авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 ||

« КАЛИНИН, Петр Захарович ПАРТИЗАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА М.: Воениздат, 1964 ...»

-- [ Страница 9 ] --

Начиная с 16 апреля каратели заметно активизировались на юге партизанской зоны, где оборонялись Лепельская бригада и бригада «Алексея». На участке бригады «Алексея» (командир А. Ф. Данукалов) они два дня подряд вели усиленную разведку и накапливали силы для атаки.

Утром 18 апреля фашисты перешли в наступление. Первые три атаки партизаны отбили, но к концу дня им пришлось оставить деревни Ветче и Храменки, расположенные примерно в двадцати километрах северо-западнее Лепеля. Как только стемнело, 17-й отряд бригады внезапной контратакой разгромил гарнизон в Ветче. А на следующие сутки партизаны ночной атакой вернули и деревню Храменки. Однако удерживать эти населенные пункты становилось все труднее. Гитлеровцы бросали в атаку все новые и новые батальоны [316] 6-й полевой дивизии, 1-го и 3-го полицейских полков. Их поддерживали танковые роты 501-го танкового полка.

Партизаны сражались с исключительной стойкостью и мужеством. Образцы отваги и боевого мастерства показывал командир бригады Герой Советского Союза А. Ф.

Данукалов.

«На участке бригады «Алексея» обстановка тяжелая, — доносил в штаб В. Е. Лобанок. — Фашисты почти непрерывно подвергают позиции партизан артиллерийскому и минометному обстрелу, бомбят с воздуха. В бою за деревню Казимирово атакующую вражескую пехоту поддерживали танки, самоходные пушки и до пятидесяти бомбардировщиков. Часто бои доходят до рукопашных схваток. Командир бригады Алексей Данукалов умело организует маневренную оборону, личным примером увлекает партизан на подвиги».

В радиограмме приводились многочисленные факты беззаветной храбрости партизан. Бронебойщик М. Иванов за пять дней боев уничтожил пять вражеских танков.

Два из них он подбил, будучи тяжело раненным. В бою за деревни Паперино и Новое Село партизан И. Соловьев заметил, что установленный под мостом пулемет мешает продвижению отряда. Соловьев подполз к мосту и забросал фашистских пулеметчиков гранатами. В Новом Селе он поджег неприятельский склад с военным имуществом и уничтожил автомашину с боеприпасами...

21 апреля части 95-й пехотной и 6-й полевой дивизии атаковали Лепельскую партизанскую бригаду, которой командовал Д. Т. Короленко. Бои сразу же приняли для партизан крайне тяжелый характер. Уже в течение первого дня противник оттеснил их на несколько километров в глубь зоны. Правда, это продвижение стоило карателям больших потерь. Пулеметчик К. Понизовский только в одном бою у деревни Старое Село уничтожил двадцать пять вражеских солдат и офицеров.

Командование бригады срочно организовало несколько ударных групп для нанесения по противнику отвлекающих ударов с тыла и флангов. Действовали они, главным образом, из засад. Группа автоматчиков во главе с начальником штаба одного из отрядов В. Косовым внезапно напала на вражескую артиллерийскую [317] батарею. В завязавшейся схватке шестеро отважных партизан уничтожили тринадцать гитлеровцев и взорвали три пушки.

Тяжелые бои развернулись на юго-востоке зоны. Позиции, занимаемые бригадой Н. В. Уткина, непрерывно атаковала хорошо оснащенная 201-я охранная дивизия противника. Бригады «Октябрь», имени ЦК Компартии Белоруссии, имени Ленина (командир Фурсо) и Первая антифашистская с трудом отбивали атаки трех эсэсовских, трех полицейских полков и особого батальона СС. Против бригад имени Суворова, имени Короткина и имени Ворошилова гитлеровцы бросили 15-ю пехотную дивизию, два особых полка СД и СС, 26-й полицейский полк и специальную группу.

Шестидесятитысячная армия карателей с нескольких сторон наступала в направлении местечка Ушачи, где находился штаб командования зоны. К 30 апреля площадь, на которой семнадцать тысяч партизан держали круговую оборону, сократилась до восьми квадратных километров.

В этот день Белорусский штаб партизанского движения и командование 1-го Белорусского фронта направили Василию Евсеевичу Лобанку радиограмму, в которой предлагалось готовить бригады и отряды к прорыву вражеского кольца, чтобы их личный состав и население зоны вывести в северные районы Минской области. План, разработанный военно-оперативной группой, предусматривал, что в ночь на 4 мая бригады А. Ф. Данукалова и Н. В. Уткина нанесут в районе Кубличи отвлекающий удар по карателям. В ночь на 5 мая бригады имени ВЛКСМ, имени Короткина, 16-я Смоленская и Отдельный Смоленский партизанский полк объединенными силами разгромят гарнизоны противника в Паперино и Новом Селе и откроют путь в Селищанскую пущу. Намеченный план был успешно выполнен. К рассвету 5 мая партизаны Полоцко-Лепельской зоны, а с ними более пятнадцати тысяч мирных жителей вырвались из окружения и ушли в леса, раскинувшиеся юго-западнее местечка Ушачи.

Упорные бои, которые продолжались двадцать семь дней, наконец закончились.

Хотя партизаны под напором превосходящих сил и оставили на время территорию Полоцко-Лепельской зоны, немецко-фашистскому командованию [318] так и не удалось осуществить свои замыслы. Партизан они не разгромили, а сами потеряли несколько тысяч солдат и офицеров, восемьдесят четыре танка, двести тридцать шесть автомашин, двадцать две бронемашины, десятки орудий и минометов.

