авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК МУЗЕЙ АНТРОПОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ ИМ. ПЕТРА ВЕЛИКОГО (КУНСТКАМЕРА) СКАНДИНАВСКИЕ ЧТЕНИЯ 2006 ГОДА Этнографические и ...»

-- [ Страница 16 ] --

Hr. Sergei Poliakof Skorpion, Moskwa Under et Besog her i Norge aftalte Hr. Balmont med mig at jeg skulde sende Dem min sidsre Bog «Under Hoststaernen» forat De kunne gore Dem bekendt med den og kanske faa Lyst til at lade den oversale til Russisk paa Deres Forlag. Bogen blev Dem tilsendt for Jul, men jeg ved ikke om den er kommet Dem ihaende.

Jeg indlod med Hensigt at sende Bogen til Tyskland samtidig som til Dem, forat De i Tilfoldte kunde faa god Tid til Deres Oversaettelse forst;

men nu er den jo for en Tid siden ogsaa oversendt til min tyske Forlaegger i Miinchen.

Jag haaber imidlertid at hvis De har beslutted Dem til at oversaette Bogen, da er Denne Oversasttelse nu enten fasrdig eller ialfald saa langt fremskreden at den ikke kommer bagefter den tyske Udgave. Det er jo ingen stor Bog og det tager ikke lang Tid at oversaette den.

Var saa snil at hade mig hore fra dem naar De faar Tid dertil.

Med venlig Hilsen fra Deres Forbundne Knut Hamsun Ю.К. Балтрушайтис A.C. Полякову. 29 августа 1908 г. // ИМЛИ OP. Ф. 76. Oп. 1. № 8.

Там же хранится рукописный текст «У врат царства»: Пьеса / Пер. с норв. Ю.К. Балтру шайтиса и С.Н. Полякова. См также: Гамсун К. У врат царства / Пер. с норвежского Ю. Балтрушайтиса и С. Полякова. М., 1915. (Приложение: гранки перевода.) У жизни в лапах: Пьеса / На норвежском языке. Гектограф, б/д.;

Пан: Роман / Пер. с норв. А.С. По ляков. Автограф переводчика. 1909 г. Дальнейшая инициатива гамсуновских переводов переходит к Бальмонту, но уже для сборников «Шиповника» (9, 10, 11 т. 1908–1910 гг.).

ИМЛИ. Архив Горького. П-ка «Зн» 15–12.

М.Ф. Ликиардопуло А.С. Полякову. 11 июля 1915 г. Стокгольм // ИМЛИ ОР. Ф. 76. Оп. 1.

№ 76.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН А.В. Савицкая АКСЕль мУНТЕ: лЕГЕНДы И рЕАльНОСТь Если просвещенную русскую аудиторию попросить назвать шведского автора, чья книга приобрела наибольшую международную известность и продолжает удерживать эти позиции, то едва ли сразу будет названо имя Ак селя Мунте. Между тем именно так характеризуют шведские исследовате ли его книгу, которая в оригинальной, английской, версии называется «The Story of San Michele», в шведском варианте «Boken om San Michele», а в русском переводе (с английского языка) «Легенда о Сан-Микеле» и име ет подзаголовок «Записки врача и мистика»1.

Что же представляет собой эта книга? Сам Аксель Мунте пишет в пре дисловии, что критики не в силах решить, к какому жанру следует отнести его произведение, и считает это вполне оправданным. Он категорически от вергает попытки называть книгу автобиографией или воспоминаниями врача.

Мунте говорит о том, что отнюдь не собирался писать историю собственной жизни, и, как мы увидим дальше, биография героя книги, действительно, да леко не во всех моментах совпадает с биографией самого автора. Называть же книгу «Воспоминания врача» кажется Мунте еще менее уместным. Он пишет: «Такой помпезный подзаголовок никак не вяжется с ее бурной про стотой, бесстыдной откровенностью и прежде всего с ее прозрачностью»2.

Мунте считает, что врачу лучше вообще не писать мемуаров, «оставив мерт вым их покой, а живым их иллюзии»3. Думается, прав был критик, сказав ший, что «Книга о Сан-Микеле» может на всю жизнь обеспечить сюжетами авторов коротких чувствительных рассказов4. Она состоит из множества раз нообразных зарисовок, посвященных как врачебной практике автора, так и его путешествиям, размышлениям о жизни и смерти и, конечно, бесконечно любимым им животным. Перед читателем проходит целая вереница персона жей, среди которых и широко известные люди, например Мопассан или про фессор Шарко, и великосветские пациенты автора, и представители самых низших сословий разных европейских стран со всеми тяготами их жизни.

Читатель попадает то в роскошные замки Франции, то в Неаполь во время эпидемии холеры, то путешествует по Лапландии, то оказывается свидете лем землетрясения в Мессине. Но красной нитью через всю книгу проходят любовь автора к Италии, его интерес к античности и процесс создания его главного детища виллы «Сан-Микеле» на Капри. Вероятно, именно такая © А.В. Савицкая, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН разноплановость книги во многом предопределила ее невероятный успех.

Кого-то привлекал ее познавательный характер, кого-то искрящийся едкий юмор, кого-то высокий трагизм отдельных эпизодов, кого-то трогатель ные страницы, посвященные животным и птицам.

Книга была написана на английском языке, вышла в Англии в апреле 1929 г. и еще до конца года переиздавалась шесть раз. Но еще больший успех выпал на ее долю в США, где было выпущено собственное издание книги, которое весь 1930-й г. занимало первое место среди бестселлеров non-fiction, а весь следующий год второе место, выдержав более 100 переизданий.

Помимо безусловных художественных достоинств книги, высоко оце ненных критиками, такой повышенный интерес к ней, несомненно, по догревался неординарностью личности ее автора. Первую книгу о самом Акселе Мунте Кнут Бунде написал еще при его жизни5, в дальнейшем к его биографии обращались еще несколько шведских авторов. Однако наиболее полное описание долгой и чрезвычайно интересной жизни Акселя Мунте появилось в 2003 г. это книга Бенгта Янгфельдта «Неприкаянная душа.

Рассказ об Акселе Мунте», в которой прослеживается буквально каждый шаг Мунте6 на протяжении всей жизни. В основу книги положен колоссаль ный архивный материал, она снабжена множеством фотографий и содержит более 650 страниц. Данная статья, имеющая своей целью познакомить оте чественного читателя с личностью Акселя Мунте и его книгой, в основном строится на сведениях, почерпнутых именно из книги Бенгта Янгфельдта.

Аксель Мартин Фредрик Мунте родился 31 октября 1857 г. в г. Оскарс хамне в семье достаточно состоятельного аптекаря. Вскоре семья переезжа ет в Стокгольм, где Аксель сперва учится в Стокгольмском лицее, в котором в свое время учился и Стриндберг, а затем оканчивает гимназию и в 1874 г.

поступает в Уппсальский университет, где начинает изучать медицину. Од нако через два года обнаруживается, что он тяжело болен, врачи подозрева ют у него туберкулез и настоятельно советуют родителям отправить сына на юг. В 1876 г. Аксель уезжает в Париж, оттуда в Ментону, а затем в Италию и вскоре впервые попадает на Капри. Почему он оказался именно на Кап ри неизвестно, но с этого момента главной мечтой его жизни становится обрести дом на Капри.

В 1877 г. Аксель продолжил учебу в университете Монпелье и всего за пять семестров стал дипломированным врачом, что особенно удивительно, поскольку, покидая Швецию, он довольно плохо владел французским языком.

Тем не менее в августе 1880 г. он уже подает докторскую диссертацию «О маточном кровотечении при родах» и, несмотря на то, что сам остается недо Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН волен собственной защитой, становится одним из самых молодых докторов медицины во Франции. В том же году в Париже он женится на шведке Ульти ме Хурнберг. Здесь можно сразу отметить существенное отличие биографии героя «Легенды о Сан-Микеле» от биографии самого Мунте: герой книги хо лост. Правда, в одной из глав Мунте описывает свой собственный «мальчиш ник» перед свадьбой, закончившийся скандалом и попаданием всей компании в полицию, но женихом в книге является не Мунте, а его друг Вальгрен.

В 1884 г. в Неаполе разразилась эпидемия холеры, и Аксель прово дит там семь недель в качестве врача-добровольца. Именно в Неаполе он впервые берется за перо и начинает писать письма-репортажи для газеты «Стокгольмс дагблад», которые подписывает Пак Мунте. Выбранное имя принадлежало его любимой собаке. «Письма из Неаполя» пользовались большим успехом, и в 1885 г. были изданы отдельной книгой, получившей название «Из Неаполя» (Frеn Napoli).

Вернувшись в Париж, Аксель становится постоянным корреспонден том газеты «Афтонбладет». Многие даже отмечают, что его журналистская деятельность мешает карьере врача. В 1888 г. выходит вторая книга Мунте «Маленькие эскизы» (Sm skizzer). Можно отметить, что начиная со своей первой публикации Аксель ловко торгуется с издателями этим талантом он будет пользоваться на протяжении всей жизни. Он ведет параллельные переговоры с несколькими издательствами и всегда добивается максималь ных гонораров. Так, чтобы заполучить «Маленькие эскизы», издательству «Норстедтс» пришлось предложить ему такие условия, на которых у них не публиковался никто из шведов, только Ибсен и Бьёрнсон7.

