авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«№ 1 (20) ВЕСТНИК 2011 Дальневосточного ...»

-- [ Страница 2 ] --

Все это лишний раз подчеркивает, что специфика антиобщественного пове дения, будь оно административно-деликтное или криминогенное, заключается во все не в том, что в этом поведении участвуют (или не участвуют) какие-то особые психические или физиологические механизмы, не характерные для поведения общественно полезного, – механизмы одни и те же. Специфика состоит не форме, а в содержании функционирования этих механизмов, и это убедительно доказано многочисленными криминологическими исследованиями5, которые применимы и Ремнев В.И. Актуальные вопросы административной деликтологии в современ ный период // Актуальные проблемы административной деликтологии: сб. науч. тр. Киев, 1984. С.14.

Дерюга А.Н. Указ. соч. С. 36-37.

О личности административного делинквента см.: Дерюга А.Н. Указ. соч. С. 32-40.

Дубинин Н.П., Карпец И.И., Кудрявцев В.Н. Указ. соч. С. 185.

Там же. С. 186.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) к административно-деликтному поведению, являющемуся одним из видов анти общественного поведения.

Поэтому весьма примечательна точка зрения А.Н. Дерюги: «Не стоит чрез мерно увлекаться наработками криминологии. Все-таки в административно деликтологическом исследовании изучение субъекта административного про ступка не имеет столь важного значения, как в криминологии»1.

Объяснение данной точки зрения состоит в том, что у административного делинквента, в отличие от преступника, как мы уже отмечали, часто отсутствуют антиобщественная направленность и негативные изменения ценностных ориента ций.

В свете сказанного нельзя не отметить одну особенность криминогенного поведения. Заключается она в том, что лица с таким поведением часто совершают и административные правонарушения, в частности, в сфере общественного по рядка (ст. 20.1 – мелкое хулиганство, ст. 20.20 – распитие пива и напитков, изго тавливаемых на его основе, алкогольной и спиртосодержащей продукции, ст. 20.21 – появление в общественном месте в состоянии опьянения), а также по сягающие на здоровье, санитарно-эпидемиологическое благополучие населения и общественную нравственность (ст. 6.8 – незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов и незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психо тропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или пси хотропные вещества, ст. 6.9 – потребление наркотических средств или психо тропных веществ без назначения врача).

Таким образом, административно-деликтное поведение предшествует кри миногенному поведению, являясь, по сути, первой ступенью, сигнализирующей о возможности формирования антиобщественной направленности и о предпосыл ках негативных изменений ценностных ориентаций личности. При этом система тическое совершение административных правонарушений является фактором, свидетельствующим о повышении социальной опасности личности и трансфор мировании административно-деликтного поведения в криминогенное.

Характер социальной направленности, а также ценностные ориентации де линквента фактически выступают своеобразным индикатором, отличающим ад министративно-деликтное поведение от криминогенного, но отнюдь не индикато ром, отличающим от поведения, одобряемого обществом, или правомерного.

Учитывая, что «разновидностей правомерного поведения больше и по своему со держанию они не являются исчерпывающими»2, выявление отличия администра тивно-деликтного поведения от правомерного становится весьма проблематич ным.

Поэтому для административной деликтологии более важно изучение не личности административного делинквента, хотя она является первоначальным элементом структуры поведения, а механизма формирования человеческого по ступка, приводящего к совершению административного правонарушения. Ведь только в этом случае можно эффективно предупреждать и пресекать противо правные акты, организовывать профилактику как отдельных видов администра тивных правонарушений, так и их совокупности.

Любой человеческий поступок (действие), как мы уже упомянули, всегда проходит несколько этапов, связанных с формированием элементов поступка и осуществлением его вовне. При этом следует подчеркнуть: природа человеческо го поступка определяется заключенным в нем отношением человека к человеку и Дерюга А.Н. Указ. соч. С. 36.

Кудрявцев В.Н. Правовое поведение: норма и патология. М., 1982. С. 198-199.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) окружающему его миру, составляющим его внутреннее содержание, которое в конечном итоге выражается в его мотивах и целях.

Мотив является центральным звеном в причинной цепочке поведения. Од нако до сих пор в науке нет единого мнения о том, что составляет сущность моти ва. Во многом это объясняется тем, что нет однозначного ответа на этот вопрос в психологии.

Так, А.Н. Леонтьев писал: «Работы по проблеме мотивации почти не подда ются систематизации – до такой степени различны те значения, в которых упо требляется термин «мотив», в связи с чем это понятие превратилось как бы в большой мешок, в который сложены самые различные вещи»1. И действительно, в качестве мотива называются самые различные психологические феномены: пред ставления и идеи, чувства и переживания (Л.И. Божович), потребности и влече ния, побуждения и склонности (X. Хекхаузен), желания и хотения, привычки, мысли и чувство долга (П.А. Руди), морально-политические установки и помыслы (А. Г. Ковалев), психические процессы, состояния и свойства личности (К.К. Пла тонов), предметы внешнего мира (А.Н. Леонтьев), установки (А. Маслоу) и даже условия существования (В.К. Вилюнас)2.

Решение указанной проблемы дополнительно осложняется тем, что исполь зуется и понятие «мотивация», в результате чего возникает терминологическая неясность: «мотивация» и «мотив» употребляются как синонимы. Поэтому в дан ном исследовании необходимо рассмотреть вопрос о соотношении данных поня тий в целях их правильного применения.

Слово «мотивация» впервые употребил А. Шопенгауэр в статье «Четыре принципа достаточной причины». Затем этот термин прочно вошел в психологи ческий обиход для объяснения причин поведения человека и животных. В насто ящее время мотивация как психическое явление трактуется по-разному: как сово купность факторов, поддерживающих и направляющих, то есть определяющих поведение (Ж. Годфруа)3;

как совокупность мотивов (К.К. Платонов), как побуж дение, вызывающее активность организма и определяющее ее направленность4;

как процесс психической регуляции конкретной деятельности (М.Ш. Магомед Эминов);

как процесс действия мотива и как механизм, определяющий возникно вение, направление и способы осуществления конкретных форм деятельности (И.А. Джидарьян);

как совокупная система процессов, отвечающих за побуждение и деятельность (В.К. Вилюнас)5.

Отсюда все подходы к определению мотивации можно отнести к двум направлениям. Первое рассматривает мотивацию со структурных позиций, как совокупность факторов или мотивов. Второе направление рассматривает мотива цию не как статичное, а как динамичное образование, как процесс, механизм. Од нако и в том и в другом случае мотивация выступает как вторичное по отноше нию к мотиву образование, явление. Более того, во втором случае мотивация вы ступает как средство или механизм реализации уже имеющихся мотивов: возник ла ситуация, позволяющая реализовать имеющийся мотив, появляется и мотива ция, то есть процесс регуляции деятельности с помощью мотива. Но при таком подходе остается непонятным, во-первых, что же придает побудительность – си туация или мотив;

во-вторых, каким образом возникает мотив, если он появляется раньше, чем мотивация?

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975. С. 29.

Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. СПб.: Питер, 2002. С. 18.

Годфруа Ж. Что такое психология: в 2-х т. Т. 1. М.: Мир, 1992. С. 264.

Ильин Е.П. Указ. соч. С. 65.

Там же.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Нелегко выяснить соотношение между мотивацией и мотивом и в рассужде ниях И.А. Джидарьян1. Она пишет, что, в отличие от мотивации, мотив имеет бо лее узкое значение. В нем фиксируется собственно психологическое содержание, а именно тот внутренний фон, на котором развертывается процесс мотивации по ведения в целом. При этом мотив – это те внутренние состояния личности, кото рые определяют, энергетизируют и направляют действие на каждый данный мо мент времени2. Спрашивается – в чем же тогда состоит роль мотивации, если все осуществляется с помощью мотива? В этом случае понятие «мотивация» стано вится лишним.

А.Н. Леонтьев выделяет два типа мотивации: первичную, которая прояв ляется в форме потребности, влечения, драйва, инстинкта, и вторичную, прояв ляющуюся в форме мотива. Следовательно, в данном случае тоже имеется отож дествление мотива с мотивацией. Кроме того, он полагает, что мотив как форма мотивации возникает только на уровне личности и обеспечивает личностное обоснование решения действовать в определенном направлении для достижения определенных целей3, и с этим нельзя не согласиться. В то же время А.Н. Леонть ев различает мотивы (мотивацию) и мотивировку. Последняя есть объяснение субъектом его мотивов деятельности, которые не всегда совпадают с действи тельными мотивами поведения4.

Отметим, что психологами и социологами развиваются также положения о мотивации как источнике, причине человеческой активности и одновременно яд ре личности. Так, В.Г. Асеев пишет: «Мотивация – движущая сила человеческого поведения, стержень личности и смыслообразующей его стороны»5. «Именно ка тегория мотива, – отмечает С.Г. Москвичев, – является наиболее важной среди остальных психологических понятий, призванных объяснить, в чем заключается сущность сложного человеческого поведения. Мотив не только наиболее реаль ный, но и наиболее обобщенный компонент, который обусловливает целенаправ ленное поведение»6. Правда, психологи во многих случаях (биологи и физиологи – постоянно) под мотивацией понимают детерминацию поведения, поэтому выде ляют внешнюю и внутреннюю мотивацию.

