авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Северо-Кавказский государственный институт искусств

Кафедра «Культурология»

Шаваева М.О., к.ф.н.

Хрестоматия

по предмету «Источниковедение и историография

культурологической мысли»

Нальчик 2009г

2

Введение

Каждая научная дисциплина на определенном этапе своего развития достигает уровня, когда возникает необходимость осознать пройденный ею путь, яснее представить закономерности ее движения и дальнейшие возможности в решении стоящих перед ней задач.

Необходимость именно такого подхода обусловлена принципом историзма, требующего при изучении всех сторон общественной жизни «…не забывать основы исторической связи, смотреть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь».

Данное издание предполагает совершенно иную модальность отношения к изучению культуры, основанном на объективном, аналитическом, «погруженном», а не «отстраненном» взгляде на историю и теорию культуры. Предоставляется возможность причинно-следственного анализа, полное соотнесение теоретических концепций и их авторских первоисточников.

В ходе исследования текстов предполагается наблюдение за эволюцией системы культурологических взглядов выдающихся философов, историков, социологов, антропологов и культурологов.

Среди средств, обеспечивающих решение этих задач, в источниковедении важное место занимает историографический анализ.

Только с его помощью можно проследить внутренние закономерности развития того или иного явления, специфику процесса познания в области истории культуры на каждом ее этапе, учесть положительный опыт, накопленный источниковедением за многие годы своего существования.

Задача историографической составляющей источниковедения – изучение логики исторического становления и развития как науки о культуре, сформировать культуру самостоятельного мышления в ходе изучения различных текстов культурологического характера.

Сам научный предмет источниковедения и историографии культурологической мысли пользуется индивидуальным методом, позволяющим воссоздать культурологический объект в его подлинности и уникальности.

Цель любого курса источниковедения культурологической мысли – обеспечить будущему специалисту профессионализм в выборе, анализе и собственной интерпретации источников по изучению основных культурологических теорий.

Данное учебное пособие, дополняет лекционную часть курса по предмету источниковедение и историография культурологической мысли.

Предоставляет студентам возможность самим познакомиться с наиболее выдающимися работами культурологической классики. Учебное пособие в своей структуре имеет 2 раздела, в первом представлены труды западноевропейских мыслителей, во втором – отечественных авторов с дополнением кратких биографических справок к каждому.

В учебном пособии в соответствии с требованиями государственного образовательного стандарта по предмету «Источниковедение и историография культурологической мысли» представлена авторская концепция содержания данной учебной дисциплины. Пособие предназначено для лекционной и семинарской работы преподавателей, аспирантов и студентов вузов, всех интересующихся вопросами истории и теории культуры и анализом культурологических текстов.

Часть Источниковедение и историография зарубежной культурологической мысли Платон (427-347 до н.э.) Великий античный философ, принадлежал к старинному аристократическому роду, семейная традиция предназначала ему политическую деятельность, но Платон предпочел занятия наукой, искусством и философией. Платон занимался живописью, пел, сочинял трагедии и возвышенные дифирамбы в честь Диониса.

Идеальное государство – вот что стоит в центре всей философии Платона. Идеальным государством у Платона является государство, устроенное в соответствии с его идеей. А его идея – это идея Всеобщего Блага. С Платона начинается развитие философского идеализма в европейской философии.

« Государство»

«…» В образцовом государстве: жены должны быть общими, дети тоже. Царь – наиболее отличившийся в философии и в военном деле. Никто не должен ничего приобретать. За охрану стражи, продвигающиеся в военном деле будут получать от остальных граждан вознаграждение в виде запаса продовольствия на год, а обязательность – заботиться о государстве.

Четыре вида извращенного государственного устройства:

1. Тимократия;

2. Олигархия;

3. Демократия;

4. Тирания;

Тимократия.

Государственный строй.

Особенности:

в почитании правителей в том, что защитники страны будут воздерживаться от земледельческих работ, ремесел и других видов наживы, в устройстве совместных трапез, в телесных управлениях и воинских состязаниях.

На государственной должности – не мудрые люди, а те, кто яростны духом и те, что попроще – рождены для войны.

Это государство должно вечно воевать. Люди будут жадны до денег…Свое состояние скрывают, их воспитало насилие, а не убеждение.

«Тимократический» человек: человек жесткий, менее образован, хотя ценит образованность и охотно сам слушает других, но не владеет словом.

С рабами такой человек жесток, хотя и не презирает, так как достаточно воспитан, в обращении со свободными людьми учтив, а с властями чрезвычайно послушен.

Основанием власти считает военный подвиг. Кто среди граждан делает свое дело, тех назначают простаками и их не принимают в расчет, а кто борется не за свое дело, тех уважают и хвалят.

Олигархия.

Государственный строй.

Этот строй основывается на имущественном цензе, у власти стоят богатые, а бедняки не участвуют в правлении.

«Олигархический» человек: человек бережлив, деятелен, удовлетворяет свои лишь насущные желания, не допуская других трат. Из-за недостатка воспитания у него появляются наклонности трутня, отчасти нищенские, отчасти преступные. Не желает тратить деньги ради победы и удовлетворения благородного честолюбия.

При олигархии правители не захотят ограничивать законом распущенность молодых людей и запрещать им расточать и губить свое состояние, напротив, будут скупать их имущество.

Демократия.

Государственный строй.

Осуществляется тогда, когда бедняки, одержав победу, некоторых из своих противников уничтожают, иных изгоняют, а остальных уравнивают в гражданских правах и в замещении государственных должностей, что при демократическом строе происходит по жребию.

«Демократический» человек: Усилием воли подавляет в себе те вожделения, что ведут к расточительству, а не к наживе.

Тирания.

Государственный строй.

Когда во главе государства, где демократический строй и жажда свободы, доведется встать дурным виночерпиям, государство это сверх должного опьяняется свободой в неразбавленном виде, а своих должностных лиц карает.

«Тиранический» человек: Имея в руках чрезвычайно послушную толпу, разве воздержишься от крови своих соплеменников. Чуть только тиран достигнет власти, он велит народу назначить им телохранителей, чтобы народный заступник был невредим.

В первые дни тиран приветливо улыбается всем, кто бы ему не встретился, а о себе утверждает, что он вовсе не тиран, он дает много обещаний частным лицам и обществу, он освобождает людей от долгов и раздает землю народу и своей свите. Когда же он примирится кое с кем из своих врагов, то будет постоянно вовлекать граждан в какие-то войны, чтобы народ испытывал нужду в предводителе, чтобы из-за налогов люди обедняли и перебивались со дня на день меньше, злоумышляя против него.

Платон. Государство// Сочинения. В 3т. М., 1971.

Т. 3. Ч. 1. С. 318-319, 321-322.

Аристотель (384-322 до н.э.) Выдающийся античный философ, выдвинувший учение о материи и форме, взаимодействие которых приводит к образованию высокоорганизованных существ (человека) и разных социальных структур: семьи, государства и т.д.

Главные сочинения: «Метафизика», «Никомахова этика», «Евдемова этика», «Большая этика», « Политика».

«Метафизика»

Все люди от природы стремятся к знанию. Доказательство тому влечение к чувственным восприятиям: ведь независимо от того, есть от них польза или нет, их ценят ради них самих, и больше всех зрительные восприятия, ибо видение, можно сказать, мы предпочитаем всем остальным восприятиям, не только ради того, чтобы действовать, но и тогда, когда мы собираемся что-либо делать. И причина этого в том, что зрение больше всех остальных чувств содействует нашему познанию и обнаруживает много различий.

Способностью к чувственным восприятиям животные наделены от природы, а на почве чувственного восприятия у одних не возникает память, а у других возникает. И поэтому животные, обладающие памятью, более сообразительны и более понятливы, нежели те, у которых нет способности помнить;

причем сообразительны, но не могут научиться все, кто не в состоянии слышать звуки, как, например, пчела.Другие животные пользуются в своей жизни представлениями и воспоминаниями, а опыту причастны мало;

человеческий же род пользуется в своей жизни также искусством и рассуждениями..

«…наука и искусство возникают у людей через опыт. Ибо опыт создал искусство..а неопытность-случай. Появляется же искусство тогда, когда на основе приобретенных на опыте мыслей образуется один общий взгляд на сходные предметы. Так, например, считать, что Калию при такой-то болезни помогло такое-то средство и оно же помогло Сократу и также в отдельности многим, - это дело опыта;

а определить, что это средство при такой-то болезни помогает всем таким-то и таким-то людям одного какого-то склада, это дело искусства.»

«..В самом деле, имеющие опыт знают «что», но не знают «почему»;

владеющие же искусством знают «почему», т.е. знают причину… Ремесленники подобны некоторым неодушевленным предметам: хотя они и делают то или другое, но делают это, сами того не зная;

неодушевленные предметы в каждом случае действуют в силу своей природы, а ремесленники - по привычке. Таким образом, наставники более мудры не благодаря умению действовать, а потому, что они обладают отвлеченным знанием и знают причины. Вообще признак знатока-способность научить, а потому мы считаем, что искусство в большей мере знание, нежели опыт, ибо владеющие искусством способны научить, а имеющие опыт неспособны.»

