авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |
-- [ Страница 1 ] --

Российская Академия наук

Кольский научный центр

Институт экономических проблем

Селин В.С., Цукерман В.А., Виноградов А.Н.

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ

И ИННОВАЦИОННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

ОБЕСПЕЧЕНИЯ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ

МЕСТОРОЖДЕНИЙ УГЛЕВОДОРОДНОГО СЫРЬЯ

АРКТИЧЕСКОГО ШЕЛЬФА

Апатиты

2008

1

Russian Academy of Sciences Kola Science Centre Institute for Economic Studies Selin V.S., Tsukerman V.A., Vinogradov A.N.

ECONOMIC CONDITIONS AND INNOVATION POSSIBILITIES OF ENSURING COMPETITIVENESS OF HYDROCARBON RESOURCE FIELDS ON THE ARCTIC SHELF Apatity Печатается по постановлению Президиума Кольского научного центра Российской академии наук УДК 338.2 (985) ISBN Селин В.С., Цукерман В.А., Виноградов А.Н. Экономические условия и инновационные возможности обеспечения конкурентоспособности месторождений углеводородного сырья арктического шельфа. – Апатиты: изд.

Кольского научного центра РАН, 2008. – 267 с.

В монографии рассматриваются проблемы и перспективы освоения новой стратегической нефтегазовой провинции страны – шельфа российской Арктики. Как ожидается, уже через 20-25 лет эта провинция может стать крупнейшим источником энергетического сырья не только в национальном, но и в мировом масштабе, если для ее рационального освоения будут эффективно использованы все возможности государственного регулирования в сфере недропользования в условиях рыночной экономики и глобализации хозяйственных связей природоэксплуатирующих корпораций.

Анализируются методические основы инновационного развития, проблемы модернизации и технологического обновления в освоении минерально-сырьевых ресурсов, зарубежный опыт инновационного развития нефтегазового сектора. С учетом климатических особенностей и возможных изменений ледовой обстановки показаны тенденции в освоении российского арктического шельфа, перспективы и риски разработки морских месторождений в Арктике. Предпринята попытка кратко рассмотреть конкурентные позиции отечественных производителей, обеспечивающих динамику национальных добывающих компаний на шельфе. Книга может представлять интерес для специалистов в сфере инновационной экономики в приложении к такому специфическому региону, как Арктика, а также использоваться в качестве учебного пособия для студентов по специальностям экономики природопользования и инновационного менеджмента.

Рецензенты: доктор экономических наук Жаров В.С.

доктор экономических наук Истомин А.В.

Издание осуществлено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) Проект 08-06- В.С.Селин, В.А.Цукерман, А.Н.Виноградов, Институт экономических проблем КНЦ РАН, Кольский научный центр Российской академии наук, Printed by the resolution of the resolution of the Presidium of the Kola Science Centre of the Russian Academy of Sciences UDC 338.2 (985) ISBN Selin V.S., Tsukerman V.A., Vinogradov A.N. Economic conditions and innovation possibilities of ensuring competitiveness of hydrocarbon resource fields on the Arctic shelf – Apatity: publishing house of the Kola Science Centre of the RAS, 2008 – 267 p.

The monograph discusses challenges and prospects of development of the new strategic oil and gas province of the country – shelf of the Russian Arctic. As it is expected, already in 20-25 years the province can become the largest source of energy raw materials not only in the national, but also in world-wide scale, if all possibilities of state regulation of mineral resources exploitation will be used for its rational development under the conditions of market economy and globalization of economic links among nature-exploiting corporations.

Methodical bases of innovation development, problems of modernization and technical renovation in exploitation of mineral resources, as well as foreign experience of innovation development of the oil and gas sector are analyzed. Tendencies in development of the Russian Arctic shelf, prospects and risks of development sea fields in the Arctic are shown taking into consideration climatic specificity and possible changes in ice situation. An attempt is undertaken to consider competitive positions of domestic producers, ensuring dynamics of the national mining companies on the shelf.

The book may be of interest for specialists in innovation economy applicably to such a specific region as the Arctic. Also it can be used as a textbook fro students on the specialties of economics of nature management and innovation management.

Reviewers: Dr. of Sci. (Econ.) V.S. Zharov Dr. of Sci. (Econ.) A.V. Istomin Publication of the book is financially supported by the Russian Foundation for Basic Research (RFBR) Project 08-06- V.S. Selin, V.A. Tsukerman, A.N. Vinogradov, Institute for Economic Studies, KSC, RAS, Kola Science Centre of the Russian Academy of Sciences, ВВЕДЕНИЕ Предлагаемое монографическое исследование делает попытку комплексного рассмотрения организационно-экономических проблем, возникающих при освоении месторождений арктического шельфа. Авторы твердо убеждены, что повышенные капитальные и эксплуатационные затраты, огромные риски обуславливают необходимость самого активного участия в этом процессе государства, его постоянного заинтересованного диалога с добывающими и инфраструктурными компаниями. Побуждающим фактором к решительным действиям со стороны государства служит также геополитическая ситуация, складывающаяся в Арктике.

Правовая природа суверенных прав на недра континентального шельфа и исключительной экономической зоны обусловлена содержанием их правового режима. Эти районы не находятся под суверенитетом государства и не входят в состав его территории. Однако прибрежное государство обладает суверенными правами в отношении природных ресурсов таких районов. Характер и объем этих прав определяются нормами международного права, например, Конвенцией ООН по морскому праву 1982 года. В пределах этих прав государство может издавать законодательные и иные нормативные правовые акты, регулирующие порядок деятельности в данных районах. Что касается иных вопросов, то на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне действуют нормы международного морского права.

Одной из важнейших задач государственного регулирования является создание и поддержка конкурентной среды в тех секторах экономики, где в силу особых причин естественного или исторического характера такая среда не может самостоятельно сформироваться и развиваться, вследствие чего не могут возникнуть и конкурентоспособные хозяйственные единицы. Одним из таких секторов является основная часть сферы недропользования, поскольку для нее в силу неравномерности пространственного распределения или ограниченности запасов полезных ископаемых характерна тенденция к появлению «естественных» монополий.

Однако при разработке месторождений из-за тех же особых условий может создаться и обратная ситуация, когда вследствие дефицитности сырья для его добычи необходима государственная поддержка. Например, если по условию экономической эффективности освоение какого-то месторождения в действующей системе регулирования (включая налогообложение) невыгодно, но необходимость в сырье данного вида обуславливается факторами геополитики, энергетической безопасности, технического прорыва и т.п., то госрегулирование путем создания особых преференций обеспечивает инвестиционную привлекательность для «нерентабельных» в нормальных условиях проектов.

Одним из широко известных способов госрегулировния видов являются, например, соглашения о разделе продукции (СРП) при освоении месторождений с высокой степенью экономических рисков.

Поддержание и расширение энергетической базы в любой стране является весьма дорогостоящим делом, требующим привлечения значительных средств не только для организации крупномасштабных поисковых работ, добычи и переработки энергетического сырья (урана, угля, нефти и газа), но и адекватных вложений в строительство электростанций и систем их связи с внешним миром – нефтегазопроводов, грузовых терминалов и линий электропередач. Все это должно сопровождаться адекватным развитием огромной обслуживающей инфраструктуры, обеспечивающей недропользователей и ТЭК достаточным количеством металлопроката, труб, цемента, машин, оборудования, средств транспорта и пр. Очевидно, что при рассмотрении перспектив освоения ресурсов энергетического сырья на арктическом шельфе нельзя упускать из виду весь комплекс взаимосвязанных секторов экономики страны.

Средства массовой информации настойчиво и энергично вбивают в общественное сознание неподкрепляемые реальными расчетами представления о том, что динамика российского нефтегазового сектора и интегрированных с ним отраслей уже в ближайшее десятилетие в значительной мере будет зависеть от роста добычи на шельфовых месторождениях. Однако при этом совершенно игнорируется тот факт, что затраты на разведку и освоение сырья на суше составляют в России в среднем 5 долл. за баррель, а на морских объектах – как минимум в 3 раза выше. С учетом этого фактора и наличия огромного резерва материковых залежей (одна лишь Западная Сибирь может дать еще 15 млрд.

тонн нефти !), стратегия ускоренного роста разведочных и добычных работ на шельфе, особенно на арктическом, вызывает определенный скепсис.

С другой стороны, можно выделить ряд альтернативных факторов, обуславливающих повышенный корпоративный и государственный интерес к этому направлению.

