авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ И ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА (ИНЭП) Юридический факультет Кафедра уголовного права С.А. ...»

-- [ Страница 4 ] --

В поведении преступника (в период формирования преступного намерения и совершения преступления) всегда взаимодействуют два Емельянов В.П.. Преступность несовершеннолетних с психическими аномалиями как комплексная проблема /' Личность преступника и уголовная ответственность. – Саратов: Изд. Сарат. ун-та, 1979.Межвуз. научн. сб., вып.1. с.113.

Криминология. Учебник для юридических вузов. Пол общей ред. д.ю.н., профессора А.И. Долговой. – М.: Изд. группа НОРМА-ИНФРА. 1999. с. 277.

социальных фактора: конкретная жизненная ситуация, играющая роль повода к совершению преступления, и личность с ее антиобщественными качествами, сложившимися под влиянием социальной среды. Вместе с тем взаимодействие этих факторов опосредствовано психической деятельностью мозга.

Мотив преступного поведения представляет собой отражение в сознании человека действительно существующих или созданных его воображением потребностей. Эти потребности в большинстве случаев социально обусловлены, а средства их удовлетворения всегда избираются индивидом в соответствии с его взглядами, жизненной установкой, которые также имеют социальное происхождение.

П.С. Дагель указывал, что у «лица с антиобщественной установкой или у лица, у которого не выработаны твердые общественно-положительные установки, эти инстинкты, влечения и рефлексы могут вызвать соответствующее антиобщественное поведение».

Однако речь идет не о каких-то особых «преступных» инстинктах и рефлексах, это те же влечения и рефлексы, которые свойственны каждому человеку. Главной и здесь является социальная сущность данной личности, в частности, недостаточно усвоенные культурные навыки и традиции, невоспитанность чувств, недостаточно выработанная привычка контролировать свое поведение. Как писал А.С. Макаренко, «половой инстинкт, инстинкт огромной действенной силы, оставленный в первоначальном «диком»

состоянии и усиленный «диким» воспитанием, может сделаться только антиобщественным явлением».

Сторонники социальной сущности личности преступника отмечают, что, во-первых, процент психопатов среди преступников не отличается существенно от аналогичного показателя для лиц, не совершающих преступлений. Во вторых, сама проблема происхождения психопатий - в значительной мере социальная проблема. И, наконец, главное заключается в том, что в поведении любого вменяемого лица, в том числе и психопата, патологические черты не являются определяющими. Они опосредствуются социальным содержанием его сознания. Так, в зависимости от содержания сознания и морально-этических установок в частности, повышенная эффективная возбудимость может трансформироваться то в более высокие формы ее проявления, например в «бурную» нетерпимость к недостаткам, то в более примитивные и антисоциальные. Это же следует отнести и к оценке временных состояний (чрезмерное возбуждение, опьянение, усталость и др.). При этом временные состояния психики (если они не являются характерной чертой данного человека, например хронического алкоголика) скорее есть результат взаимодействия личности с ситуацией и во многом зависят именно от последней.

Поскольку внешние воздействия среды оказывают влияние на поведение человека через его психику, нарушения нормальной деятельности организма могут подчас существенно исказить правильную линию поведения. Таковы, например, психопатии, аффективно-волевые аномалии и другие расстройства психических процессов (чрезмерная незрелость, повышенная внушаемость, неустойчивость настроения, эмоциональная незрелость и др.), не исключающие вменяемости.

А как быть, если психические нарушения приобретают стойкий характер и их роль становится настолько большой, что именно они вызывают общественно опасное поведение?

Эта проблема решена в юридической науке и практике: те акты поведения, которые вызваны подобными причинами, «отсекаются», выводятся за пределы рассмотрения уголовным правом и криминологией. Это такие нарушения психики, которые делают человека невменяемым, так как лишают его способности отдавать отчет в своих действиях и руководить ими.

С конца XIX века разные авторы выделяли четыре типа личности преступника, называя их по-разному, но фактически имея в виду степень устойчивости и автономности их преступного поведения во взаимодействии с социальной средой.

Встречаются такие разграничения:

1) злостный, неустойчивый, ситуационный, случайный;

2) профессионалы, привычные преступники, промежуточная группа между первой и второй, случайные;

3) глобальный, парциальный, с частичной криминогенной зараженностью, предкриминальный, совершающий преступления в определенных ситуациях. Классификация преступников может быть построена по различным основаниям, среди которых следует выделить две большие группы:

социологические, в том числе социально-демографические, и правовые.

К первым из них относят: пол, возраст, уровень образования, уровень материальной обеспеченности, социальное положение, наличие семьи, социальное происхождение, занятость в общественно полезном труде, род занятий, наличие специальности, место жительства. К правовым: характер, степень тяжести совершенных преступлений, совершение преступлений впервые или повторно, в группе или в одиночку, длительность преступной деятельности, объект преступного посягательства.

По названным классификационным основаниям могут быть выделены и отдельные типы, например несовершеннолетние преступники, женщины преступницы, насильственные преступники, преступники - городские жители и т.д. В целом же типология представляет собой расчленение целого на отдельные группы по наиболее важным, сущностным признакам. Именно типология дает возможность вскрыть природу, причины, закономерности преступного поведения, создать основы его прогнозирования.

В отечественной криминологии имеется опыт создания типологий преступников по мотивам совершенных преступлений. Мотив - внутреннее побуждение к поведению, это то, ради чего оно осуществляется, в нем заключается его субъективный смысл. Поэтому можно Криминология. Учебник для юридических вузов / Под общей ред. д.ю.н., профессора А.И. Долговой. – М.: Изд. группа НОРМА-ИНФРА. 1999.с.300.

Криминология: Учебник / Под ред. В.И. Кудрявцева и В.Е. Эминова. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристь, 2000. с.146.

сказать, что мотив наиболее ярко характеризует человека и личность такова, каковы ее мотивы.

Среди виновных в корыстных преступлениях заметно выделятся группа людей, совершающих такие действия из престижных мотивов, т.е. для того, чтобы занять в жизни боле высокое социальное, в первую очередь должностное, положение, завоевать авторитет среди окружающих, быть все время на виду и т.д. Это часто сопровождается неправильным пониманием производственных и иных нужд своего предприятия или учреждения. Корысть, понимаемая в смысле личного обогащения, если она есть, выступает в качестве дополнительного мотива. Следовательно, названных преступников можно объединить в «престижный» тип.

Однако по престижным мотивам совершаются не только так называемые корыстные преступления. Иногда кражи, грабежи, разбои, хулиганство, даже убийства и изнасилования и некоторые другие преступления отдельные лица совершают для того, чтобы завоевать авторитет в группе, закрепиться в ней, если членство в группе представляется ценным. Насильственные действия нередко допускаются и для того, чтобы утвердиться в собственных глазах, доказать самому себе, что «я смог» это сделать, тем самым повысить самовосприятие. Подобные мотивы весьма характерны для преступников молодежного возраста, причем соображения личного обогащения, если, например, насилие сопровождается завладением материальными благами, не всегда являются ведущими.

Вообще вопрос об определении типа личности преступников, совершающих корыстно-насильственные преступления (разбои и грабежи), достаточно сложен. Для его решения необходимо исходить из того, какие мотивы были главными. Так если разбой был совершен в целях обогащения, то субъект должен быть отнесен к «корыстному» типу. Среди несовершеннолетних немало тех, для кого совершение преступлений во многом игра, напоминающая игру в «казаков-разбойников». Таких лиц надо причислять к «игровому» типу.

Мотивы насильственных преступлений (убийства, нанесение вреда здоровью, изнасилования и др.) достаточно разнообразны. Вообще, называть насилие мотивом всех насильственных преступлений ошибочно, потому что совершением насильственных действий ради них самих можно наблюдать далеко не всегда. Понятие насилия чаще отражает внешний характер действия и не во всех случаях его сущностное, внутреннее содержание. Преступления против личности могут совершаться по мотивам личного обогащения, поэтому виновных следует относить к «корыстному» типу. Некоторые убийства, причинение вреда здоровью, а иногда даже изнасилования совершаются из хулиганских побуждений, по мотивам ревности, мести. Лица, действия которых направляются указанными стимулами, могут быть отнесены к «насильственному» типу, а виновные в изнасиловании и других половых преступлениях на почве сексуальных побуждений - к «сексуальному».

Таким образом, среди основной массы лиц, совершающих так называемые общеуголовные преступления, по мотивационным критериям можно выделить «корыстный», «престижный», «игровой», «насильственный» и «сексуальный»

типы. Их выделение носит условный характер. Разумеется, могут быть выделены и другие типы. Легко заметить в приведенной типологии, что вид преступлений не совпадает с типом личности преступника, совершающего одно из преступлений этого типа. Так, виновный в убийстве, являющемся насильственным преступлением, по мотивам личного обогащения должен быть отнесен к «корыстному» типу.

Мотив главный, но не единственный признак для типологии преступников. Их типологические группы могут быть построены и по характеру преступной направленности, и по степени общественной опасности.

