авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ...»

-- [ Страница 3 ] --

Интерпретация представляет собой достаточно свободный творческий акт. Вследствие этого герменевтический стандарт характеризуется терпимостью к множественности результатов интерпретации. Научные теории в развертывании своего содержания предполагают формальные операции со знаками специального языка, выражающего параметры объекта. Это обстоятельство обращает внимание на значимость языка теории для ее построения и развертывания. С этим связана проблема исследования выразительных возможностей языка и четкого осознания того, какие предпосылки, идеализации и гипотезы допускаются, когда ученые принимают тот или иной язык. Сам процесс продвижения к истинной теории есть также и своеобразная успешность выразительных возможностей языка.

Язык теории, надстраиваясь над естественным языком, в свою очередь подчинен определенной иерархии, которая обусловлена иерархичностью самого научного знания.

Многообразные науки имеют самостоятельные предметные сферы и связаны необходимостью существования специфических языков. Язык – это способ объективированного выражения содержания науки. Язык науки – это специфический понятийный аппарат научной теории и приемлемые в ней средства доказательства. Многие ученые считают, что развитие науки непосредственно связано с развитием языковых средств выражения, с выработкой более совершенного языка и с переводом знаний с прежнего языка на новый. Говорят об эмпирическом и теоретическом языках, языке наблюдений и описаний, количественных языках и т.д.

Многообразная спецификация различных типов языков вызвала к жизни проблему классификации языков научной теории. Одним из ее плодотворных решений была классификация языков научной теории на основе ее внутренней структуры, в которой языки различаются по тому в какой из подсистем теории они преимущественно используются:

1. Ассерторический – язык утверждения, с его помощью формулируются основные утверждения данной теории. Ассерторические языки делятся на формализованные и неформализованные. Первые – любые формальные логические языки. Вторые – фрагменты естественных языков, содержащие утвердительные предложения, дополненные научными терминами.

2. Модельный – язык, который служит для построения моделей и других элементов модельно-репрезентативной подсистемы. Эти языки также подразделяются на формализованные и неформализованные. Формализованные основываются на использовании средств математической символики.

3. Процедурный – язык, занимающий подчиненный ранг классификации и служащий для описания измерительных и экспериментальных процедур, а также правил преобразования языковых выражений, процессов постановки и решения задач. Их особенностью является однозначность предписаний.

4. Аксеологический – язык, создающий возможность описания различных оценок элементов теории, располагает средствами сравнения процессов и процедур в структуре самой научной теории.

5. Эротетический – язык, ответственный за формулировку вопросов, проблем, задач или заданий.

6. Эвристический – язык, осуществляющий описание исследовательского поиска в условиях неопределенности. С его помощью производится постановка проблемы.

Осевые составляющие языка – знак и значение. Под значением понимают смысловое содержание слова. Знак определяется как материальный предмет, явление или событие, выступающие в качестве представителя других предметов, явлений или событий и используемые для приобретения, хранения, переработки и передачи информации. Языковой знак – это образование, репрезентирующее предмет, свойство, отношение действительности.

Совокупность данных знаков, их особым образом организованная система образует язык.

Существует три пути создания искусственных языков теории: а) терминологизация слов естественного языка, б) калькирование терминов иноязычного происхождения, в) формализация языка. Однако, язык не всегда располагает адекватными средствами воспроизведения опыта, поэтому как на этапе построения, так и развития теории стоит проблема соотношения формальных языковых конструкций и действительности.

Тема. Научные традиции и научные революции.

Концепция исторической динамики научного познания Т. Куна Т. Кун впервые рассмотрел традиции как основной конституирующий фактор развития науки. Он обосновал, казалось бы, противоречивый феномен: традиции являются условием возможности развития науки. Любая традиция всегда относится к прошлому, опирается на прежние достижения. Что является прошлым для непрерывно меняющейся науки? Научная парадигма, которая всегда базируется на прошлых достижениях (совокупность знаний, методов, ценностей, образцов решения конкретных задач, разделяемая членами научного сообщества). С ее установления начинается этап нормальной науки. Кун утверждал, что ученые не ставят себе цели создания новых теорий, к тому же они нетерпимы к созданию таких теорий другими.

Как же тогда происходит научное развитие? Ученый систематизирует известные факты;

дает им более детальное объяснение в рамках существующей парадигмы;

открывает новые факты, опираясь на предсказания господствующей теории;

совершенствует опыт решения задач и проблем, возникающих в контексте этой теории. Традиция не только не тормозит эту деятельность, но и является ее условием. Но, действуя по правилам господствующей парадигмы, ученый случайно и побочным образом наталкивается на такие факты и явления, которые не объяснимы в рамках этой парадигмы. Возникает необходимость изменить правила научного исследования и объяснения. Это слабое место в теории Куна:

парадигма задает угол зрения и то, что находится за его пределами, не воспринимается, поэтому новое явление нельзя проинтерпретировать адекватно. Например, след электрона в камере Вильсона разветвлялся. Это отнесли к погрешностям эксперимента. А когда Дирак на кончике пера открыл позитрон, стала ясна истинная причина этого явления.

Отечественные философы науки (Степин В.С., Горохов В.Г., Розов М.А.) усовершенствовали теорию Куна, прежде всего, разработкой концепции многообразия научных традиций, которая различает научные традиции по содержанию, функциям и способу существования.

По способу существования можно выделить вербализованные (существующие в виде текстов) и невербализованные (не выразимые полностью в языке) традиции. Первые реализованы в виде текстов монографий и учебников. Вторые бытуют в виде действий:

«красивое решение задачи», «создание эстетической теории», «изящно поставленный эксперимент» и т.п. Такие неявные знания передаются от учителя к ученику в виде образцов.

Розов выделил два типа образцов: а) образцы действия и б) образцы-продукты. Первые предполагают возможность продемонстрировать технологию производства предмета, проведения химического анализа или решения математических уравнений. Но показать технологию «производства» аксиом, дать «рецепт» построения удачных классификаций еще никому не удавалось. Аксиомы и классификации – образцы неких продуктов, в которых глубоко скрыты схемы действия, с помощью которых они получены. Они не вполне ясны и для самого их создателя.

Если в традиции есть кроме явного также и неявное знание, то научная парадигма – это не замкнутая сфера норм и предписаний научной деятельности, а открытая система, включающая и неявное знание, почерпнутое не только из сферы научной деятельности, но и из других сфер жизнедеятельности ученого (музыка, художественные произведения, религиозно-мистический опыт и т.п.).

Вопрос о том, как возникает новое знание в науке – один из главных в истории философии науки. Для уточнения понятия «новое» в науке М.А. Розов выделяет незнание и неведение. Незнание предполагает возможность сформулировать задачу исследования того, чего мы не знаем. В сфере незнания ученый знает, чего он не знает и он может, например, сказать: «Я не знаю причины такого-то явления». Когда эти причины будут выявлены, можно говорить о появлении нового знания в науке. Такое новое является результатом целенаправленных, преднамеренных действий ученых. Иначе говоря, новое здесь выступает как расширение знания о чем-то уже известном. Неведение, в отличие от незнания, можно высказать только в форме утверждения «я не знаю, чего не знаю». Трудно представить ситуацию, когда кто-то из ученых ставил задачу открыть то, что никому до сих пор не было известно. Например, в античности никто не знал о квантовой механике и Демокрит, например, в принципе не мог ставить вопрос о вращении электрона.

И незнание и неведение преодолеваются только в рамках научных традиций.

Относительно незнания было показано, что традиция помогает ученым наращивать знания о предметах, процессах и явлениях. А относительно преодоления неведения есть несколько концепций:

1. Концепция «пришельцев». Ее смысл прост: в какую-то науку приходит ученый из другой научной области. Не связанный традициями новой для себя науки, «пришелец»

начинает решать ее задачи с помощью методов своей «родной»науки. Например, Пастер комбинировал традиции химии и биологии.

2. Концепция побочных результатов исследования. Работая в традиции, ученый иногда случайно получает какие-то побочные результаты и эффекты, которые им не планировались. Ученый их замечает в силу их необычности для той традиции, в которой он работает. Объясняя эту необычность, ученый выходит за узкие рамки одной традиции и создает новое.

3. Концепция «движения с пересадками». Побочные результаты, непреднамеренно полученные в рамках одной из традиций, будучи для нее бесполезными, могут оказаться очень важными для другой традиции. Так Кулон придумал свои крутильные весы для измерения сопротивления и упругости материалов, но закон кулона появился только тогда, когда этот прибор был использован в традиции учения об электричестве. Поэтому открытие Кулона – результат перехода ученого из одной исследовательской традиции в другую.