Во-первых, освоение морских объектов сырья – это высокотехнологичный процесс, определяющий инновационное развитие целых отраслей и регионов, формирование новых кластеров конкурентоспособности. Следовательно, несмотря на «сырьевую» направленность, освоение шельфа полностью соответствует стратегической линии перевода экономики России на инновационный путь эволюции. И для сохранения конкурентоспособности в морской экономике выход на шельф нельзя откладывать на долгие годы, поскольку в технологических аспектах обустройства глубоководных морских промыслов наше отставание от более чем 20 стран, эксплуатирующих в настоящее время морские месторождения углеводородов, уже исчисляется не годами, а десятилетиями.

Во-вторых, в последнее время значительно активизировались различные общественные и политические организации, которые неуклонно и последовательно пытаются обосновать целесообразность и правомерность передачи шельфовых ресурсов под международный контроль в тех случаях, когда суверенные права соответствующих государств на их освоение практически не используются. Не вызывает сомнения, что "крен" делается именно в сторону России, которой принадлежит 20% площади мирового шельфа, при этом 85% классифицируется как категория Д, то есть не только не разрабатываемые, но и практически не разведенные.

В современных условиях минерально-сырьевой сектор экономики (прежде всего, нефтегазовая промышленность) перестал быть «простым» в технологическом отношении. Добыча сырьевых ресурсов осуществляется с использованием постоянно усложняющихся технологий, в создание которых вкладываются многие миллиарды долларов и над которыми работают лучшие интеллектуальные силы многих стран мира. Поэтому можно с полной уверенностью утверждать, что с каждым годом нефть, газ и другие сырьевые продукты становятся во все большей степени продуктами наукоемкими. При этом арктические проекты могут стать рычагом инновационного прорыва для национальных компаний, поскольку надежными системами крупномасштабной добычи и транспортировки углеводородов в условиях Арктики пока не обладает ни одна страна.

При переходе к рыночным отношениям сложившаяся в советское время централизованная государственная система НИОКР в России была разрушена, ей на смену пришел интернациональный рынок инновационных ресурсов.

Однако для становления полноценного рынка инноваций требуется длительное время. Инновационный сегмент в современной рыночной экономике является одним из наиболее сложных и слабоструктурированных сегментов. В нем задействовано множество разнообразных и разнотипных инструментов:

коммерческие и некоммерческие исследовательские организации, инженерно конструкторские и внедренческие фирмы, крупные корпорации и небольшие компании (например, в производстве оборудования и материалов), финансовые институты, государственные структуры и др.

На сегодняшний день изменение характера и направленности неформального вмешательства государства в деятельность нефтегазового бизнеса в России является весьма и весьма актуальной задачей. Прежде всего, необходимо наладить постоянный конструктивный диалог между властями и бизнесом для обсуждения проблем развития нефтегазового сектора и поиска взаимоприемлемых решений, которые могли бы составить основу будущих законов и других регулирующих актов. Поддержка или посредничество государства способствовали бы выработке единой позиции всех субъектов нефтегазового бизнеса по ключевым вопросам развития отрасли, а также по повышению уровня прозрачности деятельности компаний. Необходима активизация контактов между аналитическими структурами исполнительной власти и нефтегазовых компаний в целях более тесной координации российской внешнеполитической активности с деятельностью отечественных компаний на мировом рынке.

Предпринятая попытка комплексно рассмотреть все рассмотренные выше проблемы в их взаимосвязи и зависимости определяет в целом актуальность исследования. Авторы выражают признательность за участие в подготовке ряда материалов и их изложении в отдельных разделах монографии д.э.н. Истомину А.В. (11.2), к.э.н. Николаевой А.Б. (8.2), к.э.н. Селину И.В. (2.1, 8.1), н.с.

Терещенко Е.Б. (4.1, 4.2).

Глава 1. ГОСУДАРСТВЕННОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ В СФЕРЕ НЕДРОПОЛЬЗОВАНИЯ 1.1. Роль государства в недропользовании Государственное регулирование экономики предполагает участие (вмешательство) государства в хозяйственные процессы. При этом к числу основных форм участия в экономике относятся:

- прямое участие, которое предполагает непосредственный вклад государства в те или иные производственные, финансовые или экономические активы;

- косвенное участие, выраженное в формулировании на государственном уровне норм и правил, структурирующих экономическую деятельность, а также принуждающих к исполнению этих норм и правил.

Соотношение между прямым и косвенным участием государства в хозяйственной жизни в значительной мере определяется системой социально экономических и политических приоритетов, сложившихся в конкретной национальной системе на определенный момент времени. Нефтегазовый сектор российской экономики вступил в эпоху рыночных реформ, располагая внутренней структурой, унаследованной от эпохи централизованного планового хозяйствования. Среди характерных особенностей этой технологической системы, можно назвать, по меньшей мере, четыре, затруднявших адаптацию сектора к рынку более всего:

- слабая разветвленность сети продуктопроводов;

- отсутствие эффективного инструментария для учета качественных различий добываемых углеводородов;

- резкая неравномерность пространственного распределения единичных мощностей по переработке и хранению углеводородов – всего лишь нефтеперегонных и 6 маслозаводов на всю Россию, что автоматически порождало аномально большое транспортное «плечо»– свыше 1000 км – при доставке нефтепродуктов конечным потребителям;

- отсутствие инфраструктуры, обеспечивающей эффективный контроль со стороны государства (собственника недр) за добычей сырья на месторождениях, эксплуатируемых частными недропользователями.

Модернизация производственно-технологическая структура нефтегазового сектора России с целью оптимального «встраивания» ее в новую рыночную хозяйственную среду была невозможна без энергичного вмешательства государства, особенно в части обеспечения всем недропользователям равных условий доступа к системе магистральных нефтепроводов, к мощностям НПЗ, к объектам технологической инфраструктуры на региональном уровне. Степень государственного регулирования ослабевает по мере создания предпосылок для решения проблем взаимодействия хозяйствующих субъектов в рамках нефтегазового сектора на «стандартной» контрактной основе – без ущемления интересов участвующих сторон. Следует, однако, подчеркнуть, что в условиях глобализации мировых экономических связей появляются новые факторы, требующие постоянного и активного участия государства в экономической жизни. В числе таких факторов могут быть названы позицирование национальной экономики в мировой системе, необходимость поддержания социальной стабильности в обществе в условиях роста гражданского самоопределения, разрешение конфликтных ситуаций в тех «нишах» рыночной системы, где действие «чисто рыночных» механизмов оказывается неэффективным.

Минерально-сырьевая база (МСБ) является одной из главных «опор»

экономики России. Ресурсы недр относятся к числу невозобновляемых видов природных ресурсов, общий начальный объем которых определяется лишь геологическим строением и площадью территории, контролируемой государством. Та часть ресурсов недр, которая включается в МСБ, поддается регулированию и возобновлению как по объему, так и по качеству. Роль государства в отношении к недрам двояка: оно обязано обеспечить выявление и оценку реально содержащихся в них ресурсов, сформировать на этой основе пригодную к практической эксплуатации МСБ и организовать ее рациональное (т.е., отвечающего национальным интересам в краткосрочной, и в долговременной исторической перспективе) освоение. Рамочные условия и правовую основу для реализации функций государства в сфере хозяйственного управления недрами определяются соответствующим законодательством.

В период рыночных реформ в России был практически полностью обновлен весь свод законов о природных ресурсах. Основу законодательства о недрах (горного законодательства) составляют Закон Российской Федерации "О недрах", принятый 21 февраля 1992 г. и Федеральный закон от 30 декабря 1995 г. "О соглашениях о разделе продукции". Поскольку в России значительная часть минерально-сырьевых ресурсов локализована в недрах континентального шельфа, то важнейшей составляющей горного законодательства следует считать также Федеральные Законы "О континентальном шельфе Российской Федерации" от 30 ноября 1995 г. и "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации" от 17 декабря 1998 г.

Последовательность в становлении модели государственного устройства сферы недропользования обеспечивается институциональными условиями.

Например, в 90-е годы в ситуации нехватки финансовых средств были сформированы «мягкие» институциональные условия, которые позволяли недропользователям рассчитывать на получение высокой и устойчивой прибыли [1]. В развитых индустриальных странах преобладают более жесткие, но стабильные долговременные институциональные режимы, для которых характерно:

- доминирование критериев социально-экономической эффективности при определении направлений вовлечения в хозяйственный оборот ресурсов углеводородного сырья (при этом государство, будучи собственником недр, далеко не всегда ориентируется на чисто коммерческие критерии эффективности);

- наличие развернутого свода норм и правил, регламентирующих технические и геологические аспекты освоения и использования ресурсов;

- существование разветвленной системы процедур, обеспечивающих участие в разрешении конфликтных ситуаций не только представителей органов власти и недропользователей, но и общественных движений и организаций;

- регулирование отношений между государством и недропользователем на основе норм гражданского права;

- стабильность условий предоставления прав на пользование недрами.

