авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«Августин Блаженный ИСПОВЕДЬ Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ Оглавление: Предисловие. Об Аврелии Августине. ...»

-- [ Страница 3 ] --

хотел объяснить "годы Твои не иссякают", то годы Твои - сегодняш свои желания тем, кто бы их выполнил, и не мог, ний день. Сколько наших дней и дней отцов наших потому что желания мои были во мне, а окружаю- прошло через Твое сегодня;

от него получили они щие вне меня, и никаким внешним чувством не облик свой и как-то возникли, и пройдут еще и могли они войти в мою душу. Я барахтался и кри- другие, получат свой облик и как-то возникнут.

чал, выражая немногочисленными знаками, каки- "Ты же всегда один и тот же": всё завтрашнее и то, ми мог и насколько мог, нечто подобное моим же- что идет за ним, всё вчерашнее и то, что позади ланиям, - но знаки эти не выражали моих жела- него. Ты превратишь в сегодня. Ты превратил в ний. И когда меня не слушались, не поняв ли меня, сегодня. Что мне, если кто-то не понимает этого?

или чтобы не повредить мне, то я сердился, что Пусть и он радуется, говоря: "Что же это?" Пусть старшие не подчиняются мне, и свободные не слу- радуется и предпочитает найти Тебя, не находя, жат как рабы, и мстил за себя плачем. Что младен- чем находя, не найти Тебя.

цы таковы, я узнал по тем, которых смог узнать, и что я был таким же, об этом мне больше поведали VII.

они сами, бессознательные, чем сознательные вос питатели мои. 11. Услыши, Господи! Горе грехам людским. И че ловек говорит это, и Ты жалеешь его, ибо Ты со 9. И вот младенчество мое давно уже умерло, а я здал его, но греха в нем не создал. Кто напомнит живу. Господи - Ты, Который живешь всегда, в Ко- мне о грехе младенчества моего? Никто ведь не тором ничто не умирает, ибо прежде начала веков чист от греха перед Тобой, даже младенец, жизни Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ которого на земле один день. Кто мне напомнит? законии, и во грехах питала меня мать моя во чре Какой-нибудь малютка, в котором я увижу то, чего ве", то где, Боже мой, где. Господи, я, раб Твой, где не помню в себе? Итак, чем же грешил я тогда? или когда был невинным? Нет, я пропускаю это Тем, что, плача, тянулся к груди? Если я поступлю время;

и что мне до него, когда я не могу отыскать так сейчас и, разинув рот, потянусь не. то, что к никаких следов его?

груди, а к пище, подходящей моему возрасту, то меня по всей справедливости осмеют и выбранят. VIII.

И тогда, следовательно, я заслуживал брани, но так как я не мог понять бранившего, то было и не при- 13.

Разве не перешел я, подвигаясь к нынешнему нято и не разумно бранить меня. С возрастом мы времени, от младенчества к детству? Или, вернее, искореняем и отбрасываем такие привычки. Я не оно пришло ко мне и сменило младенчество. Мла видел сведущего человека, который, подчищая рас- денчество не исчезло — куда оно ушло? и все-таки тение, выбрасывал бы хорошие ветви. Хорошо ли, его уже не было. Я был уже не младенцем, кото однако, было даже для своего возраста с плачем до- рый не может произнести слова, а мальчиком, ко биваться даже того, что дано было бы ко вреду? же- торый говорит, был я. И я помню это, а впослед стоко негодовать на людей неподвластных, свобод- ствии я понял, откуда я выучился говорить. Стар ных и старших, в том числе и на родителей своих, шие не учили меня, предлагая мне слова в опреде стараться по мере сил избить людей разумных, не ленном и систематическом порядке, как это было повинующихся по первому требованию потому, немного погодя с буквами. Я действовал по соб что они не слушались приказаний, послушаться ственному разуму, который Ты дал мне. Боже мой.

которых было бы губительно? Младенцы невинны Когда я хотел воплями, различными звуками и по своей телесной слабости, а не по душе своей. Я различными телодвижениями сообщить о своих видел и наблюдал ревновавшего малютку: он еще сердечных желаниях и добиться их выполнения, я не говорил, но бледный, с горечью смотрел на свое- оказывался не в силах ни получить всего, чего мне го молочного брата. Кто не знает таких примеров? хотелось, ни дать знать об этом всем, кому мне хо Матери и кормилицы говорят, что они искупают телось. Я схватывал памятью, когда взрослые назы это, не знаю какими средствами. Может быть, и вали какую-нибудь вещь и по этому слову обора это невинность, при источнике молока, щедро из- чивались к ней;

я видел это и запоминал: прозву ливающемся и преизбыточном, не выносить това- чавшим словом называется именно эта вещь. Что рища, совершенно беспомощного, живущего од- взрослые хотели ее назвать, это было видно по их ной только этой пищей? Все эти явления кротко жестам, по этому естественному языку всех наро терпят не потому, чтобы они были ничтожны или дов, слагающемуся из выражения лица, подмиги маловажны, а потому, что с годами это пройдет. И ванья, разных телодвижений и звуков, выражаю Ты подтверждаешь это тем, что то же самое нельзя щих состояние души, которая просит, получает, видеть спокойно в возрасте более старшем. отбрасывает, избегает. Я постепенно стал сообра жать, знаками чего являются слова, стоящие в 12. Господи Боже мой, это Ты дал младенцу жизнь разных предложениях на своем месте и мною ча и тело, которое снабдил, как мы видим, чувствами, сто слышимые, принудил свои уста справляться с крепко соединил его члены, украсил его и вложил этими знаками и стал ими выражать свои жела присущее всякому живому существу стремление к ния. Таким образом, чтобы выражать свои жела полноте и сохранности жизни. Ты велишь мне вос- ния, начал я этими знаками общаться с теми, сре хвалять Тебя за это, "исповедовать Тебя и воспевать ди кого жил;

я глубже вступил в бурную жизнь че имя Твое, Всевышний", ибо Ты был бы всемогущим ловеческого общества, завися от родительских рас и благим, если бы сделал только это, чего не мог поряжений и от воли старших.

сделать никто, кроме Тебя;

Единственный, от Кото рого всякая мера, Прекраснейший, Который всё 14. Боже мой, Боже, какие несчастья и издеватель делаешь прекрасным и всё упорядочиваешь по за- ства испытал я тогда. Мне, мальчику, предлагалось кону Своему. Этот возраст. Господи, о котором я не вести себя как следует: слушаться тех, кто убеждал помню, что я жил, относительно которого полага- меня искать в этом мир успеха и совершенство юсь на других, и в котором, как я догадываюсь по ваться в краснобайстве, которым выслужи вают другим младенцам, я как-то действовал, мне не хо- людской почет и обманчивое богатство. Меня и чется, несмотря на весьма справедливые догадки отдали в школу учиться грамоте. На беду свою я не мои, причислять к этой моей жизни, которой я понимал, какая в ней польза, но если был ленив к живу в этом мире. В том, что касается полноты мо- учению, то меня били;

старшие одобряли этот его забвения, период этот равен тому, который я обычай. Много людей, живших до нас, проложили провел в материнском чреве. И если "я зачат в без- эти скорбные пути, по которым нас заставляли Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ проходить;

умножены были труд и печаль для сы- ковы бы ни были их намерения, должен был овла новей Адама. Я встретил Господи, людей, молив- деть. Я был непослушен не потому, что избрал луч шихся Тебе, и от них узнал, постигая Тебя в меру шую часть, а из любви к игре;

я любил побеждать в сил своих, что Ты Кто-то Большой и можешь, даже состязаниях и гордился этими победами. Я тешил оставаясь скрытым для наших чувств, услышать нас свой слух лживыми сказками, которые только раз и помочь нам. И я начал молиться Тебе, "Помощь жигали любопытство, и меня всё больше и больше моя и Прибежище мое": и, взывая к Тебе, одолел подзуживало взглянуть собственными глазами на косноязычие свое. Маленький, но с жаром нема- зрелища, игры старших. Те, кто устраивает их, лым, молился я, чтобы меня не били в школе. И имеют столь высокий сан, что почти все желают так как Ты не услышал меня - что было не во вред его для детей своих, и в то же время охотно допус мне, - то взрослые;

включая родителей моих, кото- кают, чтобы их секли, если эти зрелища мешают рые ни за что не хотели, чтобы со мной приключа- их учению;

родители.хотят, чтобы оно дало их де лось хоть что-нибудь плохое, продолжали смеяться тям возможность устраивать такие же зрелища. Вз над этими побоями, великим и тяжким тогдаш- гляни на это. Господи, милосердным оком и осво ним моим несчастьем. боди нас, уже призывающих Тебя;

освободи и тех, кто еще не призывает Тебя;

да призовут Тебя, и Ты 15. Есть ли, Господи, человек, столь великий духом, освободишь их.

прилепившийся к Тебе такой великой любовью, есть ли, говорю я, человек, который в благочести- XI.

вой любви своей так высоко настроен, что дыба, кошки и тому подобные мучения, об избавлении 17. Я слышал еще мальчиком о вечной жизни, обе от которых повсеместно с великим трепетом умо- щанной нам через уничижение Господа нашего, ляют Тебя, были бы для него нипочем? (Иногда так нисшедшего к гордости нашей. Я был ознаменован бывает от некоторой тупости.) Могли бы он сме- Его крестным знамением и осолен Его солью по яться над теми, кто жестоко трусил этого, как смея- выходе из чрева матери моей, много на Тебя упо лись наши родители над мучениями, которым нас, вавшей. Ты видел, Господи, когда я был еще маль мальчиков, подвергали наши учителя? Я и не пере- чиком, то однажды я так расхворался от внезапных ставал их бояться и не переставал просить Тебя об схваток в животе, что был почти при смерти;

Ты избавлении от них, и продолжал грешить, меньше видел. Боже мой, ибо уже тогда был Ты храни упражняясь в письме, в чтении и в обдумывании телем моим, с каким душевным порывом и с какой уроков, чем это от меня требовали. У меня, Госпо- верой требовал я от благочестивой матери моей и ди, не было недостатка ни в памяти, ни в способно- от общей нашей матери Церкви, чтобы меня окре стях, которыми Ты пожелал в достаточной мере стили во имя Христа Твоего, моего Бога и Господа.

