авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ...»

-- [ Страница 5 ] --

4. Крайне важно проведение профилактических мероприятий с широкими массами населения. Создание резко негативного отношения к наркотикам у значительной прослойки населения позволило бы снизить спрос на наркотиче ские вещества, а это в свою очередь повлекло бы и уменьшение контрабандно го ввоза наркотиков. Еще в конце двадцатого века американскими криминоло гами было доказано, что «мода на тот или иной наркотик» влияет на наркоры нок не меньше, чем спецоперации1.

5. Необходимо ужесточение уголовной ответственности за контрабанду наркотиков. Так как наркотики приносят огромный вред жизни и здоровью граждан РФ, а не только ущерб экономическим интересам РФ, некоторые пред ставители ФСКН в публикациях предлагают выделить контрабанду наркотиков Латов Ю.В.Экономика вне закона. (Очерки по теории и истории теневой экономики). – М.:

Московский общественный научный фонд, 2001.

в отдельное преступление. При этом предлагается значительно увеличить сроки наказания и сделать назначение условного наказания за подобные преступления невозможным.

О.Н. Штаб, канд. пед. наук, старший преподаватель каф. уголовного права и криминологии Барнаульского юридического института МВД РФ, Некоторые вопросы квалификации получения взятки Взяточничество является наиболее типичным проявлением коррупции – опаснейшего криминального явления, которое подтачивает основы государст венной власти и управления, дискредитирует и подрывает авторитет власти в глазах населения, затрагивает законные права и интересы граждан. В обстанов ке проникновения коррупции в различные сферы жизни опасность этого явле ния значительно возрастает. Посягая на деятельность государственных учреж дений, взяточничество подрывает их авторитет, дискредитирует органы власти, ведет к нарушениям принципа социальной справедливости.

За последние три года число преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ неуклонно растет. Если в 2006 году в целом по России их было 6546, то в 2007 году их уже 6788, что на 3,7% больше, а в 2008 году 7131, что больше с предыдущим годом на 5,1%. За шесть месяцев 2009 года – уже 5633 преступле ния. Всего за десять месяцев 2009г. на территории России было совершено пре ступлений, предусмотренных ст. ст. 290 и 291, 12251, что на 6,6% больше, чем за аналогичный период предыдущего года.

Однако при всем богатстве научного материала, посвященного борьбе с коррупцией и ее проявлениями, некоторые уголовно-правовые аспекты получе ния взятки остаются дискуссионными, а многие вопросы, связанные с квалифи кацией частных случаев получения взятки, решаются неоднозначно.

В современной юридической литературе можно встретить дискуссионные суждения по ряду принципиальных вопросов понимания и квалификации полу чения взятки. Эти суждения порой не отличаются необходимой глубиной и полнотой научного анализа, встречаются в них и ошибочные утверждения.

С нашей точки зрения, законодательное определение объективной сторо ны получения взятки в ч. 1 ст. 290 УК РФ нуждается в совершенствовании.

В описании объективной стороны получения взятки следует сделать акцент на моменте окончания преступления. В этой связи вместо формулировки, преду смотренной в ч. 1 ст. 290 УК РФ (получение должностным лицом лично или через посредника взятки за действия (бездействие) по службе) следует, с нашей точки зрения, использовать такое словосочетание: должностное лицо, принявшее взятку, заведомо данную ему за совершение или за совершенное действие, входящее в круг обязанностей этого лица. Именно эти действия надо относить к объективной стороне обычного вида получения взятки. Действия должностного лица, приняв шего взятку, заведомо данную ему для склонения, посредством использования своего должностного положения, другого должностного лица, на совершение им действия в пользу лица, давшего взятку, необходимо выделить в отдельную ста тью: «Получение взятки за использование должностного положения».

Часть 2 ст. 290 УК РФ также требует корректировки. УК РФ закрепил в ней повышенную уголовную ответственность за злоупотребления вообще, за род дея ний «незаконные действия (бездействие)», оставив толкование данной формули ровки на усмотрение судебной практики. Пленум Верховного Суда РФ в поста новлении от 10 февраля 2000 г. фактически уравнял разные по характеру и степе ни общественной опасности неправомерные действия, совершаемые за взятку.

Такое решение не согласуется с принципом справедливости (ст. 6 УК РФ). В ч. ст. 290 УК РФ необходимо точно обрисовать более общественно опасный вид деяния. Поэтому ч. 2 ст. 290 УК РФ следует изложить в следующей редакции:

«должностное лицо, принявшую взятку, заведомо данную для склонения его к со вершению административного правонарушения или преступления или за совер шенное им такое административное правонарушение или преступление».

По нашему мнению, из ст. 290 УК РФ необходимо исключить квалифи цирующий признак «вымогательство взятки». В УК РФ данное деяние следует выделить в самостоятельный состав преступления: «Принуждение к даче взят ки». Вымогательство взятки не может быть разновидностью основного состава получения взятки, поскольку это противоречит правовой логике. Термин «вы могательство взятки» неудачен и в стилистическом, смысловом отношениях.

Сложным и дискуссионным остается вопрос о квалификации получения взятки в крупном размере, если умысел направлен на получение взятки по час тям и получена только часть взятки, стоимостью менее ста пятидесяти тысяч рублей. Верховный Суд РФ занял по этому вопросу следующую позицию: «Ес ли умысел виновных был направлен на получение взятки в крупном размере, и заранее было обусловлено, что она будет получена частями, то при получении хотя бы части взятки содеянное должно квалифицироваться как оконченное преступление в виде получения взятки в крупном размере».1 Такая позиция объясняется тем, что при получении взятки в крупном размере часто имеются другие отягчающие обстоятельства, указанные в ч. 4 ст. 290 (вымогательство взятки). Квалификация получения взятки по совокупности ст. 30, п. «г» ч. 4 ст.

290 УК РФ и, например, п. «а» ч. 4 ст. 290 УК РФ не соответствует понятию со вокупности преступлений, данному в ст. 17 УК РФ (закон рассматривает в ка честве совокупности только совершение преступлений, предусмотренных раз ными статьями или частями статьи). Кроме того, учитывая правила назначения наказания по совокупности преступлений, такая квалификация повлечет неоп равданное усиление наказания (получается нелепость-покушение на получение взятки в крупном размере, наказывается более сурово, чем оконченное получе ние взятки в крупном размере). Другой аргумент в пользу такой квалификации – ч. 3 ст. 290 предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до лет, часть четвертая – до 12 лет. Покушение на преступление, предусмотренное ч.4 ст. 290 УК, в соответствии со ст. 66 УК РФ не может наказываться более строго, чем лишением свободы на срок до 9 лет. Опять получается нелепость (например, глава местной администрации, получивший взятку в сумме 700 дол ларов, по ч. 3 ст. 290 УК РФ может быть наказан лишением свободы на срок до БВС РФ. – 2000. – № 4.

10 лет, а если это только часть взятки и он ожидает еще тысячу – по ч. 4 ст. со ссылкой на ст. 30 ему не может быть назначено наказание более строгое, чем 9 лет лишения свободы). Вместе с тем представляется, что исправление ошибок законодателя не является функцией Верховного Суда. Позиция Верховного Су да не основана на законе в случае, когда в деянии отсутствуют иные квалифи цирующие признаки, указанные в ч. 4 ст. 290 УК (кроме крупного размера).

П. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ предусматривает ответственность за получение взятки в крупном размере. Если лицо получило только часть взятки стоимостью менее 150 тысяч рублей – оно уже получило взятку, но еще не получило взятку в крупном размере. Поэтому квалифицировать деяние по ч. 4 ст. 290 УК можно только со ссылкой на ст. 30 УК. Радикальным образом решить проблему может законодатель, исключив крупный размер из числа квалифицирующих призна ков получения взятки. Как уже отмечалось, размер взятки не влияет на факти ческую тяжесть этого преступления.

О.А. Спиц, адъюнкт каф. уголовного права Санкт-Петербургского университета МВД РФ Проблемные вопросы уголовной ответственности за деяния, предусмотренные ст. 322.1 УК РФ Особенно актуальными среди преступлений против порядка управления является сегодня деяния, посягающие на иммиграционные правила, уголовная ответственность за которые предусмотрена ст. 322.1 УК РФ. В этой сфере со вершаются преступления, причиняющие огромный ущерб интересам Россий ской Федерации и отдельным его гражданам. Статистика свидетельствует и криминологи констатируют, что за последние годы в стране произошел значи тельный рост посягательств, связанных именно с незаконной миграцией, а спо собы их совершения приобретают все более изощренный и замаскированный характер. Подтверждением тому служат данные уголовно-правовой статистики.

Так, по официальным данным, в России проживает 8 миллионов человек нелегально, а по неофициальным их более 10 миллионов человек.