Тема. Познание как операциональный процесс.

Соотношение субъекта и объекта научно-познавательной деятельности, проблема истины и ее критериев Познание - это активное и творческое отражение действительности в сознании человека. В познании человек не просто пассивно регистрирует идущую извне информацию он активно участвует в выстраивании образа действительности. Знание есть результат познавательной деятельности, результат активного взаимодействия субъекта, т. е. того, кто познает, с объектом, т. е. тем, что познается.

Познание по своей природе – это общественный процесс. Хотя непосредственно его осуществляет отдельный индивид, но прежде, чем он начнет заниматься познанием, он должен освоить те знания, которые были добыты предыдущими поколениями и, в свою очередь, он передаст полученные им знания последующим поколениям людей. Поэтому реальным субъектом познания выступает общество в целом.

Знания необходимы человеку для ориентации в окружающем мире, для объяснения и предвидения событий, для планирования и реализации деятельности – человеческого вида активности, которая без знаний была бы невозможна.

Но, как и на основе чего возникают знания?

Они возникают на основе информации. Нередко понятия «знание» и «информация»

отождествляют. Но это неправильно.

Говоря, что субъект А отражает объект В, мы имеем в виду, что определенные изменения в А соответствуют определенным изменениям в В и вызываются ими. От В к А идет поток сигналов, который в субъекте особым образом преобразуется.

Объект сигналы (информация) субъект переработка знание Т.о., в качестве знаний выступает не вся информация, идущая от В и воспринимаемая А, но лишь та ее часть, которая особым образом преобразована и переработана А. В процессе переработки информация должна приобрести знаковую форму с помощью других знаний, хранящихся в памяти, должна получить смысл. Следовательно, знание – это всегда информация, но не всякая информация является знанием.

Проблема истины – центральная в теории познания. Она возникает на ранних этапах развития философии, проходит через последующие периоды ее развития и остается актуальной в наши дни. Решение этой проблемы предполагает ответ на два вопроса: «Каковы формы существования истины?» и «Каковы средства достижения истины?».

Поиски ответа на вопрос о формах существования истины привели к созданию целого спектра философских концепций, в которых можно различить два принципиальных подхода:

онтологический и гносеологический. Наиболее древний из них – онтологический. В рамках этого подхода истина рассматривается как особого рода бытие. Пример такого отношения – философия Платона: он понимал истину как одну из идей, существующих автономно от человека в особом царстве мысли. Другим примером онтологизма является теологическое представление о Боге как единственной истине. Независимо от вариаций суть онтологизма одна и та же: истина есть независящая от субъекта реальность.

В рамках гносеологического понимания истина есть характеристика знания, не существующая в отрыве от познающего субъекта, этим знанием обладающего.

Гносеологический подход представлен рядом концепций.

1. Наиболее распространенная среди них – т.н. классическая концепция истины. Ее суть: истина есть соответствие знаний действительности. Этой концепции придерживались Локк, Спиноза, просветители, Гегель, диалектические материалисты.

В классической концепции истине приписывается ряд характеристик.

- Объективность истины предполагает независимость содержания истинного знания от познающего субъекта. Если по содержанию истина объективна, то по форме она всегда субъективна, т.к. существует только посредством человека.

- Абсолютность истины понимается как идеал знания, к которому движется человечество в бесконечной череде поколений – это не реальное содержание знания, а только нормативный принцип познавательной деятельности. В реальном познании истина существует в относительной форме. Относительность истины означает ее неполноту, незавершенность, условность.

- Единство объективности и субъективности, абсолютности и относительности в знании определяет еще одно свойство истины – динамичность. Истина динамична, поскольку абсолютное в ней существует через относительное, а объективное через субъективное, т.е. истина существует только в движении, не как окончательный результат познания, а как сам процесс познания. С динамичностью истины связана ее конкретность.

Она означает, что не существует истины, неизменной для всех ситуаций, истинное знание спроецировано на те обстоятельства, в которых оно получено.

В рамках гносеологического подхода помимо классической концепции истины существует и ряд других.

2. Конвенциональная концепция трактует истину как соглашение между членами научного сообщества.

3. Прагматическая концепция отождествляет свойство истинности с полезностью знания, истинным в ней признается такое знание, которое ведет к успеху. Но, полезное знание – это не всегда знание истинное. Когда один рыбак говорит другому, что надо выходить на рыбалку сразу после восхода солнца, то это практически полезное знание.

Однако, утверждение, что вращается солнце, а не земля, с точки зрения астрономии ложно.

Тем не менее, в практическом смысле для решения задачи рыбной ловли ложность этого утверждения несущественна. Бывает наоборот, когда истинное знание в конкретной ситуации бесполезно. Так, бесполезен правильный диагноз в условиях отсутствия нужных лекарств.

4. Когерентная концепция трактует истину как свойство самосогласованности знания, устанавливающееся на разных уровнях: внутри теории, между различными теориями в рамках одной научной дисциплины, между различными дисциплинами и т.д. Истинным в рамках этой концепции признается такое знание, которое вписывается в уже существующую систему общепринятого знания, оно системно, доказательно и стройно.

Т.о., однозначного ответа на вопрос о критерии истины в философии нет. Этот ответ представляет собой комплекс вариантов, каждый из которых несет в себе частицу истины.

Для постижения истины используются две различные познавательные процедуры:

объяснение и понимание, являющиеся необходимым условием познавательной деятельности.

Объяснение – это процедура раскрытия сущности одного явления через другое, имеющее статус достоверного, очевидного. При объяснении происходит подведение предмета под общий закон с выявлением причин его появления, источников развития и механизмов действия. В результате объяснения теряется уникальность объясняемого предмета или явления. Такой путь познания характерен для естественнонаучного знания.

Понимание – это процедура постижения смысла, которая может осуществляться либо путем психологического «вживания» в цели, представления и чувства индивидов, либо путем интерпретации значения знаков, социальных институтов и т.п.

Понимание значительно расширяет палитру познавательных средств, включая в них интуицию, чувства, переживание. Тем не менее, процедуру понимания не следует ква лифицировать как иррациональный способ познания, иррациональный момент не является в ней основным.

Понимание представляет собой постижение действительности в ее уникальности.

Важнейший принцип понимания – принцип конкретности, учет обстоятельств, ситуации, контекста. Такой путь познания характерен для социально-гуманитарного знания.

Тема. Особенности современного этапа развития науки Синергетика – от древнегреч. содействие, соучастие. Означает согласованное действие, непрерывное сотрудничество, совместное использование. Год рождения – 1973 с конференции о проблемах самоорганизации. Хакен обратил внимание на то, что корпоративные явления наблюдаются в разных системах (астрофизические и гидродинамические явления, образование циклонов, динамика популяций и явления моды).

При переходе от неупорядоченного состояния к состоянию порядка все эти системы ведут себя схожим образом. В связи с кризисом узкоспециализированных областей знания информацию необходимо сжать до небольшого числа законов, концепций или идей, и синергетика – одна из таких попыток: раз принципы самоорганизации всех систем одни и те же от электронов до людей, то можно говорить об общих детерминантах природных и социальных процессов.

Синергетика включила в себя новые приоритеты современной картины мира:

концепцию нестабильного неравновесного мира, феномен неопределенности и многоальтернативности развития, идею возникновения порядка из хаоса. Система всегда открыта и обменивается энергией с внешней средой. Неравновесные состояния связаны с потоками энергии между системой и внешней средой. Процессы локальной упорядоченности совершаются за счет притока энергии извне. Ее переработка проходит много этапов, что в конце концов и приводит к упорядоченности, к образованию структур. При изменяющихся параметрах одна и та же система может демонстрировать различные способы самоорганизации. В сильно неравновесных условиях системы начинают воспринимать те факторы, к которым они были безразличны в более равновесном состоянии. Следовательно, для поведения самоорганизующихся систем важна интенсивность и степень их неравновесности.

Саморазвивающиеся системы находят внутренние формы адаптации к окружающей среде. Неравновесные условия вызывают эффекты корпоративного поведения элементов, которые в равновесных условиях вели себя независимо и автономно. В отсутствии равновесия когерентность, т.е. согласованность элементов системы в значительной мере возрастает. Так, в равновесии молекула видит только своих соседей и «общается» только с ними. Без равновесия каждая часть системы видит всю систему целиком. Можно сказать, что в равновесии материя слепа, вне равновесия прозревает. Эти коллективные движения Хакен называет модами.

Синергетические системы на уровне неорганической материи образуют упорядоченные пространственные структуры. На уровне одноклеточных организмов они коммуницируют посредством сигналов. Многоклеточные организмы осуществляют многообразное кооперирование в процессе своего функционирование. Биологическая система опирается на наличие кооперативных зависимостей. Работа головного мозга – «шедевр кооперирования клеток».