В регулировании природопользования (включая и природные минерально сырьевые ресурсы) принимают участие все ветви власти: представительная (законодательная), исполнительная, судебная. Каждая из них выполняет свои функции и имеет подразделения, специально уполномоченные для деятельности в этой сфере.

К компетенции законодательной власти относится определение основных направлений государственной политики, утверждение федеральных и региональных программ природопользования, порядок организации и управления в этой сфере, правила пользования природными ресурсами, обеспечение экологического регулирования и экологической безопасности и т.п.

В составе Государственной Думы имеется Комитет по природным ресурсам и Комитет по экологии, а также Высший экологический комитет.

Органы исполнительной власти обеспечивают реализацию государственной политики недропользования путем разработки и осуществления соответствующих программ, утверждение порядка регулирования (в том числе лицензирования, платности и т.п.) использования недр, определение нормативов (включая предельно допустимые) воздействия на окружающую среду и др. В структуре органов исполнительной власти насчитывается более пятнадцати ведомств, так или иначе причастных к рассматриваемой сфере, но основным из них является Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

Взаимодействие государства и недропользователей (добывающих компаний) проявляется в разнообразных формах: лицензии, концессии, соглашения о разделе продукции (СРП), договора риска, сервисные соглашения.

С учетом мировой практики, наиболее распространенными являются лицензии как форма реализации административного права, а также концессии и соглашения о разделе продукции как формы реализации гражданского права.

При режиме лицензий и концессий государство получает доходы в денежном виде через налоги, в режиме СРП доходы поступают в форме продукции.

Последнее представляет определенные преимущества в случае, если валюта государства не является свободно конвертируемой, поэтому развивающиеся страны и страны с переходной экономикой предпочитают СРП. Поскольку преимущественной сферой применения СРП являются разведка и освоение месторождений углеводородного сырья, ниже их действие будет рассматриваться на примере именно этих объектов.

Государство распределяет лицензии на конкурсной и аукционной основе.

Положительными сторонами аукционной системы являются немедленное поступление средств в госбюджет и поощрение роста экономической эффективности компаний недропользователей. Недостатки - задержки ввода в разработку менее привлекательных объектов, а также сравнительно меньший последующий государственный контроль.

В качестве положительных сторон конкурсной системы следует считать обеспечение прямого контроля государства над использованием недр и поощрение конкуренции на этапах после определения недропользователей. Ее недостатки - распределение экономической ренты в пользу нефтяных компаний, отсутствие стимулов к повышению экономической эффективности компаний недропользователей, влияние бюрократических предпочтений. Условия конкурса определяют критерии, на основании которых выдаются лицензии. По итогам конкурса с победившей компанией заключается лицензионное соглашение, регулирующее права и обязанности лицензиата и государства.

Компания, владеющая лицензией, в ходе своей хозяйственной деятельности уплачивает все налоговые сборы в соответствии с действующим налоговым законодательством. Кроме того, нефтегазовая компания обычно облагается специализированным налогом на прибыль, сбором за лицензию, платами за использование территории, за добычу, экологическими сборами и т.п. Право собственности на разрабатываемые месторождения принадлежит государству, за лицензиатом остается право собственности на добываемые углеводороды.

Главное отличие договорного подхода от административного предоставления прав (лицензий) на недропользование состоит в том, что между компанией подрядчиком и государством заключается договор, и их взаимоотношения переходят в гражданско-правовую плоскость. Если лицензию государство может отозвать в одностороннем порядке, то договор этого сделать не позволяет, хотя, как правило, в подобных документах присутствует оговорка о расторжении государством договора в одностороннем порядке в «исключительных случаях».

Однако эта «исключительность» должна быть обоснована. Государство также не вправе изменять и другие условия договора, к которым, в первую очередь, относится положение о налоговой нагрузке на весь срок действия. При лицензионной системе налоги могут изменяться в значительной степени вслед за изменениями налогового законодательства.

К основным формам договорного подхода относятся договор концессии, соглашение о разделе продукции и сервисное соглашение. Договор концессии предоставляет инвестору исключительное право заниматься добычей углеводородов на платной основе. Концессию можно рассматривать в качестве долгосрочной аренды участков недр. Добываемые ископаемые становятся собственностью инвестора. Как правило, концессионные соглашения касаются больших территорий, имеют длительный (иногда до 60-75 лет) срок действия. У концессионеров обычно отсутствует обязанность по возврату участков, на которых не обнаружены полезные ископаемые, до истечения срока действия концессии. Государство напрямую не связано с управлением деятельностью компании.

Главное отличие СРП от договора концессии состоит в том, что только часть добытого сырья становится собственностью компании-инвестора.

Остальная - направляется государству в счет оплаты за пользование природными ресурсами. Весь риск поисково-разведочных работ несет компания, поскольку ее затраты окупятся лишь в случае обнаружения коммерчески рентабельных запасов. Участки, где они не найдены, возвращаются государству.

Как правило, инвестор освобождается от уплаты большинства налогов на весь срок действия СРП: предполагается, что они входят в долю извлеченных углеводородов, причитающуюся государству. Обычно государство участвует в управлении деятельностью по СРП через создание государственной компанией совместного предприятия.

Основная черта сервисного соглашения – добытые углеводороды не являются собственностью компании-инвестора. Государство также может контролировать уровень добычи и формировать стратегию предприятия.

Компания-инвестор проводит за свой счет поисково-разведочные работы, затем организует добычу природных ресурсов. Государство компенсирует его расходы, выплачивает премию с барреля добытой нефти, предоставляет вознаграждение за открытие новых запасов. Кроме того, инвестору выплачивается фиксированная норма прибыли. Зачастую у него есть право покупки у государства определенного процента добываемых углеводородов по ценам ниже рыночных. Таким образом, инвестор выступает в качестве поставщика услуг.

В зависимости от модели взаимоотношений с компаниями, государство использует соответствующий набор фискальных инструментов.

Характеристиками и особенностями применения этих инструментов в значительной степени определяется инвестиционная привлекательность и государственная выгода проектов. Фискальные инструменты, как правило, включают следующие налоги и платежи: бонусы, плату за использование территории (ренталс), плату за добычу (роялти), налоги на прибыль и налоги на дивиденды, иногда — дополнительный налог на нефтяные доходы или эквивалентные платежи, другие налоги, связанные с нефтяными операциями (такие, как налоги на предоставляемые услуги и т.д.).

Хотя с правовых позиций концессии и СРП существенно различаются, с налоговой точки зрения они имеют весьма незначительные отличия, определяемые конкретными условиями соглашений. В особенности это относится к тем вариантам, когда используются гибридные системы. Уже в течение многих лет принято включать в СРП платежи роялти, хотя такая практика не соответствует самой его концепции (нефтяная компания выступает подрядчиком). Далее, во многих случаях подрядчик платит налоги. Налоговая структура в концессиях и лицензиях может включать роялти, налог на прибыль и специальный нефтяной налог. В СРП налоговые элементы могут включать роялти, долю прибыльной нефти и налог на прибыль. Эти три основных элемента обычно достаточны для налоговых целей государства. Увеличение числа налоговых элементов приводит к ненужной усложненности и не дает дополнительных выгод. Если выбирается СРП, то добавление специальных нефтяных налогов неоправданно.

В наиболее распространенных моделях взаимоотношений государства и бизнеса (концессии с неизменной ставкой роялти и налога на прибыль или СРП с фиксированной долей раздела продукции) уровень рентабельности нефтяной компании сильно варьируется в зависимости от характеристик месторождения (его местоположения, размеров, производительности скважин) и цен на нефть [2].

1.2. Формы и методы государственного регулирования Существующие формы взаимодействия государства и недропользователей предопределены государственным регулированием, обеспечивающим взаимовыгодность отношений и соблюдение интересов обеих сторон. В основе государственного регулирования недропользования лежит право собственности, то есть возможность владеть, пользоваться и распоряжаться минерально сырьевыми ресурсами, а в результате – присваивать соответствующую часть доходов (прибыли) от их использования. Право собственности на недра и другие природные ресурсы определяет рамки возможного поведения обладателя такого права и наделяет собственника правом предъявлять требования к лицу, которое препятствует или нарушает его правомочия. Право собственности на недра и другие ресурсы природы предполагает возможность собственника использовать принадлежащие ему недра по своему усмотрению в пределах, установленных законом.

Специфика отношений собственности на недра отражена в законодательстве о природных ресурсах, в том числе в горном законодательстве.

Вопрос о праве собственности на недра урегулирован следующим образом.