наделить меня, цо я любил играть, и за это меня И моя мать по плоти, с верой в Тебя бережно вына наказывали те, кто сами занимались, разумеется, шивавшая в чистом сердце своем вечное спасение тем же самым. Забавы взрослых называются делом, мое, в смятении торопилась омыть меня и приоб у детей они тоже дело, но взрослые за них наказы- щить к Святым Твоим Таинствам, Господи Иисусе, вают, и никто не жалеет ни детей, ни взрослых. ради отпущения грехов моих, как вдруг я выздоро Одобрит ли справедливый судья побои, которые я вел. Таким образом, очищение мое отложили, как терпел за то, что играл в мяч и за этой игрой забы- будто необходимо было, чтобы, оставшись жить, я вал учить буквы, которыми я, взрослый, играл в еще больше вывалялся в грязи;

по-видимому, грязь игру более безобразную? Наставник, бивший меня, преступлений, совершенных после этого омове занимался не тем же, чем я? Если его в каком-ни- ния, вменялась в большую и более страшную вину.

будь вопросике побеждал ученый собрат, разве его Итак, я уже верил, верила моя мать и весь дом, меньше душила желчь и зависть, чем меня, когда кроме отца, который не одолел, однако, во мне на состязаниях в мяч верх надо мною брал това- уроков материнского благочестия и не удержал от рищ по игре? веры в Христа, в Которого сам бще не верил. Мать постаралась, чтобы отцом моим был скорее Ты, X. Господи, чем он, и Ты помог ей взять в этом верх над мужем, которому она, превосходя его, подчи 16. И всё же я грешил, Господи Боже, всё в мире нялась, ибо и в этом подчинялась, конечно. Тебе и сдерживающий и всё создавший;

грехи же только Твоему повелению.

сдерживающий. Господи Боже мой, я грешил, на рушая наставления родителей и учителей моих. Я 18. Господи, я хочу узнать, если Тебе угодно, с ка ведь смог впоследствии на пользу употребить гра- ким намерением отложено было тогда мое Креще моту, которой я, по желанию моих близких, ка- ние: во благо ли отпущены мне были вожжи моим Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ греховным склонностям? или они не были отпуще- писать, что вздумается, было, конечно, лучше и на ны? Почему и до сих пор в ушах у меня со всех сто- дежнее тех уроков, на которых меня заставляли рон звенит от слова, то об одном человеке, то о заучивать блуждания какого-то Энея, забывая о другом: "оставь его, пусть делает: ведь он еще не своих собственных;

плакать над умершей Дидоной, крещен". Когда дело идет о телесном здоровье, мы покончившей с собой от любви, - и это в то время, ведь не говорим: "оставь, пусть его еще ранят: он когда я не проливал, несчастный, слез над собою еще не излечился". Насколько лучше и скорее из- самим, умирая среди этих занятий для Тебя, лечился бы я, заботясь об этом и сам, и вместе со Господи, Жизнь моя.

своими близкими, дабы сенью Твоей осенено было душевное спасение, дарованное Тобой. Было бы, 21. Что может быть жалостнее жалкого, который конечно, лучше. Какая, однако, буря искушений не жалеет себя и оплакивает Дидону, умершую от нависает над человеком по выходе из детства, мать любви к Энею, и не оплакивает себя, умирающего моя это знала и предпочитала, чтобы она разрази- потому, что нет в нем любви к Тебе, Господи, Свет, лась лучше над прахом земным, который потом освещающий сердце мое;

Хлеб для уст души моей, преобразится, чем над самим образом Божиим. Сила, оплодотворяющая разум мой и лоно мысли моей. Я не любил Тебя, я изменял Тебе, и клики XII. одобрения звенели вокруг изменника. Дружба с этим миром - измена Тебе: ее приветствуют и одо 19. В детстве моем, которое внушало меньше опас- бряют, чтобы человек стыдился, если он ведет себя ностей, чем юность, я не любил занятий и терпеть не так, как все. И я не плакал об этом, а плакал о не мог, чтобы меня к ним принуждали;

меня тем Дидоне, "угасшей, проследовавшей к последнему не менее принуждали, и это было хорошо для пределу" - я, следовавший сам за последними со меня, но сам я делал нехорошо;

если бы меня не за- зданиями Твоими, покинувший Тебя, я, земля, ставляли, я бы не учился. Никто ничего не делает идущая в землю. И я загрустил бы, если бы мне хорошо, если это против воли, даже если человек запретили это чтение, потому что не мог бы читать делает что-то хорошее. И те, кто принуждали книгу, над которой грустил. И эти глупости счита меня, поступали нехорошо, а хорошо это оказа- ются более почтенным и высоким образованием, лось для меня по Твоей воле, Господи. Они ведь чем обучение чтению и письму.

только и думали, чтобы я приложил то, чему меня заставляли учиться, к насыщению ненасытной жа- 22. Господи, да воскликнет сейчас в душе моей и да жды нищего богатства и позорной славы. Ты же, "у скажет мне правда Твоя: "Это не так, это не так".

Которого сочтены волосы наши", пользовался, на Гораздо выше, конечно, простая грамота. Я готов пользу мою, заблуждением всех настаивавших, скорее позабыть о блужданиях Энея и обо всем чтобы я учился, а моим собственным - неохотой к прочем в том же роде, чем разучиться читать и пи учению, Ты пользовался для наказания моего, ко- сать. Над входом в школы грамматиков свисают торого я вполне заслуживал, я, маленький мальчик полотнища, но это не знак тайны, внушающей ува и великий грешник. Так через поступавших нехо- жение;

это прикрытие заблуждения. Да не подни рошо Ты благодетельствовал мне и за мои соб- мают против меня крика те, кого я уже не боюсь, ственные грехи справедливо воздавал мне. Ты пове- исповедуясь Тебе, Боже мой, в том, чего хочет лел ведь - и так и есть - чтобы всякая неупорядочен- душа моя: я успокаиваюсь осуждением злых путей ная душа сама в себе несла свое наказание. своих, дабы возлюбить благие пути Твои. Да не поднимают против меня крика продавцы и поку XIII. патели литературной премудрости;

ведь если я предложу им вопрос, правду ли говорит поэт, что 20. В чем, однако, была причина, что я ненавидел Эней когда-то прибыл в Карфаген, то менее об греческий, которым меня пичкали с раннего дет- разованные скажут, что они не знают, а те, кто по ства? Это и теперь мне не вполне понятно. Латынь образованнее, определенно ответят, что это не я очень любил, только не то, чему учат в начальных правда. Если же я спрошу, из каких букв состоит школах, а уроки так называемых грамматиков. имя "Эней", то все, выучившиеся грамоте, ответят Первоначальное обучение чтению, письму и счету мне правильно, в соответствии с тем уговором, по казалось мне таким же тягостным и мучительным, которому людям заблагорассудилось установить как весь греческий. Откуда это, как не от греха и смысл этих знаков. И если я спрошу, от чего у них житейской суетности, ибо "я был плотью и дыха- в жизни произойдёт больше затруднений: от того нием, скитающимся и не возвращающимся". Это ли, что они позабудут грамоту, или от того, что по первоначальное обучение, давшее мне в конце кон- забудут эти поэтические вымыслы, то разве не оче цов возможность и читать написанное и самому видно, как ответит человек, находящийся в здравом Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ уме? Я грешил, следовательно, мальчиком, предпо- можно было научиться, занимаясь предметами и читая пустые россказни полезным урокам, вернее не суетными: вот верный путь, по которому долж сказать, ненавидя одни и любя другие. Один да ны бы идти дети.

один - два;

два да два - четыре;

мне ненавистно было тянуть эту песню и сладостно было суетное XVI.

зрелище: деревянный конь, полный вооруженных, пожар Трои и "тень Креусы самой". 25. Горе тебе, людской обычай, подхватывающий нас потоком своим! Кто воспротивится тебе? Когда 23. Почему же ненавидел я греческую литературу, же ты иссохнешь? Доколе будешь уносить сынов которая полна таких рассказов? Гомер ведь умеет Евы в огромное и страшное море, которое с трудом искусно сплетать такие басни;

в своей суетности он переплывают и взошедшие на корабль? Разве не так сладостен, и тем не менее мне, мальчику, он читал я, увлекаемый этим потоком, о Юпитере, и был горек. Я думаю, что таким же для греческих гремящем и прелюбодействующем? Это невоз мальчиков оказывается и Вергилий, если их застав- можно одновременно, но так написано, чтобы ляют изучать его так же, как меня Гомера. Трудно- изобразить, как настоящее, прелюбодеяние, совер сти, очевидно обычные трудности при изучении шаемое под грохот мнимого грома - сводника. Кто чужого языка, окропили, словно желчью, всю пре- из этих учителей в плащах трезвым ухом прислу лесть греческих баснословий. Я не знал ведь еще ни шивается к словам человека, созданного из того же одного слова по-гречески, а на меня налегали, что- праха и воскликнувшего: "Это выдумки Гомера: че бы я выучил его, не давая ни отдыха, ни сроку и пу- ловеческие свойства он перенес на богов, - я пред гая жестокими наказаниями. Было время, когда я, почел бы, чтобы божественные - на нас"? Правиль малюткой, не знал ни одного слова по-латыни, но я нее, однако, сказать, что выдумки - выдумками;

но выучился ей на слух, безо всякого страха и муче- когда преступным людям приписывают боже ний, от кормилиц, шутивших и игравших со мной, ственное достоинство, то преступления перестают среди ласковой речи, веселья и смеха. Я выучился считаться преступлениями, и совершающий их ка ей без тягостного и мучительного принуждения, жется подражателем не потерянных людей, а са ибо сердце мое понуждало рожать зачатое, а ро- мих богов - небожителей.

дить было невозможно, не выучи я, не за уроками, а в разговоре, тех слов, которыми я передавал слу- 26. И однако в тебя, адский поток, бросают сынов ху других то, что думал. Отсюда явствует, что для человеческих, чтобы они учили это, притом еще за изучения языка гораздо важнее свободная любо- плату! Какое великое дело делается, делается пуб знательность, чем грозная необходимость. Течению лично, на форуме пред лицом законов, назначаю первой ставит плотину вторая - по законам Твоим, щих сверх платы от учеников еще плату от города!

