авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 19 |

«СОВРЕМЕННАЯ МИКРОПАЛЕОНТОЛОГИЯ XV ВСЕРОССИЙСКОЕ МИКРОПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОЕ СОВЕЩАНИЕ Геленджик 2012 ФГБУН Геологический институт ...»

-- [ Страница 4 ] --

Сократилось таксономическое разнообразие r-стратегистов за счет вымирания большинства видов среди Hedbergella и Whiteinella. Процесс сокращения таксономического разнообразия, начавшись на рубеже коньяка и сантона, продолжался на протяжении сантонского века. В конце этапа среди глоботрунканид преобладали представители Archaeoglobigerina, среди планомалинид – Globigerinelloides,среди гетерогелицид – Heterohelix, Hendersonia (r- и r/K стратегисты). Здесь же появились первые представители рода Globotruncana, быстрая эволюция которых и широкое территориальное расселение характерно уже для следующего интервала.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Кампан-маастрихтский политаксонный этап. Для кампан-маастрихтских глоботрунканид характерно сочетание в различных вариантах всех признаков, характеризующих высокоспециализированные таксоны. Некоторые из них являлись новыми, как например замена портиков на тегиллу в устьевом аппарате Globotruncana, гипертрофированная выпуклость дорзальной стороны у Contusotruncana, появление форм, обладающих шипами и выростами на концах камер у Radotruncana. Для позднего маастрихта характерно присутствие рода Abathomphalus, который обладал узким умбиликальным устьем с тегиллой, ребристой скульптурой и двумя широко расставленными килями. Морфология раковины этого рода сочетала в себе как признаки Globotruncana, так и Rugoglobigerina Для кампан-маастрихтского интервала характерно также активное развитие бескилевых таксонов. Так, от рода Archaeoglobigerina произошел род Rugoglobigerina со скульптурой в виде явно выраженных ребер. Этот род достиг максимального таксономического разнообразия в маастрихтском веке, когда от него произошло несколько ответвлений – Bucherina, Rugotruncana, Trinitella и Plummerita. В середине кампанского века быстро увеличилось разнообразие Globotruncanella с уплощенными камерами и устьем с портиками. Появившись в туроне, эти формы имели подчиненное значение вплоть до указанного интервала. Следует отметить крупные размеры всех указанных форм, особенно это касается таких видов как Globotruncanita stuarti, Contusotruncana сontusa, Abathomphalus intermedius, A. mayaroensis и большинства ругоглобигерин. Относительно медленная эволюция и большая изменчивость привели к возникновению большого количества переходных форм, у части из них бывает сложно определить родовую принадлежность [10].

Кампан-маастрихтский интервал характеризовался градуалистическим типом эволюции и являлся политаксонным этапом в развитии глоботрунканид, когда их разнообразие было наибольшим. Явным преобладанием в составе комплексов, имели высоко специализированные виды с K/r и K стратегией. Пунктуалистический тип эволюции характерен для позднего маастрихта, когда появляются коротко живущие таксоны Bucherina, Rugotruncana, Trinitella и Plummerita, часть которых являлась монотипной. Высокое таксономическое разнообразие характеризует кампан-маастрихтский интервал в группе спирально винтовых гетерогелицид с многорядным типом строения. Высокое таксономическое разнообразие характерно и для спирально плоскостных планомалинид, у которых варьируют размеры, скульптура, количество камер, а также появляются формы с раздвоенной последней камерой.

Работа выполнена при поддержке Программы РФФИ- грант № 12-05-00690 и № 12 05-00263.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Вишневская Л.Ф., Горбачик Т.Н., Копаевич Л.Ф. и др. (2006). Развитие фораминифер и радиолярий на критических рубежах альба-сеномана и сеномана-турона (Северный Перитетис) // Стратиграфия. Геологическая корреляция. Т. 14. № 5. С. 42–63.

2. Горбачик Т.Н. (1986).Юрские и раннемеловые планктонные фораминиферы юга СССР. М.:

Наука. 293 с.

3. Горбачик Т.Н., Копаевич Л.Ф. (1992). Влияние меловых событий на эволюцию глоботрунканид // Геологическая история Арктики в мезозое и кайнозое. СПб. С. 17–29.

4. Копаевич Л.Ф. (2011). Планктонные фораминиферы позднего мела Восточно-Европейской платформы и ее южного обрамления: зональная стратиграфия, смена на главных рубежах, палеоокеанологические реконструкции. Диссертация в форме научного доклада на соискание степени д.

геол.-мин. наук. М., геологический факультет МГУ имени М.В.Ломоносова. 59 с.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь 5. Корчагин О.А. (2001). Зональный стандарт турона по планктонным фораминиферам // Пути детализации стратиграфических схем и палеогеографические реконструкции. М.: Геос. С. 52-72.

6. Корчагин О.А. (2003). Классификация мезозойских планктонных фораминифер. М.: Геос. 89 с.

7. Красилов В.А. (1986). Нерешенные проблемы теории эволюции. Владивосток. ДВНЦ АН СССР. 138 с.

8. Кузнецова К.И., Корчагин О.А. (2004). Глобальная экспансия планктонных фораминифер:

триас, юра, мел// В кн.: Климат в эпохи крупных биосферных перестроек. Тр. ГИН, вып. 550. С. 167-205.

9. Georgescu M.D. (2009). On the origins of Superfamily Heterohelicacea Cushman, 1937 and the polyphyletic nature of planktic foraminifera // Revista Espanola de Micropaleontologia. V. 41. No. 1-2. P. 107 144.

10. Robaszynski F., Caron M. (1995). Foraminifиres planctoniques du Cretace: commentaire de la zonation Europe-Mediterranee// Bull. Soc. geol. France. V. 166, № 6. P. 681-692. Paris.

11. Robaszynski F., Caron M., Dupuis Ch. et al. (1990). A tentative integrated stratigraphy in the Turonian of Central Tunisia: Formations, zones and sequential stratigraphy in the Kalaat Senan area // Bull.

Centres Rech.Explor-Prod. Elf-Aquitaine. V. 14. P. 213–384.

12. Sliter W.V. (1977). Cretaceous foraminifera from the South Western Atlantic Ocean. Leg 36/ Deep Sea Drilling Project. Initial Report DSDP 65. P. 519-545.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь ЭВОЛЮЦИЯ КАМЕННОУГОЛЬНЫХ ФОРАМИНИФЕР НАДСЕМЕЙСТВА ARCHAEDISCOIDEA Кулагина Е.И.

Институт геологии Уфимского научного центра РАН (ИГ УНЦ РАН), Уфа, e-mail: kulagina@ufaras.ru EVOLUTION OF THE CARBONIFEROUS FORAMINIFERS OF THE SUPERFAMILY ARCHAEDISCOIDEA Kulagina E.I.

Institute of Geology, Ufa Scientific Centre, Russian Academy of Sciences, Ufa, e-mail: kulagina@ufaras.ru Архедискоидеи (отряд Archaediscida) относятся к эврифациальным морским бентосным организмам, имеющим большое значение для стратиграфии визейских и серпуховских отложений, а также для корреляции мелководных и глубоководных фаций. Виды архедискоидей используются для зонального расчленения визейского и серпуховского ярусов в качестве основных или вспомогательных видов-индексов.

Систематика архедискоидей разработана достаточно хорошо, хотя критерии систематики, используемые разными авторами, различны. Опубликованная до 1993 г.

литература по архедисцидам приведена в Справочнике по систематике мелких фораминифер палеозоя [1]. Систематика архедискоидей, принятая в Справочнике, основана на классификации, разработанной американскими специалистами [8]. В основу ее положены эволюционные преобразования стенки раковины. Надсемейство Archaediscoidea включает два основных семейства Archaediscidae и Asteroarchaediscidae, условно к нему отнесено семейство Pseudovidalinidae. Появление псевдовидалинид фиксируется в конце гжельского века [2, 10]. По морфологическим признакам они близки к древним Uralodiscus и Planoarchaediscus, поэтому большинство исследователей считает возможным их независимое гомеоморфное возникновение либо от лазиодисцид, либо от псевдоаммодисцид [1, 2].

Надсемейство архедискоидей включает более 220 видов и 21 род [1]. Новые данные по систематике и стратиграфическому распространению архедискоидей содержатся в работах [5, 3, 7, 12, 11]. Архедискоидеи появились в раннем визе, достигли расцвета в визейское время и вымерли к концу ранней перми. Период времени, от раннего визе (позднерадаевское время) до позднего серпухова длительностью около 20 млн. лет соответствует этапу ускоренной эволюции данного надсемейства [4]. В настоящее время мы можем проследить эволюцию этого надсемейства в абсолютном времени [13] (рис. 1). В позднерадаевское-раннетульское время отмечается возникновение архедискоидей от Pseudoammodiscidaе в результате развития внешнего радиально-лучистого слоя сначала в боковых частях раковины (подсемейство Ammarchaediscinae), а позднее – во внешних оборотах (подсемейства Uralodiscinae, Kasachstanodiscinae). В раннем визе (бобриковское время) наблюдается быстрая радиация и широкое распространение архедискоидей с двухслойной стенкой.

В течение раннего визе возникает 4 подсемейства [1]. К подсемейству Kasachstanodiscinae относятся виды с равным соотношением микрогранулярного и стекловато-лучистого слоев. Первые представители этого подсемейства отмечаются в верхней части бобриковского горизонта и его аналогов. С конца раннего визе архедискоидеи приобретают всесветное распространение. Они известны на Русской платформе, в Донбассе, на Урале, в Казахстане, Западной Европе, Северной Америке, Азии.

В начале позднего визе обособляются виды, у которых меняется соотношение темного микрозернистого и светлого радиально-лучистого слоев стенки, происходит утолщение последнего, постепенное сокращение темного слоя до его исчезновения (подсемейство Archaediscinae). В поздневизейское-раннесерпуховское время Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь фиксируется усиленное видообразование рода Archaediscus, включающего более видов, а также возникновение семейства Asteroarchaediscidae с характерным заполнением просветов трубчатой камеры кристаллами кальцита, получившим название «звездчатости».

Рис. 1. Схема эволюционного развития архедискоидей.