Статья 1.2 Федерального Закона "О недрах" определяет, что недра в границах территории Российской Федерации, включая подземное пространство и содержащиеся в недрах полезные ископаемые, энергетические и другие ресурсы, являются государственной собственностью. Вопросы владения, пользования и распоряжения недрами находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. Участки недр не могут быть предметом купли-продажи, дарения, наследования, вклада, залога или отчуждения в иной форме. Право же пользования недрами может отчуждаться или переходить от одного лица к другому в той мере, в какой их оборот допускается законодательством [3].

Законодательство предусматривает также и иные, кроме права собственности, права на недра. Вопрос о правах на ресурсы континентального шельфа регулируется ст.5 Федерального закона "О континентальном шельфе Российской Федерации". Россия осуществляет суверенные права в целях разведки континентального шельфа и разработки его минеральных ресурсов.

Эти права являются исключительными в том смысле, что если Россия сама не производит поисково-разведочные работы на своих участках континентального шельфа или не эксплуатирует выявленные на них месторождения полезных ископаемых, то никто не может этого делать без ее согласия. Кроме того, Россия осуществляет исключительное право разрешать и регулировать буровые работы на принадлежащих ей участках шельфа.

Федеральный Закон "Об исключительной экономической зоне" предусматривает (ст.5), что неживые ресурсы этой зоны находятся в ведении Российской Федерации, т.е. государство, осуществляя свои суверенные права, регулирует деятельность по разведке, разработке и охране таких ресурсов.

Государство имеет исключительное право разрешать и регулировать буровые работы на морском дне и в его недрах для любых целей.

Правовая природа суверенных прав на недра континентального шельфа и исключительной экономической зоны обусловлена спецификой их правового режима. Эти районы не находятся под суверенитетом государства и не входят в состав его территории. Однако прибрежное государство обладает суверенными правами в отношении природных ресурсов таких районов. Характер и объем этих прав определяются нормами международного права, в частности Конвенцией ООН по морскому праву 1982 г. В пределах этих прав государство может издавать законодательные и иные нормативные правовые акты, регулирующие порядок деятельности в данных районах. Что касается иных вопросов, то на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне действуют нормы международного морского права.

Главной экономической задачей государственного регулирования в сфере недропользования является создание и поддержание эффективной производственной структуры, которая должна обеспечить оптимизацию издержек во всех звеньях сырьевого комплекса. Как показывает опыт освоения МСБ в странах мира, входящих в первую десятку по масштабам развития горно промышленного сектора экономики, определяющую роль в развитие сырьевых провинций играют два фактора: инвестиционный (прямое увеличение вложений в организацию добычи полезных ископаемых) и институциональный (устанавливаемые государством нормы и правила, направленные на расширение области применения инновационно-ориентированных стратегий функционирования и развития различных хозяйственных единиц).

Среди форм и методов государственного регулирования наблюдается большое разнообразие, при этом они обычно разделяются на общие и специфические [4]. К общим формам относятся экологическая и налоговая политика (включая регулирование экспортно-импортных тарифов и предоставление бонусов за активную инновационную стратегию). К специфическим формам регулирования применительно к нефтегазовой отрасли можно отнести лицензирование (предоставление прав на разведку и/или разработку месторождений);

регулирование отдельных, прежде всего, «естественно» монопольных видов деятельности (например, транспортировки углеводородов по магистральным трубопроводам);

использование особых соглашений по отдельным объектам, в законодательном порядке обеспечивающих недропользователю льготные условия недропользования.

Важное место среди форм регулирования добывающего сектора экономики занимает лицензионная система предоставления прав на пользование недрами для целей разведки и разработки месторождений полезных ископаемых. Регулирующая роль лицензионной системы состоит в том, что при ее помощи можно эффективно решать ряд задач [4]:

- привлечение в добывающий сектор компаний с необходимым производственным опытом;

- поддержание необходимого уровня конкурентной среды в различных сегментах сектора;

- передача и распространение передовых технологий и методов менеджмента;

- обеспечение заданного уровня экологической безопасности при разведке и разработке сырья;

- получение необходимых поступлений в государственный бюджет;

- поддержание определенного уровня занятости в смежных отраслях экономики (на транспорте, в машиностроении, сфере обслуживания и т.д.).

Лицензионное соглашение не является договором, но является лишь формальным дополнением к лицензии и имеет жесткую административную природу. Предметом лицензионного соглашения является предоставление недр в пользование на основе специального государственного разрешения (лицензии) с установлением условий пользования недрами.

Альтернативной формой взаимоотношений государства и недропользователей служит концессионно-договорная система. Предметом концессионного соглашения в недропользовании является предоставление государством инвестору на возмездной срочной договорной основе исключительных прав на осуществление деятельности, предусмотренной в договоре, и в частности на поиск, разведку и разработку ископаемых ресурсов.

Предмет соглашения о разделе продукции - предоставление государством на возмездной основе исключительных прав на проведение работ по поискам, разведке и добыче минерального сырья на участке недр и проведение инвестором указанных работ за свой счет и на свой риск. Сторонами сравниваемых систем пользования недрами являются – государство или уполномоченный им орган, с одной стороны, и предприниматель (инвестор по концессионному соглашению и СРП), с другой.

Три вышеуказанных типа соглашений имеют различную правовую природу. Лицензионное соглашение имеет административно-правовую природу и регулируется административно-правовыми нормами. Концессионное соглашение и СРП имеют смешанную правовую природу, сочетая в себе публично-правовые и гражданско-правовые элементы, при этом в договорная составляющая наиболее полно проявлена именно в СРП. К важнейшим отличиям СРП от концессий в недропользовании относится характер отношений собственности.

Концессия предполагает передачу в собственность концессионера всей произведенной им продукции, а при заключении СРП принимается, что право собственности на ресурсы недр до момента их добычи инвестором принадлежит исключительно государству, а инвестор становится собственником части добытой продукции только с момента ее раздела.

СРП нельзя приравнять к рядовым гражданско-правовым договорам, поскольку оно обладает признаками предпринимательского договора и основывается на публично-правовых принципах. Именно поэтому соглашение не может быть урегулировано исключительно с помощью гражданско-правовых механизмов, исходящих из принципа равенства сторон, автономии воли, имущественной самостоятельности. Поскольку предметом СРП является специфичная деятельность в сфере природопользования, неизбежна публично правовая регламентация отношений в части предоставления в пользование участков недр, содержащих полезные ископаемые, а также установления налоговых правил.

Представляется правомерным рассматривать СРП в качестве специфического подтипа предпринимательских договоров, сочетающих частноправовые и публично-правовые элементы.

Процедура подготовки и заключения СРП начинается с выявления инвестора, с которым государство собирается подписать соглашение. В соответствии со ст. ФЗ «О СРП» ныне действует, так называемая, система «двух» аукционов. Первый из проводимых аукционов призван продемонстрировать отсутствие возможности геологического изучения, разведки и добычи полезных ископаемых на иных предусмотренных законодательством условиях пользования недрами, отличных от условий раздела продукции. Такой аукцион должен быть признан несостоявшимся ввиду отсутствия участников, что является основанием для включения участка недр в перечень объектов, подлежащих освоению на условиях СРП. После этого соглашение заключается в порядке, установленном статьей 6 ФЗ «О СРП» соглашение может быть заключено с победителем аукциона («второй аукцион»).

Статья 2 ФЗ «О СРП» устанавливает, что аукцион должен проводиться в соответствии с Законом РФ «О недрах». Статья 13.1 Закона «О недрах»

устанавливает общие правила принятия решения и проведения аукциона государственными органами. Отмечается [5], что применительно к СРП, предметом торгов является не заключение договора, а только получение права на его заключение. Такая особенность регулируется гражданским законодательством (ст.

448 ГК РФ).

Второй аукцион имеет смешанную правовую природу, включающую в себя элементы как административного (вынесение решения о проведении торгов и о победителе органом исполнительной власти), так и гражданско-правового регулирования (равные права участников, равные принципы и условия состязания и выявления победителя). Нормы, регулирующие порядок проведения торгов, содержатся как в Законе «О недрах», так и в ГК РФ.

В первоначальной версии закона «О недрах» 1992 г. в качестве базового был использован принцип «совместного ведения» федерации и регионов при решении вопросов рационального недропользования, однако правила и процедуры, обеспечивающие реализацию этого принципа, не были определены.

С началом проведения административной реформы в 2001 г. в закон РФ «О недрах» был внесен ряд концептуальных изменений, которые фактически отменили действие «совместного ведения» [1]:

- в 2001 г. вместо роялти и отчислений на воспроизводство минерально сырьевой базы был введен налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), при этом применительно к нефти и газу большая часть его стала направляться в федеральный бюджет;

- в 2004 г. были существенно расширены полномочия федерального органа управления государственным фондом недр, в результате чего принятие всех важнейших решений в данной сфере было передано на федеральный уровень.