По характеру преступной направленности могут быть выделены типы:

корыстный, насильственный, корыстно-насильственный и «универсальный». О первых трех говорилось выше. «Универсальный» тип преступника назван так потому, что составляющие его лица способны совершать самые разные преступления - экономические и сексуальные, присвоение имущества и истязания и т.д. Следовательно, у них можно обнаружить определенную гибкость и изменчивость мотивов, сочетание разных из них.

Выделяют типологию по степени общественной опасности. Профессор Антонян Ю.М. основанием для деления преступников по такой типологии видит отношение преступника к главной ценности - человеческой жизни. В связи с этим он выделяет следующие типы:

«абсолютно опасный» - совершающий серийные убийства, в том числе наемные и сексуальные, а также убийства нескольких человек одновременно, как правило, ранее незнакомых, либо общественно опасным способом (в ходе совершения терроризма), «особо опасный» - совершающий убийства, как правило, в конфликтной ситуации, а также длительное время корыстные (с причинением большого материального ущерба) и корыстно-насильственные преступления.

Сюда же относятся и руководители преступных организаций, «опасный» - совершающий преступления против личности или (и) собственности, нарушающие общественный порядок и т.д., но не посягающие на жизнь, «представляющий незначительную опасность» - остальные преступники, в первую очередь те, которые совершили преступления непредумышленно или в силу неблагоприятного стечения личных обстоятельств, но не против жизни человека. Абельцев С.Н. проводит свое схожее с типологией Антоняна Ю.М.

разграничение преступников на типы по общественной опасности. Он выделяет - особо опасных преступников, профессиональный тип (эти два типа он объединяет в злостных преступников), привычный тип и случайный тип.

Причем вопрос о выделении случайного типа он называет спорным.38 Он считает, что случайные и небрежные типы связаны с совершением только неосторожных преступлений. Для изучения лиц, совершивших случайные преступления, деяния по небрежности, необходима классификация Криминология: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева и В. Е. Эмипова. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2000. с. 148-149.

Абельцеа С.Н. Личность преступника и проблемы криминального насилия. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право 2000. с. 22.

неосторожных преступлений. Характер случайностей различен. Человек в силу своих привычек, поведения сам часто «идет навстречу» неосторожного преступления. Здесь может быть проведена аналогия с виктимным поведением потерпевшего. Случайность может быть определена как неучитываемое или непредвиденное наступление некоего события. В то же время можно наблюдать объективно, закономерно обусловленные случайности. В первом случае люди совершают преступление действительно неосторожно, вопреки общей положительной направленности их поведения. Во втором случае преступление допускается в результате легкомысленного, небрежного, безалаберного поведения.

Лица, совершившие преступления по неосторожности, на наш взгляд, занимают самостоятельное место в криминологической классификации преступников.

Их выделяет не только форма вины, но и, прежде всего, определенные особенности их личности, характер антисоциальной направленности и ценностных ориентаций, заключающихся в легкомысленно безответственном отношении к социальным институтам и требованиям, к своим обязанностям по отношению к ним. Им присущи такие специфические криминогенные свойства, как недостаточно критическая самооценка, переоценка своих профессиональных и психофизиологических возможностей, притупление чувства опасности, самоуверенность, невнимательность и т.п. Ряд проведенных криминологических исследований подтверждает, что неосторожные преступники близки по некоторым дефектам личностных свойств к умышленным, но вместе с тем отличаются как от них, так и от лиц, не совершивших преступления.

Разные авторы выделяют свои более или менее самостоятельные типологии, проводя деление общей массы преступников по различным основаниям.

Профессор А.И. Долгова делит преступников на криминогенный тип и случайного преступника. В криминогенном типе она выделяет последовательно-криминогенный подтип, ситуативно-криминогенный подтип и ситуативный подтип.39 Критерием разграничения указанных подтипов служит характер взаимодействия социальной ситуации и личности, ведущая сторона в таком взаимодействии - ситуация либо личность.

Последовательно-криминогенный подтип формируется в микросреде, где нормы морали и права систематически нарушаются;

преступление вытекает из привычного стиля поведения и обуславливается стойкими антиобщественными взглядами, социальными установками и ориентациями субъекта. Как правило, ситуация совершения преступления активно создается такими лицами.

Представители этого типа способны при необходимости приспосабливать в своих интересах конкретную среду, их преступное поведение относительно автономно.

Ситуативно-криминогенный подтип характеризуется нарушением моральных норм и совершением правонарушений преступного характера, ненадлежащим исполнением требований общественно приемлемых социальных ролей;

формируется и действует в противоречивой микросреде;

преступление в Криминология. Учебник для юридических вузов / Под общей ред. д.ю.н., профессора А.И. Долговой. – М.:.Изд. группа НОРМА-ИНФРА. 1999. с. 304.

значительной мере обусловлено неблагоприятной с социально-экономической, нравственной и правовой точек зрения ситуацией его совершения (пребывание в преступном формировании, конфликты с другими лицами и т.п.). В этом случае решающим является взаимодействие имеющихся у личности характеристик с характеристиками социальной среды. К преступлению такое лицо приводят его микросреда и весь предшествующий образ жизни, закономерным развитием которого оказывается ситуация преступления.

Ситуативный подтип: безнравственные элементы сознания и поведения такой личности и ее микросреды если и имеются, то выражены незначительно.

Более существенны дефекты механизма взаимодействия социальной среды и личности в сложной ситуации, в том числе в результате неподготовленности к ней личности.

Преступление совершается представителями данного подтипа под решающим влиянием ситуации, возникшей не по вине этого лица, в известной мере для него необычной, в которой другими субъектами нарушаются установленные нормы поведения. В то же время такая личность (в отличие от случайного преступника) может оправдывать в данных ситуациях свое и чужое противоправное поведение, даже преступное, ибо она не знает правомерных и нравственных способов решения конфликтов.

В зависимости от субъективного отношения преступника к основным жизненным ценностям, его отношению к морально-этическим нормам жизни выделяют четыре основные группы преступников:

а) негативно-пренебрежительное отношение личности преступника к человеку и ею важнейшим благам, как правило, связанное с насилием и жестокостью, лежит в основе умышленных агрессивно-насильственных преступлений против личности: убийств, телесных повреждений, изнасилований, оскорблений, клеветы и т.п., а также большинство случаев хулиганства.

б) корыстно-частнособственнические тенденции, связанные с игнорированием принципа разделения материальных благ по труду, права собственности других лиц. Это характерно для совершения хищений, краж, мошенничества, взяточничества и иных корыстных преступлений.

в) индивидуалистическое отношение к различным социальным установлениям и предписаниям, к своим общегражданским, служебным, семейным и прочим обязанностям. Подобные антисоциальные черты определяют совершение ряда хозяйственных преступлений (выпуск недоброкачественной продукции), преступлений против порядка управления (нарушение паспортного режима, самоуправство), против правосудия (дача ложных показаний, применение незаконных мер при ведении следствия), воинские преступления (неисполнение приказа, уклонение от воинской службы, самовольная отлучка) и т.п.

г) особо следует выделить легкомысленно-безответственное отношение к установленным социальным ценностям и своим обязанностям по отношению к ним, проявляющееся в различных неосторожных преступлениях.

Хотя каждую из групп «а» и «б» характеризует единый родовой объект посягательства (личность и собственность), а группу «г» - неосторожная форма вины, сама классификация исходит не из этих критериев, а из характера антисоциальности и ценностной ориентации личности, отражающихся в указанных признаках. Намеченные группы, позволяющие классифицировать лиц, совершающих преступления, не исчерпывают, по-видимому, всех существующих вариантов и должны рассматриваться лишь как основные.

Кроме того, они не всегда выступают в «чистом» виде. Возможны различные вариации и сочетания, проявляющиеся в соответствующих преступлениях. Так, преступники, совершающие разбой, убийства из корысти, уклонение от уплаты средств на содержание детей, находятся как бы на «стыке» первой и второй групп. Торговля наркотиками - на стыке второй и третьей групп. Во всех этих случаях одна антисоциальная направленность проявляется в действии (например, нападение при разбое), другая - в его целях и мотивах (завладение чужим имуществом, обогащение).

Подобное положение возможно и при неосторожных преступлениях:

например, водитель автомашины нарушает правила дорожного движения и допускает аварию, потому что превысил скорость при оставлении места преступления.

Классификация преступников по характеру их антисоциальной направленности должна быть дополнена их дифференциацией по степени злостности, глубины и стойкости этой антисоциальности. Было бы неправильно относить в одну группу крупного вора и человека, совершившего мелкую кражу. Кроме того, хотя совершение преступления всегда представляет проявление антисоциальных свойств, преобладающих в структуре данной личности, важно знать, насколько они устойчивы и выражают ее действительную нравственную сущность, в том числе и общественную опасность. Ведь одна и та же антисоциальная направленность: корыстная, агрессивно-насильственная и т.д. - у одних может иметь глубоко укоренившийся, доминирующий, злостный характер, а другим присуща в минимальной степени и вызывает совершение преступления лишь в сочетании с особо неблагоприятной внешней ситуацией. В судебной практике и в обыденной жизни хорошо известны эти два полярных па преступников «злостный» и «случайный». Существуют, разумеется, и промежуточные варианты. Подобные различия весьма существенны для типологии преступников.