В позднем визе происходит формирование комбинаторной раковины [6] с обособлением внутренней астероархедискусовой части и внешней либо архедискусовой либо эосигмоилиновой. С конца серпуховского века архедискоидеи вступают в период замедленной эволюции, который длился до раннепермского времени более 18 млн лет. Архедисциды на данном этапе характеризуются устойчивыми морфологическими признаками, нулевым родо- и видообразованием, Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь уменьшением численности таксонов видового и родового рангов. В отложениях верхней части московского яруса численность архедискоидей заметно сокращается, в верхнекаменноугольных и нижнепермских отложениях известны их лишь очень редкие находки [2]. Для целей стратиграфии наиболее ценен этап ускоренной эволюции архедискоидей, охватывающий визейский и серпуховский века.

Работа выполнена при поддержке РФФИ, проект 10-05-01076.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Вдовенко М.В. (1993). Надсемейство Archaediscacea. Справочник по систематике фораминифер палеозоя (за исключением эндотироидей и пермских многокамерных лагеноидей) / М.В. Вдовенко, Д.М.

Раузер-Черноусова, Е.А. Рейтлингер и др. М.: Наука. 126 с.

2. Давыдов В.И. (1991). Архедисциды (фораминиферы) позднего карбона и перми: гомеоморфия или брадителия? // Бюлл. Моск. о-ва испытателей природы. Отд. геол. Т. 66. Вып. 5. С. 50-57.

3. Иванова Р.М. (2008). Нижний карбон Боровской подзоны Тюменско-Кустанайского прогиба // Литосфера. № 2. С. 3-24.

4. Кулагина Е.И. (2011). Этапы развития и темпы эволюции фораминифер отряда Аrchaediscida // Темпы эволюции органического мира и биостратиграфия: Материалы LVII сессии Па-леонтологического общества при РАН (5-8 апреля 2011 г., Санкт-Петербург). Санкт-Петербург. C. 73-74.

5. Марфенкова М.М. (2005). Новые Tchuisodiscinae и Koktjubinidae из визейских и серпуховских отложений Казахстана. // Микропалеонтология в России на рубеже веков. Материалы XIII Всерос.

Микропалеонтологического совещания, Москва, 21-23 ноября, 2005 г. М.: ГЕОС. С. 39-41.

6. Чермных В.А. (1996). К систематике семейства Asteroarchaediscidae (фораминиферы) // Сб.

науч. трудов (Тр. / ИГ Коми НЦ УрО Российской академии наук, Вып. 89). С. 5-12.

7. Brenckle P. L., Grelecki C. J. (1993). Type Archaediscacean foraminifers (Carboniferous) from the former Soviet Union and Great Britain // Cushman Found. Foram. Res. Spec. Publ. 30. 59 р.

8. Brenckle P.L., Ramsbottom, W.H.C., Marchant T. R. (1987). Taxonomy and classification of carboniferous archaediscacean foraminifers // Courier Forsch. Inst. Senckenberg, 98. P. 11–24.

9. Cozar P. (2000). Archaediscidae Y Lasiodiscidae (Foraminiferida) del Mississippiense (Carbonifero) del area del Guadiato (Suroeste de Espana) // Revista Espanola de Micropaleontologia. V.32. No 2. P. 193-212.

10. Cozar P., Merino-Tome O., Villa E. (2007). New data (smaller foraminifers and correlation with depositional sequences) on the Las Llacerias section (Late Pennsylvanian, Cantabrian Mountains, NW Spain) // Facies, 53. P. 427-450.

11. Cozar P., Somerville I.D., Burgess I. (2008). New foraminifers in the Visean/Serpukhovian boundary interval of the lower limestone formation, Midland Valley, Scotland // Journal of Paleontology. V. 82.

No. 5. P. 906-923.

12. Krainer K., Vachard D. (2002). Late Serpukhovian (Namurian A) Microfacies and Carbonate Microfossils from the Carboniferous of Nцtsch (Austria) // Facies. 46. P. 1-26.

13. Menning, M., Alekseev, A.S., Chuvashov, B.I. et al. (2006). Global time scale and regional stratigraphic reference scales of Central and West Europe, East Europe, Tethys, South China, and North America as used in the Devonian – Carboniferous – Permian Correlation Chart 2003 (DCP 2003) / ScienceDirect, Palaeogeography, Palaeoclimatology, Palaeoecology, 240:318–372.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь ФОРАМИНИФЕРОВЫЕ КОМПЛЕКСЫ КЕЛЛОВЕЙ-ВЕРХНЕЮРСКИХ ОТЛОЖЕНИЙ ШАИМСКОГО НЕФТЕГАЗОНОСНОГО РАЙОНА ЗАПАДНОЙ СИБИРИ Левчук Л.К.

Институт нефтегазовой геологии и геофизики им. акад. А.А.Трофимука СО РАН, Новосибирск, e mail: LevchukLK@ ipgg.nsc.ru FORAMINIFERAL ASSAMBLAGES OF THE CALLOVIAN-UPPER JURASSIC DEPOSITS OF SHAIM OIL-GAS AREAS OF WESTERN SIBERIA Levchuk L.K.

Trofimuk Institute of Petrolium Geology and Geophysics SB RAS, Novosibirsk, e-mail: LevchukLK@ ipgg.nsc.ru Шаимский нефтегазоносный район (ШНГР) – один из старейших нефтегазодобывающих районов Западной Сибири. В настоящее время в разработку вводятся так называемые трудноизвлекаемые запасы – пласты с низкопроницаемыми коллекторами, водонефтяными зонами, малой толщиной, высокой степенью обводнённости. В сложившихся условиях для стабилизации добычи и дальнейшего расширения базы углеводородного сырья необходимо провести ряд поисково разведочных и доразведочных работ, которые должны базироваться на добротной и современной стратиграфической основе. И, несмотря на высокую разведанность недр старейшего нефтегазодобывающего района, уточнение стратиграфического положения и объема местных стратиграфических подразделений не потеряло актуальность до сих пор, поскольку район является ключевым для стратиграфии всей Западной Сибири.

Важное место в изучении строения и оценке перспектив нефтегазоносности осадочных бассейнов занимает корреляция отложений и палеогеография. При изучении истории осадочных бассейнов Сибири с самого начала было очевидно, что ранне-среднеюрский и позднеюрский этапы развития палеобассейнов принципиально различны в смысле закономерностей формирования осадочных толщ [1].

За последние годы накопился микропалеонтологический материал по средней (келловей) - верхней юре по значительному (21) числу скважин, пробуренных на территории различных месторождений: Тугровское (скв.12,15,18,19);

Сыморьяхское (скв.10268, 10257, 10262);

Мало-Шушминское (скв. 10527);

Северо-Даниловское (скв.10167);

Даниловское (скв. 10554,10009);

Ловинское (скв.10292, 9186);

Тальниковое (скв.10417);

Убинское (скв.10054);

Андреевское (скв.10374);

Усть-Иусское (скв. 8000);

Пулытьинское (скв.11108), Мулымьинское (скв.10513), Лазаревское (скв.10392) и Филлиповское (скв.2525) (Рис. 1). Отложения келловея и верхней юры в этих скважинах оказались достаточно полно охарактеризованы комплексами фораминифер.

Это позволило установить в изученном районе все ярусы: келловейский, оксфордский, кимериджский и волжский, их отдельные подъярусы, зоны и слои с характерными комплексами фораминифер. В результате изучения выделено 10 биостратонов в ранге зон и номинальных слоев. В ряде случаев отмечается определенная таксономическая изменчивость в одновозрастных комплексах фораминифер. Такая неоднородность увязывается, вероятней всего, с формированием сообществ в разных биономических зонах юрских морей, отличающихся некоторыми одновременно действующими абиотическими факторами, в первую очередь глубиной. На биостратиграфической шкале, эти различия отражаются выделением параллельных биостратонов с самостоятельными видами-индексами [2]. Это - зона Dorothia insperata, Trochammina rostovzevi JF - 25, слои с Dorothia insperata, Eomarssonella paraconica JF - 33, зона Ammobaculites tobolskensis, Trochammina oxfordiana JF-34, слои с Tolypammina Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь svetlanae, Ammodiscus thomsi JF-35, зона Trochammina oxfordiana JF-36, зона Recurvoides disputabilis JF-37, зона Trochammina omskensis, Verneuilinoides graciosus JF38, зона Haplophragmoides? canuiformis JF-40, зона Pseudolamarckina lopsiensis JF-41 и слои с Kutsevella haplophragmoides JF-43, возраст которых подтвержден целым рядом находок аммонитов (Рис. 2).

Проведенное детальное изучение фораминифер из Шаимского района Западной Сибири позволило выявить богатейший родовой и видовой состав представителей этой группы, обитавшей в Западносибирском море на протяжении келловея, оксфорда, кимериджа и волжского века. Отмечены особенности изменения комплексов фораминифер во времени и пространстве, а также степень их изменчивости в пределах изученного района, что позволило сделать некоторые палеогеографические выводы о развитии келловей-позднеюрской трансгрессии.

Во время формирования отложений фораминиферовой зоны Dorothia insperata, Trochammina rostovzevi JF-25, на начальном этапе вся территория ШНГР в целом представляла собой относительно мелководную зону, вероятно с нестабильным солевым режимом, заселенную многочисленными представителями эврифациальных родов. Постепенно, по мере, развития келловейской трансгрессии, структура сообществ фораминифер усложняется, растет таксономическое разнообразие, незначительно меняются доминирующие таксоны. Но в целом, сообщества на этой территории представлены очень близким таксономическим составом, структурной и количественной характеристиками. В них преобладали представители Recurvoides, большую роль играли Trochammina, становясь доминантами или субдоминантами. На этом фоне заметно выделяются позднекелловейские сообщества своим богатством и разнообразием. В них впервые обнаружены представители рода Pseudolamarckina, широко распространенные преимуществнно в позднем келловее Русской платформы.