Господи, по законам Твоим, управляющим и учи- Ты ударяешься волнами о свои скалы и звенишь:

тельской линейкой и искушениями праведников, - "Тут учатся словам, тут приобретают красноречие, по законам, которыми властно определено литься совершенно необходимое, чтобы убеждать и разви спасительной горечи, призывающей нас обратно к вать свои мысли". Мы действительно не узнали бы Тебе от ядовитой сладости, заставившей отойти от таких слов, как: "золотой дождь", "лоно", "обман", Тебя. "небесный храм" и прочих слов, там написанных, если бы Теренций не вывел молодого повесу;

кото XV. рый, рассмотрев нарисованную на стене картину, берет себе в разврате за образец Юпитера. На кар 24. Услыши, Господи, молитву мою, да не ослабнет тине было изображено, каким образом Юпитер душа моя под началом Твоим, да не ослабну я, сви- некогда пролил в лоно Данаи золотой дождь и об детельствуя пред Тобою о милосердии Твоем, ис- манул женщину. И посмотри, как он разжигает в хитившем меня от всех злых путей моих;

стань для себе похоть, как будто поучаемый с небес: И бог ка меня сладостнее всех соблазнов, увлекавших меня;

кой, великим громом храм небесный сотрясавший!

да возлюблю Тебя всёми силами, прильну к руке Ну как не совершить того же мне, человеку мало Твоей всем сердцем своим;

избавь меня от всякого му? Нет, неверно, неверно, что легче заучить эти искушения до конца дней моих. Вот, Господи, Ты слова в силу их мерзкого содержания;

такие слова Царь мой и Бог мой, и да служит Тебе всё доброе, позволяют спокойнее совершать эти мерзости. Я чему я выучился мальчиком, да служит Тебе и сло- осуждаю не слова, эти отборные и драгоценные со во мое и писание и чтение и счет. Когда я занимал- суды, а то вино заблуждения, которое подносят ся суетной наукой, Ты взял меня под свое начало и нам в них пьяные учителя;

если бы мы его не пили, отпустил мне грех моего увлечения этой суетой. Я нас бы секли и не позволили позвать в судьи трез ведь выучил и там много полезных слов, хотя им вого человека. И однако. Боже мой, пред очами Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ Твоими я могу уже спокойно вспоминать об этом: расточить и растратить состояние, которое Ты дал я охотно этому учился, наслаждался этим, несчаст- ему перед уходом? Ты дал его, нежный Отец, и был ный, и поэтому меня называли мальчиком, подаю- еще нежнее к вернувшемуся нищему. Он жил в щим большие надежды. распутстве, то есть во мраке страстей, а это и зна чит быть далеко от лица Твоего. 29. Посмотри, XVII. Господи, и терпеливо, как Ты и смотришь, посмот ри, как тщательно соблюдают сыны человеческие 27. Позволь мне, Господи, рассказать, на какие правила, касающиеся букв и слогов, полученные бредни растрачивал я способности мои, дарован- ими от прежних мастеров речи, и как пренебрега ные Тобой. Мне предложена была задача, не давав- ют они от Тебя полученными непреложными пра шая душе моей покоя: произнести речь Юноны, вилами вечного спасения. Если человек, знакомый разгневанной и опечаленной тем, что она не может с этими старыми правилами относительно звуков повернуть от Италии царя тевкров. Наградой была или обучающий им, произнесет вопреки грамма похвала;

наказанием - позор и розги. Я никогда не тике слово homo без придыхания в первом слоге, слышал, чтобы Юнона произносила такую речь, но то люди возмутятся больше, чем в том случае, нас заставляли блуждать по следам поэтических если, вопреки заповедям Твоим, он, человек, будет выдумок и в прозе сказать так, как было сказано ненавидеть человека. Ужели любой враг может поэтом в стихах. Особенно хвалили того, кто сумел оказаться опаснее, чем сама ненависть, бушующая выпукло и похоже изобразить гнев и печаль в соот- против этого врага? можно ли, преследуя другого, ветствии с достоинством вымышленного лица и погубить его страшнее, чем губит вражда собствен одеть свои мысли в подходящие слова. Что мне с ное сердце? И, конечно, знание грамматики живет того, Боже мой, истинная Жизнь моя! Что мне с не глубже в сердце, чем запечатленное в нем созна того, что мне за декламации мои рукоплескали ние, что ты делаешь другому то, чего сам терпеть больше, чем многим сверстникам и соученикам не пожелаешь. Как далек Ты, обитающий на высо моим? Разве всё это не дым и ветер? Не было разве тах в молчании, Господи, Единый, Великий, посы других тем, чтобы упражнять мои способности и лающий по неусыпному закону карающую слепо мой язык? Славословия Тебе, Господи, славословия ту на недозволенные страсти! Когда человек в пого Тебе из Писания Твоего должны были служить не за славой красноречивого оратора перед челове опорой побегам сердца моего! Его не схватили бы ком;

- судьей, окруженный толпой людей, пресле пустые безделки, как жалкую добычу крылатой дует в бесчеловечной ненависти врага своего, он стаи. Не на один ведь лад приносится жертва анге- всячески остерегается обмолвки "среди людев" и лами-отступниками. вовсе не остережется в неистовстве своем убрать че ловека из среды людей.

XVIII.

XIX.

28. Удивительно ли, что меня уносило суетой и я уходил от тебя. Господи, во внешнее? Мне ведь в 30. Вот на пороге какой жизни находился я, не качестве примера ставили людей, приходивших в счастный, и вот на какой арене я упражнялся. Мне замешательство от упреков в варваризме или соле- страшнее было допустить варваризм, чем остеречь цизме, допущенном ими в сообщении о своем хо- ся от зависти к тем, кто его не допустил, когда до рошем поступке, и гордившихся похвалами за пустил я. Говорю Тебе об этом, Господи, и испове рассказ о своих похождениях, если он был велере- дую пред Тобой, за что хвалили меня люди, одо чив и украшен, составлен в словах верных и пра- брение которых определяло для меня тогда при вильно согласованных. Ты видишь это, Господи, - и стойную жизнь. Я не видел пучины мерзостей, в молчишь, - "долготерпеливый, многомилостивый которую "был брошен прочь от очей Твоих". Как я и справедливый". Всегда ли будешь молчать? И был мерзок тогда, если даже этим людям достав сейчас вырываешь Ты из этой бездонной пропасти лял неудовольствие, без конца обманывая и воспи душу, ищущую Тебя и жаждущую услады Твоей, тателя, и учителей, и родителей из любви к заба человека, "чье сердце говорит Тебе: я искал лица вам, из желания посмотреть пустое зрелище, из ве Твоего;

лицо Твое, Господи, я буду искать". Далек селого и беспокойного обезьянничанья. Я воровал от лица Твоего был я, омраченный страстью. От из родительской кладовой и со стола от обжорства Тебя. ведь уходят и к Тебе возвращаются не ногами или чтобы иметь чем заплатить -мальчикам, про и не в пространстве. Разве Твой младший сын ис- дававшим мне свои игрушки, хотя и для них они кал для себя лошадей, повозку или корабль? Разве были такою же радостью, как и для меня. В игре я он улетел на видимых крыльях или отправился в часто обманом ловил победу, сам побежденный дорогу пешком, чтобы, живя в дальней стороне, пустой жаждой превосходства. Разве я не делал Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ другим того, чего сам испытать ни в коем случае не ная, Радость счастья и безмятежности, собери хотел, уличенных в чем жестоко бранил? А если меня, в рассеянии и раздробленности своей отвра меня уличали и бранили, я свирепел, а не уступал. тившегося от Тебя, Единого, и потерявшегося во И это детская невинность? Нет, Господи, нет! поз- многом. Когда-то в юности горело сердце мое на воль мне сказать это, Боже мой. Всё это одинаково: сытиться адом, не убоялась душа моя густо зарасти в начале жизни- воспитатели, учителя, орехи, мя- бурьяном Темной любви, истаяла красота моя, и чики, воробьи;

когда же человек стал взрослым - стал я гнилью пред очами Твоими, - нравясь себе и префекты, цари, золото, поместья, рабы,- в сущно- желая нравиться очам людским.

сти, всё это одно и то же, только линейку сменяют тяжелые наказания. Когда Ты сказал, Царь наш: 2. Что же доставляло мне наслаждение, как не лю "Таковых есть Царство Небесное", Ты одобрил сми- бить и быть любимым? Только душа моя, тянувша рение, символ которого - маленькая фигурка ре- яся к другой душе, не умела соблюсти меру, оста бенка. новясь на светлом рубеже дружбы;

туман подни мался из болота плотских желаний и бившей клю XX. чом возмужалости, затуманивал и помрачал серд це мое, и за мглою похоти уже не различался яс 31. И всё же. Господи, совершеннейший и благой ный свет привязанности. Обе кипели, сливаясь Создатель и Правитель вселенной, благодарю Тебя, вместе, увлекали неокрепшего юношу по крути даже если бы Ты захотел, чтобы я не вышел из дет- знам страстей и погружали его в бездну пороков.

ского возраста. Я был уже тогда, я жил и чувство- Возобладал надо мною гнев Твой, а я и не знал это вал;

я заботился о своей Сохранности - след та- го. Оглох я от звона цепи, наложенной смертно инственного единства, из которого я возник. Дви- стью моей, наказанием за гордость души моей. Я жимый внутренним чувством, я оберегал в сохран- уходил всё дальше от Тебя, и Ты дозволял это;

я ности свои чувства: я радовался истине в своих ни- метался, растрачивал себя, разбрасывался, кипел в чтожных размышлениях и по поводу ничтожных распутстве своем, и Ты молчал. О, поздняя Радость предметов. Я не хотел попадать впросак, обладал моя! Ты молчал тогда, и я уходил всё дальше и прекрасной памятью, учился владеть речью, уми- дальше от Тебя, в гордости падения и беспокойной лялся дружбе, избегал боли, презрения, невеже- усталости выращивая богатый сев бесплодных пе ства. Что не заслуживает удивления и похвалы в та- чалей.