Среди преступников, умышленно совершающих преступления, следует различать:

а) лиц, впервые совершивших нетяжкие преступления, противоречащие их общей социально-положительной направленности, характеризуемой всем предшествовавшим нравственно-положительным поведением, б) лиц, впервые совершивших тяжкие преступления под воздействием неблагоприятного стечения внешних обстоятельств и характеризуемых, помимо этого преступления, положительно на производстве, в быту, во всех иных социальных проявлениях, в) лиц, совершивших преступления впервые, но ранее характеризующихся антисоциальным поведением, г) лиц, неоднократно совершавших преступления, в том числе и ранее судимых, д) лиц, подпадающих под категорию особо опасных рецидивистов.

Намеченные группы преступников условно можно было бы назвать «случайными», «ситуационными», «неустойчивыми», «злостными», «особо опасными».

Ценностная ориентация личности злостного и особо опасного преступника различна применительно к характеру совершаемого им преступления, которое обусловлено этой ориентацией, и в которой последняя проявляется. Однако общим для этих преступников является устойчивость этой ориентации и ее специфически ярко выраженная антиобщественная направленность. Злостный преступник в большинстве случаев сам создает преступную ситуацию, а не следует за ней в своих поступках, что характерно для менее опасных категорий преступников. Наиболее распространен рецидив насильственных и имущественных преступлений.

Что касается «случайного» и «ситуационного» преступников, то для них характерно совершение преступления без глубокой связи с устойчивыми чертами личности. Конечно, случайность всегда относительна, так как она выступает как конкретное желание каких-то внутренних и внешних закономерностей и является лишь в точке пресечения необходимых процессов.

Следовательно, «случайное» преступление отличает как внешние условия, так и некоторые свойства личности.

Нельзя полностью отрицать у «случайного» и «ситуационного»

преступников отрицательные личностные особенности. В принципе следует согласиться с тем, что наличие антиобщественных взглядов, отрицательных черт и их проявление в соответствующей ситуации в виде преступления характерно для всех преступников.

При этом следует сделать два замечания.

Во-первых, отрицательные черты личности этих категорий преступников не в сравнение по степени интенсивности с антиобщественной установкой злостного преступника.

Во-вторых, эти отрицательные черты облика «случайного» и «ситуационного» преступников играют решающую роль лишь в определении антисоциального качества деяния. Что же касается механизма возникновения этого деяния, то здесь особое место принадлежит внешним обстоятельствам, как предшествующим, так и сопутствующим действиям субъекта. Поэтому объяснение механизма «случайного» или «ситуационного» преступления должно идти в плоскости анализа взаимодействия «личность - ситуация».

Лицо с преимущественно положительной социально-нравственной ориентацией, оказавшись в нетипичной для него ситуации «соблазна», может совершить противоправный (преступный) поступок лишь при качественном совпадении с содержанием ситуации не только существующих у него взглядов, но и направленности одного из доминирующих в этот период мотивов поведения. Без этого двойного совпадения (что еще более увеличивает случайность преступления) преступление не совершается.

«Случайный» и «ситуационный» преступники, несмотря на факт совершения ими преступления, признают систему морально-правовых требований общества, достаточно самокритично оценивают свое преступное поведение, считая его случайным эпизодом в своей жизни. Поэтому в большинстве случаев они чистосердечно раскаиваются в совершенном преступлении, а иногда и являются с повинной в органы следствия. Было бы ошибочно, однако, ставить этот последний момент во главу угла, с тем чтобы создавать неверное впечатление о тождественности социального содержания позиции преступника до и после факта преступления.

Один из объективных показателей степени общественной опасности личности преступника - данные о его прошлом поведении. Как правило, факт совершения лицом повторного преступления не позволяет отнести его к категории «случайных» или «ситуационных» преступников. Однако «первичность» (или повторность) совершаемого преступления является одним из факторов, по которым лишь в известной мере можно судить о случайности или типичности преступного поведения и делать соответствующее прогнозирование. Ведь и первое, и второе преступления могут «выпадать» из основной линии поведения индивида, особенно если их разделяет значительный промежуток времени и они не образуют специального рецидива.

Зато устойчивый отрицательный характер допреступного поведения индивида, выражающийся в серии аморальных поступков, административных и иных правонарушений и являющийся сам по себе одним из наиболее значительных факторов формирования его социального облика, исключает возможность отнесения данного лица к числу «случайных» преступников. Даже в тех случаях, когда подобное лицо совершает преступление под влиянием неблагоприятной обстановки, оно далеко не всегда может быть признано «ситуационным» преступником. Все зависит от того, что превалировало в совершенном преступлении - ситуация или социальная неустойчивость.

Хотя некоторые ученые (например, Антонян Ю.М.) считают, что выделение в особые типы случайных и ситуативных преступников является ошибочным, поскольку это - как правило, люди, которые в силу своих субъективных особенностей попадают в жесткую зависимость от внешних обстоятельств. Выбор же именно противоправного выхода из создавшихся ситуаций свидетельствует о предрасположенности именно к такому образу действий.

Изложенная типология не является исчерпывающей и завершенной.

Дальнейшая разработка проблемы личности преступника позволит углубить и развить эту классификацию, дать развернутую криминологическую характеристику каждой из выделенных групп (типов) преступников.

Вопросы к семинарскому занятию по теме 1. Личность преступника: понятие и система.

2. Биологическое и социальное в личности преступника.

3. Структура личности преступника.

4. Типология и классификация личности преступника.

5. Криминологическая характеристика личности преступника в РФ на современном этапе.

Практические задания и казусы к теме 1. Мишин, 43 лет, ранее судимый, из корыстных побуждений в 22 часа на улице сорвал со случайного прохожего норковую шапку. В ходе следствия выяснено, что Мишин нигде не работал, хронический алкоголик, сожительствует с гражданкой П., ранее судимой.

Определите, к какому типу преступников можно отнести Мишина?

2. Ковальчук, 37 лет, возвращаясь 30 ноября в 21 час из гостей на своей автомашине, превысил скорость в условиях плохой видимости, не справился с управлением автомашины, в результате чего совершил наезд на пешехода, который от полученных травм скончался.

По месту работы Ковальчук характеризуется положительно, алкоголь не употребляет, хороший семьянин, женат, имеет двоих детей.

К какому типу преступников можно отнести Ковальчука?

3. Иванов и его друг распивали спиртные напитки и находились в сильной степени опьянения. В ходе распития возникла ссора: они стали сначала оскорблять друг друга, потом драться. Иванов схватил со стола нож, которым они резали закуски, и нанес приятелю смертельное ножевое ранение.

Потерпевший скончался.

Иванов, 26 лет, ранее не судим, злоупотребляет спиртными напитками.

Ранее привлекался к административной ответственности за мелкое хулиганство. Холост, работает грузчиком в магазине, характеризуется по месту работы и в быту противоречиво.

К какому типу преступников можно его отнести?

Рекомендуемая литература к теме 1. Абельцев С.Н. Личность преступника и проблемы криминального насилия. – М.: Юнити-Дана: Закон и право, 2000.

2. Айзенк Г.Ю. Структура личности. – СПб.: «Ювента», 1999.

3. Алексеев М. Возрастной, образовательный и социальный состав лиц, совершивших экономические преступления в 1999 // Экономика и жизнь. 2000.

Март (№ 10).

4. Антонян Ю.М. Психология убийства. – М., 1997.

5. Антонян Ю.М. Психологическое отчуждение личности и преступное поведение. Генезис и профилактика дезадаптивных преступлений. – Ереван, 1987.

6. Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступность и психические аномалии. – М., 1987.

7. Антонян Ю.М., Гульдан В.В. Криминальная патопсихология. – М., 1991.

8. Антонян Ю.М., М.И. Еникеев, В.Е. Эминов. Психология преступника и расследования преступлений. – М.: Юристъ, 1996.

9. Антонян Ю.М., Ткаченко А.А., Шостакович Б.В. Криминальная сексология: Под ред. Ю.М. Антоняна. – М.: Спарк, 1999.

10. Антонян Ю.М. Преступность среди женщин. – М.: Рос. право, 1992.

11. Асмолов А.Г. Психология личности: Принципы общепсихологического анализа: Учебник. – М.: Изд-во МГУ, 1990.

12. Ахмедшин Р.Л. Психолого-криминалистическая характеристика социально-дезадаптированной личности преступника: Автореф. дис. канд.

юрид. наук. – Томск, 1999.

13. Ахмедшин Р.Л. Роль учения о личности преступника в трудах Г.Гросса// Актуальные проблемы государства и права в современный период. – Томск, 1996.

14. Башкатов И.П. Психология групп несовершеннолетних правонарушителей: (Социально-психологические особенности). – М.:

Прометей, 1993.

15. Биологическое и социальное в личности преступника и проблемы ее ресоциализации. Материалы межвузовской научно-теоретической конференции (21-22 октября 1993 года) / Уфимская высш. шк. МВД РФ. – Уфа: УВШ МВД РФ, 1994.

16. Богдановский А. Молодые преступники: Вопросы уголовного права и уголовной политики. С прил. регламента Мэтрэйской колонии и проекта Устава Одесского исправительного приюта / А. Богдановский. 2-е изд., испр. и доп. – СПб: Тип. А.А. Моригеровского, 1871.