1.3. Особенности формирования системы государственного регулирования в условиях переходной экономики В экономике России особенности формирования системы государственного регулирования не могут быть выделены без оценки общих проблем и направлений проведения рыночных реформ в экономике страны. [6].

В общих чертах процессы этих реформ можно обрисовать следующим образом:

- слом «старого» институционального каркаса;

- заполнение институционального вакуума различными моделями взаимодействия;

- выработки и утверждение новых «правил игры» и механизмов их соблюдения;

- «нормализация» институционального пространства, нахождение нового устойчивого баланса между формальными и неформальными регуляторами.

Федеральный закон о СРП предназначен для правового регулирования одной из важных форм осуществления инвестиционной деятельности как внутренними, так и зарубежными инвесторами [7]. Хотя соглашение о разделе продукции не упомянуто в определении "прямой иностранной инвестиции" в Федеральном законе "Об иностранных инвестициях в Российской Федерации" 1999 г., по своей юридической природе СРП считаются одной из разновидностей прямых инвестиций [8].

Российский законодатель избрал индонезийскую модель СРП, которая в настоящее время реализуется в большинстве нефтедобывающих стран. Кратко суть этой модели сводится к тому, что раздел продукции между сторонами происходит после вычета из нее налоговых платежей и всех затрат. В ст. Федерального закона "О соглашениях о разделе продукции" говорится:

"Производственная продукция подлежит разделу между государством и инвестором в соответствии с соглашением..." [9].

Федеральный закон не устанавливает четкого механизма раздела продукции, что, по-видимому, и нельзя сделать, так как условия добычи, затраты, себестоимость и прибыль по каждому месторождению неодинаковы.

Лишь в самом соглашении, оперируя конкретными данными, возможно определить параметры раздела.

В СРП может участвовать как российский, так и иностранный гражданин и юридическое лицо. Но практика, тем не менее, до сих пор идет, и видимо, и дальше будет идти по пути заключения соглашений о разделе продукции преимущественно с иностранными инвесторами, что позволяет рассматривать анализируемый Федеральный закон, прежде всего, как инструмент привлечения иностранных инвесторов в добычу полезных ископаемых [10].

Федеральный закон "О соглашениях о разделе продукции" подробно определяет содержание соглашений о разделе продукции: его стороны, процедуру заключения, условия исполнения работ по соглашению, порядок раздела продукции, государственные гарантии прав инвесторов, ответственность сторон, контроль за исполнением соглашения, порядок разрешения споров сторон и т.д. В нем предусмотрена стабильность условий соглашения.

Регулирующие функции СРП отражены в ст.7 Федерального закона "О соглашениях о разделе продукции", носящей название "Условия выполнения работ". Соглашение о разделе продукции (СРП) включает в себя программу работ, смету затрат инвестора на выполнение этих работ и даже "создание управляющего комитета", в ведении которого находится управление выполнением указанных работ. Организация выполнения работ включает ведение учета и отчетности, осуществляемое по поручению инвестора операторами соглашений, которыми могут быть юридические лица (российские или иностранные), либо инвестор сам может создать для этих целей филиал или юридическое лицо. При этом инвестор несет имущественную ответственность перед государством за действия оператора, как за свои собственные. Общий перечень работ выходит за рамки обычного контрактного обязательства и включает мероприятия по охране окружающей среды, по использованию рабочей силы, технической базы, защите среды обитания местного населения [11].

На сегодняшний день существует ряд факторов, оказывающих негативное влияние на реализацию приоритетных проектов в области недропользования:

- недостаточная геологическая изученность перспективных территорий, отсутствие необходимых объемов разведанных запасов минеральных ресурсов при высоких прогнозных ресурсах и имеющихся перспективах выявления новых месторождений;

- отсутствие у нефтегазовых компаний стимулов для инвестирования разработки месторождений со сложными горно-геологическими условиями;

- недостаточное освоение разведанных месторождений углеводородного сырья;

- при разработке государственных программ и стратегий социально экономического развития России не уделяется должного внимания проблемам освоения перспективных месторождений твердых полезных ископаемых, запасы которых во многих случаях являются стратегическими для России (Программа социально-экономического развития Российской Федерации на среднесрочную перспективу (2006-2008 годы), утвержденная распоряжением Правительства Российской Федерации от 19.01.06 № 38-р);

- длительные сроки получения в федеральных органах исполнительной власти разрешительной документации на ведение геологоразведочных работ и ввод в разработку новых месторождений полезных ископаемых.

Кроме того, необходимо признать, что несовершенство системы государственного управления и контроля в области использования и воспроизводства стратегических видов сырья приводит к выборочной отработке лучших по качеству запасов, низким темпам ввода новых месторождений, нарушениям проектов разработки осваиваемых месторождений, недостаточным темпам подготовки запасов и другим негативным тенденциям, угрожающим минерально-сырьевой и энергетической безопасности страны [12].

Правовая природа суверенных прав на недра континентального шельфа и исключительной экономической зоны обусловлена содержанием их правового режима. Эти районы не находятся под суверенитетом государства и не входят в состав его территории. Однако прибрежное государство обладает суверенными правами в отношении природных ресурсов таких районов. Характер и объем этих прав определяются нормами международного права, например, Конвенцией ООН по морскому праву 1982 г. В пределах этих прав государство может издавать законодательные и иные нормативные правовые акты, регулирующие порядок деятельности в данных районах. Что касается иных вопросов, то на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне действуют нормы международного морского права.

Одной из важнейших задач государственного регулирования является формирование и поддержка конкурентной среды в тех секторах экономики, где в силу особых причин естественного или исторического характера такая среда не может самостоятельно возникнуть и развиваться. Следовательно, не могут возникнуть конкурентоспособные хозяйственные единицы. Таким сектором и является основная часть сферы недропользования, поскольку для нее в силу ограниченности полезных ископаемых характерно формирование естественных монополий.

Однако при разработке месторождений из-за тех же особых условий может создаться и обратная ситуация, когда вследствие ограниченности сырья для его добычи необходима государственная поддержка. Например, если по условию экономической эффективности освоение проекта в действующей системе регулирования (включая налогообложение) невыгодно, но необходимость его реализации обуславливается факторами геополитики, энергетической безопасности, технического прорыва и т.п. В этом случае госрегулирование заключается в создании особых преференций, одним из видов которого и являются соглашения о разделе продукции (СРП).

Поддержание и расширение, особенно энергетической базы в любой стране являются весьма дорогостоящим делом, требующих привлечения значительных средств для организации крупномасштабных поисковых работ, связанных с риском добычи и переработки нефти и газа, строительства электростанций и угольных карьеров, сооружения нефтегазопроводов, грузовых терминалов и линий электропередач;

с развитием огромной обслуживающей инфраструктуры и финансированием смежных отраслей по обеспечению ТЭК достаточным количеством металлопроката, труб, цемента, машин, оборудования, средств транспорта и пр.

Динамика российского нефтегазового сектора и интегрированных с ним отраслей уже в ближайшее десятилетие в усиливающейся мере будет зависеть от роста добычи на шельфовых месторождениях. Однако при этом необходимо иметь в виду, что затраты на разведку и освоение сырья на суше составляют в России в среднем 5 долл. за баррель, а на морских объектах – как минимум в раза выше. Если учесть огромный объем материковых залежей (по мнению экспертов, Западная Сибирь может дать еще 15 млрд. тонн нефти), то быстрый рост разведочных и добычных работ на шельфе, особенно на арктическом, вызывает определенный скепсис.

С другой стороны, можно выделить факторы, определяющие корпоративный и государственный интерес к этому направлению. Во-первых, освоение морских объектов сырья – это высокотехнологичные задачи, определяющие инновационное развитие целых отраслей и регионов, формирование новых кластеров конкурентоспособности. Это очень важно, особенно учитывая наше отставание более чем от 20 стран, осваивающих морские месторождения углеводородов, включая глубоководные (глубины более 500 м), которое исчисляется уже не годами, а десятилетиями.

Во-вторых, последнее время значительно активизировались различные общественные (а иногда и политические организации) и клубы в обсуждении вопросов освоения шельфа. Постоянно проводится линия о необходимости его передачи под международный контроль, если суверенные права соответствующих государств на его освоение практически не используются. Не вызывает сомнения, что "крен" делается именно в сторону России, к которой относится 20% площади мирового шельфа, при этом 85% классифицируется как категория Д, то есть не только не разрабатываемые, но и практически не разведенные.