Проблема мотивации и мотива разрабатывается и криминологами. Среди них также нет единого понимания мотивации. В одном случае – это процесс фор мирования мотива поведения (В.Д. Филимонов), в другом – совокупность моти вов, сложная и противоречивая, изменчивая динамическая система (Н.Ф. Кузне цова), а в третьем – метод самоуправляемости личности через систему устойчи вых побуждений, то есть через мотивы (К.Е. Игошев)7.

На последнюю точку зрения следует обратить особое внимание, поскольку К.Е. Игошев определяет мотив «как побуждение, которое является внутренней, непосредственной причиной деятельности, выражающей личностное отношение к Ильин Е.П. Указ. соч. С. 66.

Джидарьян И.А. О месте потребностей, эмоций и чувств в мотивации личности // Теоретические проблемы психологии личности. М., 1974. С. 148-149.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность.

Кузнецова Н.Ф. Проблемы криминологической детерминации / под ред. В.Н. Куд рявцева. М.: Изд-во Московского ун-та, 1984. С. 26.

Асеев В.Г. Мотивация поведения и формирование личности. М., 1976.

Москвичев С.Г. Проблемы мотивации в психологических исследованиях. Киев, 1975. С. 6.

Ильин Е.П. Указ. соч. С. 66.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) тому, на что направлена эта деятельность»1. Мнению данного автора аналогична позиция Б.С. Волкова, С.А. Тарарухина, Г.С. Саркисова и других ученых 2.

Как видим, ни в понимании сущности мотивации, ее роли в регуляции пове дения, ни в понимании соотношений между мотивацией и мотивом нет единства взглядов. Во многих работах эти два понятия используются как синонимы.

Выход из создавшегося положения нам видится в том, чтобы использовать понятие «мотивация», поскольку, как верно заметил А.Н. Леонтьев, «нет никакой надобности разбираться во всех тех смешениях понятий и терминов, которые ха рактеризуют нынешнее состояние проблемы мотивов»3. Соответственно под мо тивацией следует понимать систему мотивов, поскольку «деятельность побужда ется, как правило, не одним мотивом, а системой мотивов – мотивацией. Ведь действия человека объективно всегда реализуют некоторую совокупность отно шений: к предметному миру, к окружающим людям, к обществу, к самому себе»4.

При этом мотивация, как всякая система, представляет собой иерархическую со вокупность мотивов, где есть мотивы доминирующие, смыслообразующие, моти вы, отражающие сущность личности, и мотивы-стимулы5.

Как известно, в качестве первоосновы формирования мотива выступают по требности. Именно через призму потребностей воспринимается внешняя ситуа ция, а сами потребности являются продуктом связи человека с внешней средой.

По сути, потребности являются главным фундаментом, на котором строится вся психическая деятельность человека, его ум, чувства и воля.

К потребностям непосредственно примыкает система таких побудительных факторов, как убеждения, взгляды, стремления, интересы, идеалы. Эта система, соотнесенная с потребностями, и становится мотивацией поведения. Мотивации, не исходящей из потребностей, не существует. Тем самым мотивы несут в себе содержательную характеристику потребности. В них определен предмет потреб ности, цели деятельности и средства их достижения.

Именно поэтому установление мотивов совершения административного правонарушения и соответственно рассмотрение комплекса потребностей и инте ресов личности административного делинквента имеет практическое значение, поскольку это дает возможность узнать, насколько она «заражена» антиообще ственными взглядами, какую имеет социальную направленность, и в конечном итоге определить как меры административной ответственности, так и меры про филактики по коррекции противоправного поведения.

Однако для большинства административных правонарушений, например, в сфере общественного порядка (ст. 20.1, 20.20, 20.21 КоАП РФ), характерна слож ность установления мотива административно-деликтного поведения, что приво дит к утверждению об их «безмотивности», «немотивированности». Сказанное отчасти обусловлено спецификой административно-деликтного законодательства, которое выражается в том, что большинство закрепленных деликтов в Кодексе Игошев К.Е. Типология личности преступника и мотивация преступного поведе ния. Горький, 1974. С. 66.

Волков Б.С. Мотивы преступлений. Казань, 1982;

Тарарухин С.А. Установление мотива и квалификация преступления. Киев, 1977;

Саркисов Г.С. Мотив и цель преступ ления // Советское государство и право. 1979. № 3;

Деттенборн Г. Мотивация преступно го поведения и ее значение для типологии несовершеннолетних, совершивших преступ ление // Типология личности преступника и индивидуальное предупреждение преступле ний: сб. науч. тр. М., 1979;

Тузов А.П. Мотивация противоправного поведения несовер шеннолетних. Киев, 1982.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. С. 189.

Там же. С. 105.

Кузнецова Н.Ф. Указ. соч. С. 26.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Российской Федерации об административных правонарушениях по конструкции имеют формальный состав. То есть для квалификации деяния достаточно самого факта его совершения, при этом установление мотивов, в отличие от уголовного законодательства, КоАП РФ, за редкими исключениями, не требует.

Тем не менее, утверждение о «безмотивности», «немотивированности» ад министративного правонарушения принципиально неверно1. Всякое сознательное поведение побуждается осознанными или неосознанными мотивами2. А.Н. Леон тьев отмечает: «Деятельности без мотива не бывает: «немотивированная» дея тельность – это деятельность, не лишенная мотива, а деятельность с субъективно и объективно скрытыми мотивами»3.

Не стоит упускать из виду то, что при выполнении человеком привычных действий процесс мотивации часто оказывается свернутым. Об этом писал еще В.

Вундт: «Как только сложные волевые процессы, в основе которых лежат одни и те же мотивы, повторяются большое число раз, борьба мотивов облегчается: мо тивы, стоявшие в прежних случаях на заднем плане, выступают при новых повто рениях сначала уже слабее, а наконец, и совсем исчезают. Сложное действие пе реходит в таком случае в действие, вытекающее из побуждений;

если обычное повторение действий будет продолжаться, то в конце концов и тот мотив, кото рый определяет действие, вытекающее из побуждений, становится все слабее и мимолетнее. Таким образом, движение, вытекающее из побуждения, переходит, наконец, в автоматическое движение»4.

Здесь следует отметить, что привычное поведение в большей степени свой ственно административным правонарушениям (например, нарушения в сфере безопасности дорожного движения, в сфере общественного порядка, связанные с потреблением алкогольной продукции). Во многом это обусловлено тем, что, во первых, за совершение административного правонарушения предусмотрено ад министративное наказание, которое не влечет столь жестких лишений по сравне нию с уголовным наказанием за совершение преступлений. Во-вторых, админи стративное наказание, в отличие от уголовного наказания, влечет не судимость, а административную наказанность. Последняя не имеет столько негативных по следствий для человека, как судимость.

Сказанное отнюдь не означает, что автоматизированные действия становят ся немотивированными. Как отмечает В.А. Иванников, действие автоматизирует ся не только в исполнительной, но и в мотивационной части. Поэтому возникно вение потребности прямо ведет (по механизму ассоциации) к появлению образа конкретного предмета, который в данной ситуации чаще всего удовлетворяет ее, и образу тех действий, которые связаны с этим предметом5.

Кроме того, само по себе осознание отдельных компонентов мотива не обеспечивает еще понимания его как основания поступка или действия. Для этого человеку надо проанализировать осознаваемое и привести к общему знаменателю.

Однако такому анализу может препятствовать ряд моментов 6. Во-первых, во мно гих случаях человеку не надо углубляться в такой анализ, поскольку ситуация для него очевидна и поведение в ней уже отработано. В этом случае многие компо ненты мотива, особенно из блока «внутреннего фильтра», скорее подразумевают См.: подробнее: Мотрович И.Д. Осознаваемость мотивов: административно деликтологический аспект // Вестник ДВЮИ МВД России. 2010. № 2 (19). С. 33.

Васильев В.Л. Юридическая психология: учеб. для вузов. СПб.: Питер, 2009.

С. 274.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. С. 105.

Вундт В. Очерки психологии. СПб., 1897. С. 229.

Ильин Е.П. Указ. соч. С. 87.

Там же. С.130.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) ся, чем осознаются и вербально обозначаются. Во-вторых, в сознании человека один мотиватор (причина) может подменяться другим. В-третьих, у человека мо жет отсутствовать желание докопаться до истинной причины своего поступка из за нежелания выглядеть в собственных глазах безнравственным. На поверхность сознания им будет выдвигаться другая, более благовидная причина, могущая оправдать его поступок, причем действительно актуальная, но не главная, не ре шающая.

В то же время цели, которые ставит перед собой человек, осознаны, хотя они не всегда ему ясны до конца. Не всегда обдумываются и последствия дости жения цели. Особенно часто такие не до конца взвешенные решения и намерения возникают у человека при наличии азарта, эмоций борьбы или когда у него нет времени на обдумывание (решения, принимаемые в спешке).

Не случайно В.С. Мерлин подчеркивал, что действия человека определяют ся главным образом сознательными целями1, а К. Обуховский отмечал, что мотив – это вербализованный (следовательно, и осознанный) побудитель активности че ловека2. А.Н. Леонтьев же считает, что по ходу выполнения действий мотив не осознается, осознаются только цели действий3. С этим частично можно согла ситься: в каждый конкретный момент человек не задумывается, почему он совер шает это действие, а думает о том, что должно получиться, что получается. Прав да, следует принять во внимание, что цель тоже является частью мотива, поэтому мотив все же осознается, как и смысл деятельности в целом.