17. Бурлаков В.Н. Генезис личности преступника и индивидуальное предупреждение преступлений // Вестн. Ленингр. Ун-та. Сер. 6. История КПСС. Науч. Коммунизм. Философия. Право. 1988. Вып. 4.

18. Бурлаков В.Н. Развитие преступности и социальный контроль // Изв.

вузов. Правоведение. 2002. № 1.

19. Бурлаков В.Н. Патопсихологические особенности личности и механизм преступного поведения // Правоведение. 2001. № 3.

20. Ведерников Н.Т. Изучение личности преступника в процессе расследования. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 1968.

21. Владимиров В.А. Ответственность за грабеж и личность грабителя. – М.: Изд-во ВНИИ МВД СССР, 1976.

22. Водолазский Б.Ф. Психологические особенности личности осужденного: Учеб. пособие. – Омск: Изд-во Омской высш. шк. милиции МВД СССР, 1982.

23. Волошина Е.К. Криминалистическая характеристика личности преступника и потерпевшего по убийствам, совершаемых организованными группами // Материалы ежегодной научно-практической конференции преподавателей и студентов Юридического института ИГУ. Апрель, 2000. / Отв. ред. С.И. Шишкин. – Иркутск: Изд-во ЮИ ИГУ, 2000.

24. Дети-преступники: Воры, убийцы, террористы, попрошайки / Подготовка текста Ю.Н. Иванова. – Минск: Литература, 1996.

25. Дриль Д. Преступность и преступники: Уголовно- психологические этюды. 2-е изд. – СПб.: Изд. Я. Канторовича, 1899.

26. Дриль Д. Малолетние преступники: Этюд по вопросу о человеческой преступности, ее факторах и средствах борьбы с ней. Вып. 2. Ч. 1.: Психология преступности. Первая половина. – Б.м., 1888.

27. Емельянов В.П. Преступность несовершеннолетних с психическими аномалиями: Под ред. И.С. Ноя. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1980.

28. Еремина Н.П. Психологические аспекты личности подростка «группы риска» // СЮВ. 2001. № 3.

29. Женщины - террористки в России. / Сост., вступ. ст. и примеч.

О.В. Будницкого. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1996.

30. Звечаровский И.Э. Посткриминальное поведение личности – ответственность и стимулирование: автореф. дисс. докт. юр. наук. – СПб., 1993.

31. Зелинский А.Ф. Осознаваемое и неосознаваемое в преступном поведении. – Харьков: Вища шк., 1986.

32. Иванова В.В. Преступное насилие: Учеб. пособие / В.В. Иванова. – М: ЮИ МВД РФ;

– М.: Книжный мир, 2002.

33. Игошев К.Е. Опыт социально-психологического анализа личности несовершеннолетних правонарушителей. – М.: научно-исследовательский и редакционно-издательский отдел, 1967.

34. Изучение и предупреждение правонарушений среди несовершеннолетних: Сб. ст. / Под ред. Д.С. Карева. – М.: Изд-во МГУ, 1970.

35. Ильяшенко А.Н. Общая характеристика преступников, совершивших насилие в семье // Рос. следователь. 2002. № 11.

36. Кабанов П.А. Личность политического преступника в российских СМИ // Следователь. 2002. № 8.

37. Кабанов П.А. Личность политического преступника как объект криминологического исследования // Следователь. 1999. № 2.

38. Ковалев А.Г. Психологические основы исправления правонарушителя. – М.: Юрид. лит., 1968.

39. Коротнев А.Д. Малолетние и несовершеннолетние преступники:

краткий историко-юридический очерк. – СПб.: Тип. СПб. Т-ва Печ. Изд. дела «Труд», 1903.

40. Коршик М.Г. Изучение личности обвиняемого на предварительном следствии. 2-е изд., испр. и доп. – М.: Юрид. лит., 1969.

41. Костенко А.Н. Принцип отражения в криминологии:

(психологический механизм криминального поведения);

АН УССР. Ин-т государства и права. – Киев: Наук-Думка, 1986.

42. Лазарев А.М. Субъект преступления: Учеб. пособие;

ВЮЗИ. – М., 1981.

43. Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. – Л., 1968.

44. Лифанова М. К вопросу о роли семьи в формировании личности несовершеннолетнего правонарушителя// Уголовное право. 2001. № 4.

45. Личность преступника / Отв. ред. В.Н. Кудрявцев;

Всесоюз. ин-т по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности. – М.: Юрид. лит., 1971.

46. Личность преступника / Редкол.: В.Н. Кудрявцев, Г.М. Миньковский, А.Б. Сахаров;

Всесоюз. ин-т по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности. – М.: Юрид. лит., 1975.

47. Личность преступника: Уголовно-правовое и криминологическое исследование. – Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1972.

48. Личность преступника и проблемы исправления осужденного // Под ред. Ю.М. Антоняна. – М., 1990.

49. Личность преступника и уголовная ответственность: Правовые и криминологические аспекты: Межвуз. науч. сб. Вып.3. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1987.

50. Личность преступника и уголовная ответственность: Правовые и криминологические вопросы: Межвуз. науч. сб. Вып.1. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1979.

51. Личность преступника и уголовная ответственность: Правовые и криминологические вопросы: Межвуз. науч. сб. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1981.

52. Лобас Н.С. Убийцы: некоторые черты психофизики преступников. – М: Тип. Т-ва И.Д. Сытина, 1913.

53. Мамичев А.А. Преступники и преступления. Энциклопедия. В 3-х тт. – М.: Спарк, 2001.

54. Мартирасова М.М. Личность несовершеннолетних преступников женского пола и социальные условия формирования их антиобщественного поведения // Правовые, криминологические и криминалистические проблемы борьбы с преступностью. 1992. Вып. 3.

55. Методика криминологического изучения личности несовершеннолетнего преступника: Сб. ст. / Отв. ред. А.И. Долгова;

Всесоюз.

ин-т по изуч. причин и разработке мер предупреждения преступности. – М., 1977.

56. Милюков С.Ф. Учёт личности преступника в деятельности аппарата БХСС. – Горький, 1985.

57. Минкина Н. Большинство взяточников – милиционеры, меньшинство – преподаватели вузов // Чистые руки. 2002. № 5.

58. Минкина Н. Характеристика личности взяткополучателя // Росс. юстиция. 2002. № 8.

59. Минкина Н.И. Проблема определения культуры личности преступника // СЮВ. 2003. № 1.

60. Михлин А.С. Общая характеристика осужденных (по материалам специальной переписи 1989г.). – М., 1991.

61. Михлин А.С. Роль социальных и демографических свойств личности в исправлении и перевоспитании осужденных к лишению свободы. – М.: ВНИИ МВД, 1970.

62. Молчанов А. «Портрет преступника» // Человек и закон. 2002. № 7.

63. Мурашов В.П. Криминологическая характеристика отдельных социальных групп: Автореферат дисс. канд. юрид. наук. – М., 1990. 24 с.

64. Панкратов Р.И. Дети, лишенные свободы. – М.: Юрлитинформ, 2003.

65. Панюков А.И., Панюкова Ю.Г. Взросление в условиях «закрытой»

социальной системы как фактор криминализации личности // В сб.

«Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сиб. регионе». Материалы междун. научно-практич. конф. 7-8 февр. 2003 г. Ч.1. – Красноярск: СибЮИ МВД РФ, 2003.

66. Психология личности в трудах отечественных психологов.

Хрестоматия. – СПб.: Питер, 2001.

67. Российская криминологическая энциклопедия: Преступность и борьба с ней в понятиях и комментариях / Рос. криминол. ассоц.;

Под общ. ред.

А.И. Долговой. – М.: «Норма», 2001.

68. Рыбальская В.Я. Методика изучения личности потерпевшего по делам о преступлениях несовершеннолетних: Учеб. пособие;

Отв. ред.

Г.Б. Виттенберг. – Иркутск: ИГУ, 1975.

69. Сафаргалиева О.Н. Некоторые проблемы создания «психологического портрета» преступника // Актуальные проблемы государства и права в современный период. – Томск, 1996.

70. Сахаров А.Б. Учение о личности преступника и его значение в профилактической деятельности органов внутренних дел. – Омск, 1983.

71. Сахаров А.Б. О личности преступника и причинах преступности в СССР: Всесоюз. ин-т юрид. наук. – М.: Госюриздат, 1961.

72. Середа И.М. Криминологическая характеристика налоговых преступлений и лиц их совершающих // Правовые исслед. / ИГЭА. – Иркутск, 1998. Вып. 7.

73. Сидоров И.Т. Природное и социальное в жизненном пространстве человека и влияние на правонарушителя // В сб. «Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сиб. регионе». Материалы междун. научно-практич. конф.

7-8 февр. 2003 г. Ч. 1. – Красноярск: СибЮИ МВД РФ, 2003.

74. Сидоров В.В. Социальные противоречия и преступность. – Саратов:

Изд-во Сарат. ун-та, 1989.

75. Соловьёв И. О типологии налоговых преступников // Росс. юстиция. 2001. № 8.

76. Таведок Б. Преступник: Пер. с англ. А.М. Гринберга. – Пг.: Центр, Б.г. 1893.

