авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 ||

«Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Абрамов Андрей Вячеславович Кандидат политических наук, доцент, доцент кафедры политологии и ...»

-- [ Страница 3 ] --

Человеко-машинных диалог стал новым методом познания и именно он способен интенсифицировать т.н. «алгоритмы эволюции». Эксперимент являлся диалогом чело века и природы — ставя эксперимент, исследователь ставил природе вопрос, получал ответ и заносил его в систему своих знаний. Принципиальное усложнение объекта ис следования  — необходимость изучения биосферы, исключает возможность экспери ментирования и требует работы с моделями, которые оказывается возможным создать посредством электронно-вычислительных машин. Эксперимент в биосфере невозмо жен, а если же и возможен  — крайне опасен и в силу динамизма биосферы не име ет смысла;

обстоятельства, которые были актуальны сегодня, станут историей завтра.

Однако компьютер сможет стать эффективным инструментом исследования биосферы только в том случае, когда вычислительная техника сможет быть приспособлена к диа логовому режиму работы с исследователем.

Перспективы развития диалоговых средств в ЭВМ сильно зависит от раскрытия человеческом способностей человеческого интеллекта и механизмов мышления, а так же возможности создания технических и математических средств, способствующих этому раскрытию.

Человеко-машинный диалог можно трактовать, как возможность объединения формального-логического и гуманитарного стилей мышления. С возрастанием сложно сти исследовательских задач — их всё сложнее решать исключительно математически ми средствами;

оказывается нужен содержательный анализ, причем доля последнего при усложнении решаемых задач возрастает многократно. Строго логическая система мышления должна быть объединена с неформальной, которая опирается на чувствен ное восприятие мира.

Вычислительные и логические возможности компьютера должны быть соединены с интеллектом Человека в рамках т.н. «имитационной системы», основанной на модель ном представлении о закономерностях протекающих в реальном мире процессов. Толь ко такое соединение сможет стать эффективным инструментом для разработки страте гии Разума на основе новых методов обработки информации.

Эйфория второй половины XX века, которая возникла от успехов использования вычислительных возможностей и использования информации, а также созданием че ловеком машин нового типа, которые многократно увеличивали его мощу и возмож ности привели к тому, что широкую популярность получил термин «искусственный интеллект», понимаемый, как возможность созданием человеком принципиально но вой формы организации материального мира — искусственно созданного человеком, в котором искусственный интеллект сделает главным, обладая способностью позна вать себя, создавая свой искусственный мир, поддерживая свой гомеостазис.

Подобные представления, однако, не имеют под собой достаточной почвы: несмотря на все успехи Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория вычислительной техники последнего времени и отсутствие видимых пределов её разви тия, в обозримом будущем нет смысла говорить о том, что человек сможет породить ис кусственные системы, которые бы представляли иную и более высокоорганизованную форму существования материи. Разум человек по-прежнему остается самым высоко организованным атрибутом материи из всех ныне существующих и вряд ли возможно говорить о возможности формирования человеком некой иной более высокой формы организации материи. Пока мозг человека, возможности его собственного интеллекта не изучены до конца, сложно говорить о том, что этот самый мозг сможет породить не что более совершенное, чем он сам.

Поэтому, когда в дальнейшем речь будет идти о термине «искусственный интел лект», то в данное понятие будет вкладываться значение современной технологии обра ботки и использования информации.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Семёнова Вера Геннадьевна Кандидат политических наук, доцент кафедры политических наук Саратовского государственного университета имени Н. Г. Чернышевского Саратов, Россия semenovavg@mail.ru Кризис идеи демократии как универсальной политической ценности The crisis of the idea of democracy as a universal political values В статье рассматривается проблема необходимости пересмотра теоре тико-методологических возможностей концепта демократии в совре Аннотация менном мире, изменения логики научного анализа политических ре жимов в соответствии с глубинными изменениями, происходящими в современных политиях.

The article considers the problem of necessity of revision of the theoretical and methodological possibilities of democracy in the modern world, change Abstract the logic of scientific analysis of political regimes in accordance with the pro found changes taking place in modern polities.

Ключевые слова: теория демократии, демократизация, авторитаризм, демократиче ские ценности, демократические институты.

Кey words: the theory of democracy, democratization, authoritarianism, democratic values, democratic institutions Несколько последних десятилетий стали для идеи демократии триумфом. Демокра тия поистине стала идеологией нового мира. Не смотря на семантическую многознач ность данного понятия, неопределенность четких характеристик, а зачастую и прямо противоположных смыслов, демократические нормы и ценности в общественном со знании стали четко ассоциироваться со свободной, обеспеченной жизнью. Демократия на некоем подсознательном уровне, уровне иррационального восприятия осознается как нечто положительное, общепринятое и необходимое, как аналог «цивилизованной»

жизни со всеми сопутствующими атрибутами.

Решение многих политических проблем также видится в необходимости введения демократических институтов и механизмов принятия политических решений, демо кратизации политических практик. Однако попытка введения определенных демокра тических процедур не разрешила существующих противоречий как внутри общества, так и между обществом и властью. Более того, установление демократических проце дур, если и решает некоторые проблемы в краткосрочной перспективе, не является ни гарантией стабильного политического развития, ни средством обеспечения политиче ской ответственности и эффективного управления.

