авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК МУЗЕЙ АНТРОПОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ ИМ. ПЕТРА ВЕЛИКОГО (КУНСТКАМЕРА) СКАНДИНАВСКИЕ ЧТЕНИЯ 2006 ГОДА Этнографические и ...»

-- [ Страница 17 ] --

формально по поручению министра народного образования С.С. Уваро ва для изучения состояния среднего и низшего образования в Европе, фак тически для изучения новейших работ европейских, в первую очередь немецких, философов. В Берлине на мировоззрение С.С. Джунковского оказали заметное влияние немецкая идеалистическая философия, личное знакомство с Ф. Шеллингом, посещение его лекций. Христианский универ сализм Ф. Шеллинга в немалой степени содействовал обращению Джун ковского к идее единства церкви и в дальнейшем способствовал его обраще нию к католицизму. Сохранились отдельные указания на то, что Ф. Шеллинг будто бы открыл Джунковскому свое философское завещание, где заявлял о своем признании истинности Евангелия.

Помимо философии С.С. Джунковский страстно увлекся изучением народных верований, деятельностью сект, для чего предпринял серию по ездок по западно-славянским и немецким землям, побывал в Голландии, Франции, Англии и Италии. Под воздействием полученных от этих поездок впечатлений он все более стал склоняться к мистицизму, к убеждению, что неверие есть единственный источник всех зол человечества. Поставив себе © Р.А. Давыдов, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН задачею борьбу против неверия, он со всем увлечением своей мечтательной и порывистой натуры решил начать работу по обращению в православие западных христиан.

Философские и религиозные искания С.С. Джунковского, его попытки популяризации православия не остались незамеченными Римско-католи ческой церковью. По прибытии в Рим он был окружен иезуитами и в ре зультате общения с ними в июле 1845 г. перешел в католичество, решив не возвращаться в Россию. Более того, он заявил генералу иезуитов Й. Ротану о своем намерении вступить в орден. В сентябре 1845 г. вместе с товарищем по Санкт-Петербургскому университету И.М. Мартыновым С.С. Джун ковский поступил в иезуитский новициат Сент-Ашёль (около Амьена). Он изучал богословие в Лавале (1847–1849), Доле (1850–1851) и овладел в со вершенстве шестью европейскими языками, помимо латинского.

Со всем пылом неофита С.С. Джунковский принес на служение вновь принятого им исповедания свою обширную эрудицию и незаурядные, как оказалось, организаторские способности. В 1847 г. он направил Й. Ротану записку «Observations sur quelques moyens a prendre pour la conversion des heretiques et des schismatiques» («О некоторых средствах, которые следует употреблять для обращения еретиков и схизматиков»), в которой характе ризовал отношение к католичеству в России и предлагал Обществу Иисуса конкретные пути развития католической миссии. Однако эти предложения не получили тогда явной поддержки иезуитов.

В январе 1852 г. С.С. Джунковский принял священнический сан и пе реселился из Рима в Париж. Обосновавшись в качестве священника при церкви Св. Женевьевы, Джунковский стал проповедовать среди беднейших слоев населения французской столицы;

для живущих там немцев на не мецком языке. В течение непродолжительного времени С.С. Джунковский, он же pere Etienne, становится деятельным участником множества благотво рительных обществ «братства слепых», «братства сирот» и др. Зажига тельные проповеди pere Etienne перед обездоленными парижанами сделали его чрезвычайно известным.

Духовенству и господствующим классам С.С. Джунковский становится известен и как неутомимый публицист. В 1852–1854 гг. духовные и светс кие журналы4 напечатали серию его статей, посвященных проблемам сла вянского мира и единства церквей, а также положению православия. Всего же в 1850-х гг. Джунковский опубликовал за рубежом более 300 (!) статей, отдельных сочинений на французском, немецком, английском, итальянском, норвежском языках по самым различным областям знаний.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН В декабре 1853 г. С.С. Джунковский вышел из ордена иезуитов. Мотивы этого поступка не выяснены. В первом томе четырехтомной «Католической энциклопедии», подготовленном в издательстве францисканцев на русском языке и опубликованном в 2002 г., осторожно говорится, что С.С. Джунков ский осознал «несоответствие своего призвания харизме ордена». В дорево люционных российских публикациях содержатся недвусмысленные намеки на то, что уже тогда С.С. Джунковский испытал первые разочарования в католической церкви. Во всяком случае, прибыв в Рим в январе 1854 г., он на аудиенции у Папы Пия IX предложил ряд церковных реформ, в частнос ти отмену целибата как препятствия для воссоединения католиков и право славных верующих.

Предложения реформ были отвергнуты, а их автора Папа Пий IX в том же году отправил подальше от Ватикана, впрочем, с ответственными пору чениями и громкими титулами. С.С. Джунковский выехал в Австрию, где, в частности, встречался с православным архимандритом Порфирием (Успен ским) (1804–1885), с которым обсуждал проблемы воссоединения церквей.

Затем С.С. Джунковский отправился в Вестфалию для восстановления уп раздненной после Реформации Оснабрюкской епархии, а далее в Лондон для устройства католического прихода для иностранцев. Большая часть по ручений была им успешно выполнена5.

Осенью 1854 г. С.С. Джунковский выступил с идей создания католи ческой миссии на Севере Европы: ему будто бы было видение Девы Марии, призывавшей нести истинную веру к Северному полюсу6. Предложение, внешне похожее на авантюру, нашло в Ватикане своих сторонников и не встретило неприятия со стороны Папы. 26 ноября (8 декабря) 1854 г. Кон грегация по распространению веры7 создала полярную префектуру (полное оригинальное название — Praefectura Apostolica Poli Arctici8), во главе кото рой стал С.С. Джунковский, наделенный Папой правами епископа9.

В этом же году России, уже находящейся в состоянии войны с Турци ей, объявили войну Великобритания и Франция крупнейшие колониаль ные империи своего времени. На деятельность ренегата С.С. Джунковского в этих странах, объективно направленную против православия, обратили внимание в Санкт-Петербурге. Высочайше утвержденным в 1854 г., по мне нию Государственного Совета, «решением Правительствующего Сената по делу о бывшем русском подданном, дворянине Степане Джунковском, виновном в отступлении от православия и принятии римско-католического исповедания с поступлением в монашество Иезуитского ордена, равно ос тавлении отечества с нарушением верноподданнического долга и присяги», Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН было положено: С.С. Джунковского, лишив на основании ст. 354 Уложения о наказаниях всех прав состояния, «считать навсегда изгнанным из преде лов государства;

в случае же самовольного возвращения в Россию, сослать на поселение в отдаленнейшие места Сибири»10.

Летом 1855 г. Джунковский отправился в «отдаленнейшие места», но не Сибири, а Скандинавии11. Он искал место, где будущие миссионеры могли бы устроиться на первое время, чтобы привыкнуть к суровым условиям Севера (аналогично тому, как выбирались места с умеренно жарким клима том для акклиматизации миссионеров, готовящиеся к работе в Центральной Африке). Таким местом стало селение Альта на севере Норвегии, связан ное с южной Норвегией пароходным сообщением, где С.С. Джунковский нашел подходящий пустующий дом, в прошлом занимаемый губернатором Финнмарка.

Норвежские власти с настороженностью отнеслись к появлению мис сионера. Первоначально они пытались выяснить не является ли он иезуитом? Потом им долго не давал покоя тот факт, что Джунковский русский. (И в Швеции, и в Норвегии были уверены в существовании у рос сийского правительства плана захвата незамерзающих гаваней Финнмарка для устройства там военно-морских баз12;

эта фобия десятилетиями куль тивировалась шведскими, норвежскими властями и общественностью.) С.С. Джунковскому так до конца и не удалось избавиться от подозрений со стороны норвежцев в том, что его деятельность не связана со шпиона жем в пользу русского правительства13. Но как страхи перед русской угро зой, так и подозрения С.С. Джунковского были совершенно беспочвенны.

Заинтересованные ведомства в России, в свою очередь, с нарастаю щим интересом следили за передвижениями С.С. Джунковского по стра нам Европы.

10 (22) мая 1856 г. архангельский военный губернатор Степан Петрович Хрущов получил письмо под грифом «Секретно» от министра внутренних дел С. Ланского, содержащее информацию о намерении С.С. Джунков ского «отправиться из Рима через Швецию в северную часть империи и проникнуть по возможности до Колы для обращения тамошних жителей в католическую веру». Министр просил принять надлежащие меры, чтобы воспрепятствовать этой акции14. К письму прилагалась записка «о бывшем русском подданном, а ныне деятельном члене конгрегации римско-католи ческих миссионеров Степане Джунковском» следующего содержания:

«Некто Джунковский, русский подданный и бывший чиновник в одном из министерств в С.-Петербурге, несколько лет тому назад принял католи Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН ческую веру и сделался священником, под именем аббата Этьена, принадле жит в настоящее время к обществу миссионеров.