Преобладающая часть морских углеводородов залегает в Баренцевом и Карском морях (западный арктический шельф) и в Охотском море (Дальневосточный шельф). Однако бурение разведочных скважин проведено всего на 11 прогнозных залежах, в результате подтверждены только 6% начальных суммарных запасов шельфовой нефти и 11% начальных суммарных запасов газа.

По прогнозу ВНИГРИ, добычной потенциал арктических морей к 2020 году достигнет по нефти 23-40 млн.т (главным образом, за счет ресурсов Печорского моря), по газу – около 150 млрд.куб.м (за счет ресурсов Баренцева и Карского морей), а суммарный объем извлеченных углеводородов за период 2006-2020 гг.

оценивается в 180-275 млн. т по нефти и 890 млрд.куб.м по газу. Потенциальный рентный доход государства от реализации прогнозируемого добывного потенциала при цене нефти 30 долл./барр. (195 долл./т) и газа 110 долл./тыс.куб.м за 2006-2020 гг. может составить порядка 35,4 млрд.долл. (9,4 млрд.долл. и 26, млрд.долл. по нефти и газу соответственно) [1].

Арктический и дальневосточный шельфы России, на долю которых приходится порядка 90% отечественных морских ресурсов УВ, удалены от потенциальных потребителей, находятся в экстремальных природно климатических и горно-геологических условиях, связаны с высокими технологическими рисками и применением высокозатратных технологий. Эти обстоятельства вызывают необходимость применения весьма дорогостоящих технических средств и значительных затрат на создание производственной и социальной инфраструктуры. Вследствие этого для освоения ресурсов УВ шельфа РФ особую роль и значение приобретают экономические проблемы, связанные с необходимостью обеспечения эффективного вложения инвестиций в развитие морских работ. Одним из возможных решений этих проблем выступают соглашения о разделе продукции, предоставляющие инвесторам достаточно льготные условия.

Прединвестиционные исследования по Штокмановскому месторожде-нию и близкорасположенным структурам в Баренцевом море показывают, что при ориентации на условия СРП и перспективный уровень цен на газ, рассчитанный с учетом поставок большей части газа в виде СПГ на экспорт, ожидаемый уровень внутренней нормы доходности инвестиций по данному объекту составляет немногим более 12%. Такой уровень эффективности считается мало привлекательным для инвесторов, особенно учитывая высокие риски, свойственные освоению арктического шельфа.

Однако в действующей налоговой системе (ДНС) проект даже по такому гиганту, как Штокмановское месторождение, не эффективен для реализации.

Применение режима СРП для промысла и завода СПГ позволит поднять эффективность освоения месторождения с 12-13% до 16-18%. Отмена таможенной пошлины на сжиженный природный газ увеличит этот показатель еще на 3-4 пункта. Условием эффективной разработки месторождений сателлитов Штокмана служат возможность использования его транспортной инфраструктуры и налоговые условия СРП. При этом необходимо учитывать еще один фактор – капитальные вложения по каждому арктическому шельфовому месторождению, относящемуся к категории уникальных, исчисляются в десятках миллиардов долл. США.

Осуществление таких огромных затрат выходит за пределы возможностей бюджетного финансирования. Недостаточными оказываются и возможности местного промышленного и банковского капитала. Таким образом, в условиях дефицита средств, мобилизуемых из местных источников, страны, встающие на путь осуществления крупных энергетических проектов, особенно в нефтяном и газовом секторе, обычно прибегают к внешним заимствованиям и привлечению прямых и портфельных инвестиций из-за границы. Это является общепринятой практикой не только для развивающихся государств, стран с переходной экономикой, но и для ведущих промышленно развитых держав.

В связи с чем, тенденции в применении СРП связаны с:

- развитием соглашений о разделе продукции в применении к использованию природных ресурсов, прежде всего энергетического плана в условиях привлечения капитала, в том числе иностранного;

- формированием соглашений о разделе продукции на основе благоприятного, а то и льготного режима хозяйствования с учетом усложняющихся горно-геологических условий, в том числе для освоения шельфовых высокозатратных месторождений, а также месторождений Арктического шельфа;

- выстраиванием нормальных по международным стандартам, взаимоотношений между государством - владельцем недр и частным предпринимателем, что, например, заметно по смене тенденции по существующим месторождениям острова Сахалин, где отмечается усиление роли государственных компаний со знаком прогресса для России.

Литература 1. Крюков В. Анализ развития системы недропользования в России // Вопросы экономики, 2006. - №1. - С. 86- 2. Сайт компании «Развитие бизнес систем РБС». Режим доступа:

http://www.rbsys.ru/print.php?page=30&option=media 3. Крассов О.И. Природные ресурсы России. Комментарий законодательства. М.: изд. "Дело", 2002. – 816 с.

4. Крюков В., Севастьянова А., Токарев А., Шмат В. Эволюционный подход к формированию системы государственного регулирования нефтегазового сектора экономики. - Новосибирск: ИЭиОПП СОРАН. - 2003. – 168 с.

5. Мулявин М.К. Понятие и предмет соглашения о разделе продукции / М.К.Мулявин // Горные ведомости. – 2007. – № 2. – С. 68-74.

6. Разовский Ю.В. Горная рента. Экономика и законодательство. - М.:

Экономика, 2000. – 222 с.

7. Кагулия Р.А. Соглашение о разделе продукции: юридическая природа, проблемы и перспективы // Право и политика. – 2007. - № 8. Сосна С.А. Комментарий к Федеральному закону "О соглашениях о разделе продукции". М.: Юристъ, 1997. - С.16.

9. СЗ РФ. 01.01.1996. - №1. - С.18.

10. Силкин В.В. Прямые иностранные инвестиции в России (правовые формы привлечения и защиты). М.: Юристъ, 2003. - С.139.

11. Сосна С.А. Комментарий к Федеральному закону "О соглашениях о разделе продукции". М. : Юристъ, 1997. С.66.

12. Зерщикова Н.И., Селин В.С., Терещенко Е.Б. Соглашения о разделе продукции в освоении Арктического шельфа России. - Апатиты: изд. КНЦ РАН, 2008. – 125 с.

Глава 2. ИННОВАЦИОННЫЕ ФАКТОРЫ В РАЗРАБОТКЕ МЕСТОРОЖДЕНИЙ ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ Как уже отмечалось в предыдущей главе, регулирование сферы недропользования имеет свои характерные особенности, в первую очередь связанные с ограниченностью природных ресурсов, то есть с так называемым естественным монополизмом. Очевидно, что отличительные тенденции есть и в сфере инновационного развития и управления. Они обусловлены, как минимум, двумя группами факторов. С одной стороны, разработка полезных ископаемых является очень фондоемкой и инерционной сферой, требующей повышенных капитальных вложений, в том числе в научно-технические мероприятия.

Причем, по мере отработки месторождений потребность в инвестициях возрастает в связи с ухудшением условий добычи, снижением качества сырья и т.п. С другой стороны, это отрасль с относительно низкой добавленной стоимостью, что создает дополнительные трудности в формировании источников инвестиций. Эти трудности возрастают по мере отработки объектов, т.е. создаются своеобразные "ножницы": по мере роста потребности в финансовых ресурсах возможность их получения уменьшается.

Тем не менее, инновационное развитие сферы недропользования должно базироваться на общих представлениях и принципах инновационного менеджмента, которые авторы и попробуют рассмотреть в первом разделе главы.

2.1. Методические основы инновационного развития Экономическая категория "инновация" означает нововведение, т.е.

реализованный на рынке результат деятельности по созданию нового продукта или новой технологии. Сегодня, когда заканчивается XX в., большое значение приобрел механизм управления созданием и продвижением инноваций на рынке, т.е. инновационный менеджмент.

Инновационный менеджмент стал эффективным методов механизма рыночного хозяйствования, особенно в России. Хотя и считается, что у нас уже функционирует рыночная экономика, но фактически сегодня существует транзитивная, т.е. переходная экономика, когда происходит болезненный переход от "жесткого" администрирования и директивно-командного управления к гибкой системе управления хозяйственным процессом. В основе этого процесса лежит смета основного критерия экономики с целевого, характерного для монопольной собственности государстве на средства производства, на критерий эффективности, доминирующий при многообразии форм собственности. Естественно, что при этом в силу возрастания конкуренции увеличивается и значение технико-технологических факторов производства [1].

Инновация затрагивает все сферы хозяйственной деятельности. Инновация – это экономическая категория и в то же время – это инструмент воздействия на весь хозяйственный процесс. Поэтому инновацией можно управлять. Этот процесс называется инновационным менеджментом. Под инновацией (англ, innovation - нововведение, новшество, новаторство) мы понимаем «инвестицию в новацию». Новация (лат.novation – изменение, обновление) представляет собой какое-то новшество, которого не было раньше. В соответствии с гражданским правом новация означает соглашение сторон о замене одного заключенного ими обязательства другим, т.е. этот результат есть новация.

