авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«Федеральное агентство по образованию Новокузнецкий филиал-институт государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования ...»

-- [ Страница 4 ] --

О его судьбе есть сведения в книге воспоминаний. См.: Шипулина Е.Я. Лиенц – казачья голгофа. 1945-2005. – Оттава, 2005.

См.: ГА РФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 779. Л. 207.

См.: Российский Государственный Военный Архив (далее – РГВА). Ф. 1п. Оп.

15а. Д. 352. Л. 33-37.

См.: Государственный Архив Кемеровской Области (далее – ГАКО). Ф. Р-199.

Оп. 2. Д. 6. Л. 38.

Подсчитано по: РГВА. Ф. 1п. Оп. 05 е. Д. 1374. Л. 5, 7-12.

См.: Пономаренко А. Монумент пособнику Гитлера. Во Львове соорудят па мятник идейному вождю дивизии СС «Галичина» [Текст] / А. Пономаренко // Незави симая газета. 29.09.2000;

Жданова Д. В Латвии осудили красного стрелка и помянули эсэсовцев [Текст] / Д. В. Жданова // Время новостей. 29.09.2003;

Попов А. Латышский пример заразителен. Киев и Лондон пересматривают отношение к дивизии СС «Га личина» [Текст] / А. Попов // Независимая газета. 24.01.2001 и др.

А.Г. Венгер Днепропетровский национальный университет им. Олеся Гончара, г. Дне пропетровск, Украина ХОЛОКОСТ НА ТЕРРИТОРИИ СТАЛИНДОРФСКОГО РАЙОНА ДНЕПРОПЕТРОВСКОЙ ОБЛАСТИ Немецкая политика на оккупированных территориях по отношению к еврейскому населению имела общий алгоритм. Как правило, Холокост ассоциируется с городской историей. Сельское еврейское население не было массовым явлением в Европе, скорее исключением из правил, чего нельзя сказать о СССР.

В начале 1923 г. руководство РКП (б) решило поставить на порядок дня очередного съезда партии пункт про решение национального вопроса в СССР. В апреле 1923 г. XIII съезд РКП (б) утвердил политику коренизации как официальную линию партии. Политика коренизации касалась и еврейского населения. На территории Украины были созданы Златополь ский, Сталиндорфский и Калининдорфский еврейские районы. С 1924 г.

началось переселение евреев с городов и консолидация их в отдельных на селенных пунктах1.

Сталиндорфский район был организован в 1930 г. на базе старых еврейских колоний, 33-х новых переселенческих поселков, нескольких украинских и немецких сел. В 1933-1941 гг. район состоял из 23-х сельсове тов, из них 16 еврейских, 5 украинских и 2 немецких. В 1939 г. в районе при МТС обслуживали 91 колхоз, за которыми было закреплено 100 тыс. га зем ли, в т.ч. 71 тыс. пахотных земель. Действовала 71 школа, 60 клубов, 68 биб лиотек, 17 стационарных и 12 передвижных киноустановок, 3 больницы, родильный дом, 5 медицинских амбулаторий. На территории района прожи вало 30 тыс. чел. Это был самый большой еврейский национальный район 2.

Административным центром созданного района стало село Сталиндорф (сейчас с. Жовтневое Софиевского района Днепропетровской области3.

Активно содействовала разрастанию района американская организа ция «Агро Джойнт», которая помогала в строительстве домов, больниц, школ, административных сооружений, а самое главное – способствовала развитию сельского хозяйства, которое было ведущей отраслью района4.

Весть о начале войны, по рассказам большинства очевидцев, в с.

Сталиндорф, как и в других городах и селах Украины, встретили со слеза ми на глазах. 21 июня ознаменовалось выпуском первой десятилетней школы с. Сталиндорф, а уже через несколько дней выпускники пошли на фронт5, началась мобилизация военнообязанных6. Началась эвакуация ско та в Запорожские плавни7. С эвакуацией еврейского населения особо не спешили, она началась только 7 августа 8. Нееврейскому населению в эва куации было отказано, причиной тому было недостаточное количество ма шин, повозок, тяглого скота, а мотивировали это тем, что «русских» немцы трогать не будут9. В первую очередь эвакуировали жителей с. Сталиндорф:

на каждое учреждение выделяли повозку, по три семьи на каждую повоз ку, и так 10 повозок, с каждой группой ехала медсестра 10. Из Сталиндорфа выехало абсолютное большинство жителей, только некоторое время спустя немцы возвратили шесть человек11.. Чего нельзя сказать о периферии – многие не бросили свою землю. Этому способствовал ряд факторов: отсут ствие транспорта, тяглового скота, недостаточная информированность на селения про политику нацистской Германии касательно евреев, участие в сооружении противотанковых окопов во время эвакуации, тесные произ водственные и семейные отношения с местными немецкими колонистами, что во многих случаях стало решающим фактором. Те, кто эвакуировались, считали, что уезжают на две недели и не больше, потому что были уверены – война вскоре прекратиться, и согласно этому сроку брали запасы пищи и одежды. Это в дальнейшем заставило людей нищенствовать12.

Район был оккупирован с 14 по 20 августа 1941 г 13. В некоторых се лах отдельные жители встречали оккупантов хлебом-солью. Это можно объяснить тем, что в период с 1931-1941 гг. накопилось много бывших ку лаков, которых в районе принимали без документов на низкооплачивае мую работу 14. Райцентр был захвачен 17 августа, в нем были созданы орга ны управления новой властью: районная управа, полиция, жандармерия, сельуправа15. Село было переименовано в Фризендорф. Вместе с оккупан тами в почти пустое село переселилась часть местных немцев с соседних колоний, которые занимали привилегированное положение на фоне укра инского населения, оставшегося в селе16.

После того, как новая власть полностью установилась, начался набор полицейских из местных жителей для того, чтобы лучше ориентироваться и поддерживать строгий порядок. На первый зов откликнулись доброволь цы, которые безупречно исполняли поставленные перед ними задачи17.

Первые гонения касались еврейского населения во всех селах, где остались евреи: их выселяли на отдельные улицы по две-три семьи в дом и заставляли носить желтые звездочки18. Таким образом, были созданы сель ские гетто, самыми большими были два из них: с. Нововитебск – 277 чел. и с. Любимовка – 500 чел. Спустя несколько дней, уладив дела по поводу евреев, первоочеред ной задачей был объявлен сбор урожая зерновых и передача его для нужд немецкой армии. Имущество колхозов распаевывалось между работниками колхоза, кроме евреев21.

Для установления жесткой дисциплины в первые дни оккупации в селах были проведены расстрелы и повешенья небольших групп евреев [19;

22;

26], а в с. Калиновка уже на 4-й день вступления немецких войск все евреи села были вывезены и расстреляны с помощью украинско-немец ких нацистов22.

Еврейская молодежь, которая по возрасту не попала в армию, была выгнана в гетто с. Любимовки для строительства автодороги Днепропет ровск-Кривой Рог23. За свою работу они поучали нищенский паек, а кто фи зически не мог работать, тех расстреливали24. Старики, женщины и малые дети, которые остались в селах, работали в новообразованных хозяйствах, получая зарплату, которая была значительно меньше, чем у украинцев.

Все это сопровождалось жестоким издевательством и безжалостны ми пытками над еврейским населением25. Массовые уничтожения начались весной 1942 г. В оврагах и балках, силосных ямах, колодцах расстреливали еврейское население. Руководил операциями по уничтожению евреев мест ный полицай Неделько. Зная о неизбежности своей судьбы, они раздавали местному населению свое имущество: подушки, перины, одежду. Всю суть нацистской политики на оккупированных территориях раскрывают слова, которые говорили евреи украинцам: «Нами вчиняють, а вами місить будуть» (укр.)26.

Одним из массовых мест расстрела был овраг возле еврейской коло нии Новоподольск. Яму вырыли сами евреи. Здесь расстреливали не толь ко местных евреев, а также евреев с соседних сел и районов. Те, кого гнали с далеких сел, были наполовину голые и босые. Они обращались к местно му населению с просьбами спасти их детей. Когда у полицаев заканчива лись патроны, они добивали людей железными прутами. Малых детей уби вали, ударяя головой по колесу подвод, либо расстреливали прямо в колы белях. Говорить о точном количестве расстрелянных мы не можем, так как этого никто не фиксировал, к тому же на территорию района попали евреи с Бессарабии, которых тоже убили. О тотальности уничтожения евреев го ворит тот факт, что даже один местный немец, который занимал видную должность в комендатуре, вместе с жандармом гнал свою жену еврейку впереди повозки, бил кнутом, отправляя ее на смерть. Потом у него забра ли детей, а вскоре он женился на местной немке27.

Те, кому удалось спастись в первое время, прятались у местного на селения. Так в с. Перемога Соболева Елизавета Артемовна, несмотря на запрет мужа, прятала у себя семью Коган из двух человек и семью Грин берг из двух человек. Благодаря ей эти люди остались живы 28. В с. Ботвино 17-тилетний юноша А. Лобов укрывал своего товарища29. Те же, кто отка зывались укрывать, старались помочь евреям одеждой, едой. Как правило, сбежавшие евреи устремлялись в город или за границы районов, чтобы их там не узнали.

Таким образом, по официальным данным, на территории района было уничтожено 3 911 чел.30, но это данные не соответствуют реальности, так как учет расстрелянных не велся. Также не были учтены евреи Бессара бии и соседних районов.

Примечания:

См.: Венгер А. Г. Ставлення німецької окупаційної влади до євреїв у Сталіндорфському районі [Текст] / А. Г. Венгер. –// Матеріали студентської науково практичної конференції, присвяченої 60-річчю визволення України від німецько фашиських загарбників. – Дніпропетровськ, 2005. – С. 199-205.

См.: Шайкин И. М. Еврейские колонии Днепропетровщины [Текст] / И. М.

Шайкин. – // Шабат Шалом. –1993. – № 4 (16). – С.2.

См.: Історія Сталіндорфського району. – Сталінське, 1952. – 9 с.

См.: Личный архив автора – Интервью с Талалаевским И.Б., записано 5.08 04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Лосинской Р.М., записано 8. 05.96.

См.: Личный архив автора – Интервью с Чуприною С.И., записаное12.01.03.

См.: Личный архив автора – Интервью с Возулей Т.Л. записано 26.03.05.

