

Она в толпе звездою не искрится И не глядит на встречных свысока, И красота её внутри таится Цветком, не распустившимся пока. Она и есть твоя земная сказка, К которой столько лет стремился ты, Живут в ней неоюность, доброта и ласка, И все твои заветные мечты.

В стихотворении «О женщинах» А.Кривошапкин даёт как бы обобщённый портрет эвенки:

У женщины эвенов склад ума и сердца целомудрен средь людей она и деликатна, и тиха. У женщин независим и ровен нрав.

В любви они стеснительны и верны в замужестве, но не боится встать с мужчиной вровень, коль придёт беда. (Пер.

А. Преловского) Таковы критерии красоты северянина, в данном случае эвена поэта. Женщина для него не источник эротических наслаждений и не предмет любования, как часто воспевают женщину поэты Востока, она — источник вдохновения творца:

Я становлюсь орлом могучим От вдохновенных слов твоих, Меня любовь несёт под кручи К вершинам синих гор моих.

(«Зарею юной осветила...») Хотя автор и признаётся, что любит «как предок мой, без слов», всё же ему удалось высказать неповторимые слова о любви:

Женщина — она прекрасна в детях, В нежности жены и в доброте — Главные достоинства на свете — В этой самой высшей красоте.

(« В чём жён красота её таится...») Даже эти короткие отрывки прекрасно характеризуют их созда теля, поэта-эвена.

НИКОЛАЙ ТОБУРОКОВ Но Самое полное выражение эвенского видения мира отражено в романе «Берег моей судьбы». В созданных им образах Нэгэ, Тумээ, Тибы, Омчени он раскрыл самые лучшие черты своего на рода: способность переносить любые тяготы жизни, чувство соб ственного достоинства, верность дружбе. Пожалуй, наиболее ярко изображён бедняк Нэгэ, работник богача Тимпоркита. Он знаток старинных преданий, сказок, удачливый охотник, любящий отец и муж. Но после несчастного случая в горах терпит острую нужду. Если бы не помощь сына Омчени и сородичей по племени, его семья давно бы умерла с голоду. Но, несмотря ни на что, он сохраняет чувство собственного достоинства, и никакие притес нения богача Нээдэми в сговоре с другими не могут заставить его выдать дочь Тати за нелюбимого ею сына Нээдэми, хотя эта же нитьба принесла бы семье Нэгэ материальное благополучие. В этом единоборстве он выходит победителем благодаря наступ лению новой власти и умению держать себя как равный с самыми сильными людьми рода. Приехав в стойбище Корпикая по его вы зову, сразу не идёт к нему, а заходит к знакомому поговорить, по пить чаю с дороги. На повторный вызов хозяина отвечает: «Ста рику передай, что я пью чай. Вначале утолю жажду, пусть немного подождёт». Это было неслыханной дерзостью. А когда Нэгэ за шёл в илуму Корпикая и с ним никто не начал разговор, он, выку рив трубку, собирается уходить. Только тогда хозяева удостаива ют его своим вниманием. На приказ послать маленького сына па стухом к Нээдэми отвечает решительно: «Пока я жив, собствен ным сыном буду распоряжаться сам». И медленно, не суетясь, выходит из илуму и направляется к нартам. Взбешённый дерзос тью работника, которого считал до сего своей собственностью, Корпикай хотел было его схватить, но под дулом винчестера Ту мээ, друга Нэгэ, вынужден отпустить. Нэгэ также с достоинством, не спеша, отряхивает с одежды снег и уезжает к себе. Начавшаяся в центре революция и борьба за советскую власть доходит и до эвенов, словно плугом разделяя их на два лагеря — угнетённых и угнетателей.


Сюжет романа искусно сплетён из реальных исторических со бытий (появление Алексея Семёнова, его письмо к Горькому о судьбе эвенов рода ламынха, об оказании помощи им, его встре ча с Аммосовым, гибель отряда красных на Билире, посещение ламутов Михаилом Новгородовым и т.д.) и художественно выду манных, созданных мастерством писателя. Некоторые истори ческие события А. Кривошапкин ранее использовал в детских рассказах («Рассказы бабушки»), но здесь он их переработал и слил с судьбой героев романа. Произведение насыщено сведе ниями об обычаях ламутов: это обряд медвежьей охоты, камла ние шамана, обработка оленьих продуктов, поверья, обряд при БЕРЕГСУДЬБЫ рождении ребёнка, использование шкуры и костей убитого когда-то белого оленя как средство защиты от злых духов.