Джунковский жил в Париже, где был сотрудником журналов “Univers” и “Ami de la Religion”. Два года тому назад он приехал в Рим и с тех пор посто янно имел различные секретные поручения;

недавно он опять оставил Рим с намерением чрез Швецию проехать в Лапландию и даже в Колу, чтобы там войти в сношение с целью религиозной пропаганды с торговцами рыбы и меха, которые ежегодно из Архангельска приезжают в Колу. По дошедшим сведениям, Джунковский уже не в первый раз предпринимает такое путе шествие, и предварительно он объезжал уже эти страны с целью обратить лапландцев и проникал даже в Архангельск под ложным именем»15.

Тогда же, в мае 1856 г., в Архангельск, как и в другие административные центры пограничных губерний, пришел отпечатанный типографским спо собом секретный циркуляр Департамента полиции исполнительной МВД от 17 мая 1856 г. № 99 «Об изгнаннике Степане Джунковском»16, которым предписывалось принять меры к его задержанию в случае его появления в России. Странно, но Министерство внутренних дел, имея непроверенную информацию о том, что С.С. Джунковский уже побывал в Архангельске, и требуя от архангельских военного и гражданского губернаторов при нять меры к его задержанию, так и не выслало им описания внешности С.С. Джунковского!

Нам, кстати, пока также не удалось пока обнаружить портрета С.С. Джун ковского. Сохранились лишь отдельные описания его внешности в воспо минаниях путешественников, встречавшихся с ним в 1850-х гг.

Одно из них приводится в книге английского путешественника Б. Тэйло ра, побывавшего летом 1857 г. на севере Норвегии и встретившего С.С Джун ковского в Альте. Б. Тэйлор вспоминал о мужчине крепкого телосложения и массивной комплекции, похожем на татарина («Calmuck Tartar»), с перво го взгляда производящего неприятное впечатление. У него было болезнен ного, желтоватого цвета лицо;

глубоко посаженые глаза, большие ноздри, крупный рот, острый подбородок и высокие скулы. Однако варварская вне шность удивительным образом сочеталась с изысканными манерами пове дения. С.С. Джунковский представился англичанину русским дворянином («he proved to be a Russian baron»), которому отказ от православной веры стоил состояния. Б. Тэйлор кратко отметил в своей книге необычное жела ние Ватикана распространить католичество в Арктике, выразив сомнение относительно возможности его осуществления. Он полагал, что активность представителей католической церкви в Норвегии, где глубоко укоренилось Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН лютеранство, неизбежно будет вызывать подозрение и недоверие17 (как оно и было на самом деле).

У молодого русского путешественника А.Н. Андреева, впервые выехав шего за границу и случайно оказавшегося попутчиком С.С. Джунковского в поездке на дилижансе из Флоренции в Болонью, внешность католического священника не вызвала неприятия: «очень плотный собою, с гладко выбри той бородой и усами», «лицо … довольно симпатичное и добродушное».

Привыкший к частым и протяженным путешествиям, С.С. Джунковский су мел завоевать расположение соотечественника тем, что на протяжении всей поездки угощал его всевозможными ликерами, паштетами, сырами, которые он время от времени извлекал из «бесконечных своих коробов и укладок», и в особенности абсентом. Он оказался интереснейшим собеседником, нахо дящим даже удовольствие в своеобразном эпатаже, не без гордости заявляя, что является соперником русского императора Николая «в отношении обла дания северными странами».

«Всю дорогу я не видел, как провел время, вспоминал впоследствии А.Н. Андреев. Мы весело болтали без умолку, и не без основания я ди вился уму и находчивости этого, тогда еще в первый раз ренегата, впос ледствии же двойного и кончившего жизнь, увы, при обстановке, достойной много лучшей участи». В память об этой встрече у А.Н. Андреева осталась визитка, на которой значилось: «Djounkofsky, prefet apostolique des regions arctiques»18.

К началу 1860-х гг. стараниями бывшего русского дворянина С.С. Джун ковского были восстановлены семь католических епархий, упраздненных в результате Реформации в Швеции, Норвегии, Исландии и Шотландии. Ему также удалось добиться от норвежского парламента официального призна ния своей миссии «полезной для страны». Он стал членом Исландского ли тературного общества, председатель которого И. Сигурдсон был лидером движения за независимость Исландии. Вместе с другими представителя ми исландской интеллигенции С.С. Джунковским подготовлено к изданию классическое произведение исландской средневековой литературы поэ ма «Лилия» Э. Аусгримссона19.

В 1860 г. слухи о С.С. Джунковском привлекли внимание епископа ар хангельского Александра, который инициировал проведение специального расследования его деятельности. Часть материалов этого расследования лишь недавно была введена в научный оборот20.

Летом 1860 г. епископ архангельский Александр получил письмо от свя щенника села Кереть Кемского уезда Федора Ануфриева. В письме содер Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН жались жалобы на засилье раскольников в уезде. Они повторялись из года в год, и в них не было ничего нового. Но одна из жалоб привлекла внимание Его Преосвященства:

«Проживающий в городе норвежском Тромзене (Тромсё. Р.Д.), куда весьма многие поморские жители ходят на судах для торговли, папский мис сионер, будто бы какой-то польский выходец Джонсковский21 привлекает торгующих русских подданных... к латинству, нередко зимой проезжает по погостам лопарским для распространения своего учения и заблуждений.

Он имеет огромные средства от папского правительства и обещает совра тившимся из раскола в униатство разные привилегии в торговле с Норвеги ей и значительную денежную помощь»22.

Епископ посчитал, что полученное сообщение заслуживает того, чтобы доложить о нем исправляющему должность архангельского гражданского губернатора, который 31 августа (12 сентября) распорядился направить в Кемский уезд, на русско-норвежскую границу, уголовных дел стряпчего Ивана Павловича Знаменского.

Поморы очень неохотно, «с уклончивостью от искренности»23 давали показания о человеке, который общался с ними в Норвегии на религиозные темы. Тем не менее Иван Павлович понял: католическая пропаганда, ориен тированная на поморов, не выдумка, и миссия, финансируемая из Ватикана, реально существует. Наибольшую помощь следствию оказал благочинный 1-й части Кемского уезда Сумского посада священник Гавриил Лысков, из задушевных бесед со своими прихожанами узнавший множество подроб ностей о жизни и деятельности папского миссионера в Норвегии.

«Что же касается папского миссионера польского выходца Дженсковско го, писал Г. Лысков следователю И.П. Знаменскому, то о нем я знаю следующее: он прекрасно знает русский язык и отлично образован, сказы вают, что образование свое он получил в одном из русских университетов.

При всем том из разговоров его с норвежцами открывается, что он, Джен сковский, бежал из России вследствие каких-то своих преступлений, так что по собственному его сказанию, тому, кто бы его представил в России, было бы дорого заплачено, и что тотчас же по представлении его он был бы непременно сослан в Сибирь. Был ли Дженсковский когда православным, о том неизвестно;

но ныне он пастор и проповедник римско-католического вероисповедания. Проживает же в Норвегии, как он сам сказывает, русским торговцем, под покровительством французского правительства... Мои прихожане в 1857 и 1859 годах видели его в Гаммерфесте. По их расска зам, здесь он даже имеет свою домовую церковь, в каковой и отправляет в Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН обольщение русских свое богослужение на русском языке. И к русским во все их время пребывания их в Гаммерфесте по своим торговым делам бы вает он весьма внимателен. Входит в разговоры при каждой с ними встрече и при этом сказывается “отцом Степаном”... Приглашает каждого как к совершаемому им богослужению в свою церковь, так и, преимуществен но, в свою квартиру. Принимает их у себя ко всем ласковостью, угощает столом и даже хмельными напитками24, что в особенности и привлекает к нему всегда немалое количество посетителей русских, особенно таких, кои не чужды того, чтобы угоститься за чужой счет. Причем Дженсковский сов сем иезуитскою хитростью вовлекает таковых своих посетителей в разгово ры о вере;

выспрашивает их как о состоянии русской православной церкви, так и о состоянии всего вообще русского правительства. В особенности же выспрашивает со всею тщательностью о состоянии нашего несчастного и жалкого раскола. Причем, по своему обыкновению, всегда и на всевозмож ные лады поносит как нашу православную церковь, так в особенности и все наше русское правительство, начиная от государя императора и до самых низших чинов... И, между тем, от таковых поношений русских церкви и правительства всегда и в то же самое время непременно переходит к самым напыщенным и к самым высокопарным похвалам Папе и всей римской цер кви, стараясь, таким образом, незаметно для своих слушателей, поселить в них невольное к ним уважение и расположенность»25.

Располагая в настоящее время исследованиями современных норвеж ских историков и другими материалами о С.С. Джунковском, нельзя не заметить, насколько точными оказались собранные сумским священником Г. Лысковым сведения. С.С. Джунковский действительно учился «в одном из русских университетов» в Санкт-Петербургском. В случае возвра щения в Россию ему действительно грозила ссылка в Сибирь. Г. Лысков указывал на порочность и безнравственность папского миссионера, едва ли способного «привлекать к себе людей порядочных»26, имея в виду пристрастие С.С. Джунковского к алкоголю. Современные зарубежные историки также не обходят молчанием этой болезненной для репутации С.С. Джунковского темы, удостоившегося при жизни прозвища «епископ Коньяк»27, и соглашаются с тем, что наибольший успех его пропаганда имела среди норвежских бедняков, надеявшихся на благотворительность католиков28.