В политической науке также наблюдается широкий плюрализм мнений о сущност ных характеристиках демократии. На протяжении ХХ столетия теория демократии Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория развивалась, обогащалась, прирастала новыми определениями, ракурсами анализа и, казалось бы, всесторонне и всецело предоставила понимание о таком сложном и много гранном феномене. В прошлом столетии можно выделить несколько активных этапов развития теории демократии. На наш взгляд эти процессы были неразрывно связаны с серьезными изменениями политической реальности, когда существующие уже устояв шиеся дефиниции политического анализа не могли объяснить происходящих измене ний, их закономерностей и возможных последствий. В то же время большинство попы ток концептуализации демократии, выведения ее общей формы и смысла, как правило, были связаны с постоянным посылом к традиционным теориям демократии, разрабо танным еще в XIX веке, с непрерывным сравнением с неким идеальным образом, иде альной моделью. То есть, работая в рамках ценностного подхода, политологи сводили демократию к реализации либо устоявшейся совокупности ценностей (либерально-де мократических, социал-демократических), либо какой-то одной базовой аксиологиче ской нормы (свобода, права человека) и оценивали политическую реальность, исходя из наличия, отсутствия, степени развитости этого ценностного набора. Либо в основе политического анализа оказывалась реализация неких процедур (выборы, разделение властей, верховенство закона, многопартийность, плюрализм, конкуренция элит, ме ханизмы контроля над властью и т. п.), что также предполагало возможность оценки степени демократичности или недемократичности общества. Но, по сути, смысловая интерпретация каждой новой теории демократии, так или иначе, аппелировала к одной и той же базовой модели, выделяя ту или иную черту как главную, либо добавляя в те орию новые реалии политической жизни.

Примерно в том же направлении выстроено и большинство теорий демократиче ского транзита, заставляя логику научного анализа существовать в дихотомии автори таризм — демократия. Не смотря на то, что была признана возможность существования «разных» демократий, «национальных» моделей демократии, то есть учета националь но-культурных особенностей развития каждого государства, было создано достаточное количество моделей, так называемых гибридных режимов, алгоритм научных рассуж дений оставался прежним.

Демократический переход — это всегда переход от автори тарных форм организации власти (с определенным разбегом характеристик) к демо кратическим нормам и принципам (также в рамках четко установленных возможных форм). То есть по сути теоретико-методологическая основа изучения политических ре жимов, меняя критерии анализа, остается прежней. Политическая реальность помеща ется в заранее известную традиционную модель исследования. Быть может проблема в том, что теоретики демократии обычно принадлежат к привычным демократическим обществам и для них это «единственно возможный путь развития». Но возможно ли и нужно ли всем обществам, в том числе лишь формирующим свою идентичность, впи сываться в этот универсальный контекст мирового развития?

Однако нынешний этап политического развития, с нашей точки зрения, является как раз одним из таких «переломных» моментов, когда требуются качественно новые подходы к изучению политической реальности, позволяющие отойти от привычного противопоставления авторитаризма и демократии. Окружающая среда становится бо лее сложной, неравновесной, непредсказуемой, рискогенной, предъявляет новые требо вания к организации политической власти. В новых условиях традиционные демокра тические принципы и институты не работают так, как прежде. Происходит пересмотр Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория функциональной нагрузки основного политического института — государства, поиск новых форм и идей государственности, формируется новая система политических вза имоотношений. Например, характеризуя современное общество, исследователи сегодня часто говорят о так называемом «индивидуализированном обществе», где нет спроса на коллективное действие, что подрывает основы традиционной демократии. Все чаще на повестке дня оказываются вопросы осмысления политического выбора, который скорее является результатом поиска национальной идентичности, нежели свободы рациональ ного выбора. В итоге мы можем констатировать, что многие традиционные демократи ческие институты (политические партии, идеологии, разделение властей) в привычном смысле в настоящее время перестают работать. Следовательно, существует необходи мость изучать демократию не как цель, этап или результат политического развития, не как реализацию традиционных демократических ценностей и процедур, а, например, как один из смыслообразующих элементов новой системы политических взаимосвязей в мире (готовность к взаимопониманию, сотрудничеству, кооперации, безопасность от власти) или как неотъемлемую характеристику абсолютно любого режима.

Библиография 1. Даль Р. Демократия и ее критики. — М., 2003.

2. Демократия и модернизация. К дискуссии о вызовах ХХI века / Под ред. В. Л. Ино земцева. — М.: Европа, 2010.

3. Карл  Т.  Л., Шмиттер  Ф. Что есть демократия? // URL: http://www.politnauka.org/ library/dem/karl-shmitter.php (просмотр 12.10.2012).

4. Мельвиль  А.  Ю. Демократические транзиты (теоретико-методологические и при кладные аспекты). — М., 1999.

5. Пшеворский  А. Демократия и рынок. Политические и экономические реформы в Восточной Европе и Латинской Америке: пер. с англ. под ред. проф. В. А. Бажано ва. — М., 2000.

6. Растоу  Д.  А. Переходы к демократии: попытки динамической модели // Полис.  — 1996. — № 5.

7. Салмин А. М. Современная демократия: очерки становления. — М., 1997.

8. Сартори Д. Размышления о демократии: негодное государство и негодная политика // Международный журнал социальных наук. — 1991. — № 2.

