авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

«Министерство образования Российской Федерации Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова Налоговые и иные экономические ...»

-- [ Страница 4 ] --

Основная цель исследования - комплексное изучение и анализ проблем, связанных с осуществлением преступлений в сфере финан сово-кредитной деятельности, совершаемых путем обмана и (или) злоупотребления доверием, и формулирование научных основ ква лификации рассматриваемых преступных посягательств.

Несомненно, что работе П.А. Кобзева присуща и научная но визна. Она определяется прежде всего тем, что, во-первых, в диссер тации проводится комплексное исследование проблем применения норм об ответственности за преступления в сфере кредитования фи зических и юридических лиц, совершаемые путем обмана и (или) злоупотребления доверием, разъясняются наиболее спорные вопросы квалификации рассматриваемой группы противоправных деяний.

Во-вторых, автором внесены соответствующие предложения de lege ferenda с учетом задач реформирования и совершенствования как всей кредитно-финансовой системы, так и уголовного законодатель ства.

Вынесенные на защиту положения, составляющие в совокупно сти концептуальную схему исследования, характеризуются глубиной и тщательностью проработки, сопровождены убедительной аргумен тацией и свидетельствуют о высокой теоретической значимости вы полненной диссертации, научной новизне полученных результатов.

Обоснован вывод о том, что уголовное законодательство может эф фективно противостоять преступности в кредитно-финансовой сфере только в едином комплексе со всем отраслевым законодательством, а потому имеющиеся недостатки уголовно-правовой практики на глядно демонстрируют необходимость совершенствования как уго ловного, так и банковского, финансового, налогового и иного зако нодательства.

В ходе проведенного диссертационного исследования решены, в частности, следующие поставленные диссертантом задачи: проведен анализ развития отечественного и зарубежного законодательства, ре гулирующего ответственность за преступления и правонарушения в кредитно-финансовой сфере, объективно оценено нынешнее состоя ние этого законодательства, определены перспективы его развития;

разработаны понятия финансово-кредитной сферы как объекта уго ловно-правовой охраны;

дана развернутая характеристика деяний, образующих составы мошенничества, незаконного получения креди та, злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, сделан анализ объективных и субъективных признаков этих престу плений;

изучена правоприменительная практика по делам о преступ лениях, совершаемых в кредитно-финансовой сфере, рассмотрены спорные вопросы квалификации отдельных видов исследуемых по сягательств;

определены основные направления по совершенствова нию уголовного законодательства в целях усиления противодействия преступлениям в сфере кредитования.

Полученные П.А. Кобзевым результаты научного исследования, основанные на них выводы, положения, предложения и рекоменда ции прошли апробацию в процессе состоявшихся обсуждений на за седании кафедры уголовного, уголовно-исполнительного права и криминологии Нижегородской академии МВД России, в ходе высту плений на научно-практических семинарах, межвузовских и регио нальных конференциях.

Результаты проведенного исследования внедрены в деятель ность аппаратов БЭП ГУВД Нижегородской области, Главного след ственного управления ГУВД Нижегородской области, Нижегород ского областного суда.

Основные положения представленного научного труда нашли отражение в ряде научных публикаций общим объемом 1,4 печ. л.

В целом диссертация представляет собой логически стройную и обоснованную систему взаимосвязанных предложений по совершен ствованию уголовно-правовой охраны кредитно-финансовой систе мы, повышению эффективности противодействия преступным пося гательствам в сфере кредитования.

Структура работы определяется целями и задачами исследова ния и включает в себя: введение, три главы, объединяющие семь па раграфов, заключение, список литературы, использованной при на писании диссертации.

В первой главе диссертации «История отечественного законода тельства и зарубежная правовая регламентация ответственности за преступления, совершаемые в сфере финансово-кредитной деятель ности путем обмана и (или) злоупотребления доверием» (с. 16-65) исследован исторический путь развития российского законодатель ства, регламентирующего ответственность за рассматриваемые пре ступные посягательства, проведен анализ зарубежной правоприме нительной практики по пресечению и предупреждению преступлений, направленных против порядка кредитования физиче ских и юридических лиц.

Несомненным достоинством рассматриваемого исследования является то, что ретроспектива уголовного законодательства в из бранном направлении сопровождается обстоятельным анализом раз личных источников русского законодательства - Русской Правды (с. 16, 17), Судебников 1497, 1550, 1589 гг. (с. 18-21), Соборного Уложения 1649 г. (с. 22, 23) и т.д. В первой главе подробно рассмат риваются наиболее распространенные в истории правоприменитель ной практики России виды преступлений против интересов кредито ров, а также финансовой системы государства в целом. При этом соискатель обоснованно отмечает, что интерес к подобным законо дательным актам вызван наличием в них уголовно-правовых запре тов, схожих по своему содержанию и назначению с нормами, имею щимися в действующем Уголовном кодексе Российской Федерации (с. 50-55).

Изучая зарубежный законотворческой опыт регламентации от ветственности за общественно опасные деяния, связанные с посяга тельствами на интересы кредиторов, автор обращается не только к опыту таких развитых стран как США, Франция, Германия, но и к опыту стран ближнего зарубежья - Узбекистана, Казахстана, Украи ны, Латвии, Таджикистана (с. 62-65).

Мы склонны разделить положения диссертации о том, что зако нодательство развитых зарубежных стран, регламентирующее ответ ственность за преступления в сфере кредитования, характеризуется четкостью используемых понятий и терминов, разветвленностью системы криминализации соответствующих общественно опасных деяний, точным их описанием в законе, множественностью взаимо дополняющих и альтернативных признаков составов преступлений (с. 55-62).

Вторая глава «Характеристика уголовно-правовых норм, охра няющих отношения в сфере финансово-кредитной деятельности»

(с. 66-141) посвящена развернутому анализу составов преступлений, предусмотренных ст. 159, 176 и 177 УК РФ, изучению понятия фи нансово-кредитной системы государства как объекта уголовно правовой охраны.

На наш взгляд, автор совершенно справедливо полагает, что сфера финансово-кредитных отношений включает в себя не только отношения между специальными субъектами (банки, иные кредит ные организации) и иными юридическими, физическими лицами, но и собственно отношения между юридическими и (или) физическими лицами, не являющимися специальными субъектами (например, от ношения, складывающиеся по договору займа между предприятия ми) (с. 70-75).

Заслуживает поддержки также данное П.А. Кобзевым определе ние понятия финансово-кредитной системы как совокупности орга нов и учреждений, осуществляющих в пределах своей компетенции финансовую деятельность, а также финансово-кредитных учрежде ний, аккумулирующих свободные денежные средства и предостав ляющих их в ссуду (с. 71).

Достаточно большое внимание в работе уделяется характери стике объективной стороны преступления, предусмотренного ч. ст. 176 УК РФ. П.А. Кобзев считает, что незаконное получение кре дита может быть совершено и путем бездействия, поскольку процесс кредитования имеет определенную протяженность во времени, и вполне допустимой может быть ситуация, когда в период рассмотре ния кредитной заявки либо получения очередной части кредита от ветственное лицо может не сообщить кредитной организации об из менившемся экономическом положении хозяйствующего субъекта, затрудняющем возврат денежных средств. Исходя из этого, обосно ванно полагает автор, целесообразно законодательно указать на пре ступное бездействие при незаконном получении кредита (с. 95, 96).

Мы склонны разделить вывод о том, что использование госу дарственного целевого кредита не по прямому назначению - это дей ствия, связанные с распоряжением полученными средствами в про тиворечии с условиями, сформулированными в нормативных актах о предоставлении кредита, а также кредитном договоре, а также дей ствия, сопряженные с промежуточным использованием кредита не по прямому назначению. Например, временное размещение полу ченных финансовых средств на счете банка с целью извлечения при были (с. 102-103).

Логичным выглядит положение диссертации о том, что креди торская задолженность как предмет преступления обладает специфи ческим свойством, поскольку имеет двойственную юридическую природу: как имущество она принадлежит организации на праве вла дения или даже собственности относительно полученных заимооб разно денег или вещей, определенных родовыми признаками;

как объект обязательных правоотношений - это долги организации перед кредиторами, т.е. перед лицами, уполномоченными на истребование или взыскание от организации указанной части имущества (с. 113).

П.А. Кобзев не обходит стороной дискуссионный вопрос о при знании в качестве предмета мошенничества различных форм «права на имущество». По мнению соискателя, под правом на имущество в ст. 159 УК РФ следует понимать не только право собственности (владение, пользование, распоряжение), но и право на получение имущества (право обязательственно-правового требования), имею щее важное значение при уголовно-правовой оценке мошенническо го завладения безналичными кредитными средствами. В этом случае мошенничество окончено с момента поступления денег на счет пре ступника, и для признания преступления оконченным не требуется факта обналичивания денег (с. 126).