ком существе? И всё это дары Бога моего;

не сам я дал их себе;

всё это хорошо, и всё это - я. Благ, сле- 3. Кто упорядочил бы скорбь мою, обратил бы мне довательно, Тот, Кто создал меня, и Сам Он благо на пользу ускользающую прелесть всякой новизны, мое, и, ликуя, благодарю я Его за все блага, благо- поставил бы предел моим увлечениям? Пусть бы о даря которым я существовал с детского возраста. берег супружеской жизни разбилась буря моего Грешил же я в том, что искал наслаждения, высоты возраста, и если уж не может в нем быть покоя, и истины не в Нем самом, а в созданиях Его: в себе пусть бы удовлетворился я рождением детей, со и в других, и таким образом впадал в страдания, гласно предписаниям закона твоего, Господи! Ты смуту и ошибки. Благодарю Тебя, радость моя, создаешь потомство нам, смертным, и можешь честь моя, опора моя. Боже мой;

благодарю Тебя ласковой рукой обломать острые колючки, кото за дары Твои: сохрани их мне. Так сохранишь Ты рые не растут в раю Твоем. Недалеко от нас всемо меня, и то, что Ты дал мне, увеличится и усовер- гущество Твое, даже если мы далеко от Тебя. Если шится, и сам я буду с Тобой, ибо и самую жизнь бы внимательнее прислушался я к голосу облаков Ты даровал мне. Твоих: "Будут иметь скорби по плоти, и Я избавлю вас от них", и "хорошо человеку не касаться жен щины", и "неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу, а женатый заботится о мирском, Книга вторая как угодить жене". К этим словам внимательнее бы прислушаться! Оскопленный ради Царства Небес I. ного, я, счастливый, ожидал бы объятий Твоих.

1. Я хочу вспомнить прошлые мерзости свои и 4. Страсти кипели во мне, несчастном;

увлеченный плотскую испорченность души моей не потому, их бурным потоком, я оставил Тебя, я преступил что я люблю их, но чтобы возлюбить Тебя, Боже все законы Твои и не ушел от бича Твоего;

а кто из мой. Из любви к любви Твоей делаю я это, в горь- смертных ушел? Ты всегда около, милосердный в кой печали воспоминания перебираю преступные жестокости, посыпавший горьким-горьким разоча пути свои. Обрадуй меня. Господи, Радость нелож- рованием все недозволенные радости мои, - да ищу Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ радость, не знающую разочарования. Только в Тебе храм Свой и положил основание снятой обители и мог бы я найти ее, только в Тебе, Господи, Кото- Твоей;

отец мой был только оглашенным, и то с не рый создаешь печаль в поучение, поражаешь, что- давних пор. Она же была вне себя от благочестиво бы излечить, убиваешь, чтобы мы не умерли без го волнения и страха: хотя я еще не был окрещен, Тебя. Где был я? Как далеко скитался от счастливо- но она боялась для меня кривых путей, по кото го дома Твоего в этом шестнадцатилетнем возрасте рым ходят те, кто поворачивается К Тебе спиной, а моей плоти, когда надо мною подъяла скипетр не лицом.

свой целиком меня покорившая безумная похоть, людским неблагообразием дозволенная, законами 7. Горе мне! И я осмеливаюсь говорить, что Ты Твоими неразрешенная. Мои близкие не позаботи- молчал, Господи, когда я уходил от Тебя! Разве так лись подхватить меня, падающего, и оженить;

их молчат?! Кому, как не Тебе принадлежали слова, заботило только, чтобы я выучился как можно луч- которые через мою мать, верную служанку Твою, ше говорить и убеждать своей речью. твердил Ты мне в уши? Ни одно из них не дошло до сердца моего, ни одного из них я не послушал III. ся. Мать моя хотела, чтобы я не распутничал, и особенно боялась связи с замужней женщиной, - я 5. На этот год занятия мои, впрочем, были прерва- помню, с каким беспокойством уговаривала она ны: я вернулся из Мадавры, соседнего города, куда меня наедине. Это казалось мне женскими угово было переехал для изучения литературы и ора- рами;

мне стыдно было их слушаться. А на самом торского искусства;

копили деньги для более дале- деле они были Твоими, но я не знал этого и думал, кой поездки в Карфаген, которой требовало от- что Ты молчишь, а говорит моя мать. Ты через нее цовское честолюбие и не позволяли его средства: обращался ко мне, и в ней презрел я Тебя, я, ее был он в Тагасте человеком довольно бедным. сын, "сын служанки Твоей, раб Твой" Я не знал это Кому рассказываю я это? Не Тебе, Господи, но го, и стремглав катился вниз, ослепленный на перед Тобою рассказываю семье моей, семье люд- столько, что мне стыдно было перед сверстниками ской, как бы ничтожно ни было число тех, кому по- своей малой порочности. Я слушал их хвастовство падется в руки эта книга. И зачем? Конечно, чтобы своими преступлениями;

чем они были мерзее, я и всякий читающий подумали, "из какой бездны тем больше они хвастались собой. Мне и распутни приходится взывать к Тебе" А что ближе ушей чать правилось не только из любви к распутству, Твоих к сердцу, которое исповедуется Тебе и живет но и из тщеславия. Не порок ли заслуживает пори по вере Твоей? Кто не превозносил тогда похвала- цания? А я, боясь порицания, становился пороч ми моего земного отца за то, что он тратился на нее, и если не было проступка, в котором мог бы я сына сверх своих средств, предоставляя ему даже сравниваться с другими негодяями, то я сочинял, возможность далеко уехать ради учения. Очень что мною сделано то, чего я в действительности не многие, гораздо более состоятельные горожане, не делал, лишь бы меня не презирали за мою невин делали для детей своих ничего подобного. И в то ность и не ставили бы ни в грош за мое целомуд же время этот отец не обращал никакого внима- рие.

ния, каким расту я перед Тобою и пребываю ли в целомудрии, - лишь бы только в красноречии был 8. Вот с какими товарищами разгуливал я по пло я прославлен, вернее, оставлен попечением Твоим, щадям "Вавилона" и валялся в его грязи, словно в Господи, единственный, настоящий и добрый хозя- кинамоне и драгоценных благоуханиях. И чтобы я ин нивы Твоей, моего сердца. крепче завяз в самой трясине его, втаптывал меня туда невидимый враг, не прекращая соблазнов 6. В шестнадцатилетнем возрасте своем, прервав по своих. А меня легко было соблазнить. И та, которая домашним обстоятельствам школьные занятия, уже "бежала из середины Вавилона" и медленно жил я вместе с родителями на досуге, ничего не де- шла по окраинам его, моя мать по плоти, уговари лая, и колючая чаща моих похотей разрослась вавшая меня соблюдать чистоту, не позаботилась, выше головы моей;

не было руки выкорчевать ее. однако, обуздать супружеской привязанностью то, Наоборот, когда отец мой увидел в бане, что я му- о чем услышала от мужа, если уж нельзя было вы жаю, что я уже в одежде юношеской тревоги, он резать это до живого мяса. А губительность этого в радостно сообщил об этом матери, словно уже те дни и опасность в дальнейшем она понимала.

мечтал о будущих внуках, радуясь опьянению, в ко- Она не позаботилась о моей женитьбе из боязни, тором этот мир забывает Тебя, Создателя своего, и как бы брачные колодки не помешали осуще вместо Тебя любит творение Твое, упиваясь неви- ствиться надеждам, - не тем надеждам на будущую димым вином извращенной, клонящейся вниз жизнь, возлагаемым на Тебя матерью, - но наде воли. В сердце матери моей, однако. Ты основал ждам на успехи в науках, изучить которые я дол Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ жен был по горячему "желанию и отца, и матери: заставляет и раба жадно стремиться к свободе. Не отец хотел этого потому, что о Тебе у него почти не льзя, однако, в погоне за всем этим отходить от было мыслей, а обо мне были пустые;

мать же счи- Тебя, Господи, и удаляться от закона Твоего.

тала, что эти занятия в будущем не только не при- Жизнь, которой мы живем здесь, имеет свое очаро несут мне вреда, но до некоторой степени и помо- вание: в ней есть некое свое благолепие, соответ гут найти Тебя. Так я догадываюсь, раздумывая по ствующее всей земной красоте. Сладостна людскай мере сил над характером моих родителей. Мне дружба, связывающая милыми узами многих в даже предоставили в моих забавах большую свобо- одно. Ради всего этого человек и позволяет себе ду, чем это требовалось разумной строгостью, и я грешить и в неумеренной склонности к таким, низ без удержу предался различным страстям, кото- шим, благам покидает Лучшее и Наивысшее, Тебя, рые мглою своею закрывали от меня, Господи, сия- Господи Боже наш, правду Твою и закон Твой. В ние истины Твоей, и возросла, словно на тучной этих низших радостях есть своя услада, но не такая, земле, неправда моя. как в Боге моем. Который создал всё, ибо в Нем на слаждается праведник, и Сам Он наслаждение для IV праведных сердцем.

9. Воровство, конечно, наказывается по закону Тво- 11. Итак, когда спрашивают, по какой причине со ему, Господи, и по закону, написанному в челове- вершено преступление, то обычно она представ ческом сердце, который сама неправда уничто- ляется вероятной только в том случае, если можно жить не может. Найдется ли вор, который спокой- обнаружить или стремление достичь какое-либо но терпел бы вора? И богач не терпит человека, из тех благ, которые мы назвали низшими, или же принужденного к воровству нищетой. Я же захотел страх перед их потерей. Они прекрасны и почетны, совершить воровство, и я совершил его, толкаемый хотя по сравнению с высшими, счастливящими че не бедностью или голодом, а от отвращения к ловека, презренны и низменны. Он убил человека.

справедливости и от объядения грехом. Я украл то, Почему? Он влюбился в его жену или ему понра что у меня имелось в изобилии и притом было Го- вилось его имение;

он хотел его ограбить, чтобы на раздо лучше: я хотел насладиться не тем, что стре- это жить;

он боялся, что тот нанесет ему крупные мился уворовать, а самим воровством и грехом. По потери;

он был обижен и горел желанием ото соседству с нашим виноградником стояла груша, мстить. Разве совершил бы человек убийство без отягощенная плодами, ничуть не соблазнительны- причины, из наслаждения самим убийством? Кто ми ни по виду, ни по вкусу. Негодные мальчишки, этому поверит? Даже для того жестокого безумца, мы отправились отрясти ее и забрать свою добычу о котором сказано, что он был зол и жесток просто в глухую полночь;

по губительному обычаю наши так себе, без всяких оснований, приведена причи уличные забавы затягивались до этого времени. на: "Рука и душа не должны становиться вялыми от Мы унесли оттуда огромную ношу не для еды себе бездействия" В чем дело? Почему? Чтобы, совер (если даже кое-что и съели);

и мы готовы были вы- шая преступление за преступлением, получить по бросить ее хоть свиньям, лишь бы совершить по- взятии города почести, власть, богатство;

чтобы не ступок, который тем был приятен, что был запре- бояться законов и не жить в затруднительных об тен. Вот сердце мое. Господи, вот сердце мое, над стоятельствах, нуждаясь и сознавая свои преступ которым Ты сжалился, когда оно было на дне ления. Сам Катилина, следовательно, не любил бездны. Пусть скажет Тебе сейчас сердце мое, за- преступлений своих и, во всяком случае, совершал чем оно искало быть злым безо всякой цели. При- их ради чего-то.

