авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«2 Рецензент – Е.В. Сафронова, профессор, заведующий кафедрой теории и исто- рии государства и права Елецкого государственного университета им. И.А. Бунина, доктор юридических наук, ...»

-- [ Страница 4 ] --

Естественно, что все эти старания были напрасны, и текст договора ос тался без изменений. Поправки, которые предлагали иранцы по существу не вносили ничего нового. Предлагая их, иранские лидеры надеялись сохранить свое лицо, пытаясь хотя бы в деталях продемонстрировать свою независи мость. Договор представлял непосредственные выгоды для Ирана. Ему гаран тировалась независимость и территориальная целостность, предлагалось за ключить ряд дополнительных соглашений по экономическим и прочим вопро сам. Договор практически ни в чем не ущемлял национальные интересы Ирана и не требовал от него никаких обременительных обязательств.

И все же сопротивлению договору было велико. Об этом красноречиво говорит факт публикации в иранской прессы телеграммы, подписанной купцами из Исфахана, направленной против договора.

Затянувшаяся на четыре месяца дискуссия наглядно продемонстрирова ла, что наряду с убежденными германофилами, сплотившимися вокруг Х. Нов бахта, в иранской парламенте было много депутатов, опасавшихся репрессий со стороны немцев в случае победы Германии в войне.

Нельзя не отметить и того факта, что опыт политических договоров, за ключавшихся иранцами ранее, вынуждал быть их максимально осторожными на переговорах с великими державами. Именно в этом был убежден Али Фору ги, когда пытался объяснить советскому послу причины задержки с заключе нием договора. К тому же с падением режима Реза-шаха Пехлеви Иран встал на путь ограниченной демократизации, что вынуждало правителей страны учиты вать общественное мнение. «Из 60 договоров, заключенных Ираном в новей шее время, почти все обратились во вред Ирану. И общественное мнение на основании горького опыта прежних лет считает, что такое положение будет продолжаться и сейчас. А депутаты, желающие щеголять своим патриотизмом, подделываются под такое общественное мнение. У нас даже многие считают, что патриотизм и оппозиционность договору – синонимы… При старом шахе подобные дела решались быстрее: шах приказывал, парламент штамповал. А сейчас приходится больше считаться с общественностью. Я дал возможность депутатам высказываться о договоре… Прения в парламенте, если учитывать все указанное выше, продолжались совсем недолго… Все дело в общественно сти, с которой сейчас необходимо считаться», - убеждал Али Форуги А. Смир нова453.

Как известно, несмотря на все происки Х. Новбахта и его К о, договор был подписан. Но и поражение при голосовании не остановило оппозиционеров.

Пользуясь депутатскими полномочиями Х. Новбахт вплоть до осени 1943 г.

продолжал использовать парламентскую трибуну для активных выступлений против союзников.

Кроме «Меллиюне Иран» и «Голубой партии» в Иране существовало еще несколько крупных националистических организаций: «Миханпарастан»

(«Патриоты»), «Иран Бидар» («Национальная партия»), «Сиян Пушан» («Чер норубашечники»)454. По мнению Ю.Л. Кузнеца всего в то время в Иране дейст вовало свыше 20 прогерманских националистических организаций455.

Все эти организации по своей социальной базе, структуре и политиче ской направленности не отличались друг от друга. Состояли они в основном из офицеров и националистически настроенных интеллигентов. Общим в них было неприятие нового правительства и проводимого им курса. Конечно, нельзя назвать всех членов этих организаций гитлеровскими агентами. Совер шенно прав был Ю.Л. Кузнец, когда указывал, что это были убежденные иран ские националисты, фанатичные сторонники «третьей силы», которую в их представлении олицетворяла Германия 456. Ее руками и своими собственными они хотели избавить Иран от иностранной зависимости, полагая, что победа стран «оси» принесет им долгожданную свободу, в первую очередь, от англий ского влияния. Среди них было немало и просто амбициозных людей, мечтав ших оставить след в истории.

Выполняя указания своего шефа, люди Ф. Майера развернули активную профашистскую пропаганду. Играя на трудностях войны, они стремились еще более нагнетать атмосферу в Иране, создавая там обстановку хаоса и недове рия. Группа М. Каспаряна разбрасывала на улицах листовки с лозунгами «Да здравствует Германия!», «Долой англичан!», «Долой русских!» 457. Был пущен слух, что из мечети Имам Реза в Мешхеде красноармейцы вывезли все ценно сти. Один из служителей мечети ограничил доступ в нее, заявляя при этом, что это распоряжение советского командования. Германскими агентами распро странялись сведения, что советские войска напали на Афганистан, и афганская армия сражается. Звучали призывы перерезать линии связи, нападать на воен ные автомашины, следовавшие из Ирана в СССР и обратно. При этом говори лось, что кровь советских солдат как вода, и за пролитие ее греха нет458.

Германская пропаганда умело использовала в своих интересах продол жавшуюся в 1942 г. практику конфискаций иранских товаров советскими воен ными властями. Нацистская агентура внушала иранцам, что Красная Армия грабит Иран, вывозит из страны продовольствие, природные запасы и различ ное оборудование. «Среди населения Ирана распространяются слухи о том, что одной из причин дефицита и скверного качества хлеба в Тегеране и недостатка хлеба в ряде других городов Ирана, а также одной из причин дороговизны м я са, масла и прочего является то, что наша пшеница и другие предметы продо вольствия скупаются и вывозятся из страны», - писала одна из иранских га зет459.

Под воздействием нацистской пропаганды некоторые чиновники госу дарственных учреждений Ирана начали саботировать мероприятия Красной Армии. Управляющий транспортной компании «Машан Гурджи Шарабани»

Ханамир увольнял с работы тех водителей, которые исправно работали на при надлежавших СССР автомашинах. Требуя от своих подчиненных, чтобы они оставляли советские машины на дорогах или доставляли их к месту назначения в разбитом виде, он тем самым пытался сорвать поставки вооружений из США и Англии в СССР460.

Организовывалась слежка за передвижением комсостава и частей совет ских войск в Иране. Бывало и такое, когда иранец уводил жену у другого иран ца и заявлял при этом, что власть сейчас советская, поэтому жены общие. Ин спирировались жалобы мулл, торговцев и прочих в английское посольство по поводу якобы незаконных действий советских войск. В то же время усиленно распространялись слухи о том, что с приходом советских войск в Иране будет невозможно жить племенным вождям, крупным помещикам, одновременно высказывалась мысль о необходимости обратиться за помощью к Турции и Германии. Профашистская пропаганда велась среди красноармейцев тюркских национальностей. Предполагалось привлечь их к сотрудничеству с германской разведкой и выяснять через них характер грузов, перевозимых из Ирана в СССР и обратно, получать сведения о размещении узлов связи, политическом и экономическом состоянии районов, откуда были призваны военнослужащие461.

Взяв на вооружение тактику мелких терактов, иранские националисты совершали враждебные действия против союзных войск. В ночь на 25 января 1942 г. в Горгане неизвестными лицами был обстрелян красноармейский наряд, несший охрану гаража воинской части. 23 февраля иранцы стали бросать кам ни в окна гостиницы в Горгане, в которой проходило торжественное собрание командиров Красной Армии. 27 февраля подверглась обстрелу советская воен ная автомашина, следовавшая из того же Горгана в Сари. Пули, извлеченные впоследствии из машины, оказались принадлежащими пистолету немецкой системы «Вальтер»462.

Советские дипломаты неоднократно делали представления в МИД Ирана с требованием пресечь деятельность тайных сторонников Третьего рейха. В одной из нот, например, указывалось: «Пропаганду против союзников в г.

Мешхеде ведут: 1) преподаватель школы Шах-Реза Тафазулла, 2) преподава тель ремесленной школы Батани, 3) журналист Азар-Ахша, 4) служащий муни ципалитета Акбер-Ага, 5) работник клуба Фирдоуси – Гусейн-Ага Фельтман, 6) торговец Зибаи, 7) врач Ифтихари […] посольство вынуждено настаивать пе ред МИД о принятии самых суровых и решительных мер по отношению к этим лицам»463. В другом послании иранским властям указывалось, что в Теб ризе начальник местной полиции полковник Сейф поощрял своими действиями (преследовал иранцев за лояльное отношение к советским военным властям – А.О.) «враждебную, как советской, так и иранской стороне, немецко фашистскую пропаганду»464.

Следует также иметь ввиду, что проведенная новым шахом чистка госу дарственного аппарата мало что дала. По–прежнему в иранских правящих кру гах преобладали те, кто еще до войны выделялся своими прогерманскими взглядами. В условиях присутствия в стране иностранных войск они, конечно, предпочли тщательно скрывать свои взгляды, но в душе продолжали верить в «непобедимую» Германию. Так, начальник гилянской полиции Мухтари делал все, чтобы в местной прессе не появлялись материалы просоветского содержа ния. Однажды он вызвал к себе редактора местной газеты «Сефид Руд» и отчи тал его за попытку опубликовать статью о доставке в Иран пшеницы из СССР465.

Тот же Х. Новбахт, как и прославившийся прогерманскими взглядами редактор «Эттелаат» Масуди, сохранили за собой депутатские мандаты, не смотря на то, что новый премьер-министр Али Форуги вскоре после вступле ния Красной Армии в Тегеран твердо обещал советскому послу А. Смирнову не допустить избрания в меджлис лиц, неугодных союзникам466.

Многочисленные объективные трудности, с которыми столкнулся Иран в годы Второй мировой войны, успешное наступление вермахта на советско германском фронте летом 1942 г. создавали благоприятную почву для деятель ности в стране германской разведки. Но для того, чтобы повысить эффектив ность работы своей агентуры, главарю фашистского подполья Ф. Майеру бы ло необходимо решить задачу установления двусторонней связи с Берлином.