Мы потеряли немного людей по сравнению с противником. Но тут дело не в цифрах. В боях с карателями пали смертью храбрых наши замечательные советские люди, и среди них такие прославленные партизанские вожаки, как секретарь Бешенковичского подпольного райкома партии командир бригады Герой Советского Союза П. М. Романов, командир бригады Герой Советского Союза А. Ф. Данукалов, командир бригады Д. Т. Короленко, комиссары бригад И. Ф. Кореневский, В. С. Свирид и Г. Н. Жижов, командир отряда С. А. Пацей и другие.

Горькие, невосполнимые утраты. Живым оставалось одно: хранить в памяти дорогие имена боевых товарищей и беспощадно мстить за их смерть фашистским оккупантам.

...Период непродолжительного затишья (с 11 по 22 апреля) на границах Борисовско-Бегомльской зоны Белорусский штаб максимально использовал для того, чтобы обеспечить расположенные там бригады и отряды оружием и боеприпасами.

Каждую ночь мы отправляли туда по нескольку самолетов со снарядами, минами, патронами, автоматами и другими военными грузами.

22 апреля секретарь Минского подпольного обкома партии Р. Н. Мачульский радировал в штаб: «Сегодня в шесть часов тридцать минут противник атаковал позиции бригады «Дяди Коли» в направлении Зембин — Бегомль и бригады имени Калинина в направлении Зембин — Плещеницы. Как удалось установить, в наступлении участвуют 313-й гренадерский полк, 632-й и 931-й пехотные полки. Пехоту поддерживают до 12– 15 танков, бронемашины, несколько артиллерийских и минометных батарей.

Продолжаем уточнять силы противника».

Начатые на этом участке бои затянулись на три с лишним недели. Командиры и комиссары бригад П. Г. Лопатин и Н. Н. Чулицкий, З. И. Ненахов и И. И. Ясинович, выполняя приказ — непрерывно маневрировать, [319] действовать мелкими группами, устраивать засады, — умело использовали особенности лесисто-болотистой местности для нанесения по гитлеровцам внезапных ударов с флангов и тыла.

Командир бригады «Дяди Коли» П. Г. Лопатин сформировал несколько подвижных групп бронебойщиков и подрывников, которые, пробираясь в тылы вражеских частей, уничтожали танки, автомобили, минометные и артиллерийские расчеты. За двадцать дней боев партизаны вывели из строя семь танков, четырнадцать автомашин, два орудия, две бронемашины, уничтожили шестнадцать повозок с боеприпасами. Каратели, продвинувшиеся в начале наступления примерно на девять километров в глубь зоны, во второй половине мая вынуждены были снова оставить деревни Горелый Луг, Пусто Мстиж, Селец и отойти к селу Зембин.

Однако гитлеровское командование не оставляло мысли разгромить партизан. С рассветом 20 мая из районов Лепель, Березино, Бегомль, Радошковичи и Ольковичи каратели начали новое наступление силами двух полицейских полков, поддержанных танками, артиллерией и авиацией. К 4 июня им удалось оттеснить партизан на левый берег Березины. Бригады «Железняк» (командир Ф. И. Дернушков) и «Штурмовая» (М. И.

Федоров), «Народные мстители» (командир Герой Советского Союза Г. Ф. Покровский, комиссар Н. И. Перепечко) в течение нескольких дней мужественно сражались в окружении. 8 июня они прорвали вражеское кольцо.

Но вскоре противник снова напал на след партизан и навязал им бой. Бросая в атаки свежие части, он стремился оттеснить наши бригады к озеру Палик и загнать их в болота. И хотя ему не удалось осуществить свои замыслы, все-таки во второй половине июня многие партизанские подразделения снова оказались в окружении. Фашисты начали яростно бомбить лесной массив, где заняли оборону партизаны.

В самом тяжелом положении очутилась бригада «Дяди Коли». Прижатая к болотистому берегу озера Палик, она лишилась всякой возможности маневрировать.

19 июня наша фронтовая авиация нанесла мощный удар по карателям. Но партизаны не смогли воспользоваться [320] этой помощью для того, чтобы прорвать кольцо окружения.

Казалось, никакого выхода нет и гибель наших товарищей неизбежна.

Но вот на востоке загремели артиллерийские залпы. Красная Армия снова перешла в наступление. Блокировавшие партизан немецко-фашистские воинские части начали одна за другой сниматься и уходить. Им было теперь не до блокады!

После тяжелых многодневных боев партизанам требовался отдых. Но никто из них не захотел отдыхать. Как только во вражеском кольце образовалась брешь, партизаны вышли из окружения и снова начали бои с оккупантами, стараясь всячески облегчить наступление советских войск. Разгромив вражеские гарнизоны, они заняли и удерживали до прихода Красной Армии районные центры Узды, Копыль, Плещеницы и другие населенные пункты. Бригады «Разгром», «Пламя», имени Кирова, «Красное знамя», «За Советскую Белоруссию» и «Правда» наносили мощные удары по отступавшим войскам противника. Они действовали на дорогах Осиповичи — Минск и Минск — Червень. Бригады Героя Советского Союза В. А. Тихомирова и Н. Д. Курильчика освободили город Старобин, уничтожив его гарнизон.

Бригада С. Т. Пустовита, несмотря на большие потери, уже на другой день после выхода из окружения, 28 июня, атаковала и рассеяла немецко-фашистский полк, переправлявшийся через Березину в районе деревни Яблочкино. Захватив построенную гитлеровцами переправу, она удерживала ее до подхода советских войск. Бойцы бригады «Железняк» своими силами навели переправу через Березину у деревни Брод.