В центре внимания синергетики процессы структурирования и хаотизации. Хаос может быть простым, сложным, детерминированным, перемежаемым, узкополосным, крупномасштабным, динамичным и т.п. Т.о., он предстает не как бесформенная масса, а как сверхсложноорганизованная последовательность, логика которой представляет значительный интерес. Хаос определяют как нерегулярное движение с непериодически повторяющимися, неустойчивыми траекториями, где для корреляции пространственных и временных параметров характерно случайное распределение. В социальном мире к нему существует негативное отношение, от него стремятся избавиться, что выражается в торжестве рационалистических утопий и тоталитарных режимов, желающих установить «полный порядок».

Современное научно-теоретическое сознание предлагает конструктивное понимание роди процессов хаотизации. Восстанавливается античная традиция (Гесиод), в которой хаос наделялся формообразующей силой, порождающей из себя ряды сущностей. Наука о хаосе – это наука о процессах, а не о состояниях, о становлении, а не о бытии.

Взаимосвязь структурирования и организации выражена в отношениях бинарности и дополнительности. Бинарность – это оппозиция порядка и хаоса, которая связана с результативными эффектами: отрицание, трансформация с сохранением исходной основы (больше порядка или больше хаоса), разворачиванием противостояния на новой основе (времена другие, а порядки все те же). Отношение дополнительности предполагает вторжение неструктурированных сил и осколочных образований в организованное целое.

Для освоения синергетических систем принята новая стратегия научного поиска, основанная на древовидной ветвящейся графике, образ которой воссоздает альтернативность развития. Она предполагает учет принципиальной неоднозначности поведения систем и составляющих их элементов, возможность перескока с одной траектории на другую и утрату системной памяти, когда система забывает свои прошлые состояния, действует спонтанно и непредсказуемо. Применительно к истории такой подход реализовал А. Тойнби, выразивший многовариантность цивилизационного развития, при котором важно воздействие великих людей, пророков и т.д.

Освоение самоорганизующихся систем связано с рядом понятий. В условиях, далеких от равновесия действует бифуркация, предполагающая наличие точек раздвоения и неединственность продолжения развития, почему ее результаты труднопредсказуемы.

Флуктуации означают возмущения и создаются как внешней средой, так и самой системой.

Они могут привести либо к хаосу, либо к упорядоченности иного уровня. Система, по которой рассеиваются возмущения, называется диссипативной. Ее основное свойство – необычайная чувствительность к всевозможным воздействиям и в связи с этим чрезвычайная неравновесность. Выделяется такая структура как атракторы – притягивающие множества, образующие собой центры, к которым тяготеют элементы. Синергетика исследует феномен онтологической неопределенности, который фиксирует отсутствие реального референта будущего. Феномен неопределенности отождествим с потенциальной полнотой всех возможных изменений в пределах существующих фундаментальных физических констант. К самоорганизующимся системам применимы статистические закономерности. Их действие обнаруживается там, где на фоне множества случайных причин существуют глубокие необходимые связи. Они не дают абсолютной повторяемости, однако в общем случае правомерна их оценка как закономерностей постоянных причин.

Когда условия мешают системе перейти в состояние равновесия, она делает лучшее, что ей остается – переходит в состояние такой энтропии, которая настолько близко к равновесию, насколько это позволяют обстоятельства. Использование этого принципа придает познанию вероятностный характер. С ним связаны инновационные средства научного поиска – «case studies», «абдукция» и «куматоид».

Анализ по типу «case studies» (ситуационных исследований) предполагает изучение отдельных, специальных ситуаций, которые не вписываются в устоявшиеся каноны объяснения. Восходит к описательному методу Баденской школы неокантианства.

Преимущества таких исследований состоят в том, что в них содержание системы знания раскрывается в контексте определенного набора условий, конкретных форм жизненных ситуаций. Абдукцией называется «заключение к наилучшему объяснению фактов», она используется, когда ученый пытается отыскать наиболее удачное объяснение происходящему.

Куматоид (от греч. – волна) – «плавающий» объект, который может появляться, образовываться, а может исчезать, распадаться. Например, народ не может быть локализован в определенном пространственно-временном участке, нельзя собрать всех его представителей. Однако, этот объект не фиктивен, а реален, наблюдаем и изучаем. Другой пример – студенческая группа – тоже то появляющийся, то исчезающий объект, который обнаруживает себя не во всех системах взаимодействий.

Новые стратегии научного поиска указывают на принципиальную гипотетичность знания: несмотря на непредсказуемость флуктуаций, набор возможных траекторий системы ограничен. Траектории тяготеют к определенным типам-атракторам и приводят систему, нестабильную относительно мельчайших изменений начальных условий, в новое стабильное состояние.

Осмысление взаимосвязей внутринаучных и социальных ценностей как условие современного социального развития. Сциентизм и антисциентизм.

Постнеклассическая наука и изменение мировоззренческих ориентаций. Соотношение науки и паранауки.

Тема. Специфика естественнонаучного и гуманитарного познания Проблема разграничения наук о природе и социально-гуманитарных наук и определение предмета гуманитарного знания является важнейшей методологической проблемой современной философии науки. Сложность ее решения связана с тем, что относительно предмета социально-гуманитарных наук не существует единства мнений. Чаще всего различные исследователи пытаются выделить среди этих наук какую-то ключевую дисциплину, вокруг которой можно было бы объединить все другие «науки о духе». Для Гадамера такой ключевой дисциплиной выступает история (а потому все остальные социально-гуманитарные науки он трактует как науки исторические);

структурализм центральной дисциплиной признает лингвистику, постмодернизм — этнологию и т. д.

Наука как система знаний о мире, выраженных в концептуально-понятийной форме, и как особый вид деятельности, функцией которой является выработка и теоретическая систе матизация объективных знаний о действительности, сложилась в Европе на рубеже XVI— XVII вв., когда происходит отделение от спекулятивного философствования позитивных пут, стремящихся объяснить объективные свойства вещей и законы природы. По мере развития науки как особой сферы культуры она оформляется как социальный институт и постепенно превращается в доминирующую форму общественного сознания, в «решающий способ, каким для нас предстает все, что есть». С этого времени наука претендует на исключительное положение в культуре, и возникает убеждение, что «действительность, в которой живет современный человек, определяется западноевропейской наукой».

При этом наука сформировалась в XVII в. в лице экспериментально-математического естествознания и была представлена науками о природе, которым присущ ряд особенностей:

Утверждение экспериментально-опытного источника знаний, а также 1.

требование эмпирической проверки положений теории.

Использование математического языка в качестве средства описания 2.

реальности.

Стремление представить сложный и многообразный мир в виде устойчивой 3.

законообразной структуры (путем разделения закона, выражаемого математическими уравнениями, и начальных условий, описывающих некоторое мгновенное состояние кон кретной системы). Любой процесс индивидуален и обусловлен бесчисленным множеством факторов, однако в то же время он подчиняется универсальным, единым законам. Таким образом, в науках о природе утверждается принцип простоты согласно которому видимая сложность мира лишь скрывает лежащую в его основании простоту, ибо любое многообразие в конечном счете сводимо к ограниченному числу фундаментальных законов природы.

Утверждение возможности причинного объяснения явлений.

4.

Признание атемпоральности реальности, стремление абстрагироваться от 5.

развития изучаемых объектов. Согласно принципу обратимости времени исследуемые системы с течением времени не претерпевают качественных изменений и в них происходит только развертывание количественных форм.

Господство механицизма утвердило разрыв между естественнонаучным знанием и гуманитарной культурой. В XIX в. исторические и культурологические науки, занимающиеся исследованием культурных образований и сфер человеческой культуры (таких как искусство, религия, государство, экономика, право и т. п.), начинают противопоставляться наукам о природе. К наукам о духе, сфера которых очерчивается духовно-культурной дея тельностью человека, относятся история, философия, социология, теология, этика, эстетика.

Резкую грань между естественными науками и науками о духе впервые провел В. Дильтей.

Задачей наук о духе он считал переживание проявлений общественно-исторической действительности, их осмысление и понимание. С точки зрения Виндельбанда и Риккерта, различие наук о природе и наук о духе состоит в том, что естественные науки являются законополагающими (номотетическими), в то время как исторические науки описывают индивидуальные явления и должны быть отнесены к разряду идеографических.

Несмотря на признание того, что принцип причинности имеет силу в социально гуманитарных науках, здесь он должен быть дополнен представлениями о цели, ценности и смысле.