Инновация представляет собой материализованный результат, полученный от вложения капитала в новую технику или технологию, в новые формы организации производства, труда, обслуживания и управления, включая новые формы контроля, учета, методы планирования, приемы анализа и т.п.


Инновацию можно назвать также инновационным продуктом.

Термин «инновация» как новая экономическая категория ввел в научный оборот австрийский (позже американский) ученый Йозеф Алоиз Шумпетер (J.A.Schumpeter, 1883-1950) в первом десятилетии XX в. В своей работе «Теория экономического развития» (1911) И.Шумпетер впервые рассмотрел вопросы новых комбинаций изменений в развитии (т.е. вопросы инновации) и дал полное описание инновационного процесса. Он выделил пять изменений в развитии [2]:

1) использование новой техники, технологических процессов, или нового рыночного обеспечения производства;

2) внедрение продукции с новыми свойствами;

3) использование нового сырья;

4) изменения в организации производства и его материально-техническом обеспечении;

5) появление новых рынков сбыта.

Сегодня описание технологических инноваций базируется на международных стандартах, рекомендации по которым были принятые г. Осло в 1992 г. (так называемое «Руководство Осло»). Эти стандарты охватывают новые продукты и новые процессы, а также их значительные технологические изменения. Исходя из этого были приняты два типа технологических инноваций [3]:

• продуктовая инновация;

• процессная инновация.

Продуктовая инновация охватывает внедрение новых или усовершенствованных продуктов. Поэтому продуктовые инновации подразделяют на два вида:

• базисная продуктовая инновация;

• улучшающая продуктовая инновация.

Процессная продуктовая инновация представляет собой освоение новых форм и методов организации производства при выпуске новой продукции. При этом имеется в виду, что выпуск новой продукции можно организовать при имеющейся технологии, оборудовании, энергетических ресурсах и при использовании традиционных методов организации производства и управления.

Используя понятие «международные стандарты», надо иметь в виду, что универсальных международных стандартов нет, а есть стандарты, которые применяются какой-тo группой стран с учетом их юрисдикции. Юрисдикция представляет собой правовую сферу, на которую распространяются полномочия данного государственного органа. Например, в Европе действуют две глобальные правовые системы: островная, или англо-саксонская, и континентальная, или франко-германская. В США своя правовая система, в странах Латинской Америки — другая и т.п.

Инновационная политика государства представляет собой совокупность форм, методов и направлений воздействия государства на производство с целью выпуска новых видов продукции и технологии, а также расширение на этой основе рынков сбыта отечественных товаров. Инновационная политика затрагивает временной и пространственный аспекты. Временной аспект определяет действие государства по инновационной деятельности на текущий момент времени и на длительную перспективу. Поэтому инновационная политика включает в себя текущую политику и долговременную политику. Текущая политика заключается в оперативном регулировании инновационной деятельности. Пространственный аспект инновационной политики определяет действия государства по основным направлениям влияния на экономику страны [3].

Государственная инновационная политика в базовых отраслях и производства будет направлена на ускоренное промышленное освоение отечественных и зарубежных научно-технических и технологических достижений мирового уровня, воспроизводство природных ресурсов (минерального сырья, ресурсов питьевых и промышленных вод, ресурсов флоры и фауны и др.).

В топливно-сырьевом комплексе инновационная политика будет ориентирована на разработку и внедрение современных методов поиска, разведки и мониторинга запасов, стратегических и дефицитных видов минерального сырья, повышение уровня их извлекаемости и переработки, а также развитие высоконадежных и экологически безопасных систем транспортировки, в частности:

- в нефтегазовом комплексе – на повышение эффективности геологоразведочных работ, увеличение дебита и извлекаемости на месторождениях с трудноизвлекаемыми запасами и с остаточными запасами нефти в обводненных зонах, строительство скважин в шельфовой зоне и в мерзлых породах, углубление переработки газа и конденсата с получением моторного топлива и целевых химических продуктов, а также создание высоконадежных, экологически безопасных и низкоэнергоемких систем транспортировки;

- в нефтеперерабатывающей промышленности – на увеличение производства моторных и ракетных топлив за счет развития процесса глубокой переработки нефти, разработку и создание катализаторов нового поколения, высокоактивных и кислородосодержащих добавок, а также на повышение и улучшение экологической безопасности и уменьшение энергоемкости.

Инновационный проект – это обоснование экономической целесообразности объема и сроков осуществления капитальных вложений, в том числе необходимая проектно-сметная документация, разработанная в соответствии с законодательством Российской Федерации и утвержденными в установленном порядке стандартами (нормами и правилами), а также описание практических действий по осуществлению инвестиций в новацию (инновационный бизнес-план).

Инвестиции представляют собой денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта. Значительное место в инвестициях занимают капитальные вложение.

Капитальные вложения – это инвестиции в основной капитал (основные средства), в том числе затраты на новое строительство, расширение, реконструкцию и техническое перевооружение действующих предприятий, приобретение машин, оборудования, инструмента, инвентаря, проектно изыскательные работы и другие затраты.

Поскольку инновации представляют собой вложения инвестиций в новацию, то разработка инновационной политики осуществляется на тех же условиях и формах организации, которые установлены Методическими рекомендациями по разработке инвестиционной политики предприятия, утвержденными приказом Минэкономики России от 1 октября 1997 г. № 118.

При разработке инновационной политики хозяйствующего субъекта целесообразно предусмотреть [1]:

- соответствие мероприятий данной политики законодательным и иным нормативно-правовым вопросам регулирования инновационной деятельности в Российской Федерации;

- достижение экономического, научно-технического, экологического и социального эффекта рассматриваемых инвестиций в новации;

- получение хозяйствующим субъектом прибыли на инвестируемый капитал;

- эффективное распоряжение средствами на осуществление бесприбыльных инновационных проектов;

- использование хозяйствующим субъектом государственной поддержки в целях повышения эффективности инвестиций в новации;

- привлечение субсидий, грантов, льготных кредитов международных и иностранных организаций, банков, фондов.

При определении инновационной политики хозяйствующего субъекта учитываются:

- состояние рынка, в том числе финансового рынка в целом и по звеньям;

- место данного хозяйствующего субъекта на рынке, объем реализации его товаров (работ, услуг), их качество, цена, действие конкурентов;

- экономическое положение хозяйствующего субъекта и его финансовое состояние;

- сочетание собственных и чужих ресурсов хозяйствующего субъекта. К чужим ресурсам относятся: привлеченные средства (кредиторская задолженность, полученные авансы), заемный капитал (кредит, займы), арендованные основные средства, имущество, полученное по договору лизинга;

- льготы, получаемые хозяйствующим субъектом от государства;

- условия страхования и получения гарантий от некоммерческих рисков.

Воздействие хозяйственного механизма на инновации осуществляется с помощью определенных приемов и особой стратегии управления. В совокупности эти приемы и стратегия образуют своеобразный механизм управления инновациями – инновационный менеджмент. Инновационный менеджмент – это система управления инновациями, инновационным процессом и отношениями, возникающими в процессе движения инноваций.

Стратегия означает общее направление и способ использования средств для достижения поставленной цели. Этому способу соответствует определенный набор правил и ограничений для принятия решений. Стратегия позволяет сконцентрировать усилия на вариантах решения, не противоречащих принятой стратегии, отбросив все другие варианты. После достижения поставленной цели стратегия как направление и средство достижения цели прекращает свое существование. Новые цели ставят задачу разработки новой стратегии.

Инновационный менеджмент состоит из следующих этапов [3, 4, 5]:

1) инновационный процесс;

2) определение цели управления инновацией;

3) выбор стратегии менеджмента инновации;

4) определение приемов управления инновацией;

5) разработка программы управления инновацией;

6) организация работ по выполнению программы;

7) контроль за выполнением намеченной программы;

8) анализ и оценка эффективности приемов управления инновацией;

9) корректировка приемов менеджмента инновации.

Организация инновационного менеджмента показана на рис.2.1.

Инновационный Определение Выбор стратегии Разработка про цели процесс инновационного грамммы управ управления менеджмента ления инновацией Определение приемов Организация работ по управления инновацией выполнению программы Анализ и оценка Корректиров эффективности ка приемов приемов инновацион управления ного менедж инновацией мента Контроль за выполнением намеченной программы Рисунок 2.1 - Схема организации инновационного менеджмента Организация инновационного менеджмента закладывается уже при создании и реализации инновации, т.е. в самом инновационном процессе.

