авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 28 |

«С.А. Строев Коммунисты, консерватизм и традиционные ценности Сборник статей Санкт-Петербург Издательство Политехнического ...»

-- [ Страница 5 ] --

Достаточно просто озвучить итоги голосования по вопросу о роспуске Московского горкома: по собственному свидетельству А.К. Фролова (одного из лидеров «внутрипартийной оппозиции») против решения голосовали только девять человек, ещё двое воздержались. И это из 138 членов ЦК, участвовавших в работе Пленума! Можно теперь сколько угодно вслед за Фроловым заниматься демагогией на тему того, что часть участников Пленума якобы вообще не голосовали, а часть и вовсе разъехались, но всё это просто смешно. Провал «оппозиции» полный и сокрушительный:

противники линии Г.А. Зюганова остались не просто в меньшинстве, а в ничтожном меньшинстве, в полной политической изоляции.

Да, конечно, были на Пленуме полные бессильной злобы выступления и против Председателя ЦКРК В.С. Никитина, и против секретаря ЦК С.П.

Обухова. Прозвучали и давно, ещё в начале 90-х, набившие оскомину страшилки-«новодворскости» про пресловутую «угрозу русского национализма». Однако эти выпады прозвучали отнюдь не грозой над единством Партии, как на то надеялись фракционеры и их кремлёвские хозяева, а бессильной истерикой.

Итог Пленума очевиден: это решительное и практически единодушное выражение доверия Партии своему Лидеру Г.А. Зюганову, его соратникам В.С. Никитину, В.И. Кашину, С.П. Обухову, В.Ф. Рашкину и др., воплощаемому ими в жизнь курсу Съездов, реализуемым мерам по укреплению идейно-политического и организационного единства Партии, включая наведение порядка в Петербургской и Московской парторганизациях. Заручившись этим заслуженным мандатом доверия подавляющего большинства, Президиумы ЦК и ЦКРК имеют все возможности для того, чтобы решительно и принципиально довести до конца восстановление партийной дисциплины и порядка в Московской, Санкт Петербургской городских и других региональных организациях, в которых оно пока не завершено.

Не секрет, что в разгар борьбы с неотроцкизмом в Москве, когда исход дела ещё не был вполне ясен, две первички из Санкт-Петербургской региональной организации (65 коммунистов) выступили с открытым заявлением в поддержку Президиумов ЦК и ЦКРК, в то время как горком и бюро горкома отмолчались. Но сегодня именно эти две первички подвергаются гонениям и репрессиям за свою последовательную и бескомпромиссную борьбу с фракционерами и неотроцкистами, многие из которых перекрасились и вновь вошли в руководство горкома в рамках инспирированного Беловым Ю.П. аппаратного компромисса. Такая ситуация не может быть стабильной. Мы убеждены в том, что как только ситуация в московской парторганизации будет полностью разрешена, Партия должна будет вернуться к временно сглаженной, но не решённой по существу проблеме петербургской городской организации. В противном случае фракционный нарыв вновь созреет и может ударить по Партии в самый неподходящий и неблагоприятный момент, например, во время выборной кампании.

В то же время, разгром внутрипартийной оппозиции ни в коем случае не может рассматриваться как самоцель. Он служит лишь необходимым условием для осуществления Партией проекта широкого общенационального патриотического фронта. Именно это является на данный момент нашей важнейшей задачей.

2. Не надпартийная структура сверху, а объединение масс снизу В своём Заявлении «Положение в России требует активных действий по созданию Патриотического фронта!» Лидер нашей Партии Г.А. Зюганов прямо говорит о необходимости и готовности нашей Партии «на равноправной основе сотрудничать с ответственными оппозиционными силами, заинтересованными в процветании страны и возвращении России на путь развития, социальной справедливости и благосостояния всего народа», при этом подчёркивая, что речь идёт не только о наших единомышленниках, но и о наших политических оппонентах. Кто эти оппоненты, с которыми мы готовы на равных сотрудничать в рамках национально-патриотического фронта? Конечно же, к числу таких ответственных оппозиционных сил никак нельзя отнести ни прорежимных, лояльных режиму «государственных патриотов», ни оранжевых либералов-западников, ни русофобствующих леваков. Стало быть, речь здесь может идти только об оппозиционно по отношению к режиму настроенных консерваторах, национал-патриотах, монархистах, русских националистах. Конечно, мы не всех их можем назвать нашими политическими единомышленниками, многие из них заражены антикоммунизмом. Но ведь речь в данном случае и идёт о широкой коалиции патриотических сил, включая и наших оппонентов, а не об идеологически однородном и монолитном образовании.

Необходимо подчеркнуть, что, говоря о широком Национально патриотическом фронте, к формированию которого нас призвал Центральный Комитет в своём Обращении «Путь России – вперед, к социализму!», мы должны учитывать два важных момента. Во-первых, печальный опыт НПСР и множества иных подобных коалиций показал бессмысленность и вредность объединения «сверху», при котором исполин КПРФ ставит себя в один ряд с десятками «партий-головастиков», представляющих только неудовлетворённые амбиции своих лидеров. В итоге такого объединения происходило не столько объединение сил, сколько разрастание управленческого аппарата, усложнение процедуры принятия решений, создавалась почва для паразитирования на КПРФ бесчисленных «непризнанных гениев» и «генералов без армии», угроза врастания альтернативных «надпартийных» управленческих вертикалей внутрь самой Партии. Учитывая опыт подобных коалиций, сегодня мы говорим о формировании широкого фронта не сверху, а снизу, об объединении не с амбициозными лидерами на уровне Центра, а о живом, практическом сотрудничестве рядовых коммунистов непосредственно с политически активными беспартийными русскими патриотами на уровне наших первичных и местных отделений. Об этом прямо говорится в докладе секретаря ЦК КПРФ Д.Г. Новикова на VI Совместном Пленуме ЦК и ЦКРК:

«Отсюда и наше современное понимание Патриотического фронта как объединения масс вокруг партии снизу, а не создания надпартийных структур сверху». Опыт такого объединения патриотических масс на местах по инициативе снизу, хотя ещё и не богатый, но уже вполне позитивный и успешный, нуждающийся в поддержке и дальнейшем развитии, имеется в Санкт-Петербургской организации, в которой инициативная группа по формированию Национально-патриотического фронта сложилась вокруг первичного отделения №27 Центрального района (секретарь – А.Р.

Контарев). В частности, на первомайской демонстрации текущего 2010 года довольно большая группа беспартийных товарищей присоединилась к колонне КПРФ под растяжкой «Национально-патриотический фронт», и сообщение об этой акции было с удовлетворением отражено в партийных СМИ, включая центральный Интернет-сайт Партии.

3. Русский национализм – противник или союзник?

Второй важный момент состоит в том, что Национально патриотический фронт, к созданию которого призвал нас ЦК, конечно, не может рассматриваться как узко-этническое объединение. Вероятно, именно со стремлением избежать такой неверной трактовки понятия «национальный» связано различное словоупотребление в партийных документах, когда формирующийся фронт в одних случаях именуется национально-патриотическим, в других – народно-патриотическим, а в третьих – просто патриотическим. С этим же стремлением подчеркнуть широкое цивилизационное, а не узко-этническое значение Фронта, по видимому, связано и заострение внимания на интернационалистических позициях и в статье Председателя ЦК КПРФ Г.А. Зюганова «Чтобы победить, надо уметь убедить» («Правда», №67 (29554) 29 -30 июня года), и в уже цитированном выше докладе секретаря ЦК КПРФ Д.Г.

Новикова на VI Совместном Пленуме ЦК и ЦКРК.

Проявленная руководством Партии сдержанность по отношению к национализму неслучайна. Именно сейчас правящий режим и стоящие за его спиной структуры мирового глобализма настойчиво пытаются манипулировать националистическим сознанием и использовать его в своих интересах. Такая манипуляция может осуществляться в самых различных формах от негласного взращивания скинхедовских группировок до внешне вполне респектабельного проекта «национал-демократов», вбрасывающих в общественное сознание идеи «благотворности» превращения России в конфедерацию или даже вовсе расчленения её на совокупность независимых государств. Эти идеи про «маленькие цивилизованные русские швейцарии»

один раз уже сыграли свою роль в разрушении СССР. Тогда итогом «освобождения России от балласта среднеазиатсяких республик» стало разрушение исторических границ России, расчленение и геноцид Русского народа как в титульных республиках и областях, так и на этнически русских территориях. Примечательно, что сегодняшние «национал-демократы»

обвиняют коммунистов ни в чём ином, как в «великодержавном шовинизме»

и «имперскости» – то есть фактически смыкаются в своих оценках с либеральными русофобами. Понятно, что с такими «националистами», равно как и с теми, кто оплёвывает Великую Победу и пытается реабилитировать или даже героизировать предателей Родины, у нас не может быть ничего общего.