Можно говорить о том, что к настоящему времени сложились три идеала научности:

математический, естественнонаучный (сформулированный на базе физики) и гуманитарный, причем последний находится еще в стадии разработки. Каждый из этих идеалов научности включает в себя принятую в той или иной области знания систему познавательных ценностей, способов аргументации и доказательства и структурных принципов организации знания. Для социально-гуманитарного знания характерна, во-первых, более широкая трактовка субъекта познания, включающая в себя человека с его способностями, знаниями и т.

п. и, во-вторых, идеал гуманитарного знания включает в себя не только познание, но и оценочную деятельность.

Объект исследования социально-гуманитарных наук отличается от объекта естественных по нескольким позициям. Во-первых, поскольку конкретная история индивидуализирована, социальные и культурные процессы и явления нельзя изучать в «чистом виде» или условиях социального экспериментирования. Во-вторых, в структуру и содержание объекта социально гуманитарного познания с необходимостью входит субъект познания. Объективация предмета познания оказывается в этом случае неполной и сопряжена с большими методологическим трудностями. В-третьих, исследование объекта осуществляется в социально-гуманитарном знании с ценностных позиций, поскольку субъект познания, будучи сам частью социальной системы, оказывается нагруженным идеологическими предпосылками, предрассудками, некритически воспринятыми установками и т. п.

В настоящее время наблюдается конвергенция и взаимодействие естественнонаучного и социально-гуманитарного знания. Логику развития методологии гуманитарного познания можно представить следующим образом: сначала проблематика методологии гуманитарных наук развивалась в направлении выявления и обоснования их специфики по сравнению с науками о природе. Главной на этом этапе является проблема идентификации социально гуманитарных наук и их демаркации от наук естественных. Обоснованию специфики социально-гуманитарного познания посвящены работы Дильтея («Описательная психология»), Гадамера («Истина и метод»), Фуко («Слова и вещи»), Рикера («Герменевтика и метод гуманитарных наук»), Деррида («Структура, знак и игра в дискурсе гуманитарных наук»). Все они рассматривают специфику гуманитарных наук через оппозицию естествознанию и позитивистским представлениям. Ключевым понятием программы Дильтея является понятие индивидуальности. Отличие гуманитарных дисциплин он видит в том, что они занимаются индивидуальными предметами и рассуждают не только о личностях, но и о народах, государствах и культурах как об индивидуальностях, что ведет к психологизации гуманитарных наук. Гадамер рассматривает социально-гуманитарные науки прежде всего как исторические науки, укорененные в человеческом бытии, а потому в них имеют первостепенное значение жизненный опыт человека, а также воспитанный вкус и здравый смысл.

В дальнейшем методология социально-гуманитарного познания развивается в рамках структурализма, который впоследствии эволюционирует к постструктурализму и далее к постмодернизму. Суть этой эволюции состоит в понимании гуманитарных наук как определенного речевого ансамбля. Их объединяет общее проблемное поле, а также совокупность правил и норм познания, которые вырабатываются общими усилиями и являются для социально-гуманитарных наук междисциплинарными. В отличие от эмпирических наук о природе, нацеленных на поиск причинных связей, эмпирические науки о языке и социальной жизни направлены прежде всего на выявление структурных связей.

Другой особенностью социально-гуманитарных наук является заимствование ими понятий и концептуальных моделей из различных областей конкретно-научного знания (биологии, экономики, лингвистики).

С переходом к постмодернизму становится все более популярной идея неразличимости гуманитарных и естественных наук и намечается тенденция к отказу от демаркации научного и ненаучного знания.

Конкретно-чувственное и абстрактно-логическое познание, их формы. Основные эпистемологические концепции философии науки XX в. (М. Полани, К. Поппер, И. Лакатос) Как осуществляется процесс познания?

Большинство философских систем выделяли два этапа: чувственное и рациональное познание. В реальном процессе познания чувственное и рациональное внутренне взаимосвязаны, взаимопроникают друг в друга. Однако значение каждой из этих ступеней познания часто оценивается неоднозначно. Свое выражение их противоположные оценки нашли в эмпиризме и рационализме.

Сущность эмпиризма сводится к утверждению решающей роли чувственного опыта как источника познания. Его расцвет пришелся на XVII – XVIII вв. и связан, прежде всего, с именами Бэкона и Локка. Широкое распространение он получил в ХIХ в., выступив в качестве гносеологической основы позитивизма.

Сторонники рационализма считали, что к истинному познанию ведет только мышление, противопоставляли мышление способности к чувственному познанию, полагали чувственное знание вероятностным, приблизительным, недостоверным. Рационализм XVIII в. признавал господство разума неограниченным.

Но, чувственное познание и рациональное познание являются двумя сторонами одного познавательного процесса, поэтому их надо рассматривать в единстве.

Чувственное познание. Оно возникает при непосредственном взаимодействии субъекта с объектом и включает в себя ощущения, восприятия и представления. Ощущения отражают отдельные свойства объектов – красное, сладкое, твердое и т.д. Восприятие – образ предмета в целом: форма, величина, объем предмета и т.д. Представление – это чувственный образ предмета, с которым субъект непосредственно не взаимодействует, но который частично или полностью воспринимался ранее.

Чувственное отражение действительности – активный процесс. Это проявляется уже в ощущении и восприятии. На первый взгляд они являются пассивным запечатлением свойств внешних объектов. Но давно замечено, что восприятие опосредствовано прошлым опытом субъекта: человек воспринимает действительность через призму имеющегося у него опыта, прошлых взаимодействий с миром.

Роль чувственного познания весьма значительна:

1) органы чувств являются единственным каналом, который непосредственно связывает человека с внешним миром;

2) рациональное знание базируется на анализе того материала, который дают органы чувств, без такого материала и мышление было бы невозможно;

3) взаимодействия человека с окружающим миром осуществляется на основе информации, получаемой органами чувств.

Однако, возможности чувственного познания ограничены. Оно имеет дело только с тем, что может быть воспринято человеком. Оно не в состоянии реконструировать прошлое или представить будущее. Но это доступно для другой – рациональной формы познания.

Рациональное познание осуществляется с помощью мышления. Мышление есть процесс целесообразного отражения внутренних существенных связей и отношений явлений действительности. Если в ходе чувственного познания формируются чувственно-конкретные образы предметов, то в процессе мышления также создаются образы, но образы, абстрагированные от конкретных предметов. Абстрагирование представляет собой процесс мысленного выделения одних признаков предмета и отвлечение от других его признаков. Это означает, что за абстрактными понятиями стоит не предмет, как за конкретными понятиями, а его признак, взятый отдельно от самого предмета. Например, «белизна» или «честность».

Мышление, как ступень, более высокая по сравнению с чувственным познанием, оперирует как чувственными, так и понятийными образами.

Абстрактное мышление имеет три формы: понятие, суждение и умозаключение.

Понятие – это форма мышления, в которой отражаются существенные признаки отдельного предмета или класса однородных предметов («дом»). Суждение – форма мышления, в которой что-либо утверждается или отрицается о предметах, их признаках или отношениях («наступила весна»). Умозаключение – форма мышления, посредством которой из одного или нескольких истинных суждений по определенным правилам получается новое суждение.

Абстрактное мышление отличается от чувственного познания рядом характеристик:

1) способность к отражению общего в предметах (для чувственного познания все студенты в группе разные – оно фиксирует отличия по полу, росту, цвету волос и т.п., абстрактное мышление находит в них общее – все они люди, студенты, учатся в одной группе и т.п.);

2) способность к отражению существенного в предметах (у предметов бесконечное количество свойств, но мышление позволяет выделить главные из них, с помощью которых можно отличить данный предмет от всех остальных: цвет обложки учебника философии – это несущественный признак, а вот соответствие образовательному стандарту – существенный);

3) способность получать новые знания на основе уже имеющихся, без обращения к чувственным данным.

Методология современного научного познания Методология науки выделяет ее эмпирический и теоретический уровни. Под эмпирическим уровнем научного познания понимают знание, содержание которого может быть выражено терминами и предложениями, относящимися непосредственно к наблюдаемым явлениям или опытным данным. Под теоретическим уровнем понимают знание, содержание которого не имеет непосредственного чувственного носителя – коррелята.

Эмпирический и теоретический уровни науки должны рассматриваться в диалектическом единстве как взаимообуславливающие формы единой познавательной деятельности. Обращение к реальной исследовательской деятельности убеждает в том, что разделение эмпирического и теоретического во многом условно, относительно. Ни одно описание факта, ни один анализ источников не осуществляется без привлечения теоретического арсенала знания. Даже при самом элементарном наблюдении и фиксации опытных данных мы пользуемся теоретическими понятиями. Также и наоборот: при отсутствии эмпирических данных невозможным становится и построение теории. Поэтому предпочтительнее характеристика эмпирического и теоретического не столько как разных, застывших, строго фиксированных уровней научного знания, а как специфических, взаимопроникающих форм научной деятельности.