9. Сморгунов Л. В. Сравнительная политология: теория и методология измерения де мократии. — СПб., 1999.

10. Хантингтон С. Политический порядок в меняющихся обществах. — М., 2004.

11. Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце ХХ века. — М., 2003.

12. Эйзенштадт Ш. Н. Парадокс демократических режимов: хрупкость и изменяемость (I, II) // Полис. — 2002. — № 2, 3.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Сорокопудова Ольга Евгеньевна Кандидат политических наук, младший научный сотрудник факультета политологии Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.

Россия, Москва srkpdv@gmail.com Творчество В. В. Розанова в отечественной историографии начала XX в.

V. V. Rozanov`s works in the national historiography in the early XX century.

В статье приводятся различные оценки политического творчества Аннотация В. В. Розанова его современниками в начале XX в.

The article presents various estimates of political works of V.V. Rozanov by his Abstract contemporaries in the early XX century.

Ключевые слова: Розанов, Флоренский, Гиппиус, политическое творчество.

Кey words: Rozanov, Florenskiy, Нippius, political works.

Факт неординарности личности и таланта отечественного философа и публициста В. В. Розанова (1956–1919) признается почти всеми исследователями его творчества. Ха рактеристикой его идейного наследия была полная откровенность, и как следствие не избежная противоречивость, которая воспринималась современниками неоднозначно.

Самую ожесточенную дискуссию вызвало именно политическое творчество мыслите ля. Очень часто имя Розанова в отечественной критике было синонимом умственной и моральной распущенности, нарочитого кривляния и притворства, его называли бес принципным циником, антисемитом, нововременцем, обвиняли в политической амби валентности, лицемерии и. т.д.

Высказывались мнения, что, может быть, Розанов, «пишущий так поразительно легко и непроизвольно, выплескивавший в своем прихотливом импрессионизме поток субъективных мыслей и чувств, как происходят выделения организма, — и не человек вовсе, а явление природы, и, как природному феномену, ему просто чужды какие бы то ни были этические принципы»1. О «физиологической» природе творческого процесса Розанова говорила, например, З. Н. Гиппиус2. Между тем она же утверждала, что «при лагать к Розанову общечеловеческие мерки и обычные требования по меньшей степе ни неразумно. Он есть редкая ценность, но, чтобы увидеть это, надо переменить точку зрения»3.

Близко знавший Розанова П. А. Флоренский дал образную характеристику мысли телю: «Василий Васильевич есть такой шарик, который можете придавливать — он  Фатеев В. А. Публицист с душой метафизика и мистика // В. В. Розанов: pro et contra: Лич ность и творчество В. Розанова в оценке русских мыслителей и исследователей: Антология / Изд.

подгот. В. А. Фатеев. — СПб.: РХГИ, 1995. Кн.. — С. 13–14.

 Гиппиус З. Н. Живые лица. Второй выпуск. — Прага, 1925. — С. 9.

 Гиппиус З. Н. Задумчивый странник // В. В. Розанов: Pro et contra: Личность и творчество В. Розанова в оценке русских мыслителей и исследователей: Антология / Изд. подгот. В. А. Фа теев. — СПб.: РХГИ, 1995. Кн. 1. — С. 144.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория выскользнет, но который не войдет в состав целого мира... Это стихия хаоса, мяту щаяся, вечно-мятущаяся, не признающая никакой себе грани... он говорит теперь то же (в сущности дела) то же именно, что говорил раньше... Если бы действовать на него не логически, а психологически, то он (и это не было бы корыстно, расчетливо, а произошло бы само собою) стал бы говорить иное, хотя и не по существу, а — по адресу... (т.е. для дураков, кои не умеют разобраться в сути дела)»1.

Философ русского зарубежья С. А. Левицкий считает, что указать на «место» Роза нова в истории русской мысли чрезвычайно трудно, поскольку это был мыслитель, для проникновения в сущность идей и писаний которого необходим прежде всего сугубо индивидуальный подход. О том же говорит и литературный критик конца XIX — на чала XX вв. Волжский: «К Розанову, как, например, к Ницше, нужно подходить совсем иным подхождением, не пугаясь внешнего обличья, следует смелее, минуя его, загля дывать в самое нутро писаний, бездонно глубокое и грозное»2. Левицкий, развивая эту мысль, даже утверждает, что многие, вероятно, оспаривали бы за ним право войти в историю русской мысли3.

Оценки Розанова его современниками неоднозначны именно потому, что читаю щих обескураживала и, следовательно, раздражала невозможность поставить творче ство мыслителя в какие-то конкретные эстетические, идеологические или иные рамки.

Библиография 1. В.  В.  Розанов: pro et contra: Личность и творчество В.  Розанова в оценке русских мыслителей и исследователей: Антология / Изд. подгот. В. А. Фатеев. — СПб.: РХГИ, 1995. — Кн. 1.

2. Гиппиус З. Н. Живые лица. Второй выпуск. — Прага, 1925.

3. Левицкий С. А. Очерки по истории русской философии. — М.: Канон, 1996.

4. Розанов В. В. Письма 1917–1919 годов // Литературная учеба. — 1990. — № 1.

 Цит. по: Розанов В. В. Письма 1917–1919 годов // Литературная учеба. — 1990. — № 1. — С. 88.