См.: Государственный архив Днепропетровской области (далее: ГАДО). – Ф.

268;

оп. 3, д. 100, л. 189.

См.: Личный архив автора. – Интервью с Лобовым А.С., записано 3.05.03.

См.: Личный архив автора – Интервью с Талалаевским И.Б., записано 5.0804.

См.: ГАДО. – Ф. 256, оп. 3, д.100, л. 150.

См.: Личный архив автора – Интервью с Маценко Ф.Г. записано 22.07.04.

См.: ГАДО. – Ф. 256, оп. 3, д. 100, л. 25.

См.: Личный архив автора – Интервью с Чернобай Г.П. записано 12.01.03.

См.: ГАДО. – Ф. 256, оп. 3, д. 100, л.150.

См.: Личный архив автора – Интервью с Лебедин Е.А., записано 19.07.04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Наточим П.С., записано 19.08.04.

См.: Государственный архив Российской Федерации – Ф. Р.7021, оп. 14, д. 36, л. 30-38.

См.: Личный архив автора – Интервью с Чуприною С.И., записано12.01.03 г.

См.: Личный архив автора – Интервью с Тепер К.М., записано19.08.04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Лисовской А.В., записано 19.08.04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Брусник Е.И., записано 3.05.04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Наточим П.С., записано 19.08.04.

См.: ГАДО. – Ф. 256, оп. 3, д. 100, л. 189.

См.: ГАДО. – Ф. 256, оп. 3, д. 100, л. 99.

См.: Личный архив автора – Интервью с Возулей Т.Л. записано 26.03.2005.

См.: Личный архив автора – Интервью с Каперко Е.И. записано 22.07.04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Немченко А.С. записано 19.07.04.

См.: Личный архив автора – Интервью с Корсунской Р.М. записано 8.08.04.

См.: ГАДО. – Ф. 256, оп. 3, д. 100, л. 150.

Маркдорф Н.М.

Новокузнецкий филиал-институт ГОУ ВПО «Кемеровский государ ственный университет», г. Новокузнецк, Россия ЛАГЕРЬ №464 МВД СССР ДЛЯ ВОЕННОПЛЕННЫХ:

СОДЕРЖАНИЕ И ТРУДОВОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЖИМНОГО И ОСУЖДЕННОГО КОНТИНГЕНТА На территории Западной Сибири после завершения репатриации основной массы военнопленных в послевоенный период действовал только один режимный лагерь для осужденного контингента. Режимный лагерь №464 МВД СССР был сформирован на базе лагеря №525 во исполнение приказа МВД СССР за №00604 от 21 июня 1949 г. и приказа УМВД по Ке меровской области за №00112 от 4 августа 1949 г. Свою деятельность на чал с 1 октября 1949 г. В деле формирования лагеря имелись значительные трудности, вызванные широкомасштабной работой по проведению репа триации военнопленных на родину в 1949 г., а также необходимостью под ведения финансовых итогов по лагерю №525 МВД СССР1.

Начальником Управления лагеря назначили бывшего начальника Управления лагеря №525 подполковника К.Ф. Самоходова;

заместителем начальника Управления по оперативной работе – бывшего заместителя на чальника Управления 525-го лагеря подполковник С.А. Зеленера;

замести телем начальника Управления по политчасти – бывшего заместителя на чальника Управления 525 лагеря подполковника М.А. Воронцова;

замести телем начальника Управления по режиму и охране – бывшего начальника планово-производственного отдела Управления 525 лагеря майора Г.А.

Владыкина;

заместителем начальника Управления по снабжению – бывше го заместителя начальника спецгоспиталя №1407 по снабжению майора медицинской службы Л.Ф. Чупыру2.

Во исполнение приказа МВД СССР за №00747 от 6 августа 1949 г. и приказа УМВД №00124 от 25 августа 1949 г. были сформированы 2 лагерных отделения и одна подкомандировка при тресте «Сталинскпромстрой» в г.

Сталинске при лагерном отделении № 6 (начальник лейтенант Казаков)3.

Лагерное отделение №6 лагеря №464 МВД СССР на базе бывшего лагерного отделения №6 лагеря №525 МВД СССР с лимитом контингента 1 000 человек обслуживали рабочей силой трест «Кузнецктяжстрой» Ми нистерства Строительства предприятий тяжелой индустрии в г. Сталинске и строительство четвертой очереди ТЭЦ Сталинского алюминиевого заво да. Начальником 6-го лаготделения 464-го лагеря назначен бывший на чальник 6-го лаготделения 525-го лагеря – старший лейтенант Якунин. В данном лагерном отделении сосредоточили неосужденный контингент во еннопленных и интернированных4.

Лагерное отделение №13 лагеря № 464 МВД СССР с лимитной чис ленностью в 1 750 человек было сформировано на основе контингента ла герного отделения №7 лагеря № 525 МВД СССР и содержало осужденных к различным срокам наказания военнопленных и интернированных. Его контингент использовался на строительных объектах треста «Куз басспромжилстрой» Министерства угольной промышленности СССР в г.

Прокопьевске, на строительстве двух обогатительных фабрик, двух больших зданий дворца пионеров и музыкальной школы, жилых домов для шахтеров, на подготовительных строительных работах новой шахты №8.

Начальником 13-го лаготделения лагеря №464 был назначен бывший на чальник 7-го лагерного отделения 525 лагеря капитан Форов5.

Весь личный состав лагеря и его отделений укомплектовали за счет лучших, наиболее проверенных и работоспособных офицеров и вольнона емных работников расформированного лагеря №525. Всего от лагеря были приняты:

1. Личный состав – 155 чел. В том числе:

- офицеры – 72 чел.;

- сержантский состав срочной службы – 21 чел.;

- рядовой состав срочной службы – 24 чел.;

- рядовые и сержанты сверхсрочной службы – 2 чел.;

- вольнонаемные лица – 36 чел.

2. Контингент военнопленных и интернированных, не подлежащий репатриации и с серьезными компрометирующими материалами, находя щиеся под следствием, осужденные – 3 718 чел. В том числе:

- военнопленные – 1 905 чел.;

- интернированные – 1 313 чел.;

- осужденные – 500 чел. В основном это были немцы, а также ав стрийцы, французы, чехи, югославы, русины, граждане Люксембурга, украинцы и поляки, советские немцы, офицерского, младшего началь ственного состава и рядовые6.

3. Продовольственные фонды, вещевое имущество, автотранспорт, обозные лошади, жилфонд и прочие материальные ценности, обеспечива ющие нормальное функционирование лагеря7.

В соответствии с указаниями МВД СССР Управление в октябре при ступило к фильтрации оставленного от репатриации подучетного контин гента, которая продолжалась до конца декабря 1949 г. В результате опера тивно-следственной работы было арестовано и осуждено 426 чел. военно пленных и интернированных за «злодеяния, совершенные ими против СССР и стран народной демократии»8.

Фильтрационно-следственная работа, проводимая на протяжении октя бря-декабря 1949 г., имела существенное влияние на трудоиспользование. В период следствия две трети контингента подвергалось переброске из одного лаготделения в другое, отправлялись в тюрьму №3 г. Сталинска9. Кроме того, в зонах оставались военнопленные и интернированные, которые нужны были в качестве свидетелей, использовались на судебных процессах, и, следователь но, на работы хозорганов не выводились. Эти факторы привели к снижению производственных показателей в 4-м квартале 1949 г.10.

Режимный лагерь №464 МВД СССР действовал с 01.10.1949 г. по 01.06.1950 г. За период его существования произошли следующие измене ния в движении контингента.

Всего на 01.10.1949 г. состояло военнопленных и интернированных – 1 824 чел.

За отчетный период прибыло – 336 чел. В том числе:

- из спецгоспиталя №1407 г. Сталинска – 232 чел.;

- из лагеря №503 МВД СССР г. Кемерово – 37 чел.;

- из тюрьмы №3 г. Сталинска – 6 чел.;

- из ГО МВД г. Сталинска и Прокопьевска – 2 чел.;

- из лагеря № 16 МВД СССР г. Хабаровска – 1 чел.;

- из УИТЛКа Кемеровской области – 58 чел.

Всего за отчетный период убыло – 2 160 чел. В том числе:

- в спецгоспиталь № 1407 г. Сталинск – 57 чел.;

- в лагерь №27 МВД СССР г. Красногорск – 1 чел.;

- в лагерь №62 МВД СССР г. Киев – 30 чел.;

- в лагерь №69 МВД СССР г. Франкфурт-на-Одере – 1 824 чел.;

- в режимный лагерь № 476 МВД СССР г. Свердловска – 245 чел.;

- в лагерь №16 МВД СССР г. Хабаровск – 2 чел.;

- умерло – 1 чел.

- военнопленные, переведенные в группу интернированные – 98 чел.

- интернированные, переведенные в группу военнопленных и осу жденных – 13 чел.

Всего на 01.06.1950 г. – 0 чел. В организационный период большинство военнопленных выражали недовольство тем, что к осени 1949 г. они не были репатриированы на ро дину. Начались проявления массовой агрессии в отношении охраны, угро зы12. Например, довольно часто можно было услышать следующие выска зывания. Военнопленный Шламбергер: «…Мы должны забастовать, это быстрее решит нашу судьбу». Военнопленный Ганс Клейн: «Было бы несколько противотанковых гранат, пустить бы их по вышкам…». Военно пленный Адольф Вурм: «Я, например, с 1 января 1950 г. не работаю, пусть делают со мной, что хотят…Мы – военнопленные, заявляем открыто о сво ем намерении бежать из лагеря, как только представится возможным».

Только в 7-м лаготделении с открытыми заявлениями протеста выступили 73 человека. Пик антисоветских выступлений оперативно-следственные отделы зарегистрировали в самый начальный период организации лагеря, т.е. в октябре 1949 г. Профашистская агитация и пропаганда имели место и в дальнейшем, что сказывалось на организации производственного процес са и во многом влияло на производительность труда. Например, одноднев ный заработок в октябре 1949 г. равнялся 17,2 руб., а в декабре уменьшил ся до 16, 34 руб. Снизилась производительность труда и к декабрю 1949 г.

составила 72,6 %13.