Эмпирическое исследование – это процесс непосредственного взаимодействия субъекта и объекта познания. Оно выполняет функции выявления фактов и эмпирических закономерностей с помощью наблюдения, измерения, описания и т.д. Специфика эмпирического уровня науки в том, что на нем преобладает чувственное познание, рациональный момент здесь присутствует, но имеет подчиненное значение. Поэтому исследуемый объект отражается преимущественно со стороны своих внешних сторон и проявлений. Характерными признаками эмпирического познания являются: сбор фактов, их первичное обобщение, описание наблюдений и экспериментальных данных, их систематизация, классификация и иная фактофиксирующая деятельность. Но эмпирическое исследование само по себе не дает необходимого и всеобщего знания, не может достаточным образом доказать необходимость явлений, выразить их в процессе диалектического развития.

Только теория дает всеобъемлющий, всесторонний анализ действительности, рассматривая совокупность всех противоречивых тенденций, вскрывая сущность вещей, их внутреннюю необходимость и закономерность. Теоретическое знание отражает явления и процессы со стороны их универсальных внутренних связей и закономерностей, постигаемых с помощью рациональной обработки данных эмпирического знания. Теория не есть просто суммирование эмпирических данных, ибо она формируется в процессе диалектического перехода от явления к сущности, от единичного к всеобщему, от случайного к необходимому.

Творческое преобразование знаний в этом процессе делает невозможным простое сведение теоретического к эмпирическому, как это считается, например, в неопозитивизме.

Теоретическая деятельность связана с продуцированием знаний иного качества, чем исходные.

Главная магистраль развития науки – это путь от проблем к теориям, которые эти проблемы решают.

Неопозитивист Р. Карнап представил схему образования теории следующим образом:

1) (х) (Рx Qx) – для всякого х, если х есть Р, оно, х есть также Q;

2) Pa – единичный объект Р обладает свойством а;

3) Qa – из 2-х первых утверждений следует: объект а имеет свойство Q.

Первое утверждение является универсальным в том смысле, что оно справедливо для всех х, которые подпадают под это утверждение. Универсальные утверждения называются законами. Второе и третье утверждения являются единичными. Единичные утверждения относятся к фактам. А теоретическое объяснение и есть такое, в котором между универсальными утверждениями и фактам существует определенное единство.

Данное суждение – классический пример импликации («если, то»). Любой стоматолог знает, что ели боль прерывистая и возникает при приеме пищи, то она свидетельствует о наличии в зубе кариесной полости. Здесь Р – прерывистая зубная боль, а Q – кариесная полость. Для всех наук, независимо от их специфики, свойственна одна и та же особенность – объединение общего и единичного посредством научного рассуждения.

Т.о., эмпирический и теоретический уровни науки различаются по объекту, видам знания и методам познания.

На эмпирическом уровне объект исследуется со стороны, доступной наблюдению и экспериментированию. Полученный эмпирический материал обобщается и систематизируется.

Теоретический объект представляет собой мысленную реконструкцию эмпирического объекта. Это абстракция, логическая модель реального объекта, выраженная, как правило, на специальном языке науки: научными терминами, знаками искусственного языка.

Различия по видам знания заключаются в следующем. На эмпирическом уровне содержанием знания являются научные факты и сформулированные на их основе эмпирические законы. Содержанием теоретического уровня являются научные понятия, категории, законы науки. Развитое научное знание выражается в форме научной теории.

Эмпирический и теоретический уровни различаются также по методам, которые делятся на эмпирические (наблюдение, описание, сравнение, измерение, эксперимент), с помощью которых осуществляется накопление, фиксация, обобщение и систематизация опытных данных, их статистическая и индуктивная обработка, и теоретические (аналогия и моделирование, формализация, идеализация);

с их помощью формируются законы науки, теории.

Структура, формы и методы эмпирического и теоретического познания Структура эмпирического знания представлена рядом характерных для него методов.

К ним относят наблюдение, сравнение, измерение и эксперимент.

Наблюдение - это целенаправленное систематическое восприятие объекта, доставляющее первичный материал для научного исследования. Целенаправленность важнейшая характеристика наблюдения. Концентрируя внимание на объекте, наблюдатель опирается на имеющиеся у него некоторые знания о нем, без которых нельзя определить цель наблюдения. Наблюдение характеризуется также систематичностью, которая выражается в восприятии объекта многократно и в разных условиях, планомерностью, исключающей пробелы в наблюдении, и активностью наблюдателя, его способностью к отбору нужной информации, определяемой целью исследования.

В научном наблюдении взаимодействие между субъектом и объектом опосредуется средствами наблюдения: приборами и инструментами, с помощью которых ведется наблюдение.

Как метод научного познания наблюдение дает исходную информацию об объекте, необходимую для его дальнейшего исследования.

Важную роль в познании играют сравнение и измерение. Сравнение представляет собой метод сопоставления объектов с целью выявления сходства или различия между ними.

Если объекты сравниваются с объектом, выступающим в качестве эталона, то такое сравнение называется измерением.

Наиболее сложным и эффективным методом эмпирического познания является эксперимент, опирающийся на другие эмпирические методы. Латинское слово experimentum означает «проба». Эксперимент - метод исследования объекта, при котором исследователь (экспериментатор) активно воздействует на объект, создает искусственные условия, необходимые для выявления определенных его свойств. Изучаемое явление в ходе эксперимента испытывается в контролируемых и управляемых условиях. Экспериментатор стремится выделить изучаемое явление в чистом виде, чтобы было как можно меньше препятствий в получении искомой информации.

Эксперимент предполагает применение определенных средств: приборов, инструментов, экспериментальных установок, характеризуется активным воздействием на объект, может быть повторен столько раз, сколько требуется для получения достоверных результатов. Различают натуральный и модельный эксперимент. Если первый ставится непосредственно с объектом, то второй - с его заместителем - моделью. Моделью может быть как материальный предмет (например, модель самолета), так и мысленная копия объекта. В этом случае имеет место мысленный эксперимент - мысленное воспроизведение реального эксперимента - рассуждение, основанное на представлении о реальном объекте. Процесс и результат эксперимента фиксируются средствами естественных и искусственных языков, они могут быть представлены в виде схем, чертежей, рисунков.

Данные, как наблюдений, так и экспериментов выражаются в двух типах понятий:

качественных и количественных. Качество – это общее предметов и процессов, изучаемых методами данной науки, то, что обозначается понятийным именем. Количество - это величина качества, то, что может быть измерено. Например, температура – это качество, а величина температуры – количество.

Как уже отмечалось, главное содержание эмпирического уровня научного познания – работа с фактами. «Научный факт» – это не просто фрагмент действительности, но знание о каком-либо предмете или явлении, достоверность которого доказана, т.е. полученное в ходе наблюдений и экспериментов. Иными словами, научный факт становится таковым, когда он является элементом логической структуры конкретной системы научного знания.

В понимании природы факта в современной методологии науки выделяются две крайние тенденции: фактуализм и теоретизм. Первый подчеркивает независимость и автономность фактов по отношению к различным теориям, а второй, напротив, утверждает, что факты полностью зависят от теории и при смене теорий происходит изменение всего фактуального базиса науки. Верное решение проблемы состоит в том, что научный факт, обладая теоретической нагрузкой, относительно независим от теории, поскольку в своей основе он детерминирован материальной действительностью.

Парадокс теоретической нагруженности фактов разрешается следующим образом. В формировании факта участвуют знания, которые проверены независимо от теории, а факты дают стимул для образования новых теоретических знаний. Последние, в свою очередь, если они достоверны – могут снова участвовать в формировании новейших фактов и т.д.

Ученый ищет факты не в слепую, а всегда руководствуется при этом определенными целями, задачами, идеями и т.п. Т.о., эмпирический опыт никогда не бывает слепым: он планируется, конструируется теорией, поэтому факты всегда теоретически нагружены. Поэтому исходный пункт науки – не голые факты, а теоретические схемы, концептуальные каркасы действительности. Согласно К. Попперу, является абсурдом вера в то, что мы можем начать научное исследование с «чистых наблюдений», не имея чего-то похожего на теорию.

Наивные же попытки обойтись без нее могут только привести к самообману или к некритичному использованию какой-то неосознанной точки зрения.