77. Тарановская П.Н. Женщины-убийцы. – СПб., 1902.

78. Тард Г. Молодые преступники: Пер. с фр. – СПб.: Тип.

А.А. Пороховщикова, 1898.

79. Тард Г. Преступник и преступление: Пер. Е. Выставкиной;

Под ред.

М.Н. Гернета. – М.: Тип. И.Д. Сытина, 1906.

80. Ферри Э. Преступные типы в искусстве и литературе. – СПб., 1908.

81. Ферри Энрико. Преступления и преступники в науке и в жизни: Две лекции;

Пер. с итальянск. – Одесса: Изд. Н. Лейненберга, 1890.

82. Филимонов В.Д. Общественная опасность личности отдельных категорий преступников и ее уголовно-правовое значение. – Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1973.

83. Фирсаков С.Ф. Криминологические особенности личности преступников-наркоманов. Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях: Материалы Международной научно-практической конференции. – Иркутск, 1995.

84. Хаметов Р. Криминалистическая характеристика личности нарушителя авторских прав // Интеллектуал. собственность. 2000. № 5.

85. Харитонова Н.К., Королёва Е.В., Наумович А.О. Сравнительная социально-клиническая характеристика женщин, совершивших агрессивные правонарушения (по данным судебно-психиатрической экспертизы за 1983 и 1995гг.) // Росс. психиатр. журнал. 1998. № 3.

86. Хохряков Г.Ф. Социальная и социально – демографическая характеристика молодежи нового города и проблема борьбы с правонарушениями в ее среде: Автореферат дисс. канд. юрид. наук. – М.., 1974. 20 с.

87. Цветков П.П. Исследование личности обвиняемого: На предварительном следствии и в суде первой инстанции. – Л.: Изд- во ЛГУ, 1973.

88. Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем / Е.Е. Центров. – М.: Изд-во МГУ, 1988.

89. Шестаков Д.А. Семейная криминология: Семья – конфликт – преступление / С.- Петер. гос. ун-т.- СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1996.

90. Шиханцов Г.Г. Криминология: Учебник. – М.: Зерцало, 2001.

91. Шоткинов С.А. Криминальная культурология. Часть 1. Масс-медиа // СЮВ. 2003. № 2.

92. Юридическая психология. Хрестоматия. – СПб.: Питер, 2001.

93. Явчуновская Т.М. О личностной характеристике преступниц, страдающих алкоголизмом: (Криминол. исслед.) // Личность преступника и уголовная ответственность. 1987. Вып. 3.

«Наше восхищение от созерцания животных основывается на том, что нам приятно видеть перед собой собственную сущность, доведенную до такого упрощения».

А. Шопенгауэр «Человек хуже зверя, когда он зверь».

Рабиндранат Тагор Тема 5. Детерминация индивидуального преступного поведения При изучении данной темы следует «освежить» знания, полученные в ходе изучения темы 3 «Детерминация преступности». В частности, необходимо вспомнить, что представляет собой криминологическая детерминация, каковы явления, выступающие в роли причин и условий, какова их содержательная сущность? По сути дела, детерминация индивидуального преступного поведения – это частное проявление детерминации преступности на микроуровне относительно конкретного акта преступного поведения, совершенного конкретной личностью. Естественно, что детерминанты индивидуального преступного поведения, в отличие от детерминант преступности, также имеют более конкретный характер, отражая влияние не макросреды (как в случае с преступностью), но микросреды на сознание отдельно взятой личности. При этом в качестве условий, формирующих причину индивидуального преступного поведения, выступают все те же противоречия социального характера, преломляющиеся на конкретную личность через элементы ее микросреды, причиной является деформация личностного сознания преступника, в качестве условий, способствующих преступлению, выступают «фоновые» явления, представляющие из себя таковые в отношении конкретной личности.

Схематически детерминацию индивидуального преступного поведения можно представить следующим образом:

дефекты сознания криминогенная ситуация элементы микросреды отдельной личности виктимологический фактор семья школа антиобщественная бытовое окружение направленность ПРЕСТУПЛЕНИЕ … группа неформализованного … личности общества криминальная трудовой коллектив мотивация СМИ недостатки законодательства организационно-технические упущения Как видно из приведенной схемы, сопричинами индивидуального преступного поведения выступают криминальная мотивация и антиобщественная направленность личности. Криминальная мотивация – это сложившаяся в сознании конкретной личности под воздействием элементов микросреды определенная система мотивов, побуждающая человека к совершению преступления. Однако одной криминальной мотивации недостаточно для порождения решимости к акту преступного поведения. Для этого необходимым является действие второй сопричины, придающей изначально нейтральным мотивам криминогенную сущность. Этой сопричиной является антиобщественная направленность личности – система социально негативных взглядов, убеждений и установок личности, позволяющая этой личности реализовывать свои мотивы, в т.ч. и преступным путем. Данная система складывается также под воздействием элементов микросреды.

Более детально процесс формирования данных сопричин можно оценить с помощью т.н. механизма индивидуального преступного поведения, представляющего собой взаимодействие социально-негативных взглядов, убеждений и установок личности с криминальной мотивацией, приводящее под воздействием условий объективной действительности данную личность к совершению преступления.

Данный механизм можно представить так:

1. Возникновение потребности;

2. Осознание потребности;

3. Актуализация (включенность) предмета потребности;

4. Формирование цели во имя удовлетворения потребности (достижения ее предмета);

5. Поиск и определение круга средств для достижения данной цели (в т.ч. и преступных);

6. Выбор именно преступных средств для достижения данной цели;

7. Преступное действие (взаимодействие) как преступное средство для достижения данной цели;

8. Оценка результата преступного действия (взаимодействия);

9. Посткриминальное поведение.

Заметим, что в данном перечне все звенья (обозначены цифрами) последовательны, они не могут опережать друг друга. Исключением здесь являются т.н. аффектированные преступления, но в них звенья механизма индивидуального преступного поведения не меняются местами, а как бы «покрывают» собой друг друга, образуя т.н. свернутую мотивацию.

Механизм индивидуального преступного поведения принято делить на этапы: в самом деле, из перечня звеньев видно, что, видимо, окончательный выбор именно преступных (криминальных) средств потенциальный преступник делает далеко не сразу. Хотя предшествующий данному выбору процесс и может быть непродолжительным по времени. Таким образом, звенья с 1 по образуют криминогенно-нейтральный этап механизма индивидуального преступного поведения, который принято называть криминогенной мотивацией (не путать с криминальной мотивацией), представляющий из себя процесс формирования криминогенно-позитивного мотива поведения отдельной личности. Звено 6 образует самостоятельный этап механизма индивидуального преступного поведения, являющийся уже криминогенно-позитивным, который именуют этапом выбора криминальных средств. На этом этапе и происходит окончательное, уголовно-правовое и уголовно-процессуальное превращение человека в преступника, ибо он начинает совершать т.н. приготовительные действия, направленные на совершение конкретного преступления. Звенья 7 и образуют третий этап – достижение криминально значимой цели, что на языке уголовного права соответствует стадии оконченного преступления. Наконец, звено 9 – это четвертый этап механизма индивидуального преступного поведения – этап посткриминального (постпреступного) поведения, которой является весьма значимым для оценки всей предкриминальной и криминальной деятельности лица. На данном этапе лицо также стоит перед выбором социально-полезных и социально-вредных моделей поведения (укрыть следы преступления или явиться с повинной и пр.).

Перейдем теперь к описанию условий неблагоприятного формирования личности, т.к. именно от элементов микросреды зависит, сформируется ли у данного лица антиобщественная направленность или нет?

Важнейшим из элементов микросреды является семья. Именно в семье, по утверждению психологов, происходит до 80 % формирования личности.

Процесс формирования личности преступника принято рассматривать как социализацию, т.е. процесс наделения личности общественными свойствами, выбора жизненных путей, установления социальных связей, формирования самосознания и системы социальной ориентации, вхождения в социальную среду, приспособления к ней, освоения определенных социальных ролей и функций. В этот период возникают и закрепляются типичные реакции на возникающие жизненные ситуации, наиболее характерные для данного человека предпочтения.

Криминологи предпринимают попытки сгруппировать обстоятельства микросреды, обуславливающие неблагополучное формирование личности - это семья, школа, коллектив, ближайшее бытовое окружение. Данные перечни обстоятельств, неблагоприятно сказывающиеся на нравственном формировании личности, более конкретно разработаны применительно к отдельным видам преступлений. Однако сейчас мы не будет подробно останавливаться на отдельных видах преступлений, а рассмотрим наиболее общие факторы.

Личность - динамическое образование, которое формируется в жизненных отношениях индивида в результате преобразования его деятельности.

Социализация личности как активный процесс длится не всю жизнь, а лишь период, необходимый для восприятия комплекса норм, ролей, установок и т.д., т.е. на протяжении времени, необходимого для становления индивида как личности. Можно выделить первичную социализацию, или социализацию ребенка, и промежуточную, которая знаменует собой переход от юношества к зрелости, т.е. период от 17-18 до 23-25 лет.

