авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 28 |

«С.А. Строев Коммунисты, консерватизм и традиционные ценности Сборник статей Санкт-Петербург Издательство Политехнического ...»

-- [ Страница 25 ] --

Фактически шесть человек на две недели смогли парализовать государственную машину целого края, что более чем красноречиво свидетельствует о её состоянии, подготовке и управляемости. Но этим дело не ограничилось. Согласно социологическим опросам, радио- и интернет голосованиям действиям партизан сочувствуют от 60% до 86% респондентов, а до 75% голосовавших выразили свою готовность им помочь. Не менее примечательно то, что согласно просочившейся в интернет (хотя и, разумеется, официально не подтверждённой) информации армейские части отказались участвовать в карательных акциях по уничтожению партизанского отряда. А уже после его гибели появились последователи в Пермской и Новгородской областях, совершавшие нападения на машины и посты милиции. Кстати, не слышал сообщений о том, чтобы их поймали.

Лето ознаменовалось масштабнейшими лесными пожарами, показавшими полный развал пожарной службы и полное самоустранение государства. Боролись с пожарами волонтёры и общественные активисты – и только чудом пожары не дошли до атомных электростанций.

Летом же (25 июля) случилась спровоцированная попыткой чеченцев изнасиловать русскую девушку массовая драка в оздоровительном лагере «Дон», имевшая большой общественный резонанс.

Следующим событием года стал конфликт между правительством и армией по поводу разгромных «реформ» Вооружённых сил в целом и ликвидации ВДВ как рода войск в частности. Заметим, что митинг ветеранов ВДВ 7 ноября на Поклонной горе – это явно только крохотная вершина громадного айсберга. Отмечу только несколько случаев, которые произошли накануне. 4 октября бывший начальник разведуправления главкомата внутренних войск МВД, генерал-майор Виктор Чевризов был обнаружен с простреленной головой в собственном подъезде;

официальная версия – самоубийство, однако близкие генерала никаких признаков депрессии или нервного срыва у генерала в день смерти не заметили. 11 октября во Владивостоке обнаружено тело генерал-майора МЧС Николая Тимошенко;

официальная версия – самоубийство. 28 октября «случайно упал под электричку и погиб» председатель Высшего Офицерского Совета России генерал-лейтенант в отставке Григорий Дубров – один из ближайших соратников полковника Владимира Квачкова. В тот же день 28 октября на улице обнаружено тело умершего от неизвестной причины генерал лейтенанта Минобороны РФ в отставке Бориса Дебашвили. 30 октября грузовик врезался в машину, в которой ехал командующий ВДВ генерал полковник Владимир Шаманов;

генерал выжил, но из строя, по крайней мере, на время выбыл, водитель погиб на месте, ехавший вместе с Шамановым полковник Наумец с тяжелыми травмами попал в реанимацию.

Итого, за месяц, как раз предшествующий намеченному выступлению десантников, четыре генерала или вдруг совершенно неожиданно решили покончить с собой или погибли от несчастных случаев. И ещё один генерал – собственно, сам командующий ВДВ – едва не погиб в случайной дорожной аварии. Всё это за один месяц! И это не считая настоящей эпидемии «бытовых убийств» экспертов в области военной авиации. Я ни на что не намекаю, я просто отмечаю необычность такого количества случайных совпадений с точки зрения теории вероятности.

Между тем, 4 ноября рванула следующая информационная бомба – убийство 12 человек в станице Кущёвская. Но главный резонанс вызвала даже не сама массовая резня, а открывшиеся в ходе расследования факты.

Выяснилось, что районом в течение 16 лет правит банда, сросшаяся с местными органами власти, создавшая фактически в регионе собственную армию, карательные органы и даже свои психушки, и творящая настоящий беспредел. Двести изнасилований (только выявленных!), несколько убийств – и в течение полутора десятилетий жители района, фактически ставшие заложниками бандитов, не могли даже никуда обратиться, т.к. государство и банда срослись в единое целое. Естественно, повис вопрос: а если бы не резонансное массовое убийство – кто бы о ситуации узнал? И сколько таких «кущёвок» по стране остаётся не раскрытыми? И не является ли ситуация в Кущёвской зеркалом ситуации в стране в целом...

В конце ноября произошло массовое столкновение между чеченцами и русскими казаками в Зеленокумске, спровоцированное опять-таки попыткой группы чеченцев изнасиловать русскую девушку. В ходе столкновения чеченская сторона применяла огнестрельное и травматическое оружие.

Милиция бездействовала. Впоследствии виновными попытались сделать русских казаков.

Ну и, наконец, убийства ингушами студента РГСУ Максима Сычёва ноября в Ростове-на-Дону и футбольных болельщиков в Москве: Юрия Волкова 10 июля чеченцами и Егора Свиридова 6 декабря дагестанцами (четверо его товарищей получили тяжёлые травмы). Милиция задержала убийц, но... отпустила под подписку о невыезде. В итоге чаша народного терпения переполнилась, и вся вторая половина декабря прошла под знаком многочисленных народных акций протеста в Москве, Подмосковье, Санкт Петербурге, Ростове-на-Дону, Краснодаре, Самаре, Тольятти, Владимире, Рязани и других русских городах.

Я далеко не все эпизоды прошедшего года перечисляю, а только самые яркие – чтобы представить общую картину. Это я к тому, что режим уже не контролирует ситуацию, что уже сейчас от социального коллапса мы даже не в шаге – в четверти шага. А можете себе представить, что начнётся, когда вот эта "изношенность" доставшейся от советских времён остаточной социальности наложится на изношенность энергетики, коммуникаций, системы управления, которая начнёт выливаться в масштабные техногенные катастрофы уже не на Саяно-Шушенской ГЭС, а в более чем 12-миллионной Москве и в Петербурге? Когда "блэкаут", который у нас в городе уже был августа, наступит не на несколько часов, а на дни и недели?

И здесь участь людей "среднего класса" и тех, что считают себя "высшим сортом" – тех, о которых Вы спросили – она такая же, как у всех прочих. В этой мясорубке всем достанется по полной программе. А тем, у кого нет даже малейших навыков выживания и вообще просто минимального опыта реального практического самообеспечения – тем особенно. Очень многие из тех, кто сейчас строит себе элитные коттеджи, думают, что в случае чего они смогут уехать за границу. Это иллюзия. Кому они за границей нужны то? Чубайса, может быть, и возьмут – да и то не факт, что потом через несколько лет не посадят (американцы – они любят потом «благодарить» тех, кто своё на них отработал). Ну, может, самый высший олигархат сможет сбежать, прихватив с собой золотишка на чёрный день. Но массам "среднего класса" (и даже тем, кто повыше среднего) это не грозит совершенно. За границу если кого и возьмут – так хороших специалистов, тех, кто умеет что-то действительно уникальное делать головой или руками.

А весь наш "средний класс", умеющий только перепродавать импорт, пилить бюджетные средства, перекладывать бумажки и тусоваться – он никому и даром не нужен. Равно как и наша "творческая интеллигенция". Тем более, что там на Западе сейчас финансовый кризис – там и своих-то сокращают.

Если у кого и есть реальные преимущества в той ситуации, которая очень вероятно нас ждёт – так это у тех, кто прошёл "горячие точки" и имеет соответствующий опыт.

К сожалению, ничем иным порадовать не могу. Могу сказать только то, что я как гражданин своей страны с 1994 года делал всё, что было в моих силах, чтобы этого не произошло. И в пикетах, и на митингах, и на конференциях, и в интернете, и в газетах я пытался достучаться до уважаемых сограждан. В памятном 2000-ном мы с товарищами накануне президентских выборов даже по квартирам ходили, объясняя, почему нельзя голосовать за Путина. Но большинство выбрало то, что выбрало. И мне особенно жаль то меньшинство, которое этого не выбирало. Так что всех с наступившим 2011 годом. Будем надеяться, что не в этом году начнётся, и сколько-то времени на подготовку у нас ещё в запасе осталось. Нужно же надеяться хоть на что-то хорошее.

Ноябрь 2010 – январь 2011.

Интервью опубликовано в газете «Новый Петербургъ» № 3 (953), января 2011.

А также на сайтах:

Сайт газеты «Новый Петербургъ» http://npeterburg.ru/2011/nasha-strana adaptirovalas-pod-koloniyu (Под названием «Наша страна адаптировалась под колонию»).

Сайт http://диссидентъ.рф/ «Русский социализм – Революционная линия»

http://russoc.kprf.org/News/0000577.htm и http://russoc.info/News/0000577.htm Полемика Симулякр имени Николая Старикова В конце 2009 – начале 2010 года нами была подготовлена серия статей, посвящённых политтехнологическому проекту под названием «российский консерватизм». Не считая нужным пересказывать ранее написанное, отсылаем заинтересованных читателей к соответствующим статьям, за прошедшие два года нисколько не утратившим актуальности – «Шкурный "консерватизм" "партии власти"», «С медвежьим рылом да в европейский клуб», «Единая Россия: сможет ли профсоюз бюрократов стать политической партией?». Говоря коротко, речь в статьях шла о том, что «чудесное обретение» партией чиновников собственной идеологии в лице консерватизма отражает объективную смену интереса правящего слоя. Если в конце 1980-х и в 1990-е годы главным мотивом переродившегося в компрадорскую олигархию партийно-государственного чиновничества была «конвертация власти в собственность», то и официальная псевдолиберальная идеология ясно выражала потребность в создании социального хаоса, служащего прикрытием для тотального грабежа и необузданного мародёрства общенародной собственности. Во второй половине 2000-х годов, когда делёж награбленного добра был в основном завершён, со стороны составляющего государственный аппарат криминалитета возник социальный заказ на стабилизацию, т.е. на закрепление достигнутых результатов и легитимизацию себя, своего положения в сложившейся социальной и экономической иерархии и награбленной за время «лихих 90 х» собственности. Выражением этой смены потребностей правящего слоя стала смена государственной идеологии с либерально-революционистской на консервативно-охранительную.

