авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |

«Содержание CONTENTS..................................................................................................................................................... 1 ...»

-- [ Страница 5 ] --

Если раньше многие эмигранты надеялись на перемены в России и скорое возвращение, то теперь надежда стала таять. Ужесточилось и отношение к эмигрантам в Советской России: их перестают печатать на родине, о видных литераторах зарубежья говорят пренебрежительно, с предвзятостью комментируют все их, даже политически нейтральные, высказывания45. Еще в 1923 г. З. Н. Гиппиус жаловалась П. Н. Милюкову на отношения в литературных кругах: "Если б я имела сношения с Эренбургом или Есениным, или Ивановым-Разумником, это бы мне простили, особенно же приветствовали бы антибольшевизм с прохладцей, а еще лучше - полную аполитичность"46.

Соколов А. Г. Судьбы русской литературной эмиграции 1920-х годов. М., 1991. С. 30.

Струве Г. П. Русская литература в изгнании. М., 1996. С. 33.

Басинский П. В. Русская литература конца XIX - начала XX века и первой эмиграции. Пособие для учителя. М., 2003. С. 357.

Агеносов Е. В. Литература русского зарубежья (1918 - 1996). М., 1998. С. 26.

Петрицкий В. А. XX век: две России - одна культура // XX век. Две России - одна культура. Сб. науч. трудов по материалам XIV Смирдинских чтений. СПб., 2006. С. 18.

Андреев В. Л. История одного путешествия. Повести. М., 1974. С. 336.

Зинаида Гиппиус. Новые материалы. Исследования. М., 2002. С. 185.

стр. Споры вызывал М. Осоргин, которого З. Н. Гиппиус считала главным "большевизаном", поскольку он не только высоко оценивал талант советских авторов, но и заявил: "Искра Божия может оказаться и в председателе комсомольской ячейки"47.

Крупнейшим образовательным, научным и литературным центром русского зарубежья была Прага. Причинами этому послужили, во-первых, начавшаяся в 1920 г. знаменитая "русская акция", привлекавшая интеллигенцию и студенчество, во-вторых, наличие в МИДе ЧСР целого ряда "русских чехов", и, в-третьих, традиционное чешское русофильство48.

Эмигрантка Н. Берберова так пишет о Праге: "Мы не остались в Берлине, где нам жить было нечем, мы не поехали в Италию... потому что у нас не было ни виз, ни денег, и мы не поехали в Париж... потому что боялись Парижа, боялись эмиграции, боялись безвозвратности, окончательности нашей судьбы и бесповоротного решения остаться в изгнании. И мы поехали в Прагу"49.

Характерной особенностью "Русской Праги" были более тесные связи с советской интеллигенцией, особенно заметные после краха "Русского Берлина"50. Писатель А.

Толстой, вернувшийся в Советскую Россию, в интервью корреспонденту "Жизнь искусства", коснувшись вопроса о заграничных центрах русской литературы, выделил наряду с "парижской и берлинской пражскую группу зарубежной писательской братии" 51.

В отличие от многих эмигрантов, проживавшие в Праге русские писатели не только не пытались однозначно осудить большевизм, но и старались быть объективными в его оценках. Считается, что одной из самых известных и влиятельных организацией в Чехословакии был Союз русских писателей и журналистов.

Большую издательскую деятельность в Праге вели различные научные и учебные заведения, культурные организации и профессиональные объединения русских эмигрантов. Так, институт имени Н. П. Кондакова выпускал труды советских историков.

Сборники научных трудов, посвященных истории России, издавали "Экономический кабинет" профессора С. Н. Прокоповича и его жены Е. Д. Кусковой, Русский институт, Русское историческое общество, Русский народный университет и другие52. Более того, деятельность пражских русских издательств внесла весомый вклад в дело сближения эмигрантской и советской интеллигенции.

Агеносов Е. В. Литература русского зарубежья (1918 - 1996). М., 1998. С. 137.

Кишкин Л. С. И. Савицкий. Судьбоносные встречи. Чехи в России и русские в Чехии. 1914 - 1918 // Славяноведение. 2001. N 4. С. 112.

Берберова Н. Н. Железная женщина. Документальный роман. М., 1991. С. 970.

Берберова Н. Н. Курсив мой // Октябрь. 1988. N 11. С. 170.

Лавров В. В. Холодная осень. Иван Бунин в эмиграции 1920 - 1953 гг. Роман-хроника. М., 1989. С. 134.

Литературная энциклопедия русского зарубежья (1918 - 1940). М., 2000. С. 330.

стр. Женщины русского зарубежья стремились сохранить не только литературную, но и музыкальную культуру России, которая за рубежом оказалась в лучших условиях, являясь самым интернациональным из искусств.

Яркую страницу в истории сохранения национально-культурной идентичности оставили представительницы музыкального, оперного, балетного и театрального искусства русской женской эмиграции.

Фактически первыми эмигрантами в Европе стали несколько групп артистов императорских театров, выехавшие на гастроли накануне революции 1917 г. Особое признание в эмиграции заслужили русские балерины М. Кшесинская, А. Павлова, В.

Каралли, Т. Карсавина, О. Спесивцева и др. До середины XX в. постановки русских балетных спектаклей являлись неотъемлемой частью европейской культуры.

На сценах американских и европейских оперных театров блистали в спектаклях и выступали с сольными концертами певицы М. Давыдова, Н. Ермоленко-Южина, Мария Кузнецова, Лидия Липковская и др.

Одной из известных русских исполнительниц, обладавшей незаурядным голосом лирико-драматическим сапрано, - была Нина Кошиц, которая не только пела в "Metropolitan Opera", но и записывала пластинки для граммофона, расходившиеся большими тиражами. Она много гастролировала по Европе с циклом концертов из произведений русских композиторов, выступала на сценах "Grand Opera" в Париже, Чикагской опере и др. С конца 1920-х певица ограничила свою концертную деятельность пределами США. В конце 1930-х гг. она переехала в Голливуд, где снялась в фильме "Алжир", а затем посвятила себя вокальной педагогике53. Лучшим подтверждением успеха Н. П. Кошиц является тот факт, что пластинки с ее голосом выпускались в США на протяжении многих десятилетий XX в.

Своеобразной манерой исполнения владела Нина Тарасова, часто выступавшей на Бродвее и на радиостанции "Дабл'ю Джей Зи". Американская публика особенно полюбила такие ее песни, как "Вдоль по Питерской", "Волга", "Очи черные", "Саратовские песни".

Радиоконцерты с участием российской эмигрантки проходили каждую неделю, о чем подробно сообщала русская эмигрантская газета "Новое русское слово".

Для женщин-эмигранток, тосковавших по потерянной родине, наиболее близкой оказалась песенная культура. Концерты Александра Вертинского собирали полные залы слушателей, главным Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть XX века. С. 312 - 313.

стр. образом, женщин. Любимой песней, которая неизменно вызывала слезы, был "Галлиполийский гимн", который исполняла известная еще до революции 1917 г. в России певица Надежда Плевицкая:

Занесло тебя снегом, Россия, Замело сумасшедшей пургой.

И холодные ветры степные Панихиды поют над тобой.

Известный композитор СВ. Рахманинов переложил для оркестра несколько песен, которые Н. В. Плевицкая исполняла на своих концертах.

Женщины-эмигрантки охотнее мужчин включались в культурную жизнь стран проживания. Известная русская пианистка Е. М. Покровская не только занималась преподавательской работой, обучая фортепьянной игре чешских и русских исполнителей, но и вела концертную деятельность - она дала пять сольных концертов в Пражской опере и Пражской филармонии.

Предпочтение в эмиграции отдавалось национальному искусству. Артистическая труппа Русской оперы начала свое существование в Соединенных Штатах Америки в 1920-е гг.

Артисты выступали на сценах театров Нью-Йорка, Чикаго и других крупных городов Америки. Большой популярностью в российской эмигрантской среде пользовались оперные артисты, выступавшие в "Metropolitan Opera". Это - Ершова, Карлаш, Казанская.

Одним из первых спектаклей, поставленных эмигрантской труппой в Америке, была опера "Царская невеста" Н. А Римского-Корсакова (май 1921 г). Как писала газета "Новое русское слово": "Спектакль оставил сильное впечатление. Оперная труппа наших соотечественников открыла шире свою сокровищницу и показала много драгоценных камней, хранящихся в ней"54.

Наиболее далеким от задачи сохранения "русскости" оказалось авангардное искусство.

Оно и до революции 1917 г. было максимально космополитичным. В конце 1920-х гг.

русский авангард за рубежом, породив несколько течений в декорации и моде, распадается на отдельные школы, в которых художники объединяются уже не столько по сходству форм и живописного языка, сколько по личным отношениям, землячествам и совместной работе.