В то же время, необходимо понимать, что существует и совершенно иной спектр политических движений, вкладывающих в понятие «национализм» не призыв к национальной розни и расчленению страны, а, напротив, комплекс идей национального единства (что подразумевает и социальную справедливость), национально-исторического самосознания и русской великодержавности. Такие националисты, особенно если они осознают антирусскую сущность нынешнего правящего режима и необходимость национализации природных ресурсов и стратегических отраслей промышленности, объективно являются нашими естественными союзниками. Даже в том случае, если их сознание поражено искусственно внедрёнными для разобщения Русского народа псевдоисторическими антикоммунистическими мифами, даже в этом случае мы не должны записывать их во враги, а должны искать точки общего понимания стоящих перед нашим народом задач и возможностей практического сотрудничества.

В докладе секретаря ЦК КПРФ Д.Г.Новикова на VI совместном Пленуме ЦК и ЦКРК содержится важный для нас тезис: «В условиях же современной действительности нашим ответом буржуазному национализму стало разъяснение существа русского вопроса. Программное положение КПРФ гласит: задачи решения русского вопроса и борьбы за социализм по своей сути совпадают». Действительно, буржуазный национализм в наши дни не может быть последовательным и честным мировоззрением. Во-первых, потому, что в условиях классово антагонистического общества невозможно подлинное национальное единство, оно достижимо лишь в условиях бесклассового общества и общенародного социалистического государства. Во-вторых, потому, что законы капиталистического развития с неизбежностью требуют разрушения национальных границ и формирования единого рыночного пространства, что объективно ведёт к глобализации, к гибели национально-государственного суверенитета, к разрушению и исчезновению национально-культурной самобытности и идентичности. Используя националистические лозунги в чисто прикладных, манипулятивных целях, буржуазия не желает, да и не может следовать провозглашаемым на словах принципам и на деле решать те задачи, на озвучивании которых она спекулирует. Напротив, лишь коммунисты сегодня могут на основе пересмотра самого смысла производства (от погони за прибылью к обеспечению потребностей национального бытия и развития) способны обеспечить необходимые условия для сохранения национальной идентичности как в культурно историческом, так и просто в биологическом смысле. Внимание на это обратил ещё И.В. Сталин: «Раньше буржуазия считалась главой нации, она отстаивала права и независимость нации, ставя их «превыше всего». Теперь не осталось и следа от «национального принципа»… Знамя национальной независимости и национального суверенитета выброшено за борт. Нет сомнения, что это знамя придётся поднять вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперёд, если хотите быть патриотами своей страны, если хотите стать руководящей силой нации. Его некому больше поднять».

Безусловно, мы должны помнить о том, что Русский народ является для России государствообразующим и составляет от 80 до 85% её населения. С точки зрения принятых в мире международных принципов и стандартов, зафиксированных в официальных документах ООН, Россия в современных границах РФ является не многонациональным, а мононациональным государством. Именно поэтому судьба России в первую очередь зависит от подъёма национального самосознания именно Русского народа. Это отмечает в своих работах Председатель ЦК нашей Партии товарищ Зюганов. Так, например, в статье «О национальной гордости патриотов» он отмечает:

«Государственное будущее России зависит не столько от улещивания региональных князьков, сколько от восстановления русским народом своих материальных и духовных сил, своего национального единства. На сепаратизм окраин существует только один действительно серьезный ответ — укрепление единства и мощи русского народа не для завоевания окраин, а ради восстановления его роли как центра притяжения. Слабый народ таким центром быть не может. Конечно, все народы равноправны.

Но они не равны по численности, по общему весу, по выпавшей им исторической роли. И попытки ликвидировать такое естественное неравенство означают, по сути, попытку расчленения страны и разрушения государства».

Именно поэтому пробуждение национально-этнического самосознания Русского народа является абсолютно необходимым и первичным условием для возрождения России как самобытной цивилизационной общности. Однако в то же время для нас, коммунистов, вполне очевидно, что выживание Русского народа требует возрождения геополитического пространства России в её естественных исторических пределах – пределах Российской Империи и Советского Союза.

4. Борьба цивилизаций – реальность XXI века Эпоха, в которую вступает человечество, характеризуется, с одной стороны, небывалым повышением производительности труда на основе автоматизации, информатизации и роботизации производства, а, с другой стороны, стремительным истощением невосполнимых природных ресурсов.

В результате не столько человеческий труд, сколько обладание природными ресурсами определяет сегодня доступ к необходимым средствам жизневоспроизводства. Следовательно, помимо старых социально-классовых противоречий, всё большее значение приобретают противоречия цивилизационные, связанные с борьбой больших геополитических субъектов за невосполнимые сырьевые ресурсы. Россия в этой ситуации оказывается в уникальной ситуации: с одной стороны она обладает уникальными природными богатствами, с другой – стремительно утрачивает средства защиты этого достояния, что усугубляется к тому же протяжённостью границ и демографической слабостью по сравнению с соседствующими цивилизациями: китайской, исламской и европейской.

Если мы не сможем восстановить евразийское геополитическое пространство, то отторгнутые от России территории Прибалтики, Украины, Закавказья и Средней Азии в современной борьбе цивилизаций не смогут сохраниться как независимые государства и неизбежно подпадут под влияние либо США, либо других потенциально враждебных нам цивилизаций. Мы не должны забывать о характерной для США стратегии «Анаконды», состоящей в создании вокруг противника сплошного кольца своих военных баз, в его геополитической и экономической блокаде и удушении. Следовательно, не ради идеологических абстракций великодержавия, а исходя из конкретных интересов выживания собственного народа мы должны стремиться к восстановлению России как большого самодостаточного евразийского геополитического субъекта, способного противостоять как американской, так и китайской угрозе.

5. Русский мир Следовательно, пробуждение и возрождение национально-этнического русского самосознания является первым и необходимым, но отнюдь не достаточным и последним шагом. Оно должно стать ядром для восстановления единства гораздо более широкой, уже не национально этнической, а цивилизационной общности – Русского Мира, о котором пишет в своих статьях Председатель ЦКРК В.С. Никитин. В первую очередь, речь, конечно, идёт о восстановление триединства самого Русского народа – Великороссов, Малороссов и Белорусов. Далее, о том, что нынешняя слабость Русского народа – его разделённость государственными границами, то, что значительные русские общины остались отрезаны от России государственными границами в Прибалтике, Приднестровье, Казахстане – может стать его силой как источник центростремительных тенденций при восстановлении исторических цивилизационных границ России. В своей статье «Защитим Русский Мир» В.С. Никитин отмечает: «Народная мудрость гласит «Нет худа без добра». Поэтому разделенность русского народа и наличие громадных русско-советских диаспор во многих странах мира может стать большим преимуществом России. В этом смысле возникновение и развитие Русского Мира представляется исторически возможным и неизбежным. Русский Мир – это всемирная сетевая структура больших и малых сообществ, думающих и говорящих на русском языке, готовых действовать во благо исторической родины. Границы Русского Мира пройдут там, где будут жить его граждане и соотечественники. Информационная эпоха, характерная глобальной сетью Интернет дает возможность координировать действия диаспор в фактически необозримом пространстве. Этот зарубежный русский потенциал значительно усилит позиции России в земной цивилизации. Но для этого нужно, чтобы у Русского Мира было надежное ядро – Россия. Нужна политическая воля руководства и эффективная внешняя и внутренняя политика, основанная на законах развития коллективистского общества и русской цивилизации».

Об этом же, хотя и иными словами, пишут и другие видные теоретики нашей Партии – доктора наук С.И. Васильцов и С.П. Обухов в своей статье «Русский вопрос и коммунисты России»: «Ибо речь пошла уже не о теоретических, пусть и верных, вещах, а о конкретных поступках и действиях. Сам ход общественной борьбы постоянно подталкивает и русских, и российских коммунистов ко всё более серьезным шагам в данном направлении. Иным, например, становится отношение к имперскому прошлому России, к империи как феномену настоящего и будущего.

Империи, естественно, не в обличье универсалистской — сиречь тяготеющей к бесконечному росту — монархии. И не в качестве продукта самореализации “империализма как высшей стадии капитализма”. А империи, понимаемой в терминах геополитики. Да, Россия извечно была именно таким естественно-имперским образованием. И остается им, как свидетельствуют опросы ЦИПКР, в глазах подавляющей массы и нынешних россиян — 67 процентов. Россия — “пульсирующее” имперское образование:

только на протяжении последней тысячи лет она то распрямлялась геополитически, то сжималась до своего исходного русского ядра, превращавшегося под давлением извне в тугую пружину. Она вновь и вновь распрямлялась, заново вырастая до прежних, а то и больших масштабов.

Так возникла Киевская Русь после долгой полосы готских, гуннских, аварских, хазарских и прочих нашествий на славянские земли. Так возрождалась Русь Московская после разгрома страны ордами Чингисхана и Батыя. Так закладывался фундамент империи Романовых после Великой Смуты. Так возникала Советская держава после общественного взрыва 1917 года.