Особенно представительна в видовом отношении группа известковистых форм, при значительной численности агглютинирующих. В целом фораминиферовая зона Dorothia insperata, Trochammina rostovzevi JF25, которая датируется верхней частью верхнего бата – келловеем, имеет достаточно широкое распространение в отложениях Шаимского нефтегазоносного района. В самом северном из изученных месторождений Тугровском этот комплекс самый богатый и таксономически разнообразный, в Сыморьяхском, Мало-Шушминском, Ловинском и Филипповском месторождениях по мере приближения к западной границе района, что, по-видимому, свидетельствует об обмелении палеобассейна и приближении границы море - суша в изученном районе.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Примерно те же условия морского режима сохраняются и при формировании отложений содержащих в себе комплекс фораминиферовых слоев с Dorothia insperata, Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Eomarssonella paraconica JF33, зона распространения которых существенно уже. В конце позднего оксфорда происходит некоторая таксономическая и структурная перестройка сообществ фораминифер. За время существования фораминиферовых биостратонов Ammobaculites tobolskensis - Trochammina oxfordiana JF-34, Tolypammina svetlanae - Ammodiscus thomsi JF-35 и Trochammina oxfordiana JF-36 обстановка в этом районе постепенно менялась в сторону расширения и углубления моря за счет продолжавшейся трансгрессии. Несколько меняется структура комплексов, большой вес в них приобретают Trochammina, Ammobaculites, Ammodiscus и Tolypammina, они становятся доминирующими таксонами и характеризуются высокой численностью. В первой половине позднего оксфорда, время существования фораминиферовой зоны Recurvoides disputabilis JF37, сообщества фораминифер представлены обильными Recurvoides, менее значительна численность Trochammina, Tolypammina и Haplophragmoides. Известковистые формы единичны и только, по-видимому, в наиболее мористой части изученного района (Тугровское месторождение) они преобладают по количеству видов над агглютинирующими формами. Во второй половине позднего оксфорда - раннем кимеридже, судя по комплексам фораминифер, в зонах Trochammina omskensis, Verneuilinoides graciosus JF38 и Haplophragmoides?

canuiformis JF-40, в изученном районе продолжалось развитие и расширение позднеюрского бассейна. В это же время происходит таксономическая и структурная перестройка комплексов, наблюдается устойчивая тенденция к увеличению числа и численности известковистых фораминифер. По всей видимости, наибольшее распространение морской позднеюрский бассейн на изученной территории ШНГР получил в позднекимериджское – ранневолжское время. Здесь в комплексах характеризующих фораминиферовую зону Pseudolamarckina lopsiensis JF41, которая соответствует верхней части нижнего – верхнему кимериджу, отмечается богатство и таксономическое разнообразие. Доминируют Pseudolamarckina lopsiensis и многочисленные нодозарииды. Агглютинирующие формы по числу видов и численности существенно уступают известковистым. Состав и структура комплексов позволяет говорить о полноценном морском режиме во время формирования отложений их содержащих. В начале волжского времени таксономическое разнообразие фораминифер постепенно несколько снижается. В комплексах в большом количестве присутствую Kutsevella, хотя известковистых видов достаточно много, несколько снижается численность. Однако комплексы, соответствующие зоне Kutsevella haplophragmoides JF44 имеют довольно широкое распространение в изученном районе, их состав и структура позволяют предполагать некоторое обмеление позднеюрского бассейна в ранневолжское время с сохранением достаточно высокой температуры придонных вод.

В целом следует отметить, что развитие келловей – позднеюрского бассейна на территории Шаимского НГР проходило постепенно и только к началу кимериджа достигло своего максимального распространения, о чем свидетельствуют распределение по площади разновозрастных фораминиферовых комплексов, начиная от верхов верхнего бата до ранневолжского времени включительно.

Работа выполнена при поддержке программ РАН 20 и 24.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Никитенко Б.Л. (2009). Стратиграфия, палеогеография и биофации юры Сибири по микрофауне (фораминиферы и остракоды). Новосибирск. Параллель. 680с.

2. Решение 6-го Межведомственного стратиграфического совещания по рассмотрению и принятию уточненных стратиграфических схем мезозойских отложений Западной Сибири, Новосибирск, 2003 (2004). Новосибирск. 148 с.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь ПРИДОННАЯ ЦИРКУЛЯЦИЯ В РАЙОНЕ ПЛАТО РОКОЛЛ В МИС4-МИС Лукашина Н.П.

Атлантическое отделение Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН, Калининград, e-mail:

lukashinanp@mail.ru BOTTOM CIRCULATION IN THE AREA OF PLATO ROCOLL IN MIS4-MIS Lukashina N.P.

The Atlantic Branch of the P.P. Shirshov Institute of Oceanology, Russian Academy of Science, Kaliningrad, e:mail:lukashinanp@mail.ru Североатлантическая меридиональная циркуляция как часть Глобального термогалинного конвейера является важным компонентом климатической системы. От интенсивности меридионального переноса зависят изменения в циркуляции глубинных водных масс. Прямую оценку вентиляции глубинных вод и степень смешивания основных водных масс обеспечивает содержание изотопов углерода в донных осадках.

В настоящей работе свойства глубинных водных масс установлены на основании изучения комплексов бентосных фораминифер. К югу от плато Роколл с глубины 3850 м была поднята колонка АМК 4520 длиной 364 см (Рис.1).

Рис. 1. Расположение изученной колонки.

Колонка взята с высоким разрешением (каждые 2 см), что позволяет детально проанализировать изменения в комплексах планктонных и бентосных фораминифер и на этом основании реконструировать поверхностную и придонную циркуляцию водных масс. Стратиграфия колонки основывалась на распределении по разрезу арктического вида Globigerina pachyderma sin. и на карбонатности осадка, учитывались также данные о количестве терригенного материала айсбергового разноса (ИРД), которые характеризуют непродолжительные потепления последнего ледникового периода (события Хайнриха) [2]. В результате были выделены четыре верхние морские изотопные стадии (МИС 4 - МИС 1) (Рис.2).

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Рис. 2. Стратиграфия колонки АМК-4520 и распределение комплексов бентосных фораминифер.

Вниз по разрезу в колонке четко выделяются четыре комплекса бентосных фораминифер (РИС.2). С конца колонки до 180 см доминируют Uvigerina peregrinа и Fursenkoina sp.sp. (F.advena, F.exilis и F.complanata), со 180 до 90 см – Pullenia sp.sp.

(P.bulloides и P.quinqueloba) с 90 до 10 см - Epistominella exigua и в верхних 10 см – E.

exigua и Oridorsalis umbonatus Границы между комплексами хорошо согласуются с выделенными изотопными стадиями. Комплекс а E. exigua/O. umbonatus выделен в самой верхней части МИС1;

комплекс E. exigua соответствует большей части МИС1;

комплекс P. bulloides - МИС2 и комплекс U. peregrinа/Fursenkoina sp.sp. выделен в МИС3 - верхней части МИС4.

Изменение процентных содержаний U. peregrina и Fursenkoina sp.sp. в МИС4 – МИС3 происходит очень резко. Первый из них почти исчезает во время стадиалов и достигает почти 40% во время межстадиалов. Значение фурсенкоин, наоборот, в межстадиалы сокращается до единиц и увеличивается почти до 30% во время стадиалов.

Бентосные фораминиферы с удлиненной раковиной U. peregrinа/Fursenkoina sp.sp предпочитают тонкодисперсные грунты с высоким содержанием органического вещества [3, 4] при небольших скоростях глубинных течений и с низким содержанием растворенного в воде кислорода. В последний ледниковый период U. peregrina доминировала на большей части Северо-Восточной Атлантики на глубинах от 1200 до 3500 м и трассировала водную массу южного происхождения с низким содержанием кислорода и богатую питательными веществами [1].

P. bulloides в колонке в небольших количествах (около 10%) встречается по всему разрезу, но в МИС 2 его значение увеличивается в среднем до 25 и периодически - до 50%. Снижение его содержания, похоже, связано со стадиалами МИС 2. P. bulloides в исследуемом разрезе исчезает во время Терминации I.

Примерно в это же время (14 тыс. лет назад) он исчез из котловины Поркьюпайн [6].

В современных осадках Атлантического океана значение P. bulloides редко достигает 10%. Вместе с Melonis pompilioides и некоторыми другими видами P.

bulloides способна развиваться в условиях нехватки растворенного кислорода [3]. Во время последнего оледенения P. bulloides доминировала в Западно-Европейской котловине на глубинах от 3500 до 4500 м, занятых «старой», давно изолированной от Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь поверхности донной водой, и характеризовала в Северной Атлантике «застойные»

условия [1].

E. exigua впервые появилась в исследуемом разрезе в МИС2, но доминировать стала в конце 2 стадии и в большей части МИС1. В настоящее время E. exigua широко распространена в североатлантических котловинах, где ассоциируется с североатлантической донной водой 1].

Комплекс E. exigua/O. umbonatus появился в конце МИС 1 и является характерным для настоящего времени и исследуемом районе. O. umbonatus доминирует в Лабрадорской котловине и в восточную часть Северной Атлантики проникает вместе с лабрадорской донной водой через фрактурный разлом Гиббс.

Со сменой комплексов в разрезе отчетливо меняется количество раковин бентосных фораминифер в осадке и в меньшей степени – видовое разнообразие. В комплексе U. peregrina/Fursenkoina sp.sp. концентрация бентосных фораминифер колеблется от нескольких сотен до 2000 экз./1 г осадка, видовое разнообразие в нижней части зоны составляет меньше 20 видов, а в верхней – около 25. Наиболее низкая концентрация (менее 1000 экз./1 г осадка) характерна для комплекса P.

bulloides. Число видов здесь сильно варьирует, однако можно заметить, что оно сокращается во время стадиалов до единиц и увеличивается во время межстадиалов до 25-30. Максимальная концентрация бентосных фораминифер - до 6000 экз./1 г осадка, характерна для комплекса E. exigua. Однако в нижней части зоны, соответствующей потеплению беллинг-аллереда число видов не превышает 20, а число раковин в осадке – меньше 1000 на 1 г. Постепенное увеличение этих параметров началось в позднем дриасе. В комплексе E. exigua и O. umbonatus фораминиферовое число сокращается примерно до 1000 экз. /1 г осадка, число видов в среднем 20.