 Волжский. Мистический пантеизм Розанова // В. В. Розанов: Pro et contra: Личность и творчество В. Розанова в оценке русских мыслителей и исследователей: Антология / Изд. под гот. В. А. Фатеев. — СПб.: РХГИ, 1995. Кн. 1. — С. 422.

 Левицкий С. А. Очерки по истории русской философии. — М.: Канон, 1996. — С. 277.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Томей Лидия Игоревна Аспирант кафедры истории социально-политических учений факультета политологии МГУ имени М. В. Ломоносова Россия, Москва ly.tomey@gmail.com Геополитическая концепция П. Н. Савицкого Geopolitical concept of P.N. Savitsky В статье дается краткий обзор геополитической концепции П.  Н.  Са Аннотация вицкого, её истоки и значение в современной политической науки.

This article is devoted to a brief overview of the Savitsky’s geopolitical concept, Abstract its origins and meaning in contemporary political science.

Ключевые слова: евразийство, геополитика, срединный мир, Савицкий, азийско-сла вянская культура.

Кey words: eurasianism, geopolitics, the middle world, Savitsky, Asian-Slavic culture.

Если следовать логике, предложенной самим П. Н. Савицким в его работе «Евра зийская концепция русской истории», мы должны начать с того, что, прежде всего, ев разийство стремится пересмотреть представления о том, как развивался материк, на территории которого находится Россия, что влияло на формирование и становление отечественной государственности и к какому миру принадлежит Россия. Как утвержда ет отец-основатель движения, евразийцы не боятся противоречий, они соединяют тра диции и революцию. «Проблема русской революции есть тот основной стержень, около которого движется их (евразийцев  — прим. Томей  Л.  И.) мысль и их воля, как мысль и воля людей русского мира и носителей русского призвания во вселенной»1. Револю ция в России 1917 года показала, что на арене мировой истории выступил новый, не игравший доселе руководящей роли культурно-географический мир...»2 , однако, мир сильный, с колоссальным потенциалом. Учёный отмечает, что все европейцы боялись поворота России к Востоку, но никто не задавался вопросом, может быть Россия уже и есть Восток. Впитывая в себя чужеземную кровь, русский человек впитал культуру, традиции, национальный характер.

Как уже следует из вышеизложенного, центральное место в геополитической кон цепции евразийца занимает определение места России в территориально-простран ственном и политической измерениях. В своей работе «Географические и геополитиче ские основы евразийства» Савицкий прямо заявляет, что Россия имеет гораздо больше оснований называться срединным миром, чем Китай3. Для Савицкого «срединность»

 П. Н. Савицкий Евразийство как исторический замысел // [сайт]. [1998]. URL: http://gu milevica.kulichki.net/SPN/spn12.htm (дата обращения: 24.11.2012)  П. Н. Савицкий Поворот к Востоку // [сайт]. [1998]. URL: http://gumilevica.kulichki.net/ SPN/spn06.htm (дата обращения: 24.11.2012)  Н. П. Савицкий Географические и геополитические основания евразийства // Гумилеви ца: [сайт], [1998]. URL: http://gumilevica.kulichki.net/SPN/spn05.htm (дата обращения: 24.11.2012).

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория России служит основанием её самоидентификации и уникальности как государства, так и культурно-исторического типа. Для Савицкого Россия-Евразия представляет собой исключительный духовный и геополитический мир. Это понятие означает не столько материк или континент, сколько идею, нашедшую выход в русской истории, культуре, цивилизации, в русском типе. Россию Савицкий понимает как особую цивилизацию, образовавшуюся на стыке нескольких факторов: европейской традиции, азийско-сла вянской культуры, тюркского кочевнического образа жизни и православной этики.

Значение трудов, как, впрочем, и самой личности, Петра Николаевича Савицко го для отечественной и зарубежной науки неоценимо. Удивительно, что такой массив структурированных знаний и чёткая, стройная концепция оставалась долгое время не замеченной, однако, многие прогнозы и заявления Савицкого относительно Советско го союза оказались оправданными и носили провиденциальный характер. Современ ные отношения власти и народа строятся как раз на тех основаниях, которые Савицкий описал еще столетие назад.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Ферсман Мария Николаевна Аспирант кафедры истории социально-политических учений Факультета политологии МГУ имени М. В. Ломоносова Россия, Москва m.n.fersman@gmail.com Политическая публицистика М.П.Погодина и М.Н.Каткова как источник для изучения консервативной политической мысли России середины XIX века В статье говорится о потенциале политической публицистики М. П. По година и М. Н. Каткова как источника для изучения истории Российской империи и консервативной мысли России в середине XIX века. Статьи авторов содержат уникальный материал по различным аспектам исто Аннотация рии того периода, включая глубокий анализ международных отноше ний. Политическая публицистика М. П. Погодина и М. Н. Каткова ин тересна тем, что авторы нередко формировали общественной мнение империи по многим ключевым вопросам.

The article says about the potential of Pogodin’s and Katkov’s political jour nalism as a source for the studying Russian Empire’s history and conservative thought in the middle of the XIX century. This authors provide unique data Abstract on various aspects of the history of this period, including in-depth analysis of international relationship. Political journalism of M. Pogodin and M.Katkov’s interesting because the authors are often shaped public opinion in Empire on many key issues.

Ключевые слова: М. Н. Катков, М. П. Погодин, политическая публицистика, консер ватизм, международные отношения.