Отражением этой политической линьки правящего страной чиновничьего ворья стало не только обретение консервативной идеологии партией власти. В рамках «нового курса» резко изменилась тональность СМИ, которые от сладострастного смакования агонии и трупного разложения общества резко перешли к приторно-лубочному малеванию «потёмкинских деревень». Из уст представителей правящего режима вдруг зазвучали слова о «патриотизме», под которым, правда, подразумевается нехитрая мысль «давайте все теперь дружно сплотимся и вместе защитим то, что мы у вас давеча украли». Началась стремительная мимикрия компрадорской ворократии одновременно и под старорежимную Российскую Империю, и под СССР сталинской эпохи. Получили оплачиваемый заказ на свою работу всевозможные «консервативные центры» и телеканалы, восхваляющие патриотизм и стабильность и проклинающие любые революции. Стал совершенно целенаправленно формироваться миф о том, как цветущую николаевскую Империю (этакий почти совершенный «рай на земле») развалили коварные англо-саксонские шпионы, а потом Сталин их перехитрил и воссоздал ту же империю, только уже «труба пониже – и дым пожиже». При этом делается постоянный намёк на то, что нынешняя эрэфия – это как бы типа преемница и Империи, и СССР, а коварные аглосаксонские шпионы не дремлют. Поэтому всем нам, если мы не хотим кровавых ужасов, смут, голода и людоедства прямо на улицах нужно как можно кучнее сбиться в баранье стадо вокруг двух наших добрых пастырей и насмерть забодать всякого, кто отныне будет уличён в раскачивании лодки и шакаленье у посольств.

По мере приближения к очередному циклу выборов, тв-пропаганда нового «консервативного» курса дошла до прямо-таки натуральных пароксизмов патриотической истерики. Новым товаром, отвечающим невзыскательному вкусу потребителей «дома-2» стал проект под названием «Кургинян». Три стоящих друг друга бандерлога с местечковыми повадками, завывая, повизгивая, брызжа слюной в камеры и в зал и только что не кидаясь друг в дружку бананами, с высоты своего бандерложьего сознания принялись «судить время». Манеры, ужимки, показная истерика – «Дом-2» в чистом виде. Казалось бы, гримасничающий и тычащий в лицо телезрителю кукиши Кургинян не должен был бы вызвать у людей ничего, кроме чисто физиологической брезгливости и гадливости. Но то «казалось бы». Двадцать лет телепетросянов не прошли бесследно. Пипл и это схавал не поморщившись.

Но то пипл. А кроме пипла остались ещё пока, хоть и в не слишком большом количестве, люди, которые не разучились думать головой. Для них нужно было изготовить нечто, качественно иное, чем истеричные вопли и ужимки кургинянообразных. Качественно иное в интеллектуальном и эстетическом смысле, но подталкивающее в том же самом направлении. В направлении патриотизма по-путински. Того самого, уже упомянутого выше «давайте забудем всё прежнее и ради любви к Родине и общего блага будем теперь все вместе дружно защищать то, что мы у вас украли».

На этой благодатной ниве нового соцзаказа труждается нонче немало одарённых (это, кстати, не ёрничество – действительно одарённых), но, увы, слишком хорошо трудоустроенных товарищей. В рамках настоящей статьи мы не будем тревожить, однако, ни Михаила Владимировича Леонтьева, ни авторский коллектив, создавший цикл передач о падении Российской Империи на телеканале «365 дней ТВ», ни многих других наших уважаемых англофобов, ни даже идеолога весьма специфического т.н. «неоевразийства»

Александра Гельевича Дугина. Речь у нас пойдёт о публицисте Николае Викторовиче Старикове.

Итак, Н.В. Стариков – автор серии историко- и экономико публицистических книг, популярный блогер, участник множества встреч с общественностью, радио- и телевизионных программ, организатор и медийное лицо созданного в этом году т.н. «Профсоюза граждан России» и, среди прочего, коммерческий директор ОАО «Первый канал – Санкт Петербург». Н.В. Стариков – это вам не какой-нибудь Кургинян, это человек, несомненно умный, одарённый, образованный, аналитического склада ума, способный не только достойно себя вести на уровне общей культуры и манер, но и внятно, доходчиво излагать свою позицию, апеллирующий не к эмоциям, а к разуму и рациональным аргументам. Он пишет и говорит не просто вменяемые, а вполне здравые и даже по большей части правильные вещи. И этим привлекает к себе вполне здравых и достойных людей. А вот куда он их, привлекши, потом ведёт и направляет – вот об этом и поговорим.

Но прежде сразу обратим внимание на то, что добротные и явно не самиздатовские публикации целой серии книг, сразу попавших в «Дом Книги», сеть «Буквоед» и иные престижные и недешёвые магазины, массированная реклама, «зелёный свет» на телепередачи – всё это свидетельствует о том, что Николай Викторович представляет собой отнюдь не самостоятельного правдоискателя и независимого публициста-одиночку.

Мы не видим иного объяснения перечисленным фактам, кроме как задействования немалых финансовых средств и административных ресурсов, брошенных на его раскрутку. О том же свидетельствует и счасливая возможность для Николая Викторовича постоянно путешествовать по стране, проводить встречи, семинары, лекции, заниматься активной общественной и организационной деятельностью – и всё это не отрываясь на такую пошлую прозу жизни как зарабатывание на хлеб насущный в каком-нибудь НИИ, производстве или офисе. Вполне очевидно, что общественно-политическая деятельность господина Старикова – это и есть его непосредственная основная работа. В совокупности с тиражами книг, их рекламой, благосклонностью книжных магазинов, раскруткой на телевидении и т.д. это свидетельствует, вероятно, о наличии весьма платёжеспособного заказа на его деятельность. Иными словами, Н.В. Стариков, очевидно, представляет не просто собственное частное мнение, а формирует картину реальности, в которую как минимум достаточно состоятельные и влиятельные люди инвестировали немалые средства и, следовательно, вероятнее всего, контролируют соответствие продукта своему заказу. Что же это за картина?

В своих выступлениях и публикациях Н.В. Стариков рисует, на первый взгляд, ясную и чёткую программу действий: национализации рубля, изменение природы Центрального банка, национализация природных ресурсов и принципиальное изменение роли сырьедобывающих компаний, превращение их из платящего налоги собственника в наёмного подрядчика, установление низких внутренних цен на энергоносители и привлечение ими в Россию иностранного производственного капитала, гибкая кредитная политика вплоть до отрицательного кредитного процента при кредитовании социально- и государственно- полезных проектов, введение прогрессивного налогооблажения и т.д.

Меры, вне всякого сомнения, здравые. Хотя оригинального здесь ровным счётом ничего нет. Вся народно-патриотическая оппозиция – от умеренных коммунистов до радикальных русских националистов – эту программу предлагает уже почти двадцать лет. А воз и ныне там. Почему? И вот тут возникает ключевой и самый фундаментальный вопрос: а как же её – такую замечательную программу – из голой теории перевести в русло практического исполнения? Николай Викторович отвечает на этот вопрос просто и уверенно – «надо принять законы». А тех, кто будет их нарушать – тех наказывать.

Вот тут-то мы и подбираемся к сакраментальному месту, в котором зарыта собака. Отчего за 20 лет все эти очевидные любому здравомыслящему человеку и не составляющие никакого открытия меры так и не приняты на уровне законов и не реализуются на практике? Ответ, увы, прост и банален до крайнего неприличия. Потому, что власть находится в руках тех, кому выгодно именно существующее состояние дел, а упомянутые законы, долженствующие его коренным образом изменить, напротив, категорически не выгодны. Скажем больше: всё ныне существующее государство, начиная с «двоих из ларца, одинаковых с лица» и заканчивая последним мелким чиновником и полицаем, создано и существует именно для того, чтобы законы, о которых говорит Стариков, никогда не заработали! Сомневаетесь? Давайте разбираться.

Кем был уничтожен Советский Союз? Жидомасонами? Сионистами?

Англо-американскими шпионами? Да полно те! Советский Союз был уничтожен собственным партийно-государственным аппаратом. С ясной и конкретной целью – всё, что прежде было в общенародной собственности и чем аппарат только распоряжался, но отнюдь не владел, перевести в свою теперь уже полноценную частную собственность. А всякие англо американские, сионистские и прочие агенты влияния – они, конечно, подталкивали, устанавливали контакты, где-то направляли в выгодное им русло. Но не они были главной действующей силой и субъектом произошедших изменений. У них у самих ничего бы не получилось, как не получалось в течение всех 70 лет истории Советской России, если бы их желания не совпали с желаниями и интересами самого государственного аппарата.