Между тем следует отметить, что криминологи при изучении неосознавае мой мотивации в первую очередь опираются на исследования неосознаваемой психологической деятельности, которые традиционно ведут представители гру зинской психологической школы (Д.Н. Узнадзе, А.С. Прангишвили, Ш.А. Нади рашвили, А.Е. Широзия и др.);

изучению этих проблем посвящены также работы Ф.Б. Бассина, П.В. Симонова и других.

Так, П.В. Симонов говорит о неосознаваемом психическом и выделяет в нем «подсознание» и «надсознание» («сверхсознание») 4. Если следовать логике П.В.

Симонова, неосознаваемую мотивацию противоправного поведения можно отне сти к подсознанию, то есть к тем неосознаваемым механизмам, которые образова лись либо путем вытеснения из сознания неких психотравмирующих обстоятель ств и затем проявляют себя в противоправных действиях как вымещенные в каче стве компенсации своей неполноценности, ущербности, либо такого рода меха низмы могут образоваться как бы в обход сознания путем подражания, внушения, «запечатления» некоторых форм асоциального, антиобщественного поведения окружающих, что особенно характерно для детского возраста, когда подобным образом могут быть сформированы устойчивые, фиксированные установки, про являющиеся затем в поведении взрослого человека5.

Поэтому не случайно некоторые криминологи под общей причиной кон кретного преступления понимают криминогенную мотивацию личности, базиру ющейся на ее антиобщественной установке6. В связи с этим необходимо понять, какое влияние оказывает установка на административно-деликтное поведение.

Мерлин В.С. Психология индивидуальности: избранные психологические труды.

М.: Изд-во Московского психолого-социального ин-та;

Воронеж: МОДЭК, 2005. С. 489.

Обуховский К. Психология влечений человека. М.: Прогресс, 1971. С. 11-12.

Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы и эмоции: конспект лекций. М., 1971. С. 13-20.

Симонов П.В. О природе неосознаваемого психического // Психологический жур нал. 1986. Т. 7. № 2. С. 145.

Васильев В.Л. Указ. соч. С. 401.

Криминология: учеб. / под ред. проф. В.Д. Малкова. М.: Юстицинформ, 2006.

С.103.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Пальма первенства в изучении этого весьма любопытного психологического механизма, выступающего в качестве неосознаваемого регулятора человеческого поведения, принадлежит основателю грузинской психологической школы Д.Н.

Узнадзе. Проведенные им достаточно простые и наглядные эксперименты позво лили сделать весьма важные выводы. Во-первых, о том, что фиксированная уста новка действует как неосознаваемый механизм, и, во-вторых, что ее формирова ние – также неосознаваемый процесс. При этом мотив и установка – это разные психологические явления. На данное обстоятельство и обращал внимание Д.Н.

Узнадзе. Он отмечал, что смысл и весь характер поведения определяются моти вом1, при этом решительно отказываясь от сведения мотива к внутренней побуди тельной оценке и подчеркивая неотъемлемость мотива от поведения. У него мо тив – это основание для выделения поведения как такового. Данное положение является общим для представлений Д.Н.Узнадзе о любом виде поведения вообще.

Правда, при анализе поведения вообще он не употребляет термин «мотив», а предпочитает говорить о цели в самом широком смысле слова или о предмете, «нужном» субъекту: «То, какие силы приведет субъект в действие, зависит от нужного субъекту предмета, на который он направляет свои силы: особенности действия, активности, поведения определяются предметом»2.

Характер протекания поведения вместе с тем определяется не только вы звавшим его предметом. Д.Н. Узнадзе учитывает этот факт и предполагает су ществование в целостной картине поведения относительно независимых частей:

«Его отдельные части, отдельные действия служат одной цели и постольку со ставляют одно целое поведение, в котором каждое из них занимает определенное место»3.

Казалось бы, представление Д.Н. Узнадзе о существовании в общем потоке деятельности «отдельных» частей должно было повлечь за собой поиск содержа тельной характеристики этих «частей» и критерия их вычленения, а также приве сти к попытке их соотнесения с установкой. И такое соотнесение действительно производится, но только по отношению к самой важной детерминанте поведения – по отношению к предмету, «нужному» для субъекта, или мотиву. Предмет, «нужный» для субъекта, или мотив приводит к возникновению поведения и по рождает у субъекта установку на выполнение этого поведения4.

Что же касается остальных относительно независимых «частей» в целостной структуре поведения, то, несмотря на оброненное автором теории установки за мечание об их существовании, соотношение этих «частей» с «установками» на объективные условия ситуации, детерминирующие эти «части», остается долгое время без внимания.

Между тем, по Д.Н.Узнадзе, для установки основополагающим является именно содержательный или объективный фактор, или то, на что направлена установка. Это положение об основополагающем значении содержательного или объективного фактора для понимания природы установки буквально требует со отнесения установки с объективными детерминантами ситуации, обусловли вающими структуру поведения. Он следует этому требованию при выявлении двух планов работы психики. Так, в зависимости от того, непосредственно или опосредованно предмет, «нужный» субъекту, вызывает установку на целостное поведение, он выделяет план установки и план объективации.

Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. М., 1966. С. 402.

Там же. С. 32.

Там же. С. 381.

Асмолов А. По ту сторону сознания: методологические проблемы неклассической психологии. М.: Смысл, 2002. С. 56.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) В плане установки развертывается импульсивное поведение. Для импуль сивного, или, как его в психологии иногда еще называют, практического поведе ния, характерна непосредственная включенность субъекта в поведенческий акт.

Оно осуществляется под влиянием актуального импульса сиюминутной потреб ности и отвечающего ей предмета, диктующего, в буквальном смысле этого сло ва, что нужно делать. Иными словами, импульсивность – это особенность по ведения человека, заключающаяся в склонности действовать по первому побуж дению, под влиянием внешних обстоятельств или эмоций, когда человек не обду мывает последствия своего поступка, не взвешивает все «за» и «против». Напри мер, до 80 % мелких хулиганов и появлений в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения, оскорбляющем человеческое достоинство и обществен ную нравственность, совершается, когда правонарушитель находится в возбуж денном состоянии, под влиянием алкоголя1. При этом обстоятельствами, способ ствовавшими совершению ими правонарушений, как показывают материалы изу ченных дел об административных правонарушениях, явились отсутствие взаимо понимания в семье, с родственниками, а также соответствующие финансовые за труднения, вследствие этого возникающие на этой почве конфликты вынуждали правонарушителей уходить из дома, распивать спиртные напитки с незнакомыми лицами, что в дальнейшем и выливалось в совершение мелкого хулиганства или появление в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения2.

В ряде случаев импульсивность отождествляется с непроизвольностью дей ствий, с чем трудно согласиться. Импульсивные действия, несмотря на быстроту принятия решения (намерения), всегда преднамеренные, следовательно, и произ вольные. Другое дело, что при формировании намерения ослаблен волевой и нравственный контроль над процессом мотивации импульсивных действий3.

Е.П. Ильин на этот счет отмечал: «Трудно представить себе, что у человека все это происходит рефлекторно, без участия его сознания. Поэтому вряд ли мож но говорить об импульсивных действиях как немотивированных, хотя внешне это может выглядеть и так. Речь должна идти, на мой взгляд, об укороченной мотива ции, когда не продумываются средства достижения цели, последствия ее дости жения, свои возможности и т.п., т.е. когда из процесса мотивации практически исключается «внутренний фильтр»4.

Тем самым, можно увидеть схожесть и различие практического и привычно го поведения. Схожесть состоит в том, что и в импульсивных, и в автомати зированных действиях есть потребность (желание) и цель. Разница же между ни ми состоит в том, что при импульсивных действиях вследствие чрезмерного воз буждения «внутренний фильтр проскакивает», а при автоматизированных дей ствиях (действиях по ассоциации) участие «внутреннего фильтра» игнорируется ввиду знакомости (стереотипности) ситуации, для которых у человека имеются установки поведения5. Поэтому совершение преступлений возможно лишь в ре зультате импульсивных, а административных правонарушений, особенно в сфере общественного порядка (ст. 20.1, 20.20, 20.21, 20.22 КоАП РФ), – как импульсив ных, так и привычных действий.

Как мы видим, установка во многом определяет все поведение человека, направляет всю его деятельность, мобилизуя необходимые для этого психические Дерюга А.Н., Тюкалова Н.М., Разгуляев В.Н. Административная деликтология.

Хабаровск: ДВЮИ МВД России, 2008. С. 200.

Там же.

Там же.

Ильин Е. П. Указ. соч. С. 88.

Там же.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) силы. При этом структуру установки составляют ряд таких компонентов, как эмо ции, убеждения и мнения, реакции и навыки. Данные компоненты эмоциональ ных, интеллектуальных и поведенческих подструктур определяют активность че ловека в окружающей его обстановке. Однако содержательной стороной установ ки являются ценностные ориентации личности, поскольку поведение людей раз ных возрастов соотносится с определенными ценностями, которыми могут вы ступать как свойства материальных объектов, так и явления общественной жизни.