Большой известностью в среде женской "просвещенной" эмиграции пользовалось творчество М. З. Шагала, который после смерти "легенды Монмартра" Модильяни стал лидером ведущего художественного экспериментаторского направления в Европе - так называемой "парижской школы". Приехав в Париж в 1923 г., он до конца своих дней остался верен русским мотивам в своем Новое русское слово. 1921. 11 мая.

стр. творчестве, но даже при сохранении этой тематики художественный язык М. Шагала был интернационален.

В большинстве же своем женщины из среды русской эмиграции проявляли заметный консерватизм в художественных вкусах. Инстинкт сохранения идентичности уводил их от экспериментаторских тенденций в искусстве кануна революции 1917 г. к более спокойному предшествующему периоду. В моду вошли передвижники, большой любовью в эмиграции пользовались русские пейзажи. Реалистическая школа живописи воспринималась русским зарубежьем как предмет национальной гордости и символ "русскости". Возник даже новый "псевдорусский стиль" в балетных и оперных постановках на русские сюжеты, который французы называли стилем "a la russe".

Задача сохранения художественного наследия России решалась в форме создания музеев и коллекций, которые в силу ряда различных материальных трудностей не были особенно представительными. Самым крупным художественным музеем эмиграции был Русский культурно-исторический музей, созданный в 1933 г. в Праге. Много сил на его создание положил В. Ф. Булгаков, последний секретарь Л. Н. Толстого. Обращаясь к своим единомышленникам за содействием в организации музея, он писал: "До сих пор никем систематически не регистрируются и не собираются культурные ценности, создаваемые зарубежными русскими... Надо сохранить хоть часть из созданного ими... Иначе все рассосется на чужбине"55.

Многие женщины-энтузиастки не уставали убеждать русских эмигрантов в необходимости обеспечить связь поколений путем создания музейных коллекций.

Аналогичный музей создавался также при Русском университете в Праге, и его ректор, профессор М. М. Новиков, стал верным единомышленником В. Ф. Булгакова. В инициативную группу вошли представители Земгора, общественные деятели, профессора Русского университета, журналисты и издатели.

По выработанному положению музей планировался как временное учреждение, коллекции которого в будущем предполагалось передать свободной России как часть ее "национального достояния". Он задумывался и как универсальный культурный русский центр, включающий в себя библиотеку, архив и выставочный зал. Предполагалась в музее и широкая просветительская работа с молодыми поколениями русской эмиграции.

Музею оказали серьезное организационное и материальное содействие графиня В. Д.

Панина, художник А. Н. Бенуа, философ Ф. А. Степун и др. Членами-корреспондентами музея были: дочь Русский культурно-исторический музей в Праге. М., 1993. С. 12.

стр. писателя Л. Н. Толстого - Т. Л. Толстая-Сухотина, известный библиофил Н. А. Рубакин, внук поэта А. С. Пушкина - Н. А. Пушкин, филологи А. Л. Беем и СВ. Завадский.

Практически все художники русского зарубежья бесплатно передавали свои картины в этот музей. Так, в нем появились работы А. Н. Бенуа, З. Е. Серебряковой, К. А. Коровина, И. Я. Билибина, М. В. Добужинского, Н. К. и С. Н. Рерихов и др.

Русский историко-культурный музей планировал не только хранить, но и активно знакомить зарубежных зрителей с достижениями эмиграции в области культуры.

Культурная миссия русских женщин в эмиграции не исчерпывалась только консервацией и хранением прошлых раритетов. Так, в Харбине работала культурно-просветительская миссия "Русского общества спортсменов", которая содержала библиотеку-читальню, драматическую студию, класс пластики и балета, русский оркестр и класс хорового пения.

Значительную работу по художественному воспитанию молодежи проводили женщины из "Национальной организации русских скаутов за границей" (г. Константинополь), а также "Русское студенческое христианское движение" (РСХД). В них работали дочери врача и общественного деятеля М. С. Зернова: Софья была секретарем РСХД в Югославии и Франции, а Мария (в замужестве Кульман) - руководителем содружества молодежи и юношества клуба РСХД в Париже.

Особого внимания заслуживает Союз ревнителей чистоты русского языка, возникший в Белграде. Именно в Белграде была открыта Русская публичная библиотека, в которую поступали некоторые советские газеты. Здесь же, в Югославии состоялся I съезд представителей Союзов русских писателей и журналистов за границей, который проходил с 24 по 30 сентября 1928 г., собравший значительное число литераторов56.

Таким образом, деятельность женщин русского зарубежья в вопросах сохранения национально-культурной идентичности в 1917- 1939 гг. следует признать успешной и достаточно плодотворной. В тоже время специфика эмигрантской жизни как общества закрытого типа, первоначально сложно адаптировавшегося к новым условиям, сделали российское зарубежье уникальным явлением. Выходцы из России сумели создать, по образному выражению П. Е. Ковалевского, "Россию вне границ". Пытаясь сохранить российские традиции и культуру, православное вероисповедание и русский язык, представители эмиграции "первой послереволюционной волны" ставили перед собой важную цель не только не по ГАРФ. Ф. 6366. Оп. 1. Д. 20. Л. 6.

стр. терять национальную самобытность, но и вырастить из своих детей высокообразованных специалистов для будущей России. Так, в отчете "Центрального Комитета по обеспечению высшего образования русского юношества за границей" 1932 г. это подчеркивалось как основная задача: "Всем нам очевидно, что во всех областях государственного и народного хозяйства Россия будет нуждаться, по освобождении от коммунистического ига, прежде всего в собственном хорошем материале для громадной предстоящей по ее восстановлению работы"57. И женщины русского зарубежья 1917 1939 гг., представлявшие в основном образованную часть российского общества интеллигенцию, внесли свой весомый вклад в эту благородную историческую миссию.

Женщины-эмигрантки активнее мужчин занимались благотворительностью, которая давала беженцам не только возможность материального существования, но и позволяла издавать газеты и журналы на русском языке, организовывать обучение детей в школах и высших учебных заведениях и др. Благотворительная деятельность также помогала организовывать культурную жизнь русской диаспоры. Свой заметный вклад в российско итальянское культурное взаимодействие внесла княгиня М. П. Демидова, более полувека прожившая в Италии, где активно занималась просветительской и благотворительной деятельностью.

Для многих женщин в эмиграции участие в жизни Русской православной церкви стало не только фактором национальной самоидентификации, но и единственным средством сохранения полноценной духовной жизни: "Многие вернулись в церковь. Принадлежа к интеллигенции, относясь ранее к религии с равнодушием... они вдруг обнаружили в церкви вечную красоту, открыли мистику, к которой русский народ всегда был расположен, и которую можно было и толковать, и принимать... так, как душе хочется, думается"58.

Так называемые "диаспоры катаклизма", возникшие в результате масштабных общественно-политических потрясений в России 1917 г., всегда были более компактны, внутренне едины и наиболее тесно духовно связаны с прошлой страной их проживания и ее идеальным образом. Очевидно, поэтому русская эмиграция 1917- 1939 гг. особо внимательно относилась к вопросу сохранения собственной национальной идентичности и культурной гомогенности для себя и своих детей и долгое время активно противостояла процессу ассимиляции.

Русская молодежь: Деятельность Центрального Комитета по обеспечению высшего образования русского юношества за границей 1922/1923 - 1931/1932 уч. гг. Париж, 1993. С. 1.

Политическая истории русской эмиграции. 1920 - 1940 гг.: Документы и материалы / Под ред. А. Ф. Киселева.

М., 1999. С. 65.

стр. Тем не менее в конце 1930-х гг. в связи с усилением военно-политического влияния СССР и крушением надежд на возвращение на Родину историческая миссия русской эмиграции по сохранению традиций национально-культурной идентичности прежней России постепенно уступает место другой задаче - приспособления к окружающей действительности, вхождения в мир западной культуры.

Список литературы 1. Литературная энциклопедия русского зарубежья (1918 - 1940). М., 2000.

2. Назаров М. В. Миссия русской эмиграции. М., 1994.

3. Пивовар Е. И. Российское зарубежье: социально-исторический феномен, роль и место в культурно-историческом наследии. М., 2008.

4. Пушкарева Н. Л. Пути формирования русской диаспоры // Этнографическое обозрение.

1992. N 6.

5. Раев М. И. Россия за рубежом. История культуры русской эмиграции, 1919 - 1939 гг.

М., 1994.

6. Русские без Отечества: очерки антибольшевистской эмиграции 20- 40-х годов. М., 2000.

7. Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть XX века. М., 1997.