К этому времени у Акселя значительно осложняются отношения с же ной, они расстаются, в 1888 г. следует развод, и Аксель уезжает на Капри.

В «Легенде о Сан-Микеле» внезапный отъезд героя из Парижа объясняется не разрывом с женой и душевным кризисом, а крупным скандалом с про фессором Шарко. Последнее, судя по всему, является вымыслом, поскольку все эпизоды книги, связанные с работой героя у Шарко, были после выхода книги опротестованы сыном профессора, и Мунте даже пошел на то, чтобы исключить их из французского издания «Легенды о Сан-Микеле». Полного текста книги на французском языке не существует до сих пор.

На Капри Мунте быстро становится чрезвычайно популярен, однако ма териальные затруднения вынуждают его начать врачебную практику в Риме.

Благодаря старым контактам в дипломатическом корпусе он уже в начале 1891 г. оказывается, по его собственному утверждению, лечащим врачом большинства иностранцев, проживающих в Риме8. В мае того же года на Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Капри приезжает лечиться Виктория, супруга наследного принца Швеции и Норвегии, будущего короля Густава V, и ее окружение считает необходи мым познакомить Викторию с доктором Мунте. Эта встреча явилась пово ротным моментом в его биографии, правда, следует сразу оговорить, что вся история отношений Акселя Мунте с главной пациенткой его жизни для читателя «Легенды о Сан-Микеле» остается тайной.

Супруга наследника с детства страдала от разного рода недомоганий, а после рождения детей ее состояние настолько ухудшилось, что врачи на стоятельно посоветовали ей проводить зимы в более теплом климате. В де кабре 1892 г. Виктория намеревалась провести три месяца на Сицилии, и было решено, что в поездке ее будет сопровождать доктор Мунте. Аксель быстро завоевывает доверие своей пациентки, которая к этому времени страдает не только от тяжелого плеврита, но и от сложных отношений с мужем, и становится ее главным врачом на все последующие годы. При этом нельзя не отметить, что сохранившиеся письма и свидетельства сов ременников не оставляют никаких сомнений в степени близости их отно шений. Невзирая на самые различные события в их жизни и политические разногласия в годы Первой мировой войны, они в течение тридцати семи лет сохраняли нежную привязанность друг к другу. Именно к Акселю были обращены последние слова королевы Виктории на смертном одре: «Come soon» («Приходи скорей»)9.

Благодаря все возрастающему количеству влиятельных пациентов Мун те с 1889 г. начинает покупать на Капри недвижимость. Особо следует отме тить покупку в Анакапри дома вместе с расположенной неподалеку часов ней Сан-Микеле. С 1898 г. Мунте начинает строительство своей знаменитой виллы, подробно описанное в «Легенде о Сан-Микеле».

В январе 1903 г. положение Акселя при шведском дворе закрепляется официально его назначают лейб-медиком. В тот же год начинается стро ительство летней резиденции королевской семьи на острове Эланд. Вик тория, которая к этому времени посещает Капри почти ежегодно, вместе с Мунте принимает самое активное участие в строительстве. Архитекторам приходится неоднократно менять проект, и получившаяся в конечном сче те резиденция Суллиден, которая до сих пор является летней резиденцией шведской королевской семьи, откровенно напоминает свой образец вил лу «Сан-Микеле», а многие из украшающих резиденцию античных скуль птур являются копиями скульптур из дома Мунте.

В 1907 г. Аксель женится на состоятельной англичанке Хильде Пеннинг тон-Меллор. К этому времени он лишается одного глаза и нуждается в пос Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН тоянной помощи, а кроме того, хочет иметь наследников. Когда у них рож даются сыновья, то королева Виктория становится их крестной. В 1908 г.

Акселя назначают первым лейб-медиком, и он впервые строит себе дом в Швеции, в провинции Даларна. В том же году происходит землетрясение в Мессине, и Мунте, естественно, устремляется туда.

Первая мировая война осложняет отношения открыто поддерживающего англичан Мунте с занимающим пронемецкую позицию шведским королевским двором, и он большую часть времени проводит на Капри. В 1919 г. Мунте пос ле многочисленных ссор навсегда расстается с женой. Официально развод не оформляется, но Аксель практически лишается возможности видеться с сыно вьями. Интересно, что, порвав отношения с мужем, Хильда продолжает вести оживленную переписку с королевой, регулярно обсуждая с ней Акселя.

В апреле 1929 г. выходит английское издание книги о Сан-Микеле. В пре дисловии Мунте пишет, что начал ее писать в конце войны, но вынашивал замысел в течение 30 лет с момента завершения строительства виллы. Из вестно, что, узнав о готовящейся книге, Виктория просила Мунте посвятить книгу ей, но он отказался, сказав, что в отличие от многих других предпо читает оставлять свои королевские знакомства за рамками книг. Виктория, правда, попала в число тех, кому издательство выслало по просьбе автора дарственные экземпляры. Как уже отмечалось, книга имела оглушитель ный успех. Европейские издательства стояли в очередь на получение авто рских прав для ее перевода. Только в Швеции на книгу претендовали пять издательств. Интересно, что Мунте первоначально не хотел печатать книгу в Швеции и даже велел своему английскому издателю не посылать ее в швед ские газеты. Однако вскоре он сменил гнев на милость и после длительных переговоров подписал договор с издательством «Бонниерс». Мунте подроб но оговорил, в какой степени он будет прибегать к помощи переводчика (для убыстрения процесса) и как именно будет выглядеть шведское изда ние. Он подчеркивал, что, поскольку королева проявляет большой интерес к изданию, оно должно быть качественным. Были детально оговорены тип бумаги и вид переплета, расположение заголовка, использование курсивов и посвящение королеве, даже в случае ее смерти до выхода книги. Виктория к этому времени пребывала уже в очень тяжелом состоянии, но тем не менее пыталась помогать Мунте вычитывать корректуру. Увидеть шведский вари ант книги ей так и не удалось она умерла 4 апреля 1930 г., а книга вышла в начале мая, но издатель выполнил условия договора, и в книге имеется посвящение: Till Drottningen de frtryckta djurens beskyddare alla hundars vn (Королеве, защитнице угнетенных животных, другу всех собак).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН После смерти королевы Мунте один летний месяц проводил в резиден ции Суллиден в качестве гостя Густава V, а в последние годы жизни жил в Стокгольме, в королевском дворце, в отведенной ему Густавом квартире.

Умер Аксель Мунте 11 февраля 1949 г. в возрасте 92-х лет. Виллу «Сан-Ми келе» он завещал Шведскому институту в Риме, и она по-прежнему функ ционирует как музей, при котором имеются жилые помещения, куда приез жают работать стипендиаты Шведского института.

Личность Акселя Мунте овеяна множеством легенд. Самая увлекатель ная из них, вероятно, легенда о его королевском происхождении. Внешнее сходство Мунте с Густавом V и та легкость, с которой он прочно вошел в королевское окружение, его интеллект и многочисленные таланты породили слухи о том, что он, как и Густав, был сыном Оскара II. Слухи эти подогре вались еще и следующим обстоятельством: из «Легенды о Сан-Микеле» о его родителях можно узнать лишь то, что мать не кормила его грудью, а отец в сердцах говорил, что отцом этого ребенка является сам дьявол. Ряд письменных свидетельств подтверждает, что на Капри Мунте считали коро левским сыном, и даже делались попытки говорить об этом на экскурсиях в Сан-Микеле, для пресечения которых секретарю короля Густава VI Адоль фа пришлось направить туда официальное опровержение. Однако, как по казывает Бенгт Янгфельдт, при известном усердии в трактовке некоторых документов и большом желании протянуть определенную ниточку, правда не от матери, а от бабушки Акселя, к королю Оскару все же можно10.

В «Легенде о Сан-Микеле» фигурирует целый ряд широко известных людей, многим из которых отводится роль друзей или близких знакомых Мунте. Однако иногда это знакомство на самом деле оказывается далеко не столь близким, например в случае с профессором Шарко и некоторы ми другими крупными медиками. В то же время истинный круг знакомых Мунте был необычайно широк и разнообразен. В силу своего положения при шведском дворе он встречался с представителями многих европейских королевских династий. Достаточно сказать, что когда Мунте сопровождал Викторию в Виндзор на свадьбу ее сына Густава Адольфа, дядя невесты, ко роль Эдуард VII, приветствовал его словами: «У нас много общих друзей»11.

Среди друзей Мунте было много известных людей: с ним в разные годы дружили писатели Карл Сноильски, Юнас Ли и Бьёрнстьерне Бьёрнсон, ху дожники Карл Ларссон, Андерс Цорн, Альберт Эдельфельт и принц Эушен.

О публикациях Мунте помимо множества литературных критиков высказы вались такие писатели, как Стриндберг, Голсуорси, Киплинг и Цвейг. Среди друзей и знакомых Мунте было много известных шведских и английских Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН дипломатов и политических деятелей из разных стран. Он даже чуть было не продал виллу «Сан-Микеле» Герману Герингу. Перечислить всех, с кем Мунте когда-то встречался или состоял в переписке, в краткой статье просто не представляется возможным.