В диссертационном исследовании выделяются различные приемы использования подложных документов при хищении средств кредит ной организации: внесение в учредительные документы необходимых для регистрации предприятия искаженных сведений об учредителях (руководителях), в том числе путем использования похищенных (утра ченных) паспортов граждан;

изготовление поддельных печатей, уста вов и других документов;

использование реквизитов предприятий, не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность, путем вве дения в заблуждение их руководителей или собственников;

похищение бланков предприятий и открытие по ним расчетных счетов;

регистра ция предприятий на незаконных основаниях по сговору с должност ными лицами государственных органов, осуществляющих регистра цию предприятий;

сообщение ложных сведений об участниках сделки путем подделывания различных документов, удостоверяющих лич ность (с. 131, 132).

Третья глава «Квалифицирующие признаки и специальные во просы квалификации преступлений, совершаемых в сфере финансо во-кредитной деятельности путем обмана и (или) злоупотребления доверием» (с. 140-172) посвящена исследованию особенностей ква лифицированных составов преступлений, совершаемых в финансо во-кредитной сфере путем обмана и (или) злоупотребления довери ем, на примере состава мошенничества, а также вопросам совокупности преступлений, предусмотренных в статьях глав 21, и в иных статьях Особенной части УК РФ.

Мошеннические посягательства на кредитные ресурсы банков нередко бывают связаны с подлогом документов, необходимых для выдачи кредита. В связи с этим в работе детально рассмотрен во прос: какова в таких случаях квалификация содеянного - только как мошенничества или как мошенничества и подлога - служебного или иного?

Следует согласиться с мнением диссертанта, что в случаях, если преступнику не удалось использовать документ, подделанный им для совершения мошенничества, он должен отвечать за приготовле ние (либо покушение) к мошенничеству и подделку документов по совокупности. Использование лицом поддельного им самим доку мента при оконченном мошенничестве также представляет собой со вокупность преступлений, предусмотренных ст. 159 и 327 УК РФ.

Иначе должен решаться вопрос в тех случаях, когда преступник использует для мошеннического хищения кредитных денежных средств документ, подделанный другим лицом. В отличие от под делки использование подложного документа при мошенничестве яв ляется формой обмана, и дополнительной квалификации эти дейст вия не требуют (с. 161-162).

Автор уделил серьезное внимание вопросу о конкуренции норм, охраняющих отношения в сфере кредитования. Так, обязательным признаком составов преступлений, предусмотренных в УК РФ ст. 173 «Лжепредпринимательство» и 176 «Незаконное получение кредита», является причинение ущерба собственнику, т.е кредитной организации. Такой ущерб выражается в большинстве случаев в виде упущенной имущественной выгоды. Аналогичные последствия пре дусмотрены и в ст. 165 УК РФ «Причинение имущественного ущер ба путем обмана или злоупотребления доверием». Общим для этих норм является и способ причинения ущерба - обман либо злоупот ребление доверием. Налицо конкуренция уголовно-правовых норм.

П.А. Кобзев предлагает, на наш взгляд, верный выход из данной ситуации. Причинение имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления до верием при отсутствии признаков хищения дает общее родовое оп ределение причинения имущественного ущерба. Незаконное полу чение кредита, равно как и лжепредпринимательство, может рассматриваться как частный случай причинения такого ущерба, со вершенный специальным субъектом (индивидуальный предприни матель или руководитель организации - ст. 176 УК РФ;

лицо, соз давшее или принимавшее участие в создании лжепредприятия, ст. 173 УК РФ) при осуществлении определенного вида сделки (по лучения кредита). Отсюда следует вывод о том, что ст. 173 и 176 УК РФ являются специальными нормами по отношению к ст. 165 УК РФ (с. 170, 171).

В заключении соискателем подведены итоги исследования, сформулированы выводы об основных направлениях применения норм, охраняющих отношения в сфере финансово-кредитной дея тельности, и внесены предложения и рекомендации по совершенст вованию уголовно-правовых основ борьбы с преступлениями в сфе ре кредитования. Высказанные предложения и рекомендации, думается, найдут отражение в законотворческой деятельности и пра воприменительной практике государственных органов, осуществ ляющих противодействие преступным посягательствам в сфере эко номической деятельности.

Вместе с тем, отдельные положения рецензируемого диссерта ционного исследования вызывают определенные замечания.

1. Характеризуя новизну представленной научной работы, автор на с. 10 отмечает, что «впервые в науке уголовного права проводится комплексное исследование проблем применения норм об ответст венности за преступления в сфере кредитования хозяйствующих субъектов». На наш взгляд, данное утверждение выглядит не совсем корректным, так как аналогичная проблематика уже рассматрива лась в некоторых научных работах, например в диссертациях А.А. Сапожкова "Незаконное получение кредита и злостное уклоне ние от погашения кредиторской задолженности: уголовно-правовые аспекты" (СПб., 2000), Я.С. Васильевой "Уголовная ответственность за деяния, совершенные в сфере кредитных отношений" (Екатерин бург, 2000), А.А. Мамедова "Квалификация преступлений в сфере кредитных и валютных операций" (М., 2001).

Отметим также, что, несмотря на известность указанных дис сертационных исследований в среде специалистов, занимающихся проблемами преступлений в сфере экономической деятельности, диссертант по непонятным причинам не использует их в своей науч ной работе.

2. На с. 105-106 соискатель делает вывод, что субъективная сто рона составов преступлений, упоминаемых в главе 22 УК РФ «Пре ступления в сфере экономической деятельности», характеризуется умышленной виной. Полагаем, что приведенное утверждение носит небесспорный характер. Отталкиваясь от действующей редакции ч. ст. 24 и ст. 27 УК РФ, можно допустить применительно к преступле ниям с «материальным» составом, в которых нет прямого законода тельного указания на умышленность деяния, неосторожное отноше ние виновного лица к наступлению преступного результата.

Нам представляется также неполной формула косвенного умыс ла, предложенная П.А. Кобзевым при характеристике субъективной стороны незаконного получения кредита в п. 14 заключения (с. 177).

3. Непоследовательную линию, по нашему мнению, проводит диссертант применительно к характеристике предмета преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ. Так, в одном случае к предмету злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности он относит только кредиторскую задолженность и акции (с. 112), в дру гом - предмет расширяется за счет отнесения к нему долговых цен ных бумаг (с. 115).

4. Рассматривая злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности как длящееся преступление (с. 118), П.А. Кобзев при определении момента его окончания не обращается к анализу поста новления 23 Пленума Верховного Суда СССР «Об условиях приме нения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступле ниям» от 4 марта 1929 г. Пункт 4 названного постановления указывает, что длящееся преступление «оканчивается вследствие дей ствия самого виновного, направленного к прекращению преступле ния, или наступления событий, препятствующих совершению престу пления (например, вмешательство органов власти)»1. Позиция же автора по вопросу определения момента злостного уклонения от по Сборник действующих постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и Российской Федерации по уголовным делам с комментариями и пояснениями / Отв. ред. В.И. Радченко. М., 1999. С. 143.

гашения кредиторской задолженности выглядит неконкретной и раз мытой (с. 119).

5. В диссертационном исследовании предлагается качественно новое исчисление ущерба, причиненного мошенническим посяга тельством в кредитно-финансовой сфере. Объясняется это специфи кой предмета посягательства, а также новыми формами правоотно шений между кредитором и хозяйствующим субъектом. В этой связи П.А. Кобзев считает, что при хищении кредитных средств банк несет не только положительный (реальный) ущерб, но и недополучает проценты за пользование предоставленными заемными средствами (упущенная выгода), поскольку не знает о намерении виновного не возвращать кредит и рассчитывает на уплату таких процентов (с. 177). Представляется, что данный вывод носит небесспорный ха рактер и недостаточно четко аргументирован автором.

Однако указанные замечания кардинально не влияют на содер жание подготовленного П.А. Кобзевым труда и в целом позволяют все же положительно оценить рецензируемое исследование.

С учетом изложенного мы делаем вывод о том, что П.А. Кобзев представил творчески самостоятельную, завершенную научную ра боту на соискание ученой степени кандидата юридических наук, в полном объеме отвечающую всем необходимым требованиям, предъявляемым к такого рода трудам.

В.Ф. Лапшин (Ярославский госуниверситет) Некоторые вопросы правоприменения и классификации преступлений в сфере экономической деятельности Преступления в сфере экономической деятельности традицион но пользуются повышенным вниманием ученых-правоведов. Это обусловлено в первую очередь их высокой общественной опасно стью как для отдельных хозяйствующих субъектов, так и государст ва в целом, что сравнимо с преступлениями против общественной безопасности.

На сегодняшний день преступлениям в сфере экономической деятельности посвящены работы А.А. Аслаханова, Б.В. Волженкина, Л.Л. Кругликова, Б.М. Леонтьева, Н.А. Лопашенко, Т.Ю. Погосян, М.В. Талан, П.С. Яни, Б.В. Яцеленко и многих других авторов, так как при формировании совершенно нового типа экономических от ношений – рыночных, абсолютно чуждых командно административным принципам управления экономикой, в главе Уголовного кодекса России 1996 г. появилось большое количество норм-новелл, которые не были известны российскому (советскому) уголовному праву. Так, из имеющихся тридцати девяти составов преступлений (33 статьи), включенных в главу 22 УК РФ, Уголов ному кодексу РСФСР 1960 г. с последующими изменениями и до полнениями были известны лишь пятнадцать аналогичных составов преступлений.