чиной моей испорченности была ведь только моя испорченность. Она была гадка, и я любил ее;

я 12. Что же было мне, несчастному, мило в тебе, во любил погибель;

я любил падение свое;

не то, что ровство мое, ночное преступление мое, совершен побуждало меня к падению;

самое падение свое ное в шестнадцатилетнем возрасте? То не было любил я, гнусная душа, скатившаяся из крепости прекрасно, будучи воровством;

представляешь ли Твоей в погибель, ищущая желанного не путем по- ты вообще нечто, о чем стоило бы говорить с То рока, но ищущая самый порок. бой? Прекрасны были те плоды, которые мы укра ли, потому что они были Твоим созданием, пре 10. Есть своя прелесть в красивых предметах, в зо- краснейший из всех. Творец всего, благий Господи, лоте, серебре и прочем;

только взаимная приязнь Ты, высшее благо и истинное благо мое;

прекрасны делает приятным телесное прикосновение;

каждо- были те плоды, но не их желала жалкая душа моя.

му чувству говорят воспринимаемые им особенно- У меня в изобилии были лучшие: я сорвал их толь сти предметов. В земных почестях, в праве распо- ко затем, чтобы украсть. Сорванное я бросил, отве ряжаться и стоять во главе есть своя красота;

она дав одной неправды, которой радостно насладился.

Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ Если какой из этих плодов я и положил себе в рот, всего мира, и поэтому уйти от Тебя вообще некуда.

то приправой к нему было преступление. Господи Итак, что же было мне мило в том воровстве? И в Боже мой, я спрашиваю теперь, что доставляло чем искаженно и извращенно уподоблялся я мне удовольствие в этом воровстве? В нем нет ни- Господу моему? Или мне было приятно хотя бы какой привлекательности, не говоря уже о той, ка- обмануть закон, раз уж я не мог сокрушить его в кая есть в справедливости и благоразумии, какая открытую, и я, как пленник, создавал себе.куцее есть в человеческом разуме, в памяти, чувствах и подобие свободы, безнаказанно занимаясь тем, что полной сил жизни;

нет красоты звезд, украшаю- было запрещено, теша себя тенью и подобием все щих места свои;

красоты земли и моря, полных со- могущества? Вот раб, убегающий от господина сво зданиями, сменяющими друг друга в рождении и его и настигший тень. О тлен, о ужас жизни, о глу смерти;

в нем нет даже той ущербной и мнимой бина смерти! Может ли быть любезно то, что привлекательности, которая есть в обольщающем запретно, и только потому, что оно запретно?

пороке.

VII.

13. И гордость ведь прикидывается высотой души, хотя Ты один возвышаешься над всеми, Господи. 15. "Что воздам Господу" из того, что собрала па Разве честолюбие не ищет почестей и славы? Но мять моя и перед чем не устрашилась бы душа Тебя одного надлежит почитать больше всех и сла- моя? Возлюблю Тебя, Господи, возблагодарю, ис вить вовеки. И жестокая власть хочет внушить поведую Имя Твое, ибо отпустил Ты мне столько страх, - но кого следует бояться, кроме одного злого и преступного! По милости Твоей и по мило Бога? Что можно вырвать или спрятать от Его вла- сердию Твоему растопил Ты грехи мои, как лед. По сти? Когда, где, каким образом, с чьей помощью? милости Твоей Ты не допустил меня совершить не И нежность влюбленного ищет ответной любви, - которых злодеяний, - а чего бы я не наделал, я, бес но нет ничего нежнее Твоего милосердия, и нет корыстно любивший преступление? И я свидетель любви спасительнее, чем любовь к правде Твоей, ствую, что всё отпущено мне: и то зло, которое со которая прекраснее и светлее всего в мире. И лю- вершил я по своей воле, и то, которого не совер бознательность, по-видимому, усердно ищет зна- шил, руководимый Тобою. Кто из людей, разду ния, - но Ты один обладаешь полнотой его. Даже мывая над своей немощью, осмелится приписать невежество и глупость прикрываются именами свое целомудрие и невинность собственным силам простоты и невинности, - но ведь ничего нельзя и станет меньше любить Тебя? - будто ему не нуж найти проще Тебя. Что невиннее Тебя? - ведь злым но Твоего милосердия, по которому отпускаешь на горе обращаются собственные дела их. Лень Ты грехи обратившимся к Тебе? И пусть человек, представляется желанием покоя, - но только у которого Ты призвал и который, последовав за го Господа верный покой. Роскошь хочет называться лосом Твоим, избежал того, о чем он прочтет в удовлетворенностью и достатком. Ты - полнота и моих воспоминаниях и в моих признаниях, не сме неиссякающее изобилие сладости, не знающей ется надо мною: меня ведь, больного, вылечил Тот ущерба. Расточительность принимает вид щедро- Врач, Который не дал ему захворать или, вернее, не сти, - но ведь все блага в избытке раздаешь Ты. Ску- дал захворать так сильно. Пусть за это он возлюбит пость хочет владеть многим;

Ты владеешь всем. За- Тебя в такой же мере, нет, даже больше. Ибо он висть ведет тяжбу за превосходство, - что превосхо- увидит. Кто избавил меня от таких недугов греха, и дит Тебя? Гнев ищет мести, - кто отомстит спра- увидит, что это Тот же, благодаря Которому он не ведливее Тебя? Страх, боясь необычной и внезап- запутался в таких же недугах греха.

ной беды, заранее старается обеспечить безопас ность тому, что любит. Что для Тебя необычно? VIII.

Что внезапно? Кто сможет отнять от Тебя то, что Ты любишь? И где, кроме Тебя, полная безопас- 16. Что извлек я, несчастный, из того, вспоминая о ность? Люди убиваются в печали, потеряв то, чем чем, я сейчас краснею, особенно из того воровства, наслаждалась их жадность, которая не хочет ниче- в котором мне было мило само воровство и ничто го терять, - но только от Тебя нельзя ничего отнять. другое? Да и само по себе оно было ничто, а я от этого самого был еще более жалок. И однако, на 14. Так блудит душа, отвратившаяся от Тебя и вне сколько я помню мое тогдашнее состояние духа, я Тебя ищущая то, что найдет чистым и беспримес- один не совершил бы его;

один я никак не совер ным только вернувшись к Тебе. Все, кто удаляются шил бы его. Следовательно, я любил здесь еще со от Тебя и поднимаются против Тебя, уподобляют- общество тех, с кем воровал. Я любил, следователь ся Тебе в искаженном виде. Но даже таким уподоб- но, кроме воровства еще нечто, но и это нечто было лением они свидетельствуют о том, что Ты Творец ничем. Что же на самом деле? Кто научит меня, Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ кроме Того, Кто просвещает сердце мое и рассеи вает тени его? Зачем приходит мне в голову спра- I.

шивать, обсуждать и раздумывать? Ведь если бы мне нравились те плоды, которые я украл, и мне 1. Я прибыл в Карфаген;

кругом меня котлом кипе хотелось бы ими наесться, если бы мне достаточно ла позорная любовь. Я еще не.любил и любил лю было совершить это беззаконие ради собственного бить и в тайной нужде своей ненавидел себя за то, наслаждения, то я мог бы действовать один. Нечего что еще не так нуждаюсь. Я искал, что бы мне по было разжигать зуд собственного желания, расче- любить, любя любовь: я ненавидел спокойствие и сывая его о соучастников. Наслаждение, однако, дорогу без ловушек. Внутри у меня был голод по было для меня не в тех плодах;

оно было в самом внутренней пище, по Тебе Самом, Боже мой, но не преступлении и создавалось сообществом вместе этим голодом я томился, у меня не было желания грешивших. нетленной пищи не потому, что я был сыт ею: чем больше я голодал, тем больше ею брезгал. Поэто IX. му не было здоровья в душе моей: вся в язвах, бро силась она во внешнее, жадно стремясь почесаться, 17. Что это было за состояние души? Конечно, оно жалкая, о существа чувственные. Но если бы в них было очень гнусно, и горе мне было, что я пережи- не было души, их, конечно, нельзя было бы полю вал его. Что же это, однако, было? "Кто понимает бить. Любить и быть любимым мне сладостнее, преступления?" Мы смеялись, словно от щекотки если я мог овладеть возлюбленной. Я мутил источ по сердцу, потому что обманывали тех, кто и не ник дружбы грязью похоти;

я туманил ее блеск ад подумал бы, что мы можем воровать, и горячо это- ским дыханием желания. Гадкий и бесчестный, в му бы воспротивился. Почему же я наслаждался безмерной суетности своей я жадно хотел быть тем, что действовал не один? Потому ли, что на- изысканным и светским. Я ринулся в любовь, я жа едине человек не легко смеется? Не легко, это вер- ждал ей отдаться. Боже мой милостивый, какой но, и однако, иногда смех овладевает людьми в желчью поливал Ты мне, в благости Твоей, эту сла полном одиночестве, когда никого другого нет, дость. Я был любим, я тайком пробирался в тюрь если им представится или вспомнится что-нибудь му наслаждения, весело надевал на себя путы горе очень смешное. А я один не сделал бы этого, никак стей, чтобы секли меня своими раскаленными же не сделал бы один. Вот, Господи, перед Тобой лезными розгами ревность, подозрения, страхи, живо припоминаю я состояние свое. Один бы я не гнев и ссоры.

совершил этого воровства, в котором мне нрави лось не украденное, а само воровство;

одному воро- II.

вать мне бы не понравилось, я бы не стал воровать.