Как следствие этого, растет количество совершаемых преступлений, свя занных с иностранными гражданами и лицами без гражданства, в том числе тяжких и особо тяжких. По данным МВД России, удельный вес преступлений, совершаемых иностранными гражданами в России, прирастает ежегодно на 5-7%. При этом за последние 10 лет число преступлений, совершенных на поч ве национальной ненависти и вражды, существенно возросло (на 68 процентов, с 9 до 15 тысяч). Четверть криминальных деяний, совершаемых мигрантами – кражи, характерны также мошенничество, грабежи и разбои. Наибольшее кри миногенное влияние на общественную безопасность и состояние преступности иммигранты оказывают в Москве, Московской области, Санкт-Петербурге и Ле нинградской области, Ханты-Мансийском автономном округе. Всего только за 2008 год, по данным МВД России, иностранными гражданами и лицами без гра жданства на территории Российской Федерации совершено 53 876 преступле ний1. Следует отметить, что в настоящее время наблюдается рост преступлений не только совершаемых мигрантами, но и в отношении них. Так, в первом квар тале количество преступлений, по которым иностранные граждане признаны по терпевшими, увеличилось на 4 процента и составило почти 4 тысячи. На 12 про центов повысилось число убийств (416), на 16 процентов – фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью (788). В отношении них в 2008 году совер шено более 2 тысяч грабежей, 754 разбойных нападения2. Кроме того, незакон ная миграция становится благоприятной средой, в которую встраивают свой бизнес организованные преступные группировки и преступные сообщества. Из вестно, что стоимость переправки одного мигранта из России в Европу равна примерно 10000 евро. Каналы незаконного транзита мигрантов часто совпадают с линиями наркотрафика и нелегальной торговли оружием. Преступный бизнес Федеральная миграционная служба: Проект доклада о результатах и основных направлени ях деятельности Федеральной миграционной службы на 2010 год и плановый период 2010 2012 годов. – М., 2009. – С. 41-42.

Бастрыкин А. Миграция: из света – в тень // Политика и экономика в России. – 2009. – № 28/682. – http://www.itogi.ru/russia/2009/28/141765.html.

группировок, богатеющих на миграционных потоках, многопрофильный: от из готовления поддельных паспортов, контрабанды, массового распространения контрафактных и фальсифицированных товаров до создания этнических пре ступных сообществ, отмывания денег и финансирования терроризма. Необходи мо выделить в данном процессе связанную с ним проблему торговли людьми.

Превращение человека в товар – одна из тревожных деформаций современного мира, которая также непосредственно коснулась России.

В то же время хотелось бы отметить, что правоприменительная практика по привлечению лиц, организующих незаконную миграцию, оставляет желать лучшего. Так, по данным ГИАЦ МВД по России за период 2005-2009 гг. было совершено преступлений связанных с организацией незаконной миграции: в 2006 г. – 562;

2007 г. – 299;

2008 г. – 335;

2009г. – 268 соответственно. За анало гичный период в суд направлено: в 2007 г. – 711;

2008 г. – 199;

2009 г. – 267 уголовных дел данной категории.

Соответственно по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области эти цифры составили: в 2008 г. – 0;

2009 г. – 5 преступлений, но в суд направлено только 1 дело. Остальные дела приостановлены по основаниям, предусмотрен ным ст.208 п. ч.1 п.1 УПК РФ.

Следует отметить, что эти самые первоначальные и далеко не полные данные позволяют судить, что современная криминогенная ситуация в мигра ционной сфере представляет реальную угрозу для национальной безопасности России.

Противостоять указанным негативным последствиям преступлений, со вершаемых в миграционной сфере, в значительной мере способно совершен ное уголовное законодательство. Однако УК РФ 1996 г. при всей своей но визне и иных положительных моментах далек от совершенства. В настоящее время возникают определенные трудности, связанные с пониманием и ос мыслением тех деяний, которые могу подпадать под действие уголовного за конодательства и той его части, которая охраняет отношения, складываю щиеся в миграционной сфере. Правоприменительная практика испытывает трудности, связанные с неоднозначным толкованием признаков, использо ванных законодателем при формулировании составов преступлений в мигра ционной сфере.

Причин тому много, и в первую очередь – это связано с тем, что не со всем последовательно и ясно, как в самом уголовном законе, так и в судебной практике, решается некоторые принципиальные вопросы в сфере миграции.

В связи с чем наблюдается множество спорных мнений по различным вопро сам, в том числе касающиеся состава преступления организации незаконной миграции (ст. 322.1 УК РФ). Активная полемика ведется в области самих поня тий: «мигрант», «миграция», «незаконная миграция». Справедливости ради от метим, что до сих пор в действующем Российском законодательстве нет четко го определения таких понятий. Все это порой ставит в тупик правоприменителя и способствует нарушению задач и принципов Уголовного права. Криминоло гические реалии свидетельствуют о необходимости существенной доработки миграционного законодательства в России с целью единого понимания и трак товки при правоприменительной деятельности, как правоохранительных орга нов, так и иных органов власти, соприкасающихся с незаконной миграцией и организацией незаконной миграции во избежание коллизий, что недопустимо в уголовно-правовой деятельности. Сам термин «миграция», на наш взгляд, несет в себе более широкую смысловую нагрузку (иммигрант, эмигрант, трудовая миграция, вынужденная миграция и т.д.), хотя статья 322.1 УК РФ по смысло вому значению носит более ограниченный характер, думается, что в ней идет речь об иммигрантах, что может создать определенные трудности при трактов ке в ходе применения данной статьи. Кроме того, предусмотрев уголовную от ветственность организатора, законодатель «оставил в стороне» вопрос об от ветственности других соучастников этого преступления, особенно оказываю щих содействие организаторам незаконной миграции, что серьезно ослабляет принцип неотвратимости наказания. Грамматический анализ диспозиции статьи показывает, что в ней идет речь именно о группе иностранных граждан и лиц без гражданства, поскольку участники незаконной миграции упоминаются во множественном числе. В таком случае возникает вопрос: какую будет нести от ветственность лицо, организовавшее незаконный въезд, пребывание или тран зит на территории РФ одного мигранта, например с целью совершения пре ступления на территории РФ (п. «б» ч. 2 ст.322.1 УК РФ);

либо организатор в данном случае освобождается от уголовной ответственности в связи с мало значительностью совершенного им деяния? Кроме того, должна согласиться с мнением большинства авторов о правильности употреблении в ст.322.1 УК РФ термина «незаконный въезд». Возникает вопрос, каким образом квалифи цировать организацию незаконной миграции, совершенную такими способа ми как «вход», «перелет» или «переплыв» иностранных граждан или лиц без гражданства? Из буквального толкования ст. 322.1 УК РФ, организация неза конной миграции, совершенная такими способами, не является преступлени ем. В таких ситуациях правоприменителю будет необходимо использовать расширительное толкование уголовного закона, а это в большинстве случаев ведет к применению уголовного закона по аналогии, что не допустимо (ч. ст. 3 УК РФ). До сих пор не ясно, что законодатель понимает под понятием «организация незаконного пребывания», так как в различных регионах в пра воприменительной практике в это понятие вкладывается свой особый смысл понимания этого термина, что зачастую ведет к нарушению Конституции и уголовного закона.

В настоящее время существуют активные дискуссии по поводу наличия в диспозиции статьи 322.1 ч. 1 УК РФ организации незаконного «транзита» ми грантов, первая точка зрения по данному поводу исходит из того, что: «Тран зит» – это пересечение страны из одной точки на границе другой. То есть тран зит начинается с момента въезда на территорию РФ и заканчивается в момент выезда. До тех пор, пока лицо, въехавшее на территорию РФ не покинет ее, нельзя будет сказать, что оно следовало транзитом, и именно по этой причине указание на транзитный проезд в диспозиции ч. 1 ст. 322.1 УК РФ представля ется излишним (невозможно следовать через территорию страны транзитом, не пребывая в ней»1.

Якимов О., Якимова С. Организация незаконной миграции: проблемы уголовной ответст венности // Уголовное право. – 2005. – № 1. – С. 79.

Однако существует другая точка зрения ученых по данному факту: «Если исключить из статьи транзит, тогда каким образом квалифицировать деяние, например, собственника транспортной компании, который организовывал по садку в вагон или полуприцеп к грузовому автомобилю нескольких сотен неле галов на границе Казахстана и России, организовал обеспечение их всем необ ходимым на время проезда по территории России (2-3 суток), опломбировал данные транспортные средства в присутствии коррумпированных должностных лиц и доставил их в безостановочном режиме, например на территорию Поль ши? При отсутствии в диспозиции ст. 322.1 УК РФ организации незаконного транзитного проезда, данные действия будут квалифицироваться как организа ция незаконного пребывания. Но, сразу же возникает вопрос: в чем обществен ная опасность данного деяния?»1.