Мунте был широко известен как борец за права животных и птиц. Зна чительную часть гонораров за «Легенду о Сан-Микеле» он вложил в дело защиты животных и сумел многого добиться. Например, благодаря его уси лиям Муссолини в 1932 г. запретил на Капри любой вид охоты на птиц.

Мунте был кавалером, а потом и командором шведского ордена Поляр ной звезды, командором английского ордена королевы Виктории, обладате лем медали «За вклад в ликвидацию последствий землетрясения в Месси не» и ряда других наград. За свою благотворительную деятельность он был избран почетным гражданином Анакапри.

Однако поистине мировую известность Мунте принесла его главная кни га «Легенда о Сан-Микеле». Выше уже упоминался невероятный успех кни ги, изданной на английском языке. В 1930 г. книга вышла на шведском, дат ском и испанском языках;

в 1931 г. на голландском, норвежском, финском и немецком языках;

в 1932 г. на итальянском;

в 1933 г. на исландском, польском, сербохорватском и венгерском;

в 1934 г. на болгарском, француз ском, словенском, чешском и румынском;

в 1935 г. на иврите, латышском, португальском, турецком и эсперанто. Первое издание на русском языке в со кращенном виде появилось в 1969 г., а в 2003 г. впервые появился полный рус ский текст «Легенды о Сан-Микеле» в переводе с английского языка. Хочется верить, что это издание не станет последним и что многим русским читателям удастся познакомиться с книгой удивительного шведа Акселя Мунте.

*** Мунте А. Легенда о Сан-Микеле. Записки врача и мистика. М., 2003.

Мунте А. Предисловие автора // Легенда о Сан-Микеле. Записки врача и мистика.

М., 2003. С. 5.

Там же. С. 6.

Там же. С. 7.

Bonde K. I skuggan av San Michele. Stockholm, 1946.

Jangfeldt B. En osalig ande. Berttelsen om Axel Munthe. Wahlstrm & Widstrand, 2003.

Ibid. S. 203.

Ibid. S. 260.

Ibid. S. 522.

Ibid. S. 542–545.

Ibid. S. 379.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Л. Брауде И ВО мрАКЕ БрЕзжИТ СВЕТ… В июне 1996 г. у дверей одного из крупнейших кинотеатров Стокгольма толпилось множество детей и взрослых, явно взволнованных и, казалось, преисполненных ожидания встречи с чем-то прекрасным. А этим прекрас ным был просмотр фильма «Дети стеклодува»1. Через несколько часов, при тихшие и счастливые, дети и взрослые выходили из кинотеатра, а пересту пив порог, захваченные красотой и яркими картинами фильма, оживленно делились впечатлениями.

Что же это за фильм, привлекший такое внимание жителей столицы Швеции?

Фильм был поставлен по книге Марии Грипе, известнейшей писатель ницы Швеции, второй в стране после Астрид Линдгрен обладательницы золотой медали Ханса Кристиана Андерсена, называемой также «Малой Нобелевской премией», награды, вручаемой лучшим детским писателям и лучшим иллюстраторам детских книг мира2. Это не первый экранизирован ный по произведениям Марии Грипе фильм. Еще ранее некоторые ее книги для детей стали кинофильмами.

Но этот вдохновивший крупного режиссера Андерса Грёнруса фильм был снят по самой первой сказочной повести Грипе «Дети стеклодува» (1964)3.

Фильм, впрочем, как и сама повесть-сказка, имели сказочный успех. Это произведение знаменовало серьезный перелом в творчестве писательницы, который скажется на многих будущих ее произведениях: повестях-сказках, а также в книгах, написанных в жанре фэнтези своего рода литературной сказке XX–XXI вв. М. Грипе не случайно обратилась к повести-сказке. Писательницу, с детства обладавшую даром фантазии, не остановил даже шумный успех ее прозаических повестей, переведенных на многие языки («Юсефин», «Хуго и Юсефин» и др.).

Кто же она, автор прославленных книг?

Мария Грипе, дочь офицера, родилась в 1923 г. в Ваксхольме, на острове в Стокгольмских шхерах, а в 1929 г. переехала с родителями в г. Эребру.

Уже в 10-летнем возрасте девочка развлекала или, как она сама называла, «мучила» перед сном младших сестер бесконечными рассказами. Ее фан тазия была такой богатой, что дети без конца дразнили ее, говоря: «Эх ты, © Л. Брауде, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН выдумщица, да еще вруша!» А многие знавшие ее взрослые, вздыхая, пов торяли: «Не обращайте на нее внимания! У нее живая фантазия»5.

И в самом деле! Однажды в магазин готового платья в Эребру пришла маленькая школьница и стала выбирать себе плащик, что оказалось ей поч ти не под силу. Потому что плащ был для нее не просто плащ… Нет, в каж дом из них жили злые или добрые духи, и очень важно было правильно выбрать… Тогда Мария, вспомнив, как ее дразнили дети и что говорили о ней взрос лые, приняла важное решение: она станет самой обыкновенной девочкой, безо всяких фантазий… И она в самом деле изменилась, начала улыбаться, говорить быстро, понятно и совсем другим голосом.

Так появилась знаменитая в будущем писательница Мария Грипе.

«К счастью, пишет шведская исследовательница Бритт Энгдаль, Мария сохранила контакт с фантазией, только научилась скрывать это». Ее неуемная фантазия породила множество книг. Одно за другим, иногда дваж ды в год (1956, 1957), появляются все новые и новые произведения Грипе, некоторые из которых принесли ей всемирную славу.

В 1964 г. вышла поэтическая повесть-сказка «Дети стеклодува».

К тому времени, сдав студенческие экзамены и окончив занятия в уни верситете, где она слушала лекции по философии и истории религии, она вышла замуж за великолепного художника Харальда Грипе (1921–1992).

Событие это, наряду с творческой фантазией, стало решающим для твор чества молодой писательницы. До самой смерти Харальд иллюстрировал книги жены, и, как он рассказывал, она делилась с ним своими замысла ми, а он воплощал их в рисунках, зачастую еще до того, как книга была написана.

«Он извлекает свет из мрака», сказала о Харальде Мария Грипе, имея в виду новую для него технику рисунка, технику проскребывания. Он вы скребывал с темной поверхности иллюстрации светлый мотив книги6. Впер вые эту технику Харальд Грипе применил в иллюстрациях к повести-сказке «Дети стеклодува».

Личный и творческий союз писательницы и художника был отмечен пре миями Шведской академии 1979 г. и Поощрительной литературной преми ей 1982 г.

Как родился замысел повести-сказки «Дети стеклодува»?

В начале 1960-х гг. семья Грипе жила в одной из шведских провинций, в каменистом Смоланде (откуда родом и Астрид Линдгрен). И вот однаж ды в сентябре Мария и Харальд с маленькой дочерью Камиллой (ставшей Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН впоследствии детской писательницей) отправились на ярмарку. В палатках сверкало чудесное смоландское стекло чаши, бокалы, к стволам деревьев были приколоты картины на продажу, а на обочине сидел какой-то старичок, продававший разные украшения. Мария купила у него оловянное кольцо с зеленым камнем. В этом перстне, в этом камне скрывалось нечто особен ное: камень походил на чей-то глаз… Вот так зародилась идея замечательно красивой повести-сказки «Дети стеклодува». В летнем домике Мария нашла старинную сахарницу с изоб ражением двоих детей, ставших в ее книге детьми стеклодува… И назвала она их Клас и Клара.

Грипе тут же начинает сочинять свою напоминающую сагу повесть-сказ ку. Пишет быстро, судорожно. Позднее она расскажет, что книга писалась как бы сама собой.

Не правда ли, творческая история этого произведения напоминает историю многих сказок и историй великого Андерсена? Он говорил, что каждый доща тый забор, каждая лужица и все, на что упадет его взор, рождают сказку!

В молодости Мария Грипе писала стихи, которые сама называла «пла чевными». Но она перестала их сочинять, когда Камилла полюбила сказки.

И Мария, рассказывая сказки дочери, начала творить в этом жанре, утверж дая однако, что фантазия не должна терять связь с жизнью, иначе из-под пера выходят причудливые и вовсе не интересные видения, а одна сплош ная чепуха.

Не случайно критики иногда называют писательницу «чаровница буд ней». Ведь в ее творчестве, как и в творчестве Андерсена, тесно перепле лись жизнь, действительность со сказкой и фантазией. А фантазия, по сло вам Марии Грипе, лучше справляется безо всяких выдумок.

В молодости литературными любимцами писательницы были Эдгар По, сестры Бронте и замечательный шведский романист Карл Юнас Лове Альмквист (1793–1866), в духе которых ей позднее захотелось писать, одна ко с самого детства кумиром Грипе был Ханс Кристиан Андерсен.

Когда в 1974 г. ей вручали Международную золотую медаль Андерсена, Гриппе, к тому времени уже мастер, получивший международную извест ность, в своей речи рассказала, что рано начала писать, а однажды забы ла спрятать свой блокнот с небольшим рассказом о птицах. Отец Марии, считавший, что на свете существует только один-единственный писатель Андерсен, случайно нашел блокнот и прочитал рассказ дочери, сказав: «Это ужасно!», закончил речь, обращенную к ней, словами: «Вот Андерсену было о чем рассказать!»7.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Узнав о присуждении ей Международной золотой медали Андерсена, Грипе подумала: «О, как жалко, что папа не дожил до этого дня! Как бы он гордился мной!»