Ситуации бывали разные. Общим же оказывалось одно — восстановление полноценной отечественной державности было возможным лишь через объединяющее движение от русского государственного ядра к “перифериям” окружающего пространства. Эта же закономерность начинает проявляться и сегодня. Осознание этого идет и в народе...».

6. Русская нация и российская державность Для нас здесь чрезвычайно важно диалектически понять проблему единства и борьбы двух начал – национально-этнического и цивилизационно-имперского. Противоположность этих начал вполне очевидна: их борьба расколола сегодня русское национально-патриотическое движение на враждующие непримиримые лагеря, что особенно наглядно отразилось в истории «Русских маршей», ежегодно проходящих 4 ноября начиная с 2006 года и являющихся своего рода смотром для национально патриотических организаций. Крайние проявления каждого из этих начал обретают одинаково деструктивный характер – как в форме ультрарадикального этнонационализма, стремящегося обкорнать и без того куцые границы РФ до «этнически чистой» «русской республики», так и в форме абстрактного имперского государственничества, ставящего географическую форму России выше её сущностного содержания как русского государства. Однако за борьбой и противоположностью этих начал мы должны разглядеть их единство. Как лишённая великой державы и загнанная в гетто «русской республики» Русская нация обречена на деградацию и вымирание, так и без консолидирующего русского этнического ядра Российская Держава обречена на распад и гибель по образцу Римской Империи. Таким образом, ни Русская нация без Российской державы, ни Российская держава без Русской нации устойчиво существовать не смогут. В этом и состоит диалектика национально-этнического русского подхода и подхода цивилизационно-имперского, российского, диалектика национального и интернационального. Мы, коммунисты, призваны сохранить и соблюсти здесь баланс и равновесие, осознать национальное начало как необходимое ядро для интернациональной (то есть по своему значению межнациональной, а отнюдь не антинациональной) консолидации.

И, в то же время, интернациональную солидарность народов русской, российской цивилизации как необходимое условие сохранения каждым из них своей антропологической, исторической, культурной и языковой идентичности, самобытности и уникальности перед лицом двойной угрозы:

как со стороны обезличивающей капиталократической унификации, так и перед лицом физического уничтожения чуждыми цивилизациями, стремящимися к овладению невосполнимыми природными ресурсами и к ликвидации ненужного им населения (как это было с североамериканскими индейцами).

Заключение Исходя из вышесказанного, мы – ленинградские коммунисты, инициаторы создания регионального отделения Национально патриотического фронта в Санкт-Петербурге – полагаем наиболее точным определением нашего проекта термин «Общенациональный патриотический фронт – Русский мир». Такое определение исключает, с одной стороны, как узко-этническую, национал-сепаратистскую трактовку, так и абстрактно-государственническую, которая неизбежно оборачивается соглашательством с существующей государственной властью. Оно подчёркивает наше стремление не к изоляции этнических Русских, а к объединению вокруг Русской нации всех коренных народов России, связанных с великим Русским народом общей исторической судьбой и интересами своего самосохранения, исторически, цивилизационно и геополитически входящих в более широкую общность, чем сама по себе Русская нация – в Русский мир. Такое определение, на наш взгляд, наиболее полно раскрывает идею объединения на основе общих целей и интересов всех территорий и всех этносов России.

В то же время, говоря о формировании Общенационального патриотического фронта, мы ни в коем случае не должны забывать и о социально-классовом аспекте борьбы, прежде всего – о работе с трудовыми коллективами, борьбе за экономические, социальные и политические права трудящихся. Залогом социально-классовой составляющей в деятельности Фронта является центральное положение в его структуре нашей Коммунистической Партии.

Построение обновлённого социализма является абсолютно необходимым и обязательным условием реализации национально патриотического проекта, поскольку в условиях мирового капиталистического рынка на современном уровне его развития Россия обречена на роль сырьевого придатка, а Русский народ – на геноцид до «экономически оправданных» 15-20 миллионов. Только в неразрывном единстве национально-освободительной и социально-классовой борьбы, в их слиянии в единое целое мы, современные русские коммунисты, видим возможность спасения Русского народа и России как особой самобытной цивилизации. Именно эта идея неразрывной связи национально освободительной и социально-классовой борьбы, осуществления социалистической революции в форме революции национально освободительной, лежит в основе наших программных принципов, идейных позиций съездов, находит своё выражение в сформулированном Лидером нашей Партии лозунге «Русский социализм – ответ на русский вопрос».

В соответствии с этим Общенациональный патриотический фронт также должен мыслиться нами не только в национальном, но также и в социальном аспекте, как фронт борьбы за права трудящегося большинства, за возвращение в общенациональную собственность природных богатств и созданных в советское время всенародным трудом средств производства.

Только в этом случае мы можем рассчитывать на действительное вовлечение широких народных масс в борьбу за освобождение от гнёта компрадорской буржуазно-чиновничьей власти.

Июль Статья опубликована на форуме Центрального сайта КПРФ http://forum.kprf.ru/viewtopic.php?f=8&t=31968&sid=dc2ae9c44e5ddbf6d58cbc ee8b2f99b Перепечатано в сокращении на сайте «Tabula Rasa»

http://www.orden.ws/2008-07-23-08-55-41/43-lpara-bellumr-/502-2010-08-22-18 12- Тезисы для Круглого стола «Наш ответ на вызовы ХХI века»

Москва, 30 мая 2006 г.

Мир вступил в новую эпоху. В лидирующих развитых странах уровень развития производительных сил достиг того, что потребности всего общества в промышленной продукции могут быть удовлетворены трудом всё меньшего количества задействованных в промышленном секторе рабочих.

Высвобождающиеся при этом трудовые ресурсы поступают в сферу информационного производства, которое всё более превращается в основную и ведущую сферу производства. Информационный продукт отличается от промышленного тем, что его без какой бы то ни было затраты труда можно реплицировать в каком угодно количестве копий. То есть переход к преобладанию информационного производства фактически обеспечивает материальную базу для всеобщего изобилия, для общества коммунистического типа, в котором владение собственностью не ликвидируется насилием, а снимается естественным образом через исчезновение нужды, дефицита. Стремясь перехитрить естественный ход исторического развития, буржуазия создаёт мощнейшие средства манипуляции массовым сознанием, фактически стремясь превратить технический прогресс в средство создания электронной тюрьмы, искусственного виртуального мира, своего рода матрицы, порабощающей сознание человека и отсекающей его от объективной реальности.

Создание виртуального мира, таким образом, является не естественным неизбежным эпифеноменом научно-технического прогресса, а целенаправленным глобальным проектом, реализуемым с использованием достижений этого прогресса транснациональной финансовой олигархией.

Цель виртуализации – порабощение разума, отчуждение от реальности, закрепление тотального контроля над человечеством в общемировом масштабе. Основными средствами построения Нового Мирового Порядка выступают:

1) Атомизация и разобщение общества. Разрушение традиционных социальных институтов и социальных связей. Целенаправленное разрушение традиционных религий, национально-этнических общностей, семьи. Разрыв связи и преемственности между поколениями. Растаскивание общества на совокупность замкнутых маргинальных меньшинств и субкультур.

2) Навязывание абсолютности и всеобщности денежного эквивалента и сведение всего многообразия форм человеческих отношений к стандарту отношений купли-продажи.

3) Создание системы электронного контроля (электронные документы (смарт-карты и магнитосчитываемые элементы в паспортах), биоидентификаторы, личные номера, электронные досье, штрих-коды, товарные RFID-чипы и чипы имплантанты, системы записи и автоматического анализа электронной переписки и переговоров по мобильным телефонам, переход на безналичную оплату по кредитной карте в магазинах) 4) Общее подавление разумности и способности к критическому восприятию реальности путём разрушения системы образования, освобождения животных инстинктов, дискредитацией нравственных, социо культурных и поведенческих норм, навязыванием постмодернистской расщеплённой парадигмы мировосприятия, действием мощной индустрии фальсификации реальности. Примитивизация и дебилизация навязываемой масс-культуры.

5) Постоянно усиливающиеся доминирование «международного» (т.е.

глобалистского) права над национально-государственным.

6) Нагнетание истерии по поводу угрозы «международного терроризма», «русского фашизма» и пр. «экстремизма». Поддержание искусственной экономической нестабильности, к тому же многократно преувеличенной СМИ. Создание в обществе обстановки постоянного страха, неуверенности, неопределённости и беззащитности.

7) Целенаправленная политика, направленная на усиление миграционных процессов, на замещение более или менее однородного в этническом отношении коренного населения совокупностью разнородных кочующих по миру диаспор.

Основные задачи антиглобалистов в этих условиях:

1) Защищать и поддерживать всеми силами и средствами традиционные социальные институты и традиционные иерархические формы социальных отношений в семье, школе, трудовом коллективе, нации в целом.