Кроме того, практика показывает, что основные трудности при реше нии вопроса о возбуждении уголовного дела в отношении организатора, воз никают при разграничении указанного состава преступления от смежных со ставов административных правонарушений: ст. 18.9 КоАП РФ «Нарушение должностным лицом организации, принимающей в Российской Федерации иностранного гражданина или лицо без гражданства, либо гражданином Рос сийской Федерации или постоянно проживающим в Российской Федерации иностранным гражданином или лицом без гражданства правил пребывания иностранных граждан или лиц без гражданства в Российской Федерации» и ст. 18.15 КоАП РФ «Незаконное привлечение к трудовой деятельности в Рос сийской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства», при этом следует отметить, что разграничение составов ч.1, 2 ст. 18.15 КоАП РФ и ч.1 ст.3322.1 УК РФ должно быть основано на выявлении действий по организации пребывания иностранных граждан на территории РФ, ст. 18. КоАП Российской Федерации «Нарушение правил привлечения и использо вания в Российской Федерации иностранных работников либо осуществле Журнал «Вестник СевКАвГТУ. – 2006. – №3 (7) / Г.И. Чечель, Р.К. Кечеруков.

ние иностранными работниками трудовой деятельности в Российской Феде рации без разрешения на работу».

Практика последних лет показывает, что основная масса выявленных фактов организации незаконной миграции приходится на органы ФМС России, так как по своему роду деятельности ФМС России является органом, регули рующим и осуществляющим контроль за законностью въезда, пребывания, вы езда иностранных граждан и лиц без гражданства на территории России. После чего собранные материалы направляются для принятия решения о возбуждении уголовного дела в органы внутренних дел. Однако зачастую из-за малой гра мотности дознавателей в области миграционного законодательства большая часть возбужденных уголовных дел не направляется в суд, в связи с отсутстви ем доказательств, а организаторы, как правило, привлекаются к администра тивной ответственности, и не более того. Так как по своей конструкции ст.322. УК РФ является банкетной, и для установления наличия признака незаконности указанных деяний, следует обращаться к иным законодательным актам, регла ментирующим правовое положение и механизм въезда, выезда и пребывания иностранных граждан на территории России. В связи с чем все чаще при обсу ждении вопросов эффективности применения ст. 322.1 УК РФ звучат предло жения от территориальных органов ФМС о наделении их полномочиями органа дознания, к подследственности которых отнести уголовные дела о преступле ниях, связанные с нарушением миграционного законодательства (ст.ст. 322.1, 327 УК РФ и др.), оперативно-розыскной юрисдикцией, что даст возможность обеспечения оперативного сопровождения по уголовным делам, возбужденным по признакам организации нелегальной миграции.

На наш взгляд, следующим серьезным упущением законодательства яв ляется, то, что санкция статьи 322.1 УК РФ излишне либеральная. Из изложен ного следует, что затрагиваются интересы не только органов государственной власти при совершении данного преступления, но и впоследствии наносится ущерб экономики государства, общественной безопасности и правопорядка.

В связи, с чем целесообразно увеличить размер наказания за организацию неза конной миграции.

Вместе с тем, мы полагаем, что законодательная база, направленная на борьбу с незаконной миграцией в России, находится в начальной стадии фор мирования. Противодействие организации незаконной миграции, как и самой незаконной миграции, возможно не только посредством уголовного наказания, но и системами мер экономического, политического, правового, организацион ного характера.

А.А. Розикзода, аспирант 3-го курса Санкт-Петербургского университета МВД РФ К вопросу о понятии представителя власти Правоприменительная практика показывает, что понятие представителя власти и должностного лица тесно переплетаются между собой, что создает проблемы, как в теории уголовного права, так и в практической деятельности правоохранительных органов по уголовно-правовой защите чести и достоинст ва представителей власти.

На законодательном уровне, понятие представителя власти раскрыва ется через понятие должностного лица. Согласно примечания к статье УК Республики Таджикистан (злоупотребление должностными полномо чиями) «должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, администра тивно-хозяйственные функции в органах государственной власти, государ ственных учреждениях, органах местного самоуправления, а также в Воо руженных силах Республики Таджикистан, других войсках и воинских фор мированиях».

Обобщение данного понятия позволяет выделить три группы функций, характерных для должностных лиц: административно-хозяйственных, органи зационно-распорядительных и функций представителя власти (они признаются большинством специалистов). Приведенная уголовно-правовая дефиниция позволяет также выделить пять критериев, которые лежат в основе признания лица должностным:

характер выполняемых лицом функций (полномочий и обязанностей);

место выполнения отмеченных функций;

время выполнения таких функций;

правовое основание наделения его этими функциями;

принадлежность (характеристика) тех органов, учреждений, в которых трудится лицо.

При этом характер выполняемых должностным лицом функций является определяющим. Указание в законе на характер выполняемых функций позволя ет четко очертить круг лиц, признаваемых должностными. Этот признак позво ляет отличить его от иных лиц, хотя и занятых на работе в государственных ор ганах, органах местного самоуправления, государственных учреждениях и т.д., но выполняющих иные, технические функции. Так, В.Д. Меньшагин писал, что при признании лица должностным лицом, кроме признака занятия должности в организации, необходимо учитывать, какими правами и функциями наделено это лицо.2 На наш взгляд, подобный подход является правильным. Во-первых, выделяется и закрепляется наиболее важный признак должностного лица. Во вторых, реализация такого подхода позволяет избежать зависимости понятия должностного лица от возможных объективных изменений номенклатуры должностей, тем самым достигается запас его прочности.

Любой служащий, находящийся на должности, обладает определенными полномочиями. Однако должностным лицам присущи властные полномочия.

Как пишет Д.Н. Бахрах, «властные полномочия субъектов управления разнооб разны, и чаще всего они включают права на:

Шнитенков А.В. Ответственность за преступления против интересов государственной службы и интересов службы в коммерческих и иных организациях (Теория и практика). – СПб., 2006. – С. 80.

Уголовное право. Учебник для юридических школ. – М., 1947. – С. 239.

1) осуществление нормативного руководства;

2) осуществление методического руководства;

3) распределение конкретных заданий;

4) решение структурных вопросов;

5) решение кадровых вопросов;

6) непосредственное руководство производственной деятельности;

7) распоряжение материальными и нематериальными ресурсами;

8) поощрение;

9) осуществление контроля;

10) применение принудительных мер к подчиненным;

11) применение принудительных мер в рамках внеслужебного подчи нения». Следует отметить, что понятие представителя власти является новеллой в УК Республики Таджикистан 1998 года, так как легальное определение понятия «представителя власти» до этого в законодательстве не было. Данное понятие впервые законодательно определено в качестве уголовно-правовой дефиниции в новом УК. А это требует в рамках науки уголовного права теоретического осмысления некоторых положений, определяющих особенности его правового статуса, степени их соответствия объективным потребностям современной пра воприменительной практики.

Так, в соответствии с примечанием к ст.328 УК РТ (применение насилия в отношении представителя власти) «представителем власти в настоящей статье и других статьях настоящего Кодекса признается лицо, служащее в органах государственной власти и наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находя щихся от него в служебной зависимости». К представителям власти по смыслу примечания к ст. 328 Уголовного кодекса РТ могут быть отнесены любые лица, наделенные внешними органи Бахрах Д.Н. Основные понятия теории социального управления. – Пермь, 1978. – С. 54.

Уголовный кодекс Республики Таджикистан. – Душанбе, 2008. – С. 335.

зационно-распорядительными полномочиями в государственных и местных органах законодательной, исполнительной и судебной власти любого уровня (депутаты, председатели городов и районов, прокуроры, работники кон трольных органов исполнительного Аппарата Президента Республики Тад жикистан, сотрудники органов внутренних дел, органов безопасности, по граничной службы, работники органов надзора за соблюдением правил охо ты, лесной охраны, ревизионных подразделений Министерства финансов РТ, налоговой службы, судьи всех судов общей юрисдикции и экономических судов, судебные исполнители и др.), а также иные лица, постоянно или вре менно наделенные такими полномочиями в соответствии с законодательст вом (военнослужащие, выполняющие правоохранительные функции, члены государственных комиссий, наделенные организационно-распорядительными функциями, и др.).

Анализ научной литературы в этой области показывает следующее: с точки зрения Д.М. Овсянко, в качестве представителя власти может выступать не каждый служащий (должностное лицо), а только тот служащий, «который по занимаемой должности наделен государственно-властными полномочия ми». По его мнению, «к представителям власти можно отнести тех работников государственных органов, чьи властные полномочия публичного характера выходят за пределы этих органов». 1 По мнению Ю.Н. Старшова представите ли власти реализуют «свои властные полномочия вне зависимости от подчи ненности субъектов и применяют меры принуждения к неподчиненным по службе субъектов права». Содержание функции власти, а, следовательно, и характер действий представителя власти, определяется задачами, стоящими перед органом, кото рый он представляет. Деятельность представителя власти выражается в осно ванных на законе распоряжениях или действиях, имеющих юридическое значе ние в отношении отдельных граждан, должностных лиц учреждений, организа Овсянко Д.М. Указ. раб. – С. 214.