«…после того как было открыто больше искусств, одни - для удовлетворения необходимых потребностей, другие для времяпрепровождения, изобретателей последних мы всегда считаем более мудрыми, нежели изобретателей первых, так как их знания были обращены на получение выгоды. Поэтому, когда все такие искусства были созданы, тогда были приобретены знания не для удовольствия и не для удовлетворения необходимых потребностей, а, прежде всего в тех местностях, где люди имели досуг. Поэтому математические искусства были созданы, прежде всего, в Египте, ибо там было представлено жрецам время для досуга.»

«…как сказано было ранее, человек, имеющий опыт, считается более мудрым, нежели тот, кто имеет лишь чувственные восприятия. А владеющий искусством - более мудрым, нежели имеющий опыт, наставник - более мудрым, нежели ремесленник, а науки об умозрительном - выше искусств творения. Таким образом, ясно, что мудрость есть наука об определенных причинах и началах.»

«О душе»

«…всякое естественное тело, причастное жизни, есть сущность, притом сущность составная. Но хотя оно есть такое тело, т.е. наделенное жизнью, оно не может быть душой. Ведь тело не есть нечто принадлежащее субстрату…, а скорее само есть субстрат и материя. Таким образом, душа необходимо есть сущность в смысле формы естественного тела, обладающего в возможности жизнью. Сущность же есть энтелехия (целенаправленность, движущая сила) такого тела…, а таким телом может быть лишь тело, обладающее органами.»

«…если бы глаз был живым существом, то душой его было бы зрение.

Ведь зрение и есть сущность глаза как его форма (глаз же есть материя зрения), с утратой зрения глаз уже не глаз, разве только по имени, так же как глаз из камня или нарисованный глаз…Но живое в возможности - это не то, что лишено души, а то, что ею обладает, семя же и плод суть именно такое тело в возможности…Но так же как зрачок и зрение составляют глаз, так и душа и тело составляют живое существо.

Итак, душа неотделима от тела;

ясно также, что неотделима какая-либо ее часть. Если душа по природе имеет части, ибо некоторые части души суть энтелехия телесных частей. Но, конечно. Ничто не мешает, чтобы некоторые части души были отделимы от тела, так как они не энтелехия тела в том же смысле, в каком корабельник есть энтелехия судна.»

«Никомахова этика»

« То, что составляет предмет научного знания, существует с необходимостью, а значит вечно…»

«Считается, что всякой науке нас обучают, а предмет науки - это предмет усвоения. Всякое обучение, исходя уже из познанного, в одном случае прибегает к наведению, в другом к умозаключению…Предмет научного знания - это нечто доказываемое, а искусство и рассудительность имеют дело с тем, что может быть и иначе. Даже мудрецу свойственно в некоторых случаях пользоваться доказательством.

Благодаря науке, рассудительности, мудрости и уму мы достигаем истины и никогда не обманываемся. Но для первопринципов существует ум (из этих трех).

Мудрость в искусствах за теми, кто безупречно точен в своем искусстве. Мудрость- это добродетель и совершенство в искусстве.»

«Рассудительным называют того, кто разбирается в том или ином деле, касаемого его самого. Даже зверей называют «рассудительными», тех, которые имеют способность предчувствовать того, что касается их существования. Мудрость и искусство управлять государством - не одно и тоже: так как умение разбираться в своей выгоде - мудрость, но нет мудрости для блага всех живых существ совокупно. Мудрость – это и научное знание, и постижение умом вещей по природе более ценных…»

«Человек способный к разумным решениям, тот, кто благодаря расчету, умеет добиться высшего в осуществляемых поступках блага для человечества. Некоторые, не будучи знатоками общества, в каждом отдельном случае поступают лучше иных знатоков. Так, если зная, что постное мясо хорошо переваривается и полезно для здоровья, не знать какое мясо бывает постным, здоровья не добьется, и скорее добьется здоровья тот, кто знает, что постное и полезное для здоровья мясо птиц.»

«Молодые люди становятся математиками и мудрыми в этих вопросах, но не бывают рассудительными, так как это приходит с опытом.»

Аристотель Соч. в 4-х т. – М.,1975, т.1, с 65-67, 394-396.

Фараби Абу Наср Мухаммед (870-950) Ученый-энциклопедист, уроженец Фараба (Средняя Азия), один из первых арабских последователь Аристотеля, сделавший значительное количество комментариев к его произведениям. Автор более ста работ, среди которых философские, математические, социально-этические, логические трактаты. Фараби оказал огромное влияние на философию и науку средневековой Западной Европы, а также Ибн-Сину, Ибн Баджу, Ибн Рушда.

Фрагмент из трактата «Существо вопросов» посвящен анализу феномена человека.

«Существо вопросов»

«От всех животных человек отличается особыми свойствами, ибо у него имеется душа, из которой возникают силы, действующие через посредство телесных органов, и, кроме того, у него есть такая сила, которая сила, которая действует без посредства телесного органа;

этой силой является разум. К числу упомянутых выше сил относятся питающая сила, сила роста и сила размножения…К воспринимающим силам относятся внешние силы и внутреннее чувство, а именно воображающая сила, сила догадки, сила памяти, мыслительная сила и движущие силы страсти и Каждая из гнева, каковые приводят в движение части тела.

перечисленных сил действует через посредство определенного органа, и иначе и дело обстоять не может...К силам души относится и практический разум – тот, который выводит, какие действия, свойственные людям, должны быть осуществлены. К силам души относится также и умозрительный разум – тот, благодаря которому субстанция души достигает совершенства и становится актуально разумной субстанцией. Этот разум имеет свои степени:

в одном случае он выступает как материальный разум, в другом – как обладающий разум, в другом – как приобретенный разум.

Эти силы, воспринимающие умопостигаемое, представляют собой простую субстанцию и не являются телесными.»

«Предметы разумного восприятия не могут находится в чем-либо делимом или имеющем положение, субстанция души существует отрешенно от материи;

она остается после смерти тела, и в ней нет такой силы, которая разрушилась бы…Дарователь форм создает ее тогда, когда появляется нечто, способное принять ее. Это нечто и есть тело: когда оно есть, появляется и эта субстанция. Она и есть плоть. И дух, заключенный в одной из ее частей, а именно в глубине сердца, есть первое вместилище души. Душа не может существовать раньше тела, как это утверждает Платон;

точно так же она не может переселяться из одного тела в другое..

После смерти тела душа испытывает и блаженство, и страдания. Эти состояния у различных душ бывают разными в зависимости от того, чего они заслужили. Так, например, от того хорошо ли следит человек за своим здоровьем, зависит приход в его тело болезни…»

Фараби Существо вопросов//Антология мировой философии в 4-х т. – М.,1969. т.1. ч 1, с 728-730.

Ибн-Сина (Авиценна) (980-1037) Философ, ученый, последователь Аристотеля, известный под латинизированным именем Авиценна. Родился в Афшане около Бухары, жил в Иране и Средней Азии, занимая должность врача при различных правителях. Авиценне приписывается около 400 работ по всем областям существующего в тот период знания.

Основные произведения: «Книга исцеления», «Книга указаний и наставлений», «Книга о душе». В извлечениях из «Книги о душе»

характеризуются сущность и особенности человека.

«Книга о душе»

«…Мы утверждаем, что человеку присущи такие особенности действий, исходящих из его души, которые отсутствуют у других живых существ. Это, прежде всего то, что поскольку человек существует так, что у него есть цель, то он не может обойтись без общества на всем протяжении своего существования и быть подобным другим животным, из которых каждый, с целью экономии средств к существованию, вынужден ограничивать себя и себе подобных по природе…То, что существует в природе из пищи, не сделанной искусственным путем, конечно, не может удовлетворить его, и условия жизни только посредством их не являются благоприятными. И то, что в природе из вещей, которые могут служить одеждой, то они нуждаются в том, чтобы быть изготовленными по форме и качеству с тем, чтобы человек мог надеть их.»

«Человек, будучи одинок, не может получить самостоятельно все то, в чем он нуждается, - этого он достигает лишь благодаря обществу…И вот по этим причинам, а также по другим причинам, более скрытым, но более достоверным, чем многие, человек нуждается в том, чтобы иметь в своей природе то, что есть в нем самом по условным признакам. Самым пригодным из того, что предназначено для этого, оказался звук, так как он разделяется на буквы, образующие многочисленные сложные образования, без посредника присоединяющиеся к телу.»

«Человеку присуща потребность сообщать и получать сообщение, с тем, чтобы приобретать и давать одновременно, а также другие потребности. Затем ему свойственно выбирать все и изобретать искусства. Но и другие живые существа, особенно птицы, не говоря уже о пчелах, обладают искусством, так как они строят жилища. Однако это свидетельствует не об изобретательности и рассудке, а, скорее всего об инстинкте и вынужденной необходимости…Большинство искусств у животных предназначено для обеспечения их состояния и для видовых потребностей, а не для индивидуальных потребностей. Многие же искусства, которыми обладает человек, предназначены для индивидуальных потребностей, а многие – для обеспечения благополучного состояния самого индивида.