Известно, что количество раковин бентосных фораминифер в осадках зависит поступления органического вещества на дно. Однако в исследуемой колонке концентрация раковин в большой мере связана с разбавлением фораминиферового материала обломочным терригенным материалом. Колонка АМК 4520 была взята в зоне распространения ИРД и за исключением верхних 40 см терригенный материал присутствует по всей длине разреза, иногда составляя 20-25% и даже 30% в поле зрения. В отдельных интервалах встречаются обломки гравийной размерности, достигающие 1,5 мм. Возможно, именно эти интервалы соответствуют событиям Хайнриха. Во всяком случае вполне надежно можно выделить событие Хайнрих 0 в позднем дриасе и Хайнрих 1 почти на границе последнего оледенения и голоцена (около 14,5 тыс. лет назад).

Первоначально считалось, что видовой состав бентосных фораминифер в позднеплейстоценовых осадках зависит от свойств водных масс [1, 5], но более современные исследования связывают его с изменениями продуктивности и с типом органического материала, поступающего на дно [3, 6, 7]. Так, распространение E. exigua и O. umbonatus связывается с сезонным и периодическим приносом еды в форме неустойчивого органического материала. U. peregrina, наоборот, доминирует в районах с высоким и продолжительным притоком органического материала. P.

bulloides является эндобентосным видом, живущим в первых сантиметрах грунта, где питается детритом. Существование зависимости видового состава бентосных фораминифер от образа питания покажут дальнейшие исследования.

Итак, бентосные фораминиферы в колонке АМК 4520 чутко реагируют на изменения поверхностной циркуляции в северо-восточной части Атлантического океана. В межстадиале последнего оледенения (МИС3) южнее поднятия Роколл, как и во всей Атлантике находилась водная масса с высоким содержанием питательных веществ и с низким кислородом, пришедшая из Южного океана. Во время последнего Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь стадиала оледенения (МИС2), как и в соседней Западно-Евпропейской котловине, ее сменила «старая» вода местного происхождения. В конце стадиала полярный фронт стал отступать к северу, начался поверхностный и глубинный водообмен между Северной Атлантикой и Норвежско-Гренландским бассейном, и к югу от плато Роколл появилась североатлантическая донная вода, характерная для большей части голоцена.

В холодный период позднего дриаса объем этой воды сокращался. В конце голоцена североатлантическая донная вода стала перемешиваться с лабрадорской донной водой.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Лукашина Н.П. (1987). Бентосные фораминиферы и их связь с водными массами на порогах Северной Атлантики // Океанология. Т. 27. № 2. С. 273-279.

2. Hemming S.R. (2004). Heinrich events: massive late Pleistocene detritus layers of the North Atlantic and their global climate imprint // Rev. Geophys. V. 42. P.RG1005.

3. Kostygov S.A., E. S. Kandiano E.S., H. A. Bauch H.A. (2010). Reconstruction of Deep_Water Conditions in the North Atlantic during MIS 9 Based on Benthic Foraminiferal Assemblages // Oceanology. V.

50. P. 397-407.

4. Martins V., Jouanneau J-M., Weber O., et al. (2006). Tracing the late Holocene evolution of the NW Iberian upwelling system // Marine Micropaleontology. V. 59. P. 35–55.

5. Schnitker D. (1979). The deep waters of the West North Atlantic during the past 240000 years and the re-identification of the western boundary undercurrent // Mar. Micropal. V. 4. № 3. P. 265-280.

6. Smart C. W. (2008). Abyssal NE Atlantic benthic foraminifera during the last 15 kyr: Relation to variations in seasonality of productivity // Marine Micropaleontology. V. 69. P. 193–211.

7. Suna X., Corlissa B.H., Brownb C.W. et al. (2006). The effect of primary productivity and seasonality on the distribution of deep-sea benthic foraminifera in the North Atlantic // Deep-Sea Research I. V.

53. P. 28–47.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь РЕВИЗИЯ ВИДА CRIBROSTOMOIDES INFRACRETACEOUS (MJATLIUK), Маринов В.А.

Институт нефтегазовой геологии и геофизики СО РАН (ИНГГ СО РАН), Новосибирск, e-mail marinovva@ipgg.nsc.ru REVISION SPECIES CRIBROSTOMOIDES INFRACRETACEOUS (MJATLIUK), Marinov V.A.

Institute of Petroleum Geology and Geophysics SB RAS (IPGG SB RAS), Novosibirsk, e-mail marinovva@ipgg.nsc.ru Вид Cribrostomoides infracretaceous был впервые описан из готеривских отложений Поволжья [3]. Вид имеет крупную умеренно уплощенную полуинволютную раковину, в наружном обороте которой 7-11 камер, достаточно высокую устьевую поверхность. Эти признаки позволили отождествить вид Cribrostomoides infracretaceous с формами, доминирующими в относительно глубоководных комплексах фораминифер верхней юры и нижнего мела Сибири [1]. В настоящее время ряд специалистов относит к сибирским представителям Cribrostomoides infracretaceous только формы из валанжина и раннего готерива, где он является характерным элементом комплекса с Cribrostomoides infracretaceous – Cribrostomoides sinuosus [2]. Неопределенность объема этого важного для стратиграфии вида не позволяет конкретизировать его диапазон вертикального распространения и, соответственно, положение границ одноименного биостратона. Для уточнения таксономических признаков вида было проведено монографическое изучение коллекции из типотипического местонахождения – разреза Городище (Русская платформа, Ульяновская область). Уточнены морфологические и метрические признаки вида и пределы их изменчивости. Особое внимание уделено закономерностям онтогенетической изменчивости раковин. Проведен сравнительный анализ топотипической коллекции экземпляров C. infracretaceous и близких к ним форм из берриаса-готерива Сибири. Были изучены комплексы фораминифер из наиболее представительных разрезов нижнего мела Севера Сибири ( п-ов Пакса, р.Тигян-Юрях, р.Анабар, о.Большой Бегичев) и Западной Сибири (более сорока скважин Насельской, Пякутинской, Малопякутинской, Южно-Пякутинской, Нюдеяхской, Верхненадымской, Южно-Инучинской, Сугмутской, Романовской, Умсейской, Суторминской, Ортъягунской, Западно-Самотлорской, Самотлорской, Рубиновой, Тюменской, Эниторской, Коликъеганской, Пермяковской, Хохряковской, Лабазной, Заполярной, Мессояхской, Хальмерпаютинской и Туколандо-Вадинской площадей).

Установлено, что фораминиферы, имеющие умеренно уплощенную раковину, близкие к C. infracretaceous, доминируют в Сибири на двух стратиграфических уровнях - в комплексах кровле берриаса - нижней части нижнего валанжина и в нижнем готериве. В комплексах средней и верхней частей нижнего и верхнем валанжине преобладают представители рода Cribrostomoides, имеющие слабосжатую с боков или шаровидную раковину (C. praevolubilis Marinov, C. volubilis (Romanova), C.

romanovae Bulynnikova).

Сибирские нижневаланжинские представители рода очень близки к топотипическим экземплярам C. infracretaceous по темпам увеличения размеров раковин в онтогенезе (рис., график А), но имеют существенно более инволютную раковину. На ранних стадиях онтогенеза все крибростомоидесы имеют инволютную раковину с узкой углубленной пупочной областью. У взрослых раковин поволжских экземпляров C. infracretaceous пупочная область широкая, в которой видна часть Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь предыдущего оборота (фототабл., фиг. 1-4). У раковин из нижнего валанжина Сибири на всех стадиях онтогенеза пупочное углубление узкое (фототабл., фиг. 5, 6, 9). Виды надежно различаются также темпами изменения ширины устьевой поверхности раковины в онтогенезе (рис, график В). При равных диаметрах раковин у сибирских форм устьевая поверхность значительно шире (фототабл., фиг. 7, 8, 10, 11). На графике Б (см. рис.) показано как в онтогенезе увеличивается количество камер в наружном обороте. У крупных раковин C. infracretaceous наружный оборот состоит из 11, реже 10 камер, в первом обороте - 7. У сибирских форм камер обычно 10, реже 9,5, в первом обороте - 6 камер. По всем признакам уплощенные сибирские крибростомоидесы из нижней части валанжина соответствуют виду Cribrostomoides umbonatus (Romanova), 1955.

D Морфологическое сходство с видом C.

1. infracretaceous в нижнем валанжине 0. Сибири имеет вид Evolutinella sinuosa 0. (Bulynnikova), с 0.50 частично эволютной раковиной на поздних 0. стадиях онтогенеза А. N (фототабл., фиг. 13, 14).

Виды легко отличаются 4 6 8 10 12 14 16 18 n темпами увеличения 11 размеров раковин в онтогенезе (рис., график А) и количеством камер в наружном обороте при равных размерах раковин (рис., график Б). У раковин размером 7 0,7-0,8мм наружный D оборот из E. sunuosa Б. состоит 10-11 камер, 0.40 0.70 1.00 1. H C. infracretaceous - 8-9, реже 10 камер.

0. 0. 0. 0. Рисунок.

В. D 0. Изменение в онтогенезе 0.60 0.80 1. 0.40 1. метрических признаков 1. 2. 3. 4.

у морфологически близ ких видов Cribrostomoi-des infracretaceous, C. aff. Infracretaceous, C. umbonatus и Evolutinella sinuosa. А - увеличение полного количества камер в онтогенезе;

Б – увели чение количества камер в наружном обороте;

В - увели-чение ширины устьевой поверхности.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Условные обозначения: N - полное количество камер, n - количество камер в наружном обороте, D - диаметр раковины. 1 - Cribrostomoides infracretaceous;

2 Cribrostomoides aff. infracretaceous;

3 - Cribrostomoides umbonatus;

4 - Evolutinella sinuosa.

Фототаблица.

В нижнем готериве Сибири в комплексах фораминифер присутствуют многочисленные раковины рода Cribrostomoides с широкой пупочной областью, что сближает их с видом C. infracretaceous (фототабл., фиг. 12). Другими сходными признаками являются темпы увеличения размеров раковины в онтогенезе и количество камер в наружном обороте (рис., график А, Б). Как и вида C. infracretaceous, первый оборот спирали этих форм состоит из 7 камер. Однако устьевая поверхность при Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь равных размерах раковин (рис., график В) сибирских крибростомоидесов шире, чем поволжских, что сближает их с видом C. umbonatus. Предварительно формы из нижнего готерива определены в открытой номенклатуре как C. aff. infracretaceous.

Дальнейшее их изучение покажет, можно ли их рассматривать в объеме видов C.

infracretaceous, C. umbonatus или они являются самостоятельным видом.