По ней на правый берег реки с ходу переправилась 7-я танковая гвардейская бригада Красной Армии. Бойцы и командиры бригады «Народные мстители» вскоре после выхода из окружения участвовали вместе с частями Красной Армии в боях за освобождение Вилейки и Молодечно. Многие бригады и отряды Минского соединения, действуя плечом к плечу с регулярными войсками, принимали участие в разгроме окруженной восточнее Минска крупной вражеской группировки. [321] ПЕРЕД ФИНАЛОМ Советские войска, громя захватчиков, стремительно продвигались все дальше на запад. Партизаны всюду активно помогали им, приближая день окончательного изгнания оккупантов с родной белорусской земли.

Мария Михайловна Кедрук, наш неутомимый секретарь и старшая радистка штаба, ежедневно приносила мне десятки радиограмм, в которых сообщалось об участии партизан в боях с гитлеровскими войсками, о выполнении ими ответственных боевых заданий командования фронтов и армий в тылу врага.

Секретарь Вилейского подпольного обкома партии И. Ф. Климов сообщал:

«Установили связь со штабами 43-й и 45-й армий. Бригады и отряды четко выполняют получаемые от них боевые задания. Партизанский отряд «За Советскую Белоруссию» наголову разбил вражескую группировку в районе местечка Нарочь: уничтожено 47 гитлеровцев, взято в плен 135 солдат и офицеров. Бригада «Спартак» под командованием А. Н. Пономарева штурмом овладела районным центром Видзе. На железнодорожной магистрали Вильнюс — Даугавпилс подрывники бригады перебили за последние дни более тысячи рельсов. 4 и 5 июля спартаковцы вместе с вырвавшимся вперед батальоном майора Филатова вели в районе Видзе бои с численно превосходящим противником. Бригада Н. И. Федорова заняла местечко Островец, истребила команду фашистских поджигателей. 6 июля ударные партизанские группы совершили нападение на участок железнодорожной линии Сморгонь — Вильнюс в районе станций Гудагай — Шумск.

Движение по линии прервано. В результате на перегоне Гудагай — Дзегенево застряли четыре немецких эшелона с грузами. Эшелоны переданы 144-й дивизии Красной Армии...»

Секретарь Пинского подпольного обкома А. Е. Клещев доносил по радио, что партизаны Пинского соединения уничтожают отступающих гитлеровцев из засад, а также ведут с ними открытые бои. Навстречу частям Красной Армии высланы специальные группы проводников и разведчиков. Они указывают военному командованию наиболее выгодные пути движения, переправы [322] через водные рубежи, ведут разведку, собирая ценные сведения о противнике.

«Партизаны Барановичского соединения оседлали шоссейную дорогу Дзержинск — Столбцы — Мир — Кареличи, преградили немецко-фашистским войскам путь отхода на Новогрудок, — докладывал секретарь Барановичского подпольного обкома партии В. Е. Чернышев, — Фашисты начали пробиваться через лес. По решению обкома несколько бригад нашего соединения заняли оборону по восточной окраине лесного массива от Столбцов до Воложина. На шоссейной дороге Слуцк — Брест партизаны по заданию командования танкового соединения Красной Армии заняли и удерживают мост через реку Щара. В районе Столбцов отрядами нашего соединения разгромлен 217-й немецкий пехотный полк. Большая часть его личного состава захвачена в плен...»

Аналогичные радиограммы поступали ежедневно от командиров Полесского, Гродненского, Белостокского, Могилевского и других партизанских соединений.

Помощь Красной Армии, шаг за шагом очищавшей территорию республики от фашистской нечисти, стала в этот период важнейшей задачей не только для партизан, но и для всего населения Белоруссии.

Почти все работники нашего штаба находились либо в войсках Красной Армии, либо за линией фронта в штабах партизанских соединений Центральный Комитет Компартии и правительство республики поручили штабу по мере изгнания захватчиков с белорусской земли расформировывать партизанские бригады и отряды, выполнившие свои задачи, и большую часть их личного состава передавать Красной Армии. Эту работу и выполняли теперь многие сотрудники Белорусского штаба партизанского движения.

3 июля 1944 года войска 1-го Белорусского фронта при активном участии партизан освободили от фашистов Минск. Над столицей Белоруссии снова взвилось Красное Знамя. 4 июля сюда возвратился и приступил к работе Минский областной комитет партии.

Основные силы Красной Армии, участвовавшие в освобождении Минска, не задерживаясь, двинулись дальше на запад, ломая сопротивление отступавшего врага.

Для охраны и разминирования зданий, которые не успел разрушить враг, — Дома правительства, здания [323] ЦК, Дома Красной Армии и некоторых предприятий — в городе осталась небольшая группа войск. А между тем в окрестностях Минска все еще действовали хотя и разрозненные, но довольно многочисленные подразделения гитлеровцев.

Воспользовавшись тем, что гарнизон только что освобожденного города составляли в основном наши тыловые подразделения, немецко-фашистские части на рассвете 7 июля 1944 года предприняли отчаянную попытку вновь овладеть Минском.

Крупной группировке гитлеровцев удалось занять аэродром, а затем в районе театра оперы и балета прорваться в город.

Василий Иванович Козлов с тревогой сообщал в Центральный Комитет и Белорусский штаб о том, что наши охранные части и тыловые подразделения ведут бой с прорвавшимися в город фашистами, что атаки пехоты противник поддерживает огнем артиллерии.