Поддерживать нетерпимое, нетолерантное отношение общества к нарушителям этих норм и, тем более, подстрекателям-«правозащитникам».

2) Противодействовать внедрению системы электронной и био идентификации, созданию электронных досье.

3) Организовывать сопротивление НМП на основе принципа сетевой координации как наиболее эффективному в настоящих условиях.

4) Поддерживать все формы социальной самоорганизации, основанные на отрицании парадигмы универсальности отношений купли-продажи. В особенности поддерживать движения, направленные на свободное распространение и копирование информационных продуктов против диктатуры «авторского права».

5) Перенаправить импульс молодёжного негативизма («контркультура») из русла отрицания традиционной культуры и ценностей в русло отрицания навязываемой архитекторами НМП масс-культуры.

6) Содействовать противодействию нелегальной миграции, одновременно переключая острие борьбы с самих мигрантов на систему, организующую их завоз.

7) Гасить взаимные конфликты между разобщенными группами населения (православные против мусульман, националисты и монархисты против коммунистов и т.п.), направляя их в общее русло антиглобалистской борьбы. В то же время однозначно отмежеваться от «агентов толерантности»

и разрушителей традиционных ценностей и норм (в частности ИПРОГ и т.п.), действующих под личиной «альтерглобализма».

8) Содействовать слиянию социальной и национально освободительной борьбы, готовить национально-освободительную революцию, призванную восстановить национальный суверенитет.

Май 2006.

Тезисы опубликованы на сайтах «Русский социализм – Революционная линия»

и http://russoc.kprf.org/Doctrina/KrugStol.htm http://russoc.info/Doctrina/KrugStol.htm «Антиглобалистское сопротивление» http://www.anti glob.ru/mnen/lench.htm Постистория и игровая парадигма Через ряд современных философских и культурологических концепций проходит идея исчерпанности парадигм цивилизационного типа Нового времени, берущего свое начало от эпохи Возрождения и Реформации и максимально оформившегося в эпоху Просвещения. Эта эпоха определялась господством парадигм антропоцентризма, рационализма, сциентизма, индустриализма, демократии, эволюции (биологической, научно технической, социальной и т.д.), монизма исторического процесса (тесно переплетенного с европоцентризмом). Все основные философские, идеологические, политические альтернативы Нового времени (эмпиризм и рационализм, идеализм и материализм, капитализм и социализм) имеют общий базис в этих общих для них парадигмах. Сейчас мы стоим перед лицом принципиально новой реальности, выходящей в иную плоскость по сравнению с альтернативами Нового времени. Попытки описания этой новой, только возникающей реальности породили такие понятия как постиндустриальное или информационное общество, сетевое общество, постмодерн, постистория.

Из этих понятий логически первично понятие «постиндустриального общества», разработанное Беллом и Тоффлером. Научно-технический прогресс обеспечивает такой уровень производительности, который переворачивает приоритеты производства. Обеспечение потребностей всего общества в промышленных продуктах стало требовать участия в их производстве все менее значительного процента населения. Напротив, производство информации из сферы обеспечения индустрии, из ее придатка, сводимого к повышению ее производительности, превратилось в ведущую сферу производства, в которой занята большая часть производительных сил.

Переход к постиндустриальному обществу привел к разрушению его классовой структуры, снятию межклассовых и внутриклассовых противоречий, являвшихся движущей силой и содержанием исторического развития. Окончательность (реальная или мнимая) торжества попперовской утопии «открытого общества» дала основание Фукуяме сформулировать идею «конца истории». Концепция постистории развита Бодрийяром, указавшим на исчерпанность исторических возможностей. Все исторические потенции реализованы, и остается лишь имитировать осуществление уже осуществленного. Происходит вирусоподобное неконтролируемое клонирование, все ускоряющееся и ничем не ограниченное возрастание количества без перехода в качество, бесконечная интенсификация процесса при утрате его смысла и функции (т.к. смысл и функцию задает отношение части к целому, а разрушение цельности аннулирует понятие смысла).

Отсюда становятся понятны особенности постмодерна как стиля – не только в искусстве, но во всех сферах жизни от быта до экономики, от науки до политики. Это предельная эклектика, отсутствие единого основания или центра, отсутствие самого единства. Это фрагментарность и клиповость, иррациональность и подчеркнутое отсутствие точности, последовательности и законченности. Это опрокидывание и растворение всех оппозиций, в первую очередь оппозиции объекта и субъекта. Это предельный релятивизм (логический, эстетический, этический), доведенный до исключения всякой точки и меры отсчета, особенно в отношении категории ценности. Это деструкция всякого канона, крушение структуры, рамок, метода, размывание всех категорий, взятое за правило искажение смысла, переворачивание символов – в том числе языковых и, в особенности, сакральных.

Все исторические возможности реализованы и потому их постисторическое воспроизведение приобретает характер лицедейства, карнавала, смешения элементов, атрибутов, символов, вырванных из разных, несводимых друг к другу культурных контекстов. Театральный эффект максимизируется доведением разыгрываемых ролей до состояния фарса, карикатурного утрирования, но действие остается полностью условным, не претендующим ни на что, кроме эпотажа, политкорректным и стерильным в отношении результата. Отсюда и характерная несерьезность, ироничность.

Все это дает основания говорить о «игровом стереотипе» или об «игровой парадигме» как основе существования постмодернистской цивилизации во всех ее сферах.

Экономика. Отказавшись обеспечивать доллары золотым запасом страны, США положили начало виртуализации денежных единиц. К настоящему времени оборот капитала в десятки раз превышает объем реального товарообмена. Мировые запасы валюты обеспечены реальными материальными ценностями на считанные проценты. Остальное – чисто виртуальный капитал, не имеющий отношения к производству. Деньги перестали быть инструментом опосредования товарообмена, превратившись в условную единицу накопления в виртуальной игре банков и бирж.

Глобальные банковские и биржевые операции стали в чистом виде игрой замкнутого круга участников по условным правилам и с условными же результатами, все менее выходящими за пределы группы играющих.

Политика все более смыкается с шоу-бизнесом, что отражается приходом в нее популярных артистов, певцов и т.п. Так же как и финансовая, политическая элита замыкается в автономный клуб, играющий по собственным правилам и оказывающий все меньше влияния на внешний мир.

Гражданское общество настолько ограничило участие государства в социальной жизни, что государственные политики утрачивают не только Власть, но и функции управления, становясь почти чисто представительными фигурами. Ещё очевиднее игровой стереотип поведения в среде политических радикалов и нонконформистов, все более маргинальных, изолированных от остального общества и действующих исключительно внутри своего замкнутого круга.

Маркетинг и сопряженные с ним сферы рекламы, изучения рынка, имиджмейкинга и т.д. представляют в чистом виде деятельность, смысл которой исчерпывается социальной ролевой игрой и практически не связан с производством. Между тем, работа рекламных и торговых агентов составляет значительную долю рынка труда.

Наука эволюционирует в том же направлении (концепция Куна:

«истина есть соглашение научного сообщества»), закономерно порождая «научные школы» в духе Фоменко. Если в экспериментальном естествознании это еще не так заметно (хотя постмодернистские тенденции и здесь привели к распадению единой «научной картины мира» на бесконечное множество узкоспециальных вопросов, а экспоненциально возрастающее количество информации критически превысило возможности ее синтеза), то гуманитарные научные сообщества уже вполне надежно вписались в ролевую парадигму, сделав основным предметом исследования свои же концепции и построения. Достаточно взять современную статью по истории, чтобы убедиться: до 70% ее объема составляет историография вопроса.

В литературе одним из самых популярных жанров становится фэнтази – «мифологическая», подчеркнуто не-научная фантастика, построенная как свободная игра образами и символами, максимально игровой жанр.

Построенный на иллюзии обращения к реалиям традиционного, средневекового или варварского общества (мифология, уровень технологии, социальные реалии), на самом деле фэнтази в чисто постмодерниском духе переворачивает и искажает символы, разрывает цельность картины мира, эклектически перемешивает фрагменты разных эпох и культур, пародирует традиционные сюжеты.

В сфере религии характерен всплеск неоязычества (особенно в духе New Age). Современное неозычество имеет иную природу, чем язычество традиционное, и представляет собой игру в религиозном антураже, искажённую имитацию элементов обрядности, имитацию отсутствующего религиозного чувства. По сути это род ролевой игры в жанре фэнтази:

«Велесова книга» и «Сильмариллион» представляют культурные феномены одного и того же плана.

Ряд молодежных субкультур, таких как движения ролевых игр, исторической реконструкции, униформистов, индеанистов, толкинистов и т.п. целиком и в чистом виде выражают ролевой стереотип поведения. Здесь тезис Бодрийяра о карнавальном искусственном воспроизведении окончившейся истории достигает максимальной наглядности. Возникнув как молодежные, эти движения постепенно становятся универсальными в плане возраста участников, и есть основания полагать, что именно они предвосхищают форму бытия будущего социума.