О, вражеская дружба, неуловимый разврат ума, 2. Меня увлекали театральные Зрелища, они были жажда вредить на смех и в забаву! Стремление к полны изображениями моих несчастий и служили чужому убытку без погони за собственной выго- разжигой моему огню. Почему человек хочет печа дой, без всякой жажды отомстить, а просто пото- литься при виде горестных и трагических событий, му, что говорят: "пойдем, сделаем", и стыдно не испытать которые он сам отнюдь не желает? И тем быть бесстыдным. не менее он, как зритель, хочет испытывать печаль, и сама эта печаль для него наслаждение. Удиви Х. тельное безумие! Человек тем больше волнуется в театре, чем меньше он сам застрахован от подоб 18: Кто разберется в этих запутанных извивах? Они ных переживаний, но когда он мучится сам за себя, гадки: я не хочу останавливаться на них, не хочу их это называется обычно страданием;


когда мучится видеть. Я хочу Тебя, Справедливость и Невинность, вместе с другими - состраданием. Но как можно со прекрасная честным Светом Своим, насыщающая страдать вымыслам на сцене? Слушателя ведь не без пресыщения. У Тебя великий покой и жизнь зовут на помощь;

его приглашают только печа безмятежная. Кто входит в Тебя, входит в "радость литься, и он тем благосклоннее к автору этих вы господина своего" и не убоится, и будет жить счаст- мыслов, чем больше печалится. И если старинные ливо в полноте блага. Я в юности отпал от Тебя, или вымышленные бедствия представлены так, что Господи, я скитался вдали от твердыни Твоей и сам зритель не испытывает печали, то он уходит, зевая стал для себя областью нищеты. и бранясь;

если же его заставили печалиться, то он сидит, поглощенный зрелищем, и радуется.

3. Слезы, следовательно, и печали любезны? Каж Книга третья дый человек, конечно, хочет радоваться. Страдать Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ никому не хочется, но хочется быть сострадатель ным, а так как нельзя сострадать, не печалясь, то не 5. И надо мною, окружая меня, витало далекое и это ли и есть единственная причина, почему пе- верное милосердие Твое. Гноем какой неправды не чаль любезна? Сострадание вытекает из источника был я покрыт! Кощунственным было любопытство дружбы. Но куда он идет? Куда течет? Зачем впа- мое: покинул я Тебя и дошел до бездны неверно дает он в поток кипящей смолы, в свирепый водо- сти, до обманчивого угождения демонам, в жертву ворот черных страстей, где сам, по собственному которым приносил злые дела свои. И за каждое из выбору, меняется, утрачивает свою небесную яс- них бичевал Ты меня! Я осмелился даже во время ность, забывает о ней. Итак, прочь сострадание? совершения службы Твоей в церковных стенах го Ни в коем случае! да будут печали иногда лю- реть желанием и улаживать дело, верным доходом, безны. Берегись, однако, скверны, душа моя, ты, на- с которого была смерть: за это поразил Ты меня тя ходящаяся под покровом Бога отцов наших, досто- жел наказанием, но оно было ничем сравнительно хвального и превозносимого во все века;

берегись с виною моей. О ты, великий в милосердии своем, скверны. И теперь я доступен состраданию, но то- Господь мой, прибежище мое от грозных опасно гда, в театре, я радовался вместе с влюбленными, стей, среди которых бродил я, в гордой самоуве когда они наслаждались в позоре, хотя всё это ренности далеко уходя от Тебя;

я любил пути свои, было только вымыслом и театральной игрой. а не Твои, любил свободу, свободу беглого раба.

Когда же они теряли друг друга, я огорчался вме сте с ними, как бы сострадая им, и в обоих случаях 6. Тянули меня к себе и те занятия, которые счита наслаждался, однако. Теперь я больше жалею че- лись почтенными: я мечтал о форуме с его тяжба ловека, радующегося на позор себе, чем того, кто ми, где бы я блистал, а меня осыпали бы похвала вообразил, что жестоко страдает, лишившись губи- ми тем больше, чем искуснее я лгал. Такова слепо тельного наслаждения и утратив жалкое счастье. та человеческая: слепотою своею люди хвалятся. Я Это, конечно, настоящее сострадание, но при нем был первым в риторской школе: был полон горде печаль не доставляет удовольствия. Хотя человека, ливой радости и дут спесью. Вел я себя, правда, го опечаленного чужим несчастьем, одобряют за эту раздо спокойнее. Господи, Ты знаешь это, и вооб службу любви, но, по-настоящему милосердный, ще не принимал никакого участия в "опрокидыва он предпочел бы не иметь причины для своей пе- ниях", которыми занимались "совратители" (это чали. Если существует зложелательная благожела- зловещее дьявольское имя служило как бы призна тельность - что невозможно, - тогда и человек, ис- ком утонченности). Я жил среди них, постыдно полненный искреннего и настоящего сострадания, стыдясь, что сам не был таким, я бывал с ними, мог бы пожелать, чтобы были страдальцы, кото- иногда мне было приятно с ними дружить, но по рым бы он сострадал. Бывает, следовательно, ступки их всегда были мне отвратительны. Это скорбь, заслуживающая одобрения;

нет ни одной было дерзкое преследование честных новичков, ко заслуживающей любви. Господи Боже, любящий торых они сбивали с прямого пути, так себе, заба души, Твое сострадание неизмеримо чище нашего вы ради, в насыщение своей злобной радости. Нет и неизменнее именно потому, что никакая печаль деяния, больше уподобляющегося деяниям дья не может уязвить Тебя. "А кто способен к этому"? вольским. Нельзя было назвать их вернее, чем "совратителями". Сначала они были сами, конечно, 4. Но я тогда, несчастный, любил печалиться и ис- совращены и развращены, соблазняемые втайне и кал поводов для печали: игра актера, изображав- осмеянные лживыми духами в самой любви своей шего на подмостках чужое, вымышленное горе, к осмеянию и лжи.

больше мне нравилась и сильнее меня захватывала, если вызывала слезы. Что же удивительного, если IV.

я, несчастная овца, отбившаяся от Твоего стада, не терпевшая охраны Твоей, опаршивел мерзкой пар- 7. Живя в такой среде, я в тогдашнем моем неу шой? Потому-то и была мила мне печаль, - не та, стойчивом возрасте изучал книги по красноречию, которая проникает до глубины души: мне ведь не желая в целях предосудительных и легкомыслен нравилось терпеть то, на что я любил смотреть - ных, на радость человеческому тщеславию стать рассказ о вымышленных страданиях как бы скреб выдающимся оратором. Следуя установление по мою кожу, и как от расчесывания ногтями, начина- рядку обучения, я дошел до книжки какого-то Ци лось воспаление и отвратительная гнойная опу- церона, языку которого удивляются все, а сердцу холь. Такова была жизнь моя, Господи: жизнью ли не так. Книга эта увещевает обратиться к филосо была она? фии и называется "Гортензий". Эта вот книга изме нила состояние мое, изменила молитвы мои и III. обратила их к Тебе, Господи, сделала другими про Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ шения и желания мои. Мне вдруг опротивели все рилась с его простотой;

мое остроумие не прони пустые надежды;

бессмертной мудрости желал я в кало в его сердцевину. Оно обладает как раз свой своем невероятном сердечном смятении и начал ством раскрываться по мере того, как растет ребе вставать, чтобы вернуться к Тебе. Не для того, что- нок-читатель, но я презирал ребяческое состояние, бы отточить свой язык (за это, по-видимому, пла- и надутый спесью, казался себе взрослым.

тил я материнскими деньгами в своем девятнадца тилетнем возрасте;

отец мой умер за два года до VI.

этого), не для того, чтобы отточить язык взялся я за эту книгу: она учила меня не тому, как говорить, а 10. Так и попал я в среду людей, горделиво бредя тому, что говорить. щих, слишком преданных плоти и болтливых.

Речи их были сетями дьявольскими, птичьим кле 8. Как горел я. Господи, как горел я улететь к Тебе ем, состряпанным из смеси слогов, составляющих от всего земного. Я не понимал, что Ты делаешь со имена: Твое, Господа Иисуса Христа и Параклета, мною. "У Тебя ведь мудрость". Любовь к мудрости Утешителя нашего, Духа Святого. Эти имена не по-гречески называется философией;

эту любовь сходили у них с языка, оставаясь только словесным зажгло во мне это сочинение. Есть люди, которые звоном и шумом: истина не жила у них в сердце.

вводят в заблуждение философией, которые "при- Они твердили: "истина, истина" и много твердили крашивают и прихорашивают свои ошибки этим мне о ней, но ее нигде у них не было. Они ложно великим, ласковыми честным именем;

почти все учили не только о Тебе, который есть воистину Ис такие философы, современные автору и жившие тина, но и об элементах мира, созданного Тобой;

а до него, отмечены в этой книге и изобличены. Тут мне следовало бы забросить даже тех философов, явно спасительное предупреждение, сделанное Ду- которые говорят об этом правильно, из любви к хом Твоим через Твоего верного и благочестивого Тебе, Отец мой, высшее благо, краса всего прекрас раба: "Смотрите, чтобы кто не увлек вас философи- ного. О Истина, Истина! из самой глубины души ей и пустыми обольщениями по преданию челове- своей, уже тогда я вздыхал по Тебе, и они постоян ческому, по стихиям "мира, а не по Христу;

ибо в но звонили мне о Тебе, на разные лады, и словах, Нем обитает вся полнота Божества телесно". В то остававшихся только словами, и в грудах толстых время, Ты знаешь это, Свет моего сердца, мне не книг! Это были блюда, в которых мне, алчущему были еще известны эти слова апостола, и тем не Тебя, подносили вместо Тебя солнце и луну, пре менее я наслаждался этой книгой потому, что она красные создания Твои, но только создания Твои, увещевала меня любить не ту или другую фило- не Тебя Самого, и даже не первые создания Твои, софскую школу, а самое мудрость, какова бы она первенство принадлежит духовным созданиям ни была;

поощряла любить ее, искать, добиваться, Твоим., а не этим телесным, хотя они и светлы и овладеть ею и крепко прильнуть к ней. Эта речь за- находятся на небе. Я алкал и жаждал, однако, и не жгла меня, я весь горел, и мой пыл ослабляло толь- их, первенствующих, а Тебя Самого, Истина, в ко ко одно: там не было имени Христа, а это имя по торой "нет изменения, и ни тени перемены". Пере милосердию Твоему, Господи, это имя Спасителя до мною продолжали ставить эти блюда со свер моего. Твоего Сына, впитал я с молоком матери: кающими призраками;