Старшов Ю.Н. Служебное право. – М., 1996. – С. 346.

ций и предприятий независимо от их ведомственной принадлежности и подчи ненности. Например, работник милиции осуществляет свои функции власти в сфере охраны общественного порядка, собственности, прав и законных интере сов граждан, предприятий, организаций и учреждений от преступных посяга тельств и иных антиобщественных действий, а также предупреждение и пресе чение преступлений и других антиобщественных действий, быстрого и полного раскрытия преступлений, всемерного содействия устранению причин, порож дающих преступление и иные правонарушения, он имеет право в определенных случаях проверять у граждан и должностных лиц документы, удостоверяющие личность, входить беспрепятственно в жилые и иные помещения граждан и т.д.

Его деятельность строится на взаимоотношениях с лицами, не находящимися в его административном подчинении. Это лица, в отношения с которыми он вступает в силу предоставленных ему и строго регламентированных полномо чий для осуществления конкретных задач.

Законные распоряжения представителя власти, обусловленные предос тавленными ему полномочиями, обязательны для исполнения. Обязательность исполнения законных распоряжений представителя власти обеспечивается ав торитетом государственного органа власти, от имени которого он действует. В предусмотренных законом случаях деятельность представителя власти может быть подкреплена принудительным воздействием. Например, в целях защиты граждан от нападения, угрожающего их жизни или здоровью, работники мили ции имеют право в исключительных случаях в качестве крайней меры приме нить физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие. Такое же право предоставлено, например, и сотрудникам таможенных органов, орга нов безопасности и т.д.

Таким образом, представитель власти, будучи лицом, осуществляющим функции власти, является должностным лицом, и поэтому обладает всеми присущими ему признаками. В то же время в силу осуществляемых им функ ций власти он отличается от должностного лица тем, что его действия и ука зания, основанные на законе, носят не узковедомственный характер, а обяза тельны для исполнения всеми гражданами и учреждениями, к которым они обращены.

Анализируя признаки должностного лица и представителя власти можно сделать вывод, что должностное лицо является общим понятием по отношению к понятию представителя власти. Так, должностное лицо может обладать функ циями не только представителя власти, но и другими организационно распорядительными и административно-хозяйственными функциями, вследст вие чего, на наш взгляд, к представителям власти можно отнести строго опре деленную группу лиц, обладающих признаками, характерными именно для представителей власти, то есть это лица, которые осуществляют функции вла ствования не внутри какой-либо определенной системы или ведомства, а по от ношению ко всем гражданам.

Обращаясь к юридической практике России, а именно к разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в частности «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» от 10 февраля 2000 г. № 6, мы замечаем, что в ней при определении понятия представителя власти руководствуются более широким подходом. Так, в соответствии с п. данного постановления «к представителям власти следует относить лиц, осу ществляющих законодательную, исполнительную или судебную власть, а также работников государственных, надзорных или контролирующих органов, наде ленных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также орга низациями независимо от их ведомственной подчиненности (например, члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, депутаты законодатель ных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, члены Правительства Российской Федерации и органов исполнительной власти субъ ектов Российской Федерации, судьи федеральных судов и мировые судьи, на деленные соответствующими полномочиями работники прокуратуры, налого вых, таможенных органов, органов МВД Российской Федерации и ФСБ Рос сийской Федерации, состоящие на государственной службе аудиторы, государ ственные инспекторы и контролеры, военнослужащие при выполнении возло женных на них обязанностей по охране общественного порядка, обеспечению безопасности и иных функций, при выполнении которых военнослужащие на деляются распорядительными полномочиями)». Таких же позиций придерживается и Пленум Верховного Суда Республи ки Таджикистан, который в своем одноименном постановлении от 19 декабря 2008г. № 11 почти точно воспроизводить вышеупомянутое содержание понятия представителя власти. При этом следует отметить, что судебное толкование не относит к пред ставителям власти только должностных лиц, акцентируется факт принадлежно сти лица к органу государственной власти и наличии у него властно распорядительных полномочий.

Здесь необходимо подчеркнуть, что полномочия ряда представителей власти, хотя и распространяются на неопределенный круг лиц, имеют силу лишь в определенных ведомственных границах. Так, государственный пожар ный инспектор выступает как представитель власти в деятельности, связанной с пожарным надзором, или же, сотрудник таможенного органа – лишь в рамках отношений, возникающих при выполнении возложенных на них задач, судеб ные исполнители – когда исполняют решения суда по различного рода взыска ниям, военнослужащий – при выполнении возложенных на них обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению безопасности, «работники рыбоохраны признаются представителями власти, но свои властные полномо чия они осуществляют лишь в рамках отношений, возникающих при охране рыбного хозяйства». Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уго ловным делам. – М.: НОРМА, 2008. – С. 145.

Нашрияи Суди Суди Олии Љумњурии Тољикистон (Бюллетень Верховного Суда Респуб лики Таджикистан). – Душанбе, 2008. – № 4. – С. 20.

Положение о государственной лесной охране Российской Федерации. Утверждено поста новлением Правительства РФ от 27 июля 1998 г. № 850 // СЗ РФ. 1998. № 32. Ст. 3896.

Поэтому к вопросу о признании некоторых категорий представителей власти в качестве должностных лиц следует подходить дифференцированно.

Так, рядовой милиционер, осуществляя функции власти по отношению к от дельным гражданам, обладает правом отдавать распоряжения или совершать действия, имеющие юридическое значение. В этом случае он признается представителем власти. Во взаимоотношениях с другими же сотрудниками различных подразделений милиции рядовые милиционеры не могут высту пать в качестве должностного лица, ибо в подобных случаях они не имеют право отдавать распоряжения или совершать действия, имеющие юридиче ское значение.

В этом плане мы солидарны с мнением Ю.А. Кизилова, который отме чает, что не каждое должностное лицо является представителем власти и не всех представителей власти следует приравнивать к должностным лицам. 1 В действительности, к примеру, даже оперуполномоченный милиции, будь он и офицером, и тем более рядовой милиционер либо военнослужащий в строгом смысле слова в рамках выполняемых своих служебных обязанностей не яв ляются должностными лицами, ибо находясь в государственной должности в пределах своих ведомственных границ, они не обладают властно распорядительными полномочиями по отношению к другим сотрудникам.

Они могут стать представителями власти, и соответственно признаваться должностными лицами, лишь при осуществлении функции власти, т.е. вы полнении публичных обязанностей, на которых они уполномочены. Специ ально уполномоченным на выполнение публичных обязанностей считается тот, кто, не будучи должностным лицом, выполняет задачи государственного управления.

Действующее законодательство в определенных случаях наделяет пуб личными властными полномочиями и даже частных лиц (граждан). Так, граж дане могут осуществлять функции представителя власти, будучи формально не Кизилов А.Ю. Уголовно-правовая охрана управленческой деятельности представителя вла сти. – С. 14.

связанными служебными правоотношениями с органами и учреждениями, воо руженными силами, другими войсками и воинскими формированиями, упомя нутыми в примечании к ст.314 УК РТ (народные дружинники, внештатные со трудники и т.д.). С. Утевский в работе о должностных преступлениях заметил, что в государствах растет число лиц, которые, не являясь должностными лица ми или лицами, выполняющими должностные обязанности в той или иной форме, в то же время принимают участие в деятельности государственных уч реждений. Эта тенденция характерна и для современных правовых государств.

Чем «социальнее» государство, тем в большем числе случаев оно делегирует часть своих функций и полномочий частным лицам и организациям для наи лучшего осуществления поставленных перед государством задач и достижения всеобщего блага при действенном контроле и особой ответственности наравне с должностными лицами. Совершенно очевидно, что уголовно-правовые послед ствия от преступного нарушения обязанностей публичной службы, связанной с защитой прав и законных интересов граждан и юридических лиц от имени го сударства, не меньше, чем от аналогичных нарушений по государственной службе должностными лицами.

Таким образом, представителем власти в уголовном праве может быть любое, в том числе и не должностное лицо. Отсюда вытекает вывод о том, что, универсального понятия представителя власти Уголовный кодекс РТ не дает.

Такое же нарекание можно высказать и в адрес Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с примечанием к ст.318 которого, представителем власти может быть в любом случае только «должностное лицо». Следуя логике законодателя, в случае с гражданами, осуществляющих функции представителя власти, но которые формально не связаны служебными правоотношениями с органами государственной власти, придется устанавливать особую уголовную ответственность по примеру ответственности частных нотариусов, частных ау диторов, частных охранников, частных детективов и прочих частных лиц.