Наконец, компьютеризация с ее сетевой структурой задающей ролевой стиль (к примеру: традиция ников – сетевых имен на сетевых конференциях), с ее возможностями создавать виртуальную реальность и обеспечивать внутри этой реальности коммуникацию, уже подводит к образам, в духе фильма братьев Вачовски.

Культура, часто определяемая как вторичная, искусственная (по отношению к Природе) среда обитания, входит в новую фазу окончательного освобождения от естественных законов, правил и ограничений. Контуры этой вторичной реальности становятся полностью условны, как условны правила игры. И здесь неминуемо встает вопрос об источнике этих правил, об угрозе тотального контроля, которым чревато освобождение от реальности.

Карнавал продолжается, но не скрываются ли за масками уже не вполне человеческие лица?

Тезисы опубликованы:

Строев С.А. Постистория и игровая парадигма. // Тезисы доклада на междисциплинарном гуманитарном семинаре «Философские и духовные проблемы науки и общества» в рамках VIII-й Ассамблеи молодых ученых и специалистов Санкт-Петербурга. Санкт-Петербург, Санкт-Петербургский Государственный Университет, 26 января 2003 года.

Цивилизационная альтернатива Материал к III Всероссийскому Форуму Антиглобалистов Управлять легче, когда люди имеют низкие запросы.

Потому что низкие запросы удовлетворить легче. … То есть, диктатура шоу-бизнеса - это часть машины государства. Раньше, просто, рок, как и церковь некогда, были отделены от государства, а сейчас они его часть.

Результаты известны.

Радислава Анчевская Существует известная крылатая фраза (приписываемая разным знаменитым авторам), что всякое «анти-» растворяется в том, против чего оно «анти-». В этой фразе заложен глубокий смысл, состоящий в том, что объединение в голом отрицании чего-либо непродуктивно и обречено на поражение. В качестве жизнеспособной альтернативы может выступать лишь самостоятельный проект, содержащий конструктивную идею и программу её реализации.

Исходя из этого, Третий форум антиглобалистского сопротивления разворачивается от темы критики и разоблачения сущности империалистической глобализации к формированию собственного содержательного проекта, собственной цивилизационной альтернативы глобализму. В рамках этой задачи, мы представляем в тезисной форме наши позиции.

1. Экономика для человека, а не человек для экономики.

Современная цивилизация, представляющая собой мировой капитализм на финальной стадии концентрации капитала и расширения рынков сырья, рабочих рук и сбыта, исходит из логики максимизации прибыли как основной задачи производства. Такой подход представляет собой форму фетишизма, культового служения обожествлённому материальному идолу. В качестве своего результата он имеет массовую нищету и фактический целенаправленный геноцид «экономически неоправданного» населения целых регионов планеты, нарастание и эскалацию социально-классовых и межнациональных конфликтов, крайне неэкономную и исторически безответственную растрату невосполнимых природных ресурсов, разрушение традиционных культур и морально нравственных норм, навязывание потребительских стандартов мышления и поведения, ведущих к культурной и интеллектуальной деградации человечества, денатурализацию продуктов потребления, приводящую к росту числа заболеваний, в том числе генетических, к деградации человека как биологического вида.

В качестве альтернативы мы предлагаем плановую систему производства, всецело подчинённую целям и задачам жизнеобеспечения и жизневоспроизводства, удовлетворения потребностей населения той или иной конкретной страны в сельскохозяйственных, индустриально промышленных и информационных продуктах, необходимых для стабильного поддержания достойного уровня жизни. Такое производство в качестве предпосылки требует национализации основных сфер производства и существенного преобладания общенародной (государственной) формы собственности над частной. Способом существования такого производства должно стать стабильное устойчивое самовоспроизводство, а не безграничный рост и расширение.

Разумеется, при таком подходе не исчезнут различия в уровне развития и уровне потребления между развитыми и отстающими регионами, но станет, по крайней мере, невозможной нынешняя абсурдная ситуация вымаривания «экономически неоправданного» населения, обладающего всем необходимым для устойчивого жизневоспроизводства на своей земле.

2. Безусловный приоритет принципов национальной государственности и суверенитета над международным правом, полномочиями международных организаций и правами транснациональных корпораций.

Сегодня капиталистическая система, достигшая стадии объединения всего мира в единый рынок, стремится ликвидировать национальные границы, сделать мир абсолютно «свободным» в смысле свободы перемещения товаров, сырья, капиталов и рабочей силы, то есть полностью подстроить его под интересы капиталистического извлечения прибыли.

Результатом этого становится «отмирание» национальной государственности, связанной с интересами конкретных наций или хотя бы населения конкретных территорий – то есть с интересами социально организованного населения. Параллельно с этим ряд функций и прерогатив, прежде монопольно присущих государству, переходит к экстерриториальным центрам силы (прежде всего ТНК), не связанным с интересами конкретных народов и даже просто с конкретными территориями. Идёт формирование частных коммерческих армий и охранных квазиполицейских частей. Тем самым создаётся ситуация, чреватая исчезновением права как категории и абсолютной бесконтрольностью и безответственностью применения вооружённого насилия финансовыми кланами.

Особый трагизм ситуации в том, что современные государства, будучи по своей природе капиталистическими, выражают волю прежде всего класса буржуазии, и потому в соответствии с интересами этого класса сдают свои позиции транснациональным корпоративным структурам практически без борьбы и без сопротивлния.

Предлагаемый нами поворот к возрождению суверенитета национальных государств возможен только при условии реализации первого пункта программы –национализации основных средств производства. Только в этом случае государство станет национальным не на словах, а на деле – то есть выражающим волю нации, а не класса буржуазии. Внеклассовое государство может существовать только на базе бесклассового социалистического общества. Только в этом случае монополия на вооруженное насилие остаётся под контролем народов и сохраняется возможность воспроизводства правовых отношений (хотя правовой принцип не должен абсолютизироваться и распространяться на все сферы общественной жизни, см. ниже).

3. Приоритет сохранения природной среды и культурных памятников перед возможностью их потребительского использования.

Сегодня господство капиталократического принципа приводит к хищническому уничтожению уникальных и невосполнимых объектов природы и культуры везде, где возможность их утилизации даёт надежду на извлечение прибыли. В лучшем случае удаётся избежать их полного уничтожения опираясь на аргумент сохранения их как источника долговременного бизнеса. Сам по себе аргумент их права на существование в расчёт совершенно не принимается. Всё подчинено парадигме потребления, в свою очередь сформированной рекламой ради повышения прибылей бизнеса.

Отрицая логику подчинения жизни интересам извлечения прибыли, мы, вместе с тем, отрицаем и принцип господства потребления. Разумеется, памятники природы и культуры могут и должны использоваться в интересах человека, но таким и только таким образом, который не противоречит условиям их сохранения и не наносит им вреда.

4. Сохранение национальных культур как альтернатива унификации мира.

Обеспечивая в целях максимизации прибылей свободу движения товаров, сырья и рабочих рук, капиталократия стремительно разрушает многообразие человеческих культур. На месте цветущего многообразия возникает унифицированное пространство безликих жилищ, англоязычной попсы по радио и телевидению, рекламных брэндов, унифицированного быстрого питания (фастфуда), потребительского образа жизни, корпоративных стандартов поведения. Массы людей, кочующие по миру в качестве свободно перемещающейся рабочей силы, теряют национальную культурную самоидентификацию и превращаются в обезличенную «серую расу». Не спасает дела и пресловутый «мультикультурализм», превращающий города в подобие циркового балагана или вавилонской ярмарки. «Мультикультурализм» не только не защищает, но ещё более разрушает идентичность национальных культур, хаотически перемешивая их элементы и разрушая их внутреннее единство.

Мы утверждаем, что культурное многообразие является залогом развития, и, напротив, унификация или хаотическое смешение неизбежно ведут к культурному обеднению и культурной деградации человечества. Мы утверждаем также, что каждая национальная культура представляет собой внутреннее единство, и только в этом внутреннем единстве каждый её элемент обретает осмысленность и внутреннюю жизнь. Между самыми различными аспектами культуры, как, например, между элементами одежды и традиционными правовыми нормами, существуют глубокие внутренние связи. Разрыв этих связей, помещение вырванного из своей среды культурного элемента в чуждый ему контекст, обессмысливает его и фактически лишает значения элемента культуры.

Культура в самом широком значении слова является способом бытия этноса и неотделима от характерных для него общественных отношений, вмещающего ландшафта, способа и характера производства. Разрушение границ этноса разрушает, тем самым, сам этнос, а, следовательно, и культуру как способ его бытия.