Особенно важную роль в формировании личности играет первичная социализация, когда ребенок еще бессознательно усваивает образцы и манеру поведения, типичные реакции старших на те или иные проблемы;

как показывают психологические исследования личности преступников, уже взрослый человек часто воспроизводит в своем поведении то, что запечатлелось в его психике в период детства. Например, он может с помощью грубой силы разрешить конфликт так, как это делали раньше его родители. Можно сказать, что преступное поведение в определенном смысле есть продолжение, следствие первичной социализации, но, конечно, в других формах.

Дефекты первичной, ранней социализации в родительской семье могут иметь криминогенное значение в первую очередь потому, что ребенок еще не усвоил другие положительные воздействия, он полностью зависим от старших и совершенно беззащитен от них. Поэтому вопросы формирования личности в семье заслуживают исключительного внимания криминологов. Семья - главное звено той причинной цепочки, которая выводит на преступное поведение.


Сейчас накоплено значительное количество данных о семьях правонарушителей, условиях родительского воспитания в этих семьях. В основном это социологические, социально-демографические данные о семье.

Однако на нынешнем этапе развития науки и запросов правоохранительной практики становится ясно, что с помощью такой информации (о составе семьи будущих правонарушителей, общих характеристиках отношений в ней, уровне культуры родителей, совершении ими и другими родственниками аморальных и противоправных действий и т.д.) уже нельзя в должной мере объяснить происхождение преступного поведения.

Так, при всей ценности весьма многочисленных данных о неблагополучных или неполных семьях, остается непонятным, почему многие «выходцы» из таких семей никогда не совершают противоправных действий.

К числу же неблагополучных семей относят только те, в которых родители совершают противоправные или аморальные поступки. Отсутствие, например, отца или его аморальное поведение далеко не всегда формирует личность правонарушителя. Поэтому следует считать, что решающую роль играет не состав семьи, не отношения между родителями, даже не их объективно неблаговидное, пусть и противоправное поведение, а, главным образом, их эмоциональное отношение к ребенку, его принятие или, напротив, отвержение.

Можно обнаружить достаточное количество семей, в которых родители совершают правонарушения, но их эмоциональное отношение к детям отличается теплотой и сердечностью. Поэтому есть все основания считать, что именно отсутствие подобных отношений в детстве в решающей степени определяет ненадлежащее поведение человека в будущем.

Однако условия жизни ребенка не прямо и не непосредственно определяют его психическое и нравственное развитие. В одних и тех же условиях могут формироваться разные особенности личности, прежде всего из за того, в каких взаимоотношениях со средой находится человек, какими биологическими чертами он обладает. Средовые влияния воспринимаются в зависимости от того, через какие ранее возникшие психологические свойства ребенка они преломляются.

Имеется множество убедительных доказательств того, что в семьях с прочными, теплыми эмоциональными контактами, уважительным отношением к детям и друг к другу детей у них активнее формируются такие качества, как коллективизм, доброжелательность, внимательность, способность к сопереживанию, самостоятельность, инициативность, умение разрешать конфликтные ситуации и др.40 Все это делает их коммуникабельными, обеспечивая высокий престиж в группе сверстников. Напротив, чем меньше тепла, ласки, заботы получает ребенок, тем медленнее формируется он как личность. Даже недостаточное внимание, низкая частота общения родителей и детей (гипоопека) по самым разным причинам, в том числе объективным, нередко вызывают у последних эмоциональный голод, недоразвитость высших чувств, инфантильность личности. Следствием этого может быть отставание в развитии интеллекта, нарушения психического здоровья, плохая успеваемость в школе, совершение аморальных и противоправных поступков.

Психологическое отчуждение ребенка родителями - не единственная причина формирования личности преступника. Нередко это происходит иным путем: у ребенка и подростка есть необходимые эмоциональные связи с родителями, но именно последние демонстрируют ему пренебрежительное отношение к нравственным и правовым запретам, образцы противоправного поведения (например, постоянно пьянствуют, учиняют хулиганские действия и т.д.). Поскольку же тесные контакты с ними имеются, подросток сравнительно легко усваивает эти образцы, соответствующие им взгляды и представления, которые вписываются в его психологию и начинают стимулировать его поступки.

Криминогенные последствия может иметь и такой недостаток семейного воспитания, когда при отсутствии теплых эмоциональных отношений и целенаправленного нравственного воспитания окружающие заботятся об удовлетворении лишь материальных потребностей ребенка, не приучая его с первых лет жизни к выполнению простейших обязанностей перед окружающими, соблюдению нравственных норм. По существу, здесь проявляется равнодушие к нему.

Отвергание родителями ребенка, отсутствие родительской заботы и попечения могут иметь место в явной, открытой форме. Чаще всего это случаи, когда его бьют, издеваются над ним, иногда очень жестоко, выгоняют из дома, не кормят, никогда не проявляют заботы и т.д., нанося ему незаживающие психические травмы. Неприятие своего ребенка может быть и скрытым, отношения между родителями и детьми в таких случаях как бы нейтральны, эмоционально никак не окрашены, каждый живет по-своему и мало интересуется жизнью другого. Такие отношения выявить всегда трудно, их обычно скрывают и родители, и дети, причем делают это скорее невольно, непреднамеренно. Ведь даже для взрослого человека очень травматично признать, да еще открыто, что родители его не любили, что он был им в тягость и т.д. Осужденные в местах лишения свободы не часто делают признания об этом, поскольку дня них в их бедственном положении помощь, сочувствие и Криминология: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева и В.Е. Эминова. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристь, 2000. с. 151.

любовь родителей чрезвычайно важны, даже если с ними ранее никакой близости не было. Выше нами уже отмечалось, что подобное отношение родителей к своим детям может повлечь развитие психических аномалий у ребенка, что также опосредованно влияет на формирование личности преступника.

Алкогольная отягощенность родителей в неблагополучных семьях и неупорядоченность полового общения приводят не только к физиологическим аномалиям детей, но и серьезно травмируют психику ребенка, искажают его представление о супружеской верности, чести, этике, половой морали, о взаимоотношениях между мужчиной и женщиной. Подобная атмосфера в семье способствует формированию у подростка нездорового интереса к половой жизни, иногда совершению им половых преступлений. Нередко дети представлены сами себе в семьях, в которых много детей или в которых родители слишком заняты по работе.

Отсутствие надлежащих семейных контактов особенно пагубно для девочек. Во-первых, почти все отвергнутые семьей девочки слишком рано начинают половую жизнь, становятся легкой сексуальной добычей более взрослых парней, быстро деморализуются, их интимные связи приобретают беспорядочный характер. Во-вторых, оторвавшись от семьи, школы, выйдя за пределы нормального человеческого общения, таким девушкам очень трудно, а иногда и невозможно вернуться к обычной жизни, завоевать уважение окружающих. Социальное клеймение (стигматизация) женщин обычно оказывается более стойким и губительным, чем мужчин. Особенно трагично складывается судьба бродяг, проституток, наркоманок, алкоголичек, а также тех, кто связал себя с профессиональными преступниками. Их трудно перевоспитать, и сами они подчас не могут найти место в нормальной человеческой жизни.

Чрезвычайно важно отметить, что в результате эмоционального отвергания родителями ребенка, его неприятия или лишения родительской ласки и попечения в его психике на бессознательном уровне формируются тревожность, беспокойство, боязнь утраты себя, своего «я», своего положения в жизни, ощущение враждебности, даже агрессивности окружающего мира. Эти качества из-за отсутствия надлежащих воспитательных воздействий или, напротив, негативных влияний затем закрепляются в ходе общения в школе, в учебных и трудовых коллективах, среди товарищей и, что очень важно, очень многими субъективно значимыми условиями жизни индивида.

Все названные качества можно назвать тревожностью, понимая ее как страх небытия, несуществования. Этот страх может иметь два уровня - страх смерти (высший уровень) и постоянное беспокойство и неуверенность (низший уровень). Если тревожность достигает уровня страха смерти, то человек начинает защищать свой этиологический статус, свое биологическое существование - отсюда совершение насильственных преступлений как способ защиты от мира, субъективно воспринимаемого как опасный или враждебный.

Кормщиков В.М. Влияние семейного неблагополучия на противоправное поведение несовершеннолетних // Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск № 35. – М.: «Юрид. лит.», 1981. с. 53.

Рядом специальных психологических исследований установлено, что наиболее характерной чертой убийц является повышенная восприимчивость, ранимость, ожидание угрозы со стороны среды. Если тревожность сохраняется на уровне постоянного беспокойства и неуверенности, то человек может защищать свой социальный Статус, социальное существование, свою социальную определенность путем совершения корыстных и корыстно-насильственных преступлений.

Можно привести уже упоминавшегося нами в пример Чикатило.

Профессор Антонян Ю.М., специально изучавший данного преступника, попытался раскрыть причину жестокости этого преступника, ее истоки в детстве Чикатило. В частности, Чикатило сам о себе говорил, что он рос бесхарактерным, не мог защититься от ребят, его постоянно били из-за его неуклюжести, рассеянности, называли размазней, бабой, а он не мог дать сдачи.

Из детства он запомнил войну, бомбы, убитых, кровь, голод после войны, покойников. У Чикатило был старший брат, которого, по рассказам матери и отца, съели в голод в 1933 году в Сумской области.