Кey words: M. Pogodin, M.Katkov, Political publicism, conservatism, international relation ship.

В творческом наследии мыслителей консервативного толка содержится уникаль ный материал, с помощью которого можно воссоздать историю Российской империи в XIX столетии. Особенный интерес в данном ключе представляет политическая публи цистика этих авторов, которая способна дать исследователю обширный материал для изучения причин, следствий и методов политики Российской империи.

Консерваторы, пользуясь поддержкой со стороны правящей элиты, могли сво бодно высказывать свои воззрения на проводимую политику, относящуюся как к вну тренним, так и к внешним вопросам государства. Среди наиболее интересных предста вителей русской консервативной публицистики середины XIX века можно выделить М. П. Погодина и М. Н. Каткова. В творческом наследии этих мыслителей содержится глубокий анализ современной им политики и ее исторических предпосылок, а также обоснованные и аргументированные прогнозы.

Одним из первых политическую оценку эпохе Крымской войны дал М. П. Пого дин, его «Историко-политические письма и записки» широко распространялись в ру Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория кописях и получили огромный общественный резонанс1. По мнению М. П. Погодина, обвинения, которые во время войны печатались на страницах западных газет, не имели право на существование, т.к. были вызваны недостатком информации о России у зару бежного читателя и журналиста.

М. Н. Катков также вступал в полемику с зарубежными общественными деятелями и публицистами и следил за общественным мнением в европейских странах. Издатель «Московских ведомостей» в период польского восстания отмечал, что «В Англии и в настоящую минуту сочувствие к Польше поддерживается искусственно...»2 , и, как толь ко польза в поддержке мятежников перестанет «окупаться», Великобритания оставит этот вопрос в стороне. В более поздних статьях М. Н. Катков прямо обвиняет Англию в том, что она «...имеет зуб на нас [Российскую империю] за восточный вопрос, и вот она раздувает польское дело, хотя, может быть, было бы достойнее великой державы действовать собственными средствами, не покупать себе удобств польской кровью»3.

Публицистика М. Н. Каткова и М. П. Погодина, посвященная международной про блематике, является уникальным и плохо разработанным источником для изучения истории империи и социально-политических учений России той эпохи.

Библиография 1. Айрапетов О. Внешняя политика Российской империи (1801–1914). — М.: Издатель ство «Европа», 2006.

2. Катков М. Н. Собрание передовых статей Московских ведомостей 1863 год. — М.:

Типография В. В. Чичерина. 1897.

3. Погодин М. П. Избранные труды / М. П. Погодин;

[сост., авторы вступ. ст. и коммент.

А. А. Ширинянц, К. В. Рясенцев;

подготовка текстов А. А. Ширинянц, К. В. Рясенцев, Е. П. Харченко]. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010.

4. Погодин М. П. Историко-политические письма и записки в продолжении Крымской войны. 1853–1856. — М., 1874.

5. Твардовская В. А. Идеология пореформенного самодержавия (М. Н. Катков и его из дания). — М.: Наука, 1978.

 Двадцать одна работа была собрана Погодиным под «шапкой» историко-политических писем и записок периода Крымской войны. (См.: Погодин М. П. Предисловие // Погодин М. П.

Историко-политические письма и записки в продолжении Крымской войны. 1853–1856. — М., 1874).

 Катков М. Н. «Московские ведомости» № 85, от 20 апреля // Собрание передовых статей Московских ведомостей 1863 год. — М.: Типография В. В. Чичерина. 1897. — С. 169.

 Там же. — С. 169.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Чанышев Александр Арсеньевич Кандидат философских наук, доцент Профессор кафедры политической теории МГИМО (У) МИД России Россия, Москва chanishev@bk.ru Понятие собственности в классической западной политической мысли The concept of property in the Western Classical Political Science Античностью и средними вв. собственность воспринимается социомор фно;

богатство не имеет безусловной санкции и потому полноценной, легитимации. В позднее средневековье происходят трансляция из тра Аннотация диции римского права неограниченности права собственности и воль ности собственника;

и только со 2-й пол. XVIII в. требования свободы собственности приобрели всеобще-нормативный характер.

In the Ancient World and the Middle Ages, ownership was understood so ciomorphically. Wealth had no peremptory sanction and, therefore, was not fully legitimate. In the late Middle Ages, the unreserved right of property and Abstract the owner liberty transferred from the Roman tradition, and it was as late as in the second half of the 18th century that property freedom claims became generally qualified as statutory.

Ключевые слова: собственность, владение, римское право, право, суверенитет, лич ная, личная свобода.

Кey words: property, possession, Roman law, law, sovereignty, personal liberty.

Классической античностью собственность воспринимается социоморфно, она вы ступают в обличии традиционного, воспроизводящегося через обычай основания чело веческой деятельности. Частный интерес и богатство не имеют безусловной нравствен ной и политической санкции и потому полноценной, «прямой» легитимации. Впервые наметки концептуализации понятия неотчуждаемого владения (признак легитимности собственности), вообще отсутствовавшего в греческом словаре, появляются в римском праве: римские юристы используют термин «господство» (dominium), распространяя его на землю и рабов.