В целях сохранения физического состояния контингента, помимо из лечения тяжелобольных в спецгоспитале №1407, в лагере действовали ам булатории и лазареты. Как посещаемость, так и освобождение военноплен ных и интернированных от работы по амбулаториям, постепенно сокраща лись, за исключением ноября 1949 г., когда отмечался рост простудных за болеваний и гриппа. Других инфекционных заболеваний зарегистрировано не было. К началу 1950 г. всему контингенту были сделаны профилактиче ские прививки против сыпного тифа, паратифов, дизентерии и холеры.

Администрацией и медицинским персоналом лагеря был проведен целый комплекс мероприятий, направленных на сохранение и восстановление ра ботоспособности военнопленных. Принятыми мерами удалось значительно снизить количество больных и нетрудоспособных. Смертность в лагере по различным причинам составила всего 0,12 %. Трудовой фонд к среднеспи сочному составу удалось поддерживать на уровне 92-94 %.

Поступление и движение больных в лазареты и амбулатории можно проследить по следующим данным.

Таблица 1 – Медицинская помощь, оказанная больным амбулаториями и лазаре тами в лагере № 464 МВД СССР за 1949-1950-е годы № Медицинская помощь 1949 год 1950 год 1 Количество первичных посещений амбулаторий 2 925 1 2 Количество больных, поступивших в лазареты 376 На основании приказа начальника Управления МВД СССР гене рал-майора Губина весь контингент военнопленных и интернированных регулярно подвергался комиссованию15. Врачебно-трудовая экспертиза в лагерях НКВД-МВД СССР осуществлялась врачебно-трудовыми комисси ями (ВТК), которые в своей работе руководствовались специальным поло жением №28/7309 от 17 июля 1942 г. и последующими отдельными прика зами, инструкциями и распоряжениями, вносившими коррективы с учетом менявшейся экономической ситуации в лагерях и показателей трудового фонда. Врачебно-медицинские комиссии ежемесячно освидетельствовали военнопленных и определяли степень трудоспособности каждого человека, определяли его трудовое использование. ВТК в составе заместителя на чальника Управления лагеря (лаготделения), начальника медицинского и производственного отделов (частей) и вольнонаемных врачей действовали при Управлениях лагерей (как центральные комиссии) и в каждом лаготде лении. Положением №28/7309 устанавливалась разбивка военнопленных с учетом состояния здоровья на четыре условные группы трудоспособности на основании специальных инструкций ГУПВИ, перечня болезней и физи ческих недостатков с целью дифференцированного использования военно пленных и интернированных на работах различной тяжести.

На врачебные комиссии был возложен и повседневный контроль над правильным распределением военнопленных на контрагентские и внутри лагерные работы. В целях недопущения физического ослабления контин гента лагерей введенные для 3-й категорий «поправочные» коэффициенты, снижающие нормы выработки до 30-50 %, предусматривали полноценное питание как выполняющим нормы на 100 %. Случаев неправильного комиссования зарегистрировано не было. В процентном отношении преоб ладали 1-я и 2-я группы трудоспособности по сравнению с 3-4 группами и ОК (оздоровительные команды).

Таблица 2 – Физическое состояние контингента по месяцам в лагере МВД СССР № Дата комис- 1 груп- 2 груп- 3 груп- 4 груп- ОК Лазаретные Итого сования па па па па больные по лаге рю На 01.10.1949 888 2043 563 104 97 23 3 23,9 % 55 % 15,1 % 2,8 % 2,6 % 0,6 % 100,0 % На 01.11.1949 908 2015 518 136 73 28 3 24,7 % 54,8 % 14,1 % 3,7 % 1,9 % 0,8 % 100,0 % Таблица 2 (продолжение) На 01.12.1949 551 1 441 344 100 52 28 2 21, 9 % 57,3 % 13,8 % 4,0 % 2,0 % 1,0 % 100,0 % На 01.01.1950 428 1 160 244 93 28 39 1 21,4 % 58,2 % 12,3 % 4,7 % 1,4 % 2,0 % 100,0 % На 01.02.1950 464 1 264 263 95 37 23 2 21,6 % 58,9 % 12,3 % 4,4 % 4,7 % 1,1 % 100,0 % На 01.03.1950 396 1 218 298 95 34 26 2 22,9 % 56,2 % 13,8 % 4,4 % 1,5 % 1,2 % 100,0 % На 01.04.1950 527 1 195 282 86 27 20 2 24,6 % 56 % 13,2 % 4% 1,3 % 0,9 % 100,0 % К концу 1949 г. положение с медицинским обслуживанием в режим ном лагере №464 Кемеровской области, в основном, стабилизировалось.

Во-первых, благодаря тому, что в Кузбасс был переведён спецгоспиталь №140717, во-вторых, лагерь полностью укомплектован опытными врачами и другим медперсоналом из числа вольнонаемных граждан и самих воен нопленных. В-третьих, почти без перебоев и в положенном ассортименте было налажено снабжение медикаментами. Вследствие этого наметились явные тенденции к сокращению заболеваемости среди военнопленных, хотя данные показатели на протяжении 1949-1950 гг. все еще оставались высокими18.

Источником пополнения трудового фонда являлись оздоровительные команды. С целью восстановления своей трудоспособности около 2 % во еннопленных и интернированных проходило через них ежегодно19.

Вещевым имуществом режимный лагерь обеспечивался Управлением военного снабжения МВД Западно-Сибирского округа. В течение зимы 1949 1950 гг. военнопленные были полностью одеты по сезону. Тем не мене, лагерь продолжал испытывать острый дефицит теплых вещей: не хватало фуфаек, ва ленок и теплых рукавиц. Работающие на воздухе не полностью обеспечива лись спецодеждой и спецобувью. Большинство немцев ходили в ветхой, гряз ной, давно не стиранной одежде. С целью лучшей сохранности теплой одежды и увеличения ее срока службы начальниками лагерных отделений предписы валось весной верхнюю одежду у военнопленных насильственно изымать и выдавать только с наступлением холодов20.

Режимный контингент трудился на тех же объектах, что и военно пленные 525-го лагеря. Военнопленные и интернированные использова лись следующими хозорганами:

- ТЭЦ Сталинского алюминиевого завода в г. Сталинске. Продолжа лись работы по возведению 4-й очереди. Строительство, находящееся под контролем ЦК ВКП(б), требовало напряженных темпов. Здесь контингент в количестве 1 000 чел. работал в 3 смены.

- На строительстве двух обогатительных фабрик при шахтах г. Про копьевска.

- На строительстве большого здания дворца пионеров в г. Прокопьевске.

- На строительстве здания музыкальной школы в г. Прокопьевске.

- На строительстве жилого фонда для шахтеров в г. Прокопьевске.

- На шлакоблочном заводе им. К. Ворошилова.

- На механическом заводе Министерства угольной промышленности в г. Прокопьевске.

- На подготовительных строительных работах новой шахты №8.

Стоимость всех выполненных работ составила более 18 млн. руб. Как указывалось выше, в 4-м квартале 1949 г. были зафиксированы наиболее низкие показатели по трудовому использованию режимного контингента, связанные с резким ростом негативных настроений среди от страненных от репатриации военнопленных и интернированных. Кроме того, регулярно проводимые фильтрационные и оперативно-следственные мероприятия способствовали значительному сокращению трудового фон да. За период деятельности производственная и финансовая деятельность лагеря характеризовалась следующими показателями.

Таблица 3 – Производственно-финансовая деятельность лагеря МВД СССР № для военнопленных в Кемеровской области № Основные показатели IV квартал 1949 г. I квартал 1950 г.

1 Среднесписочный состав контин- 2 980 чел. 2 132 чел.

гента 2. Трудовой фонд 2743 чел. 1954 чел.

3. % трудового фонда к списочному 91,3 % 91,6 % составу 4. Использовалось на оплачиваемых 2 352 чел. 1 783 чел.

работах 5. % используемых на контрагентских 80,5 % 91,2 % работах к трудовому фонду 6. Использование на внутрилагерных 180 чел. 131 чел.

работах и хозобслуге 7. Производительность труда 127 % 128 % Таблица 3 (продолжение) 8. Валовая сумма заработка 320 500 руб. 282 500 руб.

9. Фактические расходы на содержа- 33 280 руб. 2 117 руб.

ние лагеря 10. Результат накопления - 708 000 руб.

11. Убытки 708 000 Из приведенных данных видно, что убытки в сумме 708 тыс. руб., по лученные в последнем квартале 1949-го г., были перекрыты накоплениями в этой же сумме в 1-м квартале 1950-го г. Растрат, за исключением незначи тельных недостач, по которым произведены начеты, за свою деятельность ла герь не имел, в отличие от 525 лагеря за весь предыдущий период его дея тельности. Постепенно сокращалась и дебиторская задолженность, в конеч ном счете доведенная до 300 тыс. руб. (по состоянию на 20.04.1950 г.).

Во втором квартале 1950 г. накануне репатриации и расформирова ния контингента лагерь сумел вне плана дать хозорганам 19 460 отработан ных человеко-дней, при этом валовая сумма выработки составила 363, тыс. руб., стоимость одного отработанного человеко-дня была доведена до 18 руб. 67 коп. В целом, данный показатель был ниже, чем в лагере №525, что во многом объяснялось характером выполняемых работ. Режимный контингент в основном использовался на наиболее тяжелых и неквалифи цированных работах с продолжительностью рабочего дня до 12 часов. К концу 2-го квартала 1950 г. основные показатели трудового использования режимного и осужденного контингента еще более повысились. Так, произ водительность труда составила в целом по лагерю 138, %, причем по лагер ному отделению №6 она равнялась 141,1 %. Заработок на одного военно пленного в день был доведен до 20,53 руб., валовая сумма заработка воз росла до 127,3 % (932 971 руб.)23.

В основном случаи производственного травматизма на объектах ра бот хозорганов были достаточно редким явлением, что, безусловно, отли чало производственную деятельность режимного контингента и свидетель ствовало об отлаженном механизме техники безопасности. Судя по прика зам начальника Управления лагеря, всего за период своей деятельности за регистрировано 6 легких травм и лишь одна – со смертельным исходом 24.