Здесь видится определенная нелогичность законодательного подхода по отношению к вышеупомянутым терминам. Получается замкнутый круг: со гласно примечанию к ст.318 УК РФ представитель власти – это должностное лицо, а должностное лицо, согласно примечанию к ст.285,– это представитель власти, то есть опять же должностное лицо. И это при том, что понятия долж ностного лица и представителя власти могут по-разному истолковываться в су дебной практике. По этому поводу Б.В. Волженкин высказывает свое мнение следующим образом: «При сопоставлении этих двух определений обнаружива ется очевидная тавтологичность: представитель власти является должностным лицом, а должностное лицо – это лицо, осуществляющее функции представите ля власти, то есть, иначе говоря, функции должностного лица». Соответственно, в предлагаемом определении представителя власти представляется неудачным категоричное использование признака «должност ное лицо». Хотя в этом плане УК РТ является более предпочтительным, кото рый при определении понятия «представитель власти» употребляет слово «ли цо». Вне сомнений, что в этих случаях возрастает требование универсальности к понятию представителя власти: требование такой универсальности вытекает из основополагающих принципов уголовного права – законности (ст.4 УК РТ), равенства граждан перед законом (ст.5 УК РТ). Поэтому можно констатировать еще раз, что уголовно-правовое понятие представителя власти универсальным, соответствующим упомянутым основополагающим принципам уголовного права, не является.

Поэтому при конструировании законодательного определения понятия представителя власти необходимо учитывать не только характер выполняемых субъектом функций и сферу их осуществления, но и обязательное наличие ле гитимно делегированного любому субъекту государством либо органом мест ного самоуправления права самостоятельно (автономно) принимать от их име ни государственно-властные или управленческие решения.

Следовательно, представители власти – это определенная группа лиц (и не только должностных), обладающих признаками, характерными именно для Волженкин Б.В. Служебные преступления. – М., 2000. – С. 100. Сходную точку зрения вы сказывает Н. Ковалева (Ковалева Н. Кто является представителем власти по специальному полномочию // Российская юстиция. – 2002. – № 11. – С. 59).

представителей власти, то есть это лица, которые осуществляют функции вла ствования не внутри какой-либо определенной системы или ведомства, а по от ношению ко всем гражданам, организациям и учреждениями, несущие обяза тельный характер для исполнения.

С учетом сказанного представляется, что уголовно-правовое понятие представителя власти, описание которого дано законодателем в примечании к ст.328 УК РТ (ст.318 УК РФ), целесообразно изменить и изложить примерно в следующей редакции: «Представителем власти в настоящей статье и других статьях настоящего Кодекса признается лицо, наделенное в установленном за коном порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не нахо дящихся от него в служебной зависимости».

Р.Э. Агаев, адъюнкт 2-го курса ФПиППНиНПК Уголовно-правовые вопросы совершенствования законодательства об ответственности за нарушения правил охраны и использования вод Среди многих областей деятельности, требующих уголовно-правовой охра ны, одной из наиболее сложных и уязвимых с точки зрения преступных посяга тельств является экологическая сфера. В этой сфере совершаются преступления, причиняющие огромный ущерб интересам Российской Федерации и отдельным его гражданам. Статистика свидетельствует и криминологи констатируют, что в последние годы в стране произошел значительный рост посягательства, связанных с преступным загрязнением экологии, а способы их совершения приобретают все более изощренный и замаскированный характер. Подтверждением тому служат данные уголовно-правовой статистики. Так, удельный вес экологических престу плений в общем количестве зарегистрированных в России преступлений вырос с 0,3% в 1990г. до 10% в 2008г. При этом в общей структуре экологических престу плений наиболее опасным и распространенным являются загрязнение вод, ответ ственность за которого предусмотрено ст. 250 УК РФ. Следует отметить, что эти самые первоначальные и далеко не полные данные позволяют судить, что совре менная криминогенная ситуация в экологическом комплексе в целом, а водном сфере в частности представляет реальную угрозу экологической безопасности го сударства, которая, в свою очередь, является неотъемлемой составной частью на циональной безопасности России.

Противостоять указанным негативным последствиям преступлений со вершаемых в водной сфере, в значительной мере способно совершенное уго ловное законодательство. Однако УК РФ 1996г. при всей своей новизне и иных положительных моментов далек от совершенства. В настоящее время возника ют определенные трудности, связанные с пониманием и осмыслением тех дея ний, которые могу подпадать под действие экологического уголовного законо дательства и той его части, которая охраняет отношения, складывающиеся в сфере водного регулирование. Причин тому много, и в первую очередь – это конструктивные недостатки сомой уголовно-правовой нормы предусматри вающее ответственность за загрязнение вод.

Так, в ст. 250 УК РФ установлена ответственность за загрязнение, исто щение поверхностных или подземных вод, источников питьевого водоснабже ния либо иное изменение из природных свойств, если эти деяние повлекли при чинение существенного вреда животному или растительному миру, рыбным за пасам, лесному или сельскому хозяйству. В качестве наказания предусмотрено – штраф в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной пла ты или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной дея тельностью на срок до пяти лет, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев.

Те же деяния, повлекшие причинение вреда здоровью человека или массовую гибель животных, а равно совершенные на территории заповедни ка или заказника либо в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычай ной экологической ситуации наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, по влекшие по неосторожности смерть человека, наказываются лишением сво боды на срок до пяти лет. Как видно из диспозиции, деяния, предусмотренные ст.250 УК РФ, пося гают на отношения в области водопользования и охраны водных объектов. Ос нования, порядок водопользования и общие требования к охране водных объек тов предусмотрены Водным кодексом РФ. Предмет преступления – воды:

1) Поверхностные водные объекты – постоянное или временное сосредоточе ние вод на поверхности суши: а) водотоки (реки и водохранилища на них, ру чьи, каналы межбассейнового перераспределения и комплексного использова ния водных ресурсов);

б) водоемы (озера, водохранилища, болота и пруды);

в) ледники (движущиеся естественные скопления льда атмосферного происхо ждения);

г) снежники (неподвижные естественные скопления снега и льда, со храняющиеся на земной поверхности в течение всего теплого времени года или его части). 2) Подземные водные объекты – сосредоточение находящихся в гидравлической связи вод в горных породах, имеющее границы, объем и черты водного режима (воды, сосредоточенные в трещинах и пустотах горных пород;

бассейн подземных вод;

месторождение подземных вод). 3) Источники питье вого водоснабжения – специально устроенные водохранилища, водозаборные емкости и т.п. Для питьевого водоснабжения используются защищенные от за грязнения и засорения поверхностные и подземные водные объекты. Их при годность в качестве источника питьевого снабжения определяется Министерст вом здравоохранения РФ с учетом возможности организации зон и округов са нитарной охраны.

Объективная сторона рассматриваемого преступления включает: а) загряз нение, б) засорение, в) истощение, г) либо иное изменение природных свойств по верхностных или подземных вод, источников питьевого водоснабжения.

Уголовный кодекс РФ: Сборник кодексов РФ. – М.: Бизнес-школа, 2009.

Загрязнение вод представляет собой сброс или поступление иным спосо бом в водные объекты, а также образование в них вредных веществ, которые ухудшают качество вод, ограничивают использование либо негативно влияют на состояние дна и берегов водных объектов.

Под засорением вод следует понимать сброс или поступление иным спо собом в водные объекты предметов или взвешенных частиц, ухудшающих со стояние и затрудняющих использование водных объектов.

Истощение вод состоит в устойчивом сокращении запасов и ухудшении качества поверхностных и подземных вод. Иное изменение природных свойств вод – это неблагоприятное изменение качества воды в виде, например, снятия или уменьшения ее лечебных свойств, негативного изменения физических свойств воды, повышения теплового режима воды.

Водный кодекс РФ устанавливает общие требования к охране водных объектов. Запрещается: а) осуществлять сброс и захоронение в них производст венных, бытовых, других отходов;

б) производить забор воды, существенно влияющий на их состояние;

в) размещать кладбища, скотомогильники, свалки на водосборных площадях подземных водных объектов, которые используются или могут быть использованы для питьевого и хозяйственно-бытового водо снабжения и т.п. Общие положения водного законодательства конкретизируют ся в государственных стандартах: общих требованиях к охране поверхностных и подземных вод от загрязнения пестицидами, минеральными удобрениями, нефтью и нефтепродуктами.

Для профилактики загрязнения, засорения и истощения поверхностных вод, а также сохранения среды обитания объектов животного и растительного мира определяются водоохранные зоны – участки, примыкающие к акватории водного объекта, на которой устанавливается специальный режим использова ния и охраны природных ресурсов и иной хозяйственной деятельности. В пре делах водоохранных зон запрещается проводить авиационно-химические рабо ты;

обрабатывать посевы и почву агрохимикатами;

строить склады для хране ния минеральных удобрений и ядохимикатов, горюче-смазочных материалов;

использовать навозные стоки для удобрения почв;

заправлять топливом, мыть и ремонтировать машины и механизмы;

вырубать растительность в лесах водо охранных зон и прибрежных защитных полос.

Состав преступления по конструкции материальный. Преступление при знается оконченным с момента причинения существенного вреда животному или растительному миру, рыбным запасам, лесному или сельскому хозяйству.