Культурное развитие достигается в многообразии, а многообразие требует определённого (хотя, разумеется, не абсолютного) уровня их изоляции друг от друга. Культурный контакт (безусловно, обогащающий культуры) происходящий между этносами как субъектами культуры не должен превышать уровня, за которым он уже превращается в слияние и смешение, ведущее к унификации и уменьшению культурного многообразия.

Национальная культура должна иметь время для переработки и этнификации получаемого из внешних контактов опыта, в противном случае он становится для неё разрушительным.

Исходя из этого, мы выступаем против политики, стимулирующей миграционные процессы и этническое смешение, за ограничение миграции и поддержание, насколько это возможно, постоянства этнического состава на каждой конкретно взятой территории.

5. То же самое относится к сохранению биологического, расово антропологического многообразия человечества.


6. Традиционная социальность как альтернатива социальной атомизации.

Традиционная социальность предусматривает наличие множественных и разнообразных связей и отношений между людьми, регулируемых воспитанием и обычаями, а не юридическими нормами. В этой связи особое значение имеют традиционные социальные институты (прежде всего семья) и традиционные социальные роли, характерные для конкретного общества и конкретной культуры. Наличие такого рода множественных неформализованных отношений между людьми служит с, одной стороны, ключевым моментом в сохранении и передаче национальной культуры и неписанного жизненного опыта от поколения к поколению, а, с другой стороны, защищает личность и общество в целом от произвола со стороны государства и от манипуляции сознанием.

Капиталократия, стремясь переработать человеческий материал в идеальных субъектов труда и потребления, целенаправленно разрушает связи, объединяющие людей в общественный организм, разрушает нецелесообразную с точки зрения коммерции культуру, разобщает поколения, дабы снизить формирующее влияние родителей на ребёнка и усилить влияние СМИ, школы и иных подконтрольных ей воспитательных средств. Цель капиталократии – предельная атомизация общества, предельное отчуждение человека от человека, в пределе – сведение всего многообразия человеческих отношений к единому стандарту отношений юридического договора.

Особые усилия в этом отношении капиталократия концентрирует на трёх направлениях. Во-первых, на борьбе с любыми формами некоммерческого искусства. Делается попытка, и не без успеха, полностью заменить художественное творчество коммерческой поп-индустрией, которая в основе своей не только крайне примитивна, но и всецело технологична. Во вторых, упорно нивелируются гендерные различия, то есть различия социальных моделей поведения полов. Параллельно с этим под лицемерным лозунгом «защиты от бытового насилия» управляемое капиталократией государство берёт на себя роль посредника и контролёра отношений между мужчиной и женщиной как в браке, так и вне него. Итогом становится разрушение семьи как базовой ячейки общества. В-третьих, под тем же предлогом «защиты от бытового насилия» государство ставит себя посредником и контролёром в отношениях между родителями и детьми, целенаправленно подрывая авторитет родителей, фактически делая невозможным семейное воспитание и передачу культурных ценностей от поколения к поколению.

Мы выдвигаем и отстаиваем прямо противоположные ценности. Мы утверждаем, что только некоммерческое искусство, только то, которое совершается от внутренней потребности в творчестве, а не ради удовлетворения чьего-либо спроса, является полноценным. Мы утверждаем, что недоговорные, неюридические, неформальные формы отношений между людьми не только имеют право на существование, но и должны быть защищаемы и развиваемы. В силу этого мы выступаем заведомыми сторонниками неформатного искусства и неформальных культур. Однако, из всех связующих людей неформальных, недоговорных отношений мы ставим на первый план наиболее традиционные их формы как проверенные временем, укоренённые в культуре, наиболее устойчивые и способные наиболее эффективно противостоять деструктивным воздействиям.

Мы утверждаем безусловную ценность выработанных культурой социальных моделей поведения, как, например, между старшим и младшим, учителем и учеником, родителями и детьми, между родственниками, между друзьями и т.д. как необходимое условие социально-культурной органичности и единства.

Мы утверждаем естественность связи между традиционными гендерными моделями социального поведения и биологическим полом, и оцениваем разрушение этой связи (под какими бы благовидными и «социалистическими» лозунгами оно не осуществлялось) как категорически деструктивное как с культурной, так и с биологической точки зрения.

Мы утверждаем ценность традиционных социальных институтов, в первую очередь традиционной семьи, и считаем вмешательство государства во внутренние отношения членов семьи возможным только в исключительнейших случаях, но никак не повседневной жизни. Мы исходим из того, что разрушающее вмешательство государственных и общественных структур во внутренние дела семьи представляет многократно большее зло, нежели пресловутое «бытовое насилие», необходимостью борьбы с которым оно прикрывается.

Мы отдаём себе отчёт в том, что отстаиваемые нами отношения традиционной социальности несовместимы с капиталократией, именно поэтому защиту традиционных форм социальности мы ставим шестым пунктом программы, а на первое место выдвигаем необходимость перехода от экономики извлечения прибылей к экономике жизневоспроизводства и жизнеобеспечения, что предполагает обобществление средств производства и ликвидацию самых оснований капиталократии. Дурную траву нужно рвать с корнем.

7. Мы выступаем в поддержку традиционных религий, как форм коллективного, выверенного тысячелетним опытом поколений способа духовной жизни. В то же время, основную угрозу духовной традиции мы видим отнюдь не в атеизме, материализме и рационалистической философии, а в коммерческой псевдорелигиозности, сконструированной как сфера ритуальных и психологических услуг. Мы выступаем в первую очередь против мутной волны попсового мистицизма и псевдорелигиозной коммерческой штамповки в духе New Age, а также экуменистических и обновленческих течений, стремящихся подстроить традиционные религии под стандарт общества потребления.

Одну из задач мы видим в усвоении традиционных форм духовности неформальными культурами и субкультурами, противостоящими сегодня поп-индустрийной антикультуре.

8. Свобода интеллектуального и художественного творчества как альтернатива «интеллектуальной собственности».

Так называемое «авторское право», изначально задуманное, как и следует из его названия, для защиты прав автора, приняло сегодня совершенно уродливые формы и служит интересам вовсе не автора, а капиталократической машины. Система «интеллектуальной собственности»

на сегодня постулирует наличие прав собственности не только на открытия и технологии, но практически на любой текст и визуальный образ. Причём в подавляющем большинстве случаев правообладатель этой собственности не имеет ни малейшего отношения к авторству. Доходит до абсурдного, когда права «интеллектуальной собственности» регистрируются на произведения давно умерших авторов.

Последовательное применение принципа интеллектуальной собственности в его современной капиталократической трактовке делает фактически невозможным развитие науки, искусства и культуры в целом.

Любое научное открытие строится на обобщении знаний, накопленных предшественниками. Копирайтный запрет на использование наработок предшественников делает невозможным дальнейшее развитие. То же самое можно сказать об искусстве: любое оригинальное произведение вырастает из окружающего его культурного контекста. Если этот окружающий контекст порезать на фрагменты и запретить к использованию – живое творчество станет невозможным. Место художника займёт команда юристов, выверяющая и способная доказать несовпадение того или иного сочетания звуков ранее полученным лицензиям. Штамповочная коммерческая попса в таких условиях работать может, настоящее искусство – нет. С помощью законов «интеллектуальной собственности» капиталократия получает возможность расправиться с некоммерческим искусством не только финансовым удушением, но и непосредственным насилием – отправив авторов в тюрьму.

Речь, однако, в данном случае идёт отнюдь не только о развитии искусства и фундаментальных наук. Патентное право стоит на пути развития цивилизации во всех сферах. Перспективные открытия и разработки скупаются на корню и хоронятся корпорациями ради того, чтобы не создавать конкуренцию товарам, производство которых уже налажено и приносит прибыль. Цены на лекарства взвинчиваются стократно и тысячекратно потому, что патентное право ликвидирует конкуренцию и монополизирует рынок. Развивающиеся страны оказываются в вечной неоколониальной зависимости, потому что лишены возможности перенять достижения прогресса, а выкупать лицензии на них не имеют средств.

Возникает абсурднейшая ситуация, когда народ знает как производить копеечное по себестоимости лекарство и может легко наладить его производство, но вымирает от эпидемий потому, что по международному праву не может его производить, не имея лицензии.

Мы выступаем с позиции неограниченной свободы производить, копировать, распространять, модифицировать и перерабатывать информацию любого характера, будь то научная статья, техническая разработка или художественное произведение, за исключением лишь информации общественно-опасного или деструктивного с точки зрения нравственности характера. Мы признаём определённые (хотя и ограниченные) права непосредственно автора, но категорически отказываемся признавать их за владельцем патента или лицензии, если он не является автором.

Авторское право не должно унифицироваться, и право автора художественного текста – это совершенно не то же самое, что право автора технического изобретения, и уж тем более не то же самое, что зарегистрированный фирменный знак.