Так, 18 января 1950 г. на шлакоблочном заводе им. Ворошилова в г. Про копьевске на терриконике, где работала бригада осужденных военноплен ных немцев, был завален горящей породой Бобсин Карл, который умер от ожогов, а трое осужденных немцев получили тяжелые травмы. Как было установлено в ходе расследования данного инцидента, работы на объекте велись с нарушением техники безопасности, без утверждения проекта раз работки со стороны горно-технической инспекции. Кроме того, отсутство вал контроль над техникой безопасности заместителем начальника лагер ного отделения по производству25. Тем не менее, это был единственный случай вопиющего нарушения техники безопасности, имевший трагиче ские последствия.

По свидетельству архивных документов, серьезных нарушений ла герного режима было выявлено только два. В октябре 1949 г. с территории Прокопьевского механического завода сбежал осужденный за аналогичное преступление Тайнц Горст Отто, которого задержал оперуполномоченный 7-го лагерного отделения на заводском чердаке. 17 ноября 1950 г. совер шил самоубийство в следственном изоляторе подследственный Гофман Фриц Карл26. К прочим нарушениям лагерного режима (43 случая) относи лись: мелкие кражи, промот имущества, симуляция болезней, грубость и неисполнение приказов командиров.

В деле искоренения данных правонарушений администрация лагеря возлагала большие надежды на антифашистские комитеты. Уже к концу г. был сформирован аппарат функционеров, а затем и антифашистский коми тет. По Управлению и лагерным отделениям назначили руководителей анти фашистского актива: Фиркс Алекс Теодор, Бигессе Вилли Фриц;

старших пропагандистов: Эрендорт Фриц Фриц, Поле Фридрих Бернгарт, Майер Эрих Сильвестр;

руководителей художественной самодеятельности: Градер Вальтер Густав, Тиле Ганс Петер, Бюллер Тэди Петер27.

Наряду с «кузницей» антифашистских кадров приоритетными направлениями в процессе перевоспитания основной массы военноплен ных в мирное время стали культурно-массовая, разъяснительная и просве тительская работа. Проводимая политико-воспитательная работа не сразу дала определенные результаты. Однако «профашистские элементы» были вовремя изолированы от основной массы контингента. Кроме того, воспи тание новых сторонников социализма наталкивалось на противоборство основной массы осужденного контингента. Всего за период деятельности лагеря помимо индивидуальных бесед были проведены следующие меро приятия, способствующие оздоровлению морального климата, привлече нию основной массы режимного контингента к антифашистскому движе нию и активной политико-воспитательной деятельности.

Таблица 4 – Методы политико-воспитательной работы среди режимного контин гента лагеря МВД №464 за период его деятельности № Наименования мероприятий Количество мероприятий Охвачено человек 1 Общие собрания и митинги 60 65 2 Лекции, доклады. Из них: 131 51 Советскими людьми 48 19 Функционерами 83 31 3 Групповые беседы 208 7 4 Проведено встреч с активом: 142 6 - собраний 26 4 - семинаров 60 1 - совещаний 56 5 Производственные конфе- 18 6 ренции 6 Политкружки 76 100 % 7 Кружки самодеятельности 10 13,2 % 8 Проведено спектаклей 47 14 9 Проведено концертов 140 38 10 Проведено киносеансов 389 91 11 Выпущено стенных газет 87 Режимный лагерь №464 МВД СССР был расформирован во исполне ние приказа МВД СССР и Приказа начальника Управления МВД по Кеме ровской области №004 от 25 января 1950 г. Работа по завершению деятель ности осуществлялась на протяжении нескольких месяцев в виду ряда из менений сроков репатриации и отправки осужденного контингента по дру гим лагерям страны.

Таблица 5 – Движение военнопленных и интернированных из лагеря № 464 МВД СССР в период его ликвидации Репатриировано 3 249 чел.

Отправлено в лагеря других областей 45 чел.

Отправлено осужденных для отбытия срока наказания в лагерь № 812 чел.

476 МВД СССР г. Свердловска Отправлено в тюрьму № 3 г. Сталинска 32 чел.

Итого убыло: 4 138 чел.

Последний эшелон численностью 787 чел., осужденных на длитель ные сроки военнопленных и интернированных, отправили 5 мая 1950 г. в Свердловский режимный лагерь №476 для военнопленных. Расформирова ние лагеря производилось в соответствии со строго утвержденным планом, инструкциями и контролировалось ликвидационными комиссиями лагер ных отделений. В июне 1950 г. все материальные ценности были переданы лагерным отделениям №№8, 9 и 12 УИТЛК г. Сталинска и Прокопьевска.

Жилой фонд и казарменное оборудование, принадлежащее хозорганам, отдали их владельцам. Архив лагеря поступил в областной архив. Личный состав переведен в ведение отдела кадров УМВД и отдела кадров УИТЛК по Кемеровской области. После вывоза из лагеря контингента и передачи материального имущества на основании приказа №0028 за 1950 г. в июне 1950 г. лагерь №464 прекратил свое существование 30. На территории Кеме ровской области оставался осужденный контингент, отбывающий наказа ние за различные виды преступлений в тюрьмах и исправительно-трудо вых колониях, подконтрольных не ГУПВИ, а ГУЛАГУ. Их пребывание на территории Кузбасса растянулось до 1955 года.

Таким образом, единственный режимный лагерь на территории Западной Сибири действовал на основании Приказа НКВД СССР №0011430 и «Положения о режимных лагерях НКВД для военнопленных»

от 09.09.1944 г. При этом в режимный лагерь направлялись участники зло деяний и зверств над гражданами СССР;

активные фашисты из сотрудни ков разведывательных, контрразведывательных и карательных органов противника;

совершившие побеги из лагерей и проявляющие активное стремление к организации побегов. Все режимные категории военноплен ных, кроме подследственных, больных и освобожденных врачом, привле кались к наиболее трудоемким, особо опасным, тяжелым работам на шах тах, карьерах, строительстве в Кемеровской области. При этом продолжи тельность рабочего дня составляла 12 часов с обязательным условием вы полнения предельно высоких норм выработки31.

За нарушения правил внутреннего распорядка и режима, недобросо вестное отношение к труду и отказ от работы, не влекущие за собой уго ловную ответственность, на военнопленных накладывались различные взыскания: выговор перед строем, арест с содержанием на гауптвахте, строгий арест с содержанием в одиночной камере или карцере. При систе матических нарушениях виновные привлекались к уголовной ответствен ности с отбыванием срока наказания в ИТЛ строгого режима. При этом на них распространялось уголовное законодательство СССР. Питание этим военнопленным выдавалось по следующим нормам: а) выполняющим и перевыполняющим нормы – согласно приказу НКВД СССР № 001282 г. по норме № 1, но без дополнительного питания;

б) отказчикам от работы и не выполняющим производственные задания – по норме содержащихся на гауптвахте и подследственных с выдачей горячей пищи через день 32. На основании положения НКВД СССР «О трудовом использовании военно пленных» от 29.09.1945 г. денежное вознаграждение выплачивалось каждо му, но в случае выполнения 100 % нормы выработки за месяц, в размере % от суммы заработка и не превышало 200 руб. Если норма выработки или сменное задание не выполнялись, заработная плата не выплачивалась33.

Фильтрационно-следственная работа среди подучетного контингента проводилась на протяжении всего существования лагеря. Более половины военнопленных и интернированных на контрагентские работы не выводи лись, т.к. активно использовались на допросах, в судебных процессах в ка честве свидетелей, находились под судом, часто перебрасывались из одно го лагерного отделения в другое, а также отправлялись для отбытия сроков наказания в тюрьмы Прокопьевска и Сталинска. Данный фактор, безуслов но, не способствовал улучшению рентабельности производства. Более того, «центр тяжести» по выполнению норм выработки переносился на здоровых людей, приводил к преждевременному изнашиванию их организ мов, а впоследствии – к преждевременной смерти.

В отличие от других западносибирских регионов режимный контингент был сосредоточен именно в Кузбассе, в котором часть лагерных отделений 525-го лагеря с 1945 г. действовали как режимные. Это была особая категория военнопленных, которая в связи с имеющимися на всех без исключения ком прометирующими материалами репатриации не подлежала. Во-первых, исхо дя из специфики индустриального региона, предполагалось максимально сохранить данный контингент для трудового использования. Во-вторых, по оперативным соображениям, т.к. большая часть контингента представляла со бой действительно военных преступников. Даже после вынесения приговора практически все остались на территории Кузбасса.

Труд находящихся в стадии оперативной разработки режимных во еннопленных использовался в основном на угледобыче (тресты «Молото вуголь», «Куйбышевуголь»), а также на наиболее трудоемких строитель ных работах в Кузбассе («Кузбассшахтострой», «Кузбасспромстроймате риалы»), «Сибстройпуть», «Востокжилстрой».

Часть контингента была осуждена на каторжные работы сроком от до 25 лет и содержалась до отбытия срока наказания в ИТЛ г. Мариинска, Белово, Сталинска, в тюрьмах Прокопьевска, Киселевска и Сталинска. По имеющимся архивным документам последние осужденные военнопленные вернулись на родину в 1955-1956 гг.

Примечания:

См.: Информационный Центр Главного Управления Внутренних дел по Кеме ровской области (далее - ИЦ ГУВД КО). Ф. 11. Приказы начальника Управления лагеря за 1949 год. Л. 1-2.

См.: Российский государственный военный архив (далее – РГВА). Ф. 1п. Оп.

15а. Д. 331. Л. 51.

См.: ИЦ ГУВД КО. Ф. 11. Приказы начальника Управления лагеря за 1949 год. Л. 12.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 51-52.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 62-64.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 07е. Д. 924. Л. 126-131;

Ф. 32п. Оп. 10. Д. 24. Л. 99, 101, 106.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 64.

См.: Там же. Л. 52.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 07е. Д. 924. Л. 101-105, 109, 140.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 53.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 64-66;

Оп. 07е. Д. 924. Л. 69, 111, 132-134, 137, 141;

Ф. 32п. Оп. 10. Д. 24. Л. 180.

См.: Там же. Л. 66.

ИЦ ГУВД КО. Ф. 11. Оп. 1. Приказы начальника Управления лагеря № МВД СССР за 1949-1950 – е годы. Л. 44-45.

См.: Источник: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 54.

См.: РГВА. Ф. 32п. Оп. 10. Д. 24. Л. 234;

Ф. 1п. Оп. 07е. Д. 1017. Л. 147-150.

См.: Составлено по: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 74;

Ф. 32п. Оп. 10. Д. 24. Л. 235.