стр. СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О РАЗРАБОТКЕ ПРОЕКТА Заглавие статьи ТРЕТЬЕЙ КОНСТИТУЦИИ СССР (1977 г.): ПО НОВЫМ АРХИВНЫМ МАТЕРИАЛАМ Автор(ы) С. А. Байбаков Вестник Московского университета. Серия 8. История, № 5, 2012, C.

Источник 128- Место издания Москва, Россия Объем 61.0 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О РАЗРАБОТКЕ ПРОЕКТА ТРЕТЬЕЙ КОНСТИТУЦИИ СССР (1977 г.): ПО НОВЫМ АРХИВНЫМ МАТЕРИАЛАМ Автор: С. А. Байбаков С. А. Байбаков (доктор ист. наук, профессор кафедры источниковедения исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова)* В статье на основе опубликованных и архивных источников, а также с учетом новейших исследований российских ученых прослеживаются этапы разработки проекта третьей Конституции СССР. Показано, что определение основных направлений пересмотра действующего Основного Закона шло не только в недрах партийного аппарата, но и в государственных структурах, прежде всего в аппарате Президиуме Верховного Совета СССР. Подведены итоги изучения разработки проекта Конституции при Хрущеве, включая такой слабоизученный вопрос, как введение поста Президента СССР. Автор рассматривает также эволюцию представлений о задачах конституционной реформы при Брежневе, колебавшуюся в диапазоне от внесения существенных изменений в действующую Конституцию СССР 1936 г. до возвращения к идее написания проекта новой Конституции.

Ключевые слова: третья Конституция СССР, разработка проекта Конституции СССР 1977г., конституционный проект 1964 г., проекты конституционной реформы 1969 - гг., Конституционная комиссия Верховного Совета.

On the basis of published and archival sources, as well as the latest research of Russian scientists the article traces the stages of drafting the third Constitution of the USSR. The author shows that identifying of key areas of the revision of the current Constitution was made not only in the bosom of the party apparatus, but also in government, especially in the Presidium of the Supreme Soviet of the USSR. The results of the study of the draft Constitution under Khrushchev are summarized including such poorly studied subject as the introduction of the post of President of the USSR. The author considers the evolution of ideas about the constitutional reform under Brezhnev, ranged from intentions to spend it by making significant changes to the current Constitution of the USSR up to returning to the idea of writing the new Constitution.

Key words: third Constitution of the USSR, the development of the draft Constitution of the USSR of 1977, the constitutional project in 1964, the drafts of constitutional reform in 1969 1972, the Constitutional Commission of the Supreme Council.

*** Когда на XXII съезде КПСС было принято решение о необходимости принятия новой Конституции СССР, советское руководство во главе с Н. С. Хрущевым считало, что его реализация не потребует * Байбаков Сергей Александрович, тел.: (495) 939 - 35 - 97;

e-mail: lbaibakova@yandex.ru стр. длительного времени. Выступая 15 июня 1962 г. на первом заседании возглавляемой им Конституционной комиссии, Хрущев заявил, что и без ненужной спешки еще до конца текущего года удастся завершить подготовку проекта, чтобы в будущем 1963 г.

представить его на обсуждение1. Тогда казалось, что для подобных оптимистических надежд есть серьезные основания. Только что принятая третья программа коммунистической партии заложила прочный идейно-теоретический фундамент будущего Основного Закона, а в период обсуждения ее проекта прозвучало немало конструктивных идей о путях реформирования конституционного строя СССР, поступили интересные предложения о содержании будущих конституционных норм. Однако вопреки радужным прогнозам процесс составления текста будущего Основного закона растянулся на 15 лет:

он был представлен на всенародное обсуждение только в июне 1977 г.

Ставшая ныне доступной для ученых часть архивных документов в совокупности с новыми публикациями источников позволяют получить более адекватное представление о ходе подготовки третьего Основного Закона СССР. Он теперь видится не как размеренный, рутинный процесс создания и непрерывного совершенствования текста будущей Конституции, а как сложная и противоречивая деятельность творческого и бюрократического характера разных коллективов и отдельных лиц, стремившихся синтезировать уникальный позитивный (отбросив негативный) опыт советского государственного строительства с достижениями конституционной мысли зарубежных социалистических и даже капиталистических стран. При этом составители руководствовались романтическими и утопическими программными установками, неизжитыми теоретическими и идеологическими догмами, с одной стороны, а с другой стремлением к трезвой реалистической оценке сложившейся в СССР ситуации и искренним желанием улучшить советскую политическую систему, чтобы полностью реализовать, как было принято в то время считать, имманентно присущий ей демократизм.

Ведь согласно директивным партийным документам, сфера его действия в годы строительства социализма была ограничена объективными внутренними и внешними условиями развития страны и допущенными при Сталине нарушениями ленинских норм и принципов функционирования партийных и государственных органов. Происшедшее в послевоенные годы коренное изменение расстановки сил на международной арене в пользу социалистических стран, полная и окончательная победа социализма в СССР и успешное преодоление Данилов А. А. "Утаенная Конституция Никиты Хрущева". Стенограммы заседаний Конституционной комиссии 1962 - 1964 гг. // Исторический архив. 1997. N 1. С. 46.

стр. негативных последствий "культа личности Сталина" создали благоприятную обстановку для более полного воплощения в жизнь демократической природы советского строя.

В ходе подготовки проекта рассматриваемого документа были периоды всплесков деятельности его творцов - в 1962 - 1964, 1968- 1972, 1973 - 1974 и в марте - мае 1977 гг.

Имели место и длительные перерывы в их работе - с осени 1964 до лета 1968 г., с апреля 1974 до 1977 г. Они неравномерно отражены в доступных на сегодняшний день источниках: лучше всего представлен первый из них, хуже - второй и совсем слабо третий и четвертый этапы.

Свою задачу автор предлагаемой статьи видит в том, чтобы проследить изменения в замысле конституционной реформы и попытках его реализации на отмеченных выше этапах. Главное внимание будет уделено первым двум из них, поскольку они лучше обеспечены источниками. Подготовка проекта Конституции в 1962 - 1964 гг.

неоднократно являлась объектом изучения историков и юристов, поэтому в данной работе предпринята также попытка краткого обобщения результатов их исследования2.

Составление проекта Основного Закона на последующих этапах, пока еще слабо изученного историографии, является итогом архивных изысканий автора этих строк.

К идее о необходимости принятия новой Конституции высшее руководство пришло не сразу. На XXI съезде КПСС (27 января - 5 февраля 1959 г.) Хрущев говорил о внесении изменений в действовавший Основной Закон, на XXII съезде (17 - 31 октября 1961 г.) в отчетном докладе ЦК КПСС прозвучал вывод о необходимости принятия новой Конституции3. Он основывался на новых теоретических положениях, определявших достигнутую в СССР стадию социализма и перспективы дальнейшего развития страны: о полной и окончательной победе социализма, вступлении страны в период развернутого (непосредственного) строительства коммунизма, исчерпании функций диктатуры пролетариата, общенародном характере советского государства, перерастании советской государственности в общественное самоуправление по мере продвижения к коммунизму4.

Более подробный анализ имеющейся по этому вопросу литературы содержится в статье автора. См.: Байбаков С.

А. Опыт междисциплинарного изучения разработки третьей Конституции СССР // Актуальные проблемы методологии отечественной истории: материалы конференции. М., 2010. С. 135 - 184.

Внеочередной XXI съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенограф. отчет. Т. 1. М., 1959. С. 102 103;

XXII съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенограф. отчет. М., 1962. С. 119.

См. подробнее: Байбаков С. А. О теоретических и идеологических основах проекта Конституции СССР 1963 1964 гг. // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 8. История. 2005. N 5. С. 3 - 23.

стр. Заявленные в третьей программе КПСС новации, за исключением, пожалуй, постулата об общенародном характере советского государства, начиная с конца 1980-х гг.

подвергаются обоснованной критике за утопичность в отношении конечной цели и за нереальные сроки ее претворения в жизнь5. Таким образом, идейно-теоретическая основа, положенная в основу разрабатывавшегося проекта Конституции, оказалась во многих отношениях уязвимой. Тем не менее, обоснование необходимости и основных направлений быстрого развития производительных сил на базе научно-технической революции, определение путей формирования всесторонне развитой личности, стремление к демократизации всех звеньев политической системы и, в особенности, к активизации деятельности массовых общественных организаций с целью обеспечения их реального влияния на внутреннюю и внешнюю политику СССР даже при сохранении однопартийного политического режима несли в себе большой позитивный потенциал.

Не менее важным аргументом в пользу принятия нового Основного Закона стало также осознание советским руководством и широкой общественностью потребности в создании дополнительных конституционных гарантий от рецидивов злоупотребления властью и защиты прав личности. Для реализации этих прогрессивных намерений требовались огромные и целенаправленные реформаторские усилия, их юридическую основу должен был заложить разрабатываемый документ.