Между тем никакими данными о миссионерской деятельности Джунков ского, ориентированной на поморов, норвежские авторы не располагают.

Г. Лысков же по понятным причинам уделял ей первостепенное внимание:

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН «Дженсковский, в подкрепление своего проповедничества посредством живого слова, каждому из своих посетителей — каждому русаку дарит или, прямее сказать, навязывает книжки под заглавием “Сокровище хрис тианина с присовокуплением некоторых нужных молитв”, отпечатанные на чистом современном русском языке в 1855-м году в Парижской типографии.

Книжки эти, на мой взгляд, не что иное как краткий катехизис римской цер кви, составленный весьма просто и весьма понятно для всякого, и даже для русака-простолюдина»29.

Чтобы не быть голословным, Г. Лысков отобрал у своих прихожан три экземпляра парижского «Сокровища» и представил их производящему следствие чиновнику, присовокупив в сопроводительном письме, что со чинителем и издателем их, по утверждению С.С. Джунковского, был князь Гагарин30. Лысков был уверен: на руках у поморов осталось еще до 500 эк земпляров книги. Явно не симпатизируя своему зарубежному коллеге, бла гочинный Лысков, тем не менее, написал о том, как С.С. Джунковский в 1857 г. проявлял деятельную заботливость о большом количестве заболев ших в Норвегии россиян, бесплатно лечил, кормил их и «вспомоществовал им всеми возможными мерами», очевидно понимая, что проповеди, соеди ненные с актами милосердия, оказывают гораздо более сильный эффект.

Г. Лысков особо отметил еще один аспект, касающийся общения С.С. Джун ковского со староверами: миссионер не только занимался пропагандой, но со бирал всевозможные материалы, касающиеся русского раскола:

«…Он (С.С. Джунковский. Р.Д.) старается выманивать у раскольни ков уважаемые ими книги и вместе заботится и о том, чтобы как-нибудь запастись и теми книгами, кои православною церковью изданы в обличение русского раскола … Один из моих прихожан уже видел в руках Дженс ковского одну раскольническую книгу, именно: “Об отцах и страдальцах Св. Соловецкой обители”. Чтобы запастись этими книгами, Дженсковский, как слышно, входит для того в сношения со здешними богатыми поморцами и просит их о приобретении для него этих книг, давая им на этот предмет довольно значительное количество денег»31.

Существование такого рода сделок или обменов подарками косвенно под тверждал впоследствии, по возвращении в Россию, и сам С.С. Джунковский32.

Дальнейшего хода следствие не получило (во всяком случае в сохранив шихся архивных материалах на это нет указания;

переписка странным об разом обрывается). Можно лишь предположить, за отсутствием иных до кументов, что архангельский гражданский губернатор ограничился лишь «собиранием сведений».

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН К началу 1860-х гг. С.С. Джунковский напечатал большое количество проповедей на французском, норвежском, английском и итальянском языках;

несколько астрономических, геологических и философских трактатов. В то же время он продолжал настаивать на реформах Римско католической церкви и в особенности на отмене целибата. Своими про ектами он пытался заинтересовать Папу Римского, будучи в Ватикане в 1857 и 1858 гг. Однако реформаторские предложения бывшего русского дворянина и чиновника, бывшего иезуита С.С. Джунковского не нашли поддержки.

Постоянные разъезды по Европе, проживание на Севере подорвали здоровье С.С. Джунковского, и он оставил полярную префектуру, центр которой перед этим он тщетно попытался переместить в Копенгаген33. Ис пытываемый им тяжелый душевный кризис, вызванный неприятием в Ва тикане его предложений, привел к тому, что он решился на своеобразный протест против Римско-католической церкви, выразившийся в женитьбе на некой англичанке. Брак вскоре распался, а С.С. Джунковский, по-пре жнему испытывавший физические и нравственные страдания, занялся кабинетной работой. Он удалился во Флоренцию;

некоторое время жил в Баден-Бадене, Вюртемберге и в 1864 г. завершил работу над одним из наиболее известных своих трудов двухтомным «Dictionnaire des mis sions catholiques» («Словарь католических миссий») для Encyclopedie the ologique («Богословская энциклопедия») Ж.-П. Миня. В этом обширном труде исходя из концепции «богословия статистики» С.С. Джунковский представил перечень католических миссий начиная со времен Реформа ции, дал описание религиозной ситуации в странах, где католичество не было господствующим исповеданием, и краткие исторические очерки различных монашеских и миссионерских орденов и конгрегаций. Несмот ря на отсутствие единых научных критериев, «Dictionnaire des missions catholiques» стал заметным вкладом в развитие социологии и истории ре лигии того времени34.

Живя на грани нищеты, больной и не находящий понимания окружаю щих, С.С. Джунковский пришел к убеждению, что римская церковь скорее преграда, чем средство к счастью человечества. «Чем больше я для нее жертвовал, утверждал он впоследствии, чем более подвизался для ее распространения до Северного полюса, тем более рассеивался мираж, ослеплявший мои глаза». Растущее ожесточение против папизма привело С.С. Джунковского к тому, что в сентябре 1865 г. он направил настоятелю Русской православной церкви в Штутгарте протоиерею И. Базарову пока Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН янное письмо. В январе 1866 г. протоиереем И. Базаровым С.С. Джунков ский был присоединен к Русской православной церкви в качестве простого мирянина.

История религиозных исканий и «заблуждений» С.С. Джунковского, в конце концов обратившегося к родной церкви, вызывала недвусмысленные ассоциации с притчей о блудном сыне и получила известность благодаря публикациям самого С.С. Джунковского в российских периодических изда ниях вскоре по возвращении в Россию35.

В западно-европейских газетах и журналах, особенно клерикальных, где С.С. Джунковский был одним из ведущих сотрудников, возвращение его в Россию было воспринято с тревогой и породило противоречивые слухи. Это побудило С.С. Джунковского, теперь уже дважды ренегата, обнародовать написанное им на французском языке «Пастырское прощальное послание апостолического наместника арктических стран, обращенное к духовенству и пастве этой епархии…» с включенной в него «Энцикликой»36 и подверг нуть резкой критике учение и в особенности практику Римско-католической церкви.

В последние годы жизни С.С. Джунковский был членом Учебного ко митета при святейшем Синоде, получая за это скромное содержание, и членом Миссионерского общества;

сотрудничал с несколькими духовны ми и светскими периодическими изданиями37. Однако проблемы со здо ровьем занимали у него все больше времени. 25 февраля (9 марта) 1870 г.

в 6 часов вечера на 50-м году Степан Степанович Джунковский ушел из жизни. Неистребимая любовь к поискам истины и сокровенных причин бытия, природное любопытство не покидали С.С. Джунковского до пос ледних минут: он даже попросил доктора анатомировать его, чтобы тот смог точно установить причину его смерти. Пожелание умирающего было исполнено38. В опубликованных некрологах между прочим упоминались жена и двое детей С.С. Джунковского, оставшиеся после его кончины «без всяких средств»39.

Годом раньше, в 1869 г., прекратила свое существование полярная пре фектура. Однако отдельные католические приходы, устроенные С.С. Джун ковским (например, в норвежском городе Тромсё), сохранились до настоя щего времени.

Организация Ватиканом префектуры (Praefectura Apostolica Poli Arc tici), ориентированной на распространение католицизма на Севере в 1854– 1855 гг., пришлась на годы, когда Российская империя, не имея союзников, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН вела изнурительную войну против Великобритании, Франции и Турции, территории и ресурсы которых, вместе взятые, в то время существенно пре восходили российские. Одним из главных поводов к Крымской (Восточной) войне, как известно, был конфликт между римско-католической и право славной церквями о правах на святые места в Палестине, в котором верх одержали поддерживаемые турецкими властями католики. Логично пред положить, что, ободренные успехом, власти Ватикана и лично Папа Пий IX в 1854 г. поддержали предложение русского ренегата о распространении ка толицизма в Скандинавии, где позиции Римско-католической церкви были утрачены в эпоху Реформации и откуда при удачном стечении обстоятельств можно было бы начать новую волну религиозной экспансии, направленной в том числе и на Россию.

На то, что Praefectura Apostolica Poli Arctici появилась в условиях войны, до сих пор не обращалось должного внимания, как не обращалось внима ния и на то, что сам по себе отказ С.С. Джунковского от православной веры не повлек в отношении него репрессий со стороны царского правитель ства. С.С. Джунковский принял католичество и вступил в орден иезуитов в 1845 г., но лишь в 1854 г. (!) был заочно лишен всех прав состояния фак тически за то, что в условиях военного времени «с нарушением вернопод даннического долга и присяги» вел пропаганду, направленную против пра вославия и России.

С.С. Джунковскому благодаря его русскому происхождению, обаянию, эрудиции и щедрости удавалось проводить во второй половине 1850-х гг.

широкомасштабную миссионерскую работу среди сотен русских поморов, ежегодно приходивших в Финнмарк для ведения рыбных промыслов и ме новой торговли. После отъезда С.С. Джунковского из Финнмарка продол жить это дело стало просто некому, да и вряд ли в Ватикане смогли бы по добрать адекватную замену «отцу Степану».

Попытка склонить живущих в Архангельской губернии староверов к униатству оказалась незавершенным, неудачным экспериментом Римско католической церкви.