См.: Архив Новокузнецкого краеведческого музея (далее – АНКМ). Ф. НФ-Д.

Оп. 1. Д. 4. Л. 20.

См.: РГВА. Ф. 1 п. Оп. 15 а. Д. 347. Л. 30-34.

См.: ГАКО. Ф. Р-164. Оп. 2. Д. 31. Л. 8.

См.: Российский Государственный Военный Архив (далее - РГВА). Ф. 1 п. Оп.

23 а. Д. 5. Л. 39-40. Главное Управление по делам военнопленных и интернированных НКВД-МВД СССР. 1941-1952 гг.: Отчетно-информационные документы и материалы.

Т. 4. / Сост. М. М. Загорулько, К. К. Миронова, Л. А. Пылова и др. Под ред. проф. М.

М. Загорулько. Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2004. - С. 1108.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 71-72;

ИЦ. ГУВД КО. Ф. 11. Оп. 1. Ко робка 10. Д. 4. Л. 4. Л. 41;

Д. 5. Л. 12.

См.: Составлено по: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а.Д. 331. Л. 54;

ИЦ ГУВД КО. Ф. 11.

Приказы начальника Управления лагеря за 1950 год. Л. 62-63.

См.: ИЦ ГУВД КО. Ф. 11. Коробка 10. Д. 4. Л. 62.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 10и. Д. 1. Л. 227-228, 232.

См.: ИЦ ГУВД КО. Ф. 11. Коробка 10. Д. 4. Л. 41.

См.: Там же. Л. 43, 66-67.

См.: ИЦ ГУВД КО. Ф. 11. Приказы начальника Управления лагеря за 1950 год.

Коробка 10. Д. 5. Л. 16.

См.: Источник. РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 70.

См.: Источник: РГВА. Ф. 1п. Оп. 15а. Д. 331. Л. 55.

См.: ИЦ ГУВД КО. Ф. 11. Приказы начальника Управления лагеря за 1949 1950 годы. Коробка 8. Д. 8. Л. 11.

См.: Государственный архив Российской Федерации (далее - ГА РФ). Ф. 9401.

Оп. 1. Д. 701. Л. 153-165;

РГВА. Ф. 1п. Оп. 37а. Д. 2. Л. 112-116;

Оп. 07е. Д. 1017. Л.

153-158.

См.: РГВА. Ф. 1п. Оп. 37а. Д. 3. Л. 54-57.

См.: РГВА Ф.1 п. Оп. 37 а. Д. 1. Л. 114 об.-125 об. ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 1.Д. 737.

Л. 180-214.

А.В. Калякина Институт истории и международных отношений Саратовского Госунивер ситета имени Н.Г. Чернышевского, г. Саратов, Россия НЕМЕЦКИЕ ВОЕННОПЛЕННЫЕ В САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ (1943-1949 ГГ.) История немецких военнопленных Великой Отечественной войны – одна из сравнительно новых тем в исторической науке. Только в 1990-е гг.

исследователи получили представление об условиях жизни в плену, о структуре и методах работы ГУПВИ1. Были лагеря для военнопленных и на территории Саратовской области.

В феврале 1943 г., после капитуляции немецких войск под Сталин градом, по различным оценкам в плен попали от 90 до 110 тыс. чел. 2.

Именно на это время приходится период значительного роста числа лаге рей для военнопленных. Многокилометровые пешие колонны пленных по тянулись сначала от места сражения к приемным пунктам фронтовых лаге рей, а после – все глубже и глубже в тыл, к местам назначения.

Один из таких лагерей появился и в Саратовской области в марте 1943 г., он был самым ближним к Сталинграду. Ему присвоили номер и название «Покровский». Лагерь был переведен в область из прифронто вой полосы, и уже здесь, под командованием капитана госбезопасности И.Г. Воробьева, принял 10 500 военнопленных. Лагерь состоял из несколь ких более мелких структурных подразделений – отделений, которые нахо дились в значительном отдалении друг от друга. Прибывших пленных предполагалось распределить следующим образом: половина из них оста валась в отделении №1 (станция Покровск). Еще 3 000 отправлялись во второе отделение (Вольск). Остальные же 2 500 чел. были распределены в отделение №33. Однако, по данным исследователя С.Г. Сидорова, из всего числа военнопленных, предназначавшихся для саратовского лагеря, 1 чел. умерло на пути следования в отделения, а в период с 15 марта по 1 мая 1943 г. в лагерях скончались еще 4 663 чел. Причина смерти последних — дистрофия (4 326 чел.), обморожение (162 чел.), сыпной тиф (54 чел.), ра нения (23 чел.), другие причины (98 чел.) 4. В основном военнопленные были немцы и австрийцы.

В Саратовскую область поступали только рядовые и военнослужа щие не старше унтер-офицеров. Для штабных офицеров и высшего ко мандного состава были созданы отдельные лагеря: Оранский, Елабугский и Суздальский.. В эти лагеря из-под Сталинграда отправилось 895 немцев5.

В последующие годы число лагерей в Саратовской области увеличи лось. В разное время в данном регионе существовали 6 различных лагерей для военнопленных, отделения которых были разбросаны по всей области.

Все эти лагеря действовали на основании приказа НКВД СССР №00367 от 24 февраля 1943 г.6, п. 7 которого предписывал им организовать прием во еннопленных в лагеря, обеспечить в лагерях надлежащую охрану и режим, размещение, питание, лечение больных и раненых военнопленных, органи зовать точный персональный учет военнопленных и их оперативно-чекист ское обслуживание. Случилось так, что во многих отделениях пленные собственноручно достраивали будущие места своего заключения. Бывший военнопленный немец Ганс Шютц, который 3,5 года находился в лагерях Саратовской области, в своих мемуарах7 поэтапно описывает обустройство своего лагеря. На момент заселения лагерь представлял собой двухэтажное деревянное здание, территория вокруг которого была обнесена колючей проволокой. Ни электричества, ни водоснабжения, ни тем более кухни там не было. Все эти удобства постепенно создавались руками самих плен ных8. Другой работы на тот момент у них все равно не было. Их не привле кали к работе до окончания согласований по всем ведомствам НКВД. Од нако и питания не выделяли, ограничиваясь сухим пайком.

Массовое трудовое использование военнопленных на предприятиях и стройках страны началось со второй половины 1943 г. К концу 1944 г.

предприятия и стройки более 30 наркоматов получили около 400 тыс.

пленных. В январе-мае 1945 г. количество производственных лагерей воз росло до 150. Интересные данные дает «Справка М. С. Кривенко на имя Л.

П. Берии о количестве рабочей силы из числа военнопленных мобилизо ванных и арестованных немцев, распределенных по предприятиям про мышленных наркоматов…» К 17 мая 1945 г. из 555,3 тыс. чел., трудивших ся на предприятиях СССР, в Саратовской области трудились свыше 3 тыс.

немцев-военнопленных. 700 из них – на авиационном заводе, 500 – в цехах подшипникого завода, еще 1 400 чел. – на стройках промышленных объек тах области. Кроме того, Саратов упоминается еще раз – среди городов, между которыми было распределено 8 900 чел. для строительных и восста новительных работ, а так же в числе пяти городов, где Главвоенпромстрой разместил 2 500 чел9. На основании приведенных данных можно предста вить себе общую картину применения труда военнопленных в Саратовской области. Легко заметить, что основная доля пленных занималась строитель ными и восстановительными работами. Это обстоятельство фиксируется и в документах местных ведомств. Так, в отчете Саратовского обкома ВКП (б) за 1947 г., направленном в ЦК партии, говорилось, что строительные и восстановительные работы на промышленных объектах велись в основном силами военнопленных и заключенных10. Труд пленных широко применялся и ведущим строительным трестом области («Саратовпромстрой»), который занимался реконструкцией подшипникового завода, строительством завода зуборезных станков, и других промышленных объектов11. Немецкие плен ные занимались и строительством жилья. В Саратове, других городах обла сти сохранились жилые здания и даже целые улицы, построенные немецки ми военнопленными (например, улицы Азина, Киевская, пос. Елшанка в Са ратове).

На Саратовском авиационном заводе был создан Комбайновский ла герь №368 для военнопленных. Он просуществовал с апреля 1946 по март 1947 гг. включительно. Для возведения завода зубострогальных станков в 1946 г. было организовано специальное отделение №4 лагеря №368 НКВД для военнопленных. Тогда же был значительно расширен лагерь военно пленных.

Интересные подробности о трудовой жизни в лагерях дают мемуары военнопленных. С их помощью можно восстановить многие недостающие детали, которые наполняют объемом и оживляют картину работы в плену.

Основной частью жизни военнопленных была тяжелая ежедневная работа.

Тем не менее, степень нагрузок на разных предприятиях не была одинако вой. К тому же, существовали так называемые «вредные» производства, работа на которых была связана с дополнительной опасностью для жизни.

В таких случаях на защиту здоровья пленных вставало ГУПВИ. Главным аргументом было требование физического сохранения военнопленных для их лучшего трудоиспользования, наиболее эффективной мерой – снятие военнопленных с объектов, где не обеспечивались допустимые условия жизни и труда.

Когда строительство на одном объекте завершалось, военнопленных переводили на следующий, по возможности вблизи лагеря. Однако со вре менем места работы все удалялись от лагеря. В таких случаях пленных до ставляли на место работы группами в сопровождении конвоира с винтов кой12. Эти группы (или команды, как их тогда называли) формировались вне зависимости от их национальности или принадлежности к той или иной армии. На каждые 10 чел. в такой команде выделялся 1 конвоир 13, а группы до 10 чел. отправлялись на работы без конвоя. Нередко пленным приходилось добираться до места на специально выделенных грузовых ав томобилях. Если же в регионе работы не было вовсе, пленных переводили в другую область.

В результате переводов в пределах союзной системы лагерей НКВД наблюдалась невероятная мобильность пленных. Направление этих мигра ций определялось потребностью в рабочей силе того или иного наркомата.

Военнопленному Шютцу, например, повезло – его передвижения ограни чились пределами Саратовской области. И все же он успел поработать на лесопилке, дрожжевом комбинате, в пекарне, на вагоностроительном заво де14. А пленный Крамер за 3,5 года плена переводился из лагеря в лагерь раза15 – все они находились на территории Саратовской и сопредельных об ластей.