Еще до образования конституционной комиссии в аппарате ЦК КПСС была проведена большая работа по подготовке предварительных материалов к проекту Конституции.

Краткие сведения о ней поначалу можно было найти только в мемуарах активных участников этих заседаний. Согласно воспоминаниям Ф. М. Бурлацкого, он вместе с работниками отдела пропаганды ЦК КПСС вошел в рабочую группу по подготовке проекта и возглавил ее. К участию в ней были также подключены ученые специалисты.

Этот коллектив, по словам Бурлацкого, подготовил и направил первому секретарю ЦК КПСС записку с принципиальными предложениями к проекту. Хрущев одобрил идею постоянно действующего Верховного Совета, но отверг предложения о введении поста президента. К сожалению, мемуарист не дал точной датировки описываемых им событий 6.

Более подробную информацию по этому вопросу сообщил в своих мемуарах Г. Л.

Смирнов. Он утверждал, что во второй половине декабря 1961 г. его, как сотрудника отдела пропаганды ЦК КПСС, пригласил на беседу секретарь ЦК КПСС Л. Ф. Ильичев, сообщив XX съезд и его исторические реальности. М., 1991. С. 215 - 232.

Бурлацкий Ф. М. Вожди и советники. О Хрущеве, Андропове и не только о них. М., 1990. С. 177.

стр. ший о принятом "наверху" решении приступить к разработке проекта новой Конституции.

Для этого, как вспоминал Смирнов, была создана рабочая группа под руководством академика П. Н. Федосеева, возглавлявшего в те годы Институт философии АН СССР.

Итогами ее деятельности должны были стать предварительный проект Конституции, вариант речи Хрущева о ней и записка с развернутой мотивировкой необходимости принятия новой Конституции.

Смирнов перечислил персонально членов рабочей группы, состоявшей в основном из видных юристов. По поводу участия Бурлацкого, автор мемуаров заметил, что он появился позже и привнес "новые либеральные идеи". О его руководящей деятельности не было сказано ни слова. В таком составе группа существовала до 1964 г. Смирнов дал обобщенную характеристику взглядов членов этого коллектива. Он отметил их широкий диапазон от резко радикальных до консервативных, но с преобладанием мнения о необходимости пересмотра конституционных принципов, утвердившихся при Сталине.

Мемуарист впервые изложил содержание "Памятной записки", которую он считал одним из главных достижений группы. При этом его внимание было сосредоточено прежде всего на включенных в этот документ наиболее прогрессивных конституционных новациях 7.

Знакомство с архивным экземпляром записки показало, что в целом Смирнову удалось воспроизвести наиболее важные из предусмотренных в этом документе положений. К их перечню следовало бы добавить еще два: о систематическом обновлении кадров государственных органов и тайном голосовании при выборах должностных лиц.

Кроме того, трудно согласиться со Смирновым в том, что центральная идея записки состояла в создании правовых гарантий от злоупотребления властью, рецидивов культа личности и нарушения законности. Она таковой не была, и именно поэтому перечень конкретных мер по ее реализации оказался весьма узок, с чем согласен и сам мемуарист.

Главная идея записки - в юридическом закреплении достижений, связанных с окончательной победой социализма в СССР и общенародным характером советского государства8.

Открытие доступа к архивным источникам позволило ученым подключиться к более глубокому освещению истории разработки Конституции, дополнить и уточнить информацию мемуаристов. Так, в монографии А. В. Пыжикова создание рабочей группы датировано январем 1962 г., а в качестве ее руководителя назван не П. Н. Федосеев, а Л.

Ф. Ильичев9. Проверка по архивным документам Смирнов Г. Л. Уроки минувшего. М., 1997. С. 96 - 97.

ГАРФ. Ф. 7523. Оп. 131. Д. 42. Л. 20.

Пыжиков А. В. Хрущевская "оттепель". М., 2002. С. 303.

стр. расхождений в сведениях, сообщаемых Смирновым и Пыжиковым, показала, что последний точно воспроизвел официальную (указанную в постановлении) дату создания рабочей группы, фамилию руководителя и ее численность, хотя и не указал персональный состав участников. Кроме того, выяснилось, что Смирнов из 22 членов группы не назвал секретаря ЦК КПСС Б. Н. Пономарева, главных редакторов газет "Известия" и "Правда" А. И. Аджубея и П. А. Сатюкова, а также ученого-правоведа Д. А. Гайдукова. В то же время упомянутый им юрист Б. М. Лазарев в списке группы не фигурировал, а Ф. М.

Бурлацкий с самого начала входил в ее состав, хотя возможно, и приступил к работе позже10.

Следующий шаг вперед в изучении рассматриваемой темы сделала юрист С. С.

Згоржельская. На основе архивных документов ей удалось установить, что вопрос о необходимости подготовки новой Конституции был обсужден и положительно решен президиумом ЦК КПСС уже к лету 1961 г., о чем на июньском (1961 г.) пленуме упомянул Н. С. Хрущев. В отличие от других исследователей время создания рабочей группы ЦК КПСС она отнесла не к январю 1962 г., а к осени 1961 г., не ссылаясь при этом на какие либо источники и ничем не мотивирую такую датировку. Гораздо подробнее, чем ее предшественники, Згоржельская рассмотрела содержание "Памятной записки", подготовленной рабочей группой ЦК КПСС к февралю 1962 г., а также последующие изменения в ее тексте. После ноябрьского (1962 г.) пленума ЦК КПСС текст "Записки" подвергся настолько значительной переработке, что в январе 1963 г. под прежним названием, как считает исследователь, появился фактически новый документ 11.

Автор диссертации утверждает, что 5 января 1962 г. на рассмотрение Хрущева был направлен черновой проект Конституции, представлявший перечень предложений и изменений к действовавшему Основному Закону Он был составлен под общей редакцией Л. И. Брежнева и сопровождался запиской Л. Ф. Ильичева. К настоящему времени этот документ полностью не сохранился12. Вряд ли можно полностью согласиться с таким утверждением Згоржельской. В неопубликованной "Справке о некоторых этапах работы по подготовке материалов к Конституции СССР, составленной сотрудниками аппарата Президиума Верховного Совета СССР, отмечается, что в январе - апреле 1962 г. рабочей группой под руководством Ильичева, помимо предложений о структуре проекта, был создан РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 484. Л. 1 - 2.

Згоржельская С. С. Концепция общенародного государства в проекте Конституции СССР 1964 г. Дисс.... канд.

юрид. наук. М., 2006. С. 71 - 88.

Там же. С. 120.

стр. первый рабочий вариант Основного Закона. Вплоть до лета 1963 г. он уточнялся и совершенствовался редакционной подкомиссией13.

Кроме того, в одном из проектов, подготовленном в 1964 г., имеется указатель тех вариантов проекта, на основе которых составлена формулировка каждой статьи. В нем не только часто упоминается проект 1962 г., но имеется ссылка на его сокращенную редакцию14.

Под влиянием успешного изучения деятельности рабочей группы во главе с Ильичевым в современной историографии сложилось представление о том, что подготовительная работа к написанию проекта Конституции была сосредоточена в аппарате ЦК КПСС.

Однако ставшие ныне доступными архивные документы их фонда президиума Верховного Совета СССР свидетельствуют о том, что в 1961 - 1962 гг. сотрудники его аппарата также подготовили обширный предварительный и справочный материал для составления как проекта Конституции в целом, так и в особенности для проработки вопросов государственного управления, деятельности Советов и общественных организаций.

С инициативой, по-видимому, предварительно устно согласованной с руководством, о начале выработки предложений к тексту новой конституции еще до принятия программы КПСС и создания Конституционной комиссии выступил заведующий юридическим отделом Президиума Верховного Совета Ф. И. Калинычев. В справке и наброске записки по этому вопросу, датированными 27 марта 1961 г., он, ссылаясь на решения XXI съезда КПСС (1959 г.) о внесении изменений и дополнений в действующую Конституцию, кратко обосновал необходимость конституционной реформы. При этом акцент им был сделан на серьезных переменах, происшедших в стране после XX съезда КПСС (1956 г.).

Справедливо полагая, что принятие предстоящим XXII съездом проекта программы потребует подготовки нового Основного Закона, он сформулировал основные направления, по которым следует пересмотреть содержание действующей Конституции.

Предложив развернуть эту деятельность незамедлительно, заведующий юридическим отделом выразил уверенность в том, что опыт, накопленный в течение двух лет после принятия решения об изменении Конституции, позволяет уже сейчас внести конкретные предложения. В их выработке должны были принять участие сотрудники ЦК КПСС, Президиумов Верховного Советов СССР и Верховных Советов союзных республик, представители общесоюзных государственных органов и общественных организаций.