С помощью генерала Ахмеда Намдара ему удалось наладить курьерскую связь через Анкару. Казалось бы, помощь в решении всех проблем немцы должны были получить со стороны своих ближайших союзников – японцев. Действи тельно, до своей высылки из страны (30 января 1942 г.) японский посланник Хикаторо Ичикава не только помогал передавать информацию в Берлин, но и производил для немецких шпионов обмен долларов на иранскую валюту. Вы зывает интерес уже тот факт, что сам посланник избегал личных контактов с Ф. Майером. Все вопросы решались через посредника – сотрудника миссии К.

Кавасаки467. По мнению японской стороны, такая конспирация была вполне оправдана, так как здание дипломатического представительства находилось под пристальным наблюдением полиции. Однако представляется, что подоб ные заявления были всего лишь отговоркой, проявлением нежелания сотруд ничать с немцами.

Каковы были в реальности отношения между представителями фашист ских держав, прекрасно иллюстрируют архивные документы. Несмотря на то, что находившееся в японской дипломатической миссии радиоприемники были собственностью германского правительства, японцы передали Ф. Майеру сна чала только два аппарата, остальные три они планировали использовать для собственных нужд. Только напористость Ф.Майера вынудила японцев пере дать всю имевшуюся у них аппаратуру, в результате чего в его распоряжении появились собственные радиоустановки. Но из-за отсутствия подходящего оператора и нехватки запчастей использовать эту аппаратуру он не мог 468. По этому связь с Берлином иногда прерывалась на месяцы.

Все эти факты говорили о том, что отношения между Ф. Майером и ди пломатами «страны восходящего солнца» были далеки от дружественных. На страницах своего дневника Ф. Майер неоднократно выражал неудовольствие отношением к нему со стороны японцев. «Несмотря на многие обещания, а я не сомневаюсь, что они были искренними, и для этого у меня есть доказатель ства - мой подробный доклад еще не отправлен», - писал он пока еще в спокой ном тоне 17 февраля 1942 г. 469. Этот тон решительно поменялся через полтора месяца, когда Ф. Майер более определенно высказывает свое возмущение дей ствиями японской стороны: «1)... эти люди (японские дипломаты. - А.О.)...

склонны рассматривать любую деятельность, подобную моей, бесполезной и излишней;

2) потому что, после трех месяцев успешных наступлений японцев, они решили, что могут завоевать мир. Политические выскочки? Я хотел заме тить, что им не понравилась идея присутствия немецких войск в Персидском заливе»470. «3.4.... я вышел вечером на встречу с Кеичи Кавасаки, но этот него дяй не пришел... Кеичи Кавасаки обманул меня не только 3.4., но также и 6.4. Я не собираюсь забывать такой гнусности», - писал он с негодованием 10 апреля 1942 г.471. Получив во время одной из тайных встреч от японских дипломатов оружие и карты Ирана, Ф. Майер так и не дождался от К. Кавасаки ранее обе щанных денег.

Подобное отношение к нему со стороны союзников вынуждало Ф. Майе ра быть с ними предельно осторожным. Несмотря на многочисленные просьбы генерала Х. Нейванди связать его с представителями японской дипломатиче ской миссии, Ф. Майер, предложив свои посреднические услуги, в конечном счете убедил своего иранского «друга» не выходить напрямую на связь с япон цами472. Таким образом, германские разведчики видели в посланцах «страны восходящего солнца» не союзников, а скорее конкурентов. Установив связь с одним из руководителей «Меллиюне Иран» генералом С. Нагибзаде, они обе щали последнему не только помощь оружием, но и предлагали стать будущим правителем страны473. В результате подобных интриг эффективного сотрудни чества между разведками стран «оси» в Иране так и не получилось.

Строя свои планы создания мощной антисоюзнической организации, Ф.

Майер понимал, что судьба войны решается не в Иране. Да и общественное мнение в странах Среднего Востока зависело в основном от того, как развива лись события, в первую очередь, на советско–германском фронте474. И, как из вестно, летом 1942 г. гитлеровские войска перешли здесь в наступление. Нане ся ряд серьезных поражений Красной Армии, вермахт вновь овладел Ростовом.

По планам германского руководства после захвата Кавказа немецкие войска должны были развернуть наступление в направлении Ирана и Афганистана, а затем Индии.

На первом этапе Второй мировой войны немцы с успехом использовали тактику стремительных прорывов танковых армий в тыл противника. Но Иран, и особенно Афганистан, являлись странами, где передвижение танков было возможно в основном по простым грунтовым и немногочисленным шоссир о ванным дорогам, проходившим через труднопроходимые перевалы горных хребтов, безводные пустыни и суровые нагорья, а участок индо-афганской гра ницы представлял наибольшие трудности, так как граница на большом протя жении проходила в безжизненной пустыне. В условиях Ирана и Афганистана танки превращались в малоподвижную, совсем не маневренную часть, напрас но расходовавшую свои моторесурсы, запасные части и горючее. Чтобы в странах Среднего Востока добиться успеха, нужны были специально подгото в ленные войска. Поэтому германское командование в помощь 1-й и 4-й танко вым армиям направило корпус «Ф», созданный еще в июне 1941 г.

К августу 1942 г. в корпусе «Ф» было до 6 тыс. солдат и офицеров, танка и 120 орудий и минометов. После переброски на Кавказ в его состав бы ли включены три моторизованных батальона, один танковый батальон, один артиллерийский батальон, авиаотряд и ряд других частей. Кроме того, он полу чил на усиление кавалерийский полк и один батальон 201-го танкового пол ка475. Личный состав корпуса «Ф», кроме военной и политической подготовки, занимался изучением географии и истории стран Ближнего и Среднего Восто ка. Солдаты и офицеры были обучены турецкому, персидскому, арабскому и другим восточным языкам. Верховное командование вермахта поставило перед командиром корпуса генералом Г. Фельми задачу двигаться вслед за группой армий «А» в направлении Среднего Востока двумя путями - через Баку и по Военно-Грузинской дороге в зависимости от того, где быстрее обозначится ус пех476.

После прибытия корпуса «Ф» в зону боевых действий на одном из хреб тов Северного Кавказа немцами была сооружена мощная радиорелейная станция. Она должна была обеспечить устойчивую прямую связь со штабом корпуса во время наступления гитлеровцев на Средний Восток. С помощью ра диостанции предполагалось также установить прямую связь германских аген тов в Иране с радиоцентрами абвера в Гамбурге и Берлине477.

Корпус «Ф» был не единственной специальной группировкой, созданной немцами для ведения боевых действий в странах Среднего Востока. Весной 1942 г. было начато, а летом 1942 г. закончено формирование 162 -й тюркской пехотной дивизии особого назначения, одну половину которой составляли нем цы, а другую - представители тюркоязычных народов, по разным причинам оказавшиеся на службе у Третьего рейха. Помимо своего желания, команди ром ее был назначен О. Нидермайер, ставший к этому времени генералом478. К дивизии также был прикреплен целый ряд других специалистов по Среднему Востоку.

Создавая это воинское формирование, в Берлине рассчитывали, что по сле прорыва вермахта на Кавказ оно сначала войдет в Иран, а затем примется за «освобождение» Афганистана. Однако этой дивизии было не суждено участ вовать в «освободительном» походе: боевой дух ее бойцов и их командира был столь низок, что командование перевело дивизию подальше от фронта – в Си лезию479.

Кроме 162-й тюркской дивизии, в специальных лагерях абвера и СС на территории Польши были созданы специальные «мусульманские легионы», предназначавшиеся для активного использования, как в советской Средней Азии, так и в странах Среднего Востока во время установления так называемо го «нового порядка». В этих лагерях обучались легионеры, готовые выпол нить возложенную на них миссию. Иранцы входили в состав Туркестанского легиона, курды - в состав Северокавказского. Одним из организаторов привле чения восточных народов на сторону Германии был руководитель организаци онного отдела ОКХ майор Клаус фон Штауффенберг, тот самый офицер, кото рый в июле 1944 г. осуществил неудачную попытку покушения на Гитлера480!

Помимо этих формирований, по инициативе Гиммлера были организова ны специальные школы мулл, представлявшие собой двух-трех недельные кур сы для «переквалификации» мусульманских священников в духе нацистской идеологии481. Германские спецслужбы полагали, что нетрудно будет настроить верующих мусульман против безбожников-большевиков, забросив в советский тыл и на территорию средневосточных государств несколько десятков подго товленных мулл. Расчет этот был верным, так как советские политработники, обрабатывавшие общественное мнение в Иране, недостаточное внимание уде ляли работе с представителями духовенства 482. В ноябре 1941 г. в иранских га зетах было помещено «Обращение духовенства Советского Азербайджана ко всем братьям мусульманам»483. Несмотря на то, что это обращение было встре чено местным населением с большим интересом, советские пропагандисты больше не обращались к этой теме, чем не замедлили воспользоваться нацисты:

в каждую роту Туркестанского легиона они назначили мулл, в задачу которых входило ведение религиозной пропаганды, чтение Корана и других религио з ных книг. Перед отправкой на фронт легионеры принимали присягу, в кото рой говорилось, что Аллах благославил их и призвал во всем подчиняться нем цам484.

К этому времени сменилось руководство ТНК. После смерти в марте 1942 г. М. Чокаева на пост председателя возвели Вали Каюмова, который сразу же начал именовать себя Вали Каюм-ханом. Вице-председателем ТНК стал Баймирза Хаитов - красноармеец, попавший в плен и согласившийся сотрудни чать с нацистами. По заданию своих немецких хозяев они активно подбирали кандидатов в шпионскую школу в Дрездене, именовавшуюся «Рабочее объеди нение Туркестан», которую возглавлял кадровый шпион, специалист по стра нам Востока, гауптштурмфюрер СС доктор Ольцша485.