Особенностью человека является то, что восприятие им редких вещей вызывает в нем рефлекс, называемый удивлением, после чего следует смех.

А восприятие вредных вещей вызывает рефлекс, называемый страхом, после чего следует плач. В обществе человеку свойственно для своей пользы обращать внимание на то, что в совокупности действий, которые должны бы быть сделаны, имеются поступки, которые не следует совершать. Это он познает в детстве и воспитывается на этом, а затем он привыкает слышать, что он не должен совершать эти поступки, пока наконец это убеждение не станет для него естественным…Иногда он сделал что-либо, что было условлено как действие недозволенное. Это душевное состояние называется стыдом. Иногда же появляется у человека душевное состояние, вызванное предчувствием того, то должно случиться то, что повредит ему, и это называется страхом. Человек обладает против страха надеждой, в то время как другие живые существа связаны только с данным моментом.»

«К наиболее значительным свойствам человека относится представление всеобщей невещественной идеи, отвлеченной от материи всеми видами абстракции, сообразно тому, как мы это сообщили и доказали, и познание неизвестных вещей путем размышлений и доказательств, исходя из истинно известных вещей…Человек обладает способностью ко всеобщему воззрению и способностью к размышлению об отдельных вещах..Первая сила человеческой души – это та, которая относится к умозрению, и она называется умозрительным разумом. А вторая сила – это та, относится к практике, и она называется практическим разумом. Та служит для утверждения истины и ложности, тогда как эта для определения хорошего и плохого в частных вещах. Практический разум во всех своих действиях нуждается в теле и телесных силах. Что же касается умозрительного разума, то он в какой-то мере нуждается в теле и его силах, однако не всегда и не во всех отношениях..Но ни один из этих двух не является человеческой душой.

Более того, душа – это то, чему принадлежат эти силы;

она, как было изложено, является особой субстанцией, обладающей особой способностью к действиям, часть которых совершается органами, и она стремится их во всей полноте.»

Ибн Сина Избранные философские произведения – М., 1980. с 472-478.

Фома Аквинский (ок.1226-1274) Знаменитый средневековый философ, будучи монахом, глубоко изучал теологию, сначала в Париже, затем в Кельне. В 1259 году ему была поручена работа над наследием Аристотеля. Результатом стал грандиозный труд под названием «Сумма теологии», которую Ф.Аквинский писал 10 лет. Особое место в учении Фомы занимают «доказательства» бытия Бога, которые он, будучи великим систематизатором схоластики, излагает в ясной и системной форме. Дает четкую и развернутую картину познавательных способностей человеческой души. Помимо чувства и разума, он выделяет у человека волю, воображение, способность суждения и память. И высшей познавательной способностью человека у Фомы оказывается интеллектуальное созерцание, которое сближает человека с ангелами.

«Сумма теологий»

…Для спасения человеческого необходимо чтобы сверх философских дисциплин, которые основываются на человеческом разуме, существовала некая наука, основанная на божественном откровении, это необходимо, прежде всего, потому, что человек соотносится с Богом, как с некоторой своей целью.

Знание о Боге, которое может быть добыто человеческим разумом, по необходимости должно быть передано человеку через божественное откровение, ибо истина о Боге, отысканная человеческим разумом, была бы доступна немногим, притом с примесью многочисленных заблуждений, между тем как от обладания этой истиной зависит спасение человека.

Различие в способах, при помощи которых может быть познан предмет, создает многообразие наук. Подобно тому, как теория музыки берет на веру арифметические теории, так и священное учение принимает на веру основоположения, переданные ей Богом.

Теология может взять нечто от философской дисциплины, но не потому что испытывает в этом необходимость, а лишь ради большей доходчивости преподносимых ею положений.

…Бытие Божие может быть достигнуто 5-ю путями:

1…из понятия движения (ничто не может быть переведено из потенции в акт иначе как через посредство некоей актуальной сущности). Все что движется должно иметь источник своего движения. Необходимо дойти до некоего перводвигателя, который сам недвижим ничем иным (Бог).

2….из производящей причины Невозможны случаи, чтобы вещь была своей собственной производной причиной. Если в ряду производящих причин не станет начального, не станет конечного и среднего.

3….из понятия возможности и необходимости…Мы обнаруживаем, что среди вещей такие, для которых возможно быть и не быть. Для всех вещей такого рода необходимо вечное бытие (когда-нибудь в мире ничего не станет). Не все сущее случайно, но в мире должно быть нечто необходимое.

Поэтому необходимо положить некую необходимую сущность, необходимую саму по себе.

4….из различных степеней, которые обнаруживаются в вещах…То, что в предельной степени обладает некоторым качеством, есть причина всех проявлений этого качества (огонь как предмет теплоты, есть причина всего теплого) Есть некая сущность, являющаяся для всех сущностей причиной блага и всяческого совершенства.

5….из распорядка природы….Природные тела подчиняются целесообразности. Это следует из того, что их действия в большинстве случаев направлены к лучшему исходу…Они достигают цели не случайно, а руководимые сознательной волей, так как они сами лишены разумения, они могут подчиняться целесообразности лишь постольку, поскольку их направляет некто одаренный разумом и пониманием.

Фома Аквинский. Сумма теологий.

Часть 1. Вопрос 1. Статья1// Thomas Aquinas/ Opera omnia. T.4. Romae, 1888. P 7/ Бенедикт Спиноза (1632-1677) Голландский философ, в своих трудах уделявший много внимания вопросам религии, эстетики, соотношения человека и общества.

Сравнивая между собой различные религиозные верования, Спиноза довольно рано пришел к выводу, что все религии различаются только внешней обрядностью, а, по сути, они глубоко безнравственны, поскольку люди приписывают антропоморфным богам свои пороки, пытаясь тем самым эти пороки оправдать. Основная проблема всякой философии, по мнению Спинозы, это проблема человека, его счастья и блаженства.

Основные произведения: «Краткий трактат о Боге, человеке и его блаженстве», «Этика», «Богословско-политический трактат», «Трактат об усовершенствовании разума».

«Богословско-политический трактат»

Естественное право человека определяется не здравым рассудком, но желанием и мощью. Все родятся ничего не знающими, и проходит большая часть жизни, прежде чем они могут узнать истинный образ жизни и приобрести навык в добродетели;

а, тем не менее, они обязаны жить и сохранять себя, руководясь только импульсным желанием, т.к. природа им ничего другого не дала и отказала в возможности жить сообразно со здравым рассудком;

и потому они обязаны жить по законам здравого рассудка не более, чем кошка – по законам львиной породы.

Если рассматривать человека как действующего по велению одной лишь природы, то все, что он считает для себя полезным, ему по верховному праву природы позволительно присваивать любым способом: силой ли, хитростью, считая врагом того, кто хочет препятствовать выполнению его намерения.

Все, что нам в природе кажется смешным, нелепым или дурным, - все от того, что мы знаем вещи только отчасти в большинстве случаев не знаем порядка и связи всей природы и что мы хотим управлять всем по привычкам нашего разума;

между тем, что разум признает дурным, дурно не в отношении порядков и законов природы в целом, но только в отношении законов одной нашей природы.

«Трактат об усовершенствовании разума»

Что понимается под истинным благом?

Никакая вещь не будет названа совершенной или несовершенной, особенно когда мы поймем, что все совершающееся совершается согласно вечному порядку и согласно определенным законам природы. Однако так как человеческая слабость не охватывает этого порядка своей мыслью, а между тем человек представляет себе некую человеческую природу, гораздо более сильную, чем его собственная, и, при этом не видит препятствие к тому, чтобы постигнуть ее, то он побуждается к соисканию средств, которые повели бы его к такому совершенству.

Все что может быть средством к достижению этого, называют истинным благом;

высшее же благо – это достижение того, чтобы вместе с другими индивидуальными обладать такой природой. Вот цель, к которой я стремлюсь – приобрести такую природу и стараться, чтобы многие вместе со мной приобрели ее, а для этого необходимо: во-первых, столько понимать о природе, сколько потребно для преобразования этой природы;

во-вторых– образовать такое общество. Где как можно более многие и как можно легче пришли к этому;

в-третьих-необходимо обратиться к моральной философии и к учению о воспитании детей;

в-четвертых, построение медицины;

в–пятых - не пренебрегать искусством и механикой удобство в жизни).

«Этика»

Часть 4 «О человеческом рабстве или о силе аффектов»

Человеческое бессилие в деле умерения и сдерживания аффектов я называю рабством. Ибо человек, преданный аффектам, не располагает собою, а находится во власти случая, и до такой степени, что часто принужден бывает следовать худшему, хотя и видит лучшее для себя… Под добром я разумею то, что мы, наверное, знаем, что оно полезно нам. Под добром я разумею то, о чем мы, наверное, знаем, что оно препятствует нам пользоваться каким-нибудь добром…Нет в природе вещей ни одной отдельной вещи, сильнее и могущественнее которой не было бы другой вещи. Но какая бы вещь ни была дана, всегда есть другая, более могущественная, которая может разрушить данную….Мы страдаем постольку, поскольку составляем такую часть природы, которая не может быть представлена сама по себе без других…Сила, которою человек поддерживается в своем существовании, ограничена, и ее бесконечно превосходит множество внешних причин..