Бывали случаи саботажа. В докладной записке С.Н. Круглову о вскрытых случаях диверсий, вредительства и саботажа со стороны военно пленных и интернированных говорится, что в 238-м лагере Саратовской области военнопленный Бульс Вернер, работая в котельном цехе завода им. Ленина, умышленно поломал 3 пресса 16. Во избежание подобных слу чаев пленных редко допускали к серьезным производственным операциям, на их долю выпадала наименее значимая и самая трудоемкая часть работы.


Однако в подобных случаях трудно судить о преднамеренности при чиненного ущерба. Многие из пленных попросту не умели обращаться со сложными производственными механизмами, поскольку в Германии имели иную профессию. Так что в лагере они получали новую квалификацию.

Были случаи, когда работа в лагере давала пленным и первую профессию.

Среди военнопленных было немало юношей, которые попали в армию «прямо со школьной скамьи»17 и, естественно, просто не успели поработать на родине. Именно так произошло с Детлефом Крамером, он попал в плен в 19 лет и никакой профессии не имел18. Находясь в плену, он занимался в основном физическим трудом. Но, вернувшись на родину, сделал научную карьеру и стал профессором Свободного Берлинского университета.

Повседневная жизнь пленных того времени была до крайности суро ва. Распорядок дня пленного определялся временем его рабочей смены.

Дневная смена начиналась в 9:00 утра и длилась до 17:00. Вечерняя – с 17:00 до 1:30. Была и ночная смена – с 22:00 до 6:30. На день каждому пленному выдавали сухой паек. По возвращении в лагерь – кормили горя чим. Ежедневный рацион составляли «суп на воде, приправленный каплей растительного масла, капустными листьями или зелеными помидорами», каша и хлеб19. Спали пленные в бараках, большие помещения которых были оборудованы двухъярусными нарами.

Как свидетельствуют мемуары бывших военнопленных, пребывание в плену состояло из ежедневных попыток выжить. Люди постоянно ощу щали голод, боролись с болезнями и дистрофией. Недостаточность рацио на была постоянным явлением (овощной суп с хлебом, дополненный на обед кашей из злаков или картофеля20, без сомнения, не могли быть доста точными при постоянных физических нагрузках). Проблемы возникали даже при обеспечении пленных таким скудным продовольствием. Уже в 1946 г. были выявлены факты недостачи и перерасхода продовольствия.

По каждому из таких случаев проводилось расследование. Так, например, была проведена проверка по факту недостачи крупы в лагере №238 Сара товской области. Она выяснила, что лагерь был обеспечен крупой в пол ном размере, но в 1-м квартале 1946 лимит пайков был превышен в 2 ра за21. МВД СССР отреагировал на подобные случаи директивой №124 «об упорядочении расходования продовольственных фондов в лагерях МВД для военнопленных», в соответствие с которой увеличения паек следовало всячески избегать. В качестве дополнительной меры вводилась личная от ветственность за перерасход продовольственного лимита. Причиной такой строгости были экономический кризис и продовольственные затруднения в стране. По тем же причинам были снижены нормы питания, введенные в марте 1945 г. Административное преследование дало определенный ре зультат, но питание пленных осталось на прежнем уровне. В декабре г. нормы 1945 г., вводившие и дополнительное питание, были существенно снижены. К примеру, в декабре 1947 г. одному пленному в день полага лось 600 г хлеба, 600 г картофеля, 90 г крупы, 30 г мяса, 100 г рыбы, 45 г моркови и проч22. Такая ситуация привела к повышению уровня заболевае мости и смертности военнопленных в начале 1947 г., что побудило руко водство МВД 28 января 1947 г. ввести «чрезвычайное положение» в лаге рях ГУПВИ23. Выход из создавшейся ситуации был найден в репатриации 113 тыс. нетрудоспособных немцев.

Поначалу бытовые условия и недостаток пищи наводили пленных на мысль о намеренной жестокости со стороны советских властей, о начале тех зверств, которые, по обещаниям нацистской пропаганды, ожидали нем цев в плену у большевиков. Однако со временем их мнение изменилось.

Проведя в Советской России некоторое время, они с удивлением поняли, что обычные люди живут немногим лучше пленных24. Жилой фонд был се рьезно поврежден, а местами и вовсе разрушен бомбежками. Питание про стых советских граждан также было скудным. Немецкие исследователи подтверждают информацию о голоде 1946-1947 гг., опираясь на свидетель ства бывших военнопленных. Такое положение дел в какой-то степени ми рило немцев с суровостью плена, они все с большим пониманием относи лись к сложившемуся положению25. Несколько позже авторитетное немец кое издание «Zur Geschichte der deutschen Kriegsgefangenen des zwieten Weltkrieges» напишет: «Примиряюще в некотором отношении действовало то, что русскому населению в целом жилось не намного лучше, чем воен нопленным. Их жилища располагались часто вблизи строек и заводов, на которых работали военнопленные, и были плохи, обеспечение продуктами питания – недостаточным. Непродовольственные товары отсутствовали полностью»26. Русские и немцы часто видели некую общность своего поло жения, ведь и теми, и другими двигало лишь одно желание – желание вы жить в тяжелейших условиях первых послевоенных лет27.

Тяжелая физическая работа изматывала людей, а течение лагерной жизни не давало возможности пополнить силы. Не удивительно, что в та ких условиях здоровье военнопленных серьезно пошатнулось. К тому же, многие из них были серьезно больны уже на момент прибытия. В дальней шем их состояние только усугублялось. Для выявления неспособных рабо тать в лагере проводились постоянные медосмотры. Первый из них про шел сразу после прибытия пленных на место назначения. По его итогам пленных разделили на 4 группы по пригодности к разным видам труда 28.

Наиболее здоровых определили в первую группу, годную ко всем видам работ. Во второй оказались люди, которым уже не по силам был тяжелый физический труд. Третья категория должна была заниматься исключитель но легкой работой. А в четвертую были отнесены больные дистрофией.

Последних «в лагере… держать дальше не было смысла. Мертвый груз, балласт»29. Эти люди, кому удалось дожить, отправились на родину уже с первой волной репатриации.

Много больных в тяжелом состоянии поступало в спецгоспитали.

Первым в феврале 1943 г. возник спецгоспиталь №1691 в городе Вольске 30, в дальнейшем именно он станет центральным, в него будут свозить боль ных из Саратовской и приграничных областей. Спецгоспиталь располагал ся в здании средней школы №1 и вмещал до 2 000 чел. Вот как описывает бывший пленный свое первое впечатление от этого госпиталя: «Когда я туда вошел, я расплакался, в первый и в последний раз во взрослом воз расте. Мы прибыли из этой страшной неразберихи в настоящий дом, чи стый, с большими комнатами, светлыми окнами, и почти белыми кроватя ми. Тогда я ревел, а потом провел в этом госпитале 2 хороших года…»31.

Работа этого и других подобных госпиталей имела некоторые осо бенности. К примеру, серьезным затруднением в работе стало недоверие пациентов своим врачам, а также языковой барьер. Но «…через некоторое время, когда военнопленные поняли, что их действительно лечат, и ника кие жестокие меры и эксперименты их не ожидают, они переменили свое отношение к медработникам»32. С течением времени медицинское обслу живание стала более совершенным, и вскоре врачебная помощь заболев шим стала оказываться своевременно. Решение о госпитализации прини мал врач, который регулярно приезжал в каждый лагерь и осматривал больных. Еще одним значительным шагом к улучшению медицинского об служивания стало привлечение для работы врачами самих пленных, обла давших медицинским образованием33. Этот шаг окончательно снимал проблему языкового барьера, к тому же теперь требовалось меньше персо нала для обслуживания лагерей.

О пребывании в госпитале бывшие военнопленные вспоминают чаще всего с благодарностью. Они с теплотой отзываются о своих врачах, с признательностью вспоминают их внимание и заботу. Показательна в этом отношении история, произошедшая с Д. Крамером. В 1947 г. он, ра ботая на асфальтовом заводе, серьезно заболел. Положение осложнялось тем, что к этому моменту у него уже была крайняя форма дистрофии. Ла герный врач Александр Глинский настоял на отправке Детлефа в аткар ский лазарет для военнопленных. Как выяснили врачи, Крамер страдал от тяжелого двустороннего воспаления легких. При условии, что доступных медикаментов было чрезвычайно мало, а антибиотиков не было вовсе, ка залось, что надежды на выздоровление нет. Однако, по счастливой слу чайности или по просьбе А. Глинского, Детлеф Крамер попал в палату Ма рии Глинской – жены того самого лагерного врача. Она отличалась особой заботливостью, делала все возможное для выздоровления своих подопеч ных. Вот что говорит о ней Крамер: «Она ухаживала за тяжелобольными так, как будто мы были ее сыновьями или родственниками. Она посмотре ла на меня по-дружески и сказала, что попытается вылечить меня» 34. Не льзя не удивляться способности этой женщины к состраданию. Она видела в этих пленных прежде всего людей, нуждающихся в помощи, а не быв ших врагов. При этом она вовсе не позабыла всю боль и страдания, кото рые принесла война. Но все же она честно выполняла свой профессиональ ный долг и долг перед собственной совестью. Только однажды она произ несла ту единственную фразу «мой отец был заколот в окопном бою не мецким солдатом, а я вот тут с вами, пытаюсь вас вылечить…» 35. Старани ями Марии Глинской Детлеф Крамер выздоровел, примерно через год был выписан из больницы и возвратился в лагерь.

В том же аткарском госпитале военнопленных музыкант Ханс Мар тин написал к празднику католического рождества 1944 г. свою «Аткар скую рождественскую кантату». Идея написать музыку к празднику впер вые родилась у военнопленных со священником-францисканцем Ноткером Кленком еще осенью. Текст и музыку будущей кантаты они украдкой за писывали на темных листках упаковочной бумаги. Потом при содействии врача Хьюго Рюда проводились репетиции с хором. И вот вечером праздничного дня хор, собранный из способных к музыке пленных, испол нил эту кантату в украшенном двумя елями зале36. Произведение имело успех среди слушателей: ведь оно было об Аткарске и жизни пленных в этом городе. В дальнейшем Ханс Мартин стал довольно известным в Гер мании композитором. Как оказалось, не была забыта и рождественская кантата. Она была исполнена и записана в одном из крупнейших в Европе Вюрбургском доме музыки37. Там же были записаны и песни Ханса Марти на, сочиненные им в плену.