Тем не менее, несмотря на пятилетнее действие указанных норм, их практическое применение правоохранительными и судеб ными органами минимально. Большую редкость сегодня представ ляют обвинительные приговоры по таким преступлениям, как: реги страция незаконных сделок с землей (ст. 170), незаконная банковская деятельность (ст. 172), монополистические действия и ограничение конкуренции (ст. 178), фиктивное банкротство (ст. 197), - и многим другим деяниям в сфере экономической дея тельности. Такая «застенчивость» правоприменителя, как это много кратно указывалось в многочисленных научных работах по преступ лениям данной категории, обусловлена большим количеством пробелов, допущенных законодателем при конструировании соста вов преступлений главы 22 УК РФ.

Во-первых, довольно большое количество материальных соста вов преступлений рассматриваемой главы содержат квалифицирую щие признаки, которые носят оценочный характер. К таковым отно сятся: крупный ущерб (ст. 169, 171, 172, 173, 176, 180, 183, 185, 186, 195, 196, 197);

значительный ущерб (ст. 182);

крупный размер (ст. 174, 175);

существенный вред (ст. 179);

иные тяжкие последст вия (ст. 196). В Комментарии к УК РФ под общей редакцией Ю.И.

Скуратова и В.М. Лебедева (который негласно признан в правоохра нительных органах России как единственно правильный ввиду со гласованности позиций Генеральной прокуратуры РФ и Верховного Суда РФ по вопросам квалификации составов преступлений, преду смотренных УК РФ) по поводу названных квалифицирующих при знаков указывается, что их наличие (отсутствие) определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела1. В связи с этим любой ра ботник правоохранительной системы при возбуждении уголовных Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 1998. С. 375-449.

дел данной категории становится заложником вполне вероятного вынесения оправдательного приговора судом и, как следствие, - не законного привлечения лица к уголовной ответственности, что край не негативно сказывается на практической реализации указанных норм. Многие же преступные деяния фактически таковыми не при знаются в силу презумпции невиновности.

Во-вторых, проблемы общего характера расследования престу плений в сфере экономической деятельности связаны с определени ем объекта преступного посягательства, так как классическая схема деления объекта «по вертикали» на общий, родовой и непосредст венный, предложенная В.Д. Меньшагиным2, в науке уголовного пра ва ставилась под сомнение Б.С. Никифоровым, Е.А. Фроловым, Н.И. Коржанским, Л.Л. Кругликовым3 начиная с 60-х гг. ХХ в. С принятием же УК РФ трехчленная классификация преступлений полностью потеряла свою значимость в связи с явным несоответст вием ее строению Особенной части уголовного закона.

В целях упорядоченности правоприменительной практики, а также приведения в соответствие структуры Особенной части Уго ловного кодекса и системы объектов преступного посягательства по следняя в уголовно-правовой литературе была дополнена межродо вым, а также видовым (групповым) объектом4 - как общественными отношениями, на которые посягает определенная группа преступле ний. Введение данной уголовно-правовой категории позитивно ска залось в определении однотипных составов преступлений внутри глав УК РФ, в том числе и главы 22. В целом же подобное деление объекта преступного посягательства «по вертикали» привело к пол ному соответствию со структурным построением Кодекса. «Значи мостью такого рода объекта должна определяться последователь ность расположения групп преступлений внутри главы... Что касается расположения отдельных составов внутри групп (под групп), то оно должно осуществляться с учетом важности непосред ственных объектов, сравнительной тяжести преступлений по харак теру их общественной опасности»5.

Советское уголовное право: Учеб. пособие. М., 1938. С. 86.

См. об этом: Кругликов Л.Л. К вопросу о классификации объектов преступлений // Проблемы теории уголовного права: Избранные статьи (1982 - 1999 гг.). Ярославль, 1999. С. 6-11.

Более подробно см.: Кругликов Л.Л.. Экономические преступления:

понятия, виды, вопросы дифференциации ответственности // Налоговые и иные экономические преступления: Сб. науч. статей. Вып. 1. Ярославль, 2001. С. 9.

Там же. С. 11.

На сегодняшний день предложенных в науке уголовного права классификаций преступлений в сфере экономической деятельности существует свыше десяти. К тому же в их основу кладется не только видовой (групповой) объект преступного посягательства. Так, Т.Ю. Погосян за основу классификации берет способ совершения преступления и предлагает группы преступлений, совершаемые:

1) путем воспрепятствования законной предпринимательской дея тельности (ст. 169, 170);

2) путем незаконного использования прав на осуществление экономической деятельности (ст. 171 - 173);

3) с использованием незаконно приобретенного, полученного или удер живаемого имущества (ст. 174 - 177);

4) с использованием моно польного положения на рынке или принуждения (ст. 178 - 179);

5) с использованием обмана или подкупа (ст. 180 - 184);

6) путем зло употреблений при выпуске ценных бумаг либо путем изготовления или сбыта денег, ценных бумаг, кредитных, расчетных карт или пла тежных документов (ст. 185 - 187);

7) с использованием прав участ ника внешнеэкономической деятельности (ст. 188 - 190);

8) путем незаконного обращения с валютными ценностями (ст. 191 - 193);

9) путем уклонения от имущественных обязательств (ст. 194 - 200)6.

Классификация, предложенная А.А. Аслахановым, строится на ви дах общественных отношений, выделенных учеными-экономистами на рубеже ХIХ - ХХ вв.: в сфере производства, обмена, распределе ния и потребления7.

Безусловно, упомянутые варианты классификаций являются достаточно неординарными, но насколько правильно группировать преступления главы 22 УК РФ, взяв за основу лишь факультативный признак объективной стороны состава преступления - способ совер шения деяния, - сказать сложно. По крайней мере, это мало влияет на унификацию норм главы 22 с точки зрения их видового объекта.

Сферы же производства, обмена, распределения и потребления с большой долей условности можно считать теми общественными от ношениями, на которые происходит уголовно наказуемое посяга тельство, но границы данных сфер жизни общества являются на столько общими, что достаточно сложно говорить о строго научной классификации преступлений в сфере экономической деятельности на основе предложенных видовых объектов. Тем более автор не оп Уголовное право. Особенная часть / Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселов. М., 1998. С. 267-345.

Аслаханов А.А. Проблемы борьбы с преступностью в сфере эконо мики (криминологический и уголовно-правовой аспекты): Автореф. дис.

... д-ра юрид. наук. М., 1997. С. 27-28.

ределяет видовой (групповой) объект в уголовно-правовом смысле, подменяя его экономико-теоретическими категориями.

Что же касается классификаций рассматриваемых преступле ний, в основу которых положен именно видовой объект преступного посягательства, то единого мнения среди ученых здесь также не на блюдается. К примеру, Н.А. Лопашенко под видовым объектом пре ступлений главы 22 УК РФ понимает отношения, отвечающие кон кретным принципам осуществления экономической деятельности. В связи с этим ею предложена следующая классификация посяга тельств на общественные отношения:

1) основанные на принципе свободы экономической деятельно сти (ст. 169);

2) основанные на принципе осуществления экономической дея тельности на законных основаниях (ст. 171, 172, 189, 191, 193);

3) основанные на принципе добросовестной конкуренции субъ ектов экономической деятельности (ст. 178, 180, 182, 183, 184);

4) основанные на принципе добропорядочности субъектов эко номической деятельности (ст. 176, 177, 185, 190, 192, 194, 195, 197, 198, 199);

5) основанные на принципе заведомо криминальных форм по ведения в экономической деятельности (ст. 170, 173, 174, 175, 179, 181, 186, 187, 188, 196, 200)8.

Следует отметить, что, несмотря на достаточно четко сформу лированное понятие видового объекта преступного посягательства в сфере экономической деятельности, ряд предложенных классифика ционных признаков-принципов имеют тенденцию к соотношению их как части и целого: принцип запрета заведомо криминальных форм поведения в экономической деятельности - принцип осуществления экономической деятельности на законных основаниях;

принцип за прета заведомо криминальных форм поведения в экономической деятельности - принцип добропорядочности субъектов экономиче ской деятельности.

Б.В. Яцеленко определяет видовой объект как общественные отношения, возникающие по поводу осуществления нормальной экономической деятельности по производству, распоряжению, об мену и потреблению материальных благ и услуг, и на основе этого классифицирует преступления в сфере осуществления экономиче ской деятельности следующим образом:

Лопашенко Н.А.. Преступления в сфере экономической деятельно сти: Автореф. дис.... д-ра юрид. наук. Саратов, 1997. С. 8.

1) преступления в сфере предпринимательской и иной экономи ческой деятельности;

2) преступления в денежно-кредитной сфере;

3) преступления в сфере финансовой деятельности государства;

4) преступления в сфере торговли и обслуживания населения9.

Равно как и в классификации, предложенной Н.А. Лопашенко, некоторые основания для деления рассматриваемых преступлений по видам не могут быть строго разграничены друг с другом: напри мер, преступления в сфере предпринимательской и иной экономиче ской деятельности и преступления в денежно-кредитной сфере;

пре ступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и преступления в сфере торговли и обслуживания на селения.