Аффект не может быть ни укрощен, ни уничтожен иначе, как противоположным и более сильным аффектом, чем аффект, подлежащий укрощению Истинное познание добра и зла, поскольку оно истинно, не может укротить никакого аффекта, но лишь поскольку оно рассматривается как аффект..

Действовать вполне по добродетели значит в нас не что иное, как действовать по руководству разума, жить, сохранять свое существование на основании искания своей собственной пользы..

Никакая вещь не может быть злою посредством того, что она имеет общего с нашей природой: но она есть зло для нас постольку, поскольку она противоположна нашей природе… Поскольку какая-нибудь вещь согласна с нашей природой, постольку она необходимо есть добро…Поскольку люди волнуются аффектами, которые суть страсти, постольку они могут быть взаимно противоположны… Кто живет по руководству разума, тот стремится, насколько может, отвечать на ненависть к нему, гнев, презрение другого любовью и великодушием… Часть 5 «О могуществе разума или о человеческой свободе»

Аффект, который есть страсть, перестает быть страстью, как только мы составим о нем ясную и отчетливую идею… Кто ясно и отчетливо понимает себя и свои аффекты, тот любит Бога, и тем больше, чем больше он понимает себя и свои аффекты… Душа ничего не может воображать и не может вспоминать о прошедших вещах иначе, как только при существовании тела… Человеческая душа не может совершенно разрушаться вместе с телом, но от нее остается нечто такое, что вечно… Чем больше мы понимаем отдельные вещи, тем более мы понимаем Бога… Душа только при существовании тела подвержена аффектам, относящимся к страстям… Одна только интеллектуальная любовь вечна… Чем больше совершенства имеет каждая вещь. Тем больше она действует и меньше страдает, и, наоборот, чем больше она действует, тем бывает совершеннее… Спиноза Б. Этика. СПб, изд. Л.Ф. Пантелеева, 1892, с 17-18,45-48,60-62.

Эразм Роттердамский (1469-1536) Нидерландский ученый-гуманист, писатель, филолог, богослов, видный представитель Северного Возрождения.

Осуществил первопечатное издание греческого оригинала Ветхого Завета с комментариями (1517) и собственный латинский перевод. Создал стройную систему нового богословия, которую назвал «философия Христа».

Стал главой течения в гуманизме, получившем название «христианский гуманизм». Э.Роттердамский выступал против обмирщения церкви, монашеского паразитизма, бездуховной обрядности.

Основные произведения: «Похвала глупости», «Разговоры запросто», «О свободе воли», «О достойном воспитании детей с первых дней жизни».

«Похвала глупости»

«…»Воистину я забочусь не о тех любомудрах, которые провозглашают дерзновеннейшим глупцом всякого, кто произносит хвалы самому себе…Кому, однако, как не Глупости, больше подобает явиться трубачем собственной славы и самой себе подыгрывать на флейте? «…»

«…» Ибо как ограничить определениями ту, чья божественная сила простирается так широко, или разделить ту, в служении которой объединился весь мир? Да и вообще, к чему выставлять напоказ тень мою или образ, когда вот я сама стою здесь перед вами? Вот я, Глупость, щедрая подательница всяческих благ, которую латиняне зовут Стультицией, а греки Морией. Но мало того, что во мне вы обрели рассадник и источник всяческой жизни: все, что есть в жизни приятного, - тоже мой дар, и я берусь вам это доказать. Лицемеря и клеймя наслаждение перед грубой толпой, они просто хотят отпугнуть других, чтобы самим вольготнее было наслаждаться. Но пусть ответят они ради Зевса: что останется в жизни, кроме печали, скуки, томления, несносных докук и тягот, если не примешать к ней малую толику наслаждения, иначе говоря, если не сдобрить ее глупостью? «…»

«…» Прежде всего, кому не известно, что первые годы – самый приятный и веселый возраст в жизни человека? Чем объяснить это, если не тем, что мудрая природа окутала младенцев привлекательным покровом глупости, который, чаруя родителей и воспитателей, вознаграждает их за труды, а малюткам открывает любовь и опеку.

За детством идет юность. Кому она не мила, кто не протягивает к ней дружелюбную руку? Но в чем, спрошу я, источник очарования юности, если не во мне? Чем меньше умничает мальчик по своей милости, тем приятнее он всем и каждому. Разве я лгу, утверждая, что люди, по мере того, как они становятся старше и начинают умнеть благодаря собственному опыту и воспитанию, понемногу теряют свою привлекательность, проворство, красоту и силу? Чем больше удаляется от меня человек, тем меньше ему остается жить, пока не наступит наконец старость. Никто из смертных не вынес бы старости, если бы я не сжалилась над несчастными и не поспешила бы на помощь. Недаром говорят про дряхлеющих стариков, что они попали во второе детство «…»

«…» Мужчины рождены для правления, а поэтому должны были получить несколько лишних капелек разума, необходимых для поддержки мужского достоинства;

по этому случаю мужчина обратился ко мне за наставлением – как, впрочем он поступает и всегда, - и я тотчас же подала ему достойный совет: сочетаться браком с женщиной, дабы она своей бестолковостью приправила и подсластила тоскливую важность мужского ума «..»

«…» Как вы думаете, может ли полюбить кого-либо тот, кто сам себя ненавидит? Природа во многих смыслах скорее мачеха, нежели мать: ведь наградила же она смертных, особливо тех, кто чуть-чуть умнее, печальной склонностью гнушаться своего и ценить чужое.

Глупость создает государства, поддерживает власть, религию, управление и суд. Да и что такое вся жизнь человеческая. Как не забава для Глупости?

Но обратимся к наукам и искусствам. Что, кроме жажды славы, могло подстрекнуть умы смертных к изобретению и увековечиванию в потомстве стольких, по общему мнению, превосходных наук? Воистину глупы донельзя те люди, полагающие, что какая-то никчемная, ничего не стоящая известность может вознаградить их за бдения и труды. Да, именно Глупости обязаны вы столь многими и столь важными жизненными удобствами, и – что всего слаще – вы пользуетесь плодами чужого безумия «…»

«…» Теперь, когда я уже воздала похвалы могуществу моему и трудолюбию, мне остается еще похвалить себя за рассудительность. Мудрец обращается к древним писаниям и выискивает в них одни только хитросплетения словес. Дурак, напротив того, постоянно вращаясь в самой гуще жизни, приобретает, по-моему, истинную рассудительность. Это ясно видел, вопреки своей слепоте, еще Гомер и потому сказал: « Событие зрит и безумный». Поистине, два великих препятствия стоят на пути правильного понимания вещей: стыд, наполняющий душу, словно туман, и страх, который перед лицом опасности удерживает от смелых решений. Но Глупость с удивительной легкостью гонит прочь и стыд и страх. Однако лишь немногие смертные понимают, сколь выгодно и удобно никогда не стыдиться и ни перед чем не робеть «…».

Артур Шопенгауэр (1788-1860) Один из крупнейших философов - иррационалистов 19в. Наибольшее влияние на формирование его философских взглядов оказали учение Платона об идеях, философия И.Канта, идеи Фихте и Шеллинга о принципе воли.

Одним из первых в Европе пытался дать синтез западной и восточной философской мысли. Помимо философии и древних языков А.Шопенгауэр изучал естественные науки.

Основные произведения: «Мир как воля и представление», «О свободе человеческой воли», «О воле и природе».

«Мир как воля и представление»

«Мир есть мое представление»: вот истина, которая имеет силу для каждого живого и познающего существа…Нет истины более несомненной, более независимой от всех других, чем та, что все существующее для познания, т.е. весь этот мир, является только объектом по отношению к субъекту, созерцанием для созерцающего, короче говоря, представлением… …Первое, самое простое и постоянное проявление рассудка – это созерцание действительного мира;

оно всецело есть познание причины из действия, поэтому всякое созерцание интеллектуально.

…Переход от обыденного познания отдельных вещей к познанию идей совершенно внезапно, когда познание освобождается от служения воле и субъект вследствие этого перестает быть только индивидуальным, становится теперь чистым, безвольным субъектом познания, который не следует более, согласно закону основания, за отношениями, но пребывает в спокойном созерцании предстоящего объекта вне его связи с какими-либо другими и растворяется в нем… Гений заключается в способности познавать независимо от закона основания и, следовательно, вместо отдельных вещей, существующих только в отношениях, постигать их идеи, и соответственно самому быть коррелятором идеи, т.е. уже не индивидом, а чистым субъектом познания.

Воля – это нечто первое и основное, познание же просто привходит к явлению воли и служит его орудием. Поэтому всякий человек есть то, что он есть, в силу своей воли, и его характер – это нечто изначальное, потому что желание составляет основу его существа.

Между желанием и удовлетворением проходит целая человеческая жизнь. Желание по своей природе – страдание;

удовлетворение скоро насыщает, цель оказывается призрачной, обладание лишает прелести, в новой форме появляются опять желание и потребность, а если нет – наступает пустота и скука, борьба с которыми так же мучительна, как и с нуждой.