Работа выполнена при поддержке программ РАН №21 и 25.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1.Атлас моллюсков и фораминифер морских отложений верхней юры и неокома Западно Сибирской нефтегазоносной области. (1990). М.: Недра. Т. 2. 359 с.

2. Решение 6-го Межведомственного стратиграфического совещания по рассмотрению и принятию уточненных стратиграфических схем мезозойских отложений Западной Сибири (г. Новосибирск, 2003 г.). Меловая система. Новосибирск: СНИИГГиМС, в печати.

3. Словарь по геологии нефти. (1958). Мирчинк М.Ф. (ред.) Издание второе. Л.: ГНТИ. 849с.

Фототаблица. Фиг. 1, 5, 6 - снимки сделаны в проходящем свете, 7, 10, 11, 13, 14, – на электронно-сканирующем микроскопе.

Фиг.1- 4 Cribrostomoides infracretaceous (Mjatliuk), 1958.

1 – экз. 1074 -751, х50 вид с боковой стороны, Русская платформа, Ульяновская область, д. Городище, нижний готерив, слои со Speetoniceras versicolor;

2 - экз. 1074 752, там же;

3 - экз. 1074 -753, там же;

4 - экз. 1074 -754, там же;

Фиг. 5-11 Cribrostomoides umbonatus (Romanova), 1955.

5 - экз. 1074-755, х50, вид с боковой стороны;

Западная Сибирь, Сургутский район, скв. Нюдеяхская 300, гл. 2654м, обр.300-1;

нижний валанжин, слои с Neotollia klimovskiensis-N.venusta, сортымская свита;

6 - экз. 1074-756, х50, вид с боковой стороны;

Западная Сибирь, Сургутский район, скв. Колик-Еганская 148, гл. 2090– 2095м, обр.148-3;

валанжин, ванденская свита;

там же;

7 - экз. 1072-405, х56, вид с устьевой стороны;

там же;

8 - экз. 1074-757, х50, вид с устьевой стороны;

Северная Сибирь, Анабарская губа, обн. 8, сл. 6, обр.12;

нижний валанжин, слои с Neotollia klimovskiensis, паксинская свита;

9 - экз. 1074-758, х50, вид с боковой стороны;

там же;

10 - экз. 1072-411, х52, вид с устьевой стороны;

11 - экз. 1072-402, х60, вид с устьевой стороны;

Западная Сибирь, Сургутский район, скв Южно-Пякутинская 17, гл.2737м, обр.17-13;

нижний валанжин, слои с Neotollia klimovskiensis-N.venusta, сортымская свита.

Фиг. 12 Cribrostomoides aff. infracretaceous (Mjatliuk), 1958.

Экз. 1074- 759, х50, вид с боковой стороны;

Западная Сибирь, Усть-Енисейский район, скв Туколандо-Вадинская 320, гл.3124м, нижний готерив (слои с фораминиферами Cribrostomoides concavoides), суходудинская свита.

13-15. Evolutinella sinuosa (Bulynnikova), 1973.

13 - экз. 1072/680, вид раковины с боковой стороны, - x58;

Западная Сибирь, Сургутский район, скв. Южно-Инучинская 352, интервал 2543-2550м, 0.4м от низа керна, обр.352-6;

нижний валанжин, слои с Neotollia klimovskiensis-N.venusta, сортымская свита;

14 - экз. 1072/681, вид раковины с боковой стороны, x55;

там же;

15 экз. 1072/679, вид раковины с устьевой стороны;

x55;

Западная Сибирь, Сургутский район, скв. Южно-Инучинская 352, интервал 2543-2550м, 0.4м от низа керна, обр. 352 6, нижний валанжин, слои с Neotollia klimovskiensis-N.venusta, сортымская свита;

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь РАСПРОСТРАНЕНИЕ ВЕРХНЕМЕЛОВЫХ ПЛАНКТОННЫХ ФОРАМИНИФЕР В ГРУЗИИ Микадзе Х.Э.

Национальный музей Грузии, Институт палеобиологии, e-mail: xatmi@mail.ru RANGE OF UPPER CRETACEOUS PLANKTONIC FORAMINIFERS IN GEORGIA Mikadze H. A.

National Museum of Georgia, Paleobiology Institute, e-mail: xatmi@mail.ru Верхний мел Грузии служил предметом изучения для нескольких поколений исследователей, заложивших основы стратиграфического расчленения сложного комплекса осадочных толщ Кавказа. В этом сегменте Альпийского складчатого пояса выделяются несколько геотектонических единиц, из которых в данной работе были исследованы разрезы Гагрско-Джавской и Местиа-Тианетской тектонических зон [3]. С целью детального изучения распространения поздннемеловых планктонных фораминифер были исследованы многчисленные, более полные разрезы: Чанисцкали, Хобисцкали, Техури, Цхенисцкали, Алеура, Саканапе, Аркала, Диди Джахва, Патара Джахва, Садзагури, Коринта, Ананури, Мугуда, Авениси, Павлеури.

Комплекс с Rotalipora appenninica характеризуется присутствием зонального вида, а также Hedbergella planispira (Tappan), H. delrionensis (Carsey), H. rischi Moullade, Planomalina buxtorfi (Gandolfi), Rotalipora appenninica (Renz.), R. brotzeni (Siga.), R. cushmani (Morrow), Globigerinelloides carseyi (Bolli, Loeblich & Tappan), Globigerinelloides bolli Pessagno, Heterohelix globulosa (Ehrenberg). Перечисленные виды встречаются вместе с нижнесеноманским зональным комплексом аммонитовой зоны Aucellina krasnopolskii-Manteliceras mantelli, который близок составу зоны Hedbergella planispira в Польше [6] и зоне Rotalipora brotzeni-Rotalipora reichel нижнего сеномана Западной Европы [8].

Комплекс Rotalipora cushmani представлен: Rotalipora appenninica (Renz), R.

greenhornensis (Morrow), Praeglobotruncana gibba Klaus, Hedbergella delrionensis (Carsey), H. planispira (Tappan), Heterohelix moremani (Cushman), Guembelitria cenomana (Keller), Globigerinelloides bentonensis (Morrow). Он отвечает одноименной зоне Rotalipora cushmani, выделяемой в составе средне- и верхнесеноманских отложений Юга Росии, Западной Европы, Польши и многих других регионов мира [5, 6, 8]. Таким образом комплекс датирован поздним сеноманом.

Комплекс Whiteinella archaeocretace представлен немногочисленными формами:

Praeglobotruncana stephani (Gandolfi), Hedbergella delrionensis (Carsey), H. planispira (Tappan), Globigerinelloides bentonensis (Morrow), Guembelitria cenomana (Keller), Heterohelix sp., в единичных экземплярах: Whiteinella brittonensis (Loeblich et Tappan).

Он близок комплексу зоны, выделяемой в пределах Средиземноморской и Европейской палеобиогеографических областей [8], в составе пограничных сеноман туронских отложений. Все они датируются поздним сеноманом-ранним туроном.

Комплекс с Dicarinella hagni характеризуется содержанием вида-индекса, а также многочисленных Praeglobotruncana oraviensis Scheibnerova, Pr. gibba Klaus, появляется Praeglobotruncana praehelvetica (Trujillo), Whiteinella baltica Douglas et Rankin, W. aprica (Loeblich et Tappan), Dicarinella imbricata (Mornod), D. hagni (Scheibnerova);

кроме того встречены: Heterohelix moremani (Cushman), H. reussi (Cushman), Hedbergella delrionensis (Carsey), H. planispira (Tappan). Помимо перечисленных видов встречаются также Dicarinella imbricata (Mornod), Hedbergella holzli (Hagn et Zeil) и первые представители рода Marginotruncana, имеющие более широкое вертикальное распространение. Стратиграфически этот комплекс соответствует макрофаунистической зоне Inoceramus labiatus [2] нижнего турона.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Комплекс с Marginotruncana lapparenti-Marginotruncana pseudolinneiana характеризуется массовым появлением видов-индексов, появляются Marginotruncana angusticarinata (Gand.), Whiteinella brittonensis (Loeblich et Tappan), Praeglobotruncana helvetica (Bolli). Впервые появляются Marginotruncana renzi (Gandolfi), исчезают Praeglobotruncana praehelvetica (Trujillo). Комплекс содержит формы, имеющие более широкий диапазон вертикального распространения. Этот комплекс встречается вместе с моллюсками зоны Inoceramus lamarcki [2], соответствующей позднему турону межрегиональной схемы.

Комплекс с Marginotruncana coronata довольно близок по своему составу к предыдущему, но отличается появлением вида-индекса. Характерно, что в составе комплекса явным преобладанием пользуются раковины крупных уплощенных Marginotruncana, поэтому Ж. Сигаль [11] выделил на этом стратиграфическом уровне зону «крупных розалин» или “Grands Rosalines”. В нем имеются многочисленные виды, характерные для предыдущего комплекса, среди которых ведущее место занимают Marginotruncana pseudolinneiana (Pessagno) и M. marginata (Reuss). Появление зонального вида-индекса совпадает с первыми находками в разрезах крупных раковин Inoceramus wandereri, характерного нижнего подъяруса коньяка.

Комплекс с Marginotruncana sigali-Marginotruncana renzi характеризуется появлением первого и массовым развитием второго вида. Кроме указанных форм, следует отметить присутствие: Marginotruncana sinuosa (Porthault), M. tarfayaensis (Lehmann), M. angusticarinata (Gandolfi), Archaeoglobigerina cretacea (d`Orbigni), Dicarinella canaliculata (Reuss), D. imbricata (Mornod). В этом комплексе возрастает роль видов, появившихся в предыдушем комплексе. Стратиграфическое распространение комплекса отвечает зоне Inoceramus involutus верхнего коньяка [2].


Комплекс с Dicarinella concavata характеризуется появлением вида-индекса.