Штаб немедленно принял решение — на некоторое время задержать расформирование партизанских отрядов и бригад и стянуть их в район Минска. Это было необходимо для того, чтобы обезопасить столицу от новых попыток гитлеровцев занять город, и для того, чтобы помочь войскам Красной Армии ликвидировать остатки разбитых частей противника в нашем тылу.

В течение 8 и 9 июля в окрестности Минска было стянуто до тридцати партизанских бригад. Многие из них сразу же вступили в борьбу с рыскавшими вблизи города группами фашистских головорезов.

Более пятнадцати боев провели партизаны с 8 по 16 июля в окрестностях столицы республики, разгромили около десяти вражеских батальонов и рот. При этом, как докладывал штабу Василий Иванович Козлов, до пяти тысяч гитлеровцев было истреблено и свыше двух тысяч взято в плен.

Оставались считанные дни до полного освобождения территории Белоруссии.

Советские войска вели бои уже у западных границ республики, на подступах к Бресту.

Однажды ко мне зашел председатель Минского горсовета Константин Иванович Бударин.

— Надо бы как-то отметить освобождение Минска, — сказал он. — Василий Иванович Козлов предлагает провести в городе митинг и заключительный парад партизан. Дело, по-моему, стоящее. Такой парад и для минчан[324] и для всех белорусов будет радостным праздником.

В тот же день я связался по телефону с Пантелеймоном Кондратьевичем Пономаренко. Он одобрил предложение и добавил:

— В Минск приезжает делегация горьковчан. Их тоже надо обязательно пригласить на митинг. Пусть встретятся, побеседуют с партизанами. Для них это не безынтересно.

Вечером 14 июля состоялось заседание бюро ЦК. Оно было коротким. Все единодушно согласились: митинг-парад провести 16 июля.

И вот настало утро памятного дня. В районе ипподрома и на соседних улицах города еще на рассвете построились колонны партизан: тридцать бригад и два самостоятельно действовавших отряда с полным вооружением.

К девяти часам утра там же собралось более пятидесяти тысяч минчан — по тому времени почти все население города. Необычным было это зрелище. Худые, изможденные лица мужчин, женщин и детей сияли радостью. Духовой оркестр исполнял мелодии знакомых, довоенных и новых песен. Тысячи людей негромко напевали их с неповторимым чувством гордости.

Митинг открыл К. И. Бударин. Затем выступил П. К. Пономаренко. От имени ЦК и правительства республики он поздравил минчан с радостным днем освобождения, призвал, не жалея сил, взяться за восстановление разрушенного города и всего народного хозяйства Белоруссии.

— Мы не одиноки, — говорил Пантелеймон Кондратьевич. — В восстановлении белорусских сел и городов нам помогут все народы великого Советского Союза, сплоченные воедино вокруг Коммунистической партии...

Сегодня на торжества по случаю освобождения Минска приехали представители трудящихся индустриального Горького. Они приехали не только для встречи с вами, но и затем, чтобы уже сейчас прикинуть, чем город Горький может помочь в возрождении столицы нашей республики. Нам помогут и труженики Москвы, и труженики Новосибирска, рабочие и колхозники Урала, республик Средней Азии, Кавказа — поможет вся страна. [325] С теплыми, задушевными словами привета обратился к собравшимся руководитель горьковской делегации. Потом на трибуну один за другим поднимались рабочие и служащие Минска, представители партизан. Они говорили о своей готовности сделать все необходимое, чтобы окончательно добить врага и быстрее залечить раны, нанесенные войной.

Снова загудели трубы духового оркестра. Под звуки марша перед трибуной четким шагом двинулись колонны партизан. Первой прошла бригада «Народные мстители» во главе со своим прославленным командиром Героем Советского Союза Г. Ф.

Покровским и комиссаром Н. И. Перепечко. За ней, через небольшие интервалы, промаршировали остальные части и подразделения. Завершила парад колонна партизанских конников, в которой насчитывалось более тысячи человек.

Это был первый праздник минчан после трехлетнего пребывания под гнетом фашистской оккупации. Позади остались тысяча сто дней и ночей издевательств и разбоя фашистских варваров. Проходя мимо трибуны, жители Минска и партизаны гордо и счастливо улыбались, хотя каждый из них хорошо понимал, что впереди еще немало трудностей и невзгод, что нужно окончательно добить фашистского зверя.

Ласково светило щедрое июльское солнце. Город, еще недавно казавшийся мертвым, как бы преобразился.

— Долго пришлось людям ждать этого дня, — негромко сказал стоявший рядом со мной на трибуне Иван Петрович Ганенко. — Но самое страшное уже позади...

— Да, оккупация позади, — отозвался один из партизанских командиров, — но посмотришь на развалины, сердце кровью обливается... А ведь так не только в Минске — повсюду.

— Это верно. Потрудиться всем придется до кровавых мозолей. Но труд, как бы он ни был тяжел, — не война, — снова заговорил Ганенко. — К труду нашим людям не привыкать. Настанет время, и на месте этих руин вырастет новый город, еще более красивый.

— Залечим раны, обязательно залечим, — вступил в разговор Василий Иванович Козлов.

А мимо трибуны непрерывным потоком проходили тысячи минчан. Василий Иванович наклонился к микрофону [326] и громким, немного хрипловатым голосом прокричал:

— Да здравствует Коммунистическая партия — вождь и организатор всех наших побед!

В ответ, словно эхо, пронеслось троекратное «ура».