В средние века «собственность», как и право в целом, сохраняли известную «огра ниченность» по отношению к фазе своего более позднего развития в новое время. Ле гитимация собственности была статусной, отношения собственности носили в этом смысле прежде всего корпоративный характер. Соответственно и само понятие соб ственности не является универсально-нормативным;

в большей степени, чем «соб ственность», в ходу прилагательное «собственный». Одновременно в средние века про исходят изменения семантической структуры понятия «собственность». Источником изменений становится трансляция в позднее средневековье из традиции римского пра Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория ва симметричного соответствия неограниченности права собственности и вольности собственника1.


В конечном счете, однако, обобщение и универсализация поля значений понятия «собственное» в средние века является предысторией появления на свет содержания понятия «собственность» в современном смысле этого слова (как неотчуждаемого и персонифицированного права владения и распоряжения имуществом). Такая кристал лизация смысла стала источником становления особой правовой культуры Запада, в рамках которой право образует «самостоятельную реальность» (Г. Дж.Берман)2.

Начиная со 2-й пол. XVIII в. требования свободы собственности приобрели всеоб ще-нормативный (и в нравственном, и в правовом отношении) характер. В новое время окончательная кристаллизация понятия собственности происходит в либеральной фило софии права: собственник — безусловный хозяин и повелитель, он — суверен, господин над вещами в силу своего субъективно-частного суверенитета (автономии). Т. о. утвержда ется принцип деспотической власти человека над своей собственностью, что является главной манифестацией его свободы;

собственность — принципиально не ограниченная сфера развертывания активности (проективной экспансии) автономной личности.

Все вышесказанное позволяет нам подтвердить следующее определение понятия собственности: собственность в исторически развитой форме частной собственно сти «означает формально признанное государственной властью право собственника или собственников как на исключительное, без чьего-либо участия, пользование сво им имуществом, так и на любой способ распоряжения им, включая продажу»3. Соот ветственно, условиями легитимации частной собственности мы можем считать как га рантию реализация права собственности государственно-правовыми санкциями, так и коррелирующее этому неотчуждаемое «естественное» право (моральный императив) на личную автономию.

Библиография 1. Аристотель. Никомахова этика;

Большая этика;

Политика // Аристотель. Сочине ния. В 4-х т. — Т. 4. — М.: Мысль, 1984.

2. Берман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. — М.: Изд-во МГУ;

Издат. группа ИНФРА-М — НОРМА, 1998.

3. Гегель Г.-В.-Ф. Философия права. — М.: Мысль, 1990.

4. Маркс  К., Энгельс  Ф. Манифест Коммунистической партии // Маркс К., Энгельс  Ф.

Собр. соч. Изд. 2-е. Т. 4. — М.: Гос. изд-во полит. литературы, 1955.

5. Пайпс Р. Собственность и свобода. — М.: Московская Школа Политических Иссле дований, 2000.

6. Философия эпохи ранних буржуазных революций. — М.: Наука, 1983.

7. Schwab Dieter. Eigentum // Geschichtliche Grundbegriffe: Historisches Lexikon zur politisch-sozialen Sprache in Deutschland / hrsg. von Otto Brunner. Bd. 2. E-G / 4. Aufl. — Stuttgart: Klett-Gotta, 1998. — S. 65–115.

  Основные моменты понятийной истории собственности в политико-правовом языке средних веков см. по: Schwab Dieter. Eigentum // Geschichtliche Grundbegriffe: Historisches Lex ikon zur politisch-sozialen Sprache in Deutschland.... Bd. 2. Stuttgart, 4. Aufl. 1998. — S. 66–69.

 Историю формирования правового института собственности в средние вв. см по: Бер ман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. — М., 1998.

 Пайпс Р. Собственность и свобода. — М., 2000. — С. 14.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Шевченко Вячеслав Викторович Кандидат философских наук, доцент кафедры политологии Волгоградского государственного университета.

Россия, Волгоград v_v_shevchenko@mail.ru «Виртуальная история» в современных политико-коммуникативных практиках «Virtual history» in the modern political and communicative practices По мнению автора, в России для формирования политико-гражданской идентичности в политико-коммуникативных практиках последнего Аннотация времени используются модели и концепты виртуальной истории, онто логизируются несбывшиеся варианты прошлого, замещая собой быв шую реальность.

According to the author, in Russia for the formation of political and civic identity in the political and communicative practices of the last time they use Abstract models and concepts of virtual history, occurs ontologization unfulfilled ver sions of the past, replacing the former reality.

Ключевые слова: виртуальная история, контрфактическое моделирование, политиче ская идентичность, коммуникации.

Кey words: virtual history, counterfactual modeling, political identity, communication.

Роль истории и исторической памяти как содержательных источников современной российской политико-гражданской идентичности достаточно часто привлекают вни мание исследователей. При этом, как правило, признаётся, что инвариантность самих событий прошлого выступает существенным ограничителем интерпретаций истории1 , затрудняя выстраивание новых конструктов, способствующих консолидации россий ского общества. Потребность в преодолении этого препятствия стимулировала инфиль трацию в политико-коммуникативные практики подходов, способных создать новую модель реальности — «виртуальную реальность», с одной стороны, стирающую грань между актуальным и потенциальным бытием, с другой — способную обеспечить инте ракцию актора, существующего в настоящем, и объекта, которым выступает прошлое.