Продолжают присутствовать все виды рода Marginotruncana. Этим комплексом ограничивается распространение Marginotruncana renzi (Gand.), M. schneegansi Sigal, M.

tarfayaensis (Lehmann) и Hedbergella hoelzli (Hagn et Zeil). Встречены:

Archaeoglobigerina blowi Pessagno, A. cretacea (d`Orbigni), Whiteinella inornata (Bolli), Hedbergella flandrini Porthault, также распространены единичные Dicarinella primitiva (Dalbiez). Для этого комплекса характерно присутствие в большом количестве спирально-винтовых Heterohelix reussi (Cushman) и H. globulosa (Ehrenberg), появившихся еще в предыдущих комплексах. Выше в данном комплексе была впервые зафиксирована Archaeoglobigerina bosquensis Pessagno. Граница между коньяком и сантоном совпадает с появлением умбиликально-выпуклых представителей типа Dicarinella concavata. Ограниченное вертикальное и широкое географическое распространение этого вида определяет его высокое стратиграфическое значение.

Однако существует некоторое расхождение в понимании времени его первого появления;

одни исследователи совмещают его с терминальными отложениями верхнего коньяка [2, 9, 10], другие совмещают его с границей между ярусами (зона Globotruncana concovata) [1, 5]. Существующие расхождения связаны с трудностями разделения морфологически очень похожих видов рода Dicarinella primitiva-concavata.

По своему стратиграфическому положению распространение рассматриваемого комплекса отвечает терминальной части зоны Inoceramus involutus (верхний коньяк), всему объему зоны Inoceramus undulatoplicatus, I. cordiformis (нижний сантон) и нижней части зоны Belemnitella praecursor – нижней части верхнего сантона по межрегиональной схеме расчленения [2].

Комплекс с Contusotruncana fornicata выделяется по появлению в ней первых представителей вида-индекса, а также Contusotruncana arcaformis Maslakova, C.

plummerae (Gandolfi), Globotruncana bulloides Martin, Gl. linneiana (d`Orbigny). В составе Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь этого комплекса также впервые появляются Dicarinella asymetrica (Sigal), Globotruncana bulloides Vogler. Продолжают встречаться Archaeoglobigerina cretacea (Orb.), Dicarinella concavata (Brotzen), Marginotruncana pseudolinneiana Pessagno, M. marginata (Reuss), M.

undulata (Lehmann) и M. sinuosa Porthault. Среди видов со спирально-винтовой раковиной можно отметить появление Heterohelix striata (Ehrenberg) и H. planata (Cushman). По систематическому составу эта ассоциация наиболее близка комплексу Contusotruncana fornicata, выделяемому в составе верхнесантонских отложений Крымско-Кавказской области [5], в Польше [6] и Северной Америке [7]. Аналогичный зональный комплекс выделяется в составе верхнесантонских отложений Последние два комплекса: Dicarinella concovata и Contisotruncana fornicata по своему морфологическому составу соответствуют одноименной зоне Dicarinella concavata, выделенной в Аджара-Триалети [1]. Вертикальное распространение комплекса ограничено пределами зоны Belemnitella praecursor (за исключением самой нижней ее части), что соответствует верхнему сантону по межрегиональной схеме [2].

Комплекс с Globotruncana arca характеризуется резким изменением его видового состава: Globotruncanita stuartiformis (Dalbiez), Gl. elevata (Brotz), Hedbergella monmouthensis (Olsson), H. holmdelensis Olsson, Globigerinelloides volutus (White), Pseudogumbelina costulata (Cushman). Отличительной особенностью этого комплекса является как бы замена рода Marginotruncana новыми, более «молодыми» родами Globotruncana и Globotruncanita. В этом же комплексе, как бы, «доживают» последние дни представители рода Dicarinella. Род Globotruncana быстро достигает большого разнообразия, здесь можно отметить Globotruncana linneiana (Orb.), G. bulloides Vogler, G. ventricosiformis Masl. и G. mariei Banner et Blow. По-прежнему продолжается существование представителей рода Contusotruncana. Достаточно многочисленны формы рода Heterohelix – H. reussi (Cushman), H. striata (Ehrenberg) и H. moremanni (Cushman), среди которых появляются первые формы с намеком на многорядность, это Heterohelix ventrilabrelliformis (Van der Sluis). Рассматриваемый комплекс по своему стратиграфическому положению, отвечает зоне Micraster shroederi и низам зоны Belemnitella mucronata, т.е. соответствует большей части нижнего кампана [4].

Комплекс с Globotruncana ventricosa-Rugoglobigerina rugosa, здесь появляются:

Globotruncana atlantica (Caron), G. aegyptica Nakkadi, G. rosetta (Carsey), G. rugosa (Mariei), Globotruncanita stuartiformis (Dalbiez), Globotruncanita elevata (Brotzen), Heterohelix pulchra (Brotzen) и Contusotruncana plummerae (Gandolfi). По своему систематическому составу эта ассоциация наиболее близка комплексу одноименной зоны, выделяемой в Аджара-Триалети [1], с Парижским бассейном [9], сходна с комплексами Крымско-Кавказской области [5].

Комплекс с Globotruncana morozovae хорошо фиксируется массовым присутствием вида-индекса, а также - появлением Globotruncana majzoni Sacal et Debourle и первых представителей рода Rugoglobigerina. По своему положению эти комплексы находятся на уровне верхнего кампана, охватывая верхнюю часть зоны Belemnitella mucronata и зону Belemnitella langei межрегиональной схемы [2].

Комплекс с Globotruncanita stuarti определяется появлением вида-индекса, а также Contusotruncana contusa (Cushman). Кроме этого продолжают существовать Globotruncana arca (Cushman), G. linneiana (Orb.), G. majzoni Sacal et Debourle, G. mariei Banner et Blow, G. ventricosiformis Maslakova, Globotruncanita stuartiformis (Dalb.), Rugoglobigerina rugosa (Plum.) и многочисленные представители рода Heterohelix.

Комплекс с Gansserina gansseri, где присутствуют отдельные представители:

Rugoglobigerina macrocephala Bronn., R. hexacamerata Bronn., R. pennyi Bronn.

Аналогичные комплексы обычно выделяются в средней части маастрихтских отложений Америки [7], Мексики [11], Парижского бассейна [9].

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь Комплекс с Abathomphalus mayaroensis представлен: Abathomphalus intermedius (Bolli), Gansserina gansseri (Bolli), Globotruncana gagnebini Tilev, botruncanita conica (White), Chiloguembelina praecursor Kazimiez и Guembelitria cretacea (Cushman). Данный комплекс по своему стратиграфическому положению соответствуют верхнему маастрихту зоны Pachydiscus gollevillensis [2]. Верхняя граница распространения комплекса достаточно хорошо проводится по резкому изчезновению всех представителей глоботрунканид. Это очевидно было связано с резким изменением палеогеографических условий в глобальном масштабе, что в свою очередь связано с активностью вулканических процессов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Ахвледиани Д.Г., Вапцарова Я. (1978). Верхнемеловые фораминиферы зоны Грузии и их корреляция с одновозрастными зонами Болгарии. Georgica Balcanica, 8.4. Sofia. Decemb. p. 3-16.

2. Гамбашидзе Р.А. (1979). Стратиграфия верхнемеловых отложений Грузии и смежных с ней областей Азербайджана и Армении. Тбилиси : Изд-во «Мецниереба». 226с.

3. Гамкрелидзе И.П. (2000). Вновь о тектоническом расчленении територии Грузии // Тр. ГИН АН Грузии. Нов. сер. Вып. 115. С. 204-208.

4. Копаевич Л.Ф. (2008). Биотические события в развитии глоботрунканид (позднемеловые планктонные фораминиферы) как инструмент детализации стратиграфических построений // Новости палеонтологии и стратиграфии. Вып. 10-11. Т. 49. Новосибирск. С. 227-232.

5. Маслакова Н.И. (1978). Глоботрунканиды юга Европейской части СССР. М.: Наука. 168c.

6. Peryt D. (1980). Planktic foraminifera zonation of the Upper Cretaceous in the middle Vistula River Valley, Poland. Palaeontologia Polonica. Nо. 41. Р. 3-101.

7. Pessagno A. (1967). Upper cretaceous planctonic foraminifera from the Western gulf coastal plain (Paleontolographica Americana)// Paleontological Research Institution Ithaca, New York, USA. July, 28. 450 p.

8. Robaszinski F., Caron M., Dupuis Ch. et al. (1990). A tentative integrated stratigraphy in the turonian of centrral Tunisia: Formations, zones and sequential stratigraphy in the kalaat senan area. Soc Nat Elf Aquitaine.

9. Robaszinski F., Caron M., Gonzales-D. J.M., et al. (1984). Atlas of Late Cretaceous globotruncanidis (editors and European Working-Group on Planctonik Foraminifera). Rev. Micropaleont., 26, 3-4. P. 145-305.

10. Robaszynski F., Caron M. (1979). Atlas de foraminiferes planctiniques du cretace moyen mer boreale et Tethys. Cah. Micropaleont., 1-2, 1-185. P. 1-181.

11. Sigal J. (1977). Essai de zonation du cretace mediterraneen a I'aide des Foraminiferes planctoniques. Geol. Mediterraneenne. Marseille. V. IV. P. 99-108.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь О СИСТЕМАТИЧЕСКОМ ПОЛОЖЕНИИ НЕКОТОРЫХ ОДНОРЯДНЫХ РАКОВИН ФОРАМИНИФЕР ИЗ СОСТАВА ПРЕЖНИХ ROTALIINA (ПО МАТЕРИАЛАМ СОВЕТСКИХ АНТАРКТИЧЕСКИХ ЭКСПЕДИЦИЙ) Михалевич В.И.

Зоологический институт (ЗИН РАН), С. Петербург, e-mail: mikha07@mail.ru ON THE SYSTEMATIC POSITION OF SOME UNISERIAL FORAMINIFERAL SHELLS OF THE FORMER ROTALIINA (FROM THE MATERIALS OF THE SOVIET ANTARCTIC EXPEDITIONS) Mikhalevich V.I.

Zoological Institute RAS (ZIN RAS), St. Petersburg, e-mail: mikha07@mail.ru Основными таксономическими признаками крупных таксонов фораминифер служат строение раковинки и ее стенки. При этом в классификациях последнего века, особенно в самой полной и наиболее часто используемой классификации Лёблика и Таппан [6]преимущественное значение придавалось составу и ультраструктуре строения стенки раковин. В предложенной позже классификации [1, 2, 3] ведущим признаком признается морфология раковины, план ее строения, определяющий принадлежность к одному из классов типа фораминифер, а состав и ультраструктура известковой секреционной стенки рассматриваются как важный, но соподчиненный признак, характеризующий подклассы (Miliolana, Spirillinana, Nodosariana, Rotaliana).