Достаточно четкие и упорядоченные классификации, в основу которых положен видовой объект преступного посягательства на общественные отношения в сфере экономической деятельности, предложены Б.В. Волженкиным, Л.Л. Кругликовым и М.В. Талан.

Так, классификация Б.В. Волженкина включает в себя следующие группы преступлений:

1) должностных лиц, нарушающие установленные Конституци ей и федеральными законами гарантии осуществления экономиче ской, в том числе предпринимательской деятельности, права и сво боды ее участников;

2) нарушающие общие принципы установленного порядка осу ществления предпринимательской и иной экономической деятельно сти;

3) против интересов кредиторов;

4) связанные с проявлением монополизма и недобросовестной конкуренции;

5) нарушающие установленный порядок обращения денег и ценных бумаг;

6) против установленного порядка внешнеэкономической дея тельности;

7) против установленного порядка обращения валютных ценно стей;

8) против установленного порядка уплаты налогов и страховых взносов в государственные внебюджетные фонды;

9) против прав и интересов потребителей10.

См.: Уголовное право России. Особенная часть / Под ред.

А.И. Рарога. М., 1996. С. 143-146.

Классификация, предложенная Л.Л. Кругликовым, включает группы посягательств в сфере экономической деятельности, направ ленные против 1) установленного порядка осуществления предпри нимательской и иной экономической деятельности;

2) интересов кредитора;

3) свободы товарного рынка;

4) установленного порядка обращения денег, ценных бумаг и валютных ценностей;

5) установленного порядка осуществления внешнеэкономической деятельности: таможенные преступления;

6) установленного порядка уплаты налогов и страховых взносов: налоговые преступления;

7) прав потребителей11.

Особенно оригинальная многоступенчатая система преступле ний главы 22 Кодекса предложена М.В. Талан, которая выделяет пять основных групп преступлений в сфере экономической деятель ности и в некоторых из них выделяет дополнительные подгруппы.

I. Преступления, связанные с нарушением установленного по рядка осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности:

1) преступные деяния, совершаемые должностными лицами с использованием своего служебного положения;

2) преступления, связанные с экономической деятельностью и оборотом имущества, заведомо добытого или приобретенного неза конным путем (т.е. с попытками использовать для предприниматель ской деятельности незаконно добытые ценности);

3) преступления, субъектами которых могут являться либо предприниматели, либо лица, занимающиеся экономической дея тельностью, но не зарегистрированные в установленном порядке в качестве предпринимателей.

II. Преступления в сфере монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции.

III. Таможенные преступления.

IV. Преступления в сфере финансовой деятельности:

1) преступления в сфере обращения денег и ценных бумаг;

2) валютные преступления;

Уголовное право России. Часть Особенная / Отв. ред. Л.Л. Кругли ков. М., 1999. С. 239-241.

Кругликов Л.Л., Дулатбеков Н.О. Экономические преступления (вопросы дифференциации и индивидуализации ответственности и нака зания). Ярославль, 2001. С. 15;

Кругликов Л.Л. Экономические преступ ления: понятия, виды, вопросы дифференциации ответственности // Нало говые и иные экономические преступления. Вып. 1. Ярославль, 2001.

С. 10-11.

3) преступления, связанные с банкротством;

4) преступления, связанные с уклонением от уплаты налогов и других обязательных платежей в бюджет;

5) преступления в сфере кредитных отношений.

V. Преступления, связанные с нарушением прав потребителей12.

Единственно дискуссионным вопросом, который возникает при анализе предложенных классификаций, является совпадение видово го (группового) и непосредственного объектов в составе преступле ния, предусмотренного ст. 200 УК РФ, - обман потребителей. Пред ставляется, что система объекта преступления «по вертикали» не должна иметь какие-либо исключения, и каждый состав преступле ния, предусмотренный Особенной частью Кодекса, должен этой сис теме соответствовать.

Дав анализ всем вышеперечисленным классификациям престу плений, предусмотренных главой 22 УК РФ, и не претендуя на окон чательное и «единственно правильное» решение проблемы система тизации преступлений данной категории, в зависимости от видового объекта преступного посягательства, считаем целесообразным выде лить следующие группы преступлений, совершаемых в сфере эко номической деятельности:

1. Преступления в сфере административно-экономической (уп равленческой) деятельности: воспрепятствование законной пред принимательской деятельности (ст. 169);

регистрация незаконных сделок с землей (ст. 170).

2. Преступления в сфере хозяйственной, в том числе внешне экономической деятельности: незаконное предпринимательство (ст. 171);

производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции (ст. 1711);

незаконная бан ковская деятельность (ст. 172);

лжепредпринимательство (ст. 173);

контрабанда (ст. 188);

незаконный экспорт технологий, научно технической информации и услуг, используемых при создании ору жия массового поражения, вооружения и военной техники (ст. 189);

невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния на родов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190);

обман потребителей (ст. 200).

3. Преступления в сфере экономического доминирования и не добросовестной конкуренции: монополистические действия и огра Талан М.В. Система преступлений в сфере экономической дея тельности // Налоговые и иные экономические преступления. Вып. 3. Яро славль, 2001. С. 34-36.

ничение конкуренции (ст. 178);

принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения (ст. 179);

незаконное использование товарного знака (ст. 180);

нарушение правил изготовления и исполь зования государственных пробирных клейм (ст. 181);

заведомо лож ная реклама (ст. 182);

незаконное получение и разглашение сведе ний, составляющих коммерческую или банковскую тайну (ст. 183);

подкуп участников и организаторов профессиональных спортивных соревнований и зрелищных коммерческих конкурсов (ст. 184).

4. Преступления в сфере финансовой деятельности: легализа ция (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобре тенных преступным путем (ст. 174, 1741);

приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 175);

неза конное получение кредита (ст. 176);

злостное уклонение от погаше ния кредиторской задолженности (ст. 177);

злоупотребления при вы пуске ценных бумаг (эмиссии) (ст. 185);

изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186);

изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов (ст. 187);

незаконный оборот драгоценных металлов, природных драгоценных камней или жемчуга (ст. 191);

нарушение правил сдачи государству драгоценных металлов и драгоценных камней (ст. 192);

невозвращение из-за границы средств в иностран ной валюте (ст. 193);

уклонение от уплаты таможенных платежей (ст. 194);

неправомерные действия при банкротстве (ст. 195);

пред намеренное банкротство (ст. 196);

фиктивное банкротство (ст. 197);

уклонение физического лица от уплаты налога или страхового взно са в государственные внебюджетные фонды (ст. 198);

уклонение от налогов или страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации (ст. 199).

А.В. Кузнецов (Ярославский госуниверситет) Конструкции составов преступлений, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ), и вопросы их правоприменения 1. В 1996 г. был принят новый Уголовный кодекс РФ (далее УК РФ), многие статьи которого содержат законодательные новел лы. Представляется, что составы ст. 195 - 197 УК РФ: неправомер ные действия при банкротстве (ст. 195), преднамеренное банкротст во (ст. 196) и фиктивное банкротство (ст. 197) - входят в число принципиально новых для отечественного законодательства норм.

Поскольку в последнее время неуклонно растет количество гражданско-правовых дел о банкротстве, поименованные составы УК РФ привлекают внимание общественности и научных кругов.

Так, согласно информации, предоставленной территориальными ор ганами Федеральной службы по финансовому оздоровлению и бан кротству Российской Федерации (далее - ФСФО РФ), по состоянию на 01.01.2000 г. в производстве арбитражных судов Российской Фе дерации находилось 13 543 дела о банкротстве. По состоянию на 01.01.2001 г. количество дел увеличилось до 21 034, т.е., по сравне нию с предыдущим годом более чем в полтора раза. Наибольшее ко личество дел о банкротстве, находящихся в настоящее время в про изводстве, связано с ликвидационной процедурой. По состоянию на 01.01.2001 г. насчитывалось 16 601 дело о конкурсном производстве организаций, т.е. 80% от всех дел, находящихся в производстве (для сравнения - на конец 1999 г. дел о конкурсном производстве насчи тывалось 10 247, или 77% от общего количества дел)1. В конце 2001 г. - начале 2002 г. ожидается рост числа банкротств в России, поскольку ФСФО и МНС с 1 декабря 2001 г. начали целенаправлен но применять процедуры банкротства к предприятиям, которые не подали заявления о реструктуризации задолженности по обязатель ным платежам, - такое решение было принято представителями ФСФО, МНС и региональных органов указанных ведомств 21 авгу ста 2001 г. на совместном селекторном совещании по вопросам про См.: Состояние процессов о банкротстве в Российской Федерации в 2000 г. Статистика дел о банкротстве в 2000 г. // http://crisis.valmi.ru/fsfo2000.htm.

ведения реструктуризации задолженности по налогам и сборам в те кущем году. В то же время, по данным МНС РФ, на 1 июля 2001 г.

задолженность предприятий и организаций в бюджеты всех уровней составила 1,58 трлн. руб.2 Естественно, что с увеличением количест ва гражданско-правовых производств повышается и число уголовно наказуемых нарушений в сфере банкротства.