В мае 1942 г. проживавшие в Иране члены ТНК провели в местечке Гу миш-Теп несколько совещаний, на которых речь шла о том, что скоро немец кая армия парализует сопротивление советских войск, и тогда против СССР выступит Турция, с помощью которой эмигрантские отряды могут победонос но вступить в Туркмению. На этих сборищах говорилось о необходимости го товиться к активным действиям, посылать людей для выяснения настроений населения в Туркмении, проведения диверсий на ее территории. На очеред ном широком совещании в Гумиш-Тепе в июле 1942 г., на котором присутство вало более 40 человек, подчеркивалось, что немецкие войска, рвущиеся к Кав казу, приближаются к иранским границам, а следовательно, настало время со вершать налеты на территорию СССР как с ограниченными целями для захвата колхозных отар, так и с главной целью - разрушения железной дороги Ашха бад – Красноводск.

На совещаниях отдельные участники высказывали сомнения в успехе вы ступления, так как, по их мнению, силы ТНК немногочисленны. В ответ сто ронниками активных действий приводился довод о том, что у Германии и без эмигрантов хватит сил победить СССР, но для того, чтобы получить из рук немцев власть в Средней Азии, надо активно выступить на их стороне, помочь им изгнать советские и английские войска из Ирана. Бояться советской власти, мол, нечего, так как ее скоро не будет, а граница охраняется слабо486.

ТНК первоочередную свою задачу видел в организации ударов по тыло вым советским коммуникациям в Туркменской ССР. Это было связано с тем, что значительная часть военных грузов для снабжения Красной Армии на Кав казе поступала через территорию Туркмении. Поэтому особое значение приоб рела именно железная дорога Ашхабад – Красноводск. Был выработан план удара с помощью воздушного десанта, поддержанного бандами из Ирана, по району Небит-Дага с целью вывода из строя этой железной дороги на срок хо тя бы трое-четверо суток. Для десанта предполагалось использовать подразде ления Туркестанского легиона численностью до 3000 человек. После разруше ния путей одна часть легионеров должна была уйти в Иран, а другая - перейти к басмаческим действиям487.

Успехи вермахта на фронтах Второй мировой войны и возросшая актив ность германской агентуры в Иране вызвали серьезную обеспокоенность со юзников и, в первую очередь, англичан. Правда, ход борьбы на советско– германском фронте заботил их лишь в том смысле, смогут ли немцы прорвать ся через Кавказ на Средний Восток. В Лондоне ожидали прорыва вермахта в Северный Иран к 15 октября 1942 г. Специальный комитет по контролю то п ливных ресурсов пришел к печальному выводу, что потеря Абадана в ызвала бы резкое сокращение всех возможностей Англии продолжать войну488. Еще в феврале 1942 г. газета «Таймс» писала: «Никто не сомневается в том, что нем цы собирают свои силы и силы своих сателлитов для наступления на Кавказ, которое начнется как только погода станет благоприятной для ведения боевых действий. Тот факт, что в случае успеха немцы двинутся через Персию и Ирак в район Персидского залива, рассматривается практически осуществимым. Ес ли этот дерзкий план осуществится, немцы займут угрожающие позиции в от ношении Индии совместно с японцами»489.

Нацистские инстанции, планировавшие «новый порядок» для стран Среднего Востока, уделяли первостепенное внимание ключевым областям экономики Ирана. 5 февраля 1942 г. Фриц Гробба, уполномоченный при сп е циальном штабе генерала Г. Фельми в записке на имя И. Риббентропа предла гал следующее: «Необходимо подготовить захват нефтяных источников и обо рудования в различных районах Аравии и Ирана. Группа специалистов во главе с геологом доктором К. Шмидтом уже подобрана мною по договоренн ости с "Континенталь оль" и обеспечена необходимым оборудованием, в частности буровым»490.

К весне 1942 г. в Берлине были подготовлены группы экспертов по бан ковско-кредитному и таможенно-тарифному делу. Этим «особоуполномочен ным» рейхсбанка предстояло быть готовыми для переброски на Средний Вос ток, где они должны были ввести новое денежное обращение, основанное на германской марке и золотом германском кредите, установить тарифы, наиболее благоприятные для немецких торговцев и в дальнейшем определять направле ние и характер экономического развития Ирана491.

Агенты абвера и СД среди кашкайцев и курдов В связи с успешным продвижением вермахта на советско-германском фронте, усилилась профашистская деятельность в самом Иране. Ее активиза ции способствовало то обстоятельство, что через своих людей в Тегеране Ф.

Майеру удалось установить связь с абверовцем Б. Шульце-Хольтусом492. После августовских событий это был первый контакт в Иране представителей двух фашистских служб: абвера и СД. Конкуренция, иногда переходившая в непри язнь между этими организациями, получила свое продолжение в Иране, причем в период, когда о ней, казалось бы, не могло быть и речи. Об их отношениях красноречиво говорит характеристика, данная Ф. Майером своему подельнику после первой их встречи, состоявшейся 30 апреля 1942 г.493: «Да, эти люди! Их достоинство не больше достоинства школьного учителя, переводчика или тру са, но они думают, что могут, будучи умными и имея связи, получить ту награ ду, которую заслуживают другие. Со мной это не выйдет, господин Саба (Саба – псевдоним Б. Шульце-Хольтуса - А.О.). Без меня Вы не можете прожить и дня, не можете получить никаких известий, установить быстро связь» 494. Через некоторое время Ф. Майер вновь упомянул на страницах своего дневника имя Б. Шульце-Хольтуса и опять в уничижительном свете: «Этот человек все делает в противовес мне, зная, что не имеет никаких абсолютно связей, всегда с ту манными надеждами на специальную миссию […] Утром я дам хорошую отпо ведь его учительским мозгам»495.

Архивные документы дают четкое представление не только о профес сиональных качествах Ф. Майера как разведчика и раскрывают его как лич ность, но и характеризуют специфику взаимоотношений между немцами, ору довавшими в Иране. Ф. Майер надеялся в случае победы Германии единолич но взять себе лавры организатора мощного антиправительственного и антисо юзнического движения. Считая себя ведущим в связке СД - абвер, он в ульти мативной форме предложил «коллеге» следующую схему взаимоотношений:

1) все немцы, проживающие в Иране, находятся под его контролем, и только он может контролировать связи с иранцами, даже если они появятся со стороны Саба;

2) Саба должен консультироваться с ним по всем военным вопросам до тех пор, пока из Берлина не придет определенное решение;

3) у абвера и СД будут общие курьеры;

4) он обязуется сообщать Сабе все военные новости, но сообщения в Анкару будет отправлять сам;

5) Сабе отводится одна из руково дящих ролей в «Меллиюне Иран»496.

Подобная постановка вопроса ущемляла интересы Б. Шульце-Хольтуса.

Но до некоторой поры он был вынужден мириться с таким положением дел, так как зависел от Ф. Майера материально. Ведь тот помог ему с жильем, пе риодически снабжал деньгами497.

Первый серьезный успех пришел к Б. Шульце-Хольтусу в июне 1942 г., когда он стал военным советником Насыр-хана - вождя большого кашкайского племени, самого богатого и авторитетного хана на юге Ирана. Только после этого Ф. Майер пошел на уступки - на одной из встреч была достигнута дого воренность о разделе сфер влияния в Иране: север страны Ф. Майер взял на се бя, а юг за исключением районов нефтедобычи и мест проживания бахтиар ских племен отводился Б. Шульце–Хольтусу.

Покровитель Б. Шульце-Хольтуса Насыр-хан был человеком отчаянным, амбициозным, прекрасно знавшим тонкости восточной политики. Только его личная армия насчитывала 20 000 хорошо подготовленных всадников 498. Кро ме того, 224 туннеля и свыше 4000 мостов на Трансиранской железной дороге были расположены главным образом в районах, населенных племенами, под властными Насыр-хану и враждебно настроенными к центральному прави тельству499.

К этому стоит добавить, что установление контактов с племенами было одним из приоритетов германской разведки: в абвере рассчитывали использо вать в своих интересах разного рода шейхов и вождей, активно манипулируя их сепаратистскими настроениями.

Таким образом, мотивы гитлеровцев были предельно ясны. Что касается Насыр-хана, то его толкнула к сотрудничеству с германской разведкой прежде всего ненависть к англичанам. Насыр–хан ненавидел их за то, что они при по мощи Реза–шаха арестовали и посадили в тюрьму его отца – Исмаил-хана Каш каи, где тот был убит. Реза–шах к тому же отобрал у кашкайцев лучшие земли, сделав эти племена ярыми врагами династии Пехлеви. Кроме соблюдения обы чая кровной мести, у Насыр-хана был еще один немаловажный мотив, превра щавший его в потенциального союзника Третьего рейха: ведя борьбу с Реза шахом, он вынашивал амбициозные планы стать самому правителем Ирана дать начало новой кашкайской династии500.

Англичане, конечно, пытались «умиротворить» Насыр-хана, надеялись заручиться его нейтралитетом. До некоторой поры все их попытки договорит ь ся с ним заканчивались провалом. В течение весны 1942 г. британский консул в Бушире трижды посещал Насыр-хана с предложениями принять сторону анг личан и прекратить антисоюзнические действия. В июне 1942 г. англичане предложили Насыр-хану взятку в 5 млн. туманов, от которой тот решительно отказался501.

Совсем другим было отношение Насыр-хана к Советскому Союзу, о ко тором он отзывался даже с некоторым уважением, признавая силу и мощь Красной Армии. Ю. Л. Кузнец справедливо указал на подобные настроения Насыр-хана, когда отметил, что «однажды распорядившись не нападать на ав токолонны и поезда с грузами для СССР, он остался верен этому решению в течение всей войны, а по английским коммуникациям кашкайцы наносили весьма ощутимые удары»502. Находившийся при нем Б. Шульце-Хольтус был вынужден мириться с таким положением дел. К тому же коэффициент полез ных действий Насыр-хана, направленных против Англии был довольно высок, что вполне компенсировало его пассивность в отношении СССР.