В повести-сказке Грипе «Дети стеклодува» наряду с фольклором ощути ма любовь к Андерсену.

Там встречаются фольклорные персонажи: лесовица, две сестры доб рая ворожея, провидица Крылатая и злая жестокая Нана, таинственный ста ричок, продавший Софии кольцо, обладающее волшебной силой, и волшеб ные превращения детей, Класа и Клары, в глиняные горшки. С фольклором связан и образ Властительницы, у которой нет никаких желаний.

Важна в книге фольклорная атмосфера борьбы Добра и Зла, которым посвящены первая и вторая части книги. Нарисованы Город Добра и Город Зла. Они же Город Беспросветной Нужды и Город Исполнения Желаний.

А в третьей части, где борьба со Злом кончается победой Добра, есть Река Забытых Воспоминаний.

Похищенных детей возвращают из Мрака к Свету, из Города Зла в Город Добра, из богатого Дома Властителя в бедную Лачугу Стеклодува.

Из сказки Андерсена «Снежная королева» взяты мотивы похищения де тей Властителем и неосознанной попытки превратить их в бессердечные, бездушные манекены.

Из сказки великого датского писателя «Соловей» судьба художника в обществе, где ценится неподлинное искусство и где покупают аляповатые стеклянные изделия, а не произведения истинного художника стеклодува Альберта.

Тема перстня, амулета, играющего роковую роль в судьбе семьи стекло дува, созвучна образам и мотивам романа финляндского сказочника-класси ка Сакариаса Топелиуса «Королевский перстень».

Вещий ворон Разумник из сказки Грипе «Дети стеклодува» напоминает ворона Батаки из книги шведской писательницы Сельмы Лагерлёф «Удиви тельное путешествие Нильса Хольгерсона с дикими гусями по Швеции».

В повести-сказке Грипе ощущается дыхание таинственной исландской саги. Не случайно слово «сага» иногда присутствует в отзывах отдельных критиков, которые пишут о книге «Дети стеклодува». Каждую ее часть со знательно предвосхищает эпиграф, взятый из сборника древнеисландских песен «Старшая Эдда» и «Прорицания Грои», о которых упоминается в своеобразном учебнике поэзии «Младшая Эдда»:

«Коли случится, Что желание твое сбудется, Значит, так судил рок».

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Повесть-сказка «Дети стеклодува» своего рода литературная сказка.

Используя фольклорные и литературные реалии и мотивы, писательница пе реосмысливает их. София наказана за случайно вырвавшиеся слова о том, что дети ей в тягость. В наказание, как считает сама София, у нее похищают Класа и дочь Клару. Однако сама София тотчас раскаивается в своих словах.

Но за что наказан Альберт вечный труженик-художник? «Рок-судь ба», отвечает Грипе, предпослав эпиграфом к первой части книги изре чение бога Одина: «Коли не знать судьбу свою заранее, можно жить безза ботно».

Важен эпиграф и ко второй части: «… один богат, другой беден не делай его бремя еще более тяжким».

Грипе широкими штрихами рисует жизнь обитателей Города Беспро светной Нужды, главным образом Альберта, бедняка-художника, едва сво дящего концы с концами, и жизнь в Городе Исполнения Желаний.

Властитель похищает самое дорогое, что есть у бедняков Софии и Аль берта, их детей. Рисуется эгоизм «добрейшего» Властителя, считающего, что Альберт должен быть ему благодарен за то, что ему не надо кормить Класа и Клару. Он похищает их, с тем чтобы они некоторое время сопро вождали Властительницу во время ее прогулок по Дому, так как ей кажется, что дети ей больше к лицу, чем собаки.

В богатом Доме Властителя Клас и Клара заброшены, лишены родительской любви, ласки, подвергаются издевательствам Наны, они забыли прошлое.

Но неистребима, как считает Грипе, их любовь к Красоте. Маленький Клас, в котором, как и в отце, с младенчества живет любовь к Красоте, в знак подсознательного протеста против того, что его лишили Любви, Доб ра, Красоты, тайком разбивает стекло бокалы и чаши в Доме.

«Дети должны бороться и уметь постоять за себя, так как в этом их единственный шанс быть услышанными в мире взрослых», утверждает писательница. И Клас услышан. Крылатая, не без помощи Разумника, спа сает детей.

Если бы не Крылатая, обладающая волшебной силой, которая, однако, направляет ее только на добрые дела, неизвестно, что стало бы с Класом и Кларой. Ворожея и Вещунья не только спасает детей, она помогает Власти телю и его жене понять их чудовищное преступление.

Борьба Добра и Зла показана здесь в сказочной форме. Воплощение Зла сестра Крылатой Нана, с ее жестокими, бесчеловечными попытками воспитания Класа и Клары. Образ Наны выписан в книге Грипе в свифтов ских и раблезианских тонах.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Сатирические нотки слышатся и в описании Города Исполнения Жела ний. Читая о гигантомании Властителей и их «великих» планах, невольно вспоминаешь Салтыкова-Щедрина.

Грипе часто задают вопрос, кому адресованы ее книги?

«Я пишу не для детей, не для взрослых, а для людей», отвечает она.

Ее произведения, как и произведения любого крупного писателя, например Дефо, Шарля де Костера, Гюго, Янссон, Линдгрен, могут читать и дети, и взрослые. И все же М. Грипе уточняет: «Дети постоянно развиваются.

Взрослые более сформированы. Поэтому я охотнее пишу для детей»8.

«Твои книги такие хорошие, писала Марии Грипе 13-летняя шведская школьница, потому что заставили меня думать».

Книги писательницы М. Грипе, в частности «Дети стеклодува», вселяют надежду: и во мраке забрезжит свет! Ведь слова о Харальде Грипе «он извлекает свет из мрака» относятся и к ней. Пусть этот Свет из Мрака озаряет детей и вселяет в них надежду на то, что Свет победит Мрак и в наши дни, когда дети подвергаются страшному насилию.

Пусть же во мраке брезжит свет!

*** См.: Grnros A. Filmare vid livets grns // UNT Nje. 1992. 29 Mai.

См.: Fagerstrm G. Maria Grip, hennes verk och hennes lsare. Stockholm, 1977;

Tor Nilsson Ji. Hon blndar filosofi och humor // Svenska Dagbladet. 02.12.1991;

Skuggorna fr trogna om Maria Gripe. Stockholm, 2000.

Gripe M. Glasblsarnas barn. Stockholm, 1965;

Грипе М. Дети стеклодува / Пер.

Л.Ю. Брауде. СПб., 2005;

СПб., 2006.

Hagstrm J. Gtfulle bcker om barn // UNF. Fr dagen. 1994. 26 Oktober;

Rostrup S.

Det sknnest m ogs vre det skrest, Brn;

Bger, 1983. № 4.

«Kmmert Euch nicht um das, was sie sagt, sie hat eine so lebhafte Phantasie…»

Любопытно, что в России эту технику ввел в своем творчестве замечательный теат ральный художник и график М.В. Добужинский (1875–1957), назвав ее «глоттография»

(от лат. glotta язык и греч. grapho пишу).

Грипе М. Речь при вручении Международной золотой медали Андерсена / Пер.

Л.Ю. Брауде. Рукопись.

Maria Gripe. Som skriver om och fr bde barn och vuxna… R: R–TV. 5–11 / 8: 1977.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН пЕрСОНАлИИ Stig Oran Ohlsson UrbaN HIrNE aNd rUssIa In the year 1717, a book was published anonymously in Sweden. Its title was Orthographia svecana. Nevertheless, it was written in Swedish, not in Latin.

The text is a dialogue between the old and wise Eustathius, and his young pupil, Neophilus. They are discussing which orthography that should preferably be used, because Neophilus has in mind to publish a manuscript. Now he wants to know from Eustathius if it is advisable to use the new orthography, introduced some time ago, or rather stick to the old one, where for example long vowels are written with double letters, and that was not at all used in the new style.

Eustathius totally rejects these new ideas and defends the traditional orthograp hy, with very sharp words against the innovative Swedish orthography, used by Eusebius (= Bishop Jesper Swedberg) and others. He also claims that it is only in Sweden where they want to destruct a well-functioning orthography, and he hints at other European languages which are using double vowels, especially Dutch.

Neophilus seems to accept his master’s traditional opinion, and asks him where he has learnt the rules for Swedish Orthography. Here is the beginning of the answer by Eustathius, a kind of autobiography:

OS, page Eust: As God has let me reach a good age, I can think back to my first child hood (when I was hardly four years old). At that time they were very cautious about it. So, when I started spelling and writing, my teacher was very careful to look after his pupils’ orthography. I had, and have had ever since, an inclination towards Swedish. Because four different languages were current in my native country when I was young, namely Swedish, German, Finnish and Russian, eve rybody learnt the language he was brought up in, and tried to be skilled in it.