Воля так же не может после какого-нибудь удовлетворения перестать постоянно желать вновь, как время не может кончиться или начаться:

длительного, полностью и навсегда удовлетворяющего ее осуществления для нее не бывает….

…Термин аскетизм, часто мною употребляемый, я понимаю в узком смысле слова как преднамеренное сокрушение воли через отказ от приятного и поиски неприятного, добровольно избранную жизнь покаяния и самобичевания ради полного умерщвления воли.

Шопенгауэр А. Что представляет собой человек// Мир как воля и представление. – М.,1990, с 55-57.

Клод Леви – Стросс (1908 г.) Французский философ, социолог и этнограф, исследовавший первобытные системы родства, мифологии и фольклора. Внес огромный вклад в современную антропологию, разработав метод структуралистского анализа.

Основные работы: «Структурная антропология», «Первобытное мышление». Сущность и цель его исследований – обнаружить фундаментальные модели, универсальные закономерности структур, лежащих в человеческом подсознании, которые проявляются в системах мифа и языка. Эти фундаментальные структуры, как полагал Леви-Стросс, лучше всего сохранились у представителей первобытных племен.

«Структурная антропология»

«…Каковы же в действительности различия между этнографическим методом…и методом историческим ? В обоих случаях исследуются общества, отличающиеся от того, в котором мы живем. Является ли это различие следствием отдаленности во времени, или отдаленности в пространстве, или даже разнородности культур – это обстоятельство второстепенно по сравнению со сходством отправных позиций этих методов…Все, что удается сделать историку или этнографу и чего от них можно потребовать, - расширить частный опыт до размеров общего опыта или же опыта настолько обобщенного, что он становится таким образом доступным людям другой страны или другой эпохи как собственный опыт.

Они достигают этого при условиях, необходимых в обеих дисциплинах:

трудолюбия, требовательности, симпатии, объективности.

…Различия между ними не в предмете исследования, не в его цели, не в методе. Напротив того, изучая один и тот же предмет – социальную жизнь, ставя перед собой одну и ту же цель – лучше понять человека – и, отличаясь друг от друга методологически только по количественному соотношению между различными способами исследований, история и этнология выбирают точки зрения, дополнительные по отношению друг к другу: история обобщает данные, относящиеся к сознательным проявлениям общественной жизни, а этнология – к ее подсознательным основам. »

«Эволюционное является прямым направление в этнологии отражением биологического эволюционизма. Западная цивилизация представляется как наиболее продвинутый этап эволюции человеческих обществ, а первобытные группы как «пережитки» предыдущих этапов, логическая классификация которых послужит тем самым выяснению порядка их возникновения во времени.

…Точки зрения эволюционизма и диффузионизма имеют много общего. Обе они сходны в том, что уклоняются от методов, применяемых историками. Историк всегда занимается изучением индивидуальных явлений или групп явлений, обособившихся благодаря их месту в пространстве и времени. Диффузионист, в свою очередь, может раздробить типы, чтобы попытаться восстановить индивидуальные явления на основании фрагментов, заимствованных из разных категорий. Культурные «круги» или «слои» диффузионистов, так же как и «стадии» эволюционистов, представляют собой результат абстрагирования, которому всегда будет не хватать окончательных доказательств его правоты. Их история носит гадательный, умозрительный характер. Но всегда позволительно строить гипотезы, и, по крайней мере, в некоторых случаях предполагаемые источники возникновения явления и пути его распространения имеют очень высокую вероятность.

Леви-Стросс К. Структурная антропология. – М.,1983. с 8-9,15-16,23-25.

Эдуард Барнетт Тайлор (1832-1917) Английский этнограф, исследователь первобытной культуры, один из основоположников эволюционистского направления в истории культуры и этнологии. Был хранителем Этнографического музея при Оксфордском университете, стал первым профессором созданной в Оксфорде кафедры антропологии. Особенностью его подхода было, во-первых, выделение культуры как основного субъекта эволюции, во-вторых, рассмотрение им развития не только материальных основ, но и духовной сферы жизни людей – видов искусства, верований, культов, традиций. Тайлор – создатель анимистической теории происхождения религии, в соответствии с которой источник религии заложен в психической деятельности человека.

Заслугой Тайлора является также разработка метода типологического сравнения культуры, что легло в основу сравнительно – исторического метода, и такого способа проникновения в прошлое, как исследование пережитков.

«Первобытная культура»

Глава 2 «Развитие культуры»

« Культура, или цивилизация, в широком этнографическом смысле слагается в своем целом из знания, верований, искусства, нравственности, законов, обычаев и некоторых других способностей и привычек, усвоенных человеком как членом общества. Явления культуры у различных человеческих обществ, поскольку могут быть исследованы лежащие в их основе общие начала, представляют предмет, удобный для изучения законов человеческой мысли и деятельности. С одной стороны, однообразие, так широко проявляющееся в цивилизации, в значительной мере может быть приписано однообразному действию однообразных причин. С другой стороны, различные ступени культуры могут считаться стадиями постепенного развития, из которых каждая является продуктом прошлого и в свою очередь играет известную роль в формировании будущего… «…»Приступая к вопросу о развитии культуры как отрасли этнологического исследования, мы, прежде всего, должны отыскать здесь способы измерения. Приискивая нечто вроде определенного уровня, относительно которого можно было определить прогресс и регресс цивилизации, нам, по-видимому, лучше всего обратиться к классификации племен и народов пошедших и настоящих. В настоящее время цивилизация распределена среди человечества весьма неравномерно, и это позволяет нам выбирать живые образцы для сравнения и оценки. Главными критериями классификации служат отсутствие или наличие промышленности, высокая или низкая степень развития различных ее областей, в особенности обработка металлов, выделки различных орудий и посуды, земледелия, архитектуры, распространения научных сведений, определенный характер нравственных начал, состояние религиозных верований и обрядов, сложность общественной и политической организации и т.д. Таким образом, основываясь на сравнении определенных факторов, этнографы имеют возможность, по крайней мере, в общих чертах, построить шкалу цивилизации. Немногие могли бы оспаривать правильность размещения обществ по культурному уровню в таком ряде: австралийцы, таитяне, ацтеки, китайцы, итальянцы..

С идеальной точки зрения на культуру можно смотреть как на общее усовершенствование человеческого рода путем высшей организации отдельного человека и целого общества с целью одновременного содействия развитию нравственности, силы и счастья человека… «…» Материальная и умственная культура развиваются вовсе не единообразно во всех своих отраслях, и на деле превосходство в различных отдельных областях культуры достигается ценой деградации всей культуры данного общества в целом. Правда, эти исключения редко уничтожают общее правило. Ведь англичанин, предполагая, что он не может лазать по деревьям подобно дикому австралийцу…или достигнуть той высоты в ораторском искусстве и скульптуре, на какой стояли древние греки, все-таки может претендовать на такой уровень культуры, который выше культурного уровня любого из этих обществ. Однако здесь необходимо еще принять в расчет направление науки и искусства, прямо противодействующие культуре. Уметь распространять отраву незаметно, но верно, доводить вредную литературу до пагубного совершенства, составлять успешные планы против свободы исследования и свободы слова – все это такие проявления знания и искусства, усовершенствование которых едва ли ведет к общему благу… «…» Дикарь, принимающий нечто из чужой культуры, слишком часто утрачивает при этом свои грубые добродетели, не приобретая взамен ничего равноценного. Белый завоеватель или колонизатор, хотя вообще и служит представителем высшего уровня цивилизации, чем дикарь, которого он совершенствует или уничтожает, часто бывает слишком дурным представителем этого уровня и в лучшем случае едва ли может претендовать на создание быта боле чистого и благородного, чем тот, который им вытесняется «…»

«…» Общественные усовершенствования проявляются трояким путем :

1. Поэт или философ просвещает свои век и страну усилиями одного ума 2. Благодеяния законодательства и политических учреждений, торговли и промышленности, искусств и наук более прочны и постоянны. Благодаря им многие отдельные личности могут, по воспитанию и образованию, сделаться способными двигать вперед развитие общества, каждый в своем круге знании. Однако создание такого порядка требует искусства и труда, и весь сложный механизм может разрушится от времени от времени или от насилия.

3. К счастью для человечества, полезные или, по крайней мере, более необходимые искусства могут не требовать для своего сохранения и распространения высоких талантов или общего подчинения, для их утверждения не требует власти одного или союза многих.

Каждой деревне, каждой семье, каждому отдельному человеку приходится всегда обладать умением и желанием сохранять определенные культурные навыки и достижения, как например, употребление огня и металлов, разведение и приручение домашних животных, определенные способы охоты и рыболовства, начала мореплавания, простые способы возделывания хлебных злаков и других питательных растений, самые необходимые и простые ремесла. Таланты одного человека и культурные успехи целого общества – вещь преходящая, а эти крепкие растения переживают любую бурю и пускают неистребимый корень в самой неблагоприятной почве «..»