Все эти факты говорили о том, что для сотрудничества с немцами у На сыр–хана, действительно, были серьезные основания. Его не интересовала со циальная сущность гитлеровского режима, да и с далеко идущими планами германского фашизма он не был знаком. Он руководствовался тем, что Герма ния, как он полагал, является единственной силой, способной противостоять Англии, а, следовательно, быть его союзником. К тому же два младших брата Насыр-хана - Малек Мансур и Мохаммед Хуссейн не только учились в Берли не503, но и лично были знакомы с Й. Геббельсом и Г. Герингом. Именно с по следним они вели переговоры о доставке на самолетах германских ВВС ору жия восставшим кашкайцам.

Основным мотивом сотрудничества Насыр–хана с нацистами стала воз можность получения из Берлина денег и оружия для борьбы с англичанами и правящей династией. Он ежедневно расходовал на свое ополчение более 000 риалов. При этом цена одного ружья равнялась 5000 риалам, одного па трона - 30 риалов. Какое-то время помощь Насыр-хану оказывал генерал Захе ди, под предлогом борьбы с бандитизмом снабжавший его оружием504. Однако этой помощи было явно недостаточно. Взяв же под покровительство Б. Шуль це–Хольтуса, Насыр–хан быстро понял, что может получить через абверовско го агента доступ к такому источнику средств, какого у него еще не было.

Переписка Б. Шульце–Хольтуса с Ф. Майером дает представление о том, как он это делал. 4 июля 1942 г. в письме Ф. Майеру Б. Шульце-Хольтус на стоятельно просил решить проблему нехватки оружия. Во втором пункте сво его послания он писал: «Хозяин (Насыр-хан - А.О.) едет сегодня на передовую позицию (лагерь) на юге от Шираза, на этой неделе передвигает свои племена ближе к Ширазу. Он категорически заявил, что не будет нападать на Шираз и Бушир до тех пор, пока не получит патронов. Патронов, имеющихся у него, хватит только на оборону своей территории, а не для нападения. Не хочет стать вторым Рашидом Али. Поэтому нажмите на Берлин, как только можете. Место первоклассное»505.

В девятом пункте этого же письма Б. Шульце-Хольтус, попутно оценив свой статус в ставке Насыр-хана, вновь вернулся к проблеме доставки ему ору жия: «Мое положение здесь очень приятное. Я, однако, сознаю, что это з ависит от доставки требуемого оружия и его прибытия. Если оно прибудет, я буду ве ликим человеком здесь и смогу провести все. Если нет, меня будут р угать. Если бы только для поддержки дела пришел хоть один самолет…»506.

В своих посланиях Ф. Майеру Б. Шульце-Хольтус неоднократно указы вал на значимость привлечения Насыр-хана на сторону Третьего рейха. В од ном из своих донесений он писал: «... он (Насыр-хан - А.О.) несомненно умен, храбр и человек слова. Я полагаю, что он будет иметь успех. Его победа несо мненно будет в интересах Германии…он заклятый враг Англии и демокра тии…»507.

Под руководством немецкого инженера Константина Якоба в зоне каш кайских племен на расстоянии всего десяти минут полета от нефтепромыслов АИНК было завершено строительство аэродрома, имевшего посадочную пло щадку 1500 на 1000 метров, что позволяло принимать транспортные самолеты с оружием на борту. Оружие для повстанцев предполагалось доставлять и мор ским транспортом. Для этого Б. Шульце-Хольтус предлагал в районе между Буширом и Бендер-Аббасом построить базу для подводных лодок508.

По инициативе того же Б. Шульце-Хольтуса воины Насыр-хана соверша ли дерзкие вылазки в расположение британских войск и захватывали в плен английских солдат. Иногда это делалось так, что англичане даже не догадыва лись, куда исчезают их люди. Более того, Б. Шульце-Хольтус предлагал соз дать специальный концентрационный лагерь, где рассчитывал разместить всех военнопленных509. «Шульце-Хольтус … благодаря своим дипломатическим способностям серьезно повлиял на кашкайцев и союзные с ними племена, под няв их дух сопротивления… пока он (Шульце-Хольтус – А.О.) был у кашкай цев, он связывал значительные силы британцев в Иране», - вспоминал кадро вый разведчик, один из ближайшего окружения Ф. Канариса Г. Бухгайт 510.

Позиции Насыр–хана еще более усилились, когда к восставшим кашкай цам примкнули другие племена, в том числе часть бахтиар во главе с Абдул Касем–ханом. Вернувшись из ссылок после падения режима Реза–шаха, ханы бахтиарских племен стали требовать возврата ранее конфискованных земель, компенсации за разграбленное имущество, удаления союзных войск из Ирана, ликвидации английской нефтяной концессии и передачи Ирану предприятий АИНК, а также своего восстановления на административных должностях в зо не племен. Бахтиарские ханы особенно настаивали на возврате им отобранных нефтяных акций и тех племенных земель, которые правительство в 1930-х гг.

за бесценок продало АИНК. Во многом отказом компании возвратить эти зем ли объяснялось враждебное отношение большинства племен к англичанам 511.

Однако не все племенные вожди были настроены прогермански. Крах потерпели планы немцев привлечь на свою сторону иранских курдов. Дело в том, что активную работу среди курдских племен развернули советские воен ные власти. Причем делалось это несмотря на неоднократные протесты иран ского правительства, воспринимавшего участие СССР в решении курдской проблемы как вмешательство во внутренние дела Ирана и нарушение договора о союзе трех держав512. «Поздней осенью 1941 г. мы начали важную операцию в Иране по установлению контактов с курдскими племенами. Этому вопросу придавалось исключительно важное значение. Курдов стремились использо вать против нас как диверсантов и англичане, и немцы. В связи с этим в аппа рат службы в мое прямое подчинение был направлен призванный из запаса опытный разведчик Н. Белкин. В ноябре 1941 г. он был послан в Закавказье и Иран для тщательного изучения курдского вопроса и проведения мероприятий по этой линии», - вспоминал бывший заместитель начальника военной развед ки НКВД П. Судоплатов513.

Что касается англичан, то созданное ими специальное разведывательное бюро на Ближнем Востоке уже в первые месяцы германской агрессии против СССР приступило к созданию из курдов Северного Ирана партизанских отря дов514.

Результаты работы советской и английской разведок не замедлили ска заться. Если во второй половине 1930-х гг. под мощным влиянием гитлеров ской пропаганды отдельные курдские вожди еще питали некоторые иллюзии в отношении «освободительной» миссии Третьего рейха, то сразу же после всту пления союзных войск в Иран подавляющее большинство курдов северо западного Ирана, заняв четкие антифашистские позиции, выражали дружест венное отношение к Советскому Союзу. Один из вождей племени шеккаков Сартиб-ага открыто заявлял, что опыт СССР должен служить примером в борь бе курдов за достижение независимости 516. Уже в 1941 г., когда Красная Армия вошла в Иран, курды помогали продвижению советских войск – представляли проводников, разоружали иранские жандармские и армейские по дразделе ния517.

На состоявшемся 29 декабря 1941 г. в Мехабаде совещании вождей цен тральных и северных районов Иранского Курдистана вождь племени мангур предложил собравшимся создать «курдскую власть с помощью советских лю дей», а одной из программных установок партии курдских националистов «Жинна Курдистан» («Жизнь Курдистана») была провозглашена борьба с фа шизмом на мировой арене 518. Поэтому неудивительно, что в мае 1942 г. курды выдали англичанам Ф. Кюммеля после его очередного рейда в перевал Пай Так, когда он с нанесенными на карту огневыми позициями британцев пытался перебраться в Анкару519. М.С. Лазарев в одной из своих последних работ при вел довольно интересные сведения о том, что 2 ноября 1942 г. советское ко н сульство в Тебризе посетили два курда – Махмуд Ахмед-оглы Моалим и Али Мустафа-оглы, объявившие себя представителями некоего курдского Комитета в Сулеймании, якобы объединявшего все курдские племена Ирака и часть кур дов Сирии, Турции и Ирана. По их словам, Комитет предложен им сообщить Советскому Союзу о готовности послать на советско-германский фронт не сколько тысяч вооруженных курдов 520.

К лету 1942 г. активизировала свою деятельность «Голубая партия». В состав ее руководящего ядра к этому времени вошли: Данеш Новбахт (сын Новбахта, бывший армейский офицер), начальник Генерального штаба генерал Язданпанах, генералы Пурзанд, Размара, Арфа, Хедаят, полковник Дехими, де путаты меджлиса Афшар и Теграичи, журналист Астахр. В Керманшахе под руководством капитана Голь Махмеди в составе 1-й и 2-й иранских дивизий был создан филиал партии. Филиал был организован и в Резайе, где его возгла вил начальник местного гарнизона полковник Махина521.

Своими основными задачами в 1942 г. члены «Голубой партии» видели ведение антисоюзнической пропаганды, сбор сведений о Красной Армии и британских воинских частях, о перевозках военны х грузов для СССР, создание нелегальных боевых групп, предназначенных для выступления против войск союзников, которое приурочивалось к моменту приближения вермахта к иран ской границе. По заданию Х. Новбахта была установлена нелегальная радио станция, заготовлены взрывчатые вещества и непортящиеся продукты, взяты на учет лица, связанные с советским и английским посольствами. Особое внима ние обращалось на богатых армян и евреев, имущество которых после прихода к власти заговорщиков предполагалось конфисковать522. Разрабатывая дело Х.

Новбахта, советская резидентура в 1942 г. сообщала в Москву: «Голубая пар тия» ставит своей целью изгнание англо–советских войск из Ирана, организа цию националистических сил Ирана на борьбу с англо-советской оккупацией, подготовку в Иране почвы для захвата власти, совместного с германской арми ей удара в тыл союзников, борьбу с правительством, бессильным противодей ствовать англо–советскому нажиму и вмешательству во внутренние дела Ира на»523.