Однако, на наш взгляд, вышеупомянутая единовременная ре форма не свидетельствует о том, что в дальнейшем, после ее завер шения, составы о преступлениях, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ), утратят свою актуальность. В науке и в прак тических кругах общепризнано, что банкротство - это правовой ме ханизм прекращения деятельности юридического лица или предпри нимательской деятельности лица физического. Следовательно, данный гражданско-правовой институт необходим всегда. Подтвер ждением тому служит и тот факт, что законодательство о несостоя тельности достаточно часто использовалось в дореволюционной России и весьма активно применяется сейчас за рубежом.

Так, например, только за период 1893 - 1907 гг. в Российской Империи было ликвидировано 546 акционерных обществ с собст венным капиталом 1 142,0 млн. руб. Для сравнения, в этот же период в России было учреждено 1 190 акционерных обществ с собствен ным капиталом 2 147,7 млн. руб. Часто под процедуры банкротства попадал страховой бизнес (дело о несостоятельности открывалось на каждую десятую компанию), а в металлообрабатывающей промыш ленности, машиностроении и металлургии «страдало» каждое два дцатое предприятие3.

2. В соответствии с действующим Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР с апреля 2000 г. преступления, связанные с бан кротством (ст. 195 - 197 УК РФ), отнесены к подведомственности органов налоговой полиции. Как отмечается в пресс-релизе Управ ления Федеральной службы налоговой полиции Российской Федера ции по Волгоградской области (далее - УФСНП РФ соответствую щего региона), подразделениями данного ведомства нарабатывается практика выявления и пресечения преступлений, связанных с несо стоятельностью, изучаются приемы и способы ухода от налогообло жения посредством использования механизмов банкротства.

См.: Рост числа банкротств в России начнется в декабре // Газета RU // http://www.rockfeller.ru/2001/08/22/last28512.shtml.

См.: Парамонов А. Отечественная история борьбы с несостоятель ными должниками // Независимая газета. 2001. 28 сент.

Особое внимание привлекают многочисленные факты искус ственного доведения предприятия до банкротства. Значительная часть выявленных правонарушений совершается временными и кон курсными управляющими, которые применяют различные методы искусственного создания кризисной ситуации: неотражение в бух галтерской отчетности хозяйственной деятельности предприятий, передача основных средств и внеоборотных активов в уставный фонд фиктивных юридических лиц, завышение производственных затрат с целью снижения налогооблагаемой базы и др. Например, работу действующих внешних управляющих характеризует тот факт, что из 114 предприятий и организаций, на которых было введено внешнее управление, только 2% восстановили свою платежеспособ ность. В соответствии со сложившейся оперативной обстановкой ру ководством УФСНП по Волгоградской области определены основ ные задачи на 2001 г., причем пресечение преступлений, связанных с банкротством, задекларировано одним из приоритетных направле ний работы4. Представляется, что сходное положение существует и в иных субъектах Российской Федерации.

Кроме того, взаимодействие региональных управлений ФСНП РФ с иными правоохранительными органами и, прежде всего, с ин спекциями Министерства по налогам и сборам Российской Федера ции является весьма эффективным средством при расследовании преступлений, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ). Так, в пресс-релизе УФСНП РФ по Санкт-Петербургу отмечается, что «в результате совместных проверок с УМНС РФ (всего – 1 286 совме стных проверок) доначисления, которые должны поступить в бюд жет, увеличились за три квартала 2001 г. на 86% к уровню 2000 г. Аналогичная оценка эффективности совместных действий орга нов МНС и ФСНП дается в пресс-релизе УФСНП по Саратовской области: «За последнее время взаимодействие УФСНП и УМНС зна чительно улучшилось. Сочетание оперативных возможностей со трудников налоговой полиции с опытом и квалификацией специали стов налоговых органов позволяет более эффективно вскрывать и документировать правонарушения и преступления. Анализ докумен тально-проверочной деятельности показал, что результативность со См.: Итоги работы УФСНП России по Волгоградской области за 2000 г. // http://www.taxpolice.rnd.ru/territorial/volgograd/2000.html.

См.: Ясногородская Л. Уголовных дел будет больше, но все они мо гут не дойти до суда // http://www.bi.spb.ru/n_31/rus/30.htm вместных с ИМНС проверок в 2 раза выше самостоятельных прове рок УФСНП»6.

Следовательно, проявляется устойчивая тенденция к увеличе нию массива пресекаемых экономических преступлений, где особое место отводится преступлениям, связанным с банкротством (ст. 195 197 УК РФ). Одновременно повышается и качество расследования указанной категории дел. Представляется, что эти тенденции приве дут к увеличению процента окончания уголовных дел на стадии вступления приговора суда в законную силу и повысят экономиче скую безопасность государства в целом.

Однако определенным недостатком, по мнению автора, являет ся статистика уголовного преследования по делам о преступлениях, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ). Известно незначи тельное количество случаев осуждения обвиняемых в совершении такого рода деяний по стране в целом. Несмотря на это, представля ется, что на современном этапе развития экономической системы в Российской Федерации можно прогнозировать существенный рост правоприменительной практики по делам о преступлениях, связан ных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ).

В настоящее время достаточно активным в сфере расследования рассматриваемых преступлений является Управление ФСНП Рос сийской Федерации по Челябинской области, где в 2000 - 2001 гг.

сотрудниками было возбуждено несколько крупных уголовных дел в отношении руководителей предприятий, подозреваемых в неправо мерных действиях при банкротстве и преднамеренном банкротстве.

Рассмотрим несколько примеров.

1. В конце августа 2001 г. Курчатовский районный суд г. Челябинска вынес обвинительный приговор бывшему директору ТОО “Желдорстрой” В. Кривоносу. Впервые (!) в Челябинской об ласти руководитель предприятия был осужден за преднамеренное банкротство. В основу этого приговора были положены доказатель ства, собранные сотрудниками УФСНП. Уголовное дело в отноше нии руководителя товарищества было возбуждено еще в мае 2000 г., когда Кривонос подозревался в злоупотреблении полномочиями и умышленном создании в личных целях неплатежеспособности воз главляемого им предприятия.

Зимой 1992 г. в результате реорганизации мобильного строи тельного управления № 42 было создано ТОО “Желдорстрой”, учре См.: Пресс-релиз «О взаимодействии УФСНП РФ по Саратовской области и УМНС РФ по Саратовской области в 2000 году» от 02.02.2001 г.

// http: // www. sarpol. renet.ru/html/4.htm.

дителями которого стали бывшие работники этого управления.

Предприятие занималось строительством и капитальным ремонтом железнодорожных путей и автодорог. Спустя некоторое время оно получило лицензию на право заниматься еще одним видом деятель ности - транспортно-экспедиционным. Велась активная работа, по ступали крупные заказы. Казалось бы, ничто не предвещало непри ятностей, но...

В ноябре 1995 г. по инициативе директора “Желдорстроя” Вла димира Кривоноса было создано общество с ограниченной ответст венностью “Модлона”. Сферой деятельности нового ООО стали все те же строительно-монтажные работы, в том числе и на подъездных железнодорожных путях: начался активный рост данного субъекта хозяйственной деятельности. В результате к началу 1998 г., выясни лось, что ТОО “Желдорстрой” скопило огромный долг перед бюдже том - почти 3,5 млн. руб. К тому же истекли сроки действия лицен зий, и необходимо было получать новые. На тот момент товарищество имело средства, достаточные и для погашения задол женности, и для приобретения лицензий. Однако Кривонос этого де лать не стал. Более того, в апреле 1998 г. директор “Желдорстроя” заключил договор с …ООО “Модлона” на оказание услуг, по кото рому вся строительная и автотехника товарищества была передана в аренду “Модлоне”. Туда же вскоре перешли и все заказы ТОО.

Наконец, последним шагом на пути к банкротству предприятия стало значительное сокращение рабочих мест, инициированное Вла димиром Кривоносом все в том же апреле 1998 г. Оставшаяся часть работников также была “временно” переведена в “Модлону”. Таким образом, “Желдорстрой”, не имея лицензий, лишился права на про изводственно-хозяйственную деятельность, а долг по налогам и сбо рам в бюджет к сентябрю 1998 г. возрос уже до 5 млн. руб. Было принято решение о введении на предприятии внешнего управления, а в августе 2000 г. Арбитражный суд Челябинской области признал ТОО “Желдорстрой” несостоятельным.

В ходе расследования уголовного дела налоговым полицейским удалось собрать неопровержимые доказательства того, что директор товарищества сознательно вел руководимое им предприятие к бан кротству, действуя в интересах созданного им ООО “Модлона”. Суд признал Владимира Кривоноса виновным в совершении преступле ний, предусмотренных ст. 196 (“Преднамеренное банкротство”) и ст. 201 (“Злоупотребление полномочиями”). УК РФ и приговорил его к трем годам лишения свободы. Однако в связи с амнистией бывший директор ТОО “Желдорстрой” от наказания освобожден7.


2. По ст. 196 «Преднамеренное банкротство» УК РФ было воз буждено уголовное дело в отношении некоторых представителей администрации Челябинского тракторного завода. По мнению про куратуры, в течение двух лет руководство предприятия умышленно передавало основные средства завода посторонним фирмам, в их ве дение передавались здания и прочее имущество. Все это делалось для того, чтобы не платить долги, в том числе государству (сумма этих долгов на конец января 1998 г. достигла 2,3 млрд. руб.)8.