В научном познании факты играют двоякую роль: во-первых, совокупность фактов образует эмпирическую основу для выдвижения гипотез и построения теорий;

во-вторых, факты имеют решающее значение в подтверждении теорий (если последние соответствуют совокупности фактов) или их опровержении (если нет такого соответствия). Правда, расхождение отдельных фактов с теорией еще не означает, что ее надо сразу отвергнуть. От нее отказываются только тогда, когда все попытки устранить противоречие оказываются безуспешными.

Структура теоретического знания.

Структурными компонентами теоретического знания являются: проблема, гипотеза, теория и закон.


Проблема – это форма теоретического знания, содержанием которой является то, что еще не познано человеком, но что нужно познать. Иначе говоря, это знание о незнании, вопрос, возникший в ходе познания и требующий ответа. Умение верно поставить проблему необходимая предпосылка ее успешного решения. По мнению К. Поппера наука начинается не с наблюдений, а именно с проблем и ее развитие есть переход от одних проблем к другим – к более глубоким. Проблемы возникают по нему:

1) либо как следствие противоречия в отдельной теории, 2) либо при столкновении двух различных теорий, 3) либо в результате столкновения теории с наблюдениями.

Т.о., научная проблема выражается в наличии противоречивой ситуации. Решение какой-либо проблемы есть момент развития знания, в ходе которого выдвигаются те или иные концептуальные идеи и возникают новые проблемы. Научные проблемы следует отличать от ненаучных, как например, проблема создания вечного двигателя.

Гипотеза – это форма теоретического знания, содержащая предположение, сформулированное на основе ряда фактов, истинное значение которого неопределенно и нуждается в доказательстве. В ходе доказательства выдвинутых гипотез: а) одни из них становятся истинной теорией, б) другие видоизменяются, уточняются и конкретизируются, в) третьи отбрасываются, превращаются в заблуждение. Так, выдвинутая Планком квантовая гипотеза после проверки стала научной теорией, а гипотезы о существовании «теплорода», «флогистона» и «эфира», не найдя подтверждения, были отвергнуты.

Как форма теоретического знания гипотеза должна отвечать шести общим условиям:

1) Должна соответствовать установленным в науке законам (например, закону сохранения и превращения энергии).

2) Должна быть согласована с фактическим материалом, на базе которого и для объяснения которого она выдвинута, т.е. должна объяснить все имеющиеся достоверные факты.

3) Не должна содержать в себе противоречий, которые запрещаются законами формальной логики, но не противоречий, отражающих объективные противоречия мира (как наличие одновременно корпускулярных и волновых свойств у микрообъектов.

4) Должна быть простой, не содержать ничего лишнего, субъективистского, никаких произвольных допущений, не вытекающих из необходимости познания объекта таким, каков он в действительности.

5) Должна быть приложимой к более широкому классу исследуемых родственных объектов, а не только к тем, для объяснения которых она специально была выдвинута.

6) Должна допускать возможность ее подтверждения или опровержения (либо непосредственное наблюдение тех явлений, существование которых ею предполагается, как, например, наблюдение планеты Нептун, либо косвенно – путем выведения следствий из гипотезы и их последующей опытной проверки).

Существует три вида гипотез: общие, частные и рабочие. Первые – это обоснование предположения о закономерностях различного рода связей между явлениями, это фундамент построения научного знания. Вторые – это тоже обоснованное предположение о происхождении и свойствах единичных фактов, конкретных событий и отдельных явлений.

Третьи – это предположение, выдвигаемое, как правило, на первых этапах исследования и служащее отправным пунктом движения исследовательской мысли.

Теория - наиболее развитая и сложная форма научного знания, дающая целостное отображение закономерных и существенных связей определенной области действительности.

Любая теория – это целостная развивающаяся система знания, которая имеет сложную структуру. Выделяют следующие компоненты теории:

1) исходные основания – фундаментальные понятия, принципы, законы, аксиомы и т.п., 2) идеализированные объекты – абстрактные модели существенных свойств и связей изучаемых предметов (например, «абсолютно черное тело», «идеальный газ» и т.п.), 3) логика теории – совокупность определенных правил и способов доказательства, 4) философские установки и ценностные факторы, 5) совокупность законов и утверждений, выведенных в качестве следствий из основоположений данной теории в соответствии с конкретными принципами, 6) фундаментальная теоретическая схема, как внутренний скелет теоретического знания и частные теоретические схемы.

Теории могут быть классифицированы по разным основаниям. Можно выделить такие теории как: математические, дедуктивные и индуктивные, фундаментальные и прикладные, формальные и содержательные, «открытые» и «закрытые», объясняющие и описывающие (феноменологические), физические, химические, социологические и т.д.

Теория имеет следующие основные особенности:

1) Теория – это не отдельно взятые достоверные научные положения, а их совокупность, целостная развивающаяся система.

2) Чтобы превратиться в теорию, знание должно достигнуть в своем развитии определенной степени зрелости, когда оно не просто описывает некую совокупность фактов, но и объясняет их, вскрывает причины и закономерности явлений.

3) Входящие в нее положения обосновываются и доказываются.

4) Стремится к объяснению как можно более широкого круга явлений, к углублению знаний о них.

5) Характер теории определяется степенью обоснованности ее определяющего начала, отражающего фундаментальную закономерность данного предмета.

6) Структура научных теорий содержательно определена системной организацией идеализированных объектов (теоретических конструктов). Высказывания теоретического языка формулируются относительно теоретических конструктов и лишь опосредованно описывают внеязыковую реальность.

7) Теория – это не только готовое, ставшее знание, но и процесс его получения, поэтому должна рассматриваться вместе со своим возникновением и развитием.

К числу основных функций теории можно отнести следующие:

1) Синтетическая функция – объединение отдельных достоверных знаний в единую, целостную систему.

2) Объяснительная функция – выявление причинных и иных зависимостей и связей данного явления, его существенных характеристик, законов его происхождения и развития и т.п.

3) Методологическая функция – на базе теории формулируются многообразные методы, способы и приемы исследовательской деятельности.

4) Предсказательная функция – формулировка предположений о существовании неизвестных ранее фактов, объектов или их свойств, связей между явлениями, а также предсказание о будущем состоянии явлений.

5) Практическая функция – быть руководством к действию по изменению действительности.

Закон – следующий компонент теоретического знания и ключевой элемент теории.

Главная задача науки и состоит в открытии законов изучаемой ею области действительности.

В самом общем виде закон определяется как связь (отношение) между явлениями процессами, которая является:

а) объективной, т.к. присуща реальному миру, выражает реальные отношения вещей;

б) существенной, присущей всем без исключения процессам данного типа, действующей всегда и везде, где протекают эти процессы;

в) необходимой, осуществляемой с «железной необходимостью»;

г) внутренней, т.к. отражает самые глубинные связи и зависимости данной предметной области;

д) повторяющейся, устойчивой, т.к. закон есть выражение некоторого постоянства определенного процесса, регулярности его протекания в сходных условиях.

Т.о., закон есть объективная, существенная, необходимая, внутренняя и повторяющаяся связь между явлениями и процессами.

Надо иметь ввиду несколько характеристик научных законов.

1) Любой закон не есть нечто неизменное, а представляет собой конкретно исторический феномен. Это означает, что стабильность законов всегда соотносится с конкретными условиями их действия, изменение которых приводит и к изменению законов.

2) Мышление людей и объективный мир подчинены одним и тем же законам, поэтому они в своих результатах должны согласовываться между собой.

3) Познающий субъект не может отобразить весь реальный мир, он может лишь вечно приближаться к этому, а значит, законы науки – это абстракции, лишь приблизительно и условно выражающие реальность.

4) Познание законов представляет собой сложный, трудный и глубоко противоречивый процесс. Законы открываются сначала в форме предположений, гипотез, о них догадываются. Дальнейший опытный материал, новые факты приводят к очищению этих гипотез, устранению одних, уточнению других, пока не будет установлен закон в чистом виде. Затем закон применяют для объяснения всех явлений данной предметной области, выводя из него следствия.

5) Закон практически никогда не проявляется в «чистом виде», а всегда взаимосвязан с другими законами разных уровней и порядков. В зависимости от условий получает перевес тот или другой закон. Часто они действуют как законы-тенденции, осуществляясь приблизительным образом, что особенно характерно для общественных законов.

Классифицировать законы можно по различным критериям. По формам движения материи можно выделить законы: механические, физические, химические, биологические, социальные. По основным сферам действительности: законы природы, законы общества, законы мышления. По степени их общности: всеобщие, общие, частные. По глубине фундаментальности: эмпирические (формулируемые непосредственно на основе опытных данных) и теоретические (формулируемые путем определенных мыслительных действий с идеализированными объектами) и т.п.