Посещавшие Норвегию поморы на родине предпочитали не распро страняться о контактах с ними католического миссионера;

все документы российских властей о ренегате С.С. Джунковском тех лет были засекрече ны и совершенно неизвестны общественности. Поэтому до недавнего вре мени сам факт существования католической пропаганды, направленной на жителей Русского Севера в середине XIX в., оставался неизвестным историкам.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Гораздо более результативной оказалась деятельность С.С. Джунковско го в Скандинавских странах: основанные им католические приходы сохра нились и по сей день.

*** Здесь и далее даты приводятся по старому и в скобках по новому стилю (юлианско му и григорианскому календарям соответственно).

Эта дата рождения С.С. Джунковского указывается в подавляющем большинстве справочных изданий, а также в опубликованных на его смерть некрологах (Голос. 1870.

5 марта;

Иллюстрированная газета. 1870. № 11;

и др.). Исключение составляет «Эн циклопедический словарь» изд. Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона, где годом рождения С.С. Джунковского, вероятно ошибочно, назван 1820 (Джунковский Степан Степано вич // Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь СПб., 1893. Т. 20: Де смургия–Домициан. С. 559).

В 1784 г. Екатерина II отправила Степана Семеновича за границу «для усовер шенствования в науках и в земледелии». Проведя семь лет в Англии, Франции и других европейских государствах, он вернулся в Россию и был назначен учителем английского языка к великим княжнам. Впоследствии Степан Семенович занимался поселениями колонистов, делами Лифляндии, приведением всех мер и весов в империи «в однообра зие», организацией осушки окрестностей Санкт-Петербурга. Некоторое время он был директором Департамента государственного хозяйства и публичных зданий и, кроме того, на протяжении 25 лет начиная с 1803 г. состоял членом Императорского вольного экономического общества, был его непременным секретарем и постоянным редактором публикуемых обществом «Трудов». Подробнее о нем см.: Преклонский Д. Биография тайного советника Степана Семеновича Джунковского. СПб., 1840.

Джунковский Степан Степанович // Русский биографический словарь: В 25 т. СПб., 1905. Т. 6: Дабелов–Дядьковский. С. 345;

Джунковский Степан Степанович // Католи ческая энциклопедия: В 4-х т. М., 2002 Т. I.: А–З. Стлб. 1617.

«L’Ami de la Religion», «L’Univers», «La Voix de la Verite» и др.

Голос. 1870. 5 марта;

Джунковский Степан Степанович // Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь… С. 559–560;

Джунковский Степан Степанович // Русский биографический словарь… С. 345–346;

Джунковский Степан Степанович // Католическая энциклопедия… Стлб. 1617–1618.

Nielsen J.P. Praefectura Apostolica Poli Arctici: A Nineteen century Roman Catholic Missionary Offensive in the Far North // Europa und der Norden. Tromso, 1994. P. 143.

В документах XIX в. упоминается как «Sacra Congregatio de Propaganda Fide» и «Конгрегация римско-католических миссионеров».

В англоязычных источниках она чаще называется North Pole Mission.

Den katoliske kirke i Norge. Fra Kristningen til idag. Oslo, 1993. P. 170;

Nielsen J.P.

Praefectura Apostolica Poli Arctici… P. 143;

Джунковский Степан Степанович // Католи ческая энциклопедия… Стлб. 1618.

ГААО. Ф. 1. Оп. 4. Т.1. Д. 1455. Л. 7.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Nielsen J.P. I Kopperverkets tid. Kafjord kirke 150 ar. Alta, 1987. P. 71;

Den katoliske kirke i Norge… P. 172.

Nielsen J.P. Praefectura Apostolica Poli Arctici… P. 144.

Den katoliske kirke i Norge… P. 174–175.

ГААО. Ф. 2. Оп. 1. Т. 5. Д. 6017. Л. 1–1 об.

Там же. Л. 2–2 об.

ГААО. Ф. 1. Оп. 4. Т. 1. Д. 1455. Л. 7–7 об.

Taylor B. Northern Travel. Summer and Winter Pictures of Sweden, Lapland and Nor way. London, 1858. P. 259.

Андреев А.Н. Давние встречи // Русский архив. 1890. Кн. 1. С. 538–539. А.Н. Анд реев в своих воспоминаниях о действительно «давних» встречах с известными людьми ошибочно датирует знакомство с С.С. Джунковским 1852 г., тогда как, судя по упомяну той им визитке, оно могло произойти никак не ранее 1855 г.

Nielsen J.P. Praefectura Apostolica Poli Arctici… P. 147–148;

Джунковский Степан Степанович // Католическая энциклопедия… Стлб. 1618.

Давыдов Р.А. Католический миссионер Дженсковский в Северной Норвегии // Све ча–97. Архангельск, 1997;

Davydov R.A. Catholic Missionary Jenkovsky in Northen Nor way // Religion, church and education in the Barents Region. Arkhangelsk, 1997. P. 126–128.

В документах фамилия католического миссионера писалась ошибочно и по-разно му, чаще всего «Джонсковский» и «Дженсковский». Далее при цитировании источников мы оставляем ее так, как в оригинале.

ГААО. Ф. 1. Оп. 4. Т. 5а. Д. 626. Л. 2–2 об.

Там же. Л. 16 об.

Видимо, это был один из наиболее действенных приемов миссионера С.С. Джун ковского для расположения к себе соотечественников. Ср. с вышеприведенными воспо минаниями А.Н. Андреева.

ГААО. Ф. 1. Оп. 4. Т. 5а. Д. 626. Л. 53–54.

Там же. Л. 65 об.– 66.

См., например: Den katoliske kirke i Norge… P. 184, 496.

Nielsen J.P. Praefectura Apostolica Poli Arctici… P. 146.

ГААО. Ф. 1. Оп. 4. Т. 5а. Д. 626. Л. 54–54 об.

Князь Иван Сергеевич Гагарин (1814–1882) родился в семье члена Государствен ного Совета князя С.И. Игнатьева;

получил блестящее образование, после короткой дипломатической службы в 1843 г. оставил Россию, поселился в Париже, перешел в католичество и поступил в орден иезуитов. Он поддерживал отношения с А.И. Герце ном, устроил в Париже славянскую библиотеку, с 1857 г. издавал в Париже «Etudes de theologie, de philosophie et d’historie», в значительной части посвященные России. Одна из его работ, вышедшая в Париже в 1857 г., была посвящена староверам: «Les starovers l’eglise russe et le pape». И.С. Гагарина подозревали в том, что именно он был авто ром анонимных писем, приведших к дуэли и смерти А.С. Пушкина. Это подозрение многими не разделялось, но оно до последних дней отравляло жизнь князя (Гагарин Иван Сергеевич // Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь СПб., 1892.

Т. VIIA. С. 767–768).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН ГААО. Ф. 1. Оп. 4. Т. 5а. Д. 626. Л. 55 об.

Повествуя о своей деятельности в Великобритании, С.С. Джунковский упомянул о том, как он высмеял британца, который вывез из Крыма дешевую склянку из-под ва ренья, посчитав ее произведением античного искусства. Дабы утешить незадачливого собирателя, С.С. Джунковский подарил ему по-настоящему ценный предмет старин ный русский крест, приобретенный им у старообрядцев на Севере (Русский инвалид.

1866. № 199).

Den katoliske kirke i Norge… P. 184–185;

Bull T. Count Djunkowsky and the Ro man Catholic North Pole Mission // Religion, church and education in the Barents Region.

Arkhangelsk, 1997. P. 124.

Джунковский Степан Степанович // Католическая энциклопедия… Стлб. 1618.

Домашняя беседа. 1866. № 41–49;

Русский инвалид. 1866. № 144, 165, 199, 213, 259, 289, 294, 295, 315, 326 и др.

В 1867 г. переведена на русский язык и опубликована в России.

Джунковский Степан Степанович // Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопеди ческий словарь… С. 560;

Джунковский Степан Степанович // Русский биографический словарь… С. 347;

Джунковский Степан Степанович // Католическая энциклопедия… Стлб. 1618–1619.

Голос. 1870. 5 марта.

Голос. 1870. 5 марта;

Иллюстрированная газета. 1870. № 11.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН А.В. Репневский КАпИТАН Ф. прюТц — ВИДНый НОрВЕжСКИй прОмыШлЕННИК, ГИБКИй пОлИТИК... И СлАБый ВИцЕ-КОНСУл Прютц Антон Фредерик Винтер Якхельн (Prytz Anton Frederik Winter Jakhelln) — одна из видных политических фигур Норвегии первой половины XX в.1 Жизненный путь Прютца 1930–1940-х гг., связанный с деятельностью в норвежской профашистской партии «Нашунал самлинг» (Национальное спло чение), прояснен норвежскими историками достаточно в полной мере. А вот «русская» часть биографии этой неординарной личности менее исследована2.

Между тем она представляется наиболее интересной. Во-первых, потому что именно в этот, ранний, период сформировались моральные качества, поли тические и экономические взгляды этого человека;

во-вторых, потому, что в «русский» период биографии Прютца в его деятельности было достаточно моментов, которые следует оценивать положительно, например, его быструю переориентацию на концессионную политику, предложенную большевиками.