Базовой структурой для координации ГАРФ. Ф. 7523. Оп. 131. Д. 42. Л. 31. Л. 205.

РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 465. Л. 14, 18, 19, 146 - 147.

стр. усилий составителей и консультантов, по мнению Калинычева, мог бы стать аппарат президиума15.

Очередная организационная мера была предложена 28 июля 1961 г. заместителем юридического отдела Л. И. Мандельштамом. По поручению начальника секретариата Президиума К. У. Черненко им был составлен проект персонального списка рабочих групп, каждой из которых поручалось бы составление подготовительных материалов по одному из крупных конституционных вопросов, охвативших не только Советы, государственное управление и общественные организации, но и все другие разделы будущего Основного Закона16.

Деятельность в этом направлении заметно активизировалась с осени 1961 г., особенно после состоявшегося 17 - 31 октября XXII съезда КПСС. Сотрудниками юридического отдела, отдела по вопросам работы Советов и некоторых других подразделений аппарата были подготовлены коллективные и персональные докладные записки, справки, аналитические обзоры, перечни вопросов и тем, требующие дополнительного изучения.

Они касались как содержания текста будущей Конституции, так и организационного обеспечения его разработки. Все эти материалы направлялись в секретариат, руководитель которого иногда вносил в них коррективы и определял круг лиц, которым они рассылались.

Архивные документы позволили конкретизировать процесс формирования конституционной комиссии. Ее состав по сложившемуся в то время порядку сначала был обсужден на заседании Президиума ЦК КПСС 23 апреля 1962 г. в общем комплексе организационных вопросов, связанных с подготовкой к первой сессии Верховного совета СССР шестого созыва. Затем в тот же день его рассмотрел пленум ЦК КПСС. Ставшие доступными архивные материалы к протоколу его заседания дают возможность проследить завершающий этап формирования состава комиссии. Первоначально она насчитывала 87 человек17. На самом пленуме выступавший с сообщением по этому вопросу Ф. Р. Козлов огласил список уже из 93 депутатов, оговорив возможность его дальнейшего расширения18. Сразу же после этого Хрущев предложил включить в состав комиссии президента ВАСХНИЛ М. А. Ольшанского и председателя Сибирского отделения АН СССР академика М. А. Лаврентьева. Итоговый список членов комиссии, также имеющийся в материалах пленума, состоял из 97 человек19. Он был дополнен еще двумя де ГАРФ. Ф. 7523. Оп. 131. Д. 4. Л. 1 - 8.

Там же. Л. 9.

РГАНИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 584. Л. 47 - 51.

Там же. Д. 583. Л. 14.

Там же. Д. 584. Л. 21 - 25.

стр. путатами - А. А. Епишевым, переходившим в то время с дипломатической работы на должность начальника Главного политического управления Советской Армии и Военно морского флота, и В. Н. Степанова - председателя совнархоза Свердловского экономического административного района.

Дальше персональный состав комиссии стал предметом обсуждения на заседании партийной группы Верховного совета и Совета старейшин20. И, наконец, в последний день работы сессии 25 апреля Верховный совет СССР, заслушав и обсудив доклад Н. С.

Хрущева "О выработке проекта новой Конституции", принял постановление по этому вопросу и утвердил состав конституционной комиссии из 97 человек во главе с первым секретарем ЦК КПСС, являвшимся одновременно председателем Совета министров СССР21.

В этой связи непонятно суждение С. С. Згоржельской о том, что при принятии решения о создании конституционной комиссии Хрущев настаивал на соблюдении юридической процедуры. После выказанного им на XXII съезде мнения о необходимости новой Конституции, решение о начале работы конституционной комиссии должен был принять Верховный совет22. Однако в записке секретарю ЦК КПСС Л. Ф. Ильичеву, на которую исследовательница ссылается, Хрущев всего лишь предложил перенести рассмотрение вопроса о создании комиссии на пленум ЦК КПСС, приуроченный к созыву сессии Верховного Совета. Это отнюдь не меняло традиционной очередности рассмотрения подобных вопросов в партийных и государственных инстанциях.

Одним из первых к изучению деятельности Конституционной комиссии в первой половине 60-х гг. обратился А. А. Данилов. Он не только написал интересные статьи, но и начал публиковать документы по рассматриваемой теме. В 1997 г. впервые увидели свет стенограммы двух заседаний Конституционной комиссии. Документы первого заседания были опубликованы полностью, а из материалов второго взята только речь на нем Хрущева23. Из этой публикации мы узнали о том, как мыслил глава партии организацию работы над проектом Конституции.

У читателя может возникнуть только один вопрос по содержанию стенограммы первого заседания комиссии. В одной из статей А. А. Данилов отмечал, что сразу после Хрущева слово взял секретарь ЦК КПСС Л. Ф. Ильичев, выступивший с краткой информа Там же. Л. 4,27.

Заседания Верховного Совета СССР шестого созыва (первая сессия) 23 - 25 апреля г. Стенограф. отчет. М., 1962. С. 130 - 132, 146 - 147, 166 - 167.

Згоржелъская С. С. Указ. соч. С. 121.

Данилов А. А. "Утаенная конституция" Никиты Хрущева // Исторический архив. 1997. N 1.

стр. цией о характере работы над проектом Конституции. Он, как пишет автор, "в основном осветил вопросы идеологической базы будущей Конституции, сославшись, в частности, и на зарубежный опыт подобной работы"24. Однако в опубликованной стенограмме, которую Данилов признал полной, эта часть выступления отсутствует. Кроме того, речь Хрущева при открытии и его заключительное слово на втором пленарном заседании комиссии ошибочно датирована 16 июня, а не 16 июля 1964 г. В мемуарах и научных исследованиях встречается мнение о том, что в 1963 г. был подготовлен один из первых вариантов целостного проекта Конституции. Как полагают их авторы, он существенно отличался от действовавшего Основного Закона 1936 г., как по структуре, так и по содержанию. В него был включен ряд прогрессивных положений, хотя имелись и недостатки, вытекавшие из провозглашенного в программе КПСС курса на непосредственное и ускоренное продвижение к коммунизму. Однако этот вариант текста не был сразу представлен на рассмотрение Конституционной комиссии, а еще год дорабатывался. По мнению ряда историков, внесенные в то время изменения только ухудшили первоначальный проект: он был дополнен декларативными нормами, отражавшими официальные идеологические штампы, а некоторые перспективные новации были из него исключены26.

Эта версия нуждается в дополнительном изучении и более серьезной аргументации. До сих пор точно не установлено, к какому времени проекты разделов, выработанные семью подкомиссиями, впервые были представлены в редакционную подкомиссию, тем самым, предоставив ей возможность для сведения их в единый проект. Имеющиеся ныне в распоряжении исследователей архивные документы свидетельствуют о том, что подкомиссии направили подготовленные ими варианты разделов Конституции в период с 3 апреля 1963 г. до 4 июня 1964 г.27 Первой завершила работу подкомиссия А. Н.

Косыгина, а последней прислала свои материалы подкомиссия Б. Н. Пономарева.

Поскольку шесть из них предоставили подготовленные разделы проекта только в первой половине 1964 г., возможность появления в 1963 г. целостного проекта, созданного по итогам их деятельности, можно поставить под сомнение.

Несколько иную хронологию рассматриваемых событий дал А. И. Лукьянов. По его сведениям, в июне 1962 - июне 1964 г. в подкомиссиях шла интенсивная работа над порученными ими Данилов А. А. Конституционный проект 1962 - 1964 гг. // Власть и общество в России. XX век. М.;

Тамбов, 1999.

С. 207.

Там же. С. 181.

Данилов А. А. Конституционный проект 1962 - 1964 гг. С. 212 - 213.

РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 467. Л. 10, 31, 79, ПО, 126, 132, 147.

стр. разделами проекта. Параллельно с июня 1963 по июль 1964 г. на основе поступивших из всех других подкомиссий материалов редакционная подкомиссия составила сводный проект новой Конституции. Затем 16 июля 1964 г. на заседании Конституционной комиссии Хрущев сформулировал основные установки о задачах, характере и содержании проекта. Далее были заслушаны сообщения руководителей подкомиссий, в которых содержались краткие характеристики подготовленных ими разделов, а также затрагивались спорные вопросы конституционного регулирования и предлагались возможные пути их решения28. После этого заседания редакционная подкомиссия в течение августа 1964 г. переработала проект Конституции, завершив в основном работу над ним29.

По-другому описал рассматриваемые события конца лета 1964 г. Г. Л. Смирнов. Он утверждал, что только в конце августа в редакционную подкомиссию поступили предложения других подкомиссий по доработке проекта Конституции. Их обобщение и подготовка соответствующих изменений в тексте проекта были официально поручены рабочей группе в составе главного редактора газеты "Правда" П. А. Сатюкова, главного редактора "Известий" А. И. Аджубея, главного редактора журнала "Коммунист" В. П.