Этот момент нужно чётко понять. Крушение СССР было спланированной и успешно осуществлённой операцией партийно государственного аппарата самого СССР. Борцы с привелегиями, обличители командно-административной системы и прочие демократы первой волны были лишь массовкой, которую сама же партбюрократия и выпустила на некоторое время побесноваться и погалдеть на сцене для отвлечения внимания публики от того, что в это время происходило за кулисами, куда якобы «поверженная демократами» партбюрократия удалилась сама по собственной воле, изобразив лишь для отвода глаз сконфуженное выражение лица. То есть от раздела собственности и реальной власти. Потом даже не успевшую ещё толком отпраздновать свою «победу над тоталитаризмом»

недалёкую в массе своей умом народофронтово-демократическую массовку со сцены так же быстро и управляемо убрали, как до этого выпустили. Кого сейчас из «демократов первой волны» хоть кто-нибудь вспомнит? Разве что тётку Салье, истерично оравшую на площади «сорвите эту красную тряпку».

В отличие от всякой шантропы, возомнившей себя новыми князьями да боярами, серая масса чиновничества действовала без суеты и спешки. После «демократических» трепачей и пустозвонов пришла очередь и побывших «халифами-на-час» «всесильных олигархов». В политическое небытие один за другим отправились сначала Гусинский, потом Березовский, а для Ходорковского и компании одним только «политическим небытием» дело уже не ограничилось. Всякие же прочие абрамовичи и мамуты были крайне жёстко поставлены на место и уцелели именно потому, что приняли правила игры, действовавшие с самого начала. Криминальная революция была устроена вовсе не затем, чтоб отдать всю государственную собственность кучке борзых еврейских выскочек, которые в действительности были лишь грязной пеной на гребне волны, но никак не самой волной. Революцию делала партийно-государственная бюрократия. Для себя. Сегодня она – реальный фактический коллективный собственник страны и всех её богатств.

И вот установилась та система, которая существует последние десять лет. Стариков указывет на то, что природные богатства, которые будучи в земле, принадлежат государству, будучи извлечёнными тотчас «как по волшебству» становятся собственностью извлекший их частной компании.

Нонсенс? Государство не доглядело? Да не будьте ж вы такими наивными!

Где и когда вы видели, чтоб наше государство хоть ложку кому позволило пронести мимо собственной разверзтой пасти?

Зачем государство даром отдало природные ресурсы частнику? Да затем же, зачем сын турецкоподданного Остап Бендер сделал главой фирмы «Рога и копыта» не себя и даже не Паниковского, а зиц-председателя Фунта.

Затем, чтобы «в случае чего» именно Фунт и сел в тюрьму. Это же ясно, как белый день. Причём всё без обмана – Фунт знал, на что идёт и за что ему платят. Точно также абрамовичи, дерипаски, мамуты и прочие – это номинальные владельцы. Чисто формальные собственники. Кто этого не понимал и думал, что все эти игры с приватизацией навсегда и «взаправду» – тот кончил или как Березовский, или и вовсе как Ходорковский.

Приватизация затем и была проведена со столь демонстративным размахом беспредела и беззакония, чтобы на каждаго новоиспечённого миллиардера навсегда, на всю его жизнь и жизнь его потомков в архиве ФСБ была заранее готова папочка с документами. В которой материала хватит не то что на пожизненное заключение, а и на смертную казнь, даже не говоря уж о такой малости, как полная конфискация всего имущества. И, обратите внимание, материала совершенно подлинного, «честного», без всяких там фальсификаций и подтасовок. А, кроме буквы закона, есть ещё легитимность общественного мнения. Потому что население-то «новых собственников», наживших миллиарды на грабеже страны, знает лично, поимённо и в лицо. И ненавидит люто. И не только одобрит любую над ними расправу со стороны государства, а собственными руками разорвёт на куски – дай только возможность.

Так кто они – эти «частные собственники», в руки которых «по недогляду» государства попадают природные ресурсы страны? Владельцы?

Как бы ни так! Они ширма, зиц-председатели фунты, а заодно и заложники.

Едва получив в свои руки сказачные богатства, они, имена которых известны всей стране, вдруг начинают – совершенно добровольно, заметим! – с потрясающим воображение альтруизмом делиться, делиться и ещё раз делиться. Ибо им тоже – представьте – хочется жить, и притом жить в особняках (которые, правда, у них в любой момент могут отнять), а не на нарах. Кто же те люди, с которыми они делятся? Вот в том и весь смысл системы, что имён и лиц этих счастливчиков мы доподлинно не знаем и не узнаем. Затем всё и сделано, чтобы эти люди в итоге получали всё, даже если бы ничего не воровали и не присваивали сами. И, соответственно, ни за что не несли бы персональной ответственности. Чтобы их – этих конечных выгодополучателей – вообще как бы и не было. О них можно сказать только то, что они – чиновники. И всей своей массой именно они и составляют законы (которые потом едросовская дума просто тупо проштамповывает), и определяют контроль за их исполнением. Едва ли мы выдадим военную тайну нашей горячо любимой Родины, если констатируем, что распилы и откаты в движении потоков бюджетных средств являются не «случайными флуктуациями», а основным содержанием и смыслом всего движения.

Коррупция государственного российского аппарата – это не его «болезнь», это не некое «отклонение от нормы». Это и есть сама его норма. Это то, ради чего и чем этот аппарат вообще живёт.

И вот тут, представьте, приходит благонамеренный господин Стариков и говорит: давайте, мол, ради общего блага примем такие законы, чтобы средства от продажи природных ресурсов, «отмытые» частными сырьедобывающими компаниями шли не в распил, а в бюджет. Уже смешно?

Кто, даже чисто теоретически, может такой закон принять? Госдума, которая состоит из тех же омандаченных депутатскими корочками чиновников или их назначенцев, которых избирает не народ, а – как с особой наглядностью показали последние выборы – избиркомы, состоящие опять же из тех же чиновников? Совет Федерации, фактически назначаемый администрацией президента?

Но, допустим, случилось чудо и необходимые законы упали прямо с неба в виде каменных скрижалей. Будут они исполняться? Вопрос риторический. Будет ли исполнять чиновничество законы, отнимающие у него – чиновничества – источник доходов? Кто заставит? Судья? Он такой же чиновник – он в доле. Прокурор? С ним тоже поделились. Полиция? Её начальство харчуется из того же корытца. Создать новую контролирующую службу? Ну, хорошо, придётся ещё и им отстёгивать.

Это же очевидно.

Пойдём по программе Старикова дальше. Нет национализации природных ресурсов – значит нет и чаемой национализации рубля. Потому что доходы от продажи ресурсов уже распилены и переведены в относительно надёжное и безопасное место – в иностранную недвижимость, на западные счета и т.д. Обеспечивать рубль нечем, да и как тут пойдёшь против воли заграничных банкиров, если именно они и являются гарантами вывезенных из страны средств. Или оставить всё наворованное внутри России? Так как же в ней оставишь, если здесь власть тождественна собственности: потерял место в аппарате, «утратил доверие президента» – и, как говорится, «всё, что нажито непосильным трудом – всё пропало»!

Низкие внутренние цены на энергоносители? Так это же не выгодно!

Не выгодно тем, кто этими ресурсами распоряжается. Зачем же отдавать энергетические ресурсы внутреннему покапателю дёшево, когда внешнему их можно продать дороже? Государственные интересы? Отнюдь, как любил говаривать покойный Егор Тимурович. В том и штука, что государство под названием РФ населения не включает. Это не государство-нация, а государство-корпорация. К тому же очень закрытая и непрозрачная.

Государство – это не граждане, а только чиновничество, консолидированное в особый коллективный субъект. Поэтому у нас и уничтожена – собственными руками, даже англо-американским диверсантам на хлеб не оставили! – вся отечественная промышленность вкупе с сельским хозяйством. Потому, что прявящей чиновничьей корпорации продавать нефть прибыльнее, чем её вкладывать в подъём отечественного производства. Прибыльнее – и ничего с этим не поделаешь. Прибыльнее – значит, больше денег для распила, для дележа, для внутреннего иерархического распределения внутри чиновничьей корпорации. Нешто же правящее страной чиновничество (оно же, собственно, государство) себе во вред сделает? Вот и весь ответ. И так по каждому пункту стариковской программы.

Так можно ли реализовать экономическую программу Старикова?

Чисто теоретически – да. Но обязательным условием этого является отстранение от власти существующей чиновничьей корпорации. Иначе никак. Ныне существующий государственный аппарат никогда, ни при каких условиях, по определению не примет к исполнению ничего из декларируемой Стариковым программы. По банальнейшей причине: ему это не выгодно, а механизмов принуждения его к этому нет. Потому что он сам и есть единственный и монопольный механизм принуждения.