Начальное развитие «виртуальной истории» происходило прежде всего в рамках исторического дискурса о так называемом «сослагательном наклонении». Результатом стало расширение научного инструментария исторической науки за счёт включения методов контрфактического имитационного моделирования. Рассмотрение альтерна тивных сценариев, в том числе и несбывшихся, позволяло исследователям глубже по нять механизмы выбора варианта в исторической практике2.


Тимофеев И. Н. Политическая идентичность России в постсоветский период: альтернативы 1  и тенденции. — М.: МГИМО-Университет, 2008. — С. 73–74.

Нехамкин В. А. Контрфактические исторические сценарии сущность, структура, функции // 2  Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория В политико-коммуникативных практиках последних десятилетий этот подход трансформировался в рождение исторических симулякров, как правило, сопровождав шихся сожалением об упущенных возможностях. Результатом этих процессов можно считать онтологизацию виртуальных ретросценариев. Вопреки Ж. Бодрийяру, реинве стирование истории перестало быть лишь «ностальгией по утраченной референции».

Из разряда интеллектуальной игры виртуальная история превращается в способ обо снования реализации тех или иных проектов, в том числе в рамках концепта восстанов ления исторической справедливости с его принципиальным отказом от плюрализма трактовок прошлого.

В конечном итоге основой современной российской идентичности всё в большей степени становится не реальная, но виртуальная история.

При этом практически отсутствуют хронологические ограничения, главным кри терием сценария становится его соответствие целям патриотического, государственни ческого воспитания. Широк и спектр применяемых методов построения виртуальной исторической реальности: от смещения акцентов в иерархии исторических событий до православно-монархического гротеска.

Библиография 1. Нехамкин  В.  А. Контрфактические исторические сценарии сущность, структура, функции // Проблемы исторического познания. / Отв. ред. К.  В.  Хвостова.  — М.:

ИВИ РАН, 2009. — С. 65–80.

2. Тимофеев И. Н. Политическая идентичность России в постсоветский период: альтер нативы и тенденции. — М.: МГИМО-Университет, 2008. — 176 с.

Проблемы исторического познания / Отв. ред. К. В. Хвостова. — М.: ИВИ РАН, 2009. — С. 80.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Шестов Николай Игоревич Доктор политических наук, профессор кафедры политических наук юридического факультета Саратовского государственного университета имени Н. Г. Чернышевского Россия, Саратов nikshestov@mail.ru Проблема «тактических идеологий»

Предлагается подход к актуализации в современной политической те ории и практике наследия российской «классической» политической Аннотация мысли, основанный на представлении о политико-философских кон цепциях как «тактических идеологиях».

Ключевые слова: политико-философские концепции, идеологии, политические техно логии.

Есть широко известные и оригинальные философские концепции, принадлежа щие, например, перу российских либеральных, консервативных и демократических мыслителей последних двух столетий (таких, как П. Лавров, Н. Бердяев, Н. Данилев ский, И. Солоневич), чья актуальность для современной политической науки в качестве предмета исследования и очевидна и, одновременно, проблематична. Актуальны эти концепции потому, что они ставят и решают фундаментальные вопросы организации политического мышления и политической практики. Проблематична эта актуальность в силу парадокса: мы пытаемся найти в философских рассуждениях «высокую» науку, но наталкиваемся на что-то похожее на идеологию, мы пытаемся понять их идеологиче ский потенциал, но постоянно сталкиваемся с тем, что теории эти имели очень слабый для «нормальной» идеологии резонанс в политике прежнего времени, и вряд ли они сегодня будут иметь больший резонанс. Это авторский идейный продукт, изначаль но рассчитанный на ограниченной политическое потребление «обществом», или даже какой-то его частью. Мы понимаем, что современной политической науке не обойтись без этого наследия, оно нам интересно, но нам очевидно недостает весомых логических аргументов в пользу практического смысла такого интереса.

Один из возможных вариантов актуализации этого наследия политико-философ ской мысли (российской в первую очередь) состоит в том, чтобы сместить в процеду рах его осмысления акценты с содержательной стороны на технологическую. Иначе говоря, представить процесс появления и бытования таких политико-философских концепций как политико-культурную технологию, созданием и реализацией которой традиционно занимается думающая часть социума — «общество», прежде всего — «ин теллигенция». Технологию, процедурно похожую на метаидеологическое творчество (в основе которого тоже много авторских научных и религиозных теорий), но, имеющую другой смысл и назначение, другое положение в политическом пространстве. Можно сказать, что в случае с авторскими политико-философскими теориями мы имеем дело с «тактическими идеологиями». Такими, в которых представлено концептуализирован ное и структурированное представление о политике, ее целях, смысле и формах, но, при Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория этом, не ставится принципиально новых целей развития, и не определяются принци пиально иные, чем в метаидеологиях (консерватизме, либерализме и социализме) спо собы достижения таких целей. Они делают акцент на моральности и традиционности разного рода политических целей и средств, и провозглашают компромисс традиций и новаций основой политики. «Тактические идеологии» не есть отказ от принципиаль ных целей развития. Они есть постановка целей более жизненных и человеческих, в противовес целям более абстрактным и социальным в метаидеологиях. Они есть исто рически оправданная свойствами момента конкретизация и индивидуализация таких целей (спасение Отечества, социальное примирение, баланс духовности и материаль ности в поисках выхода из социального тупика). Можно быть либералом, но не в ущерб своему идеологическому credo разделять политико-философские оценки российской истории и будущего страны у К. Н. Леонтьева или Н. Я. Данилевского. Тем самым, как в прошлом, так и в настоящем, такого рода «тактическими идеологиями» перекрыва ются зазоры между теми «полями» политических отношений, которые формируются под влиянием метаидеологий и работают на общественный и властно-общественный раскол.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Ширинянц Александр Андреевич Доктор политических наук, профессор, заведующий кафедрой истории социально-политических учений факультета политологии МГУ имени М. В. Ломоносова Россия, Москва jants@bk.ru Интеллигенция в дискурсе современной политологии В работе на основании социокультурного подхода к анализу интелли Аннотация генции рассматривается оппозиция «интеллигент» — «интеллектуал».