— Хай жыве Савецкая Беларусь! — уже на белорусском языке провозгласил В. И.

Козлов.

Над колоннами демонстрантов снова взметнулось ответное «ура». А потом над площадью поплыла знакомая величавая песня: «Широка страна моя родная...»

ЛЮДИ ВЫСОКОГО ПОДВИГА К концу июля 1944 года на многострадальной белорусской земле отгремели последние залпы войны. Бои шли теперь уже на территории Польши.

Настало время подвести итоги партизанской борьбы. Мы, правда, еще не располагали окончательными данными. Но дело тут не в цифрах, не в подсчетах. Просто хотелось оглянуться на пройденный путь и обозреть, хотя бы в общих чертах, то, что стало каждому из нас бесконечно дорогим и близким.

В августе 1944 года мы собрались на заключительное заседание Белорусского штаба партизанского движения. В нем участвовали не только сотрудники штаба, но и работники ЦК Белоруссии. Это было в Минске, в одном из залов чудом сохранившегося Дома правительства.

Первым выступил начальник отдела кадров штаба Виталий Романович Романов, бывший секретарь Брестского горкома партии. Он начал с ответа на вопрос, как велся учет личного состава партизанских соединений.

— Учет — дело, казалось бы, техническое, — говорил Виталий Романович, — но для нас, сотрудников отдела кадров, оно было важным боевым заданием. В тылу врага воевали наши советские люди, и надо было иметь сведения о каждом из них. Наладить такой учет удалось не сразу. До образования Белорусского штаба мы располагали лишь приблизительными данными о численном составе отдельных бригад и отрядов. А когда штаб был создан, появилась возможность завести на всех участников партизанской борьбы учетные карточки с указанием фамилии, имени и отчества, года и места рождения. Заполнялись они сначала по материалам, принятым по [327] радио. Потом командиры стали регулярно присылать необходимые данные с летчиками...

— Все это ясно, товарищ Романов, — перебил докладчика секретарь ЦК И. И.

Рыжиков. — Давайте поконкретнее, назовите основные цифры.

— По имеющимся в штабе данным, в партизанской борьбе на территории Белоруссии принимали участие около трехсот семидесяти четырех тысяч человек, — продолжал Романов. — Двести восемьдесят три тысячи бойцов и командиров находились в боевых подразделениях, остальные охраняли партизанские края и зоны, выполняли обязанности связных, работали в партизанских госпиталях, обслуживали взлетно-посадочные площадки, занимались снабжением бригад и отрядов продовольствием, одеждой, вооружением и боеприпасами. Женщин среди партизан было более сорока пяти тысяч, коммунистов — свыше двадцати пяти тысяч, комсомольцев — более семидесяти трех тысяч.

Виталий Романович сделал небольшую паузу, полистал разложенные на столе бумаги, затем привел такие данные:

— Боевые действия с немецко-фашистскими захватчиками вели тысяча сто восемь партизанских отрядов. Большинство из них входило в состав бригад, сформированных по решению ЦК и Белорусского штаба. Их было сто девяносто девять.

Кроме непосредственных участников вооруженной борьбы на учете в бригадах и отрядах, в подпольных райкомах партии состояло почти четыреста тысяч человек.

Это — так называемый скрытый партизанский резерв...

Теперь расскажу о том, как развивалось партизанское движение, — продолжал Романов. — По ориентировочным данным, к концу сорок первого года в партизанских отрядах насчитывалось тридцать тысяч бойцов и командиров. В тысяча девятьсот сорок втором году — уже более ста тысяч человек. Особенно быстро увеличивался численный состав бригад и отрядов в тысяча девятьсот сорок третьем году. В ряды партизан вступило тогда более двухсот тысяч патриотов. Рост партизанских рядов, как вы знаете, непрерывно продолжался и в сорок четвертом году, особенно в западных областях республики... [328] — А сколько рабочих, крестьян и служащих было в рядах партизан? — спросил недавний начальник штаба Гомельского соединения Емельян Игнатьевич Барыкин и, словно извиняясь, добавил: — Я почему спрашиваю? Листовку как-то читал немецкую. В ней говорилось, будто чуть ли не все наши партизаны военнослужащие. Сам знаю, что брехня это. Но хотелось бы знать некоторые цифры, чтобы при случае рассказать народу...

— Могу ответить на ваш вопрос, товарищ Барыкин, — сказал Виталий Романович. — Вот тут у меня есть данные. Примерные, разумеется. Рабочих в бригадах и отрядах числилось больше шестидесяти тысяч человек, крестьян — почти сто пятьдесят тысяч, служащих — тысяч сорок с гаком, более тридцати тысяч учащейся молодежи.

Безусловно, немалая роль в развитии партизанского движения принадлежит и военнослужащим Красной Армии и пограничных войск. Их среди наших партизан процентов около десяти. Многие из них занимали в отрядах и бригадах командные должности, сами участвовали в боях и обучали партизан военному делу... Мне думается, кое-кого интересуют и такие сведения. В рядах белорусских партизан было семьсот восемьдесят восемь бывших директоров различных предприятий республики, семьсот шестьдесят пять председателей сельсоветов, тысяча четыреста тридцать восемь председателей колхозов, две тысячи пятьсот пятьдесят восемь инженерно-технических работников, шестьсот сорок один агроном, семь тысяч сто семьдесят пять учителей, две тысячи семьсот восемьдесят семь врачей и других медицинских работников...