Эти ценности в идеальной форме выражают цели и устремления человека. Роль ценностей как раз и заключается в том, что они детерминируют характер поведе ния и образ мыслей людей, очерчивают круг их интересов, вырабатывая побуж дение, действующее либо в силу своей осознанной необходимости, либо в силу эмоциональной привлекательности. Поэтому не случайно Б.Г. Ананьев отмечает, что «без познания ценностных представлений индивида невозможно понять его поведение»1.

Существенной стороной мотивации поведения человека является и направ ленность личности. Направленность личности характеризуется ее интересами, склонностями, убеждениями, идеалами, в которых выражается мировоззрение че ловека. В то же время нет единого мнения о том, что представляет собой направ ленность.

Одни ученые-психологи считают направленность свойством личности и ста вят ее в ряд с характером, темпераментом и способностями, другие относят ее к системе доминирующих мотивов (Л.И. Божович, С.Г. Москвичев2). Мы же будем понимать под направленностью систему доминирующих личностных ориентаций человека относительно независимых от наличных ситуаций, подчиняющую себе всю мотивационную сферу личности и определяющую его поведение. Общая направленность личности включает в себя трехуровневую (желания, необходи мость, установки) систему побуждений. То есть человек в каждом конкретном случае действует или по собственному желанию, или по необходимости, или в силу прошлого опыта.

Таким образом, структуру административно-деликтного поведения в общем виде можно представить следующим образом.

Планирование, выбор средств Личность Мотивация Административное правонарушение Принятие решения Как видим основными элементами административно-деликтного поведения являются личность, мотивация, поступок (административное правонарушение), поэтому переходы между ними выделены сплошными стрелками. Остальные эле менты могут и отсутствовать. В то же время блок «мотивация» в некоторых слу Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л., 1969. С. 300.

Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968;

Москви чев С.Т. Проблемы мотивации в психологических исследованиях. Киев, 1975.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) чаях может включать и «решение», то есть может выглядеть как «мотивация и решение».

Поскольку поведение человека, в том числе и административно-деликтное, есть форма взаимодействия личности со средой, то необходимо рассмотреть, ка ким образом среда оказывает влияние на формирование личности администра тивного делинквента и на его поступки, и тем самым отразить механизм админи стративно-деликтного поведения, собственно, на что и направлено наше исследо вание.

В нашем случае под средой мы понимаем не просто социальную среду, об щество, а социальную действительность и социальные группы (большие и малые), их взаимосвязь.

В нашем понимании социальная действительность – это «повседневная жизнь», которая является результатом жизнедеятельности общества, вернее, вза имодействия малых социальных групп с большими социальными группами, больших социальных групп с другими большими социальными группами, одних малых социальных групп с другими и т.д. В свою очередь, социальная действи тельность оказывает воздействие на социальные группы. В конечном итоге взаи модействие социальных групп порождает условия жизни и воспитания личности, а также конкретные жизненные ситуации, с которыми сталкивается человек на протяжении всей жизни, в том числе условия и факторы, способствующие совер шению административных правонарушений.

Обратимся к рассмотрению процесса формирования личности.

Процесс формирования личности всегда достаточно противоречивый. В то же время, если этот процесс совершается в позитивном направлении, его резуль тат будет благоприятен: рассогласованность и противоречия между личностью и средой, неизбежные в силу относительной самостоятельности человеческого су щества, постепенно уменьшаются, сходят на нет, принимают такую форму, кото рая не препятствует активной деятельности человека.

Но при неблагоприятном нравственном формировании личности происходит обратное: возникает несоответствие между свойствами личности и требованиями окружающей действительности. Это относится прежде всего к таким категориям и свойствам личности, как потребности и интересы, нормы нравственности и представления о праве, привычные формы (стереотипы) поведения и их само оценка самим субъектом. В результате субъект в полной мере не адаптируется к той окружающей социальной среде, в которой он должен жить и работать, об щаться с другими людьми.

Основными источниками нравственного формирования личности являются:

1) сама личность со всеми присущими ей свойствами;

2) малые социальные груп пы – семья, школа, производственный коллектив, в которых эта личность непо средственно формируется;

3) большие социальные группы, то есть политические партии, государство, общество в целом, осуществляющее политическое, духов ное, культурное, воспитательное и иное воздействие через средства массовой ин формации и другие каналы.

Значимость больших социальных групп состоит в том, что они вырабатыва ют нормы поведения, общественные и культурные ценности, традиции, обще ственное мнение. В то же время, говоря о влиянии общества, следует подчерк нуть, что политические, экономические и социальные условия жизни членов дан ного социума, жизненный опыт, формы поведения и представления воспринима ются или отбираются самой личностью. При этом всякие внутриполитические и внешнеполитические события также влияют на представления и взгляды челове ка.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Однако личность формируется под воздействием не только всего общества в целом, но и тех малых социальных групп, в которых она состоит. По сути, многие социальные противоречия, свойственные обществу, реализуются через малые группы. Например, наличие тех или иных социальных различий сказывается в различиях образа жизни и функционирования малых групп (семьи, родственни ков, друзей, соседей), обсуждаются и оцениваются ими.

Относительная самостоятельность малой социальной группы приводит к тому, что в ней могут возникать групповые нормы поведения и групповые ценно сти, не совпадающие с нормами и ценностями, принятыми обществом и санкцио нированными государством. Это не означает, что такие групповые образцы пове дения всегда противоречат правовым или нравственным нормам общества;

часто они в этом смысле нейтральны, так как касаются только профессиональных или иных определенных интересов участников группы (традиции семьи, взаимоотно шения спортсменов и т.п.). Но в то же время возможны и такие групповые нормы и образцы поведения, которые противоречат праву и общественной нравственно сти. Причем всякая малая группа осуществляет внутренний (неформальный), а иногда и внешний (формальный) контроль за выполнением указанных норм и требований.

Наиболее острые противоречия и конфликты между групповой моралью и обществом возникают на основе расхождения между нравственными, правовыми и иными нормами общества и групповыми нормами, что проявляется в безнрав ственности, правонарушениях и преступлениях.

Центральное место среди малых социальных групп в формировании лично сти занимает семья. И воздействие семьи, иных малых социальных групп на фор мирование личности не всегда оказывается благоприятным. Нередко в семье су ществует целый ряд обстоятельств как объективного (неполнота семьи, матери альные затруднения, болезнь родителей и т.п.), так и субъективного характера (негативные нравственно-педагогические позиции членов семьи, низкий уровень воспитания), способствующих искаженному нравственному формированию лич ности. Указанные обстоятельства проявляются в вовлечении детей в совершение административных правонарушений, преступлений, в пьянство, попрошайниче ство, проституцию;

в существовании в семье антиобщественных взглядов, нравов, позиций;

в нездоровой морально-психологической атмосфере, конфликтности;

в неправильной линии воспитания детей и в отсутствии вообще какого-либо воспи тания.

К числу факторов, при наличии которых наиболее интенсивно происходит формирование негативных нравственно-психологических особенностей личности административного делинквента, можно также отнести отрицательные явления в трудовом коллективе (плохая организация производства, атмосфера бесхозяй ственности и безответственности, низкая дисциплина, пьянство, прогулы, теку честь кадров, отсутствие гласности и демократического управления в трудовом коллективе, нарушения трудового законодательства и др.);

упущения в школьном воспитании (отрыв обучения от воспитания, недостаточная нравственно психологи-ческая подготовка учащихся к трудовой и общественной деятельности, слабая связь школы с семьей, формализм в педагогической работе, подмена вос питания администрированием и др.);

недостатки в сферах общения и досуга (от рицательное влияние маргинальных групп, ориентация ближайшего окружения на антиобщественные «образцы» поведения и вседозволенность, ложное самоутвер ждение путем хулиганских действий и др.);

отсутствие социального контроля (недостаточная его эффективность в отношении лиц с начавшимся процессом де формации, игнорирование задачи позитивного воздействия на лиц, находящихся в Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) неблагополучной среде, промедление с началом профилактического воздействия, безнаказанность правонарушителей и др.)1.

Говоря о влиянии административно-деликтных детерминант на формирова ние поведения личности, выражающемся в конечном итоге в виде конкретного административного правонарушения, следует подчеркнуть, что они проявляют се бя через психологию, сознание людей, формируя или поддерживая, оживляя или усиливая антисоциальные взгляды, стремления, побуждения.

На это обстоятельство, например, обращал внимание А.Р. Ратинов: «Непо средственные причины и истоки виновного поведения правонарушителей всегда лежат в личности человека, совершившего правонарушение. В противном случае отсутствуют основания вменения вины, и соответственно совершенное деяние не может рассматриваться как правонарушение. Другими словами, никакие внешние обстоятельства не могут являться определяющими причинами противоправного деяния, если они не стали внутренними детерминантами человеческой деятельно сти. Иначе человек не может быть привлечен к ответственности, так как является лишь пассивным звеном в причинной цепочке, игрушкой в роковом сцеплении внешних сил и обстоятельств, приведших к отрицательным последствиям»2. Об этом же писал Н.А. Стручков: «Непосредственные причины следует искать в сфе ре сознания, ибо все побудительные силы, вызывающие действия человека, неиз бежно должны пройти через его голову, должны превратиться в побуждения его воли…»3.