Ключевые слова: интеллигенция, интеллектуал, власть.

В современной научной литературе сложились две крайние точки зрения на интел лигенцию. Одни считают, что интеллигенты — это профессионалы, зарабатывающие на хлеб интеллектуальным трудом, т. е. специалисты в определенной области. Другие думают, что интеллигенты — это хранители культуры, трансляторы культурного опы та, отнюдь не специалисты, не интеллектуалы, а простые люди, включенные в господ ствующую культуру и передающие свой опыт и основные требования этой культуры новым поколениям (у одних, например, интеллигентом становится неграмотный кре стьянин, рассказывающий сказки детям, у других, дьячок, бормочущий в храме и т. п.).

На наш взгляд, противоречие «интеллигент»  — «интеллектуал» искусственное, наду манное. Интеллигент — это интеллектуал, озабоченный не только проблемой личного существования, но (воспользуемся термином Э. Фромма) — «человеческого существо вания», и под этим углом зрения, профессионально (добросовестно и ответственно) выполняющий функции воспитания (той самой «трансляции» опыта), критики и «бо леющий» профетизмом (т. е. жаждой пророчества);

умеющий обозначить место своего общества в системе координат (прошлое — настоящее — будущее);

это «хранитель» и «новатор», имеющий совесть и желающий работать.

Рассматривая интеллигенцию как относительно независимую, самостоятельную группу, важно подчеркнуть, что реально некий идеальный тип интеллигента и интел лигенции в истории не существует;

это научная абстракция, отражающая типические особенности социального и культурного облика людей, составляющих группу, обозна чаемую данным обществом как «интеллигенция» и признающим за этой группой право на созидание духовных и интеллектуальных ценностей.

Предназначение интеллигенции — в выработке относительно целостной картины общественного сознания. Наиболее важными здесь представляются интерпретации «образованности», «сопереживания», «скептицизма» и «неангажированности» интел лигенции, важнейшей сущностной чертой которой становится невхождение во власть или лучше сказать — дистанцирование от власти, оценка действий власти под критиче ским углом зрения. Период роста самосознания общества порождает новый тип мыш ления, целью которого уже не является просто обеспечение уверенности, примирение с существующими условиями жизни, но также стремление сознательно изменить, улуч шить мир.

Политология — XXI век. Идейный дискурс современной российской политологии: история и теория Основной элемент функциональной рациональности общественного служения — выбор правильной, истинной цели деятельности. Рекрутируемая из различных соци альных слоев, интеллигенция благодаря своей внеклассовости проявляет способность к обобщению частного, к пониманию целостной сущности происходящего и выражению этого синтеза. Миссия представлять и защищать духовные интересы всего общества под силу только интеллигенции, так как именно интеллигенция представляет собой свободную от каких бы то ни было классовых связей среду, с одной стороны, а в силу происхождения связанную со всеми классами, с другой.

При ее социокультурном анализе интеллигенция предстает перед нами как некая маргинальная общность. В данном контексте «маргинал» не есть характеристика социо логического феномена. Мы говорим не о маргинальных группах, которые выделяются в любой социальной структуре по тому или иному признаку. Речь идет о том, что в любой культуре присутствует определенный «остаток», который избегает отношений власти.

Он реализуется в индивидуальной деятельности так же полно, как и в деятельности лю бой социальной группы. И с этой точки зрения маргинал в культуре — это исключение из правил. Традиционно представитель интеллигенции, включенный в производство символов своей культуры, предполагает, что он является субъектом духовного про изводства, а это позволяет ему находиться «вне» и «над» символическим строем сво ей культуры. Именно поэтому представители интеллигенции не могут избавиться от соблазна видеть себя некоторым духовным лидером, указующим, предостерегающим, узурпирующим профитум в интеллектуальной (и не только интеллектуальной) жизни.

Однако такое положение «вне» и «над культурой», даже если оно воспринимается как «центральное», оказывается, по сути той же маргинальностью, в случае, когда речь за ходит о поляризации процессов социального творчества, практики.

Библиография 1. Соколов А. В. Интеллигенты и интеллектуалы в российской истории. — СПб.: СПб ГУП, 2007.

2. Ширинянц А. А. Интеллигенция в политической истории XIX века // Вестник Мо сковского университета. Серия 12. Политические науки. — 2012. — № 4. — С. 39–55.

3. Ширинянц  А.  А. Нигилизм или консерватизм? (Русская интеллигенция в истории политики и мысли). — М.: Издательство Московского университета, 2011. — 649 с.

(Библиотека факультета политологии)

Pages:     | 1 | 2 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.