К середине мая 1942 г. в «Голубой партии» насчитывалось не менее членов, распределенных на так называемые «пятерки», члены которых знали в лицо только своих ближайших соратников. Высшим руководящим органом яв лялась Центральная секция (ЦС). С ней были связаны только старшие «пяте рок». На каждого члена ЦС, в свою очередь, возлагалась обязанность куриро вать деятельность 50 «пятерок», т. е. 250 членов партии. Помимо ЦС, были еще секции военная, гражданская и по делам племен. Каждый член организации да вал клятву верности и получал учетную карточку голубого цвета524.

Успехи «Голубой партии» неоднозначно воспринимались Ф. Майером. С одной стороны, активная деятельность на политической арене Ирана столь мощной организации ослабляла позиции союзников в стране, с другой сторо ны, его пугали амбиции Х. Новбахта, который стал мнить себя самостоятель ной фигурой, способной возглавить оппозиционно настроенные силы. Поэт о му, с целью поставить под свой контроль деятельность этой организации и лично ее руководителя, он неоднократно предлагал Х. Новбахту войти в состав «Меллиюне Иран» в качестве сопредседателя. В результате переговоров, кото рые в мае 1942 г. Ф. Майер вел с депутатом сначала через своего приближенн о го М. Вазири, а потом уже и лично, Х. Новбахт все же дал согласие на сотруд ничество525.

Сразу же отметим, что, согласившись лично вступить в ряды «Меллиюне Иран», Х. Новбахт до конца противился включению в состав этой организации собственно «Голубой партии». Не желая быть марионеткой в руках германско го резидента, он пытался занимать независимую позицию. Зачастую Х. Нов бахт просто саботировал объединительные стремления и действия Ф. Майера.

Он задерживал переписку, которую Ф. Майер вел с Насыр-ханом, а иногда и вскрывал письма, чем вызывал приступы ярости у своего немецкого «друга».

Зная о разногласиях между абвером и СД, он пытался убедить Б. Шульце Хольтуса отказаться от сотрудничества с Ф. Майером. Более того, Х. Новбахт подговаривал товарищей по партии выдать Ф. Майера полиции и внушал На сыр-хану мысль, что пока Ф. Майер на свободе тот не сможет осуществить свою заветную мечту - стать шахом Ирана526. Тяготясь зависимостью от этого представителя Третьего рейха, Х. Новбахт поручил своему помощнику Джану собрать радиоприемник, чтобы можно было организовать собственную линию связи с Берлином.

Пытаясь поставить под контроль Х. Новбахта, Ф. Майер заботился о судьбе «Меллиюне Иран», которая и должна была стать основой создаваемого им антисоюзнического фронта. К этому времени окончательно оформилась структура организации. Во главе ее стоял так называемый руководящий (ис полнительный) комитет, первое заседание которого состоялось 9 мая г.527. В состав этого органа вошли генералы Сеид Нагибзаде, Хоссейн Нейван ди, Сеид Аболь Касем Кашани и Ахмед Намдар, представлявший генерала За хеди. Последний решил не рисковать и формально не вошел в состав руково дящего комитета, предпочтя действовать через своего человека. Кроме воена чальников в состав комитета вошли депутаты меджлиса во главе с Х. Новбах том, несколько крупных помещиков и ханов южных кочевых племен. В задачу комитета входила организация восстания в Тегеране и на севере страны, при уроченного ко времени пересечения вермахтом Кавказа. В случае захвата Египта армией Э. Роммеля, планировалось организовать выступление также и на юге Ирана528.

Руководящему комитету напрямую подчинялся ряд других комитетов, у каждого из которых были свои определенные функции: политич еский комитет, комитет племен, комитет ислама, комитет пропаганды, тегеранский (граждан ский) комитет, военный комитет, комитет по сбору информации о противнике.

Предполагалось, что раз в неделю начальники комитетов будут собирать ся и представлять руководящему комитету резюме своей деятельности, кото рый был должен через Захеди и Ахмеда Намдара передавать информацию германскому резиденту. В случае отсутствия последних, эта обязанность возла галась на М. Вазири. Для экстренных случаев в распоряжении руководящего комитета всегда находился специальный посыльный.

С целью гарантировать успех планируемому выступлению, Ф. Майер пы тался создать широкий антисоюзнический фронт, стараясь найти поддержку не только среди иранских оппозиционеров, но и среди правящих кругов. На стр а ницах своего дневника он высказывал серьезные намерения по вопросу при влечения к сотрудничеству премьер-министра Ирана А. Сохейли. «... он (А.

Сохейли - А.Б.) был даже готов сделать нам предложение по поводу нового режима... его быстрый ум должны сделать из него подходящего министра для нашего государственного переворота. Что-то вроде маленького Талейрана», писал Ф. Майер 8 марта 1942 г.529.

Однако превратить «Меллиюне Иран» в действительно мощную органи зацию с жесткой дисциплиной Ф. Майеру было непросто. Взаимная неприязнь, недоверие, подозрительность - такие отношения существовали между ее чле нами. С одной стороны, постоянные конфликты возникали между М. Вазири и Х. Нейванди, Захеди и Х. Новбахтом, между другими руководителями прогер манского подполья530. С другой стороны, оставшийся нерешенным вопрос о будущем правителе страны, претензии некоторых генералов на эту роль серь езно ослабляли потенциал оппозиционеров. Уместно будет вспомнить и то, что сам Ф. Майер при наведении порядка в рядах организации не видел иного пути кроме, как взять в свои руки все нити руководства, максимально ограни чив личные контакты ее членов между собой. «То, что произошло в эти дни было до того полно интриг, лжи, низости, ревности, недоверия друг к другу и всех других плохих вещей, что их надо было бы описать подробно, если можно было бы спокойно писать о них при одном только воспоминании. В настояще е время положение еще не поправилось и боюсь, что не сегодня-завтра разразит ся катастрофа - так ведут себя эти самодовольные секретари, а также мечтаю щие и занимающиеся интригами старые дураки», - подобным образом охарак теризовал атмосферу, царившую в «Меллиюне Иран» сам ее организатор531.

Не испытывая полного доверия к соратникам, Ф. Майер на страницах своего дневника выразил отношение к некоторым из них. Х. Новбахта он на звал «обманщиком» и «негодяем», Сеида Нагибзаде - «глупцом», «лжецом» и «хвастуном»532. Справедливости ради следует отметить, что подозрения в от ношении лояльности последнего имели основания. В начале июня 1942 г. Сеид Нагибзаде предпринял попытку выдать Ф. Майера полиции, и только случай помог организатору фашистского подполья остаться на свободе533. Другой ге нерал А. Намдар, пользовавшийся до определенного времени безграничным доверием Ф. Майера, обманул своего патрона, присвоив 2000 туман, получен ных им на покупку печатного станка для изготовления антиправительственных прокламаций534. Пожалуй, полностью Ф. Майер был уверен только в Захеди.

Лето-осень 1942 г.: иранские националисты в ожидании вермахта И все же, несмотря на стоящие перед ним проблемы, Ф. Майер разрабо тал четкий сценарий общих действий пятой колонны в Иране в случае выхода вермахта к границам Ирана. Благодаря сотрудничеству советской и британской разведок, было установлено, что германские спецслужбы подготовили план широкомасштабного выступления всех оппозиционных правительству сил. ноября 1942 г. в докладной записке заместителя наркома иностранных дел В.

Деканозова на имя Л. Берии сообщались сведения о подготавливаемом загово ре, полученные от английского посланника Р. Булларда. В этом документе, в частности, говорилось: «... иранские заговорщики были тесно связаны с немца ми и ставили своей целью поднять восстание во всем Иране и, прежде всего, в северных районах. Начало восстания намечалось на 27 июля. Предполагалось, что к этому времени немцы займут Сталинград и выйдут на побережье Каспий ского моря. Р. Буллард показал т. Смирнову фотокопии карт, изъятых у заго ворщиков, с обозначением дислокации советских, английских и иранских во о руженных сил и их численности. По картам видно, что расположение и чис ленность войск заговорщикам были хорошо известны»535. Уже после войны Р.

Буллард в своих воспоминаниях привел сведения о том, что немецкие агенты также планировали организовать убийство шаха536.

Заговорщики довольно высоко оценивали свои шансы на успех опера ции. По их мнению, советские гарнизоны на побережье Каспийского моря бы ли незначительны. Поэтому ликвидация их не представила бы больших труд ностей, за исключением пунктов Горгана и Бендер-Шаха, где более многочис ленные гарнизоны могли быстро получить поддержку из Средней Азии. Орга низаторы восстания наметили посадочные площадки для воздушных десантов в Мазендеране и Гиляне, а также места для парашютных десантов. Особая роль при высадке германских воздушных десантов отводилась Мазендерану.

Пунктами активных действий против советских гарнизонов должны были стать Демавенд, Фирузкух, Семнан, Амоль, Сари, Шахи и Чалус. Коммуникации предполагалось повредить, а важнейшие туннели и мосты взорвать. По каждо му району было определено количество винтовок и патронов, необходимых для выступления против Красной Армии. Оружие планировалось раздать пле менам по указанию местных руководителей.

Не менее тщательно заговорщики разработали план действий в англий ской зоне. Об этом говорит тот факт, что в провинции Фарс англичане случай но обнаружили секретный аэродром со всем оборудованием537.

Видную роль в заговоре играли генерал Купал, бывший до февраля г. губернатором Западного Азербайджана. К планируемому выступлению были причастны генералы Пурзанд, Язданпанах, Захеди и лидер «Голубой партии»

Х. Новбахт538.