лучше было, конечно, лю оно глубоко запало в мое детское сердце, и все бить это солнце, существующее в действительно произведения, где этого имени не было, пусть ху- сти для нашего глаза, чем эти выдумки для души, дожественные, отделанные и полные истины, не за- обманутой глазами. И, однако, я ел эту пищу, ду хватывали меня целиком. мал, что Ты здесь: без удовольствия, правда, пото му что я не чувствовал у себя на языке подлинного V. вкуса Твоего: Тебя не было в этих пустых измышле ниях, и я от них не насыщался, а больше истощал 9. Итак, я решил внимательно заняться Священ- ся. Еда во сне совершенно напоминает еду, кото ным Писанием и посмотреть, что это такое. И вот я рую ешь, бодрствуя, но она не питает спящих, по вижу нечто для гордецов непонятное, для детей тому что они спят. Эти вымыслы ничем не напоми темное;


здание, окутанное тайной, с низким вхо- нали Тебя, такого, какой сейчас говорил мне: это дом;

оно становится тем выше, чем дальше ты про- были призраки, те мнимые тела, подлиннее кото двигаешься. Я не был в состоянии ни войти в него, рых эти настоящие тела, которые мы видим на ни наклонить голову, чтобы продвигаться дальше. шим плотским зрением как на небе, так и на земле;

Эти слова мои не соответствуют тому чувству, кото- их видят животные и птицы, и с ними вместе и мы рое я испытал, взявшись за Писание: оно показа- их видим. Они подлиннее, чем образы их, состав лось мне недостойным даже сравнения с досто- ленные нами. И опять-таки эти образы подлиннее инством цицеронова стиля. Моя кичливость не ми- предположений, которые мы, исходя из них, начи Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ наем строить о других телах, больших и бесконеч- приходил от таких вопросов в замешательство и, ных, но вообще не существующих. Я питался тогда уходя от истины, воображал, что иду прямо к ней.

этими бреднями и не мог напитаться. А Ты, лю- Я не знал еще тогда, что зло есть не что иное, как бовь моя, в Котором немощь моя становится си- умаление добра, доходящего до полного своего ис лой, Ты - не эти тела, которые мы видим, хотя они чезновения. Что мог я тут увидеть, если глаза мои и на небе, и не те, которых мы там не видим, ибо не видели ничего дальше тела, а душа дальше при Ты создал те и другие и не считаешь их среди выс- зраков? Я не знал тогда, что Бог есть Дух, у Которо ших Твоих созданий. Насколько же Ты далек от тех го нет членов, простирающихся в длину и в шири моих призраков, от тех призрачных тел, которых ну, и нет величины: всякая величина в части своей вообще не существует. Подлиннее их созданные меньше себя, целой, а если она бесконечна, то в не нами образы существующих тел, а подлиннее этих которой части своей, ограниченной определенным образов сами тела, и однако они - не Ты, и Ты даже пространством, она меньше бесконечности и не яв не душа, оживляющая тела, которая лучше и ляется всюду целой, как Дух, как Бог. А что в нас подлиннее тел. Ты жизнь душ, жизнь жизни, сама есть, что делает нас подобными Богу, и почему в себя животворящая и неизменная, жизнь души Писании про нас верно сказано: "по образу Бо моей. жию", это было мне совершенно неизвестно.

11. Где же был Ты тогда для меня и далеко ли? Я 13. И я не знал настоящей внутренней правды, ко скитался вдали от Тебя, и меня отогнали даже от торая судит не по обычаю, а по справедливейшему стручков, которыми я кормил свиней. Насколько закону всемогущего Бога, определившему для басни грамматиков и поэтов лучше, чем эти запад- отдельных стран и времен нравы и обычаи, соот ни. Поэма в стихах о летящей Медее принесет, ко- ветствующие этим временам и странам, хотя сама нечно, больше пользы, чем рассказ о пяти элемен- она всегда во всяком месте и во всякое время одна и тах, по-разному раскрашенных в виду пяти "пещер та же. По ней праведны и Авраам, и Исаак, и Иа мрака", которые вообще не существуют, но кото- ков, и Моисей, и Давид, и все те, кого восхвалили рые губят уверовавшего. Стихи и поэмы я отношу уста Господни. Неправедны они по суду людей не к настоящей пище. Если я декламировал стихи о понимающих, судящих от сегодняшнего дня и ме летящей Медее, то я никого не уверяла истинности ряющих нравственность всего человечества мери самого события;

если я слушал такие стихи, я им лом собственной нравственности. Так, человек, не не верил, а тому я поверил. Горе, горе, по каким знакомый с тем, куда какие доспехи надевать, захо ступеням свели меня в бездну адову, потому что, тел бы прикрыть голову поножами и обуться в томясь по истине и не находя без нее покоя, я ис- шлем, а потом стал бы роптать на их непригод кал Тебя, Боже мой (Тебе исповедываюсь, сжалив- ность;

другой возмутился бы тем, что в послеполу шемуся надо мной еще тогда, когда я и не думал денные часы, объявленные праздником, ему не раз исповедываться), я искал Тебя, руководствуясь не решается выставлять товар на продажу, когда разумом, которым Ты захотел отличить меня от утром это было разрешено;

третий, увидя, что в зверей, а руководствуясь телесными чувствами. Ты одном доме какой-то раб возится с предметами, же был во мне глубже глубин моих и выше вершин дотронуться до которых не дозволено виночерпию, моих. Я натолкнулся на ту дерзкую и безрассудную а за хлевом делается то, что запрещено перед сто женщину из Соломоновой загадки, которая сидела лом, пришел бы в негодование, почему всем и по в дверях на кресле и говорила: "спокойно ешьте всюду не дозволено одно и то же, хотя тут и одно утаенный хлеб и пейте краденую вкусную воду". жилье и одна рабская семья. Таковы и те люди, ко Она соблазнила меня, видя, что я живу во вне, за- торые возмущаются, услышав, что в тот век правед вися от своего плотского зрения, и пережевываю никам разрешалось то, что в этом праведному не пищу, которую она давала мне глотать. разрешено. Одним Бог заповедал одно, другим другое, в соответствии с условиями времени, но и VII. те и другие служили одной и той же правде: так, доспехи подходят тому же самому человеку, одни 12. Я не знал другого - того, что есть воистину, и для одной части тела, другие для другой;

в течение меня словно толкало считать остроумием поддаки- того ж самого дня одним и тем же делом сейчас ванье глупым обманщикам, когда они спрашивали можно заниматься а через час уже нельзя;

в той же меня, откуда зло, ограничен ли Бог телесной фор- самой усадьбе в одном углу разрешено н приказа мой и есть ли у Него волосы и ногти, можно ли но делать то, что в другом справедливо запрещено считать праведными тех, которые имели одновре- и подлежит наказанию. Значит, правда бывает раз менно йо нескольку жен, убивали людей и прино- ной и меняется? Нет, но время, которым она сили в жертву животных. В своем невежестве я управляет, протекает разно: это ведь время. Люди, Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ при своей кратковременной земной жизни, не в со- торых ни до него никто, ни сам он раньше не отда стоянии согласовать условий жизни прежних веков вал, и повиновение ему не является действием про и других народов, условий им неизвестных, с тем, тив государства и общества - наоборот, именно не что им известно;

когда дело касается одного чело- повиновение будет поступком противообществен века, одного дня или дома, то тут они легко могут ным (ибо во всех людских обществах условлено по усмотреть, что подходит для какой части тела, для виноваться своему царю), то тем более надлежит, какого часа, для какого отделения или лица: там не ведая сомнения, подчиняться приказаниям они оскорблены, тут согласны. Бога, царствующего над всем творением Своим.

Бог стоит над всем;

ведь и в человеческом обществе 14. Правды этого я тогда не понимал и не обращал большая власть поставляется над меньшей, и эта на нее внимания;

она со всех сторон бросалась мне последняя ей повинуется.

в глаза, а я ее и не видел. Я декламировал стихи, и мне не дозволялось ставить любую стопу где угод- 16. Также с преступлениями, - когда жаждут нане но: в разных размерах это было по-разному и в лю- сти вред, обидев человека или причинив ему не бом стихе для каждой стопы было свое место. Мет- справедливость: враг желает отомстить врагу;

раз рика, учившая меня стихосложению, содержала бойник грабит путешественника, чтобы поживить все эти правила одновременно и не была в одном ся на чужой счет;

страшного человека убивают, бо случае одной, а в другом другой. А я не постигал, ясь от него беды;

бедняк богача из зависти;

человек что добрые н святые патриархи служили правде, преуспевающий соперника из страха, что тот срав включавшей в степени гораздо большей и более няется с ним, или от огорчения, что он уже ему ра возвышенной одновременно все заповеди;

ничуть вен;

из одного наслаждения чужой бедой, - приме не меняясь, она только заповедует разным време- ром служат зрители на гладиаторских играх, на нам не все свои заповеди сразу, а каждому то, что смешники и издеватели. Всё это побеги греха, ко ему соответствует. И я, слепой, осуждал благоче- торые пышно разрастаются от страсти первенство стивых патриархов, которые, по велению и внуше- вать, видеть и наслаждаться, овладевает ли челове нию Божий, пользовались законами своего време- ком одна из них, две или все три разом. И жизнь ни и возвещали, по откровению Божию, будущее. проходит во зле, в пренебрежении "десятиструн ной псалтирью". Десятисловием Твоим в его трех и VIII. семи заповедях, Боже вышний и сладостнейший.

Но что значат проступки для Тебя, Который не мо 15. Разве когда-нибудь или где-нибудь было не- жет стать хуже? Какие преступления можно совер справедливо "любить Бога всем сердцем и всей ду- шить против Тебя, Которому нельзя повредить?

шой и всем разумением, и любить ближнего, как Ты наказываешь людей за то, что они совершают самого себя?". И противоестественные грехи, по отношению к себе самим: даже греша перед То например, содомский, всегда и везде вызывали от- бою, они являются святотатцами перед душой сво вращение и считались заслуживающими наказа- ей, портя и извращая природу свою, которую Ты ния. Если бы все народы предавались ему, то под- создал благообразною. Неумеренно пользуясь доз пали бы осуждению по божественному закону за воленным или горя противоестественным желани это преступление, потому что Бог создал людей не ем недозволенного;

уличенные в том, что для такого общения друг с другом. Тут нарушается неистовствуют против Тебя в мыслях и в словах, общение, которое должно быть у нас с Богом, по- они "идут против рожна", порвав с человеческим тому что природа, которой Он создатель, осквер- обществом, они дерзко радуются своим замкнутым няется извращенной похотью.