Подробный разбор художественных достоинств романа явился бы предметом специального исследования. Здесь же мы ограни чиваемся общей оценкой места романа в творчестве писателя в целом. Но хотелось бы сделать одно существенное замечание.

Дело в том, что при чтении в современных условиях роман места ми производит впечатление излишне идеологизированного произ ведения. На наш взгляд, именно по этой причине почти все богачи ламуты и бандиты выведены как резко отрицательные персонажи.

Автор порой невольно их окарикатуривает, и это не совсем верно.

В среде богатых, зажиточных людей любого народа были и про грессивные, добрые, умные хозяева, истинные заступники своих родовичей. Именно на них, например, в своё время возлагал на дежды А.Е. Кулаковский. Такие же богачи и настоящие хозяева на верняка были и у ламутов. Но в силу требований своего времени автор в какой-то степени не преодолел этот барьер. То же самое произошло, видимо, в идейной трактовке образов бандитов, вра гов советской власти. Например, Константина Гоголева, Тутууйа.

С современной точки зрения, их высказывания и агитация несколь ко упрощены. Историческая же правда состоит в том, что выступ ления против советской власти, несмотря на свои негативные сто роны, имели определённые причины, в том числе и справедливые.

Так, в обращении тунгусской нации к братьям якутам от имени Глав ного управления и Главного штаба партизанских отрядов говорит ся об узурпации власти коммунистической партией, о том, что на стороне советов воюют и русские, окончательно потерявшие даже сознание национальной гордости и патриотического чувства к Ро дине, что не они приведут к спокойной жизни. Далее в обращении высказано отрицательное отношение и к иностранцам:

«Ведь представьте себе, каждый из вас, насколько ужасно для ис тинного патриота-националиста якута и тунгуса быть в руках иност ранцев и жить с их миллионными рабочими в перевороченной нашей дорогой родине и дышать насыщенной нефтью и пылью атмосфе рой». Завершается обращение призывом добиться «независимости нашей родины и наших национальностей». Как видим, эти требова ния нельзя однозначно считать враждебными, в них звучит боль из за несправедливости, проявленной ктунгусам новой властью.

Примечательно, что автор завершает роман уходом Байдычана и Уйбанджи из отряда Канина: «Рядом шли когда-то владевшие большой властью два ламута, по глупости пытавшиеся остано вить наступление нового дня».

Такова судьба эвенского народа в сложнейших условиях нача ла двадцатого века, увиденная и художественно осмысленная эвеном-писателем.

НИКОЛАЙ ТОБУРОКОВ В 2000 году А.Кривошапкин в переводе лауреата Государствен ной премии СССР Анатолия Преловского издал в Москве ориги нальную книжку «Мир эвена, этнографическая поэма». Она пред ставляет как бы поэтический свод правил, обычаев жизни эве нов, излагает их взгляды на разные вопросы бытия. Начинается поэма с описания пути предков автора от моря до моря, об их скитаниях в течение тысячелетий:

Я начинаю главный свой рассказ — Историю эвенов изложу, как понимаю и как знаю я, хотя с недавних пор в моей душе живёт тревога за грядущий день.

И короткими поэтическими мазками рисует жизнь эвенов, их виде ние мира: «О рождении человека», «О родительской любви», «О стой бище», «Об огне», «О жилищах», «О женитьбе», «Об олене» и т.д. Одним словом, читатель получает многогранное представление об эвенах.

Как верно отмечает переводчик, Андрей Кривошапкин «средствами поэзии приобщает нас к миру эвена—к его тревогам, к его истории, к его надежде на выживание в сегодняшнем нравственном одичании, технологической потраве, исторической глухоте общества, уставше го от прогресса». Как говорится, лучше не скажешь.

В этом плане писатель не одинок. Обычаям, нравам своего народа много поэтических произведений посвятили алтаец Броктой Бедюров («Песня благопожелания молодожёнам», «Песня при выделке кожи», «Слово огню после удачной охоты»

и др.),-тувинец Олчей-оол Монгуш («Отувинском радушье», «Три белизны», «Три быстрых вещи», «Материнская рука» и др.), якут Алексей Кулаковский и т.д. Поэтому можно считать это явле ние типологически общим для многих литератур. Но в данном случае Андрей Кривошапкин в своей поэзии стал первооткры вателем. Своей этнографической поэмой он как бы подводит итог своим многочисленным раздумьям о своеобразии нацио нального видения мира эвенов.