Существенный вред характеризуется возникновением заболеваний и гибелью водных животных и растений, иных животных и растительности на берегах водных объектов, уничтожением рыбных запасов, мест нереста и нагула;

мас совой гибелью птиц и животных, в том числе водных, на определенной терри тории, при котором уровень смертности превышает среднестатистический в три и более раза, и т.п.

Сопоставительный анализ содержания ч. 2.ст. 24 УК РФ и ст. 250 УК по зволяет сделать вывод о том, что если в статях Особенной части отсутствует указание на то, что данное преступления может быть совершено только по не осторожности, оно может быт как умышленным, так и неосторожным. Таким образом, из этого законодательного установление вытекают, что деяние, преду смотренное ст. 250 УК РФ может быть совершено с любой формой вины.

Проблема заключается тем, что к квалифицирующим признакам загряз нения вод (ч. 2 ст. 250 УК РФ) законодатель относит массовую гибель живот ных;

загрязнение вод на территориях заповедника и заказника, в зонах экологи ческого бедствия и чрезвычайной экологической ситуации и причинение вреда здоровью человека. При этом как уже было сказано, отсутствует указание на формы вины. Это приводит к необоснованной конкуренции уголовно-правовых норм, что в свою очередь, не способствует эффективному применению уголов ного закона.

Из буквального толкование закона следуют, что под причинением вреда здоровью понимается причинение вреда любой тяжести хотя бы одному чело веку. Сопоставление санкций ст.250 УК РФ с санкциями статей об ответствен ности за умышленное причинение вреда, здоровью человека (ст. 111, 112, УК РФ) выявляет существенное расхождение в наказуемости этих деяний, что не соответствует принципам справедливости. Поэтому законодательно следует внести изменения в ст. 250 УК РФ, что вред здоровью человека (как и в случае наступления смерти) может быть причинен только по неосторожности. Следу ет, на наш взгляд, в ч. 3 ст. 250 УК РФ также дифференцировать ответствен ность за неосторожное причинение смерти в зависимости от количества погиб ших, как это сделано в ст. 109 УК РФ (неосторожное причинение смерти).

Предлагаемая реконструкция ст. 250 УК РФ, на наш взгляд, может способство вать правильной квалификации содеянного и восстановление социальной спра ведливости.

М.С. Кармановский, преподаватель каф.

уголовного права и криминологии Барнаульского юридического института МВД России Перспективы развития института защиты свидетелей в уголовном праве Статус свидетеля в настоящий момент ассоциируется у населения с пол ной бесправностью и незащищенностью. Как показывает практика, большинст во свидетелей воспринимают исполнение своих обязанностей как обремени тельную необходимость, а в некоторых случаях и сопряженную с риском для себя и близких. 23,8% лиц, проходивших в качестве свидетелей по делам, свя занным с организованной преступностью или должностными преступлениями, заявили, что испытывали давление, как со стороны преступников, так и со сто роны работников правоохранительных органов.1 Даже после исполнения своих обязанностей свидетель не может быть наверняка уверен в своей безопасности, поскольку, исполнив обязанности, он лишается статуса свидетеля, а значит и гарантий защиты. И если санкции в отношении лиц, совершающих противо правные посягательства против свидетелей, широко представленные в уголов Данные УБЭП ГУВД г. Санкт-Петербурга, за 2008-2009 г.

ном кодексе, имеют отдельные недостатки, то вопросы восстановления прав и законных интересов, нарушенных преступлением, вообще остались за предела ми нормативно-правового регулирования и как следствие в данный момент не входят в объем уголовно-правовых мер по защите свидетеля.

В 2004 году был принят Федеральный закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства».

Это положило начало формированию государственной политики в обеспечении уголовно-правовых мер защиты свидетеля.

Однако за последние 5 лет никаких видимых изменений в правопримени тельной практике в области защиты свидетелей так и не произошло. Создание центров по обеспечению безопасности лиц подлежащих государственной защи те пока также не внесли существенных изменений. В связи с этим автору видит необходимость скорейшего создания специальной межведомственной Феде ральной службы защиты свидетелей.

Аппарат данной структуры должен быть очень ограничен и засекречен.

Для данной структуры необходим отдельный план подготовки кадров и соот ветствующие финансовые вложения по данной же статье. Еще одной важной особенностью данной структуры должен быть закрытый набор ее сотрудни ков. Деятельность данного органа должна осуществляться не только в рамках исполнения «сделок с правосудием» или в рамках исполнения судебных ре шений, но и по запросу граждан, в том числе и еще не имеющих статуса сви детелей. Далее необходимо сказать, что установленные УК РФ низкие санкции за преступления против свидетелей (например, за принуждение свидетеля к даче ложных показаний) способствуют расширению латентности этих преступлений.

В связи с чем, с нашей точки зрения, необходимо ужесточить ответственность, за эти преступления, исключив из круга ответственных свидетеля. Свидетель, давший ложные показания или отказавшийся от дачи показаний под угрозами, Данное предложение вошло в межведомственной концепции защиты свидетелей, разрабо танной автором.

с нашей точки зрения, является не преступником, а объектом совершенного преступного посягательства. Развивая мысль, мы считаем, необходимым уточ нить, что доказательство факта подкупа свидетеля не всегда является доказа тельством преступности его действий. Зачастую отказ свидетеля от «взятки»

может стать для него смертным приговором.

В частности, за подкуп свидетеля или потерпевшего в целях дачи ими ложных показаний (ч. 1 ст. 309 УК), по нашему мнению, следует предусмотреть уголовную ответственность в виде лишения свободы на срок от шести до девя ти лет. За принуждение их к даче ложных показаний, а равно за принуждение к уклонению от дачи показаний, соединенное с шантажом, угрозой убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества этих лиц или их близких (ч. 2 ст. 309), следовало бы наказывать лишением сво боды на срок от девяти до тринадцати лет. В случае, если принуждение свиде теля или потерпевшего к даче ложных показаний или к отказу от дачи показа ний сопряжено с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья (ч. 3 ст. 309), было бы целесообразно предусмотреть уголовную ответствен ность в виде лишения свободы на срок от десяти до пятнадцати лет. И наконец, если принуждение свидетеля или потерпевшего к даче ложных показаний или к отказу от дачи показаний совершено организованной группой либо с примене нием насилия, опасного для жизни или здоровья указанных лиц (ч. 4 ст. 309), необходимо предусмотреть уголовную ответственность в виде лишения свобо ды сроком от двенадцати до двадцати лет.

При этом мы ни в коем случае не настаиваем на необходимости изъятия из уголовного кодекса всех санкций в отношении свидетеля, поскольку считаем их достаточным аргументом в процессуальных отношениях с правоохранитель ными органами. Сам факт наличия санкций в отношении свидетеля заставляет их относиться к исполняемым обязанностям более ответственно.

Также необходимо сказать, что ни уголовное право, ни уголовный про цесс не способны решить в настоящий момент проблему обеспечения государ ственных гарантий правового статуса свидетеля. С нашей точки зрения, для этого требуются разработка межведомственной защиты свидетеля. Данная кон цепция тем более актуальна, так как ее аналог – государственная программа защиты свидетелей, действовавшая с 2006 г. по 2008 г., не принесла существен ных результатов, а по результатам нашего анкетирования осталась практически незаметной для сотрудников правоохранительных органов. Мы можем выде лить общие разделы будущей концепции:

1. Нормативно-правовой. Предполагает принятие пакета законопроектов, который бы обеспечил должную защиту прав участников процесса на регио нальном и всероссийском уровне.

2. Организационно-технический. Предполагает наличие достаточной тех нической и технологической оснащенности правоохранительных органов.

3. Психологический. Предполагает предоставление психологической по мощи свидетелям, очевидцам, потерпевшим.

4. Правозащитный. Предполагает предоставление квалифицированной помощи.

5. Общегражданский. Дает разъяснения гражданской обязанности. Пояс няет необходимость дачи показаний и объяснений по поводу совершенного преступления.

А также основополагающие принципы:

1. Свидетель вправе отказаться от дачи показаний при условии наличия угрозы в отношении него или его близких. При этом степень угрозы и объем мер защиты свидетель может определять сам.

2. Свидетель вправе требовать заключения с ним соглашения об обяза тельных гарантиях обеспечения безопасности, которые могут предусматривать материальное возмещение.

3. Обязательное страхование свидетеля во всех делах связанных с организованной преступностью или коррупцией.

4. Прямое указание в ФЗ «О государственной тайне» в перечне сведений, относящихся к государственной тайне, личности свидетеля.

Разработка предлагаемой нами концепции должна носить не узкий, ве домственный характер, а быть общегражданской с обязательным привлечением средств массовой информации. Освещение данной проблемы в прессе, по на шему мнению, должно оказать позитивное влияние на правоприменительную практику.