Нарушений люд- кружкам и разрыву с людьми, завися от своих при ской нравственности, проступков, следует избегать, вязанностей и своей неприязни. И всё это происхо считаясь с различными требованиями этой нрав- дит, когда покидают Тебя, Источник жизни еди ственности. Прихоть гражданина или чужестранца ный истинный Творец и Правитель единого цело не смеет нарушать общественного договора, укреп- го, и в личной гордости прилепляются к одной ча ленного законом или обычаем государства или на- сти, к мнимому единству Смиренное благочестие рода: всякая часть, которая не согласуется с целым, вот дорога, которой возвращаются к Тебе, и ты безобразна. Если же Бог приказывает что-нибудь очищаешь нас от злых навыков;

снисходить к гре делать вопреки чьим бы то ни было нравам или хам исповедывающихся, слышишь вопли окован установлениям, то это должно быть сделано, хотя ных и разрешаешь нас от цепей, которые мы сами бы там никогда так не делали. Если эту заповедь надели на себя, - но только если мы не воздвигаем забыли, она должна быть возобновлена;

если она против Тебя рог лживой свободы, жадно стремясь не установлена, ее следует установить. Если царю в получить больше, с риском упустить всё;

любя своем царстве дозволено отдавать приказания, ко- больше наше собственное, чем Тебя, общее Благо.

Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ жалуй, за каждый кусок стоило бы наказывать IX. смертной казнью.

17. Среди проступков, преступлений и столь XI.

многочисленных беззаконий имеются и грехи пре успевающих в добром. Справедливые судьи и по- 19. И Ты простер руку Твою с высоты и "извлек рицают их во имя закона о таком преуспеянии, но душу мою" из этого глубокого мрака, когда мать и хвалят как траву молодых всходов в надежде на моя, верная твоя служанка, оплакивала меня перед хороший урожай. Есть некоторые действия, напо- Тобою больше, чем оплакивают матери умерших минающие проступок или преступление, и тем не детей. Она видела мою смерть в силу своей веры и менее это не грехи, потому что они не оскорбляют того духа, которым обладала от Тебя, - и Ты услы ни Тебя, Господи Боже наш, ни общества: человек, шал ее. Господи. Ты услышал ее и не презрел слез, например, добыл для себя некоторые предметы, потоками орошавших землю в каждом месте, где соответствующие и его образу жизни и времени, она молилась;

Ты услышал ее. Откуда, в самом но может быть из страсти к приобретению? желая деле, был тот сон, которым Ты утешил ее настоль кого-то исправить, наказывают его, пользуясь сво- ко, что она согласилась жить со мною в одном доме ей законной властью, но может быть из страсти и сидеть за одним столом? В этом ведь было мне причинить вред? Есть много поступков, на которые отказано из отвращения и ненависти к моему ко люди смотрят неодобрительно и которые одобре- щунственному заблуждению. Ей приснилось, что ны свидетельством Твоим;

много таких, которые она стоит на какой-то деревянной доске и к ней люди хвалят и которые осуждены по свидетельству подходит сияющий юноша, весело ей улыбаясь;

Твоему. Разными бывают и видимость поступка, и она же в печали и сокрушена печалью. Он спраши чувства совершившего, и тайное сцепление обстоя- вает ее о причинах ее горести и ежедневных слез, тельств. Когда же Ты вдруг даешь заповедь, непри- причем с таким видом, будто хочет не разузнать об вычную и неожиданную, повелевающую делать этом, а наставить ее. Она отвечает, что скорбит над даже то, что некогда Тобой запрещалось, и времен- моей гибелью;

он же велел ей успокоиться и посо но держишь в тайне причину Твоего повеления, ветовал внимательно посмотреть: она увидит, что я хотя оно противоречит установлениям данного буду там же, где и она. Она посмотрела и увидела, людского общества, - кто усомнится, что его долж- что я стою рядом с нею на той же самой доске.

но выполнить, ибо только то человеческое обще- Откуда этот сон? Разве Ты не преклонил слуха Сво ство, которое служит Тебе, праведно? Блаженны те, его к сердцу ее? О Ты, благий и всемогущий. Кото которые знают, что эти повеления отданы Тобой. рый заботишься о каждом из нас так, словно он яв Ибо всё делается Твоими служителями, дабы пока- ляется единственным предметом Твоей заботы, и зать, что нужно в данный час и что в предвозвестие обо всех так, как о каждом!

будущего.

20. Почему, когда она рассказала мне это видение, X. и я попытался притянуть свое объяснение: скорее ей нечего отчаиваться в том, что она будет там же, 18. Не зная этого, я смеялся над этими святыми где был я, она ответила сразу же безо всякого коле слугами и пророками Твоими. К чему привел этот бания: "Нет, мне ведь не было сказано: "Где он, там смех? Только к тому, что Ты насмеялся надо мной: и ты", а "Где ты, там и он"? Исповедуюсь Тебе, постепенно и потихоньку меня довели до абсурд- Господи: насколько я могу припомнить, - а я часто ной веры, например, в то, что винная ягода, когда вспоминал и рассказывал об этом сне - этот ответ ее срывают, и дерево, с которого она сорвана, пла- Твой через мою неусыпно заботливую мать;

то, что чут слезами, похожими на молоко. Если какой-то она не смутилась моим лживым, но столь вероят "святой" съест эту винную ягоду, сорванную, конеч- ным объяснением и сразу увидела то, что надо но, не им самим, а чужой преступной рукой, и она было увидеть, и чего я, разумеется, не видел до ее смешается с его внутренностями, то он выдохнет из слов, - всё это потрясло меня даже больше, чем са нее за молитвой, вздыхая и рыгая, ангелов, или мый сон, в котором благочестивой женщине задол вернее частички Божества: эти частички истинного го вперед предсказана была будущая радость в уте и вышнего Божества так и остались бы заключен- шение нынешней скорби Прошло еще десять лет, в ными в винной ягоде, если бы "святые избранники" течение которых я валялся в этой грязной бездне и не освободили их зубами и кишками. И я, жалкий, во мраке лжи;

часто пытался я встать и разбивался верил, что надо быть жалостливее к земным пло- еще сильнее, а между тем, эта чистая вдова, благо дам, чем к людям, для которых они растут. И если честивая и скромная, такая, каких Ты любишь, обо бы голодный - не манихей - попросил есть, то, по- дренная надеждой, но неумолчная в своем плаче и Блаженный Августин, ИСПОВЕДЬ стенаниях, продолжала в часы всех своих молитв в борьбе ради венков из травы, там увлекался бес горевать обо мне перед Тобой, Господи, "и при- смысленными зрелищами и безудержным разгу шли пред лицо Твое молитвы ее", хотя Ты и допу- лом;

тут, стремясь очиститься от этой грязи, под стил еще, чтобы меня кружило и закружило в этой носил Так называемым святым и избранным пищу, мгле. из которой они в собственном брюхе мастерили ангелов и богов для нашего освобождения. И я был XII. ревностным последователем всего этого и соответ ственно действовал с друзьями своими, совместно 21. Ты дал тем временем и другой ответ, который я со мною и через меня обманутыми.

держу в памяти. Многое я пропускаю, потому что тороплюсь перейти к тому, что настоятельно тре- Пусть смеются надо мной гордецы, которых Ты бует исповеди перед Тобой, а многого я и не по- еще не поверг ниц и не поразил ради спасения их.

мню. Другой ответ свой дал Ты через Твоего свя- Боже мой: я всё равно исповедую позор мой во щеннослужителя, одного епископа, вскормленного славу Твою. Позволь мне, молю Тебя, дай покру Церковью и начитанного в книгах Твоих. Когда жить сейчас памятью по всем кружным дорогам мать моя упрашивала его удостоить меня своей бе- заблуждения моего, исхоженный мною, и "прине седы, опровергнуть мои заблуждения, отучить от сти Тебе жертву хвалы" Что я без Тебя, как не во зла и научить добру (он поступал так с людьми, ко- жак себе в пропасть? Что я такое, когда мне хоро торых находил достойными), то он отказался, что шо, как не младенец, сосущий молоко Твое и пита было, насколько я сообразил впоследствии, конеч- ющийся "Тобой - пищей, пребывающей вовек"? И но, разумно. Он ответил, что я заупрямлюсь, пото- что такое человек, любой человек, раз он человек?

му что ересь для меня внове, я горжусь ею и уже Пусть же смеются над нами сильные и могуще смутил многих неопытных людей некоторыми пу- ственные;

мы же, нищие и убогие, да исповедуемся стячными вопросами, как она сама ему рассказала. перед Тобой.

"Оставь его там и только молись за него Богу: он сам, читая, откроет, какое это заблуждение и какое II.

великое нечестие". И он тут же рассказал, что его мать соблазнили манихеи, и она еще мальчиком 2. В эти годы я преподавал риторику и, побежден отдала его им;

что он не только прочел все их кни- ный жадностью, продавал победоносную болтли ги, но даже их переписывал, и что-ему открылось, вость. Я предпочитал, Ты знаешь это, Господи, безо всяких обсуждений и уговоров, как надо бе- иметь хороших учеников, в том значении слова, в жать от этой секты;

он и бежал. Когда он рассказал котором к ним прилагается "хороший", и бесхит об этом, мать моя все-таки не успокоилась и про- ростно учил их хитростям не затем, чтобы они гу должала еще больше настаивать, моля и обливаясь били невинного, но чтобы порой вызволяли винов слезами, чтобы он увиделся со мной и поговорил. ного. Боже, Ты видел издали, что я едва держался Тогда он с некоторым раздражением и досадой на ногах на этой скользкой дороге, и в клубах дыма сказал: "Ступай, как верно, что ты живешь, так вер- чуть мерцала честность моя, с которой, во время но и то, что сын таких слез не погибнет". В разгово- учительства своего, обучал я любящих суету и рах со мной она часто вспоминала, что приняла ищущих обмана, я, сам их союзник и товарищ.

эти спора так, как будто они прозвучали ей с неба.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.