Цифры, цифры, цифры... Многое к тому времени было уже подсчитано, кое-что еще предстояло подсчитать и уточнить. Например, изменились сведения о социальном составе партизанских соединений. По более точным данным, рабочих в числе партизан Белоруссии было 17,01 процента, крестьян — 39,61 процента, представителей советской интеллигенции — 20,04 процента, учащейся молодежи — 12,16 процента. Свыше процентов составляли военнослужащие.

После В. Р. Романова пришлось выступать мне. Я тоже начал с цифр. Сообщил, что на территории временно оккупированной Белоруссии в течение продолжительного времени действовали десять подпольных обкомов, [329]сто семьдесят четыре подпольных райкома и горкома партии, тысяча сто тринадцать первичных партийных организаций в партизанских отрядах, сто восемьдесят четыре территориальные подпольные организации. Подпольных обкомов комсомола было десять, райкомов и горкомов двести шесть и более пяти с половиной тысяч первичных комсомольских организаций.


— Партийным организациям, — продолжал я, — принадлежит огромная заслуга в руководстве партизанским движением, в мобилизации широких масс населения на активную вооруженную борьбу с оккупантами. Наша партия — главный вдохновитель и организатор этой борьбы.

Рассказывая потом о боевых действиях партизан, я сообщил, что за три с лишним года белорусские партизаны уничтожили почти полмиллиона вражеских солдат, офицеров и пособников оккупантов.

— Сколько это дивизий? — спросил присутствовавший на заседании секретарь ЦК Н. Е. Авхимович.

— Ну это уж не наша забота делать такой подсчет, — ответил я.

Кажется, мой ответ не удовлетворил Николая Ефремовича, и он сам занялся подсчетами. Кстати, я до сих пор не очень уверен, насколько объективна и точна цифра — полмиллиона. Она была получена на основе поступивших в штаб сообщений от командиров партизанских соединений, бригад и отрядов. Однако учитывать потери врага в боях было трудно, а подчас просто невозможно. Но абсолютно бесспорно то, что на протяжении трех с лишним лет войны гитлеровское командование вынуждено было использовать для борьбы с белорусскими партизанами десятки своих соединений, в том числе и регулярные воинские части. Отвлекая на себя, сковывая эти вражеские войска, партизаны тем самым оказывали огромную помощь Красной Армии.

По нашим подсчетам, к моменту освобождения Белоруссии от немецко фашистских оккупантов партизанами, подпольщиками, специальными диверсионными группами в общей сложности было уничтожено: тысяча сто двадцать восемь железнодорожных эшелонов с военными грузами и живой силой противника, тридцать четыре бронепоезда, тысяча триста пятьдесят пять танков, танкеток и бронемашин, четыреста тридцать восемь орудий [330]разного калибра, на длительный срок выведено из строя двадцать девять железнодорожных станций, сорок восемь водонапорных башен, взорвано и сожжено девятьсот тридцать девять военных складов, пять с половиной тысяч железнодорожных и других мостов, разгромлено девятьсот сорок восемь вражеских гарнизонов, военных штабов и комендатур. Хотя в отрядах и бригадах, как правило, не было зенитной артиллерии, они все же вели борьбу и с авиацией противника. Во время налетов на аэродромы и ружейно-пулеметным огнем они уничтожили триста пять фашистских самолетов.

— А что Белорусскому штабу известно о трофеях, захваченных партизанами в боях с оккупантами? — задал мне вопрос кто-то из участников заседания.

Снова пришлось назвать ряд убедительных цифр. По нашим данным, за период боев партизаны республики захватили в качестве трофеев: восемьдесят пять орудий, двести семьдесят восемь минометов, около двух тысяч пулеметов, почти двадцать одну тысячу винтовок и автоматов, более четырех с половиной миллионов патронов, двадцать пять раций, двадцать пять складов с боеприпасами и продовольствием, несколько танков и бронемашин, большое количество автомашин и мотоциклов. К сожалению, автомашины и мотоциклы, как правило, приходилось сжигать.

Использовать их для передвижения в партизанской войне было практически невозможно...

Далее, помнится, по просьбе товарищей я рассказал о том, что Белорусский штаб и Центральный Комитет Компартии республики направили в тыл немецко-фашистских войск более шестисот партийно-организаторских и диверсионных групп, общей численностью более десяти тысяч человек. В созданных и постоянно действовавших при штабе партизанских школах, а также на специальных сборах было подготовлено и затем переброшено в тыл противника двести шестьдесят пять командиров отрядов и рот, около двухсот инструкторов минноподрывных групп, восемь тысяч двести тридцать восемь специалистов-подрывников, двести пятьдесят радистов, двести двадцать девять комсомольских работников, большое число редакторов районных и сотрудников областных газет...[331] К концу заседания зашла речь о связях белорусских партизан и подпольных партийных комитетов с патриотами соседних республик и областей, принимавшими участие в борьбе против немецко-фашистских захватчиков. И тут было о чем рассказать.

Центральный Комитет Компартии республики и Белорусский штаб поддерживали постоянную связь с секретарями Центральных Комитетов Компартий Латвии — Я. Э.