© Stig Oran Ohlsson, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН When I became older, I also practised Swedish poetry, in addition to the subjects my study prescribed. Whether my friends were right, in considering me rather talented as a poet, I cannot judge. At least I was very scrupulous in formal mat ters. I took after those masters who were so meticulous that if somebody made a mistake, especially in orthography, he was considered to have committed no less a crime than a person who makes flagrant mistakes in Latin. Then it was not difficult to write correctly, although we did not exactly know the rules. We knew from daily usage how to write [—].

«Four different languages were current in my native country when I was young, namely, Swedish, German, Finnish and Russian». — I hope you have started thinking about where this man can have been brought up? The right ans wer is: here where we are assembled now!

Everybody in Sweden knew that it was the famous archiater Urban Harne, life physician of both King Charles XI and Charles XII, also famous as a chymist and in all the natural sciences, who had written the anonymous book. Eustathius is mainly Hiarne himself as a 75 years old man. He was born in 1641 in a little village in In gria, called Skvorits. After a few years his parents moved to another parish in Ingria, called Kattila, pretty close to Narva. But already in 1648 the father, a vicar of the Swedish Lutheran Church, and born in Varmland in Sweden already 1596, was pro moted to the post as prepositus over the diocese ofNoteborg, and at the same time vicar of the Swedish and German churches in Nyen or Nyenskans.

So, when Urban Hiarne (Eustahius) is talking about the four languages in the city where he was brought up, he is talking about the small Swedish city of Nyen, situated close to where the river Ochta falls into the Neva. (Nyen is the old Swedish name of Neva.) I do not know how many in the audience who are aware of that there was a Swedish city here, when Peter the Great founded his Skt Petersburg, already be fore he had finally beaten the Swedish king Charles the Xllth. –1 am very eager to look around in Petersburg during this visit, because I have visited this town some times before, but I have never seen the place where the small Swedish town was situated, neither have I visited the museum that I have been told exists for this town Nyen(-skans).

Now I will tell you very shortly about the life of this Urban Hiarne who was brought up right here, surrounded by not less than four languages, and among them also Russian. In his anonymous book just quoted, about Swedish Ortho graphy, he continues soon to write what I would call a scientific essay about a uni versal Orthography, based on contemporary Cartesian Phonology or Phonetics, not much different than Chomsky & Halle many years later. His way of writing Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН about it was of course very different from Chomsky’s, but I am almost sure that Hiarne knew more about his contemporary European languages than they did.

Not only European languages, by the way: here in Nyen he attended the Latin Grammar school and learnt both Latin, Greek and also some Hebrew.

Hiarne became famous for being the greatest polyglot of his time in Sweden.

There was a talk about 25 languages. It started with the four languages from his childhood, and the classical languages. German was in a way his mothertongue, because his mother Christina came from a German burgher family in Narva. In Tartu, where he went already when he was 14, and was immatriculated as a stu dent in 1655, he did not stay a full year. His father had died in 1654, and soon there was a war between Russia and Sweden, which meant that both Nyen, Narva and Tartu were burnt and pillaged. He managed to escape to Stockholm, and after one year at a gymnasium in Strangnas he stayed at Uppsala university for five years and got his exam as a physician. After that he worked as the personal physi cian of generalgouvernor Claes Tott, in Riga in Livonia for some years, when he could revisit Ingria, the country where he grew up, as well.

But in 1669, when Hiarne had accompanied Tott to Poland, where a new king was to be elected, and where he took the opportunity to learn Polish, of course, he took the wrong boat back. So, he actually escaped from his employer Tott, in order to come to a place where «studies were flourishing», as he says. He came to London, in September 1669, and the local Swedish resident managed to get him elected as he first active Swedish scientist member of the rather new Royal Society of London for improving natural Knowledge (founded in 1660). Hiarnee stayed in London for one year, learnt English, of course, and took active part in the meetings of Royal Society.

At midsummer 1670 he left England for three years stay in Paris and France.

He had even got a grant for his stay from his old employer Claes Tott, to continue his education. In France, his first project was to learn French, of course. Accor ding to his late autobiography, he could not do it in Paris, because there were too many Swedes! So he undertook a journey along the river of Loire, where still the best French is said to be spoken. He also made a short pause at the university of Angers, where he defended his doctor thesis in medicine, about the female breast and its deceases, with his own illustrations, in mezzotint technique that he had learnt at Royal Society the year before.

After his years in Paris he returned to Sweden, and soon he became both famous and rich, as a physician in Stockholm, and as the founder of the first Swedish Spa in Medevi. He also was appointed personal physician of king Charles XI and later Charles XII. When the latter started his long war against Russia and other states, in Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН order to defend his inherited Swedish empire, which finally failed, Urban Hiarne was already 60 years old, so he stayed in Stockholm. That is where w find him wri ting Orthographia Svecana, 1717, at the age of 76, a high age at that time.

It turns out that Hiarne still remembered Russian from his childhood. There are some remarks about the Russian language in his book:

OS, page The Russians around Moscow and the nearby regions often modify o and e into an a, in order to make their speech sound much more magnificent according to the court style. Thus they say padi forpudi, Moscow for Muscow, gawori for ghowori. [Besides,..].

OS, page [...] there is a soft S, [ ] or Sain Hebraeorum, pronounced wih a gentle and rather subtile hissing. [—] The Polish S wih an acute accent sounds the same: sita ‘vis Jpower]’, wies ‘pagus [village]’, svieje ‘casnesco [turn gray]’, sito ‘cribrum [sieve]’, The same is true of the Russian letter Sembla.

OS, page (about [Thorn, the Icelandic letter]) The Slavonians, Russians and others who got their faith as well as their letters from the Greeks, got with them also the letter [theta]. It was meant to be the same as theta or thita, and thus the words containing a th in Greek, such as Matthceus, Timotheus, Athanasius, Theodorus, are written this way. However, the Slavonians were unable to cope with the genuine pronunciation of it. Instead of [Thorn], or th, they said f or ph, pronouncing the letter Theta or Thita as Phita, although they have another ph or f, like Greek [phi] Pert. So they pronounce the Greek names Matthceus as Matphei, Timotheus as Timophei, Athanasius as aphonasei, Tho mas as Phoma, Theodorus as Pheodor or Feodor.

I am sure you are better apted than me to judge whether Urban Hiarne has un derstood these peculiarities of Russian language and language history correctly. But you have to take into account that his mentioning of those features of the Russian language was not at all to somehow teach people Russian, just to include Russian in his overview of his Universal Phonetics, and its connection with Orthography, as arguments for the correct spelling of Swedish, according to his opinion.

If you have become interested about the guy now, I suggest you read more about him in my publications, and first maybe in the English summary of my presentation of Urban Hiarne as a linguist, in Urban Hiarne and Cartesian Pho netics. There is both afac simile rendering of the important first 60 pages of Or thographia Svecana, and a parallel translation of the text into English, as well as an introductory essay of about 70 pages about Hiarne.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН There you can also get to know that, in Paris, he experimented with making a «speaking head», that is ‘artificial speech’. He did not quite manage of course, but he certainly learnt a lot about articulatory phonetics, probably using anatomi cal preparates for his experiments. The result is that his descriptions about speech sounds are outstanding for his time, much ahead of what was otherwise written by international contemporarians.

His experiments in producing «artificial speech» was by the way about hund red years earlier than later, partly successful trials, actually presentated as answer to a prize question from the Academy of St. Petersburg in 1780–81, by the Danish professor Christian Gottlieb Kratzenstein. Kratzenstein’s solution is a kind of or gan pipes, with peculiar shapes, to produce some vowels. It has later been shown that the same could have been done much simpler (by Robert Willis in 1821).

There is no detailed safe evidence left about Hiarne’s solution for a «speaking head», but the following suggestive lines, in page 60 of OS tell a little about it. He has then just finished an excellent systematic overview over universal phonemes:

OS, page This would be useful knowledge for those who would try to make a speaking head, such as Roger Bacon in England once did, and Albertus Magnus in Regens burg. I started making one in Paris, but as the ambassador, whom I accompanied, hurried with his journey, I was forced to leave it unfinished.

So much I did learn from it, namely that if one worked on it vigorously and seriously, it would be quite feasable. Most difficult, and the highest art, would be to make a difference between the vowels. To achieve it, there must be a lot of strings or threads in the mouth and the lips, in order to extend or contract them as needed.

Not surprising that he had to leave his experiment unfinished. First in our days artificial speech has become reality, thanks to computer technology!

*** Hiarne Urban (ca 1723, manuscript). Sjdlfbiografi / Ed. Henrik Schiick. 1916;

in Uppsala universitets arsskrifr, the series Aldre svenska biograjier 6.

Hiarne Urban (ca 1717 anonymous). Orthographia Svecana. Eller den Retta Swenska Bookstafweringen, Stelt i ett Samtal emellan Neophilum och Eustathium.

Ohlsson Stig Orlan. 1991. Urban Hidrnes sprakvetenskapliga forfattarskap I–IV.

I. Orthographia svecana. A new edition in Swedish. [Under preparation.] II. Oforgrijpelige tanckar.A. first edition in Swedish. Ambla HB, III. Sprakforskaren Urban Hiarne. A monograph in Swedish. Ambla HB.