Но на самом деле дело ещё хуже. Потому, что в доле уже не только чиновничий аппарат. В доле СМИ, которым платит или сам режим, или подконтрольные режиму коммерческие структуры. В доле политики и партии, в том числе оппозиционные (и парламентско-системные, и как бы ультрарадикально-несистемные), которые спонсирует и содержит сама власть. В доле вся огромная в совокупности масса рядовых столичных офисных хомячков, которые ничего не производят, но слизывают часть пенок с потока экспорта сырья и импорта готовой продукции. В доле даже нищие бюждетники, которым периодически с видом благодеяния кидаются крохи с нефтяного пирога, но они и тому рады-радёшеньки, потому что тоже разучились и отвыкли работать, привыкли к роли приживальщика, живущего подачками с барского стола. В доле иждевенцы и люмпены, которые прикормлены (хоть и скудно, но уж как есть) прявящей корпорацией из того же самого источника и потому – пока не иссякнет нефть и газ – будут исправно голосовать за партию власти, как бы она ни называлась.

Так реализуема ли программа, предлагаемая Стариковым, в конкретных исторических условиях современной России? Вопрос очень не простой на самом деле. Но одно ясно и несомненно: если она гипотетически и реализуема, то только через полное крушение существующей политической и экономической системы и отстранение правящей ныне корпорации от рычагов власти. Возможно это или нет – не об этом сейчас речь. Речь о том, что без этого изменение ситуации по существу в принципе невозможно.

И вот тут и проявляется самая суть политтехнологического проекта, персонифицированного Н.В. Стариковым. Потому что здесь он говорит: ни в коем случае, никаких революций! Никакого системного коллапса, он на руку только коварным англо-саксонским агентам. Нужна политическая стабильность. Режим прежних ельцинских мародёров сам собой переродится в патриотический, если ему не мешать и дать «отстояться». Нужно только набраться терпения и подождать. Президент и премьер радеют об интересах страны и притом знают, что делают. Их курс – правильный. Нужно их поддержать и вокруг них сплотиться. Бороться надо не с кремлядью, а с внешним врагом. С англо-саксонскими агентами влияния, например. И с их прихвостнями. Ну, теми самыми, которые – вы же знаете – раскачивают лодку и шакалят у иностранных посольств. Вот давеча Стариков призвал резко увеличить штрафы и ввести тюремные сроки (!) за участие в несанкционированных шествиях, демонстрациях и митингах. Это при том, что даже по нынешней похабной конституции, принятой под дулами танков после расстрела законной государственной власти, согласно статье 31 «Граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование». Иными словами, всякое «санкционирование»

или «несанкционирование» правящей корпорацией митингов и шествий граждан вообще антиконституционно! С точки зрения конституционных норм у чиновников нет никакого права ограничивать права и свободы граждан, прописанные и зафиксированные в основном законе страны, имеющем высшую юридическую силу и действующего непосредственно. Но нет же, господин Стариков призывает лишить население России последних призрачных остатков гражданских прав, превратив просто в бессловесное быдло, которому не дозволено даже выразить протест против демонстративных по своей наглости фальсификаций. При этом о самих фальсификациях Николай Викторович упорно молчит, зато разоблачает «фальсификации фальсификаций» – что типа съёмки фальсификаций выборов на дому снимались. Но самое смешное даже не это. Самое смешное, что вопрос о фальсификации государством выборов (то есть о фактическом захвате принадлежащей de jure народу власти!) господин Стариков призывает решать... в суде того же самого государства! Ну, не анекдот ли?

Сначала государство организует похабный фарс под названием «выборы», не удосуживаясь даже обеспечить самую минимальную правдоподобность и открыто демонстрируя населению, что «что хотим, то и нарисуем!». Потом то же самое государство, грубо нарушая свой же собственный основной закон (Именно свой, а не наш! Мы-то имеем полное право не признавать легитимность этой писульки, принятой заведомо незаконным образом в результате бандитского государственного переворота 1993 года и расстрела законной власти и её защитников), начинает нам указывать, в каком месте, в какое время и каким образом нам выражать свой протест против него. Ну, прям в точности по Евгению Лукину: «Дожили... У поганого колдуна разрешение клянчить... Причем на что! На проявление народного гнева...».

Ну и в завершение трагифарса нам предлагают подать на демонстративно укравшее наши голоса и присвоившее себя принадлежащую нам власть государство иск... самому этому же государству! Ну-ка, ну-ка, в чью же пользу оно тут рассудит дело – в свою, али в нашу?

А пока суть да дело, посреди уже даже не агонизирующей, а стремительно покрывающейся трупными пятнами страны, из которой разросшийся вурдалак чиновничьей мегакорпорации высасывает последние соки, стариковский «Профсоюз граждан России» (Кстати, очень любопытное название – «Профсоюз граждан России». С какой, казалось бы, стати «профсоюз»? Гражданин России – это что профессия такая? На самом деле это как раз отчасти логично. Раз государство – это корпорация чиновников, то мы, получается, вовсе не хозяева страны, а так – наёмные работники этого государства. Но к чему тогда козырять словом «граждан»?) будет проводить ежемесячные «марши успеха». Рассказывать, что у нас «всё хорошо, прекрасная маркиза». Что с триумфом прошла балетная премьера на исторической сцене Большого театра, и что боец смешанного стиля Фёдор Емельяненко единогласным судейским решением победил американца Джеффа Монсона. Вот счастья-то нам всем с этого привалило!

А проблемы – да, есть «отдельные недостатки». Но они же решаются!

А, значит, по большому счёту, всё в порядке. Программа у нас есть. Вам она нравится? Прекрасно, давайте за неё вместе попикетируем. И тогда её рано или поздно услышат благодетели наши. Ведь президент и премьер помнят о нас, заботятся о нас и радеют за нас. Утром мажут бутерброд – сразу мысль: а как народ? И икра не лезет в горло, и компот не льется в рот! Надо только им верить и ждать, верить и ждать, верить и... Баю-баюшки баю, дорогие сограждане.

И ведь верят!

А как не верить? Если не верить, то нужно признать, что страна катится в тар-тарары, причём теперь уже необратимо, что промышленность уничтожена, что продовольственной безопасности нет совершенно, что все мы, подобно семье конченных наркоманов, просто продаём подешёвке доставшееся по наследству имущество. Сперва продали книги, потом мебель, потом продадим квартиру – и издохнем где-нибудь в грязной луже. Нужно признать, что само население за 20 лет мародёрской жизни деградировало и опустилось, что выросли целые поколения, которые не только не хотят работать, но и вообще не знают, что это такое. Что мы бесправны и унижены, что каждый последний мелкий чиновник или полицай обращается с нами, как с бессловесным скотом. Что прогнило и разложилось буквально всё, начиная от государственной власти, и кончая водопрододными и канализационными трубами, которые десятилетиями никто не ремонтировал, но зато постоянно дополнительно нагружал уплотнительной застройкой, ведущейся на потребу строительной мафии. Что наши самолёты падают с регулярностью метеорологических осадков, что вокруг нас взрываются дома, сходят с рельс поезда, что каждую ночь, а то и прямо среди дня дорогие гости с Кавказа и Средней Азии режут наших сограждан прямо на наших улицах. Что милиция предпочитает не вмешиваться, потому что это не её дело. Что русское население страмительно вымирает и – хуже того – замещается кавказцами, среднеазиатами и милыми (в отличие от страшных англичан) сердцу Старикова «друзьями»-китайцами. И что именно для сокрытия чудовищных масштабов этой этнополитической катастрофы радеющие о стране «государственники» отменили графу национальности в паспорте. И что во всём этом кошмаре мы живём, и уже привыкли и даже не замечаем.

Хочется в это верить? Или проще и комфортнее верить Старикову, который рассказывает на ночь сказки про то, что мы уже неплохо живём сейчас, а скоро заживём ещё лучше – как только президент и Дума примут законы о национализации Центробанка и сырьевых ресурсов? Конечно, куда проще верить в грёзы, чем в реальность. Надежда, как говорится, умирает последней. Но в тех обстоятельствах, в которые существующее государство корпорация загнало Россию, всё-таки рано или поздно умирает и надежда.

Потому, что она совершенно необоснованна и илюзорна.

На самом деле можно было бы указать в концепции Н.В. Старикова множество нестыковок и ляпов. Ну, к примеру, в статье «Национализация рубля» он пишет:

«Суть того, что предложили миру американцы очень проста:

поскольку после Второй мировой войны основные запасы золота перекочевали в США, то послевоенную экономику нужно строить на базе доллара. Это значило, что только доллар (и в значительно меньших масштабах британский фунт) будет иметь золотое содержание, а все остальные валюты мира не будут иметь золотого содержания. Они будут иметь долларовое содержание. И уже через свой курс к американской и британской валюте, иметь некое «золотое содержание». Ведь надо же «взвешивать» разные валюты по отношению друг к другу. Теперь этими «весами» будут доллары. Для этого весь мир должен был собирать и копить не желтый металл, а доллары и фунты. И только имея их в своих запасах, страна получала право выпустить свою национальную валюту в эквивалентном количестве. Ровно так раньше, имея золото в запасах, можно было выпускать обеспеченные им бумажные деньги.... Любая страна, член МВФ обязана обеспечить одномоментный обмен всего объема своей национальной валюты на доллары и фунты из своих резервов. В любой момент времени это правило должно соблюдаться. Без этого не берут в МВФ. Без этого не возьмут в «цивилизованное человечество». Это важно понимать. Работает система так. Россия продала на мировом рынке некий товар;

в страну поступило $100;

Центральный Банк покупает эти доллары на бирже;

доллары попадают в золото-валютные запасы ЦБ РФ;

в экономику попадает 3000 руб. Паритет соблюдается. Но вот цена на нефть пошла вверх. За тот же товар Россия получает уже не $100, а $110.