3. Было предотвращено банкротство ЗАО "Спецремстрой-4", которое занималось сантехническими работами по заказу различных столичных организаций. В ходе расследования этого дела выясни лось, что коммерческий директор ЗАО умышленно создал ситуацию, в результате которой предприятие оказалось неплатежеспособным.

"Спецремстрой" задолжал в бюджет без малого 480 млн. неденоми нированными деньгами. В то же время на счету предприятия в Мос горсбербанке оставалось всего 18 тыс. новыми. Для того чтобы юри дическое лицо стало банкротом по закону (в частности, чтобы избежать выплаты задолженности в бюджет), необходима была сум ма, вдвое меньшая. Следовательно, надо было снять лишние деньги со счета. Для этого директор произвел кадровые перестановки: на значил на посты гендиректора и его зама так называемых "председа телей". В дальнейшем же оказывается, что гендиректор давно уже отбывает наказание в виде лишения свободы, а его заместитель ко гда-то имел неосторожность потерять паспорт и со своим коллегой по коммерческой части знаком вовсе не был. Все необходимые "до кументы" были заверены у нотариуса и попали в банк для внесения изменений в графу о руководстве. В тот момент, когда "от имени и по поручению" мифического руководства мошенник снимал излиш ки со счета, его задержали9.

3. Отсутствие значительной правоприменительной практики по рассматриваемым составам ст. 195 - 197 УК РФ может свидетельст вовать, на наш взгляд, о том, что данные нормы не лишены опреде ленных недостатков. Поэтому представляется практически значи См.: Ковалев В. Пресс-релиз УФСНП России по Челябинской об ласти // http:// www.fsnp. gov.ru/article/19_09_01.htm.

См.: Полит.Ру. 1999. 7 мая. Документ: http://www.polit.ru/ documents / 102504. html.

См.: Шепкян Е. Преднамеренное банкротство - хит сезона // По лит.Ру. 2000. № 4. 10 - 17 окт.

мым и теоретически актуальным вскрыть и систематизировать ми нусы законодательных конструкций ст. 195 - 197 УК РФ, поскольку именно они могут выступать первоначальным барьером для право применителя.

О проблемах законодательных конструкций рассматриваемых составов, влекущих сложности правоприменения, высказывались многие авторы10. Представляется, что дальнейшее усиление внима ния научной общественности к проблеме содержания норм ст. 195 197 УК РФ приведет к принятию Государственной Думой Россий ской Федерации необходимых изменений и дополнений в УК РФ в форме соответствующего федерального закона.

Вопрос о необходимом количестве составов преступлений, свя занных с банкротством, имеет, на наш взгляд, первостепенную важ ность. В действующем УК РФ закреплены четыре состава соответст вующих преступлений: неправомерные действия при банкротстве (ч. 1 и ч. 2 ст. 195), преднамеренное банкротство (ст. 196) и фиктив ное банкротство (ст. 197).

См.: Волженкин Б.В. К вопросу о совершенствовании законодатель ства об ответственности за преступления в сфере экономической деятель ности // Налоговые и иные экономические преступления. Вып. 2 / Под ред. Л.Л. Кругликова. Ярославль, 2000. С. 22-31;

Кругликов Л.Л. О диф ференциации ответственности за преступления в сфере экономической деятельности // Он же. Проблемы теории уголовного права: Избранные статьи. 1982 - 1999 гг. Ярославль, 1999. С. 167-175;

Он же. Экономические преступления: понятие, виды, вопросы дифференциации ответственности // Налоговые и иные экономические преступления. Вып. 1 / Под ред. Л.Л.

Кругликова. Ярославль, 2000. С. 3-17;

Кругликов Л.Л., Лопашенко Н.А.

Вопросы совершенствования норм главы 22 УК РФ: Проект Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ» (с пояснительной запиской) // Налоговые и иные экономические преступле ния. Вып. 1 / Под ред. Л.Л. Кругликова. С. 18-40;

Кругликов Л.Л. Квали фицированные виды посягательств в сфере экономики (сравнительный анализ) // Налоговые и иные экономические преступления. Вып. 2 / Под ред. Л.Л. Кругликова. С. 3-21;

Михалев И.Ю. Банкротство и уголовный закон: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Владивосток, 2000;

Он же. Пре ступное банкротство: Науч.-учеб. пособие. Иркутск, 2000;

Тимербула тов А.М. Уголовно-правовые проблемы банкротства: Автореф. дис....

канд. юрид. наук. М., 1999;

Он же. Преднамеренное банкротство // Законность. 2000. № 2;

Он же. Неосторожное банкротство как противо правное деяние // Там же. № 11;

Яни П.С. Неправомерные действия при банкротстве // Законодательство. 2000. № 2;

Он же. Криминальное бан кротство. Статья вторая. Банкротство преднамеренное и фиктивное // Там же. № 8;

и др.

Первым сомнением, которое возникает при сопоставлении норм УК РФ и Федеральных законов «О несостоятельности (банкротст ве)»11, «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организа ций»12 и «Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъек тов естественных монополий топливно-энергетического комплекса», является вопрос, есть ли необходимость в ст. «Преднамеренное банкротство» и 197 «Фиктивное банкротство» УК РФ. Может быть, эти статьи надо исключить из Уголовного кодекса, поскольку механизмы фиктивного и преднамеренного банкротства пресекаются и в гражданско-правовом порядке и, как показывает правоприменительная практика, более эффективно?

Однако, по мнению автора, ситуация сходна с налоговыми и та моженными правонарушениями. Представляется, что здесь именно тот случай, когда до определенной степени общественной опасности деяние не подлежит уголовно-правовой оценке, но при достижении соответствующего уровня (причинение крупного ущерба для деяний, наказуемых по ст. 195 - 197 УК РФ, а также иных тяжких последст вий для посягательств, запрещенных ст. 196 УК РФ) является пре ступлением.

С другой стороны, качественная характеристика всех составов преступлений, связанных с банкротством, - характер общественной опасности - является различной. Статья 197 запрещает фиктивное банкротство - в этом случае результатом противоправного поведения является законная процедура реализации гражданско-правового дела о банкротстве, а в действительности происходит как бы (квази-) бан кротство. Статья 196 «Преднамеренное банкротство» предусматри вает ответственность за деяния, иные по своей правовой природе:

умышленно создается или увеличивается неплатежеспособность субъекта банкротства, а результатом таких действий является, как правило, его вполне законное «обанкрочивание». И наконец, в ст. 195 УК РФ речь идет о неправомерных действиях при банкротст ве, которые, конечно, могут окончиться банкротством (тогда деяние квалифицируется как преднамеренное банкротство), но в целом представляют собой различного рода неправомерные действия, со вершаемые в процессе гражданско-правового банкротства или в предвидении такой процедуры.

Сходные картины построения законодательного массива суще ствуют в некоторых зарубежных государствах. Так, Уголовный ко Собрание законодательства РФ. 1998. № 2. Ст. 222.

Там же. 1999. № 9. Ст. 1097.

Там же. № 26. Ст. 3179.

декс Испании содержит четыре статьи о преступлениях, связанных с банкротством (ст. 257 - 260), причем данные нормы выделены в от дельную главу VII «О наказуемой несостоятельности»14. Уголовный кодекс Республики Беларусь также содержит четыре статьи о пре ступлениях, связанных с нарушениями в сфере несостоятельности:

ст. 238 - 24115. Уголовный кодекс Республики Казахстан содержит три статьи о преступлениях рассматриваемой группы: ст. 215 - 21716.

Общефедеральное законодательство США содержит множество со ставов, нормы которых направлены на пресечение преступных и иных посягательств в сфере банкротства.

Думается, что современное российское законодательство также обоснованно нуждается в сохранении существующего количества составов преступлений, связанных с банкротством (четыре едини цы). Вполне возможно, что в дальнейшем, когда правоприменитель ный опыт будет более обширным, появится необходимость в выде лении каких-либо новых составов.

4. В соответствии с действующей редакцией УК РФ все составы преступлений, связанных с банкротством, различны по характеру об щественной опасности (качественной характеристике). В общем, они являются простыми, причем определенным недостатком представля ется объединение в рамках ст. 195 двух различных составов. Пред ставляется, что в данном случае принцип дифференциации уголовной ответственности в преступлениях, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ), использован законодателем слабо, без должно го применения потенциала квалифицирующих признаков. Эффектив ней было бы распределить четыре "простых" состава в отдельные ста тьи: 195, 1951, 196 и 197 соответственно, а затем взять эти нормы за основу при конструировании квалифицированных и особо квалифи цированных составов.

Необходимо отметить, что в настоящее время определяющим признаком наличия состава преступления, связанного с банкротст вом, в действиях того или иного лица является либо так называемый «крупный ущерб», либо и «иные тяжкие последствия» (ст. 196 УК РФ). В сущности, по вопросу о необходимости использования дан ных признаков в законодательстве научная общественность раздели лась на два лагеря: сторонников и противников соответственно. Су ществует также точка зрения, что простые составы ст. 195 - См.: Уголовный кодекс Испании. М., 1998. С. 83 - 84.