В причинном комплексе совершения конкретного административного пра вонарушения весьма значима и роль административно-деликтогенной ситуации.

Под административно-деликтогенной ситуацией понимается событие или состояние, вызвавшее у лица решимость совершить административное правона рушение. Иначе говоря, это совокупность обстоятельств, в которых оказывается человек перед совершением административного правонарушения, воздействую щих на его сознание, чувства и волю и в соответствии с нравственными качества ми данного лица, непосредственно обусловливающих его намерение и решимость совершить административно наказуемые (умышленные или неосторожные) дея ния.

Административно-деликтогенная ситуация, не являясь непосредственной причиной совершения административного правонарушения, занимает как бы промежуточное место между личностью нарушителя норм административного права, средой и административным правонарушением. Она предшествует адми нистративному правонарушению, являясь порою его непременным «спутником».

По источнику возникновения административно-деликтогенные ситуации можно разделить: 1) на создаваемые людьми, включая и самим административ ным делинквентом;

2) вызванные естественными силами природы;

3) возникшие по стечению случайных обстоятельств;

4) смешанные.

Любая административно-деликтогенная ситуация, будучи по своему содер жанию объективной, включает особенности объекта и предмета посягательства, его время и место, климатические и иные условия. Элементами такой ситуации могут быть и обстоятельства, способствующие совершению преступления (например, недостатки в охране объектов собственности, сложности дорожного движения и т.п.). Такие обстоятельства выступают в качестве не причин, а усло Криминология: учеб. / под ред. проф. В.Д. Малкова. С. 97.

Ратинов А.Р. Психологическое изучение личности преступника // Материалы к за седанию Ученого совета Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности. М., 1981. С. 9.

Стручков Н.А. Преступность как социальное явление. Л.: Юрид. наука, 1979. С. 29.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) вий, способствующих совершению конкретных административных правонаруше ний.

Будучи объективной, административно-деликтогенная ситуация имеет и своеобразный субъективный характер, воспринимается как таковая конкретной личностью. При этом такое восприятие зависит от нравственно-психологических качеств личности, определяющих ее негативное либо позитивное поведение в сложившихся условиях, в конкретной административно-деликтогенной ситуации.

Однако следует учитывать, что даже самая неблагоприятная ситуация не обязательно приводит к совершению административных правонарушений. Реша ющее значение, безусловно, принадлежит конкретному человеку с его системой взглядов, наклонностей и стремлений.

Подводя итог, механизм административно-деликтного поведения можно представить следующим образом.

воспитания социальные группы Условия жизни и Большие и малые Планирование, выбор средств Личность Административное Мотивация правонарушение Принятие решения нистративных правонарушений ствующие совершению адми Факторы и условия, способ действительность Социальная деликтогенная Администра ситуация тивно стечение обстоятельств Естественные силы неблагоприятное природы;

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Следует обратить внимание на то, что приведенная схема формирования и реализации антиобщественного поступка, административного правонарушения имеет общий вид. Так, этап принятия решения о совершении административного правонарушения, включая планирование и выбор средств, может отсутствовать.

Разумеется, может отсутствовать и последний этап – само административное пра вонарушение. Собственно, это именно тот вариант, к которому более всего стре мятся правоохранительные органы, особенно органы внутренних дел, предупре ждая не только реальное совершение административных правонарушений, но и преступления.

Литература 1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л., 1969.

2. Асеев В.Г. Мотивация поведения и формирование личности. М.: Мысль, 1976.

3. Бахрах Д.Н. Административное право России: Учебник. М., 2000.

4. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968.

5. Васильев В.Л. Юридическая психология: Учебник для вузов. 6-е изд. СПб.: Пи тер, 2009.

6. Волков Б.С. Мотивы преступлений. Казань, 1982.

7. Вундт В. Очерки психологии. СПб., 1897.

8. Герцензон А.А. Уголовное право и социология. М., 1970.

9. Годфруа Ж. Что такое психология: В 2-х т. Т. 1. М.: Мир, 1992.

10. Деттенборн В. Мотивация преступного поведения и ее значение для типологии несовершеннолетних, совершивших преступление // Типология личности преступника и индивидуальное предупреждение преступлений: Сборник научных трудов. М., 1979.

11. Дерюга А.Н. Актуальные проблемы развития административной деликтологии:

Монография. М.: Изд-во СГУ, 2009.

12. Дерюга А.Н., Тюкалова Н.М., Разгуляев В.Н. Административная деликтология.

Хабаровск: ДВЮИ МВД России, 2008.

13. Джидарьян И.А. О месте потребностей, эмоций и чувств в мотивации личности.

// Теоретические проблемы психологии личности. М., 1974.

14. Дубинин Н.П., И. И. Карпец, В.Н. Кудрявцев. Генетика, поведение, ответствен ность: о природе антиобщественных поступков и путях их предупреждения. 2-е изд., пе реработ. и доп. М.: Политиздат, 1989.

15. Игошев К. Е. Типология личности преступника и мотивация преступного пове дения. Горький, 1974.

16. Ильин Е. П. Мотивация и мотивы. СПб.: Питер, 2002.

17. Кудрявцев В.Н. Правовое поведение: норма и патология. М., 1982.

18. Кузнецова Н.Ф. Проблемы криминологической детерминации / Под ред. В.Н.

Кудрявцева. М.: Изд-во Московского ун-та, 1984.

19. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.

20. Леонтьев А. Н. Потребности, мотивы и эмоции: Конспект лекций. М., 1971.

21. Криминология: Учебник для вузов / Под ред. проф. В.Д. Малкова. 2-е изд., пе рераб. и доп. М.: Юстицинформ, 2006.

22. Мерлин В.С. Психология индивидуальности: избранные психологические тру ды. М.: Изд-во Московского психолого-социального института;

Воронеж: МОДЭК, 2005.

23. Москвичев С.Г. Проблемы мотивации в психологических исследованиях. Киев:

Наукова думка, 1975.

24. Мотрович И.Д. Осознаваемость мотивов: административно-деликтологический аспект // Вестник ДВЮИ МВД России. 2010.№ 2 (19). С. 33-43.

25. Мышляев Н.П. Административная деликтология: вопросы теории и практики.

М.: ВНИИ МВД России, 2002.

26. Обуховский К. Психология влечений человека. М.: Прогресс, 1971.

27. Ратинов А. Р. Психологическое изучение личности преступника // Материалы к заседанию Ученого совета Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности. М., 1981.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) 28. Ремнев В.И. Актуальные вопросы административной деликтологии в современ ный период // Актуальные проблемы административной деликтологии: Сборник научных трудов. Киев, 1984.

29. Саркисов Г.С. Мотив и цель преступления // Советское государство и право.

1979. № 3. С. 78-83.

30. Симонов П.В. О природе неосознаваемого психического// Психологический журнал. 1986. Т.7. № 2. С. 145-148.

31. Стручков Н. А. Преступность как социальное явление. Л., 1979.

32. Тарарухин С.А. Установление мотива и квалификация преступления. Киев, 1977.

33. Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. М., 1966.

34. Краткий словарь по социологии / Под общ. ред. Д.М. Гвишиани, Н.И.Лапина.

М.: Политиздат, 1989. С. 142-146.

Из истории развития психологических знаний о делинквентном поведении несовершеннолетних Евгений Романович Чернобродов, старший научный сотрудник филиала ВНИИ МВД РФ по Дальневосточному федеральному округу, кандидат психологических наук УДК 343. В статье представлены основные психологические подходы к исследованию делин квентного поведения несовершеннолетних. Показана необходимость учета психологиче ских особенностей личности подростков для создания эффективных мер профилактики их антисоциальной направленности.

Ключевые слова: делинквентное поведение, девиантное поведение, личность несо вершеннолетнего, коррекция противоправного поведения.

Социально-экономические преобразования в России в начале XXI в. наряду с позитивными изменениями в обществе усилили такие негативные тенденции, как резкое снижение востребованности духовных ценностей, нарастание процес сов деформации семьи, социальной и психологической дезадаптации детей и под ростков, обострение криминальной обстановки. Данные изменения привели к ро сту в подростковой среде делинквентных форм поведения.


Реалии сегодняшнего дня красноречиво показывают, что воспитывать несо вершеннолетних стало гораздо сложнее, чем 10-15 лет назад. Это связано прежде всего с тем, что подросло поколение живущих по другим принципам и в новых социально-экономических условиях. Характерной чертой у некоторой части 14-17-летних является пренебрежение к этическим, моральным и правовым нор мам. Данная проблема приводит нас к необходимости всестороннего исследова ния различных форм девиантного поведения несовершеннолетних, одной из кото рых – делинквентному поведению, на наш взгляд, следует уделять особое внима ние.

В настоящее время в связи с распространенностью и «омоложением» пре ступности большое значение имеет изучение личностных особенностей несовер шеннолетних как детерминант делинквентного поведения.

Делинквентное поведение подростков представляет собой разновидность девиантного поведения, определяемого деформированными потребностями и Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) примитивными мотивами и реализуемого социально неприемлемыми способами на фоне негативных переживаний1. Делинквентное поведение рассматривается нами как действия конкретной личности, отклоняющиеся от установленных в данном обществе и в данное время законов, угрожающие благополучию других людей или социальному порядку и уголовно наказуемые в крайних своих прояв лениях2.