Мы признаём право автора художественного или научного текста требовать указания своего авторства при цитировании или распространении, а также идентичности воспроизводимого под его именем текста. Если текст подвергся редакции или переработке, это должно быть указано в форме: за основу взят текст такого-то автора, текст модифицирован и не соответствует оригиналу. С таким указанием модифицированный текст может свободно распространяться и использоваться далее. Мы отрицаем за автором текста право налагать ограничения на его копирование и распространение, если авторство текста и его фрагментов указывается, а также и на его модификацию, если факт модификации и несоответствия оригиналу указывается.

Мы признаём право изобретателя на материальное вознаграждение либо в форме единовременого выкупа его обществом, либо в форме краткосрочной монополии на его применение. Однако после этого любое изобретение является всеобщим достоянием и может неограниченно как использоваться, так и развиваться другими изобретателями.


Предлагаемый нами подход прогрессивен и снимает совершенно искусственные ограничения, которые «право интеллектуальной собственности» ставит на пути прогресса. Как и всякое прогрессивное движение, наш подход обречён на конечную победу, так как, будучи реализован в одной отдельно взятой стране, приведёт к многократному превосходству её развития и волей-неволей заставит остальные страны последовать её примру.

9. Мы выступаем за строгий надзор со стороны общественных организаций над любыми технологиями, внедряемыми в сферу общественного управления и регулирования.

По мере внедрения различных аппаратных средств, прежде всего электронных, в сферу управления, создалась ситуация, в которой технические возможности и ограничения (логика машины) входят в противоречие с конституционными правами личности и фактически торжествуют над ними. Простейший пример: электронная, автоматически обрабатывающая документы система, требует от человека указания параметров, которых у него может не быть и которые он не обязан по закону иметь (например, ИНН, номер кредитной карточки и т.п.) или предлагает варианты, ни один из которых не подходит. Спорить с электронной системой невозможно. Создаётся ситуация господства техники над гражданскими правами. Особую угрозу представляют электронные системы, автоматически аккумулирующие и обрабатывающие электронную информацию о гражданах и создающие их электронные профили.

Мы выступаем за существенное ограничение средств электронного контроля и управления и строжайший общественный контроль над ними. В частности, мы категорически выступаем против присвоения людям личных номеров. Номер должен идентифироваться только с конкретным документом, например паспортом, но не с его владельцем. Мы выступаем за категорический запрет суммирования в единой базе данных информации о человеке из разных ведомственных источников, если в этом нет прямой необходимости, за техническое разобщение такого рода баз данных, в том числе путём разобщения документов, под номерами которых в них хранится информация о человеке. К примеру, медицинская информация должна храниться только в медицинской базе данных под номером медицинской карты, никак не сопрягаясь с данными, хранимыми банком под номером банковской карты или с данными паспортного стола и т.д. Задачей такого разобщения информации является ограничение технических возможностей государства и, тем более, негосударственных структур, нарушать права личности на приватность частной жизни.

Мы выступаем также за бдительный общественный контроль с целью своевременного уничтожения личной информации о человеке в ведомственных, фирменных и иных базах данных после прекращения фактической и непосредственной необходимости в её использовании, с целью обязательного обезличивания вышедших из употребления номеров его документов и т.д.

Мы выступаем за категорический запрет вживления в тело человека микрочипов-имплантантов за исключением случаев крайней необходимости по медицинским показаниям. Мы выступаем также за запрет вшивания RFID чипов в товары потребления и установки соответствующих сенсоров. Мы выступаем против внедрения биоидентификации и электронно-считываемых элементов в личные документы.

И, само собой, мы решительно выступаем за законодательный запрет прослушивания телефонов государственными службами до получения судебной санкции.

Мы выступаем, таким образом, за создание сильного общественного противовеса, уравновешивающего технические возможности государственных и коммерческих служб, связанных со сбором, хранением и анализом личной информации о гражданах.

10. Мы утверждаем приоритет прав большинства в отношении прав меньшинств во всех отношениях: экономическом, культурном, национальном и т.д., а также приоритет общественных и общенациональных интересов над групповыми, клановыми и личными.

Современное капиталократическое общество, целенаправленно разрушающее единство социального организма, целенаправленно поощряет меньшинства, противопоставляя их интересам большинства. В конечном счёте, это приводит к растаскиванию всего общества на совокупность меньшинств, лоббирующих свои узкогрупповые клановые интересы. Цель этой политики очевидна: капиталократический олигархат сам является ничтожным по численности меньшинством и может устойчиво сохранять свои позиции только в разобщённом на меньшинства обществе, в котором он оказывается из числа меньшинств сильнейшим.

Мы отдаём себе отчёт в том, что каждый член общества по ряду признаков принадлежит к большинству, а по ряду других признаков – к тому или иному меньшинству. Принципиальная разница позиций в том, что капиталократическая система акцентирует признаки принадлежности к меньшинствам, делая их социально престижными или выгодными, и затушёвывает признаки принадлежности к большинству, делая их непрестижными и невыгодными. В результате формируется субъективная самоидентификация личности с одним из меньшинств, а не с социообразующим большинством. Наш подход диаметрально противоположен и состоит в стимулировании и поощрении признаков принадлежности к большинству и нивелировки значения признаков принадлежности к меньшинствам.

Обобщая перечисленные выше десять тезисов, мы выступаем с позиции господства человека, его биологических, социальных, культурных и духовных потребностей, над техносферой, государственной машиной и безличными экономическими силами. Мы решительно отказываемся как либо позиционировать себя на навязываемой нам политической линейке между «правыми» и «левыми». Выступая с позиций обобществления средств производства, природных ресурсов и интеллектуальной собственности, с позиции господства плановых начал в экономике над рыночными, мы не считаем обязательным отягощать себя характерной для «левых» любовью к меньшинствам, борьбой за гендерное равенство (не путать с юридическим равноправием) и ненавистью к традиционным «патриархальным»

общественным нормам и институтам. Выступая сторонниками традиционной религии, морали и семейных ценностей, мы вовсе не считаем обязательным отягощать себя характерной для «правых» абсолютизацией экономической свободы и прав личности в ущерб правам народа.

Мы находимся вне линейной «право-левой» политической системы, которую диктует мировая капиталократия и выдвигаем свой собственный проект цивилизационного развития человечества, предполагающий, в противоположность глобалистскому, разумное самоограничение общества в материальном производстве и потреблении, но безграничную свободу в творческом, интеллектуальном и духовном саморазвитии.

Январь 2008.

Статья опубликована в сборниках:

Строев С.А. Спасение Русского народа – главная задача. СПб.:

Издательство Политехнического Университета, 2008 г., 106 с. С. 80- А также на сайтах:

«Русский социализм – Революционная линия»

и http://russoc.kprf.org/Doctrina/Alternativa1.htm http://russoc.info/Doctrina/Alternativa1.htm «Антиглобалистское сопротивление» http://www.anti glob.ru/st/civilalt.htm Алтайского отдела СРН http://alt-srn.ru/categoryblog/902-civ alternativa.html В переводе на английский язык – и http://russoc.kprf.org/News/0000057.htm http://russoc.info/News/0000057.htm http://anti-glob.ru/public-conf/str3.htm http://www.globalresearch.ca/index.php?context=va&aid= Пределы возможного 1. Россия и глобальный рынок Для того, чтобы понять сущность происходящих в России событий, необходимо исходить из учёта той логики, на основе которой функционирует правящая чиновничья корпорация, присвоившая себе все атрибуты российской государственности. Логика эта проста и может быть определена фактически одним словом – монетаризм, причём в наиболее радикальной и бескомпромиссной форме. Суть этой логики состоит в том, что государство под названием «Российская Федерация» рассматривается в качестве коммерческой фирмы, действующей на международном рынке. Цель любой коммерческой фирмы – извлечение максимальной прибыли. Население страны рассматривается исключительно с точки зрения перспектив его использования в рамках этой коммерческой деятельности.

Каковы следствия этой логики? В рамках глобального общемирового рынка по причине холодного климата ни индустриальное производство, ни, тем более, сельское хозяйство России не может быть конкурентоспособным, так как производство той же продукции в странах с более тёплым климатом требует существенно меньших затрат на обогрев и, следовательно, при прочих равных условиях имеет заведомо меньшую себестоимость. В рамках глобально-рыночного мышления единственной сферой, в которой Россия как мегафирма может быть рентабельной и приносить доход, является добыча, первичная переработка и транспорт природных ресурсов.

При этом вопреки конституции, утверждающей, что земля и недра страны принадлежат её народу, государство (то есть обладающая фактической властью в стране чиновничья корпорация) не только рассматривает, но и фактически использует природные ресурсы страны как свою собственность. Население же рассматривается государством не в качестве собственника фирмы, по отношению к которому оно занимает положение наёмного менеджера, а только в качестве потенциальных наёмных работников. При этом государство полностью отделяет свои интересы как корпорации от интересов населения страны и отнюдь не связывает себя обязательствами по отношению к населению.