См.: Уголовный кодекс Республики Беларусь. Минск, 1999.

См.: Уголовный кодекс Республики Казахстан. Алматы, 2000.

должны быть формальными. Какой же из перечисленных альтерна тивных путей предпочтительней?

Думается, что при разрешении вопроса о допустимости исполь зования оценочных критериев исходной точкой отсчета должна быть сущностная природа общественных отношений, против которых на правлено преступление. Так, вполне допустимым и, более того, - не обходимым представляется использование оценочных критериев в составах преступлений против личности, в ряде составов преступле ний против собственности. В подобных случаях, как представляется, законодатель не должен сковывать правоприменителя чересчур формализованными рамками дифференциации, поскольку необхо дима определенная свобода для большей индивидуализации.

Однако преступления в сфере экономической деятельности, в том числе и преступления, связанные с банкротством (ст. 195 - УК РФ), обладают рядом специфических особенностей:

- совершаются, как правило, не просто в экономической сфере, а именно в рамках предпринимательской деятельности;

- имеют специальный субъектный состав;

- представляют, как правило, «беловоротничковую преступ ность»17;

- размер причиненного преступлением ущерба находится в оп ределенной зависимости от получаемой виновным материальной вы годы и т.д.

Поэтому представляется, что в рамках главы 22 УК РФ государ ство должно сформулировать определенные «правила игры», четко определив, какое деяние является и какое не является преступным.

Следовательно, использование оценочных критериев видится не только малоэффективным, но и в определенной степени несправед ливым. Значит, необходим твердый порог общественной опасности деяния, определяемый определенным денежным эквивалентом при чиненного ущерба. Поэтому в предлагаемой совокупности из четы рех основных составов эффективней было бы исключить из диспо зиций первых частей оценочный признак «крупный ущерб», внедрив вместо него признак «ущерб в крупном размере» с определением ма териального эквивалента такого ущерба в примечании к группе ста тей о преступлениях, связанных с банкротством.

См. об этом, например: Соловьев О.Г., Худякова Е.Е. «Беловорот ничковая (экономическая) преступность» в США: криминологические и уголовно-правовые аспекты // Налоговые и иные экономические преступ ления Вып. 3. / Под ред. Л.Л. Кругликова. Ярославль, 2000. С. 96-107.

5. Вопросы построения квалифицированных и особо квалифи цированных составов достаточно глубоко исследовались в научной литературе18. Наиболее принципиальным для построения статей о преступлениях, связанных с банкротством, представляется предло жение проф. Л.Л. Кругликова об использовании устойчивых сочета ний квалифицирующих признаков по горизонтали и по вертикали19.

Думается, что эффективно было бы положить этот принцип и в ос нову построения УК РФ в целом. Поэтому важным представляется вопрос о дальнейшей дифференциации составов преступлений, свя занных с банкротством, - путем создания квалифицированных и осо бо квалифицированных составов.

Представляется, например, что нельзя отождествлять преднаме ренное банкротство, совершенное среднего уровня индивидуальным предпринимателем, и аналогичное деяние, совершенное группой лиц в рамках деятельности крупного юридического лица: не только не будут соотносимы размеры ущерба, но и общественная опасность представленных деяний в целом является разноуровневой. Думается, что совершение преступления, связанного с банкротством, неодно кратно либо с использованием служебного положения также облада ет повышенной общественной опасностью по сравнению с преступ лением, подпадающим под рамки простого состава.

Однако сегодня законодатель, по сути, отождествляет все эти деяния по типовой степени общественной опасности, и дифферен Кругликов Л.Л., Савинов В.Н. Квалифицирующие обстоятельства:

Понятие, виды, влияние на квалификацию преступлений: Учеб. пособие.

Ярославль, 1989;

Кругликов Л.Л., Костарева Т.А. Дифференциация ответ ственности как уголовно-правовая категория // Категориальный аппарат уголовного права и процесса. Ярославль, 1993. С. 91-99;

Козаченко И.Я., Костарева Т.А., Кругликов Л.Л. Преступления с квалифицированными со ставами и их уголовно-правовая оценка: Текст лекций. Екатеринбург, 1994;

Кругликов Л.Л. Правовая природа квалифицирующих обстоятельств как средства дифференциации уголовной ответственности // Он же. Про блемы теории уголовного права: Избранные статьи. 1982 - 1999гг. Яро славль, 1999. С. 149-157;

Он же. О дифференциации ответственности за преступления в сфере экономической деятельности // Там же. С. 167-175;

Он же. Экономические преступления: понятие, виды, вопросы дифферен циации ответственности // Налоговые и иные экономические преступле ния. Вып. 1. С. 3-17.

См., например: Кругликов Л.Л. Квалифицированные виды посяга тельств в сфере экономики (сравнительный анализ) // Налоговые и иные экономические преступления. Вып. 2 / Под ред. Л.Л. Кругликова. Яро славль, 2000. С. 14-18.

циация преступлений проведена лишь по характеру общественной опасности - качественной характеристике (да и это, учитывая состав ст. 195 УК РФ, проведено не полностью). Поэтому предлагается вы членить в рамках каждой статьи квалифицированные и особо квали фицированные составы (части вторые и третьи соответственно). По добная структуризация будет способствовать большей дифференциации ответственности законодателем. Это, в свою оче редь, приведет к более однородной и справедливой судебной прак тике в рамках всей правоохранительной системы Российской Феде рации.

В каждой из статей следовало бы внедрить квалифицированные (во вторых частях) и особо квалифицированные (в третьих частях) со ставы, использовав квалифицирующие признаки «группа лиц по предварительному сговору», «неоднократность», «причинение ущер ба в особо крупном размере» (для квалифицированных составов) и «организованная группа», «с использованием служебного положе ния» (для особо квалифицированных составов).

6. Применение общих норм института освобождения от уголов ной ответственности (за исключением освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности - ст. 78 УК РФ) к составам преступлений, закрепленным в ст. 196 и 197 УК РФ, немыслимо. В ст. 75 - 77 и 90 УК РФ предусмотрено, что лицо может быть освобождено от применения мер уголовной ответственности лишь в случае совершения преступления небольшой или (и) средней тяжести. В отношении обеих частей ст. 195 возможно применение всех общих видов освобождения от уголовной ответственности, за крепленных в Общей части Кодекса. Думается, в данном случае за конодатель не до конца провел линию внедрения дифференциации уголовной ответственности по характеру общественной опасности.

Развивая мысль, мы приходим к выводу, что в действительности у правоприменителя нет возможности освободить лицо в случае дея тельного раскаяния, в том числе и возместить причиненный ущерб, что особенно важно для большинства экономических преступлений.

Так, ущерб, причиняемый преступлениями, связанными с бан кротством (ст. 195 - 197 УК РФ), значителен не столько по количеству совершаемых преступлений, сколько по их масштабности, причем ве лика и латентность данной категории преступных деяний. Например, из 19 060 преступлений в сфере экономической деятельности в Рос сии за 1997 г. только 39 были квалифицированы по ст. 195 - 197 УК (ст. 195 - 18 случаев, 196 - 20, 197 - 1);

в 1998 г. из 24 865 преступле ний в той же сфере 109 были связаны с банкротством;

в 1999 г. - на 30 808 экономических преступлений пришлось 215 преступлений, квалифицированных по ст. 195 - 197 УК РФ (120, 91, 4 соответствен но)20. Предполагается, что эффективной мерой стало бы введение нормы-примечания, предусматривающей специальный вид освобож дения от уголовной ответственности в случае деятельного раскаяния и полного возмещения причиненного материального ущерба при со вершении преступления, связанного с банкротством.

Однако важно при принятии примечания к ст. 195 - 197 УК лик видировать вопросы противоречия между содержанием ст. 75 УК и иными нормами, регламентирующими специальные случаи освобо ждения от уголовной ответственности. При законодательном вне дрении предлагаемого примечания к статьям о преступлениях, свя занных с банкротством, необходимо также не только учитывать положительные стороны, но и предотвращать отрицательные момен ты. Поскольку, например, аналогичное примечание 2 к ст. 198 Уго ловного кодекса в действующей редакции стимулирует к соверше нию преступления, так как для прекращения уголовного преследования на досудебной стадии достаточно возместить лишь реальный ущерб (суммы недоимки по налогам или страховому взно су). В таком случае субъект, «способствовавший раскрытию престу пления» и возместивший ущерб, становится юридически «чистым», а значит, весомое количество раз может повторять путь до такого освобождения. Представляется важным учесть указанный опыт при менения примечания 2 к ст. 198 при соответствующем изменении в ст. 195 - 197 УК РФ. Одним из вариантов решения данного вопроса представляется оговорка о том, что ранее норма примечания об ос вобождении от уголовной ответственности по данному основанию к лицу не применялась.