Само понятие «делинквентное поведение» вошло в обиход европейских и американских исследователей в конце XIX в. Происходит оно от латинского слова delinquens – совершающий проступок3. В зарубежной научной литературе данным понятием охватывается достаточно широкий спектр отклонений в поведении. Со циологи, криминологи, психиатры привносят свои акценты при описании делин квентного поведения. Исследование психологических особенностей личности несовершеннолетних делинквентов позволяет познать сущность мотивов, пове денческих установок и, что самое главное, механизмы целеполагания.

Одним из первых, кто упомянул понятие «делинквентное поведение» при менительно к несовершеннолетним, был австрийский психоаналитик Август Айх хорн (1878–1949)4.

А. Айххорн считает, что «делинквентность» бывает явная и латентная. Сле дуя психоаналитической теории, он отмечает, что при пограничном невротиче ском состоянии с симптомами антисоциального поведения личность пребывает в состоянии внутреннего конфликта и какая-то ее часть запрещает делинквентное поведение, вызывая чувство вины. При доминировании чувства вины делинквент ведет себя странно, например ходит в украденной шапке или не получает пользы от украденного. Он явно добивается разоблачения и часто попадается. Ему снятся кошмары. Он испытывает облегчение после наказания. Здесь делинквентность возникает из-за желания индивида получить облегчение от давления супер-Эго.

Другой тип делинквентности представляет собой антисоциальное поведение без признаков невроза. В этом случае конфликт «вынесен наружу» – это откры тый конфликт с окружением по причине ранней фрустрации либидных желаний.

Но бессознательная потребность в наказании и фиксация на этапе доминирования принципа удовольствия выражены в обеих ситуациях.

Русский криминолог и социолог Дмитрий Андреевич Дриль (1846-1910) рассматривал личность несовершеннолетнего правонарушителя с точки зрения ее биопсихической неполноценности, видя в антиобщественном поведении роковое влияние наследственности5. Его работа «Малолетние преступники» (1884) вызва ла, как бы мы сегодня сказали, значительный общественный резонанс. В коррек ции поведения подростков-правонарушителей особое внимание Д.А. Дриль уде лял музыке, как целительному средству душевных потребностей. В перевоспита нии личности, по его мнению, важным является учет индивидуальности при нака заниях.

В научных трудах Д.А. Дриля мы не найдем понятия «делинквентное пове дение», но подходы исследования причинности противоправного поведения до Чернобродов Е.Р. Особенности личности и их коррекция у подростков с делин квентным поведением: автореф. … канд. психол. наук. Иркутск, 2008.

Змановская Е.В. Девиантология: психология отклоняющегося поведения: учеб.

пособие. М.: Академия, 2006.

Шапарь В.Б., Россоха В.Е., Шапарь О.В. Новейший психологический словарь.

Ростов н/Д: Феникс, 2009. С. 114.

В работе «Verwahrloste Jugend» (1925), переведенной на английский язык в 1933 г.

и изданной на русском языке («Трудный подросток») в 2001 г. См.: Айххорн А. Трудный подросток. М.: Апрель Пресс, ЭКСМО, 2001.

Дриль Д.А. Малолетние преступники. М., 1884.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) статочно нам близки для понимания психологического феномена делинквентно сти детей и подростков. Так, например, он считал, что преступность есть выраже ние врожденных и приобретенных аномалий в душевной организации и нервной системе преступника, которого поэтому следует больше лечить, чем карать.

К проблемам асоциального и противоправного поведения несовершеннолет них в ходе своих исследований обращался и выдающийся русский психиатр, невропатолог, физиолог, психолог, основоположник рефлексологии и патопсихо логического направления в России, академик Владимир Михайлович Бехтерев (1857-1927).

В.М. Бехтерев1 обратил внимание на начальственный тон в школах и недо статочность воспитательных механизмов. Опираясь на опыт школ Франции и Швейцарии, где в основе обучения использовались такие методы, как беседы, дружеские разговоры, свободные описания, он говорил о том, что ребенок – это чувственное существо и ему не нужны сухие наставления, а, напротив, необходим живой пример, ласковое отношение воспитателя. В.М. Бехтерев отмечал, что при неправильном семейном воспитании дети будут перенимать дурные стороны сво их родителей: фальшь, эгоизм, грубость.

Психолог и философ, один из основоположников экспериментальной психо логии в России, Александр Петрович Нечаев (1870-1948) отмечал необходимость профилактики асоциального и противоправного поведения детей и подростков2.

Для развития нравственно-ценной личности подростков, по его мнению, важно правильно организовать физическое воспитание, ручной труд, целенаправленное формирование эстетических чувств. Он считал, что трудности и проблемы в пове дении детей можно успешно корригировать при педагогически организованном общении. Ежедневное общение с родными и товарищами, исполнение своих обы денных обязанностей позволит формировать мотивационно-волевые качества личности детей. А.П. Нечаев указывал на то, что воспитатели должны создать вокруг ребенка атмосферу добрых обычаев.

В первой половине XX в. на долю нашей страны выпали серьезные испыта ния. Три революции (1905, Февральская и Октябрьская 1917), русско-японская война (1904-1905), Первая мировая война (1914-1918), гражданская война (1918 1922), разруха, голод, болезни, нищета привели к росту числа сирот и беспризор ников. Пережитые личные трагедии одних детей и подростков делали взрослее и ответственнее, других же – готовыми к асоциальным поступкам. Социальные по трясения в стране особенно негативно отражаются на детях и подростках.

Несмотря на все тяготы и лишения в условиях тоталитарного режима, в СССР проводятся психолого-педагогические исследования, направленные на со вершенствование воспитания «трудных» подростков. Целая плеяда отечествен ных ученых в 20-30-е гг. (П.Г. Бельский, П.П. Блонский3, А.С. Макаренко4, П.О.

Эфрусси5) фактически приступили к психологическим исследованиям делин квентного поведения несовершеннолетних Исходя из мотивации самого антиобщественного поведения, П.Г. Бельский так классифицировал подростков, совершивших противоправные действия:

а) подростки, активно стремящиеся удовлетворить элементарные и низмен ные потребности;

б) подростки, поддавшиеся в силу слабоволия и внушаемости подстрекателям;

Бехтерев В.М. Избранные труды по психологии личности. СПб.: Алетейя, 1999.

Нечаев А.П. Очерк психологии для воспитателей и учителей. СПб., 1903.

Блонский П.П. Избранные психологические произведения. М.: Просвещение, 1964.

Макаренко А.С. Книга для родителей. Петрозаводск, 1959.

Эфрусси П.О. Профилактика хулиганства в школе. М.;

Л.: Госиздат, 1928.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) в) мечтатели;

г) морально и умственно дефективные;

д) действующие под влиянием истерии или психастении.

В 1930-е гг. особенно успешно развивалось практическое направление про филактики и коррекции противоправного поведения детей и подростков (А.С. Мака ренко, С.Т. Шацкий1). Важнейшим фактором воспитательной и коррекционной работы, по мнению А.С. Макаренко и С.Т. Шацкого, выступает созданная и орга низованная педагогом воспитывающая среда. С.Т. Шацкий создал такую среду в открытом социуме по месту жительства, а А.С. Макаренко – в детской колонии.

С.Т. Шацкий при коррекции девиантного поведения подростков особую роль отводил воспитательным ресурсам общеобразовательной школы.

А.С. Макаренко считал, что первоочередной задачей при создании детского коллектива является организация борьбы с отрицательными потребностями детей.

Он акцентировал внимание на том, что нельзя недооценивать вредных привычек детей и подростков. В основе его воспитательной системы – положение о детском коллективе как определяющем условии формирования нравственной сферы лич ности. Он подчеркивал, что в каждый момент воздействия на личность эти воз действия обязательно должны быть и воздействием на коллектив. И, наоборот, каждое «прикосновение к коллективу» обязательно будет и воспитанием каждой личности, входящей в коллектив.

Таким образом, основное направление исследований данного периода мож но обозначить как «воспитание коллективом».

Последствия Великой Отечественной войны вновь поставили перед нашей страной серьезные задачи по восстановлению промышленности, сельского хозяй ства, системы социального обеспечения и образования. Хрущевская «оттепель»


дала новый импульс в развитии науки.

В 50-70-е гг. ХХ в. основное внимание исследователей уделялось социально психологическим и психолого-педагогическим факторам, обусловливающим трудновоспитуемость детей и подростков. А.Г. Кудрявцев, Г.Г. Бочкарева, Г.Н. Жа ворноков, Л.С. Славина при коррекции поведения подростков-правонаруши-телей делают акцент на создание условий для достижения ими общественного успеха при наличии эмоционального подкрепления, преодоления смысловых барьеров.

В 1960-х гг. проводятся многочисленные научные исследования отклоняю щегося поведения (М.А. Алемаскин, К.Е. Игошев и др.). Так, К.Е. Игошев 2 и Г.Г.

Бочкарева рассматривают мотивационную сферу подростков-правонарушителей;

В.А. Гурьева – различные психические аномалии (психопатии, психозы, невроти ческие реакции, неврозы);

А.С. Белкин, В.Н. Кудрявцев 3, Г.М. Миньковский4 – особенности личности подростков-правонарушителей.