Антропологические и ценностные предпосылки и основания научного познания В современной науке главным условием получения истинного знания становится активность социально-исторического субъекта познания, опирающегося на объективные законы действительности. В традиционных формах и методах научного познания все более осознается «присутствие человека». Осознается «теоретическая нагруженность» фактов, их конкретно-исторический характер. Обнаруживаются аксиологические, ценностные аспекты в становлении и функционировании научных методов. Все более значимой становится система ценностных ориентаций самих ученых. На характер и результаты научной деятельности исследователя с необходимостью влияют его идеалы, методологические и коммуникативные нормы и правила научно-исследовательской деятельности. Особо следует отметить роль нравственного фактора как средства эффективного воздействия на добросовестность и честность исследователя. Этические принципы могут выполнять в научном познании регулятивные функции, т.е. обретают методологическую значимость.


Правомерность такого понимания роли нравственных ценностей была обоснована И.

Кантом, который поставил проблему взаимосвязи теоретического и практического разума. По Канту, теоретический (научный) разум направлен на познание «мира сущего», практический (нравственное сознание) разум обращен к «миру должного» - нормам, правилам, ценностям.

Принципиальная новизна его идеи состояла в том, что практическому разуму, т.е.

моральному (ценностному) сознанию, была отведена ведущая роль в человеческой деятельности и одновременно по-новому определены место и роль теоретического разума, выяснены и обоснованы его пределы и сферы действия. «Опасные возможности»

теоретического разума проявляются, в частности, в том, что он выдвигает необоснованные претензии решать все человеческие проблемы, во всех сферах бытия, тогда как в действительности вне его возможностей остается сфера должного – чувства долга, самопожертвования, любви, прекрасного и т.п. Теоретический разум может создавать иллюзорные миры и выдавать их за реально существующие. Практический же разум устанавливает моральные запреты на определенные формы и направления интеллектуальной активности, отвергает использование ученым теоретического разума как инструмента в любой сфере деятельности.

Таким образом, ученый как носитель теоретического разума должен иметь моральный образ мысли, обладать критической самооценкой, высоким чувством долга и гуманистическими убеждениями. Кроме того, Кант поставил проблему методологической роли нравственного сознания в познании, сделав моральный закон условием обеспечения интеллектуальной честности. В результате этого фундамент познавательной деятельности предстал как диалектическое единство теоретического и практического разума, или – в современной интерпретации – диалектика когнитивного и ценностного, их взаимопроникновение.

Далее учение о ценностях, или аксиология в применении к научному знанию, фундаментально разрабатывалось немецким философом Г. Риккертом. Он исходил из того, что ценности – это «самостоятельное царство». Соответственно мир состоит не из субъектов и объектов (как принято в классической философии), а из действительности, как изначальной целостности человеческой жизни, и ценностей. В признании самостоятельности мира ценностей выразилось стремление утвердить объективную природу ценностей, их независимость от обыденной оценивающей деятельности субъекта, определяющейся его воспитанием, вкусом, привычками и другими факторами. Ценности – это феномены, сущность которых состоит в значимости, а не в фактичности;

они явлены в культуре.

Соответственно философия как теория ценностей должна иметь своим исходным пунктом не оценивающего индивидуального субъекта, но объективные ценности, выраженные в культуре. Постижение ценностей осуществляется посредством их извлечения из культуры, а это возможно только при их истолковании, интерпретации.

По Риккерту различаются три сферы: действительность, ценности и смыслы и, соответственно три различных метода их постижения: объяснение, понимание и истолкование. В естествознании, изучающем действительность, может применяться генерализирующий (обобщающий) метод, который устанавливает закономерные связи, но игнорирует культурные ценности и не относит к ним объекты своего изучения. При изучении ценностей и постижении их смыслов такой метод принципиально не применим. Здесь должен использоваться исторически-индивидуализирующий метод, который иначе может быть назван методом отнесения к ценностям.

Из всего этого выявляется особая роль исторической науки, изучающей процесс кристаллизации ценностей в явлениях культуры. Философия может подойти к миру ценностей, только исследуя исторический материал, считал Риккерт. Метод отнесения к ценностям выражает по Риккерту сущность истории, правда, в таком случае возникает проблема научной строгости этой области знания. Хотя, сам Риккерт не сомневался, что история может быть также «научна», как и естествознание, но лишь при соблюдении ряда условий, позволяющих ученому избежать как «пожирающего индивидуальность генерализирующего метода», так и опасности «ненаучных оценок».

М. Вебер также исследовал проблему ценностей в научном познании. Но в отличии от Риккерта, полагавшего самостоятельное «царство ценностей», Вебер считал, что выражение «отнесение к ценностям» является «не чем иным, как философским истолкованием того специфического научного интереса, который господствует при отборе и формировании объекта исследования. Даже чисто эмпирическому научному исследованию направление указывают культурные, следовательно ценностные интересы». Т.о., по Веберу, отнесение к ценностям - это методологический прием, который не влияет напрямую на субъективно практические оценки, однако выполняет регулятивные и предпосылочные функции. В целом Вебер не считал науки свободными от ценностей и не предполагал полное исключение ценностных высказываний из познания. Вместе с тем он настаивал, что социальные науки и науки о культуре, так же как и естественные, имеют свои устойчивые объективные характеристики, но здесь разнообразные, неповторяющиеся явления «подводятся не под закон, а под «идеальный тип», позволяющий иным способом зафиксировать общее и необходимое в этих науках.

Сегодня под ценностями понимают не только «мир должного», нравственные и эстетические идеалы, но и любые феномены сознания и даже объекты из «мира сущего», имеющие ту или иную нормативную значимость для субъекта и общества в целом. В настоящее время произошло расширение и углубление аксиологической проблематики за счет того, что методологические формы познания – истина, метод, теория, факт, принципы доказательности и др. – сами получили ценностный статус.

Возникла необходимость различать две группы ценностей, функционирующих в научном познании. Первая – социокультурные, мировоззренческие ценности, обусловленные социальной и культурно-исторической природой науки и научных сообществ, самих исследователей. Вторая – когнитивно-методологические ценности, выполняющие регулятивные функции, определяющие выбор теорий и методов, способы выдвижения, обоснования и проверки гипотез, оценивающие основания интерпретаций, эмпирическую и информативную значимость данных и т.п. Обе группы находятся в сложных отношениях, иногда взаимоисключающих друг друга. С одной стороны, содержание истинного знания не должно зависеть от чьих бы то ни было интересов, ценностей и предпочтений, в частности социально-политических или идеологических, оно должно быть объективно нейтральным. С другой – получение и выражение истинного знания имеют культурно-исторические, философско-мировоззренческие и концептуальные предпосылки, содержащие ценностно оценочные элементы. Поэтому соотношение всех этих факторов должно быть представлено не в виде иерархии уровней от эмпирии к теории, но как переплетение равноправных составляющих – аксиологии, методологии и фактологии.

Дискуссия о том, может ли наука быть свободной от ценностей, продолжается. Она представлена двумя основными подходами. 1) Наука должна быть ценностно нейтральной, автономной, освобождение от ценностей является условием получения объективной истины.

2) От ценностей невозможно и не следует освобождаться, они являются необходимым условием для становления и роста научного знания, но необходимо найти рациональные формы, в которых фиксируется их присутствие и влияние на знание и деятельность. Второй подход становится все более определяющим, особенно в социально-гуманитарном знании.

Этос науки – эмоционально окрашенный комплекс правил, предписаний, обычаев и ценностей, которые считаются обязательными для ученого.

Одной из наиболее важных в сфере этики научного мира является проблема авторства научных открытий, проблема плагиата, компетентности и фальсификации научных открытий.

Для ученых строго обязателен институт ссылок, благодаря которому фиксируется авторство идей и обеспечивается селекция нового научного знания. В противном случае наука будет топтаться на месте, совершая повторы. Научное сообщество отторгает исследователей, занимающихся плагиатом. За это устанавливаются жесткие санкции. Ученый может ошибаться, но не может фальсифицировать.

Особая проблема – отрыв ученого от реального мира. Он компетентен в своей узкой области, ответствен лишь за достоверность предлагаемых знаний, а не за последствия их практического применения.

Профессиональная ответственность Социальная ответственность.

Современный мир – во многом технологизированное пространство, которое все больше расширяется. Возникает противоречие между этическими нормами и требованиями технического бытия человека. Так, ряд научных исследований создает угрозу здоровью человека. Это касается ядерной физики, молекулярной биологии, генетики, медицины и др.

С этим связана, например, проблема биоэтики: к пациенту надо относиться не только как к объекту исследования или медицинской практики. В условиях возрастающей формализации обязанностей врача пациент часто предстает как носитель определенного заболевания, лишаясь всей полноты своих индивидуальных и социальных качеств.