Мать никогда не наказывала, но и не ласкала, главная ласка была кусок хлеба. Антонян Ю.М. отмечает кровавый фон детства Чикатило. В детские годы, когда ребенок особенно восприимчив к внешним впечатлениям, он вообще видел много смертей, и смерть для него стала чем-то близким и понятным. В отце Чикатило не мог найти психологической опоры, мать занимала как бы нейтральную позицию, в связи с чем можно судить о ее равнодушии к сыну, что, конечно, было губительно для ребенка, особенно если его преследовали другие мальчишки. Никак нельзя согласиться с тем, что кусок хлеба был важнее материнской ласки, поскольку родительская любовь особенно нужна, жизненно необходима как раз в тяжелые времена. В связи с этим с ранних лет у Чикатило возникает и закрепляется представление не просто о чуждости и непонятности, но и о враждебности окружающего мира.


Естественно у него формируется и страх быть уничтоженным. Иначе говоря, страх смерти. Следует отметить, что вся его последующая жизнь только укрепляла этот страх, ибо состояла из непрерывной череды унижений, побоев, сексуального насилия, отчуждения от людей.

Страх смерти типичен для убийц. Правда, он редко проявляется в форме прямого, открытого высказывания самого человека. Страх быть уничтоженным связан с наиболее глубоким онтологическим основанием бытия личности права и уверенности в своем существовании. Подобный страх почти всегда бессознателен, но он создает личностную диспозицию, определяет видение мира, философию, причем все это начинает формироваться с детских лет при отсутствии чувства безопасности в случаях неприятия другими людьми, прежде всего родителями. У Чикатило же страх смерти мог появиться не только из-за равнодушия к нему родителей и жестокого обращения сверстников, но и потому, что в те ранние годы он постоянно сталкивался с голодом, смертями, покойниками, точнее, не просто сталкивался, а жил в том мире.

Антонян Ю.М. Сексуальный убийца Чикатило: попытка психоаналитического объяснения // Государство и право. № 7. – М., 1993. с. 95-96.

Формирование и последующее развитие будущих преступников складываются так, что по сравнению с другими они совершенно иначе видят окружающий мир и соответственно реагируют на его воздействия. Их ведущей чертой становится постоянное стремление к самоутверждению, к самоприятию, защите себя и своего «Я», отстаиванию своего места в жизни. Тенденция к утверждению и самоутверждению может осуществляться за счет снижения статуса другого человека, его унижения и даже уничтожения. Именно такие люди обладают наибольшей степенью внутренней несвободы и весьма предрасположены к противоправному поведению.

Наличие тревожности, бессознательное ощущение призрачности и хрупкости своего бытия, опасения небытия являются фундаментальными особенностями личности и качественно отличают преступника от непреступника. Эти особенности возникают в результате неблагоприятного формирования личности, начиная с детских лет. При их наличии человек может совершать преступления потому, чтобы не нарушались его представления о самом себе, своем месте в мире, его самоощущение, самоценность, не исчезло приемлемое для него его биологическое и социальное бытие.

Высокая тревожность может быть прирожденной, но снята надлежащим воспитанием. Неблагоприятное же формирование личности способно еще более усилить тревожность, породить ее высокий уровень у тех, кто не был предрасположен к этому. У тревожных личностей угроза бытию, биологическому и социальному, способна преодолеть любые нравственные преграды или правовые запреты, игнорировать их, никак не принимать во внимание. Поэтому не учитывается и угроза сурового наказания. Нравственные нормы в силу указанных особенностей и отсутствия целенаправленного воспитания не воспринимаются ими. Однако в принципе возможна компенсация указанных черт с помощью целенаправленного, индивидуализированного воздействия с одновременным, если это нужно, изменением условий жизни. Но это в большинстве случаев не делается.

Названные качества закрепляются, развиваются в личности, «обрастают» другими положительными и отрицательными особенностями, часто противоположными, причем эти наслоения нередко преобладают в ее реакции на средовые воздействия. Поэтому подобные качества обнаружить очень сложно даже с помощью специальных методов. Изначальные контуры этого психического и психологического явления как бы исчезают, затушевываются более поздними образованиями, в первую очередь культурными, а также такими, которые вызваны физиологическими изменениями.

В нашей стране уже давно существуют объективные факторы, формирующие высокий уровень тревожности личности: значительное расслоение общества в связи с разным уровнем материальной обеспеченности, объемом и качеством социальных услуг, социальная напряженность между людьми, утеря людьми, особенно молодыми, привычных жизненных ориентиров и идеологических ценностей, некоторое ослабление родственных, семейных, производственных и иных связей, социального контроля;

постепенное возрастание числа тех, кто в современном производстве не может найти себе места. Надо полагать, что люди пожилого возраста, несовершеннолетние и женщины более уязвимы для неблагоприятных внешних социальных условий.

Конечно, многие люди обладают прирожденной предрасположенностью к тому, чтобы с повышенной тревожностью воспринимать окружающий мир, и у них риск поведенческого срыва достаточно велик. Однако никакая предрасположенность фатально не приводит к совершению преступлений.

Страх смерти, как и постоянное беспокойство, могут быть преодолены вполне допустимыми и нравственными способами, великое множество которых выработало человечество на протяжении своей истории. Это рождение, воспитание и попечение своих детей и внуков, передача им по наследству имущества, традиций и нравственных ценностей, делание карьеры, создание произведений искусства: литературы, научных трудов, накопление богатства и т.д. Поэтому можно сказать, что преодоление страха небытия и в том числе страха смерти является мощным стимулом человеческого поведения, творческой деятельности, хотя и очень редко осознается в таком качестве. Вот почему ни в коем случае нельзя считать, что страх небытия выполняет лишь негативные функции. Нравственная и правовая его оценка полностью зависит от того, какими способами он преодолевается.

Семья, как известно, психологически характеризуется взаимосвязью между ее членами, а именно наличием взаимных идентификаций, взаимными привязанностями, что порождает общие интересы и ценности, согласованное поведение. Внутрисемейные отношения представляют собой социально психологические механизмы взаимопонимания между членами семьи, способность каждого из них принимать на себя роль другого. Человек может сочувствовать и сопереживать другому человеку, если он способен представить себя на его месте, понять, что тот, другой, тоже может нуждаться в помощи и поддержке. Идентификация неразрывно связана с коммуникацией, ибо только вообразив себя на месте другого, человек может догадаться о его внутреннем состоянии. На идентификации основывается одна из главных функций семьи формирование у ее членов способности учитывать в своем поведении интересы других людей, общества.

Значительно возросшие за последние годы агрессивность и жестокость людей, выражающиеся в росте насильственных преступлений, прямо связаны с нарушением эмоциональных коммуникаций в семье. Эти коммуникации сейчас ослабли, семья меньше, чем ранее, способна эффективно контролировать поведение своих членов, которые в свою очередь далеко не всегда находят в ней возможность психологической разрядки и отдыха. Семья перестала в должной мере обучать женщину состраданию, сочувствию, мягкости, причем надо отметить, что если родители ее не любили и не заботились о ней, то она вряд ли сможет научить этому своих детей. Понятно, что все это негативно сказывается на воспитании подрастающего поколения, активно способствуя росту правонарушений среди подростков.

Семья, включая ребенка в свою эмоциональную структуру, обеспечивает тем самым его первичную, но чрезвычайно важную социализацию, т.е. «через себя» вводит его в структуру общества. Если этого не происходит, ребенок отчуждается от нее, закладывается основа для весьма вероятного отдаления в будущем от общества, его институтов и ценностей, от малых социальных групп. Это отдаление может принять форму стойкого дезадаптивного, отчужденного существования, в том числе бродяжничества, если не будут осуществлены специальные воспитательные мероприятия.

Последнее обстоятельство нужно подчеркнуть особо, так как просто наступление благоприятных, по мнению окружающих, условий жизни может не привести к желаемым результатам, поскольку эти условия субъективно будут восприниматься как чуждые для данного индивида, не соответствующие его ведущим мотивационным тенденциям.

Сложная цепь взаимоотношений между микросредой, макросредой и личностью преступника - важная характеристика последней. Эта цепь является в свою очередь механизмом не только формирования у нее антиобщественных черт, но и развития личности в целом, сознания ее собственной среды, относительно постоянного образа жизни. Прежде всего, в микросреде, в непосредственном социальном окружении лица коренятся негативные факторы, под влиянием которых складываются порицаемые обществом потребности и интересы, нравы и обычаи, взгляды и убеждения некоторых людей, рождается антиобщественная позиция личности как нравственная предпосылка и основа преступного поведения.

Неблагоприятное формирование личности продолжается в антиобщественных малых неформальных группах сверстников. Последние, как правило, представляют собой объединение в прошлом отвергнутых семьей детей - и юношей, и девушек. Их сближение в рамках такой группы происходит обычно очень быстро, так как они представляют друг для друга социальную и психологическую ценность. Дело в том, что групповая сплоченность и постоянное общение позволяют им устоять перед обществом, которое воспринимается ими как нечто чуждое и враждебное. Естественно, некоторые его важные нормы перестают регулировать их поведение.