Г.М. Миньковский классифицирует подростков-правонарушителей, исходя из учета общей направленности личности подростка, определяемой на основе со поставления данных, проявившихся в отношениях и действиях подростка: образе жизни, связях, поведении, его потребностях, интересах, взглядах, мотивации по ведения, характерологических чертах, а также данных социально-демографичес кой характеристики и данных об обстоятельствах совершения правонарушения с точки зрения выражения в них личностных черт подростка.

Шацкий С.Т. Избранные педагогические сочинения. М.: Педагогика, 1980.

Игошев К.Е. Психология преступных проявлений среди молодежи. М.: Высшая школа МВД СССР, 1971.

Кудрявцев В.Н. Правовое поведение. Норма и патология. М.: Изд-во МГУ, 1982.

Миньковский Г.М., Тузов А.П. Профилактика правонарушений среди несовер шеннолетних. Киев: КВШ МВД СССР, 1987.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Он выделяет 4 типа подростков, для которых совершение правонарушения было: 1) случайным;

2) вероятным, но неизбежным;

3) соответствующим антиоб щественной направленности личности, но случайным с точки зрения повода и си туации;

4) соответствующим противоправной установке личности и включающим поиск или создание необходимых повода и ситуации.

С точки зрения А.С. Белкина1, решающим в формировании противоправного поведения является деформация межличностных отношений. Он подчеркивает, что дефицит полезного общения может способствовать развитию асоциальной направленности межличностных отношений. А.С. Белкин делает акцент на необ ходимости и потребности ребенка в позитивном общении со взрослым.

М.А. Алемаскин2, анализируя психологические особенности личности под ростков-правонарушителей, приходит к выводу, что основное значение имеет не удовлетворенность следующих существенных для подростков потребностей: не удовлетворенность статусным положением в системе деловых и личных взаимо отношений класса, отсутствие перспектив в будущем, несоответствие имею щихся бытовых потребностей и возможностей их удовлетворения.

Таким образом, на этом историческом этапе исследователи отмечают, что важно создать условия, удовлетворяющие потребностям ребенка, учитывающие его возрастные и индивидуальные особенности, тогда снизится риск появления нежелательных связей.

В 70-80-е гг. ХХ в. проводятся глубокие и всесторонние исследования пове дения подростков-правонарушителей. Изучение асоциального, в том числе и де линквентного поведения подростков, приобретает более конкретный характер.

В работах Б.С. Братуся3, А.Е. Личко4, Д.И. Фельдштейна5 и других дается подробный системный анализ отклоняющегося поведения подростков, в том чис ле и противоправного, с позиции междисциплинарного подхода;

раскрываются особенности личности подростков с девиантным (делинквентным) поведением, их ценностных ориентаций, влияния семьи, школы.

Д.И. Фельдштейн в результате исследования личности подростков правонарушителей с точки зрения психолого-педагогического подхода определил следующие их особенности:

- они характеризуются устойчивой системой общественно-отрицательных, аномальных, аморальных, примитивных потребностей, взглядов, оценок;

- они циничны, грубы, озлоблены, агрессивны, вспыльчивы, драчливы, эгои стичны, нетрудолюбивы;

- для них характерны деформированные потребности, низменные устремле ния;

- они подражают тем подросткам-правонарушителям, у которых устойчивый комплекс аморальных потребностей и откровенно антиобщественная направлен ность отношений, взглядов;

- они импульсивны, у них быстрая смена настроений, они готовы притеснять слабых и младших;

они лживы, упрямы, раздражительны;

правонарушения со вершают спонтанно;

Белкин А.С. Отклонения в поведении школьников. Свердловск: Средне Уральское кн. изд-во, 1973.

Алемаскин М.А. Психолого-педагогические факторы предупреждения правона рушений среди несовершеннолетних // Психология и профилактика асоциального пове дения несовершеннолетних. Тюмень, 1985.

Братусь Б.С. Аномалии личности. М.: Мысль, 1988.

Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков // Психология ин дивидуальных различий: тексты. М.: Изд-во Московского ун-та,1982.

Фельдштейн Д.И. Психология воспитания подростка. М.: Знание, 1978.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) - их характеризует конфликт между деформированными и позитивными по требностями, интересами, взглядами;

они осознают недостойность совершаемых поступков;

у них правильные нравственные взгляды не стали убеждениями;

они бравируют своим прошлым, действуют на показ, демонстрируют удальство;

от личаются хитростью, лживостью, притворством, неверием в людей;

- как правило, довольствуются слабо деформированными потребностями;

они безвольны, легко внушаемы, легкомысленны, озорники, фантазеры;

- подростки, совершившие правонарушения случайно, как правило, безволь ны, поддаются влиянию микросреды, у них обострено чувство стыда.

Радикальные изменения в социально-экономической, общественно-полити ческой и духовно-нравственной жизни России в конце ХХ – начале ХХI в. спо собствовали формированию целого поколения, оказавшегося без бдительного ока государственного воспитания, но подвергшегося всепроникающей криминализа ции при доминировании досуговой активности, и создали благоприятные условия для усвоения и проявления различных форм делинквентного поведения в под ростковой и юношеской среде.

Современные психологические исследования делинквентного поведения свидетельствуют о том, что его профилактика и коррекция возможны только при комплексном межведомственном взаимодействии. В настоящее время делин квентное поведение подростков формируется вследствие глубокой деформации правосознания молодежи. В правосознании подростков возникают противоречия в связи с несоответствием между провозглашаемыми в обществе нормами и фак тическими примерами их реализации и интерпретации. Если в подростковой сре де преобладают не правовые, а псевдоморальные регуляторы поведения, то фор мируется его асоциальная направленность. Одним из главных условий предупре ждения и профилактики делинквентного поведения подростков, на наш взгляд, выступает направленное воздействие на психологические предпосылки и меха низмы его развития.

Литература 1. Айххорн А. Трудный подросток. М.: Апрель Пресс, ЭКСМО, 2001.

2. Алемаскин М.А. Психолого-педагогические факторы предупреждения правона рушений среди несовершеннолетних // Психология и профилактика асоциального пове дения несовершеннолетних. Тюмень, 1985.

3. Белкин А.С. Отклонения в поведении школьников. Свердловск: Средне Уральское кн. изд-во, 1973.

4. Бехтерев В.М. Избранные труды по психологии личности. СПб.: Алетейя, 1999.

5. Блонский П.П. Избранные психологические произведения. М.: Просвеще ние,1964.

6. Братусь Б.С. Аномалии личности. М.: Мысль, 1988.

7. Дриль Д.А. Малолетние преступники. М., 1884.

Фернхем А., Хейвен П. Личность и социальное поведение. СПб.: Питер, 2001;

Ре ан А.А. Семьи и дети группы риска (проблемы профилактики преступности несовершен нолетних) // Преступность несовершеннолетних: проблемы и пути решения. М.: Москов ский университет МВД России. 2003;

Пронин М.В. Формирование самосознания делин квентных подростков в процессе духовно-нравственного воспитания: автореф. дис. … канд. психол. наук. Воронеж, 2003;

Прокурова С.В. Психологические особенности рабо ты с подростками, находящимися в центрах временного содержания несовершеннолетних правонарушителей: автореф. дис. … канд. психол. наук. М., 2006;

Моисеева С.И. Психо логические особенности подростков, склонных к девиантным формам поведения в со временных социально-экономических условиях: автореф. дис. … канд. психол. наук.

СПб., 2003;

Чернобродов Е.Р. Делинквентное поведение несовершеннолетних. Хаба ровск: ДВЮИ МВД России, 2008.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) 8. Змановская Е.В. Девиантология: психология отклоняющегося поведения: Учеб ное пособие. М.: Академия, 2006.

9. Игошев К.Е. Психология преступных проявлений среди молодежи. М.: Высшая школа МВД СССР, 1971.

10. Кудрявцев В.Н. Правовое поведение. Норма и патология. М.: Изд-во МГУ, 1982.

11. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков // Психология индивидуальных различий. Тексты. М.: Изд-во Московского университета,1982.

12. Макаренко А.С. Книга для родителей. Петрозаводск, 1959.

13. Миньковский Г.М., Тузов А.П. Профилактика правонарушений среди несовер шеннолетних. Киев: КВШ МВД СССР, 1987.

14. Моисеева С.И. Психологические особенности подростков, склонных к девиант ным формам поведения в современных социально-экономических условиях: Автореф.

дис. … канд. психол. наук. СПб., 2003.

15. Нечаев А.П. Очерк психологии для воспитателей и учителей. СПб., 1903.

16. Прокурова С.В. Психологические особенности работы с подростками, находя щимися в центрах временного содержания несовершеннолетних правонарушителей: Ав тореф. дис. … канд. психол. наук. М., 2006.

17. Пронин М.В. Формирование самосознания делинквентных подростков в про цессе духовно-нравственного воспитания: Автореф. дис. … канд. психол. наук. Воронеж, 2003.

18. Реан А.А. Семьи и дети группы риска (проблемы профилактики преступности несовершеннолетних) // Преступность несовершеннолетних: проблемы и пути решения.

М.: Московский университет МВД России, 2003.

19. Фельдштейн Д.И. Психология воспитания подростка. М.: Знание, 1978.

20. Фернхем А., Хейвен П. Личность и социальное поведение. СПб.: Питер, 2001.