Глава 3 Пережитки в культуре «…» Устойчивость пережитков позволяет утверждать, что цивилизация народа, у которого обнаруживаются некоторые пережитки, является продуктом какого-то более древнего состояния, в котором и следует искать объяснение ставших непонятными обычаев и воззрений…История же должна объяснить нам, почему старые обычаи удерживают свое место в обстановке новой культуры, которая, конечно, никак не могла породить их, а должна была бы, напротив, стремится их вытеснить.

Название суеверие подходит к значительному числу пережитков, например к тем, которые можно собрать сотнями из книг о народных преданиях и о так называемом оккультизме. Однако слово «суеверие» в настоящее время имеет смысл укора. Для этнографа, во всяком случае, было бы желательно введение такого термина, как «пережиток». К этой категории фактов должно быть отнесено в качестве частных пережитков множество случаев, где от старого обычая сохранилось довольно многое для того, чтобы можно было распознать его происхождение, хотя сам обычай, приняв новую форму, настолько применился к новым обстоятельствам, что продолжает занимать свое место в силу своего собственного значения.

«…» Азартные игры тесно связаны с искусством гадания, уже известным дикарям, и отлично показывают, как то, что принималось когда-то всерьез, может выродиться в шуточный пережиток…Маори имели в виду вовсе не слепой случай, когда бросали жребий, чтобы найти вора среди подозреваемых людей, как и гвинейские негры, когда они отправлялись к жрецу-фетишу, который потрясал пучком мелких полосок кожи и делал священное предсказание…Нецивилизованные люди думают, что жребии или кости при своем падении не случайно располагаются соответственно тому значению, какое он придает их положению. Он неизменно склонен предполагать, что некие духовные существа парят над гадателем или игроком, перемешивая кости, чтобы заставить их давать ответы… Те народы, которые с самым неподдельным страхом верят в действительность магического искусства не замечают того факта, что магия по существу свойственна как раз племенам менее цивилизованным, чем они сами…Тайноведение зиждется на ассоциации идей – способности, которая лежит в самом основании человеческого разума, но в немалой степени также и человеческого неразумия. Возьмем, например, способы, посредством которых будто бы можно на далеком расстоянии оказывать влияние на человека, действуя на какие-нибудь близкие ему предметы, на его вещи, на платье, и особенно обрезки его волос и ногтей. Простая мысль – соединить две вещи шнурком, предполагая, что это установит связь между ними или послужит для передачи влияния,- осуществлялась на свете разнообразными способами. В Австралии туземный лекарь привязывает один конец шнурка к больной части пациента и думает, что сосанием другого конца он вытянет кровь для облегчения болезни…Австралийцы наблюдают следы насекомого около могилы. Чтобы знать, в каком направлении искать колдуна. От колдовства которого человек умер. Оби Восточной Африки завязывает в узелок могильный прах, кровь, кости, чтобы этим свести врага в могилу… Как ни странны эти понятия, надо помнить, что они возникли естественно, по определенному умственному закону, зависят от принципа ассоциаций идей, механизм которой можно понять, хотя, и отрицаем ее практические результаты.

Тайлор Э.Б. Первобытная культура. – М., 1989. с 275-277, 282-284.

Фридрих Ницше (1844-1900) Немецкий философ, основатель «философии жизни». Выступал против спекулятивной рационалистической философии, против христианской религии и связанной с ней традиционной морали. Провозгласив «переоценку всех ценностей», Ницше поставил в центр своей философии понятие жизни, характеризуемой, прежде всего стремлением к самоутверждению, к могуществу – волей к власти. Жизнь находится в процессе вечного становления, вечной борьбы сильных и слабой воль. В истории, по Ницше, нет прогресса, нет цели, но есть «вечное возвращение» одного и того же. Тем не менее, человек должен познавать и созидать, должен стремится превзойти самого себя и стать «сверхчеловеком».

Основные произведения: «Человеческое, слишком человеческое», «Веселая наука», «Так говорил Заратустра», «По ту сторону добра и зла».

«Человеческое, слишком человеческое»

Мои произведения называли школой подозрения, еще более – школой мужества и даже дерзости. И действительно, я и сам думаю, чтобы кто-то когда-либо глядел на мир с таким глубоким подозрением, как я, и не только в качестве случайного адвоката дьявола, но и – выражаясь богословски – в качестве врага и допросчика дьявола.

Однако все возникло;

не существует вечных фактов, как не существует абсолютных истин. Следовательно, отныне необходимо историческое философствование, а вместе с ним и добродетель скромности.

Мы изначально нелогичны и потому несправедливые существа и можем познать это;

и это есть одна из величайших и самых неразрешимых дисгармоний бытия.

Никогда еще никакая религия ни прямо, ни косвенно, ни догматически, ни аллегорически не содержала истины. Ибо каждая религия родилась из страха и нужды и вторглась в жизнь через заблуждение разума.

Со свободой мнений дело обстоит так же, как и со здоровьем, в том и другом нельзя установить общеобязательного понятия. То, что одной личности необходимо для ее здоровья, есть для другой уже источник заболевания, и многие пути и средства к свободе духа будут более развитым натурам представляться путями и средствами к рабству.

Война необходима. Только мечтательность и прекраснодушие могут ожидать от человечества еще многого, - когда оно разучится вести войны.

Доселе же нам неведомы иные средства, которые могли бы так же сильно и верно, как всякая война, внушать слабеющим народам такую грубую походную энергию…Культура отнюдь не может обойтись без страстей, пороков и злобы.

Первая мысль дня. Лучшее средство хорошо начать день состоит в том, чтобы проснувшись, подумать, нельзя ли хоть одному человеку доставить сегодня радость. Если бы это могло быть признано возмещением религиозной привычке к молитве, то наши ближние имели бы выгоду от этой перемены.

По ту сторону добра и зла …Большей частью сознательного мышления философа тайно руководят его инстинкты, направляющие это мышление определенными путями. Да и позади всей логики, кажущейся самодержавной в своем движении, стоят расценки ценностей, точнее говоря, физиологические требования, направленные на поддержание определенного жизненного вида… Ложность суждения еще не служит для нас возражением против суждения;

это, быть может, самый странный из наших парадоксов. Вопрос о том, насколько суждение споспешествует жизни, поддерживает жизнь, поддерживает вид, даже, возможно, способствует воспитанию вида… Вся психология не могла до сих пор отделаться от моральных предрассудков и опасений: она не отважилась проникнуть в глубину.

Понимать ее как морфологию и учение о развитии воли к власти, как я ее понимаю я, - этого еще ни у кого даже в мыслях не было… Ницше Ф. По ту сторону добра и зла. – М.,1989, с 140-141.

Антихристианин …Христианское понятие бога – он бог больных, бог-паук, бог-дух – одно из самых порченных, до каких только доживали на Земле…Выродившись, бог стал противоречием – возражением жизни вместо ее преображения… Осудив христианство, я не хотел бы совершить несправедливость в отношении родственной религии, превосходящей его числом приверженцев, - это буддизм…Буддизм во сто крат реалистичнее христианства;

у него в крови наследие объективной и хладнокровной постановки проблем, он возник в итоге продолжавшегося сотни лет философского движения;

когда буддизм появился на свет, с понятием «бог» уже успели покончить. Буддизм – это единственная во всей истории настоящая позитивистская религия – даже и в своей теории познания;

буддизм провозглашает уже не борьбу с грехом, а борьбу со страданием, тем самым всецело признав права действительности. Буддизм глубоко отличается от христианства уже тем, что самообман моральных понятий для него пройденный этап;

на моем языке он – по ту сторону добра и зла…Вот два психологических факта, на которых основывается взгляд на буддизм: это, во-первых, чрезмерная чувствительность, выражающаяся в утонченной способности страдать, а затем – чрезмерная духовность, следствие слишком долгого пребывания среди понятий, логических процедур, от чего пронес ущерб личный инстинкт и выиграло все безразличное. Как следствие таких физиологических предпосылок, установилась депрессия – против нее Будда и принимает свои гигиенические меры. Его средство – жить на природе, странствовать;

быть умеренным и ограничивать себя в пище, соблюдать осторожность в отношении любых аффектов, вызывающих разлитие желчи и горячащих кровь;

не заботиться ни о себе, ни о других…Учение Будды вменяет эгоизм в обязанность: вся духовная диета определяется и регулируется одним – как отрешиться от страданий … Ницше Ф. Антихристианин. – М., 1989, с 32-33,34-36.

Зигмунд Фрейд (1856-1939) Австрийский врач-психиатр, психолог, основатель психоанализа.

Оказал огромное влияние на мировоззренческие установки интеллектуалов 20 в., главным образом, благодаря своей трактовке сознания и разнообразных феноменов человеческой культуры. На основе исследования психологических патологий пришел к выводу об огромной доминирующей роли бессознательного в мотивации человеческого поведения, которое направляется согласно З.Фрейду, подавляемыми влечениями, в первую очередь сексуальными (либидо). Человек предстает как биосоциальное существо, личность которого («Я») – поле воздействия со стороны темного инстинктивного начала («Оно») и со стороны социальных установок (этических) («Сверх-Я»). Перенеся принципы действия психических механизмов на общество в целом, дал своеобразную трактовку генезиса и сущности всех основных явлений культуры – искусства, религии, морали, мифологии, массовой психологии. По Фрейду, во всем этом определяющую роль принадлежит исходным «комплексам», в том числе «комплексу вины» и так называемому «комплексу Эдипа» - неосознанной ревности ребенка к родителю противоположного пола.