Прежниий подотряд Rotaliina Delage et Herouard, 1896 [6] рассматривается в новой классификации в качестве подкласса Rotaliana Mikhalevich, 1980 [1, 2, 3]. Его состав в значительной степени оказался гетерогенным [3]. Основными диагностическими морфологическими признаками этого подкласса считаются строение раковины и тип навивания камер (трохоидный или плоскоспиральный, либо производный от них), строение и положение устья (базальное, в основании септальной поверхности последней камеры, обычно щелевидное или аркообразное, реже петлевидное, часто с внутренними структурами в виде усложненных зубных пластинок, иногда образующих интегрированную устьевую структуру), наличие у наиболее эволюционно продвинутых представителей системы каналов. Строение известковой секреционной стенки раковин также уникально для этого подкласса: образующие ее радиально идущие кристаллы расположены по обе стороны срединной органической мембраны, таким образом, стенка становится бифонтинальной (биламеллярной) [3]. У остальных подклассов с секреционной известковой стенкой стенка раковин монофонтинальная, срединная органическая мембрана отсутствует. В нескольких отрядах Роталиан раковины, имеющие изначально трохоидный или плоскоспиральный отдел, в дальнейшем развитии образовали вытянутый одноосный отдел, который может быть трехрядным, двурядным или однорядным. В последнем случае раковины приобретают конвергентной сходство с раковинами подкласса Nodosariana, но, в отличие от последних, сохраняют в начальной части слабо развитий спиральный отдел, по крайней мере, у одной из генераций.

В состав прежних Rotaliina [6] были также включены формы целиком однорядные – Stilostomella Guppy, 1894 и ряд близких по строению родов (Strictocostella, Nodogenerina, Orthomorphina, Siphonodosaria), объединенных в семейство Stilostomellidae Finlay, 1947, надсемейства Stilostomellacea), а также и группа родов, близких по строению к Pleurostomella Reuss, 1860: раковины с однорядным поздним отделом и неправильно свободно-двурядные (с чередующимися камерами) в начальном отделе, объединенные в семейство Pleurostomellidae Reuss, 1860 надсемейства Pleurostomellacea. В семейство Pleurostomellidae входили также два рода подсемейства Wheelerellinae Petters, 1954, отличающиеся от плевростомеллид лишь наличием Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь трехрядного отдела в начальной части раковины, но сходные с ними по строению конечного отдела и своеобразного устья. В более ранней классификации тех же авторов [5] род Stilostomella включался в семейство Eouvigerinidae Cushman, 1927 надсемейства Buliminacea Jones, 1875, а род Pleurostomella – в семейство Pleurostomellidae надсемейства Cassidulinacea d’Orbigny, 1839. Во всех этих случаях, при включении названных форм в Rotaliina, делалось вынужденное допущение, что их начальный плоскоспирально- или трохоидно-свернутый отдел был утрачен в процессе эволюции.

Ультраструктура стенки ни у одного из них не была исследована, хотя в диагнозе Pleurostomellacea указывалась «ламеллярная» стенка и само помещение их в Rotaliina предполагало наличие биламеллярной стенки. Таким образом, строение стенки большинства роталиан экстраполировалось и на стилостомеллид и плевростомеллид, а многократные изменения их положения в системе фораминифер и противоречивые диагнозы указывали на неясность их таксономического положения.

Внешне и те, и другие больше похожи на однорядных представителей подкласса Nodosariana, раковины которого имеют сходное строение (с обилием однорядных форм), иное, чем у роталиан строение устья и монофонтинальную стенку раковины.

Всё вышесказанное стало основанием для более детального изучения представителей стилостомеллид и плевростомеллид. В нашем распоряжении оказались раковинки рода Strictocostella Patterson, 1987 (рис.1 - 4), близкого к Stilostomella настолько, что разграничение их вызывает большие трудности. По существу, разграничение их стало возможным только после детального изучения структур их устья в сканирующем электронном микроскопе группой ученых из Австралии [4], любезно предоставивших свой неопубликованный материал. Материалом данной работы послужили пробы экспедиций САЭ (1956 – 1976) на судне «Обь» из коллекций Зоологического института, дополненные материалом (“Витязь”, 22 рейс,1955, ст. 3513, глубина 2368 – 2668 м) ) из коллекций Института Океанологии РАН, любезно предоставленных Х. М. Саидовой.

При исследовании стенки раковин Strictocostella matanzana (Palmer et Bermudez), 1936 и Strictocostella matanzana perytae Mikhalevich, 2012 в сканирующем электронном микроскопе оказалось, что срединная органическая мембрана в их стенке отсутствует, стенка сложена довольно крупными радиально расположенными кристаллами, размер и форма которых имеют некоторые различия у обеих изученных форм (рис.1, 3). Концы этих радиально идущих кристаллов выступают на внешней и внутренней поверхности раковин (Рис. 1 - 4). Между ними отчетливо видны отверстия псевдопор (Рис. 1- 4).

Идущие вдоль радиальных кристаллов канальцы псевдопор (Рис.1, 3), в отличие от роталиан, не перегорожены дополнительной ситовидной пластинкой. Полученные данные показывают сходство стенки изученных форм с монофонтинальной (моноламеллярной) стенкой типичных нодозариан.

Строение устья Pleurostomella subnodosa Reuss, 1860 из приантарктических вод (“Обь», IV рейс, ст. 325, глубина 2825 м) сходно со строением устья некоторых фиссурин и парафиссурин (отряд Lagenida, подкласс Nodosariana). Такое конечное устье в виде нависающего колпачка (Рис. 5 - 8) характерно для многих представителей нодозариан (например, у родов Bandyella, Ellipsoglandulina - рис. 6, 7) и не встречается у роталиан. Наличие у Pleurostomella subnodosa и у большинства близких родов энтосолениевой трубки (или интегрирующей системы таких трубок) также характерно для нодозариан. Их энтозолениевые трубки не гомологичны внутренним пластинкам, желобкам и трубкам некоторых булиминид (Rotaliana), хотя в некоторых случаях и могут иметь с ними конвергентное сходство. Интегрированная система внутренних трубок Pleurostomella, идущих под небольшим углом друг к другу (рис. 5), Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь по-видимому, отражает двурядный характер расположения камер их предковых форм (двурядное расположение камер известно у многих нодозариан). Бифонтинальный Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь характер стенки не был доказан для этих форм, но некоторые детали строения их стенки и характер пор [6] сходны с таковыми нодозариан.

Всё вышесказанное заставляет перенести рассмотренные выше роды в подкласс Nodosariana, поместив Strictocostella и группу близких родов в семейство Stilostomellidae Finlay, 1947, отряда Stilostomellida Saidova, 1981, восстановив подотряд Саидовой Stilostomellina и повысив его ранг, а Pleurostomella вместе с группой близких родов - в подотряд Pleurostomellina Mikhalevich, 1980.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Михалевич В.И. (1980). Систематика и эволюция фораминифер в свете новых данных по их цитологии и ультраструктуре// В: Крылов М.В., Старобогатов Я.И. (ред).Принципы построения макросистемы одноклеточных животных. Тр. Зоол.ин-та АН СССР. Л. Наука. Т. 94. С. 42 - 61.

2. Михалевич В.И. 1992. Макросистема фораминифер. Автореф. дис. … докт. биол. наук. С.-Пб.

Зоол. ин-т РАН. 43 c.

3. Михалевич В.И. (2000). “Основы зоологии” Protista. под ред. А.Ф. Алимова. Раздел “Фораминиферы”. Изд- во “Наука”. С. 525 – 637, 27 табл., англ. резюме 20 с.

4. Hayward B., Kawagata S., Sabaa A.T. et al. (In press). The last global extinction (Mid-Pleistocene) of deep-sea Foraminifera and the taxonomy and Late Cretaceous history of the extinction group (Chrysalogoniidae, Ellipsoidinidae, Glandulonodosariidae, Plectofrondiculariidae, Pleurostomellidae, Stilostomellidae, some Nodosariidae). Cushman Foundation for Foraminiferal Research, Special Publication.

5. Loeblich A.R., Jr.,Tappan H. (1964). Treatise on Invertabrate Paleontology. Pt. C. Protista. 2.

Sarcodina, chiefly “Thecamoebians” and Foraminiferida, ed. R.C. Moore. Lawrence: Geol. Soc. Amer. and Univ. Kansas Press. V. 1, 2. 900 p.

6. Loeblich A.R., Jr.,Tappan H. (1987). Foraminiferal genera and their claassification. Los Angeles. Van Nostraand Comp. New York. V. 1, 2. 970 p.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь ФОРАМИНИФЕРЫ И ОБСТАНОВКИ ОСАДКОНАКОПЛЕНИЯ (БИОФАЦИИ, СЕДИМЕНТОЛОГИЯ И ГЕОХИМИЯ) В КОНЦЕ ПЛИНСБАХА – ТОАРЕ НА СЕВЕРЕ СРЕДНЕЙ СИБИРИ (БАССЕЙН Р. ОЛЕНЕК) Никитенко Б.Л. 1, Глинских Л.А. 1, Девятов В.П. 2, Фурсенко Е.А. Институт нефтегазовой геологии и геофизики им.А.А. Трофимука СО РАН, Новосибирск, e-mail:

NikitenkoBL@ipgg.nsc.ru ФГУП “СНИИГГиМС”, Новосибирск LATE PLINSBACHIAN – TOARCIAN FORAMINIFERS AND FACIES (BIOFACIES, SEDIMENTATION AND GEOCHEMISTRY) IN THE NORTH OF MIDDLE SIBERIA (OLENEK RIVER BASIN) Nikitenko B.L.1, Glinskikh L.A.1, Devyatov V.P.2, Fursenko E.A. Trofimuk Institute of Petroleum Geology and Geophysics, SB of RAS, Novosibirsk, e-mail:

NikitenkoBL@ipgg.nsc.ru FSUE “SNIIGGiMS”, Novosibirsk Одним из самых ярких биотических событий в мезозое является раннетоарский кризис и массовое вымирание морской биоты и наземных экосистем. Массовое вымирание, обычно, увязывается с резким снижением кислорода в морской воде, образованием и широким развитием стагнационных обстановок, приведшим к формированию высокоуглеродистых глин. Тоарское аноксидное океаническое событие (T-OAE) представляет собой один из самых ярких примеров парникового потепления, снижения содержания кислорода в морской воде и массового вымирания многих групп организмов.