Калнберзиным и Литвы — А. Ю. Снечкусом. По их просьбе мы не раз посылали на территорию этих республик отряды белорусских партизан для проведения боевых операций совместно с латышскими и литовскими патриотами. В Литву и Латвию Белорусский штаб направил также несколько организаторских групп, на базе которых впоследствии были созданы крупные отряды и бригады. Многие литовские и латышские отряды продолжительное время дислоцировались в северных районах Витебской, Вилейской и Гродненской областей Белоруссии. Оттуда они с помощью наших партизан совершали смелые налеты на гарнизоны противника, располагавшиеся в населенных пунктах Литвы и Латвии. Уже в 1942 году латышский партизанский отряд под командованием Александра Грома в тесном взаимодействии с белорусскими партизанами провел удачную операцию по разгрому вражеского гарнизона в волостном центре Шкяуне (Латвия). Созданная позже на базе этого отряда партизанская латышская бригада под командованием В. П. Самсона, действуя вместе с белорусскими бригадами А. В. Романова, И. К. Захарова и Г. П. Герасимова, разгромила крупный вражеский гарнизон в населенном пункте Венцслобода (Латвийская ССР). В нападениях на вражеские гарнизоны, организации диверсий на железных дорогах Латвии партизанам этой республики часто помогали также белорусские партизанские бригады Ф. Г. Маркова и П. Я. Сыромахи.


Литовские и латвийские коммунисты-подпольщики постоянно чувствовали помощь подпольных партийных комитетов Белоруссии и в проведении политической работы среди населения. Секретарь Вилейского обкома И. Ф. Климов несколько раз инструктировал литовских товарищей, как лучше организовать массовую политическую работу в деревне. К нему часто обращались за советами командиры литовских партизанских отрядов. [332] Немалую помощь оказывали белорусские партизаны и южным нашим соседям — украинцам, в том числе штабам прославленных партизанских соединений Сидора Артемьевича Ковпака и Александра Николаевича Сабурова. Через секретаря Полесского обкома и другие подпольные партийные комитеты наш штаб часто обеспечивал их сведениями о противнике, оказывал содействие в продовольственном снабжении личного состава этих соединений. Партизаны Белоруссии нередко делились со своими братьями по борьбе боеприпасами, взрывчаткой и оружием...

Заседание штаба закончилось поздно ночью. Продолжая обмениваться мнениями, товарищи вышли на улицу. Одни направились в Дом Красной Армии, в общежитие, другие — в штабы тех партизанских бригад, которые в ближайшие дни должны были расформировываться.

Я возвратился в свой кабинет. Там в углу стояла железная койка с солдатской постелью. Но, несмотря на поздний час, спать не хотелось. В открытые окна временами врывался легкий ветер, принося с собой то гарь сожженного фашистами города, то аромат чудом сохранившихся кое-где лип и тополей.

Вышел на балкон. Ночь стояла светлая. Луна как бы разделила руины Советской улицы пополам. Одна сторона отливала серебром, другая была окутана мраком. Все, что попадало в плен темноты, казалось особенно уродливым, похожим на беспорядочное нагромождение камня и пепла после извержения вулкана. Невольно представил, какой огромный труд потребуется для того, чтобы возродить из руин и пепла Минск, тысячи других городов и сел республики.

Потом мысли снова возвратились к партизанам. Я подумал, что на заседании штаба надо было бы рассказать и о национальном составе белорусских партизанских соединений. Ведь там кроме белорусов было почти сто тысяч русских, десятки тысяч украинцев, тысячи латышей, литовцев, эстонцев, грузин, армян, азербайджанцев и представителей других национальностей нашей великой Родины. Неумолимая логика борьбы против черных сил фашизма привела в ряды белорусских партизан многих поляков, чехов, словаков... [333]...К моменту окончания боев на территории нашей республики восемьдесят семь тысяч шестьсот девятнадцать партизан и партизанок белорусских соединений были удостоены высоких правительственных наград. Среди них уже тогда насчитывалось семьдесят три Героя Советского Союза. Позже число награжденных белорусских партизан выросло до ста тридцати тысяч ста четырнадцати человек, а число Героев Советского Союза — до семидесяти четырех. Кроме русских, украинцев, белорусов, латышей, литовцев и других советских патриотов за активное участие в партизанской борьбе на белорусской земле и совершенные в боях подвиги правительственные награды были вручены семистам трем полякам, ста восьмидесяти четырем словакам, тридцати трем чехам, тридцати шести грекам, двадцати пяти немцам, двадцати четырем испанцам, четырнадцати французам, шести югославам, двум венграм, восьми австрийцам и многим другим.

Партизанская война в Белоруссии, как и в других временно оккупированных советских республиках и областях, была подлинно интернациональной борьбой против ненавистного фашизма.

Тогда же, стоя на балконе здания ЦК, я с горечью думал и об огромных потерях, понесенных белорусским народом. Полтора миллиона мирных жителей Белоруссии погибли от рук гитлеровских варваров за трехлетний период фашистской оккупации.

Почти дотла оказались разрушенными двести девять городов и девять тысяч двести сел и деревень.

Меня иногда спрашивают: велики ли были потери партизан? Война есть война.

Жертвы в ней неизбежны. В открытых боях с гитлеровскими захватчиками и при выполнении диверсионных заданий смертью храбрых пали почти двадцать шесть тысяч партизан и партизанок. Кроме того, одиннадцать тысяч семьсот девяносто семь патриотов пропали без вести — были схвачены гестаповцами, жандармами, полицаями.

Они попадали в плен чаще всего будучи тяжело раненными. Одни погибли в фашистских застенках, другие — в лагерях смерти, а многие были расстреляны или повешены фашистами сразу же после допроса. В обращении с пленными партизанами гитлеровские варвары строго руководствовались наставлением, утвержденным декабря [334] 1942 года начальником немецко-фашистского генерального штаба Йодлем.