IV. Urban Hiarne and Cartesian Phonetics. An essay on the man and his contribution to 17th-18th century linguistics, including an extract from Orthographia svecana in fac-simile, with English translation and commentary. Ambla HB & Nordistica Tartuensia 2.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Я.П. Нильсен С.С. ДжУНКОВСКИй И «мИССИЯ СЕВЕрНОГО пОлюСА».

прОЕКТ ОСВОЕНИЯ АрКТИКИ рИмСКО-КАТОлИЧЕСКОй цЕрКОВью В XIX в.

В 2006 г. в Альте, небольшом городке на севере Норвегии, отмечалось 150-летие «миссии Северного полюса», которая стала уникальным явле нием в истории Римской католической церкви. Именно здесь находилась резиденция Апостольской префектуры Северного полюса (1856–1869), со кращенно «миссия Северного полюса», в планы которой входило пос тепенное подчинение Арктики и приполярных территорий религиозному влиянию Папы. В Альте как напоминание об этом грандиозном предпри ятии до сегодняшнего дня сохранились лишь кладбище «миссии Северного полюса» и маленькая недавно восстановленная католическая часовня.


«Миссия Северного полюса» явилась первой попыткой создать организа цию в приполярных районах, поверх национальных границ. В этом смысле она, можно сказать, была предшественницей Баренцева Евро-Арктического региона наших дней. Однако миссию можно также рассматривать как дав нюю попытку склонить норвежцев, в первую очередь жителей северонор вежских провинций, присоединиться к своего рода Европейскому союзу, или, лучше сказать, к европейскому «духовному союзу». Примечательно и то, что во главе миссии стоял русский человек, который за несколько лет до этого оставил православие и принял католическую веру. Этим человеком был Степан Степанович Джунковский.

История «миссии Северного полюса» недостаточно изучена, поэтому в последние годы большой удачей стало привлечение новых материалов из российских архивов (см. статью Р.А. Давыдова в этом сборнике). В 2006 г.

исследования по данной проблеме были дополнены диссертацией католи ческого священника из Норвегии Алуа Арнстейна Бродерсена (Alois Arn stein Brodersen), который в своей книге представляет много новых материа лов из архивов Ватикана1.

В настоящей статье я постараюсь, основываясь на имеющейся литерату ре и собственных публикациях по данной тематике, кратко представить ис торию «миссии Северного полюса»2. Особое внимание будет сосредоточе но на роли первого префекта миссии Степана Степановича Джунковского, русского дворянина и уроженца Санкт-Петербурга, и на его деятельности на © Я.П. Нильсен, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН норвежской земле и в Исландии. О деятельности миссии в Исландии писал исландский историк Гуннар Ф. Гудмундссон в своей работе «Римская като лическая миссия в Исландии», опубликованной в 1987 г. «Миссия Северного полюса» была не первой попыткой Ватикана хотя бы частично восстановить свое влияние в Норвегии после Реформации 1536–1537 гг. Первая из попыток была предпринята католическими контр реформаторами в конце XVI — начале XVII в., но она встретила активное противодействие со стороны датско-норвежского короля Христиана IV.

В результате борьбы против контрреформации в Норвегии были приняты самые жесткие законы против римско-католического проникновения. Като лическим священникам, монахам и иезуитам, которые осмеливались появ ляться в стране, грозила смертная казнь. Только иностранным посланникам, находящимся в Норвегии, было разрешено прибегать к услугам католических священников. Позднее данное право было предоставлено иностранным купцам в ряде городов на юге Норвегии с целью поддержания их экономи ческого роста, а также городам Финнмарка и Исландии в конце XVIII в., когда на этих территориях была введена свободная торговля4.

Не менее важным стало то, что кронпринцесса, а позже королева Жозе фина, дочь герцога Лейхтенберского, отказалась сменить веру, когда прибы ла в Швецию в качестве супруги короля Оскара I. Она приехала в Стокгольм со своим собственным духовником, один из посланников которого в 1843 г.

основал первый католический приход в Христиании (Осло). В то время там проживало всего около 60 католиков5. Либеральный дух XIX столетия отчет ливо проявился в законе 1845 г. о сектантах, который предоставлял свободу вероисповедания всем христианам. Возможно, многие ожидали введения свободы вероисповедания в Норвегии еще во время работы учредительного собрания на Эйдсволле в 1814 г., когда готовилась и была принята либе ральная Норвежская конституция. Но предложение об этом было отвергну то, потому что делегаты парламента хотели сохранить конфессиональное единство норвежского народа.

Итак, как было давно замечено норвежским историком, закон 1845 г.

можно считать реализацией того, что должно было произойти еще в 1814 г. В любом случае дебаты о сектантском законе свидетельствуют, что он под держивался влиятельными либеральными кругами из высших эшелонов общества. И благодаря политическому либерализму, а не собственно сек тантам закон удалось принять. Утверждение религиозной свободы на этом этапе объясняется уже не влиятельными интересами национальной эконо мики, как раньше, а потребностью в реализации свободы совести.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Вопрос о том, как «миссия Северного полюса» зарождалась, до сих пор не прояснен. Иногда инициатива приписывается Папе Пию IX, который ин тересовался этим проектом. В то же время можно полагать, что она была обусловлена подъемом миссионерской деятельности как лютеранской, так и римско-католической церквей в XIX в. Мы также знаем, что уже в нача ле XIX столетия в Ватикане существовали планы отвоевания Исландии7.

Следует учитывать, что конкретная идея организации миссионерской де ятельности в районах Северного полярного круга и особенно среди инуитов (эскимосов) впервые была высказана человеком, который позднее оказался в немилости. Возможно, по этой причине его роль раньше недооценивалась в римской католической литературе.

С.С. Джунковский один из самых известных российских привержен цев католицизма в XIX столетии. Известно, что в связи с его переходом в католичество он был лишен на родине дворянского звания и имущества.

С начала 1850-х гг. он стал играть важную роль в Папском миссионерском министерстве Propaganda Fide. Нет сомнений, что именно он был тем человеком, который предложил начать миссионерскую деятельность на да леком Севере8. Можно предполагать, что предшествующая жизнь в России дала ему определенные представления о Севере и что именно поэтому он обратил внимание Папы на холодные пространства Арктики. В одной из своих записей С.С. Джунковский сообщает, что его благословила отпра виться на Северный полюс для проповеди истинной веры сама Дева Ма рия. Вероятно, он говорил о своем видении на совещании в Миссионерском министерстве 8 декабря 1854 г., когда обсуждался вопрос об учреждении миссии на Крайнем Севере. Джунковский, который играл активную роль на этом совещании, был летом 1855 г. отправлен на Север с целью изучения церковных отношений в Северной Европе и поиска приемлемого места для штаб-квартиры миссии9.

С.С. Джунковский полагал, что штаб-квартира должна быть располо жена в зоне умеренного арктического климата. Подобно тому, как мисси онеры, назначенные для службы в Центральной Африке, предварительно акклиматизировались в более умеренном климате, миссионеры в Арктике также должны были пробыть некоторое время в умеренном арктическом климате. Беглый взгляд на карту, вероятно, убедил Джунковского в том, что северная Норвегия, где высокие широты соединялись с умеренным климатом, была для такой миссии наиболее подходящим местом. В Аль те, расположенной на широте 70° и сравнительно близко к Тромсе, он обнаружил подходящий дом, ранее служивший резиденцией губерна Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН тору Финнмарка. Климат здесь был вполне пригоден для сельского хозяйства. Морские пути связывали Альту с Южной Норвегией и ос тальной Европой.

С.С. Джунковский предполагал превратить Альту в центр римско-като лической миссии в приполярных районах, и для этого предложил повысить уровень всех планируемых мероприятий, открыв для Северного полюса не должность приходского священника, а префектуру. Это предложение было принято Миссионерским министерством, которое 3 декабря 1855 г. учре дило префектуру и назначило Джунковского первым префектом. «Миссия Северного полюса» приступила к работе в 1856 г., став первой иностранной религиозной акцией, предпринятой на территории Норвегии благодаря за кону о сектах. Джунковский же стал первым римско-католическим префек том, поселившимся в Норвегии после Реформации.

Норвежские власти реагировали на открытие миссии крайне бес покойно. Первоначально они попытались выяснить, не является ли С.С. Джунковский иезуитом. Если бы было доказано, что он действи тельно иезуит или был иезуитом ранее, этого было достаточно для вы дворения его из Норвегии. Однако Джунковскому удалось утаить этот факт своей биографии10.

Другой проблемой было то, что он был русским. Страх перед русской экспансией, существовавший в умах шведских и норвежских властей в XIX в., был настолько силен, что даже миссионерское наступление под покровительством Ватикана вызвало у них подозрения в российской уг розе для Северной Норвегии. Поскольку основной фигурой в «миссии Северного полюса» был русский человек, это могло выглядеть так, будто вся деятельность была организована российскими властями, стремивши мися занять незамерзающие гавани вдоль побережья Финнмарка. Джун ковский пытался убедить норвежские власти в том, что он и его ученики находятся в Финнмарке только для того, чтобы подготовиться к миссио нерским командировкам в другие приполярные районы. Однако его объ яснениям мало кто верил.