Основные произведения: «Толкование сновидений», «Тотем и табу», «Лекции по введению в психоанализ», «Я и Оно», «Будущее одной иллюзии», «Неудовлетворенность культурой».

«Неудовлетворенность культурой»

Человеческая культура – я имею в виду все то, в чем человеческая жизнь возвысилась над своими биологическими обстоятельствами и, чем отличается от жизни животных, причем я пренебрегаю различием между культурой и цивилизацией, - обнаруживает перед наблюдателем, как известно, две стороны. Она охватывает, во-первых, все накопленные людьми знания и умения, позволяющее им овладеть силами природы и взять у нее блага для удовлетворения человеческих потребностей, а во-вторых, все институты, необходимые для дележа добываемых благ.

есть нечто навязанное противящемуся большинству Культура меньшинством, которое ухитрилось завладеть средствами власти и насилия.

Естественно, напрашивается предположение, что все проблемы коренятся не в самом существе культуры, а вызваны несовершенством ее форм, как они складывались до сего дня. Нетрудно обнаружить эти ее недостатки. Если в деле покорения природы человечество шло путем постоянного прогресса и вправе ожидать еще большего в будущем, то трудно констатировать аналогичный прогресс в деле упорядочения человеческих взаимоотношений, и, наверное, во все эти эпохи, как опять же и теперь, многие люди задавались вопросом, заслеживает ли вообще защиты эта часть приобретений культуры.

Хочется думать, что должно же быть возможным какое-то переупорядочение человеческого общества, после которого иссякнут источники неудовлетворенности культурой, культура откажется от принуждения и от подавления влечений, так что люди без тягот душевного раздора смогут отдаться добыванию благ и наслаждению ими. Это бы был золотой век, спрашивается только, достижимо ли подобное состояние. Похоже, скорее, что всякая культура вынуждена строится на принуждении и запрете влечений;

неизвестно даже, будет ли после отмены принуждения большинство человеческих индивидов готово поддерживать ту интенсивность труда, которая необходима для получения прироста жизненных благ. Надо, по-моему, считаться с тем фактом, что у всех людей имеют место деструктивные, то есть антиобщественные и антикультурные, тенденции и что у большего числа лиц они достаточно сильны, чтобы определить собою их поведение в человеческом обществе… Фрейд З. Неудовлетворенность культурой//Мир философии. – М.,1991. с 285-287.

«Будущее одной иллюзии»

…Термин «культура» обозначает всю сумму достижений и институций, отличающих нашу жизнь от жизни наших предков от животного мира и служащих двум целям: защите человека от природы и урегулированию отношений между людьми.

которые принимают вид религиозных Религиозные идеи…, предписаний, вовсе не являются кристаллизацией опыта или конечным выводом из процесса мышления: они являются иллюзиями, исполнением самых древних и самых сильных настоятельных желаний человечества.

Тайна их силы – в силе их желаний. Мы уже знаем, что пугающее чувство детской беспомощности вызвало потребность в защите – защите через посредство любви - которую дает отец;

и именно осознание того, что за беспомощностью сохраняется на протяжении всей жизни создало необходимость зацепиться за существование некоего отца, но на этот раз более могущественного отца. Таким образом, благодаря благостному управлению божественного Провидения затихает страх перед опасностями жизни: установление нравственного миропорядка гарантирует выполнение требований справедливости, которые в пределах человеческой культуры часто оставались невыполненными;

продолжение земного существования в будущей жизни составляют те границы места и времени, в которых должны осуществляться исполнения человеческих желаний.

Когда я говорю, что все это – иллюзии, то я должен определить значение этого слова. Иллюзия не то же самое, что заблуждение.…Так взгляд Аристотеля, будто из грязи развиваются вредные насекомые, был заблуждением. С другой стороны, именно иллюзией была мысль Колумба, что он открыл новый морской путь в Индию. Та роль, которую играло в этом его заблуждение, его желание, совершенно очевидна. Для иллюзий характерно, прежде всего, то, что они проистекают из желаний. В этом отношении они приближаются к болезненным бредовым идеям. В случае бредовых идей, мы выделяем в качестве главного то, что они находятся в противоречии с действительностью. Иллюзии же необязательно бывают неправильными, т.е. несбыточными и противоречащими реальности. Мы, следовательно, называем иллюзией только веру, в мотивировке которой исполнение желания является ведущим фактором, и мы не считаемся при этом со степенью ее осуществимости, с ее отношением к действительности, точно также, сама иллюзия не нуждается в доказательствах разума.

Сделав такие предварительные замечания, давайте снова обратимся к вопросу о религиозных учениях. Теперь мы можем повторить еще раз, что все они являются иллюзиями, не поддающимися доказательствам. Никого нельзя заставить считать их истинными и верить в них. Некоторые из них настолько невероятны, настолько несовместимы нашими нелегко открытыми нами сведениями о реальном мире, что их можно сравнить с бредовыми идеями, учитывая, конечно их психологические отличия…Загадки мира только медленно открываются перед нашими исследователями;

существует еще множество вопросов, на которые наука сегодня не может дать ответа.

Однако научная работа является той единственной дорогой, которая может привести нас к познанию реальности внешнего мира.

Фрейд З. Будущее одной иллюзии. – М.,1991, с 296-298.

Генрих Риккерт (1863-1936) Немецкий философ, культурфилософ, профессор Гейдельбергского университета. Методологически разработал проблему различия наук о природе и наук о культуре, причем различение не по предмету, а по методу.

Проводя различие между познанием и действительностью, полагает, что главное различие между науками о природе и науками о культуре в том, что «значение культурных процессов покоится в большинстве случаев именно на их своеобразии и особенности, отличающей их от других процессов», а естественные науки рассматривают «генерализирующим образом» те же действительность как «природу». Г.Риккерт особое внимание уделяет проблеме ценностей. Здесь выделяется три важных аспекта: ценности – это главные критерии для исследования культуры;

ценности имеют вневременное значение;

классификацию ценностей производят в соответствии с особыми сферами науки о культуре. Особо выделяется то, что ценности воплощены в культуре, в ее объектах, среди которых Риккерт называет следующие: религия, церковь, право, государство, нравственность, наука, язык, литература, искусство.

«Науки о природе и науки о культуре»

…Слова «природа» и «культура» далеко не однозначны, в особенности же понятие природы может быть точнее определено лишь через понятие, которому его в данном случае противополагают.

…Природа есть совокупность того всего того, что возникло само собой, само родилось и представлено собственному росту.

Противоположностью природе в этом смысле является культура, как то, что или непосредственно создано человеком, действующим сообразно оцененным им целям, или оно уже существовало раньше, по крайней мере, сознательно взлелеяно им ради связанной с ним ценности.

…В объектах культуры заложены ценности. Мы назовем их чтобы таким образом отличить их как ценные части благами, действительности от самих ценностей как таковых, не представляющих собой действительности…явления природы мыслятся не как блага, а вне связи с ценностями, и если от объекта культуры отнять всякую ценность, то он станет частью простой природы, и мы уже потому имеем право делать это, что всякое явление культуры, если отвлечься от заложенной в нем ценности, необходимо может быть рассмотрено как стоящее также в связи с природой и, стало быть, как составляющая часть природы.

…Культурная ценность или фактически признается общезначимой, или же ее значимость и тем самым более чем чисто индивидуальное значение объектов, с которыми она связана, постулируется, по крайней мере, хоть одним культурным человеком.

…Легко показать, что эта противоположность природы и культуры…действительно лежит в основе деления наук…То обстоятельство, что мы причисляем к культуре и технические изобретения, которые совершаются при помощи естественных наук, но сами они не относятся к объектам естественнонаучного исследования;

нельзя также поместить их в ряду наук о духе. Только в науке о культуре развитие их может найти свое место..Можно, конечно, сомневаться, куда относятся такие дисциплины, как география и этнография, но разрешение этого вопроса зависит только от того, с какой точки зрения они рассматривают свои предметы, т.е. смотрят ли они на них как на чистую природу или ставят их в известное отношение к культурной жизни.

Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре. – М., 1995, с 69-71, 73-74.

Макс Вебер (1864-1920) Немецкий социолог, историк, экономист;

профессор Берлинского, Фрейрбубгского, Гейдельбергского, Венского и Мюнхенского университетов;

один из основателей Немецкого социологического общества.

Его считают основателем социологии религии, он внес крупнейший вклад в такие области социального знания, как общая социология, методология социального знания, социология права, экономическая социология.

Основные работы: «Протестантская тика и дух капитализма», «Критические исследования в области логики наук о культуре», «Политика как призвание и профессия».