г. ЯКУТСК ^^Ж PI |{$$|)щШ (СОВРЕМЕННАЯ ЭВЕНСКАЯ ПРОЗА^Щ^щ^^^ Ольга ПАШКЕВИЧ ПРОБЛЕМА НАЦИОНАЛЬНОГО МЕНТАЛИТЕТА Слово «менталитет» стало одним из наиболее употребляемых в пос леднее время. Это понятие давно уже вошло в терминологический обиход западной науки. Оно ведёт своё происхождение от латинско го mens, mentis, т.е. ум, мышление, рассудок, образ мыслей и т.д.

Отечественные специалисты, в частности по культурологии, давно уделяют большое внимание исследованию менталитета, особенно успешно в этом направлении работает А.Я. Гуревич. По его определению, менталитет — это представления людей, зало женные в их сознании культурой, языком, религией, воспитани ем, социальным общением. А.Я. Гуревич называет центральное понятие истории ментальности «картиной мира» или «образом мира» («видением мира», «моделью мира»). Изучение концепту ального и чувственного «оснащения» людей данного общества и данной эпохи, по мнению учёного, является обязательным усло вием понимания их поступков.

Художественная литература имеет для исследования данно го вопроса большие возможности. Долгое время над проблемой менталитета в литературе работает Г.Д. Гачев. Он вместо тер мина «менталитет» вводит понятие «космо-психо-логос» или «на циональный образ мира». Для выявления национального образа Г.Д. Гачев берёт национальную жизнь в её целостности: и приро да, и стихии, и фольклор, язык, образность поэзии, соотноше ние пространства и времени и их координат.

Анализ размышлений учёного даёт основания полагать, что для исследования особенностей национального менталитета необ ходимо изучить отношение народа к окружающему миру, особен ности поведения, склад мышления. Рассмотрение литературных текстов в таких аспектах, как индивидуум — семья — общество;

сексуальность — любовь;

религиозность;

тело и душа;

болезни;

радость — счастье — страдание;

страхи и надежды;

праздник;

воз растные особенности;

умирание и смерть;

общение;

чужое и соб ОЛЬГА ПАШКЕВИЧ ственное;

природа и окружающий мир;

пространство, время и история, даст возможность выявить особенности менталитета того или другого народа.

Исследование проблемы менталитета в художественном про изведении, на наш взгляд, невозможно без обращения к теме «че ловек и природа». Что касается Севера, то здесь веками склады валась особая культура взаимоотношений человека с природой, в основе которых лежат прежде всего забота о будущих поколе ниях, ответственность за благополучие и здоровье самой Живой Природы.

Национальное мировосприятие отличается прежде всего тем, как оно трактует происхождение мира и всего находящегося в нём: основной формой общественного сознания до широкого рас пространения в массах научных знаний была мифология. Любая мифологическая тема не обходит вопроса о происхождении и ус тройстве Вселенной. У тюрко-монгольских мифологий мир пред ставляется трёхсоставным. Три мира: Верхний, Средний и Ниж ний — образуют единую систему мироздания.

В эвенской литературе, в частности, в произведениях Платона Ламутского и Андрея Кривошапкина, мы не встретим подробного описания структуры Вселенной. Но здесь присутствуют описания обычаев, ритуалов, которые свидетельствуют о сходстве представ лений древних эвенов об устройстве мира с другими народами Севера, например якутов. Так, эвены считали, что мир создал Все вышний бог неба — овки. Вселенная — нэлбээн — состоит из трёх сфер: Верхнего, Среднего и Нижнего мира. Средний — мир людей, животных, птиц и растений, и он представлялся однослой ным. А Верхний и Нижние миры были многоярусными. Верхний мир имел девять ярусов. Это мир божественных существ или небес ных жителей, где обитают боги Солнца, Луны, молнии и грома. Кро ме того, здесь обитают боги — покровители людей, животных, птиц и растений. В Среднем мире обитали также различные духи.

В нижней сфере — Нижнем мире — Буни обитали злые духи — аринкол и ибдьирил, причиняющие людям зло, посылая различные болезни. «Связь между мирами осуществляется через «отверстия».

Согласно мифу охотских эвенов, существуют две звезды: Утрен няя, заходящая к восходу Солнца, и Вечерняя, заходящая к заходу Солнца. По отверстию Утренней Звезды люди попадают в Верхний мир;

по отверстию Вечерней звезды — в Нижний мир».