Подозрения в отношении Джунковского возникли также из-за того, что он, словно специально, основал штаб-квартиру в районе, где всего несколько лет назад происходили серьезные религиозные беспорядки, связанные с так называемым Лестадианским возрождением. Название этого движения происходит от фамилии шведского приходского священ ника Ларса Леви Лестадиуса, служившего в церкви Каресуандо в Швед ской Лапландии. В 1844 г. он пережил сильное душевное потрясение, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН после чего его проповеди стали носить более воинственный характер.


В своих проповедях Лестадиус был озабочен прежде всего темами греха и справедливости, осуждая злоупотребление алкоголем и требуя покая ния. Большинство историков соглашаются с тем, что, для того чтобы понять происхождение Лестадианизма, нужно иметь в виду, что насе ление региона жило в сложных социально-экономических условиях.

Это и обусловило существование здесь целого ряда серьезных проблем, одной из которых стало пьянство11.

Лестадианизм высветил проблему алкоголизма и связанных с ним по роков. Движение, привлекая сторонников, стало быстро распространяться на соседние норвежские территории, и в Каутокейно оно приняло столь воинствующие формы, что Лестадиус с самого начала предпочел отмеже ваться от него. Осенью 1852 г. группа саамов напала на местного ленсма на12, торговца и священника Каутокейно. Магазин торговца был сожжен, его хозяин, так же как и ленсман, был убит. Нападение произошло якобы из-за отвращения к безбожию властей, закрывающих глаза на человеческие грехи и продажу алкоголя. Около 30 человек были арестованы за участие в так называемом каутокейнском мятеже, а два его зачинщика были обезглавлены в Альте осенью 1854 г. Происшествие в Каутокейно научило норвежские власти быть бдительными в отношении религиозных движе ний, и когда католические миссионеры приехали в Альту менее чем через год после мятежа, их стали подозревать в желании «половить рыбку в мут ной воде». Я не уверен, что С.С. Джунковский знал что-либо о событиях, связанных с мятежом, перед тем как приехал в Финнмарк. Но все же он попытался извлечь выгоду из сложившихся обстоятельств и, несомненно, с самого начала, несмотря на все его заверения в обратном, определил как норвежскую, так и шведскую Лапландию частью своей епархии.

Учение Лестадиуса было особенно популярно среди саамов, как, впрочем, и среди финских иммигрантов, которых в Норвегии назы вали квенами. Как говорилось в их учении, «бог выбирает бедных людей», и бедность для лестадианцев становилась своего рода контр культурой. Многие из них считали, например, что в домах не должно быть ненужных вещей, таких как занавески или цветочные горшки.

Они поклонялись добродетелям простоты и неприхотливости, где «бедность служила способом обретения духовного здоровья», как не когда писал норвежский антрополог13.

Начиная с 1860-х гг. Финнмарк стал оплотом не только лестадианизма, но и протестов в отношении проводимой норвежскими властями образо Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН вательной политики. Дело в том, что вторая половина XIX столетия была периодом интенсивной деятельности по норвегизации церкви и школы.

Лестадианцы протестовали против такой политики и, в частности, против ограничения обучения на финском языке. Финский являлся родным язы ком для многих сторонников учения Лестадиуса, его считали даже святым языком. Кажется, что католики в Альте тайно сочувствовали лестадиан цам в этом вопросе, несмотря на то, что одновременно они хотели пред ставить себя в роли защитников и проповедников норвежской культуры и норвежского языка от внешнего воздействия. Католики начали использо вать саамский и финский языки в ходе своих богослужений, а миссионеры массу энергии тратили на изучение этих языков в дополнение к своему зна нию норвежского. В конце концов лестадианцы объявили школьную забас товку и начали отправлять своих детей в католическую школу. Однако на основании норвежского законодательства католики не имели права учить детей религии или истории Библии. Преподавание этих предметов факти чески было возложено на родителей14. Однако если что-то и объединяло католиков и сторонников учения Лестадиуса, то это их оппозиция норвежской государственной лютеранской церкви. Даже следуя ло гике известной пословицы «враг моего врага, мой друг», они мог ли сблизиться лишь в весьма ограниченной степени. На самом деле «миссия Северного полюса» приобрела очень немного сторонников среди лестадианцев, а быть может, и ни одного. Лестадианцы, ко нечно, критически относились к государственной церкви и направ ляли свой первый и наиболее сильный гнев против государственных священников. Со временем, возглавляемые мирянами, они стали ор ганизовывать отдельные собрания и встречи. Но при этом лестади анцы продолжали числиться прихожанами государственной церкви.

Лестадианизм строго проповедовал лютеранство и учение Лютера и чувство общности в совершении таинств, что обеспечивало близость их движения к официальной церкви15.

Католики не могли заменить государственную церковь. Многие аспекты католического богослужения и строгий консерватизм их обрядов были неприемлемы для лестадианцев, в частности то, что католические священники в ходе священного причастия давали при хожанам лишь хлеб, а вино выпивали сами. Эти факты лишний раз подтверждали репутацию католиков как пьяниц. То, что называется континентальными привычками пития, когда вы ежедневно выпива ете бокал вина в середине дня за ужином, в Норвегии XIX в. было Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН легко принять за пьянство. Кроме того, возникло противоречие меж ду культивированием бедности в лестадианизме и великолепием бо гослужений римско-католической церкви, частым использованием религиозных картин и другими моментами.

Должно быть, С.С. Джунковский надеялся, что через Альту ему будет достаточно легко проникнуть в другие районы Арктики. В его первых заявлениях Кольский полуостров и даже Сибирь уже отме чались как части епархии. Благодаря исследованию Р. Давыдова, мы знаем, что Джунковский работал среди российских поморов, торговав ших в Хаммерфесте и Тромсе каждое лето, пытаясь обратить их в католи ческую веру. Что касается Западной части Арктики, люди Джунковского так никогда и не отважились проникнуть в Канаду или на Аляску. Они никогда и не приближались к своей главной цели инуитам Гренлан дии, несмотря на то, что Джунковский постоянно пытался поддержи вать отношения с властями Дании16.

В районе Северной Атлантики епархия «миссии Северного полюса»

отклонилась от Полярного круга на юг, в сторону Гренландии, Ислан дии и даже Фарерских островов. В 1860 г. миссия направила свою де ятельность еще дальше, захватив Шетландские и Оркнейские острова, а также Кейтнесс (Caithness), т.е. самую северную губернию Шотлан дии. Таким образом, географически «миссия Северного полюса» все более совпадала с территорией господства древненорвежских королей в средние века, несмотря на то, что южная часть Норвегии не прина длежала епархии миссии, а считалась частью Шведского апостольско го прихода.

Можно предположить, что «миссия Северного полюса» при столкно вении с суровостью арктического климата и огромными, почти безлюд ными просторами оставила арктическое направление и сосредоточилась на районах, где преобладало древненорвежское культурное наследство.

Поэтому в этих районах для католиков было важно найти националь ную почву для взаимодействия. Когда С.С. Джунковский открыл свою штаб-квартиру в Альте в 1856 г., он привез с собою шесть помощников, одним из которых был исландский студент Олафур Гуннлаугссон. Его приобщение к католицизму началось в Альте, и спустя некоторое время Гуннлаугссон стал правой рукой Джунковского, занявшись организа цией и стратегией миссии. Джунковский очень рассчитывал на успех в Исландии, в связи с чем он вместе с Гуннлаугссоном планировал пред принять обширную публикацию старых исландских письменных источ Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН ников, особенно легенд из католического прошлого Исландии. Таким путем, как они думали, можно будет эффективно напомнить о выда ющихся достижениях исландской культуры, имевших место в золотой век истории Исландии, когда страна находилась под защитой и покро вительством Римской католической церкви. При помощи этого способа надеялись найти поддержку католицизма в Исландии в среде местной интеллектуальной элиты. Джунковский стал членом Исландского лите ратурного общества, руководитель которого, Ион Сигурдссон, был также лидером движения за независимость. Вместе с Гуннлаугссоном Джунков ский старался завести друзей среди исландской интеллигенции и студентов в Копенгагене, которым понравилась бы его издательская программа. Они начали эту кампанию изданием известного гимна XIV в. о благословенной Деве Марии на латинском языке. Этот гимн был переведен другим адептом католицизма, исландским поэтом Бенедиктом Грондалем17.

На норвежской земле католики также стремились апеллировать к перио ду величия древненорвежского средневековья, к старым соборам и Святому Олафу, королю, который в XI столетии обратил Норвегию в христианство и считался святым заступником Норвегии. В Альте Джунковский создал небольшую библиотеку старой норвежской литературы, а сама миссия по лучила название «Убежище Святого Олафа». Здесь, пожалуй, впервые со времен Реформации сознательный норвежский католицизм был выработан российским дворянином и исландским студентом. В духе национального романтизма пропаганда «миссии Северного полюса» подчеркивала, что ка толическая церковь всегда защищала норвежскую культуру и язык от при теснений со стороны Копенгагена и Северной Германии и что Реформация 1536–1537 гг. была сознательным нападением со стороны датского короля на Норвегию с целью окончательно покорить ее и превратить в провинцию Дании (что, по сути, исторически верно).

Действительно, эта идея долгие годы занимала центральное место в со знании католиков Норвегии. Первая католическая часовня в Христиании также была названа в честь Святого Олафа, что было воспето поэтом Хен риком Вергеландом, близким другом первого священника этой часовни.