Однако в июле 1942 г. выступление всех оппозиционно настрое нных сил в Иране не состоялось. По-видимому, Ф. Майер предпочел не рисковать и ре шил приурочить всеобщее восстание к моменту вступления на территорию Ирана германских войск, которое отныне ожидалось им к осени этого года.

Надо признать, что этого дня давно ждали многие иранцы. По случаю занятия гитлеровцами городов Северного Кавказа профашистски настроенные элемен ты вывешивали национальные флаги и распространяли слухи о неизбежном вступлении немецких войск в Иран539.

В течение двух последних летних месяцев 1942 г. Ф. Майер внес в разра ботанный им план существенные изменения, после чего тот приобрел характер тщательно разработанной операции, где каждая воинская часть знала, что ей делать в случае прихода в страну вермахта. Особое внимание обращалось на захват заводов и предприятий, почт и телеграфов, банков, полицейских управ лений и других государственных учреждений, типографий, базаров, гаражей и бензоколонок, радиостанций, зернохранилищ и арсеналов. Во всех захвачен ных городах планировалось назначить комендантов, произвести аресты совет ских граждан, подданных Британской империи и так называемых «изменн и ков». В случае отступления и сдачи позиций предполагалось уничтожить ком муникации и вообще «все, представляющее пользу для врага».


Согласно разработанному плану, боевые действия заговорщики рассчи тывали вести на территории всех десяти исторических провинций Ирана, а так же в самом Тегеране.

Особая роль отводилась Восточному Азербайджану, так как он был пер вой провинцией, на чью территорию должна была вступить германская армия.

Поэтому задача заговорщиков в этом районе заключалась в открытии пути на ступавшим войскам. При подходе вермахта находившиеся там жандармерия и воинские части должны были «тревожить атаками» прибрежную зону, а затем оказать «немедленную помощь германским войскам, высаживающимся на по бережье и охранять места высадки»540.

Важность Западного Азербайджана определялась тем, что именно по не му проходил путь доставки Советскому Союзу грузов по ленд-лизу. «Персид ских войск имеется всего лишь один полк, поэтому особенно желательно тес ное взаимодействие с афшарскими племенами. Хорошо запланированное со противление в целом не может быть организовано. Партизанские атаки будут направлены на расстройство линий снабжения, а также на уничтожение враже ских линий коммуникаций. Плановое сопротивление может, тем не менее, иметь место на территории между ирако-турецкой границей и озером Урмия», - отмечалось в приказе для Западного Азербайджана541.

Были разработаны специальные инструкции для командования этой про винции, в которых говорилось о необходимости обеспечить тесное сотрудн и чество между жандармерией и племенами, для чего предполагалось передать последним оружие. В этих же инструкциях с сожалением отмечалось: «Сам Тебриз едва ли может быть взят, потому что, во-первых, население не с нами, и во-вторых, русским войскам не противостоят персидские войска, помимо того, имеется недостаток в оружии. Во всяком случае, рекомендуется, чтобы племе на… могли оказать помощь германским войскам, когда последние достигнут возвышенности около Тебриза»542.

Заговорщики предполагали, что им придется столкнуться с серьезными проблемами в Хорасане. В плане боевых действий отмечалось, что «организо вать сильное сопротивление в отдаленном Хорасане будет трудно» 543. Плани руемые действия в отношении этой провинции зависели от того, какие меры приняло бы советское правительство для ее защиты и тех видов, какие имела здесь ОКВ. Поэтому в отношении Хорасана было выработано два сценария возможных действий. В первом из них заговорщики исходили из того, что Мо сква вряд ли «направит значительный воинский контингент в персидский Тур кестан». В этом случае они рассчитывали на то, что вермахт собственными си лами захватит железную дорогу Красноводск - Ташкент, а железную дорогу, тянувшуюся вдоль советско-иранской границы они перережут и будут контро лировать совместно с немецкими войсками, и «таким образом, будет навсегда ликвидирована опасность, грозящая Ирану с севера»544.

Заговорщиками допускалась возможность переброски частей Красной Армии из Сибири по железной дороге в Ташкент, а затем на старую туркестан скую границу. В этом случае предлагался второй сценарий ведения боевых действий: иранские войска ограничатся защитой пути через Горган, который планировалось защитить из Восточного Мазендерана и Тегерана. Если Мешхед не удалось бы взять сразу, то предполагалось отдать войскам, жандармерии и отрядам племен приказ занять оборонительные позиции. На юге Хорасана важ ными пунктами обороны должны были стать Тюрбете-Хейдори и Фериман. На севере предполагалось оставить лишь незначительные силы. Лучшие же силы планировалось расположить западнее Мешхеда, в районе Нишапура. Второй точкой сопротивления должны были стать две горных цепи на север и на юг от дороги Кучан–Буджнурд545. Эта дорога проходила через глубокие ущелья в го рах, что создавало прекрасные возможности для контроля над нею со стороны горных проходов.

В отношении Восточного Мазендерана в плане боевых действий отмеча лось, что «для Тегерана эта территория представляет жизненный интерес и должна работать в теснейшем сотрудничестве с Тегераном», в связи с чем предполагалось провести здесь три операции: в районе Амоль - Шахи, в рай оне Шахруда и вокруг Горгана546.

Планировалось, что дорогу Тегеран - Амоль будут удерживать тегеран ские войска совместно с войсками, составленными из племен и горцев Дема венда. Им ставилась задача перерезать в двух местах железнодорожную линию, идущую к Фирузкуху и Семнану. Северный хребет Эльбурских гор, обращен ный к Каспийскому морю и горганский сектор также входили в сферу действий командующего восточным Мазендераном. При этом отмечалось, что сам Гор ган будет невозможно взять по причине его легкой проходимости с севера со ветскими войсками. Тоже самое говорилось в отношении Бендер-Шаха547.

Самое пристальное внимание в плане боевых действий было отведено столице. Здесь намечались следующие меры: приостановить деятельность пар ламента, занять все министерства и другие учреждения;

захватить иностранные посольства и аэродромы;

от лица «Меллиюне Иран» и духовенства сделать об ращение к населению;

вооружить 1000 человек из числа жителей Тегерана и окрестных деревень;

организовать концентрационные лагеря, куда поместить всех арестованных. При этом отмечалось, что если для выполнения этих задач сил армии, жандармерии, муниципальной полиции и добровольцев будет н е достаточно, то будут привлечены кавалерийский полк «Фавзие» и отряды Во енной академии548.

Особые указания были разработаны в отношении армейских частей Те герана. Всех командиров, не перешедших на сторону «Меллиюне Иран», пла нировалось взять под стражу. Одновременно с этим вводилось военное поло жение и полевые суды. После захвата всех казарм, складов вооружений и бое припасов предполагалось поставить перед полком «Пехлеви» задачу охранять шахский дворец и правительственные учреждения, а отряды Военной академии и кавалерийский полк «Хамле» совместно с подразделениями моторизованной бригады направить на охрану дорог, ведущих из Тегерана на Амоль, Семнан и Кашан. Располагаться они были должны приблизительно на линии Дербент Демавенд - Верамин. При выполнении этих задач армейские части должны бы ли получить поддержку со стороны племен Мазендарана и жандармерии Сем нана и Кашана549.

Серьезные меры планировалось принять в Исфахане. Первым пунктом плана в отношении этой провинции значилось обращение к народу с призывом всеобщего восстания. Затем силами армии и племен намечались следующие операции: «1) заблокировать дороги через Хомейн, Гульпаеган и направить отряды в горы между Матанз и Меиме (около 3000 чел.);

2) заблокировать до роги Десурх - Абаде и Исфахан - Шираз (около 3000 чел.);

3) организовать ак тивные действия в районе дорог Йезд – Дебид (около 1000 чел.);

4) захватить Кум и реквизировать гражданские коммуникации АИНК (около 3000 чел.);

5.) с помощью ВВС разрушить наиболее важные мости и разбросать листовки»550.

В отношении провинции Хузестан (здесь националисты могли опираться на боевой опыт партизан, успешно сражавшихся с англичанами еще в годы Первой мировой войны), 551 говорилось, что, «являясь приморским и нефтенос ным районом, она, наряду с Басрой, образует центр дислокации 10 -й англий ской бригады и представляет наиболее важный пункт в деле снабжения». В плане боевых действий также отмечалось, что задача в этой провинции - за хват нефтяных скважин. Поэтому предполагалось избегать «открытой деятель ности в Хузестане и ретироваться… к линии: Дизфуль-Рамхормуз-Бахбехан».

Эту линию планировалось защищать как можно дольше, а в случае отступления уничтожить все дороги и железнодорожные мосты552. Для того, чтобы нару шить коммуникации союзников с соседним Ираком в треугольнике Хоррема бад-Буруджирд-Доруд предполагалось совершить одновременное нападение на позиции английских войск.

В Керманшахе первоочередной задачей заговорщиков также являлось нарушение коммуникаций союзников с Ираком. Используя момент внезапно сти, заговорщики намеревались напасть на позиции англичан на реке Карасу невдалеке от Так-и-Бистан. Для того, чтобы решить эту задачу предлагалось сначала блокировать дорогу Кенгавер-Керманшах. Большая часть Керманшах ской дивизии оставалась в городе, в то время как лучшая ее часть, снабженная артиллерией и пулеметами, должна была «любой ценой» захватить британские аэродромы, расположенные в этом районе. Город Сенендедж рассматривался как «важный пункт концентрации сил для защиты против нападения русских или английских войск»553.

Планировалось совершить нападение на британские войска, расположен ные вдоль дороги Керманшах–Шахабад-Касре-Ширин и захватить проходы Пай-Так, Нальчехан, проход Эйналкиш к западу от Керманшаха и удерживать их, отбивая атаки англичан. Те же самые войска должны были блокировать дорогу Сенендедж-Марварра и дорогу на Ревансер554.