Паритет нарушен и ЦБ его исправляет. Он снижает курс доллара, покупает их дешевле, и впрыскивает в экономику страны меньшее количество рублей за один пришедший в страну доллар. При снижении цены на нефть происходит обратный процесс: ЦБ увеличивает курс доллара. Но в любом случае, существует зависимость и жесткая привязка денежной массы внутри России и долларовой массы, которую получает Россия из вне....

Помните страшный денежный голод гайдаровских реформ? Он и был вызван тем, что страна не могла печатать свою валюту, потому, что не было у нее валюты иностранной. Помните новости тех дней – МВФ дает кредит столько-то миллионов долларов. Значит, пенсии будут выплачены, задолженность госслужащим по зарплате погашена. А ведь МВФ дает кредиты в долларах? Но ведь пенсии то платят в рублях. Как приход долларов в страну, помогает расплатиться в рублях? Теперь вы знаете, как.

А все разговоры про то, что нельзя напечатать рублей для выплаты пенсий своим старикам, все эти страшилки про инфляцию – это просто дымовая завеса для прикрытия той системы, что сосет из России (и всего мира) соки».

Убедительно? Если не вникать в детали, то чрезвычайно. А если вникнуть? Стариков прямо утверждает, что рубль может печататься российским Центральным Банком только пропорционально имеющемуся в его запасах количеству долларов. И этим якобы объясняется денежный голод во время гайдаровских реформ. Но применим элементарнейшую логику.

Если рублёвая масса действительно была бы привязана к объёму имеющихся в распоряжении Центробанка долларов, то инфляция рубля должна была бы идти со скоростью, примерно равной скорости инфляции доллара, логично?

Иначе никак: сколько в России долларов, столько и рублей в пересчёте на курс рубля к доллару. Так как же тогда объяснить совершенно дикую и бешеную (примерно в 26 раз или на 2600% за один только 1992 год!) гиперинфляцию рубля при том же самом упомянутом премьерстве Е.Т.

Гайдара? Неужели про неё Н.В. Стариков забыл? Если бы эмиссия рубля Центробанком действительно была бы привязана к объёму имеющихся в России американских долларов, ничего подобного произойти бы просто не могло. Представление о том, что Центробанк может директивно определять курс рубля к доллару, конечно, является упрощённым. Этот курс формируется соотношением спроса и предложения на мировых биржах.

Удерживать его искусственно на установленном уровне Центробанк, конечно, может, но лишь в определённых пределах и с напряжением, прямо пропорциональным отличию удерживаемого искусственного курса от равновесного естественного. Не стоит и говорить, что даже Бреттон-Вудская система не предполагала обязанности каждой из принявших её стран иметь в резерве объём долларов равный по установленному курсу всему объёму собственной национальной валюты. Она обязывала страны лишь поддерживать с помощью валютных интервенций постоянство обменного курса своей валюты к доллару. Ямайская же валютная система, пришедшая начиная с 1976 –1978 годов на смену Бреттон-Вудской, и вовсе основана на системе плавающих нефиксированных валютных курсов. При этом для стран-членов МВФ «международной валютой», вопреки расхожему представлению, является вовсе не доллар, а «специальные права заимствования», котировка которых определялась на основе средневзвешенного курса валютной корзины, из которой американский доллар составлял лишь 42%. С формальной точки зрения доллар США с конца 1970-х годов не имеет никакого особого специального статуса, закреплённого теми или иными договорами, среди мировых валют. Картинка, нарисованная в данном случае Стариковым, явно противоречит как реальному положению дел, так и элементарной логике. Действительные механизмы мировой экспансии доллара и экспорта инфляции значительно тоньше и изощрённее.

На таких примерах в принципе можно было бы при желании показать, что в целом представленная к публикациях Н.В. Старикова глобальная картина мировой экономики и новейшей истории если и не соткана полностью из подобных внешне правдоподобных мифологем, то, то меньшей мере, скреплена ими и во многом на них держится. Это, однако, совершенно выходит за рамки задач настоящей публикации. В данном случае наша задача гораздо скромнее. Мы всего лишь хотим обратить внимание на то, что активно насаждаемая и внедряемая в общественное сознание политтехнологами альтернатива между «путинистами» и «оранжистами»

является заведомо ложной. Цель её – предельно сузить возможность выбора, заставить людей делать выбор между двумя заранее предложенными сторонами одной и той же системы. То есть при кажущейся возможности выбора позиции всё равно в любом случае «свободно» выбрать одно и то же.

Только в разных стилистических и эмоциональных упаковках, рассчитанных на людей разных ценностных установок. В действительности «путинские» и «оранжевые» тождественны как в плане реализуемого ими проекта, предполагающего интеграцию России в мировой рынок на правах специализированного на экспорте сырья в обмен на импорт готовой продукции региона, так и в плане общего своего происхождения от ельцинской криминальной олигархии.

Никакой разницы между Путиным с одной стороны и Касьяновым, Каспаровым и Немцовом с другой в действительности не существует.

Навязываемая противоположность между якобы «патриотом государственником», «почвенником», «консерватором» и «автократом»

Путиным и якобы «демократами» лежит в плоскости исключительно политтехнологического имиджа, причём имиджа чисто симулятивного и никак не отражающего реальные цели и установки. Возьмём, к примеру, т.н.

«демократов». Все эти касьяновы, немцовы и прочии не только при Ельцине, но и во время первого срока Путина входили в состав правящей элиты. И что, была демократия? От «народного волеизъявления» что-то зависело? СМИ не были рупором правящей либеральной олигархии? Выборы меньше фальсифицировались? Теперь посмотрим на Путина. Восемь лет его президентства и четыре года премьерства ознаменовались сердюковским разгромом Генштаба, ГРУ и ВДВ, катастрофическим (гораздо более интенсивным, чем даже при Ельцине) сокращением стратегических ядерных сил и сил общего назначения (см., например, аналитические статьи Алесандра Храмчихина), дальнейшей деградацией военно-промышленного комплекса (отсюда и переход на вооружение остатков российской армии техникой иностранного производства, включая нашумевшую покупку «Мистралей»), окончательной потерей продовольственной безопасности и – венец всему! – ратификацией по личной инициативе Путина, внёсшего проект соответствующего закона в Госдуму «Соглашения между государствами - участниками Североатлантического договора и другими государствами, участвующими в программе "Партнерство ради мира", о статусе их Сил от 19 июня 1995 года» и Дополнительного протокола к нему.

Стоит напомнить, что согласно этому соглашению, подписанному при Ельцине в 1995 году, но ратифицированному только при Путине и по его личной инициативе, закреплена возможность ввода на территорию РФ войск НАТО с собственным вооружением и боевой техникой. Дальше, что называется, ехать некуда – это прямой отказ от государственного суверенитета. Так что миф о «патриотизме» и «автократичности» Путина, построенный исключительно на ни к чему не обязывающей трепотне вроде пресловутой «мюнхенской речи», не менее смешон и нелеп, чем миф о «демократических идеалах» Касьянова или Немцова.

А Стариков – это только часть политтехнологического проекта по созданию указанных мифов. Вольная, а может и невольная часть той же самой системы обмана и манипуляции, что и его номинальные якобы противники вроде Навального и прочих всяких лимоновых. Вместе они создают одну и ту же виртуальную матрицу ложной альтернативы. И в этой связи невольно возникает вопрос: не затем ли и был устроен весь этот заведомый болотно-площадной фарс с ксюшами собчак и тинами канделаки, чтобы, вроде как слегка пугнув обывателя угрозой «оранжевой революции», последующей гражданской войны и призраком иностранной интервенции по ливийскому образцу, легитимизировать тем самым предстоящие в марте «выборы» заранее «выбранного» ещё в сентябре Путина? Ведь и то сказать, серии терактов, с закономерностью смены времён года сопровождающие в России каждый очередной избирательный цикл, начиная с первого воцарения Путина, стали столь привычны, что уже не очень-то эффективно сгоняют по первости ещё пугавшуюся, но уже привыкшую за много лет отару под посохи наших «пастырей». В прошлый раз для разнообразия и для подьёма патриотических чувств уже пришлось устроить «типа войну». В этот раз покажут «типа неудавшуюся революцию»? Или, судя по тому, как потешно и почти празднично прошло действо на Болотной, всё же махнут рукой, сравнят публично собравшуюся там публику с баранами, а белые ленточки – с контрацептивами, и пойдут себе дальше кататься на коньках. В общем, рассудив, что «пипл и так схавает», не станут в итоге тратиться на кровавые зрелища для плебса? Ведь пипл действительно схавает и так. К чему их нефте-газовым величествам напрягаться и отрывать своё время от фигурного катания?

Декабрь Статья опубликована на сайтах:

«Русский социализм – Революционная линия»

http://russoc.kprf.org/News/0000892.htm и http://russoc.info/News/0000892.htm Центральный сайт КПРФ http://kprf.ru/opponents/102533.html Сайт Московского городского комитета КПРФ http://moskprf.ru/stati/simulyakr-imeni-nikolaya-starikova.-kak-nam-pytayutsya dokazat-chto-suschestvuet-raznitsa-mezhdu-putinym.html Tabula rasa http://www.orden.ws/index.php/compon...12-18-20-01- NoNaMe http://nnm.ru/blogs/ashkaa777/simulyakr-imeni-nikolaya starikova/#comment_ Кризис политических теорий Модерна в свете торжества технологии над идеологией.