Несмотря на все усилия врачей, смертность среди военнопленных оставалась значительной. Но даже на фоне общих для всего СССР высоких показателей выделялись так называемые «неблагополучные» лагеря, смерт ность в которых была даже выше средней по стране. Одним из таких не благополучных был и Саратовский лагерь №238. К примеру, за январь г. там умерло 130 чел., а за 20 дней февраля – еще 105 чел. 38 При этом на февраль 1945 г. общая численность этого лагеря составляла всего 2 397 чел.

Заслуживает внимания тема взаимоотношений пленных и советских граждан. Как показывают исследования, несмотря на тяготы послевоенно го времени и боль от потери близких людей, русские люди находили в себе силы и сострадание, чтобы помогать пленным. Сами военнопленные удив лялись такому великодушию и даже через много лет с благодарностью вспоминали о тех, кто когда-то им помог. Именно так пишет о русских лю дях Д. Крамер, ведь именно благодаря их помощи ему удалось выжить в плену. Однажды русская женщина, видя тяжелое состояние пленного, на кормила его и спросила, что случилось с его рукой. Детлеф повредил руку во время работы, рану нечем было лечить. К этому моменту рана была в ужасном состоянии и причиняла пленному сильную боль. Эта женщина перевязала рану, вложив в повязку пару листьев фикуса, и дала еще несколько листьев на смену39. Нужно сказать, что Крамеру сильно повезло, чаще пленных просто кормили, но в тех условиях еда была самым желан ным и самым дорогим подарком. Типичен эпизод из жизни в плену Ганса Шютца, когда русская женщина, работавшая с ним на стройке, приносила картофель и немного хлеба40. В тот момент эта небольшая помощь могла означать для пленного жизнь.

Что же касается агрессии по отношению к пленным – она была крайне редка. За все время своего плена Крамер столкнулся с ненавистью всего один раз. Только однажды в ответ на просьбу о еде мужчина-инвалид не только не помог юноше, но прогнал «фашиста», швырнув ему вслед по лено41. А Ганц Шютц и вовсе не упоминает в своих мемуарах о ненависти местного населения. Возможно, эти эпизоды забылись со временем, или о них он решил просто не писать, но в его книге такие случаи не описаны.

Репатриация военнопленных из Саратовской области начала прово диться с 1946 г. С 15 августа по 15 сентября было вывезено 3 550 нетрудо способных военнопленных42. Из них 3 010 находились до этого на лечении в спецгоспиталях, а 490 чел. содержались в лагерях для военнопленных. В 1947 г. на родину вначале было отправлено 20 «лучших отличников произ водства»43, а затем уже осенью – 2 100 чел., 900 из которых содержалось в лагерях, а 1 200 – в спецгоспиталях44.

Последняя волна репатриации из Саратовской области приходится на 1949 г. Уже в мае этого года из лагерей и спецгоспиталей МВД были ре патриированы 811 чел., в июле – еще 350 чел., в ноябре – 408 пленных из Вольска, и 422 из Саратова 45. К 1 января 1949 г. был упразднен последний в Саратовской области лагерь – №23846. С исчезновением этого лагеря си стема лагерей ГУПВИ на территории области перестала существовать. За кончилась и история плена в Саратовкой области.

Примечания:

Главное управление по делам военнопленных и интернированных – специальное ведомства в составе НКВД, ответственное за размещение, содержание и трудовое использо вание военнопленных. Сеть лагерей ГУПВИ охватывала почти весь Советский Союз.

См.: Конасов В. Б. Место и роль УПВИ в пенитенциарной системе советского го сударства [Текст] / В. Б. Конасов // Отечественная история. – 2005. – № 6. – С. 128-132.

См.: Предложение к приказу НКВД СССР № 00398 о выводе военнопленных из лагерей и приемных пунктов прифронтовой полосы от 1.03.1943 г. // Военнопленные в СССР 1939-1956: документы и материалы / под. ред. М. М. Загорулько. – М.: Логос, 2000. – С. 103.

См.: Сидоров С. Г. Введение [Текст] / С. Г. Сидоров // Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 30.

См.: Военнопленные в СССР 1939-1956... – С.103.

См.: Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 99.

См.: Шютц Ганс А. Расскажи им… Воспоминания немецкого военнопленного [Текст] / А. Ганс Шютц. – Саратов, Саратовское приволжское изд-во, 2002. – С. 73. (У этой книги, как и у ее автора, интересная судьба. Она впервые увидела свет в США под названием «Dawai, Dawai», где была опубликована на английском языке. В переводе с английского книга позднее появилась в Германии, а в 2002 г. и в России. Это объясня ется тем, что Шютц вместе со своей семьей переехал в Америку и уже там писал свои мемуары о временах плена. В своем труде Г. Шютц, в прошлом капрал войск связи, позволяет читателю увидеть лагерь для военнопленных изнутри. Он пристально вгля дывается в окружающий мир, пытается разобраться в происходящем. Единственное, что удивляет в этих мемуарах и даже вызывает некоторое недоверие, это спокойное благородство, с которым главный герой и другие пленные воспринимают происходя щее. В этих воспоминаниях нет места ненависти, злости и отчаянию, но зато в избытке покорности собственной судьбе, готовности работать во благо других людей и неверо ятной в условиях плена созерцательной отстраненности).

См.: Там же. – С. 78-80;

87-88.

См.: Справка М.С. Кривенко на имя Л.П. Берии о количестве рабочей силы из числа военнопленных мобилизованных и арестованных немцев, распределенных по предприятиям промышленных наркоматов // Военнопленные в СССР 1939-1956... - С.

603 – 609.

См.: Кузнецова Н. В. Восстановление и развитие экономики Нижнего Поволжья в послевоенные годы (1945-1953) [Текст] / Н. В. Кузнецова. – Волгоград, 2002. – С. 44.

См.: Там же. – С. 44.

См.: Шютц Ганс А. Указ. соч. – С. 75, 90.

См.: Приказ НКВД СССР № 0172 об организации вспомогательных команд в лагерях НКВД для военнопленных от 27 июня 1945 г. // Военнопленные в СССР 1939 1956... – С. 211.

См.: Шютц Ганс А. Указ. соч. – С См.: Крамер Д. История одного плена [Текст] / Д. Крамер. – М.: Мемориал, 2002. – С. 73.

См.: Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 666.

См.: Шютц Ганс А. Указ. соч. – С. 83.

См.: Борисова Т. Указ. соч. – С. 3.

Именно так описывает Шютц повседневное питание в лагере. Интересен контраст между нормой питания, указанной в приказе МВД (сноска 46) и тем, как ре ально обстояли дела с питанием. Шютц Ганс А. Указ. соч. – С. 87-88, 90, 100-101.

См.: Там же. – С. 90.

См.: Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 400.

См.: Данные о нормах продовольственного снабжения. См.: Приказ МВД СССР №0751с // Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 427-432.

См.: Безбородова И. В. Указ. соч. – С. 166.

Об этом пишут Крамер Д. Указ. Соч;

Шютц Ганс А. Указ. Соч;

С. Карнер при водит показательное наблюдение военнопленного «у русских было еще меньше, чем у нас»;

о том же Букин С.С. Немецкие военнопленные о жизни в России… – С. 255-262.

Например, так произошло с Гансом Шютцем. См.: Указ. соч. – С. 105-106.

См.: Перевод с немецкого. Цит. по: Букин С.С. Немецкие военнопленные о жизни в России… – С. 260.

См.: «Передо мной стояла одна задача - … выжить» // Шютц Ганс А. Указ. соч.

– С. 100.

См.: Там же. – С. 101.

См.: Там же. – С. 102.

См.: Докладная записка Т. Ф. Филиппова В.В. Чернышову о мероприятиях в связи с необходимостью освобождения школьных зданий… 27 авг. 1948 г. // Военно пленные в СССР 1939-1956... – С. 329.

См.: оригинал на немецком языке: http://www.gedenktafel infoportal.de/forum/index.php?topic=3258.0 от 7.02. См.: Воспоминания Перерезовой Р. В. Цит. по Маркушина С.В. Работа эвако госпиталей и спецгоспиталей в Вольске в 1941-1949 гг. // Саратовский край в Великой Отечественной войне 1941-1945. Саратов, 2005. – С. 135.

См.: Безбородова И. В. – С. 166;

Шютц, Ганс А. Указ. соч. – С. 85.

Интервью с Д. Крамером // «Русский плен», фильм Светланы Сорокиной. За писано во время приезда Крамера в Саратов. Фильм рассказывает историю двух плен ных – русского и немецкого. Судьбы этих людей оказались необычайно похожи, но се рьезно рознились, как различался и сам плен в этих двух странах. Нас же в этом фильме особенно заинтересовали воспоминания Д. Крамера, не вошедшие в книгу, а так же то, как плен изменил его взгляд на жизнь. Кинопленка запечатлела эмоции, которые труд но передать на бумаге – оживающие переживания юности, искреннюю благодарность и искреннее же сожаление человека о совершенных когда-то поступках.

См.: Крамер Д. Указ. соч. – С. 37.

Воспоминания Ханса Мартина об этих событиях опубликованы на сайте http://hans-martin-komponist.blogspot.com/search/label/Atkarsker%20Weihnachtskantate от 7.02.09.

См.: Перепелкин А. В память об Аткарске [Текст] / А. В. Перепелкин // Аткар ский Уездъ. –№ 12 (399). – 19 марта 2008.

См.: Справка о смертности военнопленных от 2 марта 1945г. // Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 105.

См.: Борисова Т. – С. 3.

См.: Шютц Ганс А. Указ. соч. – С. 89.

См.: Крамер Д. История одного плена [Текст] / Д. Крамер. – М, 2002. – С. 37.

См.: Приложение 1 к приказу министра внутренних дел СССР №00601 1946г. // Военнопленные и интернированные граждане Германии: путь на родину из СССР… – С.29-32.

См.: Приложение к директиве МВД СССР № 102 от 1947 // Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 841.

См.: Приложение к приказу МВД СССР № 001078 о репатриации 100 тыс. не трудоспособных военнопленных немцев. 15 октября 1947. // Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 858.