В провинции Шираз предполагалось не только выступить со специаль ным обращением к местному населению, но и создать из него отряды ополче ния. Вооружить ополченцев заговорщики рассчитывали из оружейных запасов местных жандармерий. Сама военная операция в районе Шираза должна была проводиться в несколько этапов:

«1) блокировка проходов Гуликиш и Гушти на дороге Исфахан-Шираз (1500 чел.);

2) блокировка дороги Джаруни - Лар (1000 чел.);


3) захват проходов Пиризан, Дохтар, Туркан, Малу на дороге Шираз Бушир. В первую очередь захватить г. Казерун;

4) формирование сильной моторизованной горнострелковой части, сол даты которой будут сконцентрированы в казармах Шираза для защиты от уг розы со стороны английских войск, расположенных в Хузестане;

5) захват нефтепромыслов Гаш-Саран (3000 чел.) Береговая оборона воз лагается на кашкайские племена. Особое внимание Буширу. Территорию порта Бендер-Аббас охранять путем блокировки»555.

Активные боевые действия планировалось вести в провинции Керман.

Верные мятежникам войска должны были занять возвышенности вокруг Кер мана и Йезда и таким образом отрезать к ним все подступы, а для этого захва тить проходы Ханака, Гардане Дохтар, Ханесорг на дороге Шираз–Бендер Аббас556.

Деятельность прогерманских сил в Иране не ограничивалась теоретиче скими разработками. Не дожидаясь прихода германских войск, они предприн я ли ряд практических действий. Весной 1942 г. агентурой Ф. Майера была по дожжена пристань в Хорремшехре, уничтожены 50 вагонов с военными груза ми для Советского Союза;

поврежден и временно выведен из строя железно дорожный мост - шпалы и рельсы были разобраны на расстоянии 40-50 мет ров, из-за чего погиб эшелон с автомашинами, предназначенными для СССР557.

Примерно в это же время усилиями советской контрразведки был пре дотвращен взрыв транспортного туннеля на Геддукском перевале, а недалеко от станции Сегаль удалось предотвратить взрыв моста через ущелье. Осенью этого же года патруль обнаружил около станции Поле–Сефид разобранные рельсы. Здесь же были подожжены два вагона из под пороха558.

9 октября 1942 г. группа советских военнослужащих в количестве 22 че ловек подверглась обстрелу в районе Амбре (в 20 км южнее Сари), в результате которого было убито семь и ранено пять красноармейцев. 22 октября было с о вершено нападение на две советские автомашины, отставшие от автоколонны, двигавшейся из Бендер-Шаха в Тегеран. 8 декабря в Ахвазе толпа иранцев на улице средь бела дня разгромила легковую машину, принадлежавшую консуль ству СССР. 11 декабря в Шахи было организовано покушение на советского коменданта Борисова559.

По-видимому, прогермански настроенные иранцы сыграли непоследнюю роль в беспорядках, произошедших в декабре 1942 г. в Тегеране, когда не сколько банд бесчинствовало в еврейских кварталах. С криками «Да здравству ет Гитлер! Бей жидов!» бандиты грабили дома евреев и избивали жителей. Бы ли попытки начать грабеж армянских домов, причем с двигавшимися по ули цам хулиганами все время находилось пять-шесть подстрекателей, которые кричали: «Бейте англичан. Это англичане растоптали честь Ирана». 8 декабря разъяренная толпа сожгла одну английскую военную машину, свернув в канаву другую, убив или тяжело ранив ее водителя. По некоторым сведениям идейным вдохновителем этих акций был генерал М. Язданпанах560.

Готовя население к прибытию вермахта, германская агентура продолжа ла вести активную пропаганду среди иранцев. С 5 по 7 сентября 1942г. они от имени организаций «Иран Бидар» и «Бенедагаи» разбросали по Тебризу лис товки с призывом «действовать»561.

Активно велась разведывательная работа. В период наступления вермах та на Кавказ советские пограничники выявили в пограничной полосе 16 аген тов германской разведки. Более того, на участках границы, охранявшихся вой сками Туркменского и Азербайджанского пограничных округов, имели место организованные агентами абвера неоднократные попытки прорывов через гр а ницу бандформирований. Летом-осенью 1942 г. около 80 банд и групп контра бандистов пытались пересечь советско-иранскую границу562.

Серьезной проблемой для германских агентов по-прежнему было нала живание связи с центром. Посылая через курьеров в Берлин свои сообщения, Б.

Шульце-Хольтусу приходилось тщательно их маскировать, представляя в фор ме поэтических шарад и детских писем. Несмотря на эти ухищрения, только небольшая часть донесений поступала в Берлин. Однако даже та информация, которая доходила до места назначения, вызывала недоверие у германского ру ководства. В Берлине считали, что донесения приходят от провокаторов или от агентов, попавших в советский или английский плен.

Германской разведке не хватало надежных связных. К тому же, довольно эффективно работали спецслужбы союзников. К примеру, сообщение о гото вящемся восстании в Иране немецкие разведчики решили передать через жену Б. Шульце-Хольтуса. Однако в результате умело проведенной операции сооб щение попало в руки советской контрразведки. В этом донесении Ф. Майер докладывал, что страна разделена на сектора, где есть люди, завербованные немецкой разведкой. Он также сообщал в Берлин, что имеет своих людей сре ди местных военных и знати племен. Далее излагался план действий в тылу советских войск, и сообщались данные о посадочных площадках для парашю тистов и места для сбрасывания оружия. В письме Ф. Майера говорилось о не обходимости установления регулярной связи между ним и Берлином. Он так же просил включить в обычные радиопередачи условное сообщение, из кото рого можно было бы понять, что послание получено в Берлине563.

В другом донесении Ф. Майер сообщал, что ему нужны радисты и день ги, чтобы приурочить путч к германскому вторжению с севера в Иран. Надо сказать, что недостаток материальных средств наряду с установлением связи были серьезными проблемами для Ф. Майера и существенно ограничивали его возможности. К началу августа 1942 г. в его распоряжении было всего 5 туман. «Вопрос с деньгами недавно стал особенно животрепещущим. Каждый шаг стоит денег, а у нас лишь нищенские запасы, которых не хватит для того, чтобы уплатить курьерам. Это большой недостаток в стране, где деньги - все», - с нотками разочарования в голосе писал в своем дневнике организатор про германского подполья564.

Наконец, 1 августа 1942 г. Ф. Майера ждал сюрприз. Во время прослуши вания сообщений берлинского радио, он услышал условную фразу, которую ранее просил передать как ключ, что его сообщения получили в Берлине 565.

Однако радость Ф. Майера была преждевременной. Получить деньги ему не удалось, как не удалось установить регулярную двустороннюю связь с Берли ном. Там приняли несколько его посланий, но с оказанием помощи не торопи лись. При таком отношении со стороны руководства он мог рассчитывать только на слепую веру его приближенных в «освобождение» Ирана гитлеров скими войсками и на свои недюжинные организаторские способности. «И если они, (германские солдаты - А.О.), не дай Бог, не придут в Иран до начала зимы, то да поможет нам Бог. Наше положение будет очень трудным. Для сохранения нашей организации будет лишь один выход. Много денег», - писал он без энту зиазма в своем дневнике 11 сентября 1942 г. 566. «... еще не удалось получить денег, так что впереди меня ждет серьезный кризис. Одни только мои расходы на службу по доставке новостей достигают, по крайней мере, 1000 туман, не считая расходы Вазири в Тегеране на эти же нужды и наши скромные жизнен ные расходы. Я написал Захеди продать все ковры, надеясь поправить бюджет месяца на два», - так Ф. Майер оценивал финансовое состояние и будущее ор ганизации567. Видя столь мрачные перспективы, лидер прогерманского подпо лья даже подумывал о создании разбойничьей шайки, которая грабила бы куп цов и таким образом доставала деньги на нужды «Меллиюне Иран»568.

Прохладное отношение Берлина к Ф. Майеру можно было объя снить тем, что в 1942 г. германское правительство недооценило значение южного пути в плане военных поставок СССР по ленд-лизу. Конечно, здесь нельзя не сказать о том, что И. Риббентроп в одной из своих служебных записок докладывал фюреру о том, что «германские войска при их появлении в Иране получат под держку от офицеров старой иранской армии, а также от других националист и чески настроенных элементов, и что национально-персидская революция встретит нас радостными чувствами»569. И все же министр иностранных дел не очень то верил в то, что один человек сможет организовать боеспособную ор ганизацию. Поэтому чувство безысходности постоянно преследовало Ф. Майе ра. «Ни отдыха, ни денег, ни приказаний ускорить работу, ни совета, ни това рища! А вместо этого постоянное подчинение людям, не знающим ни храбро сти, ни лояльности, ни отваги, ни дружбы, чьи отцы - обман, а матери - ску пость», - писал он в своем дневнике570.

Союзники начинают охоту Активность Ф. Майера и его соратников с каждым днем все больше бес покоила союзников и в первую очередь англичан. Именно англичане первыми выступили с инициативой пресечения деятельности прогерманского подполья.

Еще в марте 1942 г. по их требованию иранская полиция выслала в Керманшах шесть иранцев, заподозренных в связях с нацистами. По прибытии на место высланные были арестованы английскими военными властями и увезены в не известном направлении.

В конце июля 1942 г. британские представители вновь обратились к иранскому правительству с требованием ареста и передачи им 45 граждан, как им казалось, руководителей и активистов прогерманских организаций. Это требование мотивировалось тем, что ранее арестованные дали против них по казания, уличавшие в тайной деятельности в пользу стран «оси». 5 августа анг лийский посланник Р. Буллард обратился к премьер-министру Кавам-ос Салтане с тем же требованием. Премьер-министр обещал арестовать всех, кто был в представленном посланником списке, но вместе с тем заявил, что будет ждать материалов, доказывающих их виновность. 7 августа Р. Буллард вновь обратился в иранский МИД с письмом, в котором, ссылаясь на инструкции, по лученные от своего правительства, потребовал выдачи 45 иранцев. В ответ иранское правительство решило выдать англичанам лишь иранских поддан ных, а остальных арестовать и дело о них передать в особую комиссию с пре доставлением английским представителям права присутствовать на ее заседа ниях571.