Проблема идеологически мотивированого действования.

Выступление на семинаре «Четвертая политическая теория и модернизация российского общества»

Тезисы:

- Проблема исчерпанности политических идеологий. Обоснование интереса к теме и участия в семинаре. Необходимость «мозгового штурма».

- Не кризис идей, а кризис действования. Проблема торжества политтехнологии и инструментальность идеологий. В чём отличие от ситуации Модерна?

- Значение развития СМИ с учётом атомизации общества и распада социальных связей в силу урбанизации. Феномен массы. Отличие массы мобилизованной от массы развлечённой.

- Успехи психофизиологии. Павлов, бихевиаристы, НЛП.

Манипуляция как технология.

- «Неизбежность» коллапса капитализма и его избежание путём виртуализации. Виртуализация производства. Создание управленческих мыслеформ как основное содержание труда в постиндустриальном обществе. Отказ от золотого эквивалента. «Неограниченные» деньги как инструмент власти и мутация природы рынка: безвозмездное присвоение вместо обмена. Тотальность рыночных парадигм как предпосылка тотальности власти.


- Суммирование предпосылок: СМИ и политтехнологии в парадигме рынка. Приватизация государства и конец суверенных наций. Партии как брэнд-рантье на ниточках медиакратии. Между имитацией и маргинализацией. Невозможность свободного идейно мотивированного социального действия, разрыв между идеологией и реальным бытованием политических структур. Обессмысленность слова.

- Возможен ли феномен «политической теории» (большой идеологии) вне Модерна? Ключевой вопрос для ЧПТ: возможно ли и каким образом идеологически мотивированное действие вне поля политтехнологической манипуляции?

Будучи отнюдь не сторонником, а оппонентом и критиком предлагаемого А.Г. Дугиным проекта т.н. «четвёртой политической теории», я, тем не менее, считаю чрезвычайно важной и продуктивной саму постановку проблемы глубокого кризиса идеологий (или в терминологии А.Г. Дугина «политических теорий Модерна»). Мы видим сегодня их явное перерождение в симулякры, в имитацию, однако данная проблема замалчивается и игнорируется практически всеми политическими силами, предпочитающими разыгрывать спектакль, симулировать борьбу друг с другом и наличие тех или иных политических идеалов, в то время как реальное фактическое бытие этих сил не имеет к декларируемым идеологиям никакого отношения. Выход из поля симуляции представляет трудную и не решённую проблему, т.к. оно целиком охватывает всю политическую жизнь, да и вообще социальные отношения в целом. Данная проблема должна быть предметом своего рода «мозгового штурма» для всех, кто не желает принимать одну из прописанных сценарием ролей в разыгрываемом спектакле. При всех различиях в отношении возможных ответов, первостепенное на сегодня значение имеет сама возможность постановки и обсуждения данных вопросов. Создание интеллектуальной площадки, дающей возможность такого «мозгового штурма» является несомненной заслугой А.Г. Дугина и созданной им школы.

Ключевой тезис моего доклада состоит в том, что кризис политических идеологий определяется не какими-то нарушениями логики в их теории, не открывшимся противоречием их постулатов фактам реальности, а принципиальной невозможностью их реализации, воплощения в реальную политическую практику. То есть мы имеем дело не с кризисом самих политических теорий, а с невозможностью мотивированного их идеалами свободного (произвольного) политического действования. Проблема состоит в торжестве политтехнологи над политикой, в превращении идеологий из конечных генераторов смысла и цели политического действия в прикладные инструменты манипулятивного управления. При этом политтехнологии не служат каким-то иным идеологически мотивированным целям, а просто механически воспроизводят сами себя. Как заметил ещё Ж. Бодрийяр «Когда вещи, знаки, действия освобождаются от своих идей и концепций, от сущности и ценности, от происхождения и предназначения, они вступают на путь бесконечного самовоспроизводства. Все сущее продолжает функционировать, тогда как смысл существования давно исчез. Оно продолжает функционировать при полном безразличии к собственному содержанию. И парадокс в том, что такое функционирование нисколько не страдает от этого, а, напротив, становится всё более совершенным».

И здесь возникает естественный вопрос: что именно настолько изменило социальную реальность? Почему ещё сто лет назад имело место живое и реальное столкновение идей, овладевших массами и ставших реальными историческими силами, а сегодня это невозможно, и любые идеи независимо от своего содержания и качества обречены на роль обманок и декораций? Попробуем выделить те факторы, которые определили это изменение – начиная от частных и заканчивая наиболее общими.

Первым таким фактором является развитие средств массовой информации. При этом сам по себе технический прогресс СМИ накладывается к тому же на повышение их эффективности в силу распада традиционных социальных связей сословного общества и вызываемой этим распадом социальной атомизации. Если общество XVIII-XIX веков характеризовалось множеством социальных связей и структур (будь то крестьянская община, дворянское собрание или купеческая гильдия), если городское общество XX века сохраняло ещё множество социальных связей в рамках больших трудовых коллективов, общественных организаций, соседских общин (коммунальные квартиры), остатков семейно-родственных общин и т.д., то сегодня мы имеем изолированного человека, замкнутого в отдельной квартире наедине с телевизором и радио. Конечно, как СМИ, так и урбанизация появились не сейчас, весь XX век был временем выхода на историческую арену больших человеческих масс, возникших именно вследствие распада сословно-корпоративной структуры общества «старого порядка». Однако в течение XX века СМИ не достигали сегодняшней мощи, эффективности, многоканальности и постоянства присутствия в жизни человека, а уровень социальной атомизации не имел столь радикального характера. К тому же в обществе Модерна, в котором сохранялась множественность или хотя бы дуальность конкурирующих центров власти, политические элиты были заинтересованы в использовании СМИ (тогда ещё относительно ограниченных в своих возможностях) как средства синхронизации и мобилизации масс. Сегодня же, в условиях абсолютной монополизации власти, СМИ используются принципиально иначе: не для синхронизации и мобилизации масс, а, напротив, для их десинхронизации, раз-влечения, растаскивания в разные стороны, ещё большего усиления эффекта их атомизации.

Вторым фактором, который необходимо отметить, являются успехи технологии манипулирования индивидуальным и коллективным бессознательным. В основе этих технологий лежит тот переворот в науке, который был совершён Павловской школой физиологии и учением о формировании условных рефлексов. Очень быстро эти достижения в рамках популярного в США бихевиоризма были применены к человеку. При этом одной из основных практических идей бихевиоризма стала возможность посредством внешних стимулов управлять всеми поведенческими реакциями организма: как интеллектуальными, так и эмоциональными по своей природе. Причём управлять строго технологически и алгоритмически, однозначно, не допуская случайных отклонений – как любой машиной. При этом бихевиоризм вовсе исключал из рассмотрения феномены сознания, подсознательного, психики и т.д., оперируя лишь категориями предъявляемого управляющего стимула и ответной поведенческой реакции.

Параллельно с бихевиоризмом развивался психоанализ – методологически совершенно иное направление, основной идеей которого была первичность бессознательной сферы по отношению к сознанию и возможность для исследователя получить непосредственный доступ к бессознательному, минуя сознание. Сочетание достижений бихевиоризма и психоанализа позволило перейти к разработкам разнообразных методов манипулирования отдельным человеком и человеческой массой, технологической инженерией психических и поведенческих реакций. В предельном виде торжество такого рода инструментального управления человеком и обществом ярко и наглядно описано в антиутопиях Олдоса Хаксли. Современный мир вплотную подошёл к реализации этих антиутопий, а в чём-то уже и превзошёл их (один из примеров, впрочем, далеко не единственный и даже не самый значительный, хотя и наиболее известный – нейролингвистическое программирование). Манипуляция человеком и человеческими массами, которая в той или иной форме существовала на протяжении всей человеческой истории, окончательно превращена сегодня из высокого элитарного искусства в банальную технологию (имеющую, кстати, явное сходство с техниками оперативной магии). При таком воздействии объект манипуляции управляется не логическим убеждением, не внешним принуждением или волевым приказом, а – подобно машине – путём формирования и активации своего рода управляющих программ, помимо своей воли и своего сознания. Жертва просто «вдруг» начинает сама хотеть того, что требуется оператору и исполнять это в соответствии с собственным «внезапно возникшим» желанием, в то время как внешняя инспирированность самого этого желания жертвой не воспринимается и не осознаётся.

Теперь учтём, что первый и второй указанные факторы действуют не по отдельности, а синергически. Мощь и всепроникающая способность СМИ умножается на использование технологических, научно выверенных и безотказных технологий управления эмоциями, желаниями и поведением человека, а манипулятивные сигналы, с помощью которых осуществляется оперирование человеком, с помощью СМИ транслируются мгновенно на огромные человеческие массы по всей планете.