См.: Планы репатриации немецких военнопленных из лагерей МВД и спецгос питалей…// Военнопленные и интернированные граждане Германии: путь на родину из СССР… – С. 203, 211, 236, 238.

См.: Военнопленные в СССР 1939-1956... – С. 1029-1037.

Е.В. Конев Новокузнецкий филиал-институт ГОУ ВПО «Кемеровский государствен ный университет», г. Новокузнецк, Россия СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ НЕМЦЕВ-СПЕЦПЕРЕСЕЛЕНЦЕВ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 28 августа 1941 г. вышел указ Президиума Верховного Совета СССР «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья» 1. Для рассе ления немецкого населения были выделены земли Новосибирской, Омской областей, Алтайского края, Казахстана и других соседних регионов. Уже в начале сентября в города Западной Сибири (Омск, Новосибирск, Томск, Барнаул и др.) прибыли первые эшелоны с пассажирами-переселенцами.

Следует отметить, что в годы Великой Отечественной войны наибо лее интенсивно развивалось промышленное производство на Урале и в Си бири, прежде всего за счет эвакуированных сюда из западных регионов страны многих десятков предприятий. Движущими силами в развитии отечественной промышленности в 1940-е гг., равно как и в предыдущее де сятилетие, являлись энтузиазм советских людей, а также применение в ши роких масштабах принудительного труда заключенных и спецпоселенцев.

В связи с массовой мобилизацией в действующую армию, начавшейся с первых дней войны, в тылу не хватало рабочих рук. Эвакуированные пред приятия в Сибири испытывали острую нужду в рабочих и инженерах.

Недостаток рабочей силы ощущался и в сельском хозяйстве. Поэтому при бывшие осенью 1941 г. немцы из западных областей СССР, наряду с эва куированным населением, были распределены по предприятиям, учрежде ниям, колхозам и совхозам.

Уже 8 октября 1941 г. бюро Новосибирского обкома ВКП (б) приня ло специальное постановление «О трудовом и хозяйственном устройстве переселенцев из Республики Немцев Поволжья». Согласно этому поста новлению все бывшие колхозники обязаны были вступить в колхозы, а специалисты сельского хозяйства (агрономы, зоотехники, ветеринары, ме ханики, колхозные счетоводы и др.) должны были привлекаться к работе в колхозах, МТС и райзо. Других специалистов (врачей, бухгалтеров, педа гогов, ИТР) предлагалось путем индивидуального отбора использовать на соответствующих предприятиях и в учреждениях районов. На всех специа листов, не занятых в районах по специальности, предписывалось предста вить в облисполком списки с подробным указанием их предыдущей трудо вой деятельности, образования, стажа работы для дальнейшего трудо устройства. Потребность в немцах-специалистах испытывали главным об разом предприятия местной кооперативной, лесной и угольной промыш ленности. Кроме того, районные власти должны были предоставить пере селенцам свободные дома, хозяйственные постройки и материалы для строительства домов2. Однако немцев не допускали к работе на заводах оборонной промышленности и химических предприятиях.

В сельской местности не все переселенцы были трудоустроены. Эта проблема усугублялась отсутствием свободного жилого фонда в восточ ных регионах страны и низким уровнем жизни в колхозах. В частности, инспектор по эвакуации докладывал из Купинского района: «Эвакуирован ные и немцы-переселенцы на работу устроены, за исключением тех, кто не хочет работать не по специальности, а у нас всем работы по специальности не хватает».

В Томском районе на 27 апреля 1942 г. находилось 1 458 эвакуиро ванных и немцев-переселенцев (483 семьи). Из них 657 чел. составляли трудпоселенцы. Все они распределялись по колхозам, и лишь небольшая их часть проживала в поселках. Находившиеся в колхозах переселенцы были заняты в сельском хозяйстве. Вместе с ними работали и дети до лет. Прибывшие колхозники остро нуждались в одежде, обуви и продук тах. Между тем райпотребсоюз не имел средств для удовлетворения нужд переселенческих семей. Еще сложнее обстояло дело с индивидуальными огородами, так как не хватало семян для посева 3. Аналогичная ситуация наблюдалась и в других сельских районах, причем во многих из них поло жение немцев-переселенцев было еще хуже.

Вопросы трудоустройства продолжали решаться в основном посред ством вербовки на угольные предприятия Кузбасса. Так, из Ояшинского района на 56 семей, выбывших на работу по специальности в другие райо ны, пришлось 115 семей общей численностью 446 чел., завербованных в г.

Ленинск-Кузнецкий4. В октябре 1941 г. в Новосибирскую область для шахт Кузбасса и лесозаготовительных работ были дополнительно направлены эшелонов с немцами из Ростовской области, Краснодарского края и Баку5.

В городах легче было решать проблему трудоустройства немцев, осо бенно там, где имелись предприятия, выпускавшие гражданскую продук цию. Например, в конце 1941 г. в Томске на электромеханическом заводе работало 52 немца, махорочной фабрике – 18, госшвейфабрике № 5 – 1306.

Вследствие большой перенаселенности советское правительство в 1942 г. решило трудоспособных мужчин-переселенцев мобилизовать в ра бочие колонны, а часть немцев отправить на Север для работы в рыбной промышленности. Шестого января 1942 г. было принято постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) «О развитии рыбных промыслов в бассейнах рек Сибири и на Дальнем Востоке», а 10 января ГКО постановил: всех мужчин в возрасте от 17 до 50 лет, годных к физическому труду, выселенных в Но восибирскую и Омскую области, Алтайский и Красноярский края и Казах скую ССР, мобилизовать в количестве до 120 тыс. чел. в рабочие колонны на все время войны. Из этого числа ГКО передавал НКВД СССР на лесоза готовки 45 тыс. чел., на строительство Бакальского и Богословского заво дов 35 тыс.;

Наркомату путей сообщения (НКПС) СССР на строительство железных дорог Сталинск – Абакан, Сталинск – Барнаул и др. – 40 тыс.

Проведение мобилизации было возложено на наркома обороны Е. Щаден ко совместно с НКВД и НКПС. Призыв в трудармию был осуществлен в короткий срок и проводился согласно проверенным НКВД и военными комиссариатами спискам по населенным пунктам.

Во время трудовой мобилизации секретарь Ижморского РК ВКП (б) обратился к секретарю Новосибирского обкома М. Кулагину с просьбой не призывать немцев-трактористов. В связи с массовым уходом мужчин в РККА трактористами в МТС оставались спецпереселенцы. Секретарь об кома 25 января 1942 г. направил в наркомат обороны на имя Е. Щаденко шифровку, в которой сообщал о занятости немцев в области. Такие прось бы обычно принимались во внимание. ГКО освободил от мобилизации немцев-переселенцев, занятых в угольной, лесной, рыбной промышленно сти и в сельском хозяйстве в качестве трактористов, комбайнеров и шофе ров. Всего в начале 1942 г. в Новосибирской области работало в угольной промышленности Кузбасса на строительстве шахт 1 200 переселенцев, в лесных трестах Кузбасскомбината – 700, в рыбной промышленности – тыс., на заготовках и вывозке леса – 6 тыс. 7. По традиции оставляли в насе ленных пунктах и тех немцев, которые состояли в агентурно-осведоми тельной сети НКВД. Так, в Топкинском районе было учтено 344 мужчины призывного возраста. Из них были отправлены ранее и находились на стройках Кузбасса 31 чел., 57 освобождены от трудармии как специалисты сельского хозяйства и 15 не были призваны по оперативным соображениям (это и были осведомители и резиденты)8.

В свою очередь бюро Новосибирского обкома ВКП (б) 6 марта г. приняло постановление «О переселении трудпоселенцев и ссыльнопосе ленцев в Александровский район Нарымского округа для постоянного хо зяйственного устройства на рыбных промыслах». Согласно плстановлению областное руководство поручило тройке в составе председателя облиспол кома Беляева, заместителя начальника УНКВД Шехмана, начальника труд поселений Бурлака в пятидневный срок представить предложения о пере селении 1 тыс. чел. из числа трудпоселенцев из районов и городов области в Нарымский округ и организовать их отправку. В результате с наступле нием навигации на север было отправлено 1 тыс. трудпоселенцев из пяти городов Кузбасса (Прокопьевск – 300, Киселевск – 100, Сталинск – 300, Осинники – 100, Анжеро-Судженск – 200)9.

В июле 1942 г. бюро Новосибирского обкома ВКП (б) и Нарымского окрисполкома приняли постановление о расселении немцев-спецпересе ленцев по районам. Расселение и трудоустройство возлагались на Ново сибгосрыбтрест. Для руководства была создана тройка10.

На основе распоряжения СНК СССР от 20 июля 1942 г. (№13227) ру ководству Новосибирской области было предписано принять из централь ных районов в Нарымский округ 15 тыс. немцев-спецпереселенцев. Уже в конце июля в двенадцати районах началась погрузка спецпереселенцев в эшелоны и на пароходы. Однако, несмотря на подготовку операции, гра фик подачи транспортных средств почти во всех местах оказался сорван11.

Из-за недостаточной подготовки Новосибгосрыбтреста к приему огром ного количества людей имел место целый ряд серьезных недостатков с перевозкой, размещением и обеспечением питания прибывшего контин гента. Ситуация усугублялась еще и тем, что об отправлении их из Новоси бирска и Томска в округ не сообщалось. Большая часть спецконтингента была размещена по квартирам местных жителей в порядке уплотнения, часть – в общежитиях рыбных заводов, в жилых помещениях колхозов, в бараках леспромхозов. Часть людей временно находилась в общественных зданиях. Для решения вопроса о расселении окружком и окрисполком предложили райкомам и райисполкомам на очередном заседании рассмот реть вопрос о бытовом и трудовом устройстве немцев-спецпереселенцев с тем, чтобы не позднее 15 октября все они были обеспечены жильем и рабо той. Несмотря на принятые решения Нарымского округа, рыбтрест совер шенно не занимался вопросами жилищно-бытового устройства спецпере селенцев. Например, в июне 1945 г. начальник УНКВД по Томской обла сти С.И. Корнильев отмечал, что работавшие на Усть-Тымском рыбзаводе немцы проживали в землянках, скученно, без обуви и одежды. Многие спе циалисты (учителя, врачи, техники) к работе по специальности не допуска лись, а использовались как чернорабочие12.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.