Инновационный процесс служит тем фундаментом прочности, от которого будет зависеть в дальнейшем эффективность использования приемов инновационного менеджмента. Он определяет основную идею инновации, характерные черты и специфику функционирования нового продукта или новой операции, особенности их создания, реализации и продвижения на рынке, комплекс мер по эффективному продвижению и какие приемы следует применять для диффузии конкретной инновации.

Инновационный менеджмент весьма динамичен. Эффективность его функционирования во многом зависит от быстроты реакции на изменение условий рынка, экономической ситуации и т.п. Поэтому инновационный менеджмент должен базироваться на знании стандартных приемов менеджмента, умении быстро и правильно оценить конкретную ситуацию в стране, состояние рынка, место и положение на нем данного продуцента, а также способности менеджера как профессионала быстро найти хорошее, если не единственно правильное, решение в данной ситуации в данный момент времени.

На предприятиях, работающих в сфере недропользования, в принципе действуют все основополагающие положения инновационного менеджмента.

Особенностью ее является то, что она сама не производит инновационной продукции, но является крупнейшим потребителем технико-технологических новаций.

2.2. Проблемы модернизации и технологического обновления в освоении минерально-сырьевых ресурсов Минерально-сырьевое обеспечение любой страны складывается под влиянием природных условий, уровня ее технического и экономического развития, социальных, прежде всего демографических и экологических, факторов, внешнеполитической и международной экономической обстановки.

Весь этот комплекс условий меняется во времени, включая и природные, в частности горно-геологические и географические условия освоения месторождений. Отсюда следует, что и структура обеспечения, представляющая собой соотношение долей различных источников сырья в общем их количестве, используемом в народном хозяйстве, должна меняться в зависимости от изменения самих условий.

Являясь начальной материальной и энергетической основой базисных производственных процессов по выпуску практически всех видов (в большей или меньшей степени) конечной продукции, топливо и сырье имеют сложные связи как с комплексом потребляющих, так и обслуживающих отраслей, при этом нередко отрасли-потребители топлива и сырья являются одновременно и крупными поставщиками добывающих отраслей. Значительное и все увеличивающееся количество продукции металлургии, машино- и судостроения, средств автоматизации, транспорта и связи идет на осуществление геологической разведки, освоение и эксплуатацию месторождений на суше и акватории, на создание производственной и непроизводственной инфраструктур.

Создание основных фондов добывающих отраслей сопряжено с чрезвычайно крупными капитальными вложениями и большими сроками реализации проектов. Средние сроки строительства горнодобывающих предприятий в России в настоящее время составляют 7-12 лет и более. Таким образом, для производства сырья и топлива необходимо изыскивать крупные средства со значительно отсроченным эффектом их освоения [6].

Научно-техническая революция породила ряд отраслей, более привлекательных для инвестиций, чем горнодобывающий сектор, особенно для развитых стран. В них доля сырьевого сектора в производстве валового внутреннего продукта неуклонно снижается и сейчас составляет в среднем не более 10%. В то же время экспорт из развивающихся стран неуклонно увеличивался, поскольку сырье часто было единственным предметом их экспорта и, соответственно, единственным источником получения валюты.

Объем производства сырья на основе собственной минерально-сырьевой базы обусловлен ее естественными возможностями, технико-экономическим потенциалом и развитостью инфраструктуры страны, внешнеполитическим положением, местом в существующей структуре международного разделения труда. Во времени эти условия меняются, что отражается на объемах производства. Богатые месторождения с низкими издержками производства истощаются или, наоборот, новые технологии позволяют экономически эффективно осваивать крупные запасы ранее не разрабатываемых полезных ископаемых. Отсутствие необходимых средств и неразвитость инфраструктуры не позволяют осваивать имеющиеся минеральные ресурсы в желаемом объеме, а соображения безопасности и ограниченность возможностей импорта заставляют производить сырье в количествах, превышающих экономическую целесообразность. Потребности в свободно конвертируемой валюте также стимулируют ускоренный рост производства сырья. С другой стороны, наличие более привлекательных объектов инвестирования может сдерживать его.

Общей тенденцией можно считать постепенное сокращение или стабилизацию производства конкретного вида сырья после достижения отдельной страной оптимального значения, соответствующего возможностям минерально-сырьевой базы, технологий производства и потребностям страны с учетом названных ограничений и стимулирующих условий. При появлении принципиально новых технологий может начаться новый рост производства в сфере недропользования. Пример многих стран, имеющих длительную историю добывающей промышленности, это подтверждает. При переходе на принципиально новый способ производства или новый источник происходит смещение в область быстрого роста эффективности при невысоких затратах.

Этим и объясняется то, что практически для всех основных видов сырья способы и источники его производства коренным образом менялись несколько раз за вековой или более период.

Важная составляющая рассматриваемой сферы – производство минерального сырья и топлива из отходов. Вообще говоря, эта величина складывается из отходов горнопромышленного производства и отходов, возникающих в сфере переработки и потребления вторичных ресурсов. С точки зрения инновационной части это направление является наиболее наукоемким.

Преимущественная ориентация нашей экономики на собственную минерально-сырьевую базу имела объективные причины: отсутствие средств для импорта, необходимость быстрейшей индустриализации, как добровольная, так и вынужденная изоляция от мирового сообщества и, наконец, наличие запасов минеральных ресурсов. Открытие крупных месторождений полезных ископаемых и их освоение способствовали невиданной по своим темпам индустриализации, превращению нашей страны в одну из ведущих промышленных держав мира.

В 1980 г. СССР вышел на первое место в мире по производству минерального сырья. Такая нагрузка на минерально-сырьевую базу не могла не сказаться на экономических показателях горнодобывающих отраслей. Технико экономические показатели добычи резко ухудшались. Капиталоемкость прироста производства в топливной промышленности возросла с 64 руб./тут в 1961-1965 гг. до приблизительно 300 руб./тут в 1981-1985 гг., причем в нефтяной промышленности этот рост еще более высокий. В железорудной промышленности удельные капиталовложения на 1 т прироста мощности за лет увеличились с 50 до 150 руб., т.е. в 3 раза [6].

Научно-технический прогресс в добывающих отраслях шел преимущественно по пути наращивания количественных параметров без принципиальных изменений технологии. Он не способствовал улучшению экономических показателей, а был дополнительным удорожающим фактором, поскольку рост стоимости оборудования не компенсировался приростом мощности. Это иллюстрируют и соотношение роста стоимости и глубины скважин газовой промышленности, и возрастание себестоимости угля в результате применения добычных комплексов, и некоторые другие примеры.

Генеральное направление - переход на качественно иной уровень освоения недр. Это требует, во-первых, создания единой науки, которая рассматривает экономику минеральных ресурсов в целом. Таковой может стать предложенная А.С.Астаховым геоэкономика, которая по его замыслу призвана изучать "весь цикл промышленных процессов от поиска запасов до получения из добытого полезного ископаемого конечного продукта" с едиными критериями и объектом - минеральными ресурсами недр, вовлекаемыми в народнохозяйственный оборот. Во-вторых, создание революционных технологических способов разработки месторождений (без нарушения поверхности земли), бактериально химических методов и ряда других. В-третьих, вовлечение принципиально новых (нетрадиционных) источников сырья и топлива [6].

Актуальность "технологического" прорыва для недропользования России, ее резервные возможности можно наглядно проиллюстрировать соотношением доли скважин с дебитом менее 2 т/сутки в общей добыче нефти в США (40%) и Канаде (30%) и наличием порядка 26,3% бездействующих сегодня скважин в эксплутационном фонде нефтяных скважин России, чей средний дебит составляет 3,0 - 3,5 т/сутки.

Так, в нашей экономике сейчас господствует подход, при котором производство минерального сырья и топлива из собственной минерально сырьевой базы рассматривается только как источник удовлетворения потребности в них на внутреннем рынке и увеличение валютных ресурсов за счет экспорта. Такая ориентация означает выбор чрезвычайно ресурсоемкого пути развития, выбор траектории экспоненциального роста затрат даже при снижении темпов роста или стабилизации объемов добычи полезных ископаемых.

Преимущественное использование сырья из внешних источников также не может выступать для нас в качестве главной альтернативы, поскольку еще не создан достаточный экономический потенциал для резкого расширения международного экономического обмена в нужном для нас направлении, не говоря уже о существенных ограничениях в свободно конвертируемой валюте. В то же время по отдельным видам ресурсов эффективность внешних источников высока, а соответствующие затраты при корректном расчете ниже, чем при добыче из собственных месторождений. Существуют границы эффективной утилизации вторичных ресурсов и мероприятий по ресурсосбережению.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.