Третий фактор состоит в радикальной и коренной мутации капитализма. Основной принцип функционирования капитализма состоит в извлечении прибыли. Для того чтобы существовала прибыль, необходимо, чтобы участники капиталистического хозяйства производили больше, чем потребляли. Избыток произведённой продукции должен постоянно сбрасываться вовне системы. Иными словами, капитализм может существовать, только постоянно расширяясь, захватывая и осваивая всё новые рынки сбыта, сырья и рабочих рук. Для этого капиталистическое общество должно оставаться непрерывно разрастающимся островком в море некапиталистического мира, за счёт переработки которого капитализм и развивается. Но, охватив весь земной шар, капитализм неизбежно должен сам уничтожить себя, так как он в принципе не может существовать на ограниченной территории. Извлечение прибыли, т.е. изъятие части прибавочной стоимости у трудящихся в случае замкнутости системы автоматически создаёт ситуацию превышения объёма создаваемой продукции над совокупным платёжеспособным спросом. Это ведёт к сокращению производства, следовательно, к увольнению части работников, ещё большему сокращению платёжеспособного спроса и т.д. по циклу.


Параллельно с этой проблемой (дефицитом рынков сбыта), капитализм сталкивается с проблемой истощения сырья, т.к. капиталистический цикл производства и потребления фактически раскручивает маховик ускоряющейся переработки сырья в отходы, которая во всём своём безумии имеет только смысл поддержания сложившихся социально-экономических отношений. Каким же образом капитализм избежал этого логически необходимого и неизбежного коллапса, предсказанного марксизмом? Он сделал это совершенно фантастическим образом: переходом в виртуальное состояние. Если до этой мутации извлечение прибыли было прямо связано с производством материальных физически существующих товаров, то теперь сначала дополнительной, а затем и основной сферой производства становится производство нематериальных образов. Эта ситуация может быть наглядно иллюстрирована эволюцией рекламы. Если изначально реклама была по своему существу информацией (не важно – правдивой или нет) о свойствах, качествах и полезности выставляемого на рынок товара, то современная реклама не имеет к информированию о товаре никакого отношения. Целью рекламы является создание и внедрение в массовое сознание некоего привлекательного фантастического образа реальности. И именно этот образ становится основным продуктом производства, в то время как сам физический товар превращается лишь в своего рода носитель этого образа. По сравнению с затратами на разработку и проведение рекламной кампании (не будем забывать, что осуществляется она в соответствии с теми технологиями манипулирования, речь о которых шла выше;

соответственно затраты на рекламу включают не только оплату СМИ, но и наём специалистов по технологиям «промывки мозгов») себестоимость самой материальной вещи постепенно становится пренебрежимо малой величиной.

Продаются не куртки и джинсы, а брэнды (об этом, кстати, реклама говорит вполне откровенно). В зависимости от престижности брэнда, которая как раз и определяется объёмом труда (или капитала, представляющего продукт того же труда в отчуждённой форме), вложенного в производство фантомных образов реальности, цена на продукты одного и того же качества и потребительских свойств может отличаться в сотни и тысячи раз.

Следовательно, материальный товар как предмет непосредственного физического потребления имеет значение не больше, чем полиэтиленовый мешок, в который его заворачивают. Продаётся на самом деле не он, продаётся и действительной ценностью является символизируемый им образ, сформированный и закреплённый рекламой в общественном сознании.

Производство информации (не столько знаний и технологий, хотя и их тоже, сколько именно виртуальных образов) разрешает кризис капитализма, поскольку оно почти не имеет пределов капиталоёмкости рынка потребления и не лимитировано наличием невосполнимых природных ресурсов. Такое виртуальное производство может развиваться в соответствии с логикой капитализма – то есть бесконечно расширяясь и без каких-либо ограничений обеспечивая рост виртуальных единиц прибыли. Это позволяет капиталистическим общественным отношениям оторваться от реального производственного базиса и от ограничений реальных объективных законов, обретя неуязвимость в виде условно и произвольно заданных правил игры, которую, буде в ней случится внутренний сбой, всегда можно попросту перезапустить. В итоге мы имеем ситуацию, когда основные производительные силы общества вкладываются в создание своего рода Матрицы – совокупности искусственно создаваемых и внедряемых в массовое сознание образов, формирующих автономную виртуальную вторичную реальность, которую подавляющее большинство общества воспринимает как единственно существующую и в которой (и по правилам которой!) осуществляются все социальные интеракции.

Наконец, четвёртый фактор состоит в виртуализации финансов и отказе от золотого эквивалента, что в корне меняет саму природу рынка.

Классический либеральный рынок основан на принципе обмена различными товарами, заключающими в себе равный объём общественно необходимого труда. То есть в классическом рынке для того, чтобы что-то приобрести, необходимо что-то равное по стоимости отдать взамен. Такой рынок подчиняется объективным законам, причём этим законам вынуждены подчиняться все его участники, независимо от различия в богатстве, влиянии и т.д. Деньги в этом случае служат лишь посредником обмена и, будучи или непосредственно золотыми или жёстко привязанными к золоту, сами заключают в себе соответствующую меру общественно необходимого труда.

Совершенно иная ситуация возникает тогда, когда деньги отвязываются от золотого эквивалента, а их производство превращается в монополию замкнутой корпорации. В этом случае рынок из инструмента эквивалентного равноценного обмена превращается в инструмент безвозмездного присвоения, так как реальные продукты труда обмениваются теперь на условные эквиваленты стоимости, себестоимость производства которых или приближается к нулю или просто равна нулю. Однако, получив потенциально в свою собственность весь материальный мир (поскольку всё оценивается в денежных единицах, а произвести любой номинал этих единиц не составляет труда), монопольно производящая деньги олигархия самим ходом событий переключается из режима присвоения и удержания собственности в режим присвоения и удержания власти. Рынок, законы которого из объективных стали субъективными, становится теперь инструментом управления и непосредственной власти. Именно этим и определяется современная псевдолиберальная волна рыночного фундаментализма. Поскольку рынок есть основной инструмент власти, любые нерыночные ценности и отношения ограничивают пределы этой власти – поэтому и делается попытка либо всё-таки включить их в поле рынка, либо уничтожить. Именно поэтому сегодня мы видим попытку включить в рынок буквально всё – государство, медицину, образование, социальный статус, искусство, науку, знания и навыки, семейную жизнь, все формы общественных и межличностных отношений, этические и моральные нормы и, наконец, самого человека, включая его тело целиком и по частям.

Между тем, мировая финансовая олигархия, навязывающая человечеству представление о деньгах как об абсолютном и универсальном эквиваленте не только стоимости, но и ценности, сама стоит вне рыночных парадигм.

Произвольно и неограниченно производя денежные знаки, она не имеет никакого интереса их зарабатывать и накапливать, гнаться за прибылью как таковой. Напротив, она использует производимые ею деньги как инструмент чистой власти, награждая ими объекты контроля в меру их согласия играть по предписанным правилам. Распространяя параллельно с этим представление о деньгах как о единственном и конечном смысле жизни, определяющим статус человека в обществе и доступность любых благ и удовольствий, финансовая олигархия может позволить себе купить поведение всех и каждого.

Суммируем перечисленные предпосылки. В парадигме тотальности рыночных отношений каждый субъект рынка стремится продать себя и свой труд по наилучшей цене наиболее платёжеспособному покупателю. Это относится и к журналистам, и к издателям, и к политтехнологам, и к пиарщикам. Наилучшую цену всегда и при любых условиях может предложить тот, кто владеет монополией производить деньги из ничего по нулевой себестоимости. Это значит, что именно финансовая олигархия будет выступать заказчиком для СМИ, и СМИ будут использовать все свои колоссальные возможности для формирования такого общественного мнения и такой картины реальности, которые заказывает финансовая олигархия. Это значит, что специалисты, владеющие технологиями манипулирования общественным мнением и поведением, тоже будут продавать свои знания и умения финансовой олигархии, и вся наука об управлении человеческим поведением, подсознанием и сознанием будет работать на ту же задачу. На ту же задачу будет работать и составляющая львиную долю совокупного общественного производства фабрика виртуальных образов. На ту же задачу будет работать государство, включая законодателей, управленцев, полицию и судебную систему – ибо все они также существуют в парадигме рыночного общества и стремятся извлечь наибольшую выгоду из своего положения и своей деятельности. На ту же задачу и по той же причине будет работать вся система общественного воспитания, включая школу. На ту же задачу будет работать искусство, включая шоу-индустрию, кино, театр, живопись, литературу и т.д. А это значит, что все они, в свою очередь, будут всячески поддерживать, распространять, развивать и углублять саму парадигму тотальности и универсальности рыночных отношений и денежного эквивалента. Цикл обратной связи замыкается.

Рассмотрим в этой ситуации деятельность любой политической партии.

Она имеет доступ к СМИ (а, следовательно, возможность обратиться к атомизированным телевизор-смотрящим массам населения), легальный статус (а, значит, парламентскую трибуну и освобождённые ставки для партийных руководителей), финансовые ресурсы и т.д. ровно до тех пор, пока её действия являются приемлемыми для СМИ и государства – т.е., в конечном счёте, для заказчика их услуг – финансовой олигархии. Если партия хочет иметь легальный статус, то у неё нет иного выбора, как в своей практической деятельности исходить из требований Системы и, следовательно, отказаться от следования каким бы то ни было идеологическим принципам. Именно поэтому идеологии и превращаются в симулякры, а политические партии – в банальных рантье, живущих на ренту с того или иного популярного политического брэнда. Если же политическая партия отказывается от этой роли, она автоматически подпадает под бойкот СМИ (и уже фактически не может обратиться к населению) и теряет официальный статус (не важно формально законным или незаконным путём – в любом случае чиновничество, суд и силовые органы будут на одной стороне, и именно их позиция будет представлена СМИ обществу).