Якутский писатель Болот Боотур в своих произведениях пока зал национальный менталитет не только народа саха, но и эве нов. Так, в центре романа «Весенние заморозки» повествование о семье Сергечана Никулина. Он — охотник, ведущий кочевой об раз жизни, глава большого семейства, искусный следопыт, тру долюбивый человек. Однако он часто испытывает чувство вины ДУХ ЗЕМЛИ из-за того, что его дети сидят голодными. Благополучие этих лю дей целиком зависит от удачной или неудачной охоты хозяина.

Сергечан, как истинный, северный охотник, без необходимости никогда не уничтожает зверей. Писатель говорит о главных жиз ненных принципах своего героя следующее: «Да и оленя и друго го зверя, птицу бьёт только, чтобы семье прожить. Из удальства никогда не стреляет. Так велела Айыы». По представлениям эве нов, Айыы — верхнее божество или бог — творец, материальным воплощением которого у тунгусоязычных народов, в том числе эвенов, выступает послед, связывающий ребёнка с его покрови телями (небесными божествами).

После смерти душа человека, аньин, по представлениям эве нов, улетает в страну небожителей, т.е. верхнюю сферу, а не в Нижний мир. Такое восприятие отразилось, например, в романе Платона Ламутского «Запретный зверь». «Правильно сделала, что своевременно к верхним людям отправляется», — говорит Этей ле об умирающей Экичи».

В другом эпизоде упоминается о нечистой силе—абаасы. Подоб ное мировосприятие требовало соблюдения определённых ритуа лов и обычаев. Так, писатель разъясняет функцию красного цвета в национальной одежде. Парни — эвены — носят кафтаны, покрашен ные натуральной охрой, потому что человек в таком одеянии упо добляется духу — иччи священного огня, и тогда ему не страшен не только зверь, но и абаасы. С целью защиты от напастей ребёнку к шубе изнутри пришивают длинную полоску красной материи.

Как и у других народов, у эвенов существовал культ «хозяев»

природы и стихий: тайги, огня, воды, а также особый культ голубо го неба и солнца. Солнце и солнечные лучи мыслились как источ ник жизни. Культ солнца проявляется и в обряде встречи солнца и нового года, и в традиционном танце «ээдьэ» — «дьээрийэ».

Круговые движения хороводного танца эвенов «ээдью» по ходу солнца означали, по предположению исследователя А.А. Алексе ева, «воображаемое магическое солнце, которое брало своих де тей в свой круг, и дети солнца — эвены, радуясь этому, посвяща ли ему танец».

Космологические взгляды эвенов отличает целостность. Чело век и окружающий его мир составляют единство. Это очень точно передал А.Кривошапкин. В момент, когда до ламутов дошли слухи о том, что свергнут «человек-солнце» или «солнце-царь», им каза лось, что «весь мир опрокинется, как гружёная нарта при быстрой езде по склону!» В этом сравнении отразилась и национальная ментальность, и психология северных людей, считающих, что любые изменения коснутся каждого.

Почитался эвенами и Дух Земли — Муондун. Земля счита лась божеством, дарующим жизнь, кормящим всех на Земле су ОЛЬГАПАШКЕВИЧ ществ. Поэтому ей приносили в жертву дээлбургэ — салама, мо локо, кровь, мясо, вино и чай. Эвены также обращались к Духу Земли с просьбами. Например, оленевод Нюку размышляет, как уговорить Духа Земли, чтобы увёл волков подальше от стада (по весть А. Кривошапкина «Белая дорога»).

Копать землю у эвенов было большим грехом. Представление об этом нашло отражение в романе Платона Ламутского «Зап ретный зверь», который А.В.Кривошапкин назвал «энциклопеди ей эвенской жизни начала двадцатого века». Охотник Маркани убеждён, что всё в природе имеет свою душу и требует почти тельного и уважительного отношения к себе. Когда он случайно наткнулся на отторгнутого, по его словам, самой матушкой-зем лей мамонта, то, помня эвенский обычай, никому не говорит о своей находке. И только, будучи пьяным, обещает Явловскому указать место нахождения. Примечателен диалог, показывающий приверженность традициям:

«— Есть слух, что ты нашёл тушу сэлии. Правда ли это?

— Про то я должен молчать. Так обычай велит».

Шаман Нергун считает, что «земля оскорблена», и во всех не счастьях, которые стали происходить с людьми после того, как тушу мамонта стали выкапывать, обвиняет Маркани. Таким обра зом, останки мамонта, о которых рассказал охотник, усложнили и без того нелёгкую участь семьи Маркани, члены которой едва не стали изгоями в своём роду.