Т.М. Клюканова, канд. юрид. наук, доцент каф. уголовно-правовой охраны экономических отношений СПбГУЭФ Значение судебного прецедента в современном Российском уголовном праве Любое государство имеет свою правовую систему. Наличие ряда общих признаков позволяет объединить их в правовые семьи.

Как известно, наиболее крупные из них и наиболее распространенные правовые системы в мире это – Романо-Германская правовая семья и семья Общего права. Характерными признаками Романо-Германской правовой семьи являются: деление права на частное и публичное;

отраслевая кодификация (базовые отрасли);

систематизация и кодификация законодательства (во Фран ции – кодексы, в Швейцарии – Систематическое собрание федерального зако нодательства);

проекты законов составляются профессиональными учеными юристами, чаще всего, учеными университетов. В отличие от признаков Рома но-Германской правовой семьи, семья Общего права имеет свои особенности и свои характерные признаки: 1) отсутствие систематизации и отраслевой коди фикации;

2) главенство процедуры, т.е. процессуального права;

3) господство судебного прецедента;

4) общее право создавалось и создается юристами практиками, и прежде, ранее, судьями Вестминстерских судов.

Для юристов семьи Общего права главенствующее значение имеет со блюдение процессуальных норм и судебный прецедент;

для юристов Романо Германской правовой семьи главное – это материальное уголовное право и пра вильная юридическая квалификация содеянного виновным.

СССР явился основоположником семьи социалистического права со своими характерными признаками, а именно: присутствие отраслевой кодификации, привлечение ученых-юристов к созданию правовых норм, в тоже время – отсутствие деления права на частное и публичное и отсутствие законодательно закрепленного принципа законности, поскольку принцип «социалистической законности», как известно, ничего общего с принципом законности не имеет.

Российская Федерация, являясь приемником СССР, во многом сохранила основные принципы советской правовой системы.

Вместе с тем, в условиях рыночных отношений и в связи с полномас штабным реформированием, правовая система Российской Федерации была подвергнута серьезным изменениям.

Особое значение для реформирования правовой системы Российской Фе дерации имело принятие закона о собственности, признание и деление права на частное и публичное;

провозглашение в УК РФ 1996 г. принципа законности.

Современная правовая система Российской Федерации существенно отли чается от прежней социалистической правовой системы. Правовой системе Рос сийской Федерации свойственна иная система ценностей, иное отношение к ко дификации и весьма специфичное значение и роль судебного прецедента. Вклю чая в УК РФ 1996 г. принцип законности, как один из основных постулатов, законодатель постсоветского периода подчеркнул, таким образом, верховенство закона, или, по крайней мере, его приоритетность. Однако нельзя не учитывать значение для современного уголовного права РФ судебного прецедента, посколь ку роль и влияние судебной практики Высшего суда общей юрисдикции в Рос сийской Федерации для судебной системы является сегодня решающим. Если вспомнить значение Постановлений пленумов Верховного суда СССР в период социализма для судов общей юрисдикции, то следует отметить, что первоначаль но значение данных постановлений носило каузальное толкование и являлось, скорее, рекомендацией.

Однако можно так же и пронаблюдать все возрастающую роль и значение судебной практики в уголовном праве уже и в конце 80-х годов 20 века.

С принятием нового уголовного кодекса 1996 г. ситуация коренным обра зом изменилась и сегодня нам невозможно себе представить, чтобы любой при говор по уголовному делу независимо от характера совершенного преступле ния, его вида был вынесен без ссылки на конкретный пункт конкретного поста новления пленума Верховного суда РФ.

Фактически каждый раздел Особенной части УК РФ прокомментирован Верховным судом РФ в форме Постановления, так, например, раздел: Преступ ления против личности невозможно представить себе без Постановления Пленума Верховного суда: «О судебной практике по делам об убийстве»

27.01.1999 г., либо раздел: «Преступления в сфере экономической деятельно сти» без постановления пленума Верховного суда РФ от 27.12. 2002 г. «О су дебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», без постановления пле нума Верховного суда РФ от 27. 12. 2007 г. «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» и т.д.

Сегодня практически любой состав преступления, содержащийся в УК РФ, прокомментирован, уточнен, определен судебной практикой Верховного суда РФ.

Может ли сегодня судья, выносящий приговор по уголовному делу, от ступить от судебных постановлений?

В этом случае приговор будет отменен в вышестоящей инстанции. В этой связи возникает ряд вопросов:

– каково соотношение судебной практики и уголовного закона в совре менном уголовном праве Российской Федерации?

Что приоритетно при осуществлении правосудия по уголовным делам закон или судебный прецедент?

Не является ли складывающаяся ситуация прямым противоречием прин ципу законности, сформулированному и закрепленному в УК РФ?

Отвечая на эти вопросы, прежде всего, следует, на мой взгляд, отме тить – невозможно дать однозначную оценку формирующемуся влиянию су дебного прецедента на деятельность судов общей юрисдикции, поскольку, сложившаяся практика применения судами уголовного закона и судебной практики именно такова о чем я уже говорила, и это следует принять, как должное, как состоявшееся.

Ответить на второй вопрос – что приоритетно – закон или судебный пре цедент, сегодня весьма затруднительно.

Уголовный закон и судебный прецедент применяются судами неразрыв но, совместно, взаимосвязано.

Для судьи при вынесении приговора для правильной квалификации пре ступления совершенно необходимо не забыть и правильно применить поста новление пленума Верховного суда РФ.

Как соотнести сложившуюся ситуацию с принципом законности?

Вот здесь можно усмотреть противоречие.

Нужно отметить, что принцип законности в Российском государстве имел трактовку, отличную от понятия данного принципы в европейских странах.

Так, например, в Германии, этот принцип трактуется буквально «закон есть закон» и ничто не может его нарушить или подменить.

Во времена СССР в УК был закреплен принцип соц. законности, в соот ветствии с которым не только законы, но и подзаконные акты, направленные на достижение целей социалистического строительства должны были быть в рав ной степени использованы во имя достижения идей социализма.

Закрепленный в УК 1996г принцип законности предполагает верховенст во закона. Но мы живем в непростое время, в эпоху формирующихся рыночных отношений, и согласитесь, что редакции некоторых составов преступлений, и, прежде всего, в разделе: «Преступления в сфере экономической деятельности», еще весьма несовершенны и нуждаются в комментариях и пояснениях. В этой связи невозможно не опираться на судебные прецеденты.

Другое дело, что возрастает и ответственность судебной власти в связи с опубликованием Постановлений пленумов, ответственность в рамках профес сиональной компетенции. Хотелось бы так же подчеркнуть, что все же мы дос таточно условно может сегодня говорить о вхождении РФ в Романо Германскую семью. В чем еще специфика нашего уголовного права, нашей правовой системы? Здесь следует отметить, что Особенная часть УК РФ коди фицирована не полностью.

Известно, что при решении вопроса и квалификации преступлений необ ходимо, зачастую обращаться не только к конкретной норме уголовного закона, но и иным Федеральным законам, например, к Закону от 08.08.2001 «О госу дарственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимате лей», Федеральному закону от 08. 08. 2001г. «О лицензировании отдельных ви дов деятельности», Федеральному закону от 03. 02. 1996г. «О банках и банков ской деятельности» и т.д.

Резюмируя сказанное, подчеркну самобытность развития нашей правовой системы в целом, специфику построения уголовно-правовых норм и соотноше ние уголовного закона и судебной практики Верховного суда РФ. Плохо это или хорошо, вопрос не в этом. Это существует и это неизбежно. Возможно, не так уж и плохо присутствие в УК принципа аналогии.

Наверное, этот принцип так же может быть использован для устранения пробелов в уголовном законодательстве, что в известной степени повысит роль и значение судебного усмотрения при вынесении приговоров.

Д.А. Рябко, начальник отделения делопроизводства и режима МСЧ ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Особенности исполнения условного осуждения в отношении несовершеннолетних Предупреждение преступности среди несовершеннолетних должно осно вываться на сильной и сбалансированной социальной политике государства. Международные акты в сфере предупреждения правонарушений несовершен Нагорных Р. Конференция в Вологде // Преступление и наказание: Ежемесячный общ. полит и научно-методический пенитенциарный журнал. – 2006. – № 2. – С.72.

нолетних прямо подчеркивают необходимость учета возрастных особенностей в национальном законодательстве и практике его исполнения.

В соответствии со ст.87 УК РФ несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет. Данный период жизни есть переход от дет ства к взрослой жизни. Одновременная принадлежность подростков к двум со обществам, к миру взрослых и детей, приводит к появлению маргинальной личности: эмоционально неустойчивой и напряженной, чувствительной, агрес сивной, застенчивой, конфликтной, склонной к крайним суждениям и оценкам.