В результате в массовом порядке были арестованы не те люди, на кото рых имелась информация о причастности к фашистскому подполью, а в ос новном те, кто когда-то жил в Германии или имел жену - немку. Между тем, многие, действительно виновные в антисоюзнической деятельности, такие как Нейванди, заранее узнавали о грядущем аресте и ударялись в бега572.

Ответом на действия англичан была волна возмущения, поднявшаяся в иранской прессе:

«Эттелаат»: «Эти акты (аресты. – А.О.) совершенно противоречат право судию, свободе и демократии, они противоречат даже статьям тройственного договора… подобное действие вызвало бурю возмущения в общественном мне нии, так как такие методы противоречат любому понятию о безопасности».

«Мехре Иран»: «Мы, в свою очередь, требуем от правительства принять срочные меры к освобождению наших соотечественников».

«Марде Имруз»: «Говорят, что арестованные германофилы. Год тому на зад арестовывали людей, объявляя их русофилами, через год будут арестовы вать за англофильство и т.д. Во всяком случае, аресты на этом не кончатся. Ут верждают, что арестованные являются сторонниками стран "оси", так как же наты на немках и говорят на немецком языке»573.

С критикой правительства и союзников обрушились депутаты меджлиса.

Особенно активно на трибуне меджлиса выступал Х. Новбахт, с каждым днем увеличивавший политический капитал своей организации574.

Более удачные действия англичане предприняли в декабре 1942 г., когда в тайне от иранских властей командующий 9-й английской бригады генерал Г.

Вильсон организовал похищение Захеди. Через некоторое время один из бл и жайших соратников Ф. Майера был переправлен в Индию575.

Воодушевленный успехом операции Г. Вильсон выступил с инициати вой перед своим правительством о проведении репрессий в отношении ряда других политических и военных иранских деятелей, ведущих антисоюзнич е скую работу. Английское правительство согласилось с предложенными мерами и в свою очередь предложило генералу проинформировать об этом советскую сторону с тем, чтобы последняя также приняла соответствующие меры в север ных районах Ирана576.

Если англичане действовали прямо и решительно, то в посольстве СССР не желали форсировать события. Советские компетентные органы предпочита ли наносить точечные удары по фашистскому подполью в Иране, ограничива ясь ликвидацией некоторых антисоюзнически настроенных деятелей. В 1942 г.

советские контрразведчики арестовали германского шпиона, бывшего бело гвардейца В. Боровского (прикрытием шпионской деятельности В. Боровского до августовских событий 1941 г. служила работа шофером у германского по сланника в Тегеране), за антисоветскую пропаганду был арестован Б. Вербиц кий и при подготовке диверсии задержан (взрыва одного из важнейших объек тов Трансиранской железной дороги) инженер Петерсен, у которого обнаруж и ли подготовленные для этой цели средства 577. Кроме того, советскими контр разведчиками были организованы похищения нескольких иранских и азерба й джанских националистов578.

Что же касается широкомасштабных арестов, то в Москве полагали, что проводить их преждевременно. «Желательно, чтобы посол СССР в Иране тов.

Смирнов добился бы получения от англичан более полных материалов, кото рыми они располагают в отношении заговора в северных районах Ирана с тем, чтобы после изучения этих материалов и сопоставления их с нашими данными можно было бы совместно с английскими представителями наметить меры по очистке как южных, так и северных районов Ирана от профашистских элемен тов», - таково было мнение заместителя наркома внутренних дел В. Меркуло ва579.

Уникальность ситуации заключалась в том, что многие иранские нацио налисты - члены прогерманских организаций, чья деятельность объективно была направлена против интересов СССР, лично не имели никаких претензий к Советскому Союзу. К примеру, член «Голубой партии» генерал Язданпанах, не только получивший в свое время военное образование в России, но и награж денный русскими орденами и имевший русскую жену, организовал сбор ва лютных средств для оказания помощи советским матерям и детям – жертвам войны580. Естественно, что участвовать в арестах иранцев, настроенных не столько антисоветски, сколько антибритански, у советских компетентных ор ганов желания не было. В Москве понимали, что скоро закончится война и встанет вопрос о будущем Ирана. И для того, чтобы иметь в этой стране проч ные позиции, необходимо создать опору в лице наиболее политизированных иранцев, какими были иранские националисты. Перевербовать их, заставить работать на себя – таков был основной замысел советских спецслужб581.

Внимание, парашютисты!

С наступлением нового, 1943 г. изменились задачи, которые приходи лось решать нацистам в Иране. Если в 1941-1942 гг. германская активность в основном была направлена на подготовку благоприятных условий для предпо лагаемого вторжения вермахта в страну, то после поражения немецкой армии под Сталинградом планы вторжения в Иран были похоронены. Ни о каком ши рокомасштабном восстании теперь не могло быть и речи. Поэтому руководство абвера и СД поставило перед своими людьми в Иране иные задачи. Главной из них являлась организация террористических актов. Лидеры Третьего рейха на конец-то осознали значимость южного пути доставки американских вооруже ний Советскому Союзу, в следствие чего поручили своей агентуре провести се рию диверсий на транспорте и коммуникациях с тем, чтобы сорвать военные поставки союзников.

Поражения вермахта на фронтах Второй мировой войны, и в первую оче редь на советско-германском фронте, не могли не сказаться на престиже Гер мании, чье влияние в Иране уменьшалось с каждым днем. Но, несмотря на столь мрачные перспективы, Ф. Майер не терял надежды объединить все анти союзнические силы в единую организацию. Конечно, это было не просто. Как уже говорилось, единства не было даже среди членов «Меллиюне Иран». К то му же не все противники правящего режима были готовы пойти на объедине ние. Так, Насыр-хан, успешно и долго воевавший с иранской армией, не наме ревался объединяться с генералами, которых он неоднократно побеждал582. У Насыр-хана не было уверенности, что потенциальные союзники согласятся на признании его в качестве будущего правителя Ирана.

Вождь кашкайцев предпочел бороться с англичанами и правительством самостоятельно. Окрыленный ранее достигнутыми успехами, он и в 1943 г.

рассчитывал нанести противнику ряд мощных ударов. Насыр-хан надеялся, что его военные успехи произведут благоприятное впечатление на руковод и телей Третьего рейха, и они существенно увеличат помощь мятежным племе нам.

Его активность усилилась под воздействием недальновидной политики Тегерана. В начале 1943 г. иранские власти допустили серьезную политиче скую ошибку, назначив губернатором провинции Фарс Кавам-оль-Молька, анг лофила, воевавшего против кашкайцев в годы Первой мировой войны 583. Это еще более ожесточило сопротивление восставших. В июле 1943 г. объединен ные силы кашакайцев и боюр ахмади одержали крупную победу над иранской армией: они окружили г. Семирум и после осады, длившейся два дня и три но чи, ворвались в город и учинили жестокую расправу над оборонявшимися 584.

Этот военный успех и большой резонанс, который вызвали в Иране Семирум ские события, так окрылили шейхов племен, что они стали готовить наступле ние на Исфахан.

Для того чтобы подавить выступление, англичане поставили перед иран ским правительством вопрос о вооружении соседних, враждебных кашкайцам племен. Но за кашкайцев заступились турки. 8 августа 1943 г. турецкий посол в Тегеране Тарай заявил министру иностранных дел Ирана, что «хотя Турция и не собирается вмешиваться во внутренние дела Ирана, но в целях защиты каш кайцев, как племени турецкого происхождения, она считает нецелесообразным проводимые против кашкайцев мероприятия, в частности вооружение ира н ских племен и назначение Кавам-оль-Молька губернатором Фарса»585. Это вмешательство турок объяснялось тем, что в конце 1942 г. один из членов «Меллиюне Иран» связался с турецким послом в Тегеране и договорился с ним о поддержке повстанцев Турцией, в случае если иранское правительство и анг личане примут репрессивные меры против кашкайцев. Активную работу в этом направлении провело и германское правительство, которое через своего посла в Анкаре Ф. Папена сделало шаги к тому, чтобы турки постарались не допус тить в Иране карательных операций против Насыр-хана586.

Получив политическую поддержку со стороны Турции, повстанцы уси лили сопротивление. В течение августа 1943 г. кашкайские племена организо вали серию налетов на населенные пункты Ирана: у жителей Казеруна конфи сковали весь урожай пшеницы, ячменя и опиума, в районе Биза и Абрежда ото брали у населения все имущество, скот и потравили посевы, в районе Абаде ограбили большой караван из 400 верблюдов 587.

В этой ситуации англичане были вынуждены направить свои войска на помощь иранскому правительству. В Бушир и Бендер-Аббас из Египта прибы ли две моторизованные британские дивизии. В Иран также были переброшены войска из Ирака588. Только призвав регулярные английские части, правительст ву удалось локализовать районы восстания.

Конечно, судьба Второй мировой войны после поражения вермахта под Сталинградом была предрешена. Осознание этого непреложного факта и оче редные военные успехи союзников медленно, но верно вынуждали племенных вождей менять свои позиции. Шейхи постепенно сняли требование о выводе союзных войск из Ирана, но по-прежнему настаивали на своих претензиях к правительству. Что же касается членов «Меллиюне Иран», то и они стали более осторожными в отношениях с Ф. Майером, а один из его приближенных, и с пугавшись, передал представителям британской разведки чемодан, содержав ший около 250 документов, написанных в большинстве Ф. Майером и Б.

Шульце-Хольтусом, а также такими важными фигурами, как Саед Абдул Касем Кашани и Х. Новбахт589.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.