Степанова, вице-президента АН СССР академика П. Н. Федосеева и др. Однако на приглашение Ильичева собраться и обсудить план дальнейших действий никто из членов подкомиссии не явился, что было грубейшим нарушением принятых в аппарате ЦК КПСС правил субординации30.

Сведения Лукьянова подтвердила и конкретизировала С. С. Згоржельская, которая установила, что в 1964 г. существовало два варианта проекта Основного Закона. Первый, названный ею "предварительным", был написан к лету 1964 г., а второй - "окончательный" - к осени31. В настоящее время точнее датировать оба эти проекта затруднительно: и на опубликованном, и на архивных экземплярах указан лишь год их появления. Однако на одном из экземпляров второго варианта проекта, хранящемся в ГАРФ, рукой сотрудника аппарата Президиума Верховного Совета В. И. Васильева вписана дата: "август сентябрь", что подтверждает версию Згоржельской32. Ясно одно - ко времени смещения Хрущева (14 октября 1964 г.) он был готов.

Данилов А. А. "Утаенная конституция" Никиты Хрущева. С. 48 - 51;

РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 441. Л. 10, 31, 79, ПО, 126, 132, 147.

Лукьянов А. И. Хронологический перечень мероприятий, связных с разработкой и принятием Конституции СССР 1977 г. // Конституция Российской Федерации // http://constitution.garant.ru/DOC_3001.htm Смирнов Г. Л. Указ. соч. С. 99.

Згоржельская С. С. Указ. соч. С. 135.

ГАРФ. Ф. 7523. Оп. 131. Д. 12. Л. 109.

стр. "Летний" (предварительный) проект был полностью опубликован А. В. Пыжиковым.

Однако автор монографии, в приложении которой он был помещен, не пояснил, почему им был выбран этот, а не "осенний" вариант проекта. Кроме того, в отличие от других документов, помещенных в этом разделе, проект Конституции не имеет архивной легенды, а в самом тексте публикации имеются небольшие археографические огрехи 33.

В настоящей статье не представляется возможным дать сравнительный анализ обоих вариантов проекта. Кратко они охарактеризованы в вышеуказанных работах А. А.

Данилова, А. В. Пыжикова, а более подробно в кандидатской диссертации С. С.

Згоржельской. Хотелось бы только обратить внимание на одно из нескольких достоинств ее диссертации: автору удалось прояснить вопрос о введении поста президента СССР, но при этом она допустила досадную оплошность. По ее словам, проект раздела о президенте был включен в качестве приложения к окончательному ("осеннему") варианту текста Конституции34. Однако при анализе его содержания Згоржельская ссылается на "предварительный" ("летний") вариант. К тому же следует уточнить, что этот раздел помещен в качестве приложения не к самому проекту, а к объяснительной записке, сопровождавшей этот вариант проекта. Однако ни в самом "осеннем" тексте, ни в объяснительной записке этого раздела уже нет, что свидетельствовало об окончательном отказе руководителей конституционной комиссии ввести этот пост. Напомним, что согласно статье 1 вышеуказанного документа президентом СССР, именуемым "главой государства", должен был стать председатель Президиума Верховного Народного Совета, что предполагало совмещение одним лицом двух постов. Согласно статье предусматривалось также введение должностей вице-президентов СССР, которыми должны были являться заместители председателя Президиума Верховного Народного Совета СССР. В их полномочия входило помогать президенту, "исполняя свои обязанности поочередно"35.

После освобождения Хрущева от занимаемых должностей Верховный Совет СССР на сессии, состоявшейся 11 декабря 1964 г., назначил председателем Конституционной комиссии Верховного Совета СССР первого секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева36. Работа над проектом была приостановлена, хотя косвенные свидетельства о намерениях руководителей партии и государства продолжить работу в том направлении имеются. Об этом говорит Пыжиков А. В. Указ. соч. С. 398 - 458;

РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 445. Л. 1 - 90.

Згоржельская С. С. Указ. соч. С. 142.

РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 445. Л. 167 - 169.

Правда. 1964. 12 декабря.

стр. направленная председателю президиума Верховного Совета СССР А. И. Микояну докладная записка о мерах по улучшению работы руководимого им высшего государственного органа от 6 февраля 1965 г., подписанная директором института государства и права АН СССР В. М. Чхиквадзе37. К ней были приложены "Предварительные предложения об изменениях и дополнениях текста Конституции СССР". Через несколько дней 10 февраля Чхиквадзе подписал еще одну докладную записку "О мерах по дальнейшему развитию и совершенствованию советской социалистической демократии", адресованную председателю Конституционной комиссии38.


Новому руководству предстояло скорректировать приоритеты во внутренней и внешней политике, определить свое отношение к идеологическим новациям эпохи Хрущева.

Знаковым событием общественной жизни советской страны стал 50-летний юбилей октябрьской революции, который и был использован властвующей верхушкой для введения в политический оборот положения о построении в СССР развитого социализма.

Впервые его включили в постановление ЦК КПСС "О подготовке к 50-летию Октябрьской революции" от 4 января 1967 г.39 Затем 3 ноября того же года в юбилейном докладе Брежнева была дана предельно лаконичная характеристика этой стадии социализма:

"Развитое социалистическое общество, построенное в нашей стране, - это общество, где господствует принцип: "От каждого - по способностям, каждому по труду"".

Социалистические производственные отношения обеспечивают планомерное, устойчивое развитие всего народного хозяйства на современном техническом уровне"40.

Предложения об организации дальнейшей работы по подготовке проекта новой Конституции были сформулированы в "Записке", направленной в Политбюро ЦК КПСС 12 июня 1968 г. председателем Президиума Верховного Совета СССР Н. В. Подгорным и секретарем ЦК КПСС, заведующим отделом организационно-партийной работы И. В.

Капитоновым. Оно было оперативно рассмотрено и утверждено Политбюро уже 20 июня того же года. В принятом по этому вопросу решении руководителем рабочей группы был назначен заместитель (с 1969 г. - исполняющий обязанности) заведующего отделом пропаганды ЦК КПСС А. Н. Яковлев. Тогда же были заменены председатели ряда подкомиссий и обновлен состав редакционной подкомиссии. Рабочей группе пору РГАНИ. Ф. 5. Оп. 30. Д. 469. Л. 23 - 37.

Там же. Л. 47 - 97.

КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК КПСС. Т. 9. М., 1972. С. 38 - 45, 47 - 97.

С. 200.

Брежнев Л. И. Ленинским курсом. Речи и статьи. Т. 2. М., 1970. С. 92.

стр. чили в месячный срок подготовить проект Конституции и объяснительную записку к нему41.

Их написание проходило в июне - сентябре 1968 г. в Волынском. В ходе работы был критически переосмыслен проект 1964 г. Очередной вариант Конституции СССР был подготовлен к сентябрю 1968 г. Он состоял из "Провозглашения" (преамбулы) и десяти разделов, объединявший 33 главы. Текст этого проекта и сопровождавшая его записка, озаглавленная "Некоторые вопросы, связанные с подготовкой проекта новой Конституции", были направлены Брежневу. Однако дальнейшего хода им не дали из-за отсутствия ясности и единства во взглядах высшего руководства в отношении этих материалов42.

К марту 1969 г. среди советских руководителей возобладало мнение о проведении конституционной реформы путем внесения ряда принципиальных изменений в действовавшую Конституцию, при этом речь не шла о принятии нового Основного Закона. Думается, что подобная позиция явилась следствием консервативного поворота в идеологии и политике, осуществлявшимся руководством КПСС и советского государства в конце 1960-х гг. Он был неизбежен и обусловливался, прежде всего, отказом от неоправданной левизны курса Хрущева на развернутое строительство коммунизма в течение ближайших двадцати лет. Необоснованность этого курса усматривалась в явно преждевременной ориентации на перерастание государственного управления в общественное самоуправление, обернувшееся на деле недооценкой роли государственных органов в ближайшей перспективе, поспешном свертывании мелкого и мелкотоварного производства в городе и деревне, подстегивании слияния двух форм социалистической собственности (в частности, путем преобразования колхозов в совхозы), стремлении к ограничению сферы действия товарно-денежных отношений, не предусмотренных в коммунистическим обществе. Волюнтаристские методы осуществления назревших прогрессивных реформ вели к дискредитации благих замыслов преобразований и подрывали авторитет осуществлявших их партийных и советских органов. Они также в принципе не могли не порождать негативного или скептического отношения к радикальным реформам.