В данной статье на фоне общих биографических данных рассмотрим в основном «архангельский» период российской деятельности Ф. Прютца.

Родился Ф. Прютц в Христиании (Осло) 14 февраля 1878 г., а скончался февраля 1945 г. в Осло в возрасте 67 лет. Умирал он тяжело, так как давно был болен раком. Но еще горше было то, что только смерть спасла его от суда в ка честве фашистского преступника, так как он номинально считался человеком № 2 в пронацистской партии Норвегии, возглавляемой его лучшим другом Видкуном Квислингом3. Дружеские отношения военного атташе в России В. Квислинга и вице-консула Ф. Прютца зародились и развились в годы Пер вой мировой войны и революции, когда они оба оказались в Петрограде.

Поначалу жизнь Фредерика Якхельна Прютца не обещала быть особен но бурной, т.к. Норвегия находилась в стороне от «большой политики» ев ропейских государств. В 1897 г. юный Фредерик получил аттестат зрелости в Бергенской кафедральной школе и решил избрать карьеру военного, ко торая в миролюбивой Норвегии тоже не была многообещающей. В 1898 г.

он закончил один класс военной школы и в следующем году начал службу младшим лейтенантом артиллерии. В 1902 г. он продолжил учебу в высшей военной школе при Генеральном штабе и в 1905 г. окончил ее. В том же 1902 г. Прютц получает чин старшего лейтенанта Бергенской бригады, а по окончании учебы переводится в 1-ю Акешхюсскую бригаду на должность адъютанта (1906–1908 гг.). Служба не была обременительной. Офицеры © А.В. Репневский, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН того времени могли быть приняты и в армии других стран. К предвоенно му 1913 г. Прютц дослужился до звания капитана. В его военной карьере это оказался высший чин, с которым в 1930 г. Прютц и вышел в отставку.

В официальных документах того времени в отношении него часто встреча ется официальный оборот «капитан Прютц», хотя начиная с 1910-х гг. он целиком посвятил себя не военной службе, а предпринимательской деятель ности на Русском Севере.

Как же он оказался сначала в России, а потом в Архангельске? Путь его не был столь прямым, как у многих других норвежцев. Не торговыми путя ми норвежских и российских поморов прибыл он в Архангельск, а околь ными дорогами военной службы, постепенно двигаясь в Россию с Атланти ческого Запада на берега Балтийского и Белого морей. Зимой 1902– 1903 гг.

Ф. Прютц находился во Франции, зимой 1905–1906 гг. — в Германии. А осенью 1908 г. уже служил в русском военном полку в Новгороде. И толь ко после этого занялся предпринимательством. В начале Первой мировой войны, находясь в Петрограде, Прютц женился. Произошло это событие апреля 1915 г. Его супругой стала дочь председателя городского суда Хрис тиании Каролина Бригитта Йенсен 1888 г.р.

В Архангельске Ф. Прютц появился в 1912 г. Сначала он работал в мор ском пароходстве Архангельска, затем, в 1913 г., занялся перевозкой лесо материалов. В этом деле он проявил большие организаторские способности и инициативу. В 1913 г. совместно с англичанином Э.А. Ронассеном Прютц создал «для экспорта леса и агентурно-комиссионного дела» лесопромыш ленное товарищество «Прютц и К°». Фирма Прютца построила лесозавод и лесобиржу в Маймаксе, на речке Конихе, на правом берегу р. Маймаксы, в 18 верстах от Архангельска. Скоро англичанин вышел из учредителей фир мы и все активы перешли к Ф.Ф. Прютцу как единоличному владельцу с правом производства, торговли под той же маркой4.

В 1916 г. Прютц купил два лесозавода в Онеге. Лесозавод на левом берегу р. Онеги в устье р. Малой Поньги был построен в 1910 г. фирмой «Вельке Макдугал», в 1914 г. продан фирме «Братья Ф.Э.К. Фришенбрудер», у кото рой завод купил Фредерик Прютц. Другой завод на левом берегу р. Онеги, при малом ручье Шернема, был построен в 1907 г. этой же фирмой. Также был куплен Прютцем. В личном архиве Прютца содержатся данные о пайщиках, привлеченных им, а также о суммах их инвестиций. Общая сумма вкладов пайщиков составляла 8 млн норвежских крон. Из всего списка вкладчиков, а это 599 иностранных инвесторов, крупными были только первые 22, зане сенные в особый список первого листа. Именно они и владели контрольным пакетом акций. Сумма их паев в общей сложности составляли 4 803 000 крон.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Личные вклады этих норвежцев существенно превышали сумму, внесенную остальными 577 акционерами. Пакет стоимостью в 395 тыс. крон принадле жал основателю фирмы5. На 20 000 крон приобрел акции известный поляр ный исследователь Фритьеф Нансен. Свои средства также вложили хорошо известные не только в Норвегии, но и на Севере старой России лица, такие как Виг, Вагер, Фальсен, Генрихсен, Тороф Мувинкель и другие. В совокуп ности общая стоимость вкладов, заводской недвижимости, лесных участков и заготовленного леса достигала 40 млн крон.

Однако затянувшаяся Первая мировая война не дала развернуться бизне су. Большие средства в 1923–1916 гг. были только-только вложены в указан ные лесозаводы, а прибыли принести не успели. Капитал, заготовленный лес, прочая недвижимость лежали мертвым грузом. Весной 1917 г. Фреде рик Прютц, спасая собственные вложения, продал свой бизнес The Russian forest Industry Ltd. с центральным офисом в Христиании. Он сам являлся административным директором этой компании. От этой выгодной сделки он выручил 7 млн крон. В этом отношении Фредерик Прютц оказался удач ливым бизнесменом, значимой фигурой в области лесной промышленности Архангельской области. Он весьма остроумно вышел из затруднений, вы званных военным временем.

Фирма «Прютц и К°» (или The Russian forest Industry Ltd.) была тесно связана с английскими интересами на Белом море, так как продавала лес в основном в эту страну. К концу Первой мировой войны на Беломорье ско пилось до 140 000 стандартов леса, принадлежавшего иностранным вла дельцам. Из них доля норвежских собственников составляла около 30 стандартов6. Акционеры фирмы «The Russian forest Industry Ltd.» после ноябрьских событий 1917 г. в Петрограде боялись, что вложенные ими в Онежские и прочие лесозаводы капиталы превратятся в пустые бумажки.

Вкладчики оказывали сильное давление на директора Фредерика Прютца, который, впрочем, и сам бы серьезно финансово пострадал от конфискации лесных площадей, производственных мощностей и товара фирмы. Поэто му Прютц и стремился договориться с большевиками о компенсации нор вежским собственникам почти весь 1918 г. 28 октября 1918 г. он сообщал в очередном своем послании МИД Норвегии, что «сейчас появился шанс получить хотя бы частичную компенсацию»7. Однако Прютц просчитался.

Буквально через пару дней после написания этого послания советское пра вительство в соответствии с декретом от 1 ноября 1918 г., а позже от 12 янва ря 1919 г. решило национализировать иностранную собственность. Бывшие владельцы всех стран энергично протестовали. Сначала они сделали ставку на «твердую позицию» в отношении Советов и физическое свержение боль Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН шевистской власти. В Норвегии в целях обеспечения «совместной защиты общего финансирования всех норвежских экономических интересов в Рос сии» в январе 1918 г. группой предпринимателей была создана Центральная контора по защите норвежских интересов в России. Прютц играл важную роль в ее деятельности. С января 1919 г. вместе с Торри Кияром он фак тически возглавил эту организацию. 14 января 1919 г. на собрании членов этой организации Фредерик Прютц сделал большой доклад о финансовом положении, долгах России и о норвежской собственности на ее территории.

Он уже тогда считал, что эксплуатировать природные богатства России ре альнее всего посредством концессий8. Правда, о преимуществе концессион ных фирм Фредерик Прютц писал в МИД Норвегии еще раньше, в октябре 1918 г. Приведем важную цитату из этого послания: «Единственный способ, в соответствии с которым Россия, по моему мнению, сможет выполнить свои международные обязательства, заключается в том, что следует собрать требования в большие группы, с тем чтобы Россия в качестве компенсации за такую группу требований предоставляла бы ту или иную концессию.

Норвежцам и норвежским фирмам, предъявляющим правительству Рос сии требования о компенсации, нужно сообщить, что такая форма компен сации возможна»9.

С августа 1918 г., когда отношения Норвегии с большевистским прави тельством вступали в завершающую стадию, все больше стали развиваться контакты с оккупированной союзниками северной частью страны. Осенью 1918 г. Фредерик Прютц был связан с норвежской миссией в Петрограде с целью защиты норвежских экономических интересов в России и занимал должность эксперта по вопросам торговли. Но, несмотря на обстоятельства Гражданской войны и интервенции, Прютц, находясь в Петрограде, успевал следить за находящейся под его контролем компанией на Онеге. Его диспо нент (доверенное лицо) Эйнар Анвик, ставший впоследствии норвежским консулом, 2 августа 1918 г. в докладе о текущей политической обстановке сообщал о свержении «тирании большевиков» в Архангельске. Это послу жило поводом к попыткам восстановить торговые обороты компании. Но предприниматели не сумели осуществить экспорт свежего леса до конца закрытия мореходного сезона, в отличие от фирм «Баче и Вагер» и «Баче и Виг»10.