Позже первый католический журнал, публиковавшийся в Норвегии, был также назван «Святой Олаф». Однако вплоть до конца XIX в. и даже во вре мя кульминации борьбы за национальную независимость и отделение от Швеции реакция на такое проявление норвежского патриотизма была не обнадеживающей. И только в 1924 г., с переходом в католичество нобелев ского лауреата Сигрид Ундсет, автора «Кристин дочь Лавранса» и других Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН исторических рассказов, католическая церковь смогла предложить себя как альтернативу норвежским интеллектуальным кругам.

С.С. Джунковский обладал уникальным талантом находить денеж ные средства на свои проекты и быстро заводить друзей среди влия тельных людей в высших кругах общества. Среди лиц, поддерживаю щих «миссию Северного полюса», были королева Жозефина, Наполеон III и сам Римский Папа. В то же время весьма осязаемой была и экономическая помощь от Папского миссионерского министерства. Но, несмотря на это, миссия терпела неудачи, чему было несколько причин.

Возможно, вся эта затея была нереалистической или, точнее, преждевре менной, опережающей события как минимум на сто лет. Кроме того, Альта не стала настоящим центром для «миссии Северного полюса» потому, что коммуникации в Норвегии, как и в большинстве близких к Арктике госу дарств, проходили с севера на юг. Это означало, что связи между Север ной Норвегией и, например, Исландией или Гренландией, столь важной для миссии, просто не существовало. Кстати, именно по этим причинам Джун ковский стремился переместить штаб-квартиру миссии из Альты в Копенга ген. Это было важно, для того чтобы открыть миссионерскую деятельность в Гренландии. Но Джунковский сам подорвал позиции, заявив, что Дания должна быть включена в состав «миссии Северного полюса». Благодаря этому он нажил влиятельных врагов среди католиков не только в Дании, но и в Германии, потому что Дания в этот период являлась частью Ос набрюкского апостольского прихода. Когда Папа проявил благосклонность к врагам Джунковского, сам Джунковский сделал то, о чем уже долго ду мал, женился на англичанке. Тем самым он совершил поступок, шедший в разрез с идеей целибата и его положением как главы миссии и префекта.

После этого Джунковский был отстранен от должности (о его дальнейшей судьбе см. статью Р. Давыдова)18.

В 1869 г. идея приполярной организации католической церкви была окон чательно оставлена как малоцелесообразная, а сама «миссия Северного по люса» была закрыта. Вместо нее в каждой из Скандинавских стран были со зданы национальные апостольские приходы. За 13 лет деятельности миссии были достигнуты скромные результаты. Так, количество приобщившихся к вере людей было крайне незначительно. В Исландии, где работа миссионе ров осложнялась отсутствием свободы вероисповедания вплоть до 1874 г., к 1869 г. не осталось ни одного католика. В Северной Норвегии, где в Тромсе в 1859 г. был основан новый приход, общее количество верующих состави ло не более 30 человек. Таким образом, результаты деятельности «миссии Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Северного полюса» были в основном малопродуктивными, но они привели к выработке важных контрмер со стороны норвежских властей. Число свя щенников в Северной Норвегии было увеличено. Одна из газет в это время хотела даже призвать миссионеров вернуться из Африки, так как «они стали нужны на норвежской земле в борьбе против католиков». Стали появляться и новые государственные церкви. Открытие же католических школ в Альте и Тромсе потребовало усиления уже существовавшей системы образования.

Перед лицом католической опасности, которая была чрезмерно преувеличе на в Норвегии, простому населению стало легче получить государственную поддержку для развития своих локальных обществ.

Я не буду пытаться ответить на основной вопрос: почему «миссия Север ного полюса» имела столь незначительную поддержку в тех районах, где она была наиболее активной? Даже сегодня католическая церковь в Норвегии имеет только 46 тыс. прихожан, большинство из них являются иностранца ми, которые осели в Норвегии. Они составляют менее 1 % населения стра ны. Начиная с 1924 г., когда Сигрид Ундсет принял католичество, число ка толиков среди норвежской интеллигенции постепенно росло. За Ундсетом в межвоенный период последовали другие писатели и артисты. Новая волна обращения в католическую веру пришлась на время после Второй мировой войны. Два известных лирических поэта, Эмиль Боусон и Рольф Якобсен, стали католиками. В 1980-х гг. министром культуры был католик Ларс Роар Лангслет, по профессии историк идейных течений.

В настоящее время многие норвежские интеллектуалы, которые чувству ют потребность в альтернативной церкви, обращаются к католицизму.

Получить поддержку среди интеллигенции и было первым шагом в пла нах Джунковского по возвращениию Норвегии и Исландии под влияние римско-католической церкви. Можно сказать, что его цель сегодня частич но достигнута.

*** Brodersen Alois Arnstein. Die Nordpolmission. Ein Beitrag zur Geschichte der Katho lischen Missionen in den nordischen Lndern im 19. Jahrhundert. MV Wissenschaft 2006.

Magisterarbeit im Fach Katholische Theologie, Universitt Wien, 1997. В дополнение к этой работе наиболее существенными исследованиями, посвященными «миссии Северного полюса» в Норвегии, являются следующие: Johannes Metzler. Die Apostolische Vikariate des Nordens. Ihre Entstehung, ihre Entwicklung und ihre Verwalter. Paderborn, 1919;

K. Kjel strup. Norvegia Catholica. Moderkirkens gjenreisning i Norge. Oslo, 1943;

John W. Gran et al. (eds.) Den katolske kirke i Norge. Fra kristningen til idag. Oslo, 1993;

Jens Petter Nielsen.

Altas historie. Alta, 1995. Vol. 2.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Настоящая статья дополняет и расширяет данные моей статьи «Praefectura Apos tolica Poli Arctici: A Nineteenth Century Roman Missionary Offensive in the far North», опубликованной в книге «Europa und der Norden. Bericht ber das 7. Deutsch-norwegische Historikertreffen in Troms, Juni 1994». Oslo, 1994. Р. 140–151.

Gunnar Gudmundsson, Kadolskt Trubod a Islandi 1857–1875. Reykjavik, 1987. Гуд мундссон любезно прислал мне две свои неопубликованные статьи на английском язы ке, на которые будут ссылки ниже.

Gudmundsson. Nogle bidrag til den katolske kirkes historie paa Island i det 19. aarhun drere (неопубликованная статья (1982). С. 7–8).

Den katolske kirke i Norge. Fra kristningen til idag. С. 158–162.

Nils Bloch-Hoell. Forholdet mellom den norske kirke og den romersk-katolske kirke i Norge i tiden 1843–1892. Norsk teologisk tidsskrift 1958. С. 98–99.

Gudmundsson. A lecture given to seminarians from Scandinavia in a meeting in Reykja vik 16.11.1990 (неопубликованный доклад. С. 2).

Brodersen А.А. Die Nordpolmission... Р. 96.

Ibid. P. 8.

См.: Gunnarsson. Den katholske missionsstation i Alten i femtiaarene. Et bidrag til «Nordpolmisjonens historie». Norsk teologisk tidsskrift. Kristiania, 1913. С. 340.

См.: Einar-Arne Drivenes. Religion, Church and Ethnic Minorities in Norway, 1850– 1940 / in Donal A. Kerr (ed.)/ Comparative Studies on Governments and Non-dominant ethnic Groups in Erope, 1850–1940 / N.Y., 1992. Vol. II. С. 205–228.

Ленсман государственный служащий в сельской местности с полицейскими и административными полномочиями.

Ivar Bjrklund, Fjordfolket i Kvnangen. Fra samisk samfunn til norsk utkant 1550– 1980. Troms;

Oslo;

Bergen;

Stavanger, 1985. С. 314–315.

Jens Petter Nielsen. Den katolske skolen p Altagrd. Altaboka;

Alta, 1988. С. 81–87.

Drivenes. Op.cit.

Den katolske kirke i Norge. Fra kristningen til i dag. С. 184–185.

Gudmundsson. Op.cit. Р. 3–4.

BrodersenА.А. Die Nordpolmission... Р. 90–93.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Р.А. Давыдов С.С. ДжУНКОВСКИй И ЕГО ДЕЯТЕльНОСТь пО рАСпрОСТрАНЕНИю КАТОлИцИзмА НА СЕВЕрЕ ЕВрОпы В 1850-х гг.

Степан Степанович Джунковский родился 10 (22) февраля 1821 г.1 в се мье известного ученого и администратора, приближенного к император скому двору Степана Семеновича Джунковского (1762–1839)2. Отец видел будущее сына в военной службе и содействовал определению его в 1-й ка детский корпус. Однако кадету Джунковскому из-за слабого физического развития вскоре пришлось оставить корпус и поступить в Санкт-Петер бургский университет. В 1842 г. он «блистательно» окончил его и написал две диссертации: одну о крепостном труде в России и другую о фи нансовых системах европейских государств. Первая из них особого успеха не имела, зато вторая была отмечена медалью3.

Перспектива государственной службы как таковой мало занимала С.С. Джунковского, еще в университете проявлявшего больший интерес к философским вопросам о назначении, бытии, духе и благе человека. Вскоре после окончания университета С.С. Джунковский отправляется за границу:



Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.