Прежде всего, следует отметить, что молодежь всегда везде стремиться к общению со сверстниками, бежит от душевного одиночества, а его испытывают многие, проживая в одной квартире с непонимающими их, как они считают, родителями. Для многих противопоставление себя, своего «я»

взрослым - нормальное явление. Подростки не хотят жить чужим опытом, учиться на чужих ошибках.

Протест, который они выражают, может быть пассивным, через внешнее, скорее показное, демонстративное отрицание существующего порядка, отказ от соблюдения принятых в обществе правил. Есть и агрессивные формы протеста, выражающиеся в эпатаже, граничащем с хулиганством, а иногда переходящем в него, проявлении насилия, жестокости. Появление таких группирований могут вызывать разные социальные причины.

Антонин Ю.М. Преступник как предмет криминологического изучения // Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск 34.

– М.: «Юрид.лит.», 1981. с. 42.

В частности, нездоровый психологический, нравственный климат в неблагополучных семьях с его душевным дискомфортом часто выталкивает юношу или девушку «на улицу» в поисках доброты, взаимопонимания и сочувствия и т.д. Нередко в городских семьях в силу занятости родителей на работе все общение сводится к запискам-приказам или телефонным «накачкам». Подлинные ценности при таких отношениях привить трудно. Таким образом, существование преступных групп, в которых господствуют отсталые, вредные взгляды и нравы, антиобщественные нормы поведения и которые, в свою очередь, оказывают отрицательное влияние на личность, также обусловлено социальными причинами. Существование подобных групп неизбежно в той же мере, в какой закономерно существование таких общественных структур, из которых выталкиваются отдельные люди, обрекаемые на отчуждение. Отчужденные же личности обязательно объединяются в свои группы для защиты собственных интересов и взаимной поддержки. Общество всегда их будет осуждать, почти всегда забывая о том, что само виновато в этом. Конечно, группы отличаются друг от друга и своей сплоченностью и устойчивостью, и степенью своей общественной опасности, причем не только для среды в целом, но и для отдельных членов.

В малых социальных группах степень сплоченности бывает различной.

На уровне малых социальных групп действуют разнообразные силы, проявляются порой противоположные конкретные интересы, намечаются и осуществляются различные жизненные цели. Разнообразие мнений, привычек, а порой и принципов поведения в малых социальных группах отражает не только неповторимость и своеобразие человеческих личностей, но и, прежде всего, сложность и пестроту самой социальной жизни в ее конкретных проявлениях. Это, конечно, не означает, что серьезные конфликты в малых социальных группах неустранимы.

Отторгнутый родительской семьей индивид почти всегда попадает под сильнейшее влияние антиобщественной группы сверстников, участники которой, как правило, совершают преступления. Под влиянием группы формируются установки и ценностные ориентации, включающие способы разрешения возникающих жизненных ситуаций и проблем. Это очень важный момент, поскольку не всегда противоправны мотивы и цели поведения, таковыми чаще всего являются способы реализации мотивов и достижения целей. Например, противоправно не стремление разбогатеть, а то, каким путем приобретается достаток. Уголовно наказуемым способам может научить семья, но чаще это делает именно группа.

Влияние группы значительно постольку, поскольку данный человек ценит свое участие в ее жизнедеятельности. Ее члены находятся в повседневном общении, между ними возникает множество отношений, основанных на чувствах, а их отношения друг к другу и их оценки различных социальных факторов, событий, других людей неизбежно выражаются в эмоциональной форме. Группа осуждает или одобряет, радуется или негодует, Еремина Н.П. Психологические аспекты личности подростка «группы риска» // Сибирский юридический вестник. № 3.

2001. с.59.

и потому общие настроения или мнения выступают ее основными социально психологическими и духовными факторами. Настроения и мнения, господствующие в группе, неизбежно передаются ее членам.

Однако данные группы могут быть не постоянными. Например, у мигрантов значительно чаще, чем у постоянных жителей, оказываются деформированными или даже вообще разорванными семейные и родственные связи. В итоге образуется своего рода «вакуум общения», который не может оставаться незаполненным. Данное обстоятельство толкает молодого человека (ведь в основном мигранты - это молодежь) на поиск компенсирующих связей и контактов в различного рода компаниях и одновременно повышает степень влияния членов таких компаний на новосела или недавнего жителя.

Особенно сильное влияние микросреды испытывают женщины, т.к. в отличие от мужчин, им свойственно более эмоциональное восприятие негативных сторон окружающей микросреды. Потребности женщин, характеризуемых противоправным поведением, определяются тем образом жизни, который они ведут, а интересы их в значительной степени определяются образом жизни лиц из своего ближайшего окружения. Материальное положение их довольно трудное. Многие из них живут вне семьи. Отдельную категорию среди преступниц составляют одинокие женщины, не имеющие или почти не имеющие связи с родственниками, у которых отсутствуют всякие привязанности. Именно такие женщины чаще всего оказываются вне всякого социального контроля. У этих лиц полностью или частично нарушено чувство самоуважения, человеческого достоинства. Среди таких женщин чаще всего встречаются хронические алкоголики, наркоманки. Практически в половине случаев женщины страдают данным заболеванием. Исследования показывают, что на момент совершения преступления только 50,8 % женщин-преступниц состояли в браке или проживали гражданским браком, остальные были разведены либо вообще не были замужем, к совершению преступления они пришли в результате распада семьи или другой личной драмы. Для всех таких женщин характерны плохие отношения в семье: 34,5 % - пьянство членов семьи, 13,3 % - плохое материальное положение, 7 % - плохие жилищные условия.45 При изучении личности женщин, совершивших преступление, прежде всего обращает на себя внимание то, что подавляющее большинство преступлений совершается женщинами в результате семейно-бытовых отношений или отношений, сопутствующих им. Внутрисемейные отношения для многих женщин имеют определяющее значение. Эти отношения в некоторых случаях руководят не только положительным поведением женщины, но иногда и отрицательным, асоциальным. Даже в тех случаях, когда женщина не уступает мужчине в общественной и деловой жизни, ее положение в семье Бабаев М.М., Антонян Ю.М, Социальная среда и личность преступников-мигрантов и постоянных жителей. Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск 22. – М.: «Юрид. лит». 1975. с.15.

Гадзиковская М.А. Социально-ролевая характеристика воровок. / Правовые проблемы укрепления российской государственности: Сб.ст./ Под ред. С.А. Елисеева. – Томск, 2002. Ч. 9. с. 129.

Синьков Д.В. Роль микросреды в детерминации преступного поведения женщин. Сибирский юридический вестник. Выпуск 4. 2002.

отличается определенными особенностями. Семья в настоящее время перестала быть многопоколенной, а поэтому основная тяжесть ухода за детьми, ведения домашнего хозяйства ложится на мать. Женщина больше занята с детьми;

в случае развода дети, как правило, остаются с матерью;

забота о материальном обеспечении семьи также большей частью определяется и осуществляется женщиной. Следует помнить, что криминогенные факторы взаимодействуют между собой;

криминогенные процессы и явления, будучи разнородными по генезису, сфере, формам, интенсивности проявления, вместе с тем обычно реализуют свою негативную направленность совокупно, взаимоусиливая друг друга и на уровне объекта, и применительно к конкретной микросреде или личности. В определенной мере именно этим обстоятельством можно объяснить то, что сама женская преступность в значительно меньшей степени подвержена изменениям и колебаниям, чем мужская преступность. Такое положение определяется прежде всего относительной устойчивостью всех основных звеньев преступности женщин за последние годы.

Для правильного разрешения конкретного уголовного дела важно определить характер и причины конфликта, лежащего в основе преступного поведения. Закон требует при назначении наказания учитывать личность виновного и все обстоятельства дела. Выяснение системы ценностных ориентаций личности, отношения к нормам права и социальным нормам, принятым в данной малой социальной группе, дает возможность избрать более эффективную меру правовой ответственности.

Как представитель определенной микрогруппы, индивид отражает ее интересы. Материальная обеспеченность разных групп населения - это фактор, отражающий их образ жизни, формирующий потребности, при удовлетворении которых им приходится преодолевать проблемные ситуации.

Материальные потребности у разных групп населения неодинаковы как в силу развития самих потребностей, так и в силу возможностей их удовлетворения. Эти потребности задаются не только образом жизни, но и возможностями их удовлетворения, складываются из учета внешних обстоятельств и следования внутренним побуждениям. Это обстоятельство надо иметь в виду, т.к. на образ и стиль жизни оказывает влияние такой психологический механизм, как идентификация, т.е. отнесение себя к определенной социальной группе и соответственно ориентация на ее ценности, нормы и социальные ожидания.

В наибольшей степени показатели дифференциации материальной обеспеченности находят отражение в корыстной преступности, более опосредованное - в насильственной. Представляется, что оценка лицом существующих различий в материальной обеспеченности, отношение индивида к предметам, составляющим материальную обеспеченность, позволяют выявить Серебрякова В.А Преступность среди женщин как объект криминологического изучения Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск 22. – М.: «Юрид. лит.», 1975. с. 36-37.

Арсеньева М.И., Серебрякова В.А. Особенности формирования противоправного поведения женщин и некоторые аспекты его предупреждения // Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск 36. – М.: «Юрид. лит», 1982. с. 23.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.