К началу 1919 г. капитан Прютц вернулся в Христианию и развернул ак тивную работу по организации бывших собственников в борьбе за капита лы и недвижимость на территории России, которые были национализиро ваны. Его деятельность в этой сфере выходит на международный уровень11.

Центральная контора по защите норвежских интересов в России, созданная Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН им 22 января 1919 г., разработала и направила королевскому правительству проект создания специальной комиссии по учету всех финансовых и ма териальных претензий к России. В состав этой комиссии были предложе ны опытные и лично заинтересованные люди, знающие Россию и готовые твердо добиваться от большевиков возвращения или компенсации собствен ности12. Правительство отреагировало быстро, поддержав эту инициативу Прютца и других предпринимателей. Королевской резолюцией от 4 апреля 1919 г. была создана Комиссия для изучения требований норвежских граж дан к России. Перед ней была поставлена задача — объединить требования о компенсации за национализированное норвежское имущество России.

Председателем комиссии стал асессор Верховного суда Д.Х. Кристиансен.

Как уже было сказано, Фредерик Прютц одним из первых на Западе Ев ропы понял, что наиболее приемлемой формой компенсации финансовых активов и недвижимости иностранцев в Советской России является кон цессия. Когда ставка на интервенцию и внутреннюю контрреволюцию не оправдалась, то это осознало и большинство других бывших собственни ков. Прютц одним из первых сумел адаптироваться к новой обстановке в России и организовал практическую работу по созданию концессий. В ав густе 1922 г. Фредерик Прютц выступил с предложением «создать в России смешанное паевое товарищество, которое получило бы в качестве своего актива концессию на вырубку лесов по всему северному району на опреде ленное число лет и право эксплуатации лесозаводов в Онеге». В результате переговоров Прютца с Советами стороны пришли к единому мнению о том, что необходимо создать такое смешанное общество, в котором участвова ли бы и государственный трест «Северолес», и бывшие владельцы заводов.

Выручка от реализации старых запасов древесины, национализированных Советской властью, составила вклад норвежской стороны в основной ка питал общества. Размер капитала был определен в 300 тыс. фунтов стер лингов. Принципиально важным пунктом договора для представителей советской власти являлось то, что все бывшие владельцы лесозаводов на всегда отказывались от прав собственности на свои предприятия. В итоге в октябре 1923 г. в Норвегии было зарегистрировано смешанное общество «Русснорвеголес», первым директором-распорядителем которого стал Фре дерик Прютц13.

В распоряжение концессионного общества передавалась лесная пло щадь, прилегающая к р. Онеге и ее притокам, приблизительно 2 900 тыс.

десятин. Кроме того, в ноябре 1923 г. общество «Русснорвеголес» получило в аренду пять онежских лесозаводов с 25 рамами. На такое решение повли ял тот факт, что производство пиломатериалов на рубеже 1920-х гг. значи Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН тельно отставало от дореволюционного. Так, в 1922 г. два лесозавода Онеги вырабатывали всего 55 тыс. кубометров, что составляло 34 %. На работе лесозаводов сказывались нехватка рабочей силы, устаревшее оборудование, средств на реконструкцию не хватало. Именно это послужило поводом к сдаче заводов в аренду. Два из этих лесозаводов были разрушены, но ос тальные заводы мощностью в 16 рам могли немедленно начать работать.

Помимо лесозаводов в пользование концессионерам передавались 11 паро ходов, много барж и сплавных средств.

В течение первого года «Русснорвеголес» имел довольно большие успе хи. Акционерное общество произвело на лесозаводах ряд усовершенство ваний в техническом оснащении, построили для рабочих несколько жилых домов. Это позволило увеличить приток рабочей силы и выработку продук ции, которая возросла на следующий год до 114,7 тыс. кубометров пилома териалов, а отгруз и экспорт достигли дореволюционного уровня14.

И все же это был в ременный подъем производства. Хозяева акционер ного общества не хотели проводить коренную реконструкцию заводов, выработка пиломатериалов стала снижаться. Неприемлемо высокими для них оказались затраты на социальную сферу. Общество со второй полови ны 1920-х гг. испытывало все большие финансовые трудности, рабочие не получали заработной платы по 3–4 месяца. Влияние оказал и неблагопри ятный международный и внутренний климат в стране. В 1927 г. концессия была ликвидирована, лесозаводы полностью огосударствлены и переведены в состав треста «Северолес»15. К 1930 г. все смешанные общества, органи зованные в Архангельской области, прекратили свое существование. Прютц окончательно покинул Россию и стал злейшим врагом коммунистического мировоззрения и социалистической системы государственного управления.

«Россия или мы», — считал Прютц. Его антирусская фобия была сродни расизму16.

В чем же состояла и на какое время пришлась его консульская деятель ность в Архангельске? Капитан Прютц в целом удачно сочетал бизнес со службой в шведском и норвежском консульствах в Архангельске, причем делал это скорее в пользу бизнеса.

Работа в Архангельском консульстве и предпринимательская деятель ность были тесно связаны для многих норвежских и шведских дипломатов.

С одной стороны, многие из них с XIX в. входили в торговую элиту архан гельских купцов-предпринимателей, были «своими» в административных кругах города на Северной Двине. А с другой стороны, через руки консулов проходила богатая и системная статистика, раскрывавшая торговую конъ юнктуру между странами, информация о внутренней политической и эко Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН номической ситуации в России и в Беломорском регионе. Поэтому работа в консульстве была не только почетной, но и выгодной для знающего биз несмена, даже если он не получал за это специального жалования (то есть являлся «внештатным» работником17).

В апреле 1911 г. Королевским Департаментом иностранных дел Норвегии было принято решение назначить «старшего лейтенанта А.Ф.В.Я. Прютца нештатным вице-консулом Генерального консульства в Архангельске» (до кумент за подписью министра Иргенса). Оформленную по всем правилам экзекватуру18 за № 5828 Прютц получил 18/31 мая 1911 г. В 1912–1913 гг. норвежец Прютц параллельно являлся и королевским шведским вице-консулом. Такое совмещение с конца 1905 г. в одном лице интересов полностью независимых государств было в порядке вещей.

Консулы по большому счету являлись проводниками торговой политики между Россией и Норвегией на местах, ведь именно они решали все воп росы, связанные с торговлей. Всю статистику по торговым делам и отче ты о политической и экономической ситуации в России и Архангельской губернии регулярно отправляли в Христианию. Но если консулы и Гене ральные консулы все же больше занимались вопросами политическими, то собственно ежедневная торговая практика находилась в ведении вице-кон сула. Поэтому если он покидал город на какое-то время, особенно в период навигации, то должен был оповестить об этом вышестоящие инстанции и назначить исполняющего обязанности. Так как Прютц вел активную пред принимательскую деятельность, то отъезды его были частым явлением.

Так, имеются данные о том, что в декабре 1913 г. Прютц уехал на шесть недель, и его по начало 1914 г. заменял брат — юрист Леонгард Кристиан Прютц20. Разрешение на такую временную подмену было дано за подписью норвежского министра Илена. Известно также, что в апреле 1914 г. Прютц опять покинул город на три недели, в этом случае исполняющим обязаннос ти вице-консула был назначен архангельский купец 1-ой гильдии норвежец по происхождению Карл Карлович Стампе (также с разрешения за подпи сью Илена)21. Известному на Севере лесопромышленнику К.К. Стампе та кое дело было не впервой. К его помощи прибегали и ранее, в 1910 г.

Однако подобные частые и длительные отлучки не устраивали тогдаш него Генерального консула Генриха Фальсена22. Уже в 1915 г. Фальсен и пи сал о том, что работа и дисциплина Прютца ему не нравятся. Очень часто Прютц надолго уезжал в Петроград, даже не поставив в известность своего прямого начальника по консульским делам Г. Фальсена. По мнению Гене рального консула, Прютц во всех этих поездках преследовал личные мер кантильные интересы. Поэтому Фальсен просил Департамент иностранных Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН дел дать ему право временно отстранить Прютца от должности. В июне 1917 г. Фальсен лично приехал в Христианию и обратился к Королевскому Департаменту иностранных дел с просьбой рассмотреть вопрос об увольне нии вице-консула Прютца, так как, по мнению Фальсена, личные интересы, т.е. предпринимательская деятельность, Прютца занимали у него много вре мени, и он часто отсутствовал в городе. МИД Норвегии пришел к выводу о правомерности жалоб Фальсена, и Прютц был отстранен от дел в Архан гельском консульстве. Следует признать также, что в годы Первой мировой войны торговые контакты Норвегии и России через Белое море сузились до крайних пределов и Генеральное консульство в Архангельске практически не нуждалось в самом институте вице-консульства.


Сам же Прютц от такого «увольнения» нисколько не пострадал. После октябрьской революции 1917 г. он оказался тесно связан с норвежской мис сией в Петрограде, «де-факто» возглавлял ее почти до конца 1918 г. После того как почти всех посольских работников отозвали обратно в Норвегию, Прютц почти в одиночку постоянно поддерживал личные контакты с совет скими властями. Именно в этот момент он начал сотрудничать с человеком, который впоследствии стал его другом, партнером по бизнесу и полити ческим руководителем, — Видкуном Квислингом. В итоге они привели друг друга к моральному и политическому краху.