От нового руководства партии требовалось не только продлить сроки воплощения провозглашенных целей, сделать их более реальными и менее амбициозными, но и выработать эффективные пути их достижения. Именно такую задачу преследовали кремлев ГАРФ. Ф. 7523. Оп. 131. Д. 31. Л. 206;

Выписка из протокола этого заседания Политбюро опубликована в:

Вознесенский Л. А. Истины ради... М., 2004. С. 262.

ГАРФ. Ф. 7525. Оп. 131. Д. 36. Л. 206 - 207.

стр. ские спичрайтеры и консультанты, вводившие в политический оборот понятие "развитой социализм", который, по их мнению, еще только предстояло построить. Когда же под нажимом партийных идеологов и высших функционеров его признали уже построенным, чтобы не встать вровень с другими социалистическими странами по степени зрелости социализма, акцент постепенно был перенесен на обоснование относительной длительности этой стадии социализма43.

Для лучшего понимания причин противоречивости и колебаний идеологического курса при преемниках Хрущева необходимо также принять во внимание, что при общем консервативном настрое разброс во взглядах каждого из них был довольно существенным.

В высшем эшелоне власти были как сторонники умеренных хозяйственных реформ на основе расширения рыночного стимулирования производства и некоторого ограничения планово-распределительного регулирования экономики, так и приверженцы ставки на административный ресурс (наведении порядка в управлении, укрепление производственной дисциплины и проч.), ныне часто именуемые "сталинистами". При таком многообразии оттенков мнений общий баланс сил зависел от позиции центра, к которому принадлежал и Брежнев со своими единомышленниками. Однако генеральный секретарь ЦК КПСС на этапе консолидации постхрущевского правящего режима во второй половине 1960-х гг. не всегда сразу занимал определенную позицию, медлил, колебался и в зависимости от складывающейся ситуации поддерживал то одну, то другую группировку правящей элиты, что приводило иногда к противоречивости установок, исходящих сверху. Ситуация начала меняться только с начала 1970-х гг., по мере утверждения доминирующей роли генерального секретаря в высшем руководстве страны44.

К 1969 г. достиг своего апогея консервативный вираж в идеологических и политических настроениях советских лидеров, находившихся под сильным впечатлением от негативных, по их мнению, последствий деятельности чехословацких реформаторов времен "пражской весны" 1968 г., резкого обострения советско-китайских отношений, приведших к вооруженным пограничным конфликтам. Учитывались также агрессивная политика США во Вьетнаме и арабо-израильская "шестидневная" война на Ближнем Востоке. В такой обстановке правоцентристская часть руководства готовилась использовать приближавшееся 90-летие со дня смерти И. В. Сталина Бутенко А. П. "Развитой социализм": замысел и конфуз // Наука и власть: воспоминания ученых-гуманитариев и обществоведов. М., 2001. С. 89 - 96.

Медушевский А. Н. Демократия и авторитаризм: российский конституционализм в сравнительной перспективе.

М., 1997. С. 546 - 549.

стр. (21 декабря 1969 г.) для закрепления и углубления консервативного поворота путем пересмотра оценки его роли в истории страны и коммунистической партии, прозвучавшей на XX и XXII съездах КПСС. Идеологическая и политическая атмосфера, сформировавшаяся наверху, не соответствовали курсу Хрущева на решительный разрыв с конституционными принципами сталинской эпохи.

Из мемуаров Г. Л. Смирнова и А. Е. Бовина, а также "Хронологического перечня" А. И.

Лукьянова нам известно, что в мае - июне 1969 г. рабочая группа под руководством Яковлева подготовила проект измененной Конституции СССР 1936 г. 19 июня он был рассмотрен Политбюро, которое решило воздержаться от принятия этого документа45.

В неопубликованной справке, подготовленной рабочей группой Верховного Совета СССР, эти события описаны подробнее и датированы немного иначе. В ней сказано, что задание по подготовке проекта изменений и дополнений к действовавшей Конституции рабочая группа Редакционной комиссии получила еще в марте 1969 г. Время ее работы отнесено к марту - маю 1969 г., а в качестве руководителя назван секретарь Президиума Верховного Совета СССР М. П. Георгадзе. За этот срок ею были подготовлены два варианта предложений, а также справка о спорных вопросах, требовавших дополнительного обсуждения. Эти материалы были направлены председателю Президиума Верховного Совета СССР Н. В. Подгорному, а также секретарям ЦК КПСС П. Н. Демичеву и И. В.

Капитонову, курировавшим деятельность рабочей группы. На совещании у Демичева июня 1969 г. членам группы было дано новое задание - подготовить проект доклада председателя Конституционной комиссии на сессии Верховного Совета СССР. В течение июня 1969 г. это задание было выполнено, причем одновременно с предполагавшимся докладом был разработан новый вариант предложений об изменениях Конституции, "более широкий", как отмечено в справке, чем предшествовавший46.

В ходе обмена мнениями по подготовленному проекту на заседании Политбюро 19 июня было решено не выносить его на ближайшую сессию и дополнительно обсудить в руководящих инстанциях. С этой целью рабочей группе был поручено подготовить Смирнов Г. Л. Указ. соч. С. 99;

Бовин А. Е. XX век как жизнь. Воспоминания. М., 2003. С. 346.

Характеристика этого варианта проекта см.: Байбаков С. А. Разработка проекта Конституции СССР в конце 1960-х - начале 1970-х гг. // Всеросс. науч. конф. молодых исследователей. "Шаг в будущее" с международным участием. М., 2006. С. 36 - 38;

Он же. Обновленная сталинская или новая брежневская Конституция СССР:

Разработка проектов Основного Закона в 1968 - 1972 гг. // На крутых поворотах истории. Мат-лы конф.


"Актуальные проблемы методологии отечественной истории". М., 2011. С. 36 - 49.

стр. записку о спорных вопросах, связанных с разработкой Конституции. Документ был написан с кратчайшие сроки и 30 июня 1969 г. направлен руководству47. После чего в деятельности рабочей группы наступил длительный перерыв.

В феврале - марте 1972 г. рабочей группой под руководством того же Яковлева был подготовлен еще один проект изменений и дополнений к действовавшей Конституции. В марте он был разослан членам Политбюро, от которых поступили замечания и предложения. Однако и этому варианту обновленной Конституции дальнейшего хода не было дано48.

Весной 1971 г. состоялся XXIV съезд КПСС, его документы и материалы заложили ряд исходных положений концепции развитого социализма, которую с этого времени начали создавать под руководством партийных идеологов ведущие советские обществоведы. В ходе дискуссии о типологических признаках развитого социализма постепенно утверждалось представление о его длительности и отличиях от социализма, "построенного в основном". Поскольку составители проектов Конституции, как свидетельствуют сопровождавшие их записки и другие подготовительные материалы, исходили из теоретической посылки о закреплении каждой стадии развития социализма в соответствующей ей конституции, логично было сделать вывод о необходимости принятия нового Основного Закона, в котором учитывались особенности развитого социализма.

Кроме того, в начале 1970-х гг. усилилась тенденция к разрядке международной напряженности, углублению конструктивного диалога СССР и других социалистических стран с Западом. Они создали не только благоприятный международный климат для проведения конституционной реформы, но и требовали в большей мере учитывать нормы международного права, в частности, обеспечение прав человека, зафиксированных во Всеобщей декларации прав человека 1948 г., Международных пактах о правах человека 1966 г. Под влиянием этих факторов советское руководство в конце 1972 г. вернулось к мнению о целесообразности разработки нового Основного Закона. В докладе Л. И.

Брежнева "О 50-летии СССР" (21 декабря 1972 г.) говорилось о принципиальных изменениях, происшедших в стране и на международной арене со времени принятия действовавшей Конституции и необходимости их отражения в новом Основном Законе.

Генеральный секретарь ЦК КПСС выразил надежду на завершение подготовки проекта в ближайшее время, сказав, что "соответствующее предложение о новом тексте Консти ГАРФ. Ф. 7525. Оп. 131. Д. 36. Л. 207.

Там же. Л. 208.

стр. туции мы рассчитываем еще до следующего съезда партии вынести на всенародное обсуждение"49.

Решение о продолжении работы над проектом новой Конституции было принято Политбюро ЦК КПСС 8 февраля 1973 г. Во главе рабочей группы вместо направленного на дипломатическую работу в Канаду А. Н. Яковлева был поставлен кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, секретарь ЦК КПСС Б. Н. Пономарев. Состав рабочей группы был утвержден секретариатом ЦК КПСС 21 марта 1973 г. В апреле - октябре того же года она подготовила предварительный проект новой Конституции СССР и записку "О некоторых предложениях по конституционным вопросам". Далее в октябре 1973 г. - апреле 1974 г.

этот проект неоднократно обсуждался и уточнялся50.