Современная биомедицина имеет возможности контроля и вмешательства в естественные процессы зарождения, протекания и завершения человеческой жизни. В подобных случаях возникают пограничные ситуации, когда достижения научно-технического прогресса не прогнозируемы. Вместе с тем возникает реальная опасность разрушения исходной биогенетической основы, угроза человеческому естеству, телесности человека.

Генная инженерия дает возможность вмешиваться в генетический код человека и изменять его. Это позитивно для лечения наследственных заболеваний. Однако возникает опасность соблазна совершенствования человеческой природы с целью его все большей адаптации к нагрузкам современной техносферы. Возможны непредсказуемые генетические мутации.

Другая животрепещущая проблема – клонирование. В перспективе оно может создать копии нас самих, наших родственников и друзей. Мы можем оказаться в ситуации, в которой не отличить, где генетически подлинное живое существо, а где артефакт – искусственное создание. Непредсказуемо, как поведет себя клонированный организм в социальном мире.

Кроме того, гении часто страдают патологиями.

Место науки как социального института в структуре общественного бытия Понимание науки как социокультурного феномена предполагает ее зависимость от многообразных сил и влияний, действующих в обществе. Наука определяет свои приоритеты в социальном контексте и сама в значительной степени детерминирует общественную жизнь.

Т.о., имеется взаимообусловленность науки и общества: наука возникла, отвечая на определенную потребность человечества в получении истинного знания о мире, и существует, в свою очередь, оказывая заметное воздействие на развитие всех сфер общественной жизни.

Наука вплетена во все сферы человеческих отношений и все формы деятельности.

Она развивается на основе знаний, хранящихся в социальной памяти. В разные эпохи наука пронизана характерными для этой эпохи нормами, ориентирами и установками (античная наука, наука Нового времени и т.п.). Стиль мышления ученого и те задачи, которые он решает, во многом обусловлены его временем. Вместе с тем и сама культурная среда трансформируется под воздействием научных открытий.

Наука воспринимается отдельным индивидом как внешняя, противостоящая ему структура, назначение которой – фиксировать объективные параметры природной и социальной реальности. Однако наука, включенная в социальный процесс, вынуждена отвечать на идеологические запросы общества, выступая инструментом политики. Например, марксистская наука тотально контролировала науку. Наиболее зависимыми от идеологического воздействия оказываются общественные (гуманитарные) науки, наименее зависимы – естественные.

К характеристикам идеологии относят ее намеренное искажение реальности, догматизм, нетерпимость, нефальсифицируемость. Наука исповедует противоположные принципы: стремится к адекватному отражению действительности, более терпима к конкурирующим теориям, никогда не останавливается на достигнутом и подвержена фальсификации.

Сложность объяснения науки как социокультурного феномена состоит в том, что она стремится не поступиться своей автономией и не растворяется полностью в контексте социальных отношений. Но объективно она находится в зависимости от множества определяющих ее развитие факторов: запросы производства, потребности экономики, государственные приоритеты, а также собственно интеллектуальные, философские, религиозные и даже эстетические факторы.

Наука, понимаемая как социокультурный феномен, предполагает соотнесение с типом цивилизационного развития. Выделяют две цивилизационные разновидности: традиционный и техногенный. Традиционный тип общества обладает замедленным темпом развития, придерживается устойчивых стереотипов. Характерная черта техногенного типа – развитие техники и технологии. С этим и связано появление и развитие науки.

Социальный портрет современного ученого. Фейерабенд считал, что ученый добивается успеха потому, что не позволяет связать себя законами природы. Ученый ценит истину превыше всего, он убежден, что знание – это высший дар жизни, что истина важнее всяких убеждений, идеологий и общественного мнения. По мнению Роберта Мертона в ориентациях ученого постоянно присутствует амбивалентность – противоположно направленные нормативные требования. Например, ученому надлежит как можно быстрее сделать свои результаты доступными для коллег. Однако он обязан тщательно не торопясь проверить свои результаты перед их публикацией. Далее, ученый должен быть восприимчивым по отношению к новым идеям и веяниям. Но при этом он призван отстаивать свои научные принципы и не поддаваться интеллектуальной моде. От ученого требуется знать все, относящееся к области его интересов работы предшественников. Вместе с тем он намерен сохранять самостоятельность мышления и его эрудиция не должна влиять на оригинальность его взглядов.

Сциентизм и антисциентизм представляют собой две остро конфликтующие ориентации в современном мире. Сторонники первой признают науку высшей ценностью и верят в ее безграничные возможности. Сторонники второй видят сугубо отрицательные последствия НТР, считают, что вторжение науки во все сферы человеческой жизни делает ее бездуховной, лишенной человеческого лица и романтики.

Сциентизм Антисциентизм Приветствует достижения науки Предубежденность против науки Знание – наивысшая культурная ценность Критическое отношение к науке Производственная сила общества Наука создает опасности жизни Наука – ядро всех сфер человеческой Научное знание и истинное знание не равны жизни Не замечают проблем технократизации Драматизируют негативные последствия науки И в том и в другом случае явно одностороннее отображение ситуации. Дилемма сциентизм – антисциентизм является извечной проблемой социального и культурного выбора. Она отражает противоречивый характер общественного развития, в котором идет НТП, а его последствия отражаются болезненными явлениями в культуре. По мнению Э.

Агацци надо одновременно защищать науку и противостоять сциентизму. М. Полани подчеркивал, что современный сциентизм сковывает мысль не меньше, чем это делала церковь в средние века.

Начало третьего тысячелетия не предложило убедительного решения этой дилеммы.

Человечество, задыхаясь в тисках рационализма, делает основную ставку на науку, отыскивает духовное спасение в психотерапевтических практиках. И как доктор Фауст, продав душу дьяволу, связывает именно с ней, а не с духовным и нравственным ростом прогрессивное развитие цивилизации.

Тема. Наука как социальный институт Понятие institutum – от лат. установление, устройство. Институт – это явление надындивидуального уровня, его нормы и ценности довлеют над действующими в его рамках индивидами. Родоначальником институционального подхода в науке стал американский социолог Роберт Мертон. Институциональность предполагает формализацию всех типов отношений и переход от неорганизованной деятельности и неформальных отношений к созданию организованных структур, предполагающих иерархию, властное регулирование и регламент. Процесс институционализации науки свидетельствует о ее самостоятельности, об официальном признании роли науки в системе общественного разделения труда.

Наука как социальный институт имеет собственную разветвленную структуру и включает следующие компоненты:

- совокупность знаний и их носителей;

- специфические познавательные цели и задачи;

- определенные функции;

- специфические средства познания;

- формы контроля, экспертизы и оценки научных достижений;

- определенные санкции.

Э. Дюркгейм подчеркивал принудительный характер институциональности по отношению к отдельному субъекту. Т. Парсонс указывал на то, что институт – это устойчивый комплекс распределенных в нем ролей, что обеспечивает устойчивое протекание коммуникации между различными социальными образованиями. М. Вебер подчеркивал, что институт – это еще и форма объединения индивидов, способ их включения в коллективную деятельность, участие в социальном действии.

Способы организации и взаимодействия ученых менялись на протяжении всего исторического развития науки. В древнем и средневековом обществе говорить о науке в ее институциональном значении нельзя, как социального института ее тогда не существовало.

Как социальный институт наука возникла в Западной Европе в XVI – XVII вв. в связи с необходимостью обслуживать нарождающееся капиталистическое производство. В системе общественного разделения труда она должна была выполнять специфические функции:

отвечать за производство теоретического знания.

Институционализация науки была связана в Западной Европе с университетами. Они должны были не просто передавать систему знаний, но и подготовить людей, способных к интеллектуальному труду и профессиональной научной деятельности.

В настоящее время в статусе научных институтов выступают научные сообщества.

Это понятие вел М. Полани, хотя его аналоги («республика ученых», «научная школа», «невидимый колледж» и др.) имели давнее происхождение. Научное сообщество может быть понято по-разному: как сообщество всех ученых, как национальное научное сообщество, как сообщество специалистов той или иной области знания или просто как группа исследователей, решающих определенную научную проблему. Современные исследователи считают, что научное сообщество представляет собой не единую структуру, а «гранулированную среду». Все существенное для развития научного знания происходит внутри «гранулы» - сплоченной научной группы, коллективно создающей новое знание, а затем утверждающей его в борьбе с другими аналогичными группами.

Роль научного сообщества заключается в следующем:

1) Представители данного сообщества едины в понимании целей науки и задач своей дисциплинарной области.

2) Для них характерен универсализм, при котором ученые руководствуются общими критериями и правилами обоснованности и доказательности знания.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.