Основной моделью для объяснения подобных масштабных изменений является возможное глобальное растворение метана или газов-гидратов, и климатические изменения, что отразилось в синхронном негативном экскурсе изотопа углерода (13C) в породе разрезов тоара разных зон. Триггером для начала глобальных перемен послужило формирование в конце плинсбаха крупной трапповой провинции Кару Феррар (Karoo-Ferrar). На начальном этапе массовые извержения должны привести к краткосрочному похолоданию, что подтверждается находками глендонитов в конце плинсбаха на севере Сибири, изменениями в таксономическом составе наземных палиноморф и морских микробиот. Кумулятивный эффект последовательных крупных извержений может привести к существенным климатическим перестройкам. Так же высказывалось предположение, что потепление в начале тоара, вызванное вулканическим CO2, могло быть причиной для высвобождения значительного количества газа-гидрата [3], что привело уже к крупномасштабным климатическим изменениям.

Разрезы верхов плинсбаха и тоара, вскрытые в бассейне р. Келимяр (рис.) (север Средней Сибири, бассейн нижнего течения р.Оленек), являются эталонным объектом для седиментологических, фациальных и геохимических реконструкций.

Нижняя (верхнеплинсбахская) часть разреза сложена серыми алевритистыми глинами кыринской свиты (рис.). Встречаются редкая хорошо окатанная галька и валуны с налипшими Harpax. Вышележащие толщи тоара (келимярская свита, курунгская подсвита) залегают или очень резко, с размывом, или переход в основании на границе плинсбах\тоар постепенный. Нижнетоарские толщи сложены в одних выходах - темно-зеленовато-серыми, желтовато-серыми, до черных листоватыми глинами, с линзами и прослоями сапропелитов, с желваками и небольшими фосфатными Труды XV Всероссийско микропа с ого алеонтологиического сов вещания «Современная я микропалеонтолог гия», Геленд джик, сентяб брь Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь стяжениями. В основании обычно залегает прослой черных волнистослоистых, листоватых сапропелевых глин, мощностью до 20-30 см. Характерны крупные карбонатные конкреции, бурые с поверхности, со структурой cone in cone. В других выходах в основании тоара наблюдается переходный прослой мощностью около 10 см глин серых, буроватых, листоватых, вязких, волнистослоистых, с тонкими редкими протяжёнными линзами черных сапропелевых глин, толщиной 1-3 см (рис.). Затем отмечается прослой волнисто- и линзовиднослоистых сапропелевых глин, переслаивающихся с глинами желтовато-серыми. На этом же уровне - конкреционный горизонт бурых ожелезненных карбонатных конкреций, со структурой cone in cone в нижней части. Верхняя часть курунгской подсвиты представлена глинами сланцеватыми, тонкогоризонтальнослоистыми, темно-серыми до черных, буроватыми, с поверхности красноватыми и желтоватыми, с запахом битума и редкими сапропелитовыми пропластками. Вышележащая часть разреза (келимярская свита, кулумасская подсвита) представлена глинами темно-серыми до черных, иногда слацеватоподобными, местами слабо алевритистыми. Полевые исследования позволили усовершенствовать литостратиграфическое строение келимярской свиты. Статус курунгской пачки поднят до подсвиты. Вышележащая часть рассматривается как кулумасская подсвита келимярской свиты (рис.).

Микропалеонтологические исследования позволили установить богатые и таксономически разнообразные ассоциации фораминифер, среди которых выявлены таксоны-мигранты широкого географического распространения, позволяющие осуществлять межрегиональные и глобальные корреляции [1].

Анализ распределения микрофауны позволил доказать отсутствие стратиграфического перерыва между кыринской и низами келимярской свит (самые верхи плинсбаха и первая зона нижнего тоара) и обосновать непрерывный стратиграфический разрез пограничных слоёв плинсбахского и тоарского ярусов, и оба подъяруса последнего, что вносит существенные коррективы в стратиграфическую схему этого района.

Комплексный биостратиграфический анализ позволил уточнить стратиграфический объем высокоуглеродистой курунгской (пачки) подсвиты келимярской свиты в пределах только низов нижнего тоара, соответствующей китербютскому горизонту Сибири, тогда как ранее полагалось, что эта толща соответствует верхнему тоару-аалену или же варьирует от нижней части нижнего тоара до границы с верхним тоаром [2].

Глинистые высокоуглеродистые, обогащённые Сорг осадки курунгской подсвиты келимярской свиты формировались на пологом склоне дна открытого моря (рис.) (преимущественно внешняя зона верхней – внутренняя часть средней сублиторали) в условиях вертикальной ундуляции зеркала вод. Основную массу органического вещества, особенно бесструктурных разностей, слагает коллоальгин, количество которого должно было быть достаточным для формирования протяжённых линз, мощностью до 10 и более сантиметров. Упорядоченность слоёв чередования сапропелевых бесструктурных и сланцевых глинистых разностей пород, повышение разнообразия раковин органических остатков свидетельствует об удалении и углублении дна осадочного бассейна. Захоронение остатков водорослевых лесов или водорослевых «плотов» принимало площадной характер и, в большей степени, инситный. Прослои битуминозных сланцеватых глин, содержащие многочисленные органические остатки, свидетельствуют о периодической, возможно, сезонной смене режима осадконакопления, о восстановительной среде уже в верхней части осадка, об огромных пищевых ресурсах акватории и низкой скорости осадконакопления.

Геохимические параметры в разрезе низов тоара р. Келимяр показывают, что органическое вещество (ОВ) имеет преимущественно аквагенный сапропелевый генезис с примесью террагенной составляющей. Значения HI возрастают от плинсбаха к тоару Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь сопряжённо с негативным сдвигом кривой 13CОРГ, что свидетельствует о повышении вклада морского ОВ во время раннетоарской трансгрессии (рис.). Ярко выраженный негативный экскурс 13C достигающий 6 ‰, отмечается с границы зон antiquum falciferum и достигает минимальных значений (-32 ‰) в нижней части зоны falciferum (совместно с аммонитами Harpoceras exaratum) (рис.). Резкое снижение 13CОРГ сопровождается ростом значений СОРГ (рис.)[4].

Различные седиментологические и палеонтологические показатели указывают на условия относительно холодного климата в Арктике в конце плинсбаха и в самом начале тоара до T-OAE. О низких температурах придонных вод сибирских бассейнов в конце плинсбаха свидетельствуют находки глендонитов (псевдоморфозы по икаиту), которые образовывались в донных осадках при температурах ниже 6°C. В этих же глинистых толщах встречаются изолированные редкие валуны. В начале тоара (фаза falciferum) происходит резкое потепление климата, о чем свидетельствует широкое развитие низкоширотной растительности в Арктике, появление в сообществах микрофауны термофильных таксонов-мигрантов из Европейских морей. Комплекс седиментологических, микропалеонтологических и палинологических данных указывает на значительное повышение температуры и исключительно теплый климат как в морских, так и в континентальных обстановках в течении T-OAE, и на синхронное снижение температуры по окончанию формирования черных сланцев (верхняя часть фазы commune) (рис.).

Примечательно, что конденсированная часть разреза самых низов тоара Сибири, отражённая в начальной части отрицательного экскурса 13C (фаза antiquum) в мелководных морских участках Сибири, весьма похожа на аналогичную в тропических мелководных морских участках. Здесь так же или резко сокращены, или часто отсутствуют синхронные толщи. Эти наблюдения указывают на одновременность изменений уровня моря в разных частях Северного полушария и показывают, что массовые внедрения изотопа углерода 13C совпали с резким эвстатическим повышением уровня моря в начале тоара [4] (рис.).

Тамим образом, в Арктике уровень массового вымирания (граница фаз antiquum и falciferum) сопровождается резким снижением 13CTOC, значительным потеплением климата, глобальной трансгрессией, ландшафтными перестройками (выполаживанием дна бассейнов) и в точности совпадает с уровнем вымирания морских организмов, зарегистрированным с эквивалентным падением 13CTOC в низкоширотных (суббореальных и тетических) бассейнах (рис.).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Никитенко Б.Л. (2009). Стратиграфия, палеобиогеография и биофации юры Сибири по микрофауне (фораминиферы и остракоды). Новосибирск, Параллель. 680 с.

2. Шурыгин Б.Н., Никитенко Б.Л., Девятов В.П. др. (2000). Стратиграфия нефтегазоносных бассейнов Сибири. Юрская система. Новосибирск, Изд-во СО РАН, филиал ”Гео”. 480 с.

3. Hesselbo, S.P., Grцcke, D.R., Jenkyns, H.C., et al. (2000). Massive dissociation of gas hydrate during a Jurassic oceanic anoxic event // Nature 406. P. 392–395.

4. Suan G., Nikitenko B.L., Rogov M.A., et al. (2011). Polar record of Early Jurassic massive carbon injection // Earth and Planetary Sci. Letters 312. P. 102-113.

Труды XV Всероссийского микропалеонтологического совещания «Современная микропалеонтология», Геленджик, сентябрь БАТИАЛЬ-АБИССАЛЬНАЯ СТРАТИГРАФИЧЕСКАЯ ШКАЛА НИЖНЕГО ПАЛЕОГЕНА СЕВЕРНОЙ ПАЦИФИКИ ПО БЕНТОСНЫМ ФОРАМИНИФЕРАМ: СУПЕРЗОНЫ И БИОГОРИЗОНТЫ, ИХ ЭВОЛЮЦИОННОЕ И ЭКОСИСТЕМНОЕ ОБОСНОВАНИЕ Ольшанецкий Д.М.

Геологический институт РАН (ГИН РАН), Москва, e-mail: mitia@list.ru EARLY PALEOGENE BENTHIC FORAMINIFERA BATHYAL-ABISSAL STRATIGRAPHYCAL SCHEME OF NORTH PACIFIC: SUPERZONES AND BIOHORIZONTS AND THEIR EVOLYTIONARY AND ECOSISTEM FOUNDATION Ol'shanetskii D.M.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 19 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.