Соответственно, маргинальная личность, менее подлежащая формам общест венного контроля, более подвержена криминальному влиянию в современном обществе. Учет возрастных особенностей несовершеннолетних в российском уго ловном законодательстве осуществляется по двум направлениям:

1) установление уголовной ответственности за посягательства в отноше нии несовершеннолетних и преступлений, затрагивающих законные интересы несовершеннолетних;

2) установление специфики уголовной ответственности самих несовер шеннолетних, совершивших преступления и применение к ним иных мер уго ловно-правового характера.

В соответствии со ст.89 УК РФ, учитываются условия жизни и воспита ния, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц. Ограничение сро ков наказаний (в частности, лишения свободы) и неприменение к несовершен нолетним некоторых других наказаний, а также необходимость обширного ис следования личности и ее окружения при назначении наказания создают усло вия для широкой распространенности применения к несовершеннолетним условного осуждения. Указанное обстоятельство требует детальной регламен Волкова В.М. Предупреждение преступности несовершеннолетних (социально-криминоло гический анализ): Дис. … канд. юрид. наук. – Ставрополь, 2000. – С. 39.

тации применения этой меры уголовно-правового воздействия с учетом осо бенности несовершеннолетнего возраста. Поскольку, уголовным законом не предусматривается каких-либо особенностей применения (назначения и исполнения) условного осуждения к подросткам в ряде постановлений Пленума Верховного Суда РФ даны следующие разъяснения. Так, в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г.№ 7 «О судебной практике по делам о пре ступлениях несовершеннолетних» разъясняется: «…при назначении несо вершеннолетнему наказания с применением ст.73 УК РФ судам в каждом случае следует обсуждать вопрос о возложении на условно осужденного определенных обязанностей», 2 а также в п.25 постановления Пленума Вер ховного Суда РФ № 2 от 11 января 2007 г. « О практике назначения судами Российской Федерации уголовных наказаний», сказано: «…при условном осуждении несовершеннолетнего помимо обязанностей, которые могут быть возложены на него в порядке, предусмотренном ч.5 ст.73 УК РФ, суд в соответствии с Федеральным законом от 24 июня 1999 г. «Об основах сис темы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолет них» при наличии к тому оснований вправе обязать осужденного пройти курс социально-педагогической реабилитации (психолого-педагогической кор рекции) в образовательных учреждениях, оказывающих педагогическую и психологическую помощь несовершеннолетним, имеющим отклонения в развитии…»3.

На несовершеннолетнего условно осужденного в полном объеме распро страняются все требования, предъявляемые к условно осужденным на осно вании уголовного, уголовно-исполнительного законодательства, а также ве Нагорных Р. Конференция в Вологде // Преступление и наказание: Ежемесячный общест венно-политический и научно-методический пенитенциарный журнал. – 2006. – № 2. – С. 72.

Бюллетень Верховного Суда РФ, 2000. – № 4.

Российская газета. – 24.01.2007. – № 13.

домственных правовых актов. Поскольку, контроль за поведением несовер шеннолетнего является предпосылкой его исправления, то по нашему мне нию, предъявление дополнительных требований при применении условного осуждения к несовершеннолетним имеет особое значение. Проведенные на ми исследования показали, что суды, к сожалению, редко используют воз можности такого воздействия на условно осужденного. Так, при исследова нии 110 личных дел несовершеннолетних условно осужденных в УИИ Крас нодарского и Ставропольского краев, предъявление к несовершеннолетним специальных требований в приговоре суда в 2006 г.составляет лишь 10,3% от общего числа изученных приговоров об условном осуждении несовер шеннолетних, в 2007 г. – 14,8%, в 2008 г. – 17,4%. Также при работе с несо вершеннолетними условно осужденными следует искать пути чтобы заинте ресовать их в ведении законопослушного образа жизни. Это может быть дос тигнуто посредством организации встреч с известными людьми населенного пункта, организации совместно с органами местного самоуправления раз личных оздоровительных культурных мероприятий, а так же организации экс курсий в СИЗО или колонии. Необходимо отметить такой негативный фактор, как проведение в УИИ регистраций условно осужденных без определения индивидуального дня для приема несовершеннолетних условно осужденных. Так, опрос сотрудников уголовно-исполнительных инспекций исследуемых регионов показал, что в 62,4% случаев для регистрации условно осужденных несовершеннолетних пре дусмотрены аналогичные, как и для условно осужденных, достигших совер шеннолетия, дни. Данное обстоятельство крайне негативно сказывается на про цессе исправления условно осужденных несовершеннолетних, становлении их психики, поскольку несовершеннолетний имеет возможность приобретать но вые асоциальные связи.

Без лишнего шума. Круглый стол по проблемам деятельности УИИ УИС Тверской области // Преступление и наказание: Ежемесячный общественно-политический и научно-методичес кий пенитенциарный журнал. – 2007. – № 2. – С. 18-24.

В целях ограничения негативного влияния окружения на осужденно го подростка, судам целесообразно при применении к нему условного осуждения, рассматривать вопрос об обязательном возложении наряду с другими обязанностями, также запрета пребывания вне дома в определен ное время суток и запрета на посещение определенных мест, а также воз держаться от общения в любой форме с определенными лицами (с указа нием фамилии, имени и отчества). Это позволит изолировать и переориен тировать несовершеннолетнего, отбывающего испытательный срок на правопослушное поведение. В подтверждение сказанному, можно привес ти п. 21 постановления Постановления Пленума Верховного Суда РФ от февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях не совершеннолетних», в котором говорится: «…судам необходимо повысить воспитательное значение судебных процессов по делам о преступлениях несовершеннолетних, уделяя особое внимание их профилактическому воз действию;

по каждому делу устанавливать причины и условия, способст вовавшие совершению преступления несовершеннолетними…». 1 Кроме то го, судам необходимо активно использовать возложение на осуждаемого условно подростка обязанности продолжить учебу и не нарушать учебную дисциплину, поскольку желание ее исполнять также будет поглощать об разовывающееся свободное время, которое раннее несовершеннолетний использовал на негативный образ жизни.

Вышесказанное находит свое подтверждение в следующих данных опро са, проведенного с сотрудниками уголовно-исполнительных инспекций Крас нодарского и Ставропольского краев, которые отметили, что среди нарушений, допускаемых условно осужденными несовершеннолетними являются наиболее частыми следующие: отсутствие своевременной явки несовершеннолетнего ус ловно осужденного на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию – 33,1% из числа всех условно осужденных несовершеннолетних;

употребление спиртных напитков – 31,7% из числа всех условно осужденных несовершенно Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2000. – № 4.

летних;

посещение различных увеселительных заведений в ночное время суток – 29,3% из числа всех условно осужденных несовершеннолетних;

укло нение от учебы – 15,1% из числа всех условно осужденных несовершеннолет них;

уклонение от прохождения курса лечения – 14,8% из числа всех условно осужденных несовершеннолетних;

отсутствие несовершеннолетнего по месту жительства продолжительное время – 4,7% из числа всех условно осужденных несовершеннолетних.

Проведенное статистическое исследование показало, что в отношении со стоящих на учете в уголовно-исполнительных инспекциях Краснодарского и Ставропольского краев условно осужденных несовершеннолетних при вынесе нии приговора судом возложенные обязанности располагаются следующим об разом: не менять постоянного места жительства без уведомления специализи рованного органа – 77,9%;

ежемесячно являться на регистрацию в орган, осу ществляющий контроль за поведением условно осужденного – 51,8%;

продолжить учебу – 13,6%;

запрещено пребывание вне дома в определенное время – 5,7%;

запрещено посещать определенные места – 1,2%. Другие обязан ности не возлагались.

В заключение, хотелось бы сказать, что некоторыми учеными выделяют ся следующие основные особенности несовершеннолетнего возраста, имеющие существенное значение в деятельности по предупреждению преступности не совершеннолетних, которые, по мнению автора, необходимо учитывать, с це лью установления доверительного контакта с ними, при осуществлении кон троля за поведением условно осужденного несовершеннолетнего и проведении с ним профилактической работы: самосознание и самоопределение своей личности несовершеннолетним в окружающем мире в период формирования системы норм ценностей;

Прозументов Л.M. Преступность несовершеннолетних: криминологические проблемы соуча стия. 2-е изд. – Иркутск: ЮИ ИГУ, 2002. – С. 12.;

Зинчук Е.Г. Криминологический анализ корыстных преступлений несовершеннолетних и психолого-педагогические меры их преду преждения: Дис. …канд. юрид. наук. – М., 1995. – С. 36.

стремление установить отношения со сверстниками через процесс об щения;

попытки несовершеннолетнего реализовать форму взрослых отноше ний для ограничения их власти над собой. Возникающие из этого конфликтные ситуации создают условия для апробирования несовершеннолетним своих но вых возможностей;

недостаточная конфликтная компетентность в силу отсутствия жиз ненного опыта и умения реализовать варианты действий в реальных конфликт ных взаимоотношениях с другими людьми;

участие в различных групповых образованиях как способ социализации и решения многих конфликтов этого возраста.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.