После того как Прютц уехал из России, он обосновался в Лондоне, от крыв там две компании. Одно время его очень интересовал китобойный промысел. Но в 1933 г. он купил участок земли в Трёнделаге (Норвегия) совместно с компаньоном и переехал туда.

После смерти Нансена в 1930 г. именно Прютц стал оказывать все воз растающее и реакционное влияние на В. Квислинга, также уже давно вер нувшегося из СССР. В 1933 г. Квислинг создал свою крайне реакционную партию «Национальное сплочение», и капитан Прютц вошел в ее состав под № 123 в качестве одного из доверенных лиц Квислинга. С этого момента он больше занимался политикой, хотя и являлся главным финансовым специ алистом партии «Национальное сплочение». Именно Прютц проповедовал в партии политику так называемого «внезапного нападения», которую не одобрял Квислинг. После оккупации Норвегии войсками фашистской Гер мании Прютцу была предложена должность министра финансов. Он согла сился принять эту должность, но позже, 10 сентября 1940 г., его кандида туру сняли по причине болезни. 10 октября 1940 г. Прютц был назначен на пост губернатора в Южном Трёнделаге. Он принимал активное участие в установлении «нового порядка» по образцу германского нацизма на уров не местной администрации. С утверждением нового порядка Прютц все же Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН вступил в должность министра финансов 1 февраля 1942 г. На новой долж ности в его обязанности входил контроль расходов на нужды администра ции, а также вместе с Квислингом он являлся главным ответственным ли цом за ассигнование на партийные нужды. Однако из-за прогрессирующей смертельной болезни Прютц недолго смог выполнять свои обязанности.

Как видим, капитан Фредерик Прютц был в свое время довольно влиятель ной фигурой как в Норвегии, так и на Севере России. Он оказался куда более эффективен и состоятелен в качестве предпринимателя, нежели как вице-кон сул, который обязан заниматься внешнеторговыми делами. Конечно, он за нимал пост норвежского вице-консула в неподходящее для торговли военное время, и его, похоже, не удовлетворяли мелкие масштабы регионального кон сульства. Обладая большими амбициями, он лучше чувствовал себя в центре событий — в столицах: Петербурге и Москве — даже в самый тяжелый 1918 г., чем в куда более спокойном Архангельске предвоенных и военных лет.

Прютца «архангельского» и «петроградского» периодов можно назвать гибким и дальновидным бизнесменом, глубоким политическим аналитиком, так как ему удавалось правильно оценить объективную реальность и найти приемлемый выход в сложных ситуациях экономических и политических катаклизмов России периода 1914–1929 гг. Он внес ощутимый вклад в раз витие, а потом в восстановление лесной промышленности Архангельской области как предприниматель. Но как дипломатический торговый агент Норвегии он со своими задачами не справился.

Свен-Олаф Нилссен, оценивая различие обязанностей штатных и нештат ных вице-консулов, писал о том, что личные предпринимательские интересы нештатного консула могли иногда вступать в конфликт с его государственны ми обязанностями24. На наш взгляд, именно это и произошло с Ф. Прютцем.

Не случайно «Норвежский биографический лексикон» в статье о капитане Прютце заключает, что он был человеком, который никогда не чувствовал уг рызений совести, когда дело касалось экономики или власти25.

*** Norsk Biografisk Lexicon. Bind XI. S. 194–199.

О петроградском периоде деятельности Ф. Прютца см.: Репневский А.В. Норвежский дипломат Фредерик Прютц в революционном Петрограде 1918 года // Петербургские чте ния 1998–1999: Материалы энциклопедической библиотеки «Санкт-Петербург–2003» / Председ. редакционного совета акад. архитектуры Т.А. Славина. СПб., 1999. С. 464–468.

В. Квислинг был судим норвежским судом и единственный в стране казнен как предатель и нацистский преступник 24 октября 1945 г.

Овсянкин Е.И. Архангельск купеческий. Архангельск, 2000. С. 38–39.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Riksarkivеt (Осло) — Королевский архив (далее — RA. Oslo). Персональный архив (далее — PA). Frederik Prytz. Del II. Russisk Skogindustri A/S.

De norskе koncessioner i Nord-Rusland // Nordmsnd Jorden Rundt. 1923. 10 januar.

Советско-норвежские отношения. 1917–1955 гг.: Сб. докл. / Отв. ред. А.О. Чубарь ян. М., 1997. С. 25.

Репневский А.В. СССР–Норвегия: экономические отношения межвоенного двад цатилетия. Архангельск, 1998. С. 28–29.

Советско-норвежские отношения. 1917–1955 гг.: Сб. докл. / Отв. ред. А.О. Чубарь ян. М., 1997. С. 26.

Репневский А.В. СССР–Норвегия: экономические отношения межвоенного двад цатилетия. Архангельск, 1998. С. 33–34.

Там же. С. 28.

Советско-норвежские отношения. 1917–1955 гг.: Сб. док. / Отв. ред. А.О. Чубарь ян. М., 1997. С. 32.

Овсянкин Е.И. Русско-норвежские общества в 20-е годы // Волна. 20 июня 1994 г.

№ 52. С. 7.

Рассказывая о деятельности «Русснорвеголеса», опираемся на две статьи извес тного архангельского историка-краеведа Е.И. Овсянкина: 1) Русско-норвежские об щества // Ломоносовец. Архангельск, 1993. № 9–10;

2) Русско-норвежские общества в 20-е годы // Волна. Архангельск, 1994. 2 июня. Также см.: Клочев С.Ю. Торговая де ятельность в Беломорье смешанных русско-норвежских обществ (20-е годы XX века) // Слово о людях и земле поморской: Сб. статей и тезисов / Под ред. А.В. Репневского.

Архангельск, 1995.Вып. II. С. 116–117.

Медведев В. Молодость предприятия-старожила // Советская Онега. 12 августа 1986. С. 3.

Norsk Biografisk Lexicon. Bind XI. S. 197.

«Нештатные консулы» избирались из местных жителей, которые на действительной службе не состояли и вместо жалованья получали в свою пользу консульские пошлины.

Экзекватура — удостоверение, выдаваемое иностранному консулу правительс твом того государства, в которое консул назначен, подтверждающее его признание в качестве консула.

Riksarkivet (Осло) — Королевский архив (далее — RA. Oslo). UD, Konsulatsager II–19. Norges Konsulater I Russland. Vice konsulatet i Arkhangeslk og i Murmansk I.

Шумилов H.A. Шведско-норвежские консулы в Архангельске (XIX–XX вв.) // Ба ренц-журнал. 2002. № 1. С. 95.

RA, Oslo. LTD, Konsulatsager II–19. Norges Konsulater I Russland.

Фальссн. Кристиан Генрик Антон, уроженец Христиании, выпускник Московского го сударственного университета, юрист, в 1898 г. сменил на должности шведско-норвежского консула в Архангельске своего отца Конрада Фальсена и справлял эту должность по 1905 г.

После чего был назначен норвежским консулом и работал таковым до сентября 1919г.

Norsk Biografisk Lexicon. Bind XI. S. 197.

Svein-Olaf Nilssen. Russland et mulighetens land? En studie av norsk nringsliv og det russiake markcdet 1890–1920. Universitett I Tromso, 2001. C. 67–68.

Norsk Biografisk Lexicon. Bind XI. S. 194–199.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН А.С. Омшина ФИНСКАЯ зЕмлЯ ИСТОрИЧЕСКАЯ рОДИНА прЕДКОВ Т.В. рЯННЕлЯ В своих хождениях по белу свету Тойво Васильевич Ряннель сделал ос тановку, надолго ли неизвестно, в финских землях, на исторической ро дине предков. Ни в коей мере не порывая связей с любимым Красноярьем, ставшим навсегда второй родиной. Там у него свой дом и близкие ему люди, родные могилы. Но пока что его творческие планы связаны с Финляндией.

Он считает себя в долгу перед финским искусством, финской природой и хочет какое-то время поработать здесь1.

Родился Тойво Васильевич Ряннель 25 октября 1921 г. в д. Тозерова Ле нинградской обл., на Ладоге, в финской крестьянской семье. Для характе ристики творчества Ряннеля существенно и то, что он одарен талантом не только художника, но и поэта и прозаика.

В книге «Мой черный ангел» Тойво Васильевич вспоминает о счастли вых годах раннего детства, омраченных внезапным изгнанием всей семьи из родных мест. Весной 1931 г. произошло массовое выселение финнов, и он был депортирован вместе с родителями в Сибирь.

В этом далеком краю, где ему предстояла трудная жизнь спецпереселен ца, подневольная работа, учеба в южно-енисейской школе-интернате, в ра бочей среде рос, воспитывался и трудился Тойво Ряннель.

Мальчик «врастал» в сложную жизнь Сибири с самых ранних лет. Тя жесть той жизни не сломила его характера, не погасила заложенные в нем чувства красоты и добра.

Закончив школу, Ряннель решил послать письмо в Академию художеств, ректору И.И. Бродскому, с просьбой принять в существующую при Акаде мии среднюю художественную школу. Из Академии пришел ответ, его на писал профессор Любимов. Он советовал поступать в Омское или Иркут ское художественное училище.