Это даёт ключ к пониманию текущей политической и экономической ситуации в России. Поскольку в рамках глобально-монетарной логики в России сырьевая отрасль экономики является единственно экономически оправданной и рентабельной, то экономически целесообразно только то население, которое необходимо для успешной работы этой сферы. По разным оценкам вместе со всей управленческой и обслуживающей инфраструктурой это население составляет от 10 до 20 миллионов человек.

Существование остального населения нашей страны с точки зрения логики глобального мирового рынка не оправдано. В рамках мирового рынка оно не способно производить конкурентоспособную по цене продукцию и, следовательно, его существование приносит государству, функционирующему как фирма на мировом рынке, не доходы, а расходы.

Поскольку фактически государство не признаёт за населением прав собственности на природные ресурсы, оно рассматривает это население как лишнее и избыточное с точки зрения своей экономической эффективности.

Отсюда исходит сознательная целенаправленная политика государства, направленная на ограничение рождаемости (внедрение программ планирования семьи, разрушение традиционных ценностей, обеспечивающих стабильность семьи, пропаганда несовместимого с деторождением образа жизни) и на повышение смертности (разрушение бесплатной медицины, ликвидация ряда социальных гарантий, крайне низкий уровень пенсий и т.д.).

Результатом этой политики является сознательное и целенаправленное сокращение населения до экономически оправданного уровня. В настоящее время это сокращение идёт со скоростью приблизительно 900 тысяч человек в год даже с учётом закамуфлированной отменой в паспорте графы «национальность» массовой миграции в Россию из Китая, стран Закавказья и Средней Азии. Если же вычесть иноэтнических мигрантов и их потомство, то убыль коренного населения России в результате целенаправленной политики геноцида (1) значительно больше.

В случае, если политика государства и дальше будет исходить из той же глобально-рыночной монетарной логики, нынешнее население России будет сокращено, по меньшей мере, в семь раз. При этом, поскольку этнический состав населения с экономической точки зрения для государства не существенен, можно быть уверенным, что оставшееся после редукции в России население будет практически полностью представлено азиатскими этносами с высоким уровнем рождаемости.

2. Компрадорская власть Государство, которое сначала полностью отделило свои корпоративные интересы от интересов населения, затем фактически изъяло и присвоило себе общенациональную собственность на природные ресурсы и, наконец, стало сознательно и целенаправленно проводить политику сокращения населения страны, то есть геноцида её коренных народов, не может опираться на население собственной страны. Как коммерческая корпорация, находящаяся с «экономически неоправданным» населением, составляющем подавляющее большинство населения России, в неснимаемом антагонистическом конфликте, государство нуждается во внешнем гаранте своего положения, в неком внешнем «мега-государстве». Таким внешним гарантом является мировая капиталократия, владеющая тем мировым рынком, субъектом которого пытается стать российская чиновничья корпорация.

Но, поскольку внешним гарантом своего положения и своей собственности российское государство избрало транснациональную финансовую олигархию, оно, тем самым, автоматически утратило свой суверенитет. Мировая капиталократия гарантирует российской чиновничьей олигархии защиту от населения России в обмен на подчинение своим указаниям как внешней, так и внутренней политики России. И, действительно, мы видим, как экономика России реформируется по указке и в интересах Запада (2), как вывозятся и вкладываются в экономику США практически все доходы, полученные в результате продажи принадлежащих Русскому народу природных богатств, как правительство целенаправленно разрушает и уничтожает вооружённые силы России (3) и, в то же время, заключает договора о введении на территорию России войск НАТО (4).

Таким образом, построив себя исходя из монетарной логики субъекта мирового рынка, государство (то есть правящая чиновничья корпорация) закономерно и неизбежно приобрело характер оккупационной колониальной администрации, местного представительства внешнего управления.

3. На повестке дня – расчленение страны Несмотря на то, что правительство РФ фактически является и действует как местная администрация мировой финансовой олигархии, последняя не может считать существующее положение дел полностью соответствующим её интересам. Даже после расчленения исторической России на 15 колониальных протекторатов, РФ остаётся слишком крупным куском для того, чтобы контроль над ним был полностью надёжным. В случае победы национально-освободительной революции, русское государство даже в куцых границах РФ обладало бы достаточными ресурсами для проведения независимой политики. Процесс расчленения России, начатый в 1990-91 годах ещё отнюдь не завершён. Мировая капиталократия уже отработала технику расчленения и уничтожения национальной славянской государственности, избрав в качестве полигона Югославию. Косовский прецедент фактически закреплён в международном праве. Совершенно очевидно, что Югославия служила лишь для отработки и обкатки тех методов, которые будут применяться в ходе предстоящего расчленения России.

Технология этого расчленения предельно проста. На первом этапе сознательно и целенаправленно подавляется и ослабляется этническое самосознание государствообразующего национального большинства, создаются условия его национального угнетения, невыгодности и непрестижности принадлежности к нему. В применении к России всякое проявление русской национальной консолидации жёстко подавляется, всякое проявление национального самосознания клеймится как «русский фашизм», во всех конфликтах на национальной почве государство становится на сторону национальных меньшинств и мигрантов. СМИ концентрируются на охаивании и очернении русской культуры, а национальные меньшинства получают ряд хозяйственно-экономических преференций, которых демонстративно лишено национальное большинство. В то же время этническая самоидентификация национальных меньшинств постоянно подогревается, акцентируется их инаковость по отношению к национальному большинству. На этом первом этапе искусственно разогретая этничность меньшинств носит ещё чисто культурный характер. Осуществляется культурное вычленение меньшинств на основе акцентирования национальных языков, культурных традиций, религии и т.д. Воспитание этнической инаковости меньшинств активно внедряется в школьную программу, воспитывается новое – этнически взбудораженное – поколение.

На втором этапе на базе культурной самоорганизации малых этносов формируются политические структуры. Поднимается на щит идея сначала культурной, затем хозяйственно-экономической и, наконец, административной национальной автономии и особых прав титульной этнической группы на её территории. Подспудно инспирируются идеи исторического угнетения со стороны национального русского большинства, необходимости освобождения и самозащиты от этого угнетения.

На третьем этапе осуществляется поворот от идеи автономии к идее полной независимости и самоопределения, борьба против «угнетения»

переводится в русло борьбы за независимость. Формируется очаг политического сепаратизма, превращаемый в зону открытой этнической войны.

Таков был сценарий расчленения и уничтожения Югославии, по этому же сценарию планомерно осуществляется уничтожение России.

Правящий кремлёвский режим в этой ситуации находится в двойственном положении. С одной стороны, поскольку он существует за счёт изъятия и присвоения собственности, по праву принадлежащей коренным народам России и – прежде всего – Русскому народу, он кровно заинтересован во всемерном ослаблении и расчленении Русского народа, его этническом вытеснении и замещении. Именно такая этническая, демографическая и миграционная политика последовательно и целенаправленно им реализуется. К тому же, как уже было сказано выше, гарантом положения и собственности правящего режима является мировая капиталократия. Поэтому «рекомендации» мировой капиталократии кремлёвскому режиму несут характер обязательного к исполнению приказа.

В результате государство сознательно реализует программу собственного расчленения. Однако с другой стороны, та же самая правящая в России корпорация, не имея возможности проявить открытое неповиновение своим заокеанским хозяевам, стремится затянуть процесс, затормозить развитие данного сценария на его последней фазе, потому что расчленение РФ может лишить чиновничью корпорацию её положения и всех козырей в торге с заокеанскими хозяевами.

Исходя из этого, политика кремлёвского режима представляет собой балансирование между разжиганием этнического сепаратизма и его подавлением при постепенной и неизбежной, но по возможности затягиваемой во времени сдаче своих позиций. Приблизительная точка баланса в этой кремлёвской эквилибристике – положение в кадыровской Чечне.

Однако, как уже было сказано, Кремль не имеет возможности открыто выступить против западного сценария расчленения России и, в лучшем случае, может лишь подтормаживать его реализацию. Поэтапная реализация этого сценария происходит на наших глазах. За годы «путинской стабилизации» радикальный политический сепаратизм из чеченского очага распространился на Ингушетию, Карачаево-Черкесию, Дагестан – то есть фактически на весь Северный Кавказ за исключением, разве что, Северной Осетии. Вплотную к точке перехода от административно-хозяйственной автономии к требованию ограниченного (пока) суверенитета подошла Якутия («Республика Саха»), весьма активны сепаратистские движения в Татарии, в Калмыкии против русского населения уже развёрнут настоящий этнический террор (5). Постепенно и исподволь провоцируется обособление финно-угорских народов.

Признав независимость Южной Осетии и Абхазии, правительство РФ имело глупость впрямую апеллировать к косовскому прецеденту. Тем самым, косовский прецедент de facto признан кремлёвским режимом в качестве правовой нормы. Теперь, опираясь на это признание, НАТО в любой момент может признать независимость любого провозгласившего независимость от России этнически разогретого региона.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 28 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.