В произведениях П..Ламутского и А. Кривошапкина нашёл отражение культ определённых животных. Главным животным для эвенов является олень. У эвенов есть представление о священном олене. Олень, посвященный богу творцу — овки, называется ку-дьай или ытык таба.

У народов Центральной Азии и Сибири в прошлом существо вал обычай посвящать животных белой масти: оленя, коня, быка и козла небесному богу Кудаю. О том, что подобное ве рование было характерно для эвенов, отмечает писатель Ан дрей Кривошапкин. «В древности, — пишет он, — северные люди почитали белого оленя как посланца небес. Всякие бо лезни, сказывают, стороной обходили стойбище, где жили бе лые олени». Не случайно поэт В.Лебедев выбрал название сборнику переводов его стихотворений на русский язык «Бе лый олень». Первое стихотворение в сборнике заканчивается строками:

Легенду, что слышал я в давние годы, Мне не забыть и в последний день: Ведь для поэта преданья народа — Тоже белый олень.

ДУХ ЗЕМЛИ По представлениям эвенов, кудьай — это покровитель челове ка от различных болезней и злых сил. Кудьая имели все члены семьи, рода. Сейчас их специально выбирают из множества оле ней более опытные оленеводы, а в старину это делали шаманы.

Не каждый олень мог быть кудьаем, а только олень с божествен ной отметиной, белой или пёстрой масти, которые имеют Тигок.

Тигок — это комок волос, который иногда встречается под кожей на шее у оленей. Из него эвены делали волосяную верёвку для дэлбургэ. Потом комок хранился в особой вьючной суме — еруклэ, так как считалось, что он приносит счастье хозяину. Та кой олень мог вылечить и даже спасти хозяина от смерти.

У северных людей олень всегда считался основным богатством.

«У кого много оленей — тот и хозяин тайги».

Однако в последние десятилетия влияние современных ус ловий труда и жизни, не совсем верная государственная по литика на Севере привели к тому, что оленеводство как ис конно традиционное занятие эвенов стало для молодых лю дей непрестижным занятием. Проблема возрождения народ ного промысла поднимается в повести А.Кривошапкина «Бе лая дорога». Сокращение поголовья животных дед Семён объясняет отсутствием любви к животным. В совхозе не ос талось хороших мастеров, способных готовить добротные сёдла, а с худыми мучаются и сам пастух, и олени. Получает ся, что и в наши дни, когда есть техника, огромную роль игра ет человеческий фактор. К сожалению, распространённое во времена застоя социалистическое соревнование, обязатель ство по выполнению планов играли отрицательную роль. За состояние дел в совхозе всей душой болеет Геннадий Умчи тан, о чём свидетельствуют строки из его заявления управля ющему Мэтину Петровичу Адитову: «Я благоговею перед людь ми, которые по-настоящему преданы оленю, понимают его и оберегают, видят в нём надёжную опору. И в то же время всем своим существом я ненавижу тех, кто истязает животных, не любя их».

Национальное видение мира накладывает отпечаток в пер вую очередь, по нашему мнению, на стиль повествования.

Стиль вербального взаимодействия проявляется и в нацио нально-стилевых традициях фольклора, и в художественных произведениях, независимо даже от того, написаны они на родном или неродном языке. Такую особенность повествова тельной традиции,как неторопливость изложения,привлече ние богатого этнографического материала, в северной прозе отмечают многие исследователи.

Неторопливость повествования мы обнаруживаем и в романе А.Кривошапкина «Берег судьбы». Писатель подробно описывает ОЛЬГА ПАШКЕВИЧ многие обычаи ламутов: обряд медвежьей охоты, обработку оле ньих шкур, поверья, обряд при рождении ребенка и другие. Несу етливо ведёт себя и главный герой романа Нэге. Это подтвержда ет, например, эпизод, когда Корпикай приказывает ему послать маленького сына пастухом к Нээдэми. Нэге решительно отвеча ет: «Пока я жив, собственным сыном буду распоряжаться сам», медленно выходит из илуму и направляется к нартам. Разозлён ный непослушанием работника, которого считал до сих пор своей собственностью, Корпикай хотел схватить его, но за Нэге засту пился вооружённый винчестером его друг Тумээ. После инциден та Нэге также с достоинством, не спеша стряхивает снег с одеж ды и уезжает к себе.

Возможно, стиль общения проявляется и в так называемой ус тной манере повествования, влияние которой на поэтику младо письменных литератур пока не получило достаточного научного освещения.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.