Как ни мечтал художник, не удалось пробиться в Академию художеств в Ленинград мешало клеймо спецпереселенца. Разрешили, правда, посту пить в Омское художественное училище. Отправил документы и работы по рисунку, живописи и композиции. Скоро пришел ответ: допущен к экзаме нам. Экзамены Тойво сдал успешно и был принят в училище в 1939 г.

© А.С. Омшина, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Омское училище считалось хорошим учебным заведением, имело свои традиции. Организованное в 1920 г., оно называлось Художественно-про мышленным техникумом им. М.А. Врубеля.

Ряннель пробыл в Омском художественном училище два года, был пе реведен на третий курс, но продолжить учебу не удалось. В июне 1941 г.

мирный труд советского народа был нарушен вероломным нападением фа шистской Германии. В эти тяжелые для страны годы училище было закры то. Ряннель уехал к родителям в Южноенисейск и стал работать учителем рисования и черчения в школе.

Получив в училище необходимые познания и навыки самостоятельной работы, вкусив «сладкий плод» творческого труда, Ряннель искал возмож ности постоянного близкого общения с природой. Молодой художник уже осознал, что природа является первоосновой избранной им профессии ху дожника-пейзажиста.

В Красноярск Ряннель приехал весной 1946 г. Этот период самый ре шающий в жизненной судьбе Ряннеля. Началась новая страница в биогра фии молодого художника.

В первые послевоенные годы формировалась Красноярская творческая организация. Часть художников выбывала, уезжали в родные места эва куированные с западных районов страны, другие возвращались с фронта.

Ядро организации составляли старейшие Д.И. Каратанов, А.П. Лекаренко, Г.Д. Лавров, К.И. Матвеева, К.Ф. Вальдман. Возглавлял Красноярское отде ление Союза художников молодой график Р.К. Руйга.

Ряннель тепло был принят коллективом и сразу включился в творческую и общественную работу. Он близко сошелся с ведущими мастерами Ка ратановым и Лекаренко. В постоянном контакте с опытными художниками он внимательно присматривался к их профессиональным приемам и навы кам в работе над этюдом, эскизом, картиной.

Близкое знакомство с Каратановым, приверженцем правды в искусстве, хранителем и продолжателем реалистических традиций своего знаменитого земляка и учителя В.И. Сурикова, не могло не повлиять на Ряннеля.

Уроки Дмитрия Иннокентьевича не привели Ряннеля к подражанию «ка ратановской» манере. У Тойво Васильевича свой путь, не заимствованный, не придуманный, а естественно порожденный личным дарованием, темпе раментом и мировосприятием. «Сама природа предлагает композиционные решения, учит меня молча, терпеливо: чувствуй, запоминай, выбирай самые выразительные сочетания красок, способные взволновать твоих зрителей, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН позвать в безграничный мир красоты, будить в них чувства добрые, гор дость за свою землю, за свой дом»2.

Эти высказывания художника объясняют важную особенность его твор ческого кредо. Ряннель твердо шел дорогой реализма, смело вторгаясь в жизнь, черпая ее краски и образы.

Совершенствование шло различными путями: были занятия на творчес ких дачах, поездки за рубеж.

В первые послевоенные годы в Москве при «Всекохудожнике» была ор ганизована Центральная студия повышения профессионального мастерства художников. Руководителями студии были приглашены А.М. Герасимов, Б.В. Иогансон, лекции по истории искусств читал И.Э. Грабарь. В 1947 г.

Красноярской организацией Союза художников в эту студию был направлен и Тойво Ряннель. Учеба в студии дала ему много полезного. Его работы, выполненные во время учебы, получили высокую оценку.

Важным и памятным для Ряннеля был 1948 г. Его активное и успешное выступление на межобластной выставке и на очередной краевой, посвящен ной столетию со дня рождения В.И. Сурикова, было оценено зрителями и критикой. Он был принят в Союз художников СССР, стал полноправным членом профессиональной творческой организации.

Чтобы глубже понять творчество Ряннеля, следует отметить, что две гра ни таланта художника живопись и слово находятся в близком родстве и схожи по своим характеристикам.

«Живопись и поэзия живут во мне рядом, говорит Ряннель, у них много общего, но есть непримиримая специфика материала. Живопись не требует перевода. Я мог, мысля по-фински, написать те же сибирские свои картины. Средство поэзии это язык национальный. От финского языка я оказался оторванным. Русскому языку учился по книгам, и получилось, что мой поэтический язык оказался вторичным, я не постиг той глубины, кото рая естественна для поэтов русских, т.е. я оказался без той глубинно-языко вой платформы, без которой настоящей поэзии не может быть. Поэтому не стремлюсь к публикации своих стихов. Поэзия всегда остается со мной»3.

Были написаны очерки о поездке в Ливан, Египет, Алжир, на Кипр.

Художник отмечал красоту и своеобразие природы этих стран. Однако за кончил повествование словами: «Но любовью и привязанностью всегда и навсегда оставалась Сибирь от Мунгун тайги на юге до островов Се верной земли»4.

Творческие успехи, которых достиг Ряннель в первые годы, не снизили энергии поисков, не «усыпили» его. Он ставил перед собой все более слож Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН ные задачи. У него появилось естественное желание поближе познакомиться с краем, соседними областями, их природой, ощутить биение пульса жизни.

Он едет в Игарку, в низовья Енисея, Саяны, Туву, Хакасию, Кузнецкий Ала Тау. Многие из этих путешествий были сложными, трудными, опасными.

Походы совершались и в места, где редко бывал человек. Ряннель увлекал многих художников края в эти далекие смелые походы, к истокам Енисея, на его водопады и пороги, в глубину Саян, на Саянские хребты и перевалы.

Все более углубленное изучение природы края побуждало художника пе реходить от накопления отдельных наблюдений к обобщению. Его переста ет удовлетворять непосредственная передача интимных уголков природы.

Ряннель зорче присматривается к могучей сибирской природе, сибирским просторам, ищет мотивы, которые бы ответили романтической взволнован ности, зревшей в его душе. И эти мотивы он находит в сказочных Саянах.

Многообразна связанная с Енисеем тематика в творчестве Ряннеля. Кра сота и мощь Енисея, восхищающие нас в этих пейзажах, говорят о том, что «ключ» к раскрытию волновавшей художника темы был найден.

Персональные выставки произведений Т.В. Ряннеля начиная с 1965 г.

прошли во многих городах Красноярске, Омске, Барнауле, Новосибирс ке, Москве, Краснодаре, Ставрополе, Нальчике и Грозном.

В последние годы работы Ряннеля выставлялись в Словении, Англии, Швеции Финляндии. В экспозициях многих художественных музеев Рос сии, в частных коллекциях Японии, Китая, США, Франции, Германии, ЮАР, Швеции и Финляндии экспонируются работы сибирского художника.

Будучи настоящим художником, Тойво Ряннель в своем творчестве вдох новляется не злобой и местью, а любовью. И обращена эта любовь прежде всего к Сибири, ее прекрасной природе, замечательным людям.

В 1993 г., через 62 года после начала ссылки, состоялась гражданская реабилитация художника. С 1995 г. известный сибирский живописец, на родный художник России Тойво Васильевич Ряннель живет в Финляндии, на родине своих предков, в пригороде Хельсинки. Он часто ездит писать пейзажи в Лапландию, объездил весь мир, был в Египте, Ливане, Италии, Греции, но Сибирь его не отпускает.

Не по доброй воле оказался Тойво Васильевич далеко от земли предков, но сложилось так, что Сибирь стала для него и второй родиной, и неиссяка емым источником творческого вдохновения. Как бы в жизни ни было тяже ло, он никогда не терял оптимизма, не терял надежды. Ведь неслучайно имя «Тойво» в переводе на русский язык означает «надежда». А ведь так легко иногда было прийти в отчаяние! Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-162-6/ © МАЭ РАН Ряннель является не только художником, но и своеобразным поэтом и незаурядным прозаиком. В конце ХХ в. опубликованы две прозаические книги воспоминаний «Мой черный ангел» и «Незваный гость». Эти кни ги бесценный вклад Тойво Васильевича в историю финнов-россиян.

Финляндия, несомненно, вдохновила на создание новых живописных по лотен, она в нелегкий час отогрела душу, дав ей возможность дальнейшего свободного полета, она щедро распахнула перед художником свои просто ры, позволив подолгу смотреть на неповторимую красоту, позвала за собой в сказочный мир волшебной Лапландии. Согревало душу и то, что здесь так много схожего с родными сибирскими ландшафтами. Сходство финского и российского пейзажей зримо указывает на общность душ. Местные березы такие же, как на Енисее, а стометровые скалы в Коли сродни знаменитым красноярским «Столбам».

*** Тойво Ряннель. Мой белый свет. Красноярск, 2001.

Из архивов художника.

Давыденко И.М. Тойво Васильевич Ряннель. Любляно, 1991. С. 17.

Русаков Э. Горячий финский парень. Красноярск, 2001. С. 33.

Сто знаменитых красноярцев / Сост. В.В. Чагин. Красноярск, 2003. С. 363.



Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.