А в нем было прямо сказано: «Пленные партизаны, если они только в виде исключения не подходят под § 11, то есть не соглашаются выступить против того отряда, в котором состояли, караются смертной казнью через повешение или расстреливаются... Каждый командир (карательного) отряда несет персональную ответственность за то, чтобы все пойманные в результате боя партизаны и гражданские лица (включая и женщин) были расстреляны или лучше повешены».

Память о погибших патриотах живет и вечно будет жить в сердцах белорусов и всех народов великого Советского Союза.

Потери и утраты не сломили мужества партизан. После освобождения Белоруссии от оккупантов мне довелось побывать во многих бригадах и отрядах. Их бойцы и командиры, перенесшие за три года непрерывных боев и походов неимоверные трудности, по-прежнему жили одной мыслью, одними думами со всем советским народом: добить врага, окончательно стереть с лица земли черные силы фашизма!

После расформирования партизанских соединений более ста двадцати тысяч белорусских партизан влились в ряды Красной Армии и храбро сражались с фашистскими захватчиками на территории Польши, Германии, Чехословакии и других западноевропейских государств.

*** Мне уже немало лет. Многим из тех, кто сражался в рядах партизан, давно перевалило за пятьдесят, а то и за шестьдесят. А иных и нет уже среди нас. Но мы помним и всегда будем помнить о героях всенародной борьбы.

Когда я писал эту книгу, то, вспоминая о мужестве и беззаветной храбрости партизан, думал не только о них, но и о молодых читателях, которые знают о войне лишь по воспоминаниям старших. Мне хотелось рассказать молодежи о том самом заветном, чем жили мы в трудное время войны. Тем, кто родился в послевоенные годы и теперь вместе со всеми пользуется благами мира и социализма, благами нашего замечательного советского строя, мне хотелось еще и еще раз напомнить о [335] том, каких огромных жертв и страданий стоила их отцам, матерям и старшим братьям великая победа в минувшей войне. И не для того напомнить, чтобы похвастать перед молодежью. Важно заранее предостеречь молодых людей от самонадеянности и беспечности.

Многие из нас тоже когда-то недопонимали, что это значит. И как невыносимо трудно пришлось нам потом, когда с оружием в руках мы пошли отстаивать свою родную землю. Вот почему нужно всегда помнить проникновенные слова чешского патриота Юлиуса Фучика: «Люди, я любил вас, будьте бдительны!»

С каждым годом все дальше в глубь истории уходят грозные события Великой Отечественной войны. Но и поныне яркой, неугасимой звездой сверкает боевая слава доблестных советских воинов, сыгравших главную, решающую роль в разгроме немецкого фашизма и в освобождении миллионов людей от кровавого гитлеровского ига. Звезда этой славы будет сиять вечно.

Никогда не померкнет и добытая в суровой борьбе слава белорусских партизан — достойных сыновей и дочерей нашего великого социалистического Отечества. Они смело шли вперед под непобедимым, как сама жизнь, знаменем ленинской партии. Они побеждали врага потому, что беззаветно верили в правое дело, которое защищали, для торжества которого не жалели ни сил, ни жизней.

СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ Петр Захарович КАЛИНИН Т. П. Бумажков М. Ф. Шмырев В. З. Корж Н. П. Покровский Е. И. Барыкин П. М. Константинов В. И. Ничипорович М. Ф. Сильницкии П. М. Романов А. В. Романов И. Н. Мацко А. Ф. Данукалов Группа организаторов партизанского движения в Кличевском районе, Могилевской области. В центре (сидят): секретарь подпольного райкома Я. И. Заяц и председатель райисполкома П. М. Викторчик. (Снимок 1942 года) Первый секретарь ЦК Компартии Белоруссии К. П. Пономаренко беседует с членами партизанской организаторской группы перед отправкой ее за линию фронта. (Снимок 1942 года) Заседание Ветринского подпольного райкома партии Витебской области. (Снимок 1943 года) К. С. Заслонов И. Р. Шлапаков И. М. Тимчук С. П. Шмуглевский Е. В. Нефедова (Клиновская) Помощь с Большой земли. Партизанки распаковывают контейнеры, сброшенные советскими летчиками.

(Снимок 1942 года) Вручение оружия молодым партизанам отряда имени Котовского. (Пинское соединение. Снимок 1943 года) А. И. Брюханов Б. Г. Лунц П. П. Полосухин В. З. Царюк Сестры Ховренковы — разведчицы и связные 35-й партизанской бригады Могилевского соединения. Слева направо: Надежда, Матрена, Анна, Зинаида, Мария и Ефросинья Подрывники отряда имени Гастелло перед выходом на задание Крестьяне деревни Печище привезли партизанам хлеб. (Ганцевичский район, Пинской области. Снимок 1943 года) Идет бой. Санитарка Александра Дордюк оказывает первую помощь раненому. (Отряд имени Котовского.

Снимок 1943 года) Партийное собрание в 1-й Минской партизанской бригаде. (Снимок 1943 года) Оперативная «пятиминутка» перед выходом на задание. (Отряд Д. В. Тябута. Снимок 1944 года) Артиллеристы отряда имени Черткова изучают трофейную пушку. (Брестское соединение) Группа партизан 1-й Минской бригады, отличившихся в боях. Сидят (слева направо): М. Уртаев, А. Урбаев, командир бригады Н. Балан, Амангалиев, В. Гусев. Стоят: Л. Полухин, Л. Кусля, Б. Верниковский. (Снимок 1943 года) П. З. Калинин вручает партизанам бригады «Разгром» ордена и медали. (Минское соединение) Партизаны Брестского соединения слушают радиопередачу из Москвы. (Снимок 1943 года)

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.