Далее, потерявшая доступ к СМИ, возможность участвовать в выборах, думскую трибуну и финансовые источники существования организация неизбежно маргинализуется, теряет все практические возможности хоть как-то влиять на ситуацию, превращается в политическую секту, а её образ в массовом сознании СМИ формируют в соответствии с интересами заказчика. Таким образом, единственной реальной альтернативной имитации в рамках Системы оказывается маргинализация и, в конечном итоге, всё равно попадание в одну из предписанных ролей. В этом и состоит причина кризиса идеологий Модерна. Полный разрыв между формально провозглашаемыми брэнд-идеологиями и реальным бытованием политических структур в рамках капиталократической Системы ведёт к тотальному обессмысливанию и обесцениванию слова, поскольку за словами не стоит более возможности подкрепить их делом. Сами условия постиндустриального, постмодернистского общества исключают возможность существования овладевших массами идеологий как реальных действующих сил истории. По видимому, идеологии («политические теории» по А.Г. Дугину) являются специфическим феноменом Модерна, и, как они не существовали в традиционных обществах Премодерна (поскольку холистический мир Традиции не предполагает выделения политики, равно как и науки, искусства и т.д. в автономную сферу), так и не будут существовать после перехода в Постмодерн (поскольку тотальная плюральность Постмодерна предполагает бесконечное дробление и взаимное заражение и смешение прежде автономных и очерченных сфер культуры).

Не составляет труда умозрительно выдумать новую политическую теорию. Можно даже не ограничиваться одной «четвёртой», а изобрести сразу заодно также «пятую», «шестую» и т.д. Ключевой вопрос состоит в том, что фактор, приведший старые политические теории к выхолащиванию и превращению в симулякры, продолжает с тем же успехом действовать и на любую новоизобретённую идеологию, делая её заведомо мёртворождённой.

Поэтому предварительным условием рождения любой новой политической теории, если нас не устраивает участие в имитации политики, является ответ на вопрос: возможно ли (и какими средствами) сегодня свободное, произвольное идеологически мотивированное политическое действие?

Возможен ли выход за рамки искусственно созданной виртуальной реальности? Можем ли мы что-то (и что именно) противопоставить технологии самовоспроизводства капиталократии (и медиакратии как её подсистемы)? Именно с решения этих вопросов, а не с декларации тех или иных ценностных систем и идеалов следует, на мой взгляд, начинать любой ответственный разговор о политике и идеологии. Потому что без ответов на эти вопросы любое политическое теоретизирование лишь множит иллюзорные сущности и укрепляет манипулятивную лже-реальность.

Ноябрь 2010.

Тезисы опубликованы:

Сергей Строев. Кризис политических теорий Модерна в свете торжества технологии над идеологией. Проблема идеологически мотивированного действования. // Четвертая политическая теория.

Материалы семинара политология и политика в современном мире Центра Консервативных Исследований Социологического факультета МГУ им. М. В.

Ломоносова Научно-аналитическое издание. Выпуск I. МГУ 2011. 156 стр. С.

145-155.

http://books.4pt.su/publikaciya-v-pdf/chetvertaya-politicheskaya-teoriya-no- А также на сайте:

«Русский социализм – Революционная линия»

http://russoc.kprf.org/News/0000588.htm и http://russoc.info/News/0000588.htm «Четвёртая политическая теория» в версии А.Г. Дугина Глава 5 из книги «Реквием»

В качестве своего рода дани уважения А. де Бенуа и А.Г. Дугину, сформулировавшим и публично озвучившим тезис об исторической исчерпанности трёх политических теорий Модерна и их перерождении в симулякры, рассмотрим предлагаемый ими проект т.н. «Четвёртой политической теории», причём остановимся на дугинской версии этого проекта как, с одной стороны, более показательной и наглядной, а, с другой стороны, более актуальной для отечественных реалий.

Что же, собственно, в качестве альтернативы предлагает г-н Дугин?

Если сформулировать его тезисы кратко, он предлагает отказаться от базовых парадигм Модерна, общих для всех трёх политических теорий Нового и Новейшего Времени.

1. Во-первых, предполагается отказаться от ключевой модернистской парадигмы – парадигмы Прогресса, поступательного восходящего эволюционного развития от простого и примитивного к более сложному и совершенному. На первый взгляд, это предложение выглядит естественным и ортодоксально традиционалистским. Более того, отрицание парадигмы Прогресса является общим местом для самых различных доктрин и версий традиционализма – начиная от консервативной реакции европейской аристократии на Великую Французскую Революцию и заканчивая генонизмом, начиная от последовательного православного фундаментализма и заканчивая некоторыми формами консервативно-революционных и национал-большевистских доктрин. Это действительно так. Но при этом практически вся консервативная и традиционалистская критика парадигмы Прогресса противопоставляет ей концепцию инволюции – то есть нисходящего движения от Творения и Золотого века через всё усугубляющееся грехопадение к последним тёмным временам с Концом Света в финале. Иными словами, традиционная консервативная критика парадигмы Прогресса имеет выражено апокалиптический и эсхатологический характер.

Дугинское же отрицание Прогресса имеет принципиально и качественно иной характер и исходит из отрицания линейности исторического времени как таковой, из отрицания «монотонного процесса»

как целеустремлённого движения истории в одном и том же направлении.

Вместо этого предлагается представление о принципиально ненаправленном характере изменений, которым приписывается даже не цикличность, а нерегулярная хаотическая колебательность, бесконечное и непрерывное приспособительное движение без каких-либо координат, законов и системы:

«Одно развивается за счет деградации и отмирания другого, и нет никаких оснований считать однозначно, что развившееся в конечном счете совершеннее или лучше отмершего. Жизненная среда изменяется, и организмы адаптируются к ней, но эти изменения и эта адаптация не поступательны и не прогрессивны. Изменения есть, но никто не может отважиться утверждать, что они обязательно направлены от минуса к плюсу, от простого к сложному. Что-то усложняется только тогда, когда что-то упрощается. Это закон жизни, и как только нечто напоминающее монотонный процесс замечается в живых организмах, это означат катастрофу, разрыв преемственности, вымирание и крах вида, группы, общности» (А.Г. Дугин «Яд модернизации»).

Если вдуматься, то дугинская ревизия парадигм Нового Времени означает не возвращение к традиционным доктринам, а радикальный разрыв с ними, то есть отрицание тех «пережитков» Традиции, которые сохранялись, хотя и в крайне искажённом виде, даже в культуре Модерна. В самом деле, несложно заметить, что парадигма Прогресса представляет ничто иное, как десакрализованную и секуляризированную интерпретацию концепции линейного исторического развития, в которой «минус» заменён на «плюс» и убрана эсхатологическая конечность и финальность. Однако откуда берётся само представление о линейном времени, о человеческой истории как о «монотонном процессе»? Оно имеет своё основание в Христианстве (или, говоря точнее, в религиях Откровения как таковых, начиная с Зороастризма), то есть исходит из представления о мире, как о Творении, заключающем в себе замысел, смысл и разумность, некий сценарий и предписанный путь, принципиально познаваемый человеком в силу подобия человеческого разума Разуму Творца. Материализм Нового Времени выворачивает эту традиционную логику наизнанку, приписывая наличие «законов природы»

самой материи, а их познаваемость – тому, что человеческое сознание является эпифеноменом материи и именно поэтому способно к адекватному отражению её законов. Тем не менее, несмотря на это извращение, само по себе представление о наличии в мироздании определённого порядка, осмысленности и целенаправленности развития Модерн заимствует именно из Традиции. Дугин же в рамках своего проекта «Четвёртой политической теории» предлагает ни что иное, как радикальный разрыв с традиционной, коренящейся в религиозном Откровении доктриной линейного времени и монотонного процесса, заменяя её представлением о безначальном и бесконечном ненаправленном движении, принципиально чуждым субъективному человеческому представлению об осмысленности и цели.

Иными словами, предлагается принять последовательно и радикально антирелигиозное представление о мире как заведомо лишённом авторского замысла, то есть представление, которое отрицает не только Бога как Личность, но и «бога» как философскую идею, как функцию. То есть, декларируя «последовательность и бескомпромиссность в защите идеалов и ценностей Традиции», Дугин фактически предлагает принять наиболее десакрализованное и антиэсхатологическое представление о мироздании из всех возможных.

Каковы могут быть и будут социальные последствия принятия и общественного признания такой парадигмы? Естественным следствием с необходимостью будет дальнейшая десакрализация и нарастание мировоззренческого и ценностного релятивизма, и, как следствие, утрата остаточных рудиментов скрепляющих общество представлений и ценностей, дальнейшая атомизация и дезориентация общества, дальнейший распад целостности картины мира, облегчающий манипуляцию массовым сознанием. Иными словами, отрицание Дугиным базовой для Модерна парадигмы Прогресса осуществляется не «вправо» (в пользу Традиции), а «влево» (в пользу постмодернистского «экстравагантного ансамбля», immonde).



Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 28 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.