21. Чернобродов Е.Р. Особенности личности и их коррекция у подростков с делин квентным поведением: Автореф. дис. … канд. психол. наук. Иркутск, 2008.

22. Чернобродов Е.Р. Делинквентное поведение несовершеннолетних. Хабаровск:

ДВЮИ МВД России, 2008.

23. Шапарь В.Б., Россоха В.Е., Шапарь О.В. Новейший психологический словарь.

Ростов н/Д: Феникс, 2009.

24. Шацкий С.Т. Избранные педагогические сочинения. М.: Педагогика, 1980.

25. Эфрусси П.О. Профилактика хулиганства в школе. М.;

Л.: Госиздат, 1928.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) Теория и практика правоохранительной деятельности Проблемы законодательного регулирования процедуры проведения оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права и свободы личности Владимир Александрович Гусев, заместитель начальника Дальневосточного юридического института МВД России по научной работе, кандидат юридических наук, доцент УДК 343.132. В статье рассматриваются недостатки и перспективы законодательного регулиро вания процедуры проведения оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права и свободы человека и гражданина. Особое внимание автор уде ляет изучению сущности и процессуальной значимости детальной правовой регламента ции оснований и условий их проведения.

Ключевые слова: конституционные права и свободы человека и гражданина;

опера тивно-розыскные мероприятия;

действия органов, осуществляющих оперативно розыскную деятельность.

Провозглашение в ст. 3 Федерального закона «Об оперативно-розыскной де ятельности» (далее – ФЗ об ОРД) принципа уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина, а также законодательная попытка создать основу для ме ханизма его реализации в ст. 5 ФЗ об ОРД, безусловно, имеет исключительное значение для признания ОРД в качестве правомерного вида государственной дея тельности, соответствующего международным стандартам защиты прав лично сти1. Однако эффективность обеспечения этих прав и свобод обусловлена, прежде всего, качеством системы законодательных норм, регламентирующих процедур но-процессуальные аспекты их соблюдения при осуществлении ОРД. Именно с этой точки зрения статья 5 ФЗ об ОРД имеет существенные и очевидные недо статки.

В первую очередь бросается в глаза явный диссонанс в ч. 2 ст. 5 ФЗ об ОРД между общим наименованием данной статьи и ее фактическим предназначением.

Цели и задачи ОРД определены соответственно в ст. 1 и ст. 2 ФЗ об ОРД, и по этому повторное упоминание о том, что не допускается их осуществление для до стижения целей и задач, предусмотренных настоящим законом, является излиш ним. В этом вопросе мы полностью солидарны с учеными, которые отмечают, что если уж законодатель и хотел подчеркнуть эту мысль помимо перечня изложен ных задач ОРД, то целесообразно это положение изложить в ст. 2, а не в ст. 5 ФЗ об ОРД, регламентирующей совершенно иные отношения2.

Более подробно об этом см.: Гусев В.А. Соблюдение прав и свобод человека и гражданина в оперативно-розыскной деятельности: вопросы теории и практики: пре принт. Хабаровск: ДВЮИ МВД России, 2011.

Климов И.А., Синилов Г.К., Сазонова Н.И. Еще раз о необходимости совершен ствования законодательства в сфере оперативно-розыскной деятельности // Проблемы совершенствования оперативно-розыскного законодательства: мат-лы «круглого стола», посвященного 10-летию принятия Федерального закона «Об оперативно-розыскной дея тельности») / под ред. В.И. Елинского. М.: ВНИИ МВД России, 2005. С. 17.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) На этом, на наш взгляд, необоснованное, хотя и менее очевидное, дублиро вание нормативных положений в ст. 5 ФЗ об ОРД не заканчивается. Так, в соот ветствии с ч. 1 ст. 5 ФЗ об ОРД «органы (должностные лица), осуществляющие ОРД, при проведении оперативно-розыскных мероприятий (далее – ОРМ) должны обеспечивать соблюдение прав человека и гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции». Нетрудно заметить, что указанное положение не привносит в правовой механизм ничего нового, по существу повторяя принцип ОРД, закреп ленный в ст. 3 ФЗ об ОРД. Ряд исследователей прямо указывают на декларатив ный характер ч. 1 ст. 5 ФЗ об ОРД, так как в ней не содержатся способы, обеспе чивающие соблюдение прав и свобод граждан при осуществлении негласных ОРМ1. Соглашаясь с указанной позицией, хотелось бы подчеркнуть, что в ней также не содержится порядок соблюдения указанных прав при проведении глас ных ОРМ, кроме того, разделение ОРМ на гласные и негласные в данном случае не имеет принципиального значения.

Помимо того, что в ч. 1 ст. 5 ФЗ об ОРД необоснованно, на наш взгляд, ограничивается перечень прав личности, подлежащий соблюдению в процессе ОРД, а свободы не упоминаются вообще, сравнительный анализ ч. 1 и ч. 3 ст. ФЗ об ОРД позволяет обнаружить другие явные противоречия. Во-первых, в ч. появляется упоминание о свободах граждан, во-вторых, в ч. 1 прямо указано, что соблюдение прав человека должно обеспечиваться при проведении оперативно розыскных мероприятий, а в ч. 3 речь уже идет о действиях органов, осуществ ляющих ОРД, которые могут привести к их нарушению. Необходимо отметить, что данное законодательное несоответствие уже становилось предметом научного обсуждения, в результате которого, в частности, А.Е. Чечетин приходит к выводу о том, что термины «мероприятия» и «действия» не тождественны и не являются синонимами2.

Действительно, анализ проведенных ранее исследований позволяет сделать вывод о том, что ОРМ и «действия органов, осуществляющих ОРД» (ч. 3 ст. 5 ФЗ об ОРД), – несовпадающие понятия. С одной стороны, ОРМ рассматриваются как совокупность, алгоритм взаимообусловленных действий. Так, основываясь на толковании слов русского языка, В.М. Атмажитов и В.Г. Бобров определяют ОРМ как организованную в соответствии с требованиями нормативных правовых актов систему взаимосвязанных действий (выделено нами – В.Г.), осуществляемых определенными субъектами для решения задач оперативно-розыскной деятельно сти3.

С другой стороны, несмотря на то, что, согласно ст. 1 ФЗ об ОРД, эта дея тельность осуществляется посредством проведения ОРМ, необходимо подчерк нуть, что ОРД не ограничивается только проведением ОРМ. Так, В.М. Атмажитов совершенно справедливо отмечает, что ОРМ далеко не исчерпывают всего содер жания ОРД, наряду с ними соответствующие правоохранительные органы осу ществляют другие действия, не включенные в перечень ст. 6 ФЗ об ОРД (опера Понятие оперативно-розыскной деятельности: содержание и правовое регулиро вание: курс лекций. Ч. 1 / Б.Я. Нагиленко [и др.]. Домодедово: ВИПК МВД России, 2010.

С. 14.

Чечетин А.Е. О соотношении понятий оперативно-розыскных мероприятий, дей ствий и мер // Оперативно-розыскные мероприятия: актуальные вопросы теории и прак тики: мат-лы науч.-практ. семинара / отв. ред. В.М. Атмажитов. М.: Академия управления МВД России, 2005. С. 35.

Атмажитов В.М., Бобров В.Г. Оперативно-розыскные мероприятия: актуальные вопросы теории и практики // Там же. С. 3-4.

Вестник ДВЮИ МВД России. 2011. № 1 (20) тивные переговоры, облава, засада и др.)1. Аналогичного мнения придерживается Н.С. Железняк, который также констатирует очевидные несоответствия между зафиксированным в ФЗ об ОРД перечнем ОРМ и объемом фактических действий, осуществляемых оперативными работниками в ходе ОРД: «Таких действий неиз меримо больше, – пишет ученый, – и не все они могут быть включены в то или иное ОРМ как его элементы»2. Так, если изъятие документов, предметов, матери алов и сообщений в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 15 ФЗ об ОРД может производить ся при проведении любого ОРМ (а следовательно, быть его составным элемен том), то реализация остальных прав органов, осуществляющих ОРД, установлен ных иными пунктами ч. 1 ст. 15 ФЗ об ОРД, непосредственно не связана с прове дением ОРМ. Ранее об этом упоминали В.М. Атмажитов и В.Г. Бобров, которые в своих работах неоднократно подчеркивали, что в содержание ОРД кроме опера тивно-розыскных мероприятий входит также применение оперативно-розыскных методов, установление отношений сотрудничества с лицами, выразившими согла сие на оказание конфиденциальной помощи;

создание предприятия, организаций и учреждений, необходимых для решения задач ОРД, а также проведение других действий, не включенных в законодательный перечень ОРМ3.

Основываясь на результатах проведенного монографического исследовании данного вопроса, А.Е. Чечетин делает вывод, что всякое ОРМ следует рассматри вать как оперативно-розыскное действие, но не всякое оперативно-розыскное действие – как ОРМ, то есть понятия «оперативно-розыскные действия» и «опе ративно-розыскные мероприятия» соотносятся как общее и частное, при этом «действия» будут родовым понятием, а «мероприятия» – видовым4. В целом со глашаясь с данным суждением, можно уточнить, что ОРМ могут состоять из ком плекса определенных оперативно-розыскных действий (например, алгоритм ОРМ «обследование зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств»



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.