Социология, по мнению М.Вебера, способна понимать и осмысливать социальное действие, находить его причины, и для этого надо исследовать все многообразие идей, представлений, мировоззрений, которые играют определенную роль в человеческой деятельности. А это значит – исследовать все многообразие культуры.

«Наука как призвание и профессия»

В настоящее время отношение к научному производству как профессии обусловлено, прежде всего, тем, что наука вступила в такую стадию специализации, какой не знали прежде, и что это положение сохранится и впредь. Не только внешние, но и внутренне дело обстоит таким образом, что отдельный индивид может создать в области науки что-либо завершенное только при условии строжайшей специализации..Только благодаря строгой специализации человеку, работающему в науке, может быть, один единственный раз в жизни дано ощутить во всей полноте, что вот ему удалось нечто такое, что останется надолго..

…Идея дилетанта с научной точки зрения может иметь точно такое же или даже большее значение, чем открытие специалиста. Как раз дилетантам мы обязаны многим нашим лучшим постановкам проблем и многим познаниям. Дилетант отличается от специалиста… только тем, что ему не хватает надежности рабочего метода, и поэтому он большей частью не в состоянии проверить значение внезапно возникшей догадки, оценить ее и провести в жизнь. Внезапная догадка не заменяет труда. И с другой стороны, труд не может заменить или принудительно вызвать к жизни такую догадку, так же как этого не может сделать страсть.

…Есть ли у кого-то научное вдохновение, зависит от скрытых от нас судеб, а, кроме того, от «дара». Эта несомненная истина сыграла не последнюю роль в возникновении именно у молодежи – что вполне понятно – очень популярной установки служить некоторым идолам;

их культ, как мы видим, широко практикуется сегодня на всех перекрестках и во всех журналах. Эти идолы – «личность» и «переживание».

… «Личностью» в научной сфере является только тот, кто служит лишь одному делу. И это касается не только области науки. Мы не знаем ни одного большого художника, который делал бы что-либо другое, кроме как служил делу, и только ему. Ведь даже личности такого ранга, как Гете, если говорить о его искусстве, нанесло ущерб то обстоятельство, что он посмел превратить в творение искусства свою «жизнь»… Однако хотя предварительные условия нашей работы характерны и для искусства, судьба ее глубоко отлична от судьбы художественного творчества. Научная работа вплетена в движение прогресса. Напротив, в области искусства в этом смысле не существует никакого прогресса… …Больше не нужно прибегать к магическим средствам, чтобы склонить на свою сторону или подчинить себе духов, как это делал дикарь, для которого существовали подобные таинственные силы. Теперь все делается с помощью технических средств и расчета. Вот это и есть интеллектуализация…Мир расколдован… …Все же среди нашей молодежи, той части, которая заявила бы:

«Да, но мы же идем на лекцию, чтобы пережить нечто большее, чем только анализ и констатацию фактов», ходячим является заблуждение, заставляющее искать в профессоре не то, что она видит перед собой: вождя, а не учителя. Однако мы поставлены на кафедру только как учителя.

Но что же собственно позитивного дает наука для практической и личной «жизни»? И тем самым мы снова стоим перед проблемой «призвания» в науке. Во-первых, наука, прежде всего, разрабатывает, конечно, технику обладания жизнью – как внешними вещами, так и поступками людей – путем расчета. Во-вторых, наука разрабатывает методы мышления, рабочие инструменты и вырабатывает навыки обращения с ними.

Сегодня наука есть профессия, осуществляемая как специальная дисциплина и служащая делу самосознания и познания фактических связей, а вовсе не милостивый дар провидцев и пророков, приносящей спасение и откровение, и не составная часть размышления мудрецов и философов о смысле мира.

Судьба нашей эпохи с характерной для нее рационализацией и интеллектуализацией и, прежде всего расколдовыванием мира заключается в том, что высшие благороднейшие ценности ушли из общественной сферы, или в потустороннее царство мистической жизни, или в братскую близость непосредственных отношений отдельных индивидов друг к другу… Вебер М. Наука как призвание и профессия. – М., 1991. с 135-138.

Йохан Хейзинга (1872-1945) Нидерландский ученый, историк, теоретик культуры. Профессор в Гронингенском и в Лейденском университетах. Й.Хейзинга считает, важнейшие виды первоначальной деятельности человеческого общества все же переплетаются с игрой (язык, миф, культ). Игра, по его мнению, занимает особое место в процессах развития культуры. Ее роль – основополагающая в человеческом общежитии, прежде всего потому, что она, во-первых, является глубинным, естественным состоянием элементов жизненного мира людей.

Игра старше культуры. А, во-вторых, всякая игра строится по правилам, которые ее участники должны добровольно соблюдать.

«Осень средневековья», «Человек Основные произведения:

играющий» и т.д.

«Человек играющий»

О культуре и цивилизации …Слово «культура», как оно всеми употребляется, вряд ли может быть чревато каким-либо недоразумением…В первую очередь культура требует известного равновесия духовных и материальных ценностей… …Вторая основная черта культуры следующая: всякая культура содержит некое стремление. Культура есть направленность, направлена всегда на какой-то идеал, а именно на идеал, выходящий за рамки индивидуального, на идеал сообщества.

…Конкретнее и позитивнее, чем обе вышеназванные основные черты культуры – ее равновесие и направленность, - представляется третья ее черта – собственно говоря, первая исконная особенность, отличающая всякую настоящую культуру. Культура означает господство над природой.

…В самом деле, если господствовать над природой значит строить, стрелять, жарить, то это еще только половина дела. Богатое слово «природа», «натура», означает также и природу человека, человеческую натуру, и ею тоже надо овладеть. Уже на простейших, начальных стадиях общества человек осознает за собой некий долг. У животного, которое кормит и защищает своего детеныша, в этой функции еще нельзя предполагать подобное сознание, хотя животное и трогает нам душу, выполняя эту свою функцию. Только в человеческом сознании функцию заботы о потомстве превращается в обязанность, в долг.

Культурный кризис …Культурный кризис – понятие историческое. Проверяя его историей, сравнивая нынешнюю эпоху с предшествующими, можно придать этому понятию определенную объективную форму. Ибо нам известны не только обстоятельства возникновения и развития культурных кризисов прошлого, но также и завершающая стадия, исход этих кризисов… …Можно поставить вопрос: знала ли культура в эти двадцать столетий иное состояние, кроме кризиса?.Не стоит ли вся человеческая история сплошь из риска? – Без сомнения, так оно и есть, но это всего лишь прописная жизненная мудрость, годная ко времени для мировоззренческих декламаций. Для исторического же суждения можно с тем же успехом найти совершенно определенные периоды. Которые отличает ярко выраженный кризисный характер, где исторический процесс нельзя трактовать иначе, как интенсивный культурный поворот. Мы имеем в виду такие периоды, как переход от Древнего мира к Средневековью, переход от Средних веков к Новому времени, затем от 17 к 19 веку.

О науке... Если исследовать развитие каждой из этих общественных сил и средств в отдельности, не прибегая к ценностным критериям, тогда к этому развитию можно с полным основанием применить понятие прогресса, ибо потенциал всех этих сил и средств возрос неимоверно. Собственно, прогресс как таковой указывает только направление движения, и ему безразлично, что ожидает в конце этого пути — благо или зло. Мы, как правило, забываем, что только поверхностный оптимизм наших прадедов из XVIII и XIX веков впервые связал с чисто геометрическим вектором «вперед» уверенность в bigger and better (больше и лучше). Ожидание, что каждое новое открытие или усовершенствование непременно выполнит обещание более высокой ценности или большего счастья, есть весьма наивная вещь, наследство чарующей поры интеллектуального, морального и сентиментального оптимизма XVIII века. Нет ничего парадоксального в утверждении, что в коде весьма существенного и бесспорного прогресса та или иная культура может найти свою гибель. Прогресс — рискованное дело и двусмысленное понятие. Во всяком случае, может статься, что на его пути где-то впереди обрушился мост или дорогу перерезала расщелина.

... Если мы теперь мысленно представим себе современное состояние всех наук и сравним его с тем, что было полвека назад, то нельзя будет сомневаться ни минуты, что движение науки означало прогресс, подъем, улучшение. Наука расширила свои пределы и обогатила свое содержание. Она заслуживает только положительной оценки. И тем самым обнаруживается поразительное следствие: от действительного, позитивного прогресса дух в этом случае не может или не желает отказываться. Мысль, что научный деятель будет сторониться всего нового, что пробивает себе дорогу, иначе как абсурдной не назовешь. Между тем не исключено, что в отношении искусства, которое развивается не по прогрессии, не является звеном некой последовательной и непрерывной цели развития, вполне могут найтись головы, которым вздумается забыть поступательное движение целого периода;

во всяком случае, это встречается все снова и снова.

Пример науки являет нам, следовательно, чрезвычайно важную область культуры, в отношении которой не вызывает сомнений, по крайней мере до сих пор, прогрессивное развитие, судя по всему протекающее здесь последовательно и непрерывно. Это та сфера духа, где ему назначено идти прямым необратимым путем. Куда этот путь нас приведет, мы не знаем, как не знаем и того блага, что влечет нас на этот путь.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.