7. Обобщим выводы, к которым удалось прийти:

- количество возбужденных уголовных дел о преступлениях, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ), во многом опреде ляется числом проводимых гражданско-правовых процедур по при знанию субъекта несостоятельным. Последний показатель имеет тенденцию устойчивого роста, что предопределяет и увеличение со ответствующей категории уголовных дел;

- сотрудничество в ходе расследования дел о преступлениях, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ), органов Федераль ной службы налоговой полиции Российской Федерации, инспекций Министерства по налогам и сборам Российской Федерации, Феде ральной службы по финансовому оздоровлению и банкротству Рос См.: Михалев И.Ю. Преступное банкротство: Науч.-учеб. пособие.

Иркутск, 2000. С. 8.

сийской Федерации и иных правоохранительных и смежных с ними структур является положительным фактором в плане повышения ка чества предварительного следствия и доведения уголовных дел до стадии вступления обвинительного приговора суда в законную силу;

- преступления, связанные с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ), занимают особое место среди составов главы 22 УК РФ и ха рактеризуются вышеперечисленными специфическими особенно стями;

- в целях еще совершенствования конструкций составов предла гается провести определенные изменения в содержании норм о пре ступлениях, связанных с банкротством (ст. 195 - 197 УК РФ):

1) вычленить четыре состава (ч. 1 ст. 195, ч. 2 ст. 195, ст. 196 и ст. 197 УК РФ) в качестве основы - простых составов группы пре ступлений о банкротстве. В этих четырех основных составах эффек тивным решением было бы исключение из диспозиций оценочного признака «крупный ущерб» и внедрение вместо него признака «ущерб в крупном размере» с определением материального эквива лента такого ущерба в примечании к группе статей о преступлениях, связанных с банкротством;

2) в полученной группе статей сформулировать квалифициро ванные и особо квалифицированные составы, применив концепцию использования устойчивых сочетаний квалифицирующих признаков по горизонтали и по вертикали (проф. Л.Л. Кругликов);

3) при построении квалифицированных составов внедрить в их содержание признаки «причинение ущерба в особо крупном разме ре», «группа лиц по предварительному сговору» и «неоднократ ность», а в рамках особо квалифицированных составов использовать признаки «организованная группа» и «с использованием служебного положения»;

4) сформировать примечание к группе статей о преступлениях, связанных с банкротством, из 2 пунктов: а) определяющее количест венные эквиваленты «ущерба в крупном размере» и «ущерба в особо крупном размере» и б) о специальном виде освобождения от уголов ной ответственности в случае деятельного раскаяния. При этом сле дует разрешить, с одной стороны, противоречия между ст. 75 и ины ми нормами, регламентирующими специальные случаи освобождения от уголовной ответственности;

с другой стороны предотвратить отрицательные моменты злоупотребления субъектами преступных деяний данной нормой об освобождении от уголовной ответственности.

А.П. Кузнецов (Нижегородская правовая академия) Социальные причины и криминологическая характеристика налоговых преступлений Проблемы экономических отношений переходного периода, преобразование отношений собственности породили целый ком плекс взаимодействующих объективных и субъективных факторов, влияющих на тенденции и характер всей и, в частности, налоговой преступности. Кризисное положение в экономике и политике, ин фляция, низкий жизненный уровень населения и углубление его ма териально-вещной дифференциации, политическое и социальное на пряжение и ряд других решающих факторов привели к глубокому нравственно-психологическому кризису общества, нигилизму, пас сивности и неверию людей в возможности вывода страны из кризи са, защиты их законных прав и интересов.

В теории уголовного права и криминологии принято различать два категориальных понятия: «налоговое преступление» и «налого вая преступность». Определение «налоговое преступление» является уголовно-правовым понятием. Ответственность за совершение нало говых преступлений определена в уголовном законодательстве.

Понятие «налоговая преступность» является криминологиче ским понятием, так как им обозначается определенное антисоциаль ное явление. Налоговая преступность образуется из отдельных про тивоправных (преступных) деяний, совершающихся в налоговой сфере налогоплательщиками с целью уклонения от уплаты налогов.

Таким образом, налоговая преступность есть совокупность пре дусмотренных уголовным законом преступлений, совершаемых в налоговой сфере.

В этой связи организационные формы налоговой преступности изучаются как криминологами, так и криминалистами.

Налоговой преступности присущи некоторые характерные осо бенности, а именно:

1) своеобразие совершения противоправного деяния;

2) причинение значительного ущерба финансовым интересам государства;

3) высокая латентность;

4) оказание негативного влияния на значительную часть населе ния.

Повышенная социальная опасность налоговой преступности за ключается в возрастающей распространенности налоговых преступ лений и увеличении совокупного ущерба от них финансовым инте ресам государства.

Налоговая преступность имеет следующие общие признаки:

а) посягает на финансовые интересы государства, на законный порядок уплаты налогов и пошлин;

б) детерминирована одними и теми же социально-экономиче скими, политическими, организационными и иными факторами;

в) связана с конкретными особенностями экономического меха низма;

г) субъекты непосредственно выполняют хозяйственные функ ции.

В целях противодействия преступлениям, совершаемым в нало говой сфере, следует:

а) создать систему реального контроля над доходами и расхода ми физических и юридических лиц, повысить ответственность за ук лонение от уплаты налогов;

б) обеспечить обязательное декларирование доходов при при обретении приватизируемого движимого и недвижимого имущества, земли;

в) сузить сферу наличного денежного обращения и осуществ лять все крупные финансовые операции исключительно через бан ковскую систему.

В связи с развитием и расширением внешнеэкономических свя зей, когда бизнес принял транснациональный характер, налоговые преступления больше нельзя рассматривать как явление, свойствен ное исключительно только одной стране.

Дальнейший рост налоговых преступлений может приостано виться только при стабилизации экономики и усилении активности совместной деятельности правоохранительных и контролирующих органов. Несмотря на некоторую общую тенденцию роста выявляе мости налоговых преступлений, существенных позитивных измене ний в криминологической ситуации в ближайшее время не предви дится. Налоговая преступность будет определяться поиском новых способов совершения преступлений налоговой направленности, расширением их масштабов, охватом все новых и новых групп нало гоплательщиков. Так, если произойдет перекладывание налогового бремени на доходы и имущество физических лиц в сочетании со снижением жизненного уровня населения, то неизбежно обострится социальная напряженность. Она может спровоцировать ответные действия налогоплательщиков в виде уклонения от уплаты налогов.

По оценкам ряда специалистов, в результате уклонения от упла ты налогов государство ежегодно недополучает до половины нало говых поступлений в бюджет. Необходимо подчеркнуть, что этот показатель стабилен вот уже в течение последних пяти лет1.

В ходе изучения общественного мнения по правовой проблема тике, в том числе и налоговым преступлениям, были проведены со циологические исследования. Цель проведения - выяснить, как нало гоплательщики оценивают сами криминальную ситуацию в стране, в чем видят ее причины, допускают ли они для себя возможность в трудных жизненных ситуациях преступить закон.

В опросе принимали участие 300 налогоплательщиков, зани мающихся мелким и средним бизнесом. Из них в возрасте от 18 до 25 лет - 65 человек, от 25 до 35 - 115 человек, от 45 до 55 20 человек, свыше 55 - 12 человек.

Состояние налоговой преступности в стране большинство рес пондентов (от 45 лет и выше) - 72,4% - оценивают как неблагоприят ное, в том числе: как ухудшающееся - 41,8%, катастрофическое, уг рожающее национальной безопасности - 19,1%, угрожающее национальной безопасности - 14,3%. Остальные относятся к этому индифферентно, не испытывают по этому поводу опасений, тревоги, полагая, что криминальная обстановка в сфере налогообложения ста билизируется или далее будет улучшаться по сравнению с предыду щими годами. Рост налоговой преступности респонденты связывают с происходящими социально-экономическими изменениями в общест ве, проводимой государственной политикой по созданию класса соб ственников, 93,2% - с распространением норм криминальной среды и подавлением духовности, подменой подлинной нравственности псев доценностями.

Поставив на второе место по степени важности социально нравственный аспект, более половины налогоплательщиков (респон дентов) обвинили средства массовой информации в пропаганде только негативной стороны жизни. Более 90% респондентов усмат ривают причины в усилении криминализации общества, в социаль но-имущественном расслоении.

См.: Кузнецов А.П. Налоговые преступления: особенности технико юридических конструкций уголовно-правовых норм // Следователь. 1997.

№ 2. С. 57;

Кучеров И.И., Юлин Б.А. Налоговая преступность // Кримино логия. М., 1997. С. 534.

Большая часть населения страны потенциально готова идти на нарушение закона ради выживания, обеспечения элементарных средств существования.

Результаты опроса респондентов (не являющихся налогопла тельщиками) позволяют сделать вывод, что необходимо ужесточать противодействие налоговой преступности. Большинство из них та кое ужесточение связывают с усилением уголовных репрессий и уп рощением порядка судопроизводства по указанным категориям дел при условии обязательного соблюдения законности и прав человека, считая это единственным средством восстановления правопорядка.

В вопросе о применении видов наказаний, включенных в УК РФ за налоговые преступления, большинство респондентов высказались за назначение штрафа, на втором месте поставили обязательные ра боты. Они считают, что экономическое воздействие окажет более действенное влияние на правонарушителей, чем наказание, связан ное с лишением свободы.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.