Завершить работу над ним к очередному XXV съезду КПСС, как задумывали в конце г., не удалось. Выступая на нем с отчетным докладом ЦК КПСС, Брежнев все же кратко коснулся вопроса о Конституции. Он сообщил, что "работа эта ведется тщательно, без спешки, с тем, чтобы по возможности взвесить каждую возникающую проблему и затем вынести проект на всенародное обсуждение"51. Докладчик остановился на главных характеристиках проекта, подчеркнув необходимость отражения в нем особенностей развитого социалистического общества и его политической организации, подробного изложения принципов руководства народным хозяйством и роли государства в духовной жизни общества.

После XXV съезда КПСС работа над проектом вступила в завершающую фазу. В один из дней подготовки материалов к XVI съезду профсоюзов, 11 марта 1977 г., Брежнев обратил внимание спичрайтеров на необходимость скорейшего завершения выработки проекта.

Присутствовавший на этой беседе Бовин так вкратце передал его установки: "Кончать надо тягомотину. Подготовить и опубликовать проект"52. После этого, по сведениям Лукьянова, рабочая группа 22 - 23 марта доработала и уточнила проект, подготовленный еще в 1973 г. На следующий день он вместе с объяснительной запиской был разослан членам и кандидатам в члены политбюро, а также секретарям ЦК КПСС53. Докладывая на заседании политбюро 4 апреля 1977 г. вопрос о подготовке проекта, Брежнев прежде всего подчеркнул политическую целесообразность принятия новой конституции к 60 летию Октябрьской революции. Ориентируясь на этот срок, он предложил примерный порядок и Брежнев Л. И. Указ. соч. Т. 4. М., 1974. С. 98.

Лукьянов А. И. Указ. соч.

Брежнев Л. И. Указ. соч. Т. 5. М., 1976. С. 547.

Бовин А. Е. Указ. соч. С. 346.

Лукьянов А. И. Указ. соч.

стр. сроки прохождения проекта через партийные и государственные инстанции. Пленум ЦК с докладом председателя Конституционной комиссии был запланирован на 11 - 12 мая.

Предложение Брежнева было одобрено, а секретариату ЦК поручили разработать план соответствующих организационных мероприятий54.

Он был подготовлен секретарями ЦК КПСС И. В. Капитоновым, М. В. Зимяниным и К. У.

Черненко, рассмотрен секретариатом ЦК 13 апреля и внесен в Политбюро. На том же заседании был также утвержден новый состав рабочей группы во главе с Б. Н.

Пономаревым. Политбюро 15 апреля одобрило перечень мероприятий и сроки их проведения, предложенный секретариатом, и утвердило в основном состав редакционной подкомиссии Конституционной комиссии. А уже 26 апреля оно рассмотрело представленный рабочей группой предварительный проект и после обмена мнениями предложило доработать его с учетом поступивших замечаний55. На этом же заседании было решено пополнить состав Конституционной комиссии, что было реализовано указом Президиума Верховного Совета СССР 29 апреля 1977 г. Первое заседание вновь образованной рабочей группы состоялось 3 мая 1977 г. На нем, по свидетельству Лукьянова, были обобщены и обсуждены замечания, полученные после заседаний Политбюро общим объемом в 60 страниц машинописного текста. В течение 4 13 мая этой группой с участием Б. Н. Пономарева был подготовлен новый вариант проекта, значительно отличавшийся от предыдущего57.

В мемуарах Бовина можно почерпнуть дополнительную информацию о разработке проекта весной 1977 г. Правда, в отличие от Лукьянова, в ней отсутствовала четкая датировка событий. Он персонифицировал, хотя и не полностью, состав новой рабочей группы, выделив "руководящую четверку" (Пономарев, Капитонов, Зимянин и Черненко), "вкалывающую тройку" (А. И. Лукьянов, В. К. Собакин, А. Е. Бовин) и "юридическую двойку" (В. Н. Кудрявцев и И. С. Самощенко). Мемуарист пояснил, что были и другие лица, но ему с ними не пришлось сталкиваться. Правда, по ходу изложения событий упоминаются еще Б. М. Лазарев и Г. Х. Шахназаров58.

Автор немного приоткрыл завесу тайны над механизмом выработки и согласования текста проекта. По его словам, "коллективных РГАНИ. Ф. 89. Перечень 42. Док. 70. Л. 2.

Лукьянов А. И. Указ. соч.

Ведомости Верховного Совета СССР. 1977. N 18. Ст. 274.

Лукьянов А. И. Указ. соч.;

Байбаков С. С. Разработка проекта третьей Конституции СССР и его обсуждение на майском (1977 г.) пленуме ЦК КПСС // Актуальные проблемы методологии отечественной истории: Мат-лы конф.

М., 2012. С. 4 - 35.

Бовин А. Е. Указ. соч. С. 347 - 349.

стр. дискуссий с сопоставлением мнений и аргументов" как таковых не было, скорее всего, из за боязни открытых разногласий. Члены Политбюро (а Бовин в дополнении к сведениям Лукьянова упомянул еще один адресат рассылки проекта - Президиум Верховного Совета СССР), оставляли замечания на своих экземплярах и возвращали их в рабочую группу.

Всего, по его сообщениям, из этих структур было получено около тысячи замечаний, которые в основном не расширяли демократических норм. Так, на этом "чиновничьем", по определению Бовина, этапе из проекта изъяли статью о свободном выборе места жительства59. Кроме того, были сняты статьи, дававшие право определять национальную принадлежность, возможность во время предвыборных кампаний агитировать "за" и "против". Любопытны также наблюдения мемуариста за линией поведения руководителя рабочей группы Пономарева в острых ситуациях. Он рекомендовал не вступать в конфликт с высокими инстанциями, но авторы проекта порой не прислушивались к его советам и направляли наверх "излишне демократические варианты". Правда, он не пояснил, о чем в данном случае конкретно идет речь, а лишь описал реакцию Пономарева на такое непослушание: "Нет больше никаких сил. Это что, Собакин и Бовин определяют политику?" Весьма примечательный эпизод, помогающий составить представление о путях преодоления разногласий и выработке окончательных формулировок наиболее важных статей, содержится в мемуарах В. И. Теребилова, занимавшего в те годы должность министра юстиции. Он пишет о том, что в ходе предварительного обсуждения проекта не удалось достичь единого мнения о формулировке ст. 6, закреплявшей руководящую роль КПСС. Этот вопрос в "сыром" виде был передан в секретариат Конституционной комиссии, в состав которой и входил Теребилов, а возглавлял его Пономарев. Возможно, автор имел в виду редакционную подкомиссию. В работе этого органа участвовали также Капитонов и Черненко, заведовавший общим отделом ЦК КПСС. Последнего, по словам мемуариста, воспринимали в качестве доверенного лица Брежнева. Но и здесь сформировать единого мнения не удалось. Тогда Пономарев спросил у Черненко: "Что будем делать?" Тот взял у Пономарева подготовленные тексты и, сказав, "надо посоветоваться", Утверждение А. Е. Бовина о снятии из проекта на этом этапе ст. 55, гарантирующей свободу передвижения и выбор места жительства, не подтверждается архивными источниками. В экземпляре проекта Конституции, засматривавшемся майским пленумом ЦК КПСС, она еще присутствовала (РГАНИ. Ф. 2. Оп. 3. Д. 419. Л. об.).

Бовин А. Е. Указ. соч. С. 351.

стр. забрал их с собой. Теребилов не знает, с кем "советовался" Черненко, но окончательный вариант статьи был объявлен Брежневым на заседании Конституционной комиссии и дискуссии не вызвал61.

Подготовленный к 13 мая вариант проекта был рассмотрен Политбюро 19 мая. Оценивая его, Брежнев констатировал, что большая часть существенных замечаний и поправок, поступивших ранее от членов и кандидатов в члены Политбюро, секретарей ЦК КПСС, учтена. Текст стал более четким, в нем были отредактированы преамбула и отдельные статьи. С его точки зрения, проект можно рекомендовать к обсуждению на пленуме ЦК.

А. Н. Косыгин, поддержав положительное мнение о проекте в целом, предложил внести в него две поправки. Первая из них касалась ст. 128, в которой предусматривалось рассмотрение текущих вопросов государственного управления Президиумом Совета министров СССР. Напомнив, что в правительстве насчитывается 160 человек, Косыгин пояснил, что все вопросы, а не только текущие дела, рассматриваются Президиумом Совета министров. Он предложил учесть сложившуюся практику, убрав слово "текущие" из текста статьи. Эта поправка была принята.

Второе критическое замечание касалось подчиненности Госарбитража, который, как понял Косыгин из проекта, должен был перейти из подотчетности Совмину в подчинение Президиума Верховного Совета СССР. Н. В. Подгорный, М. А. Суслов, К. Т. Мазуров и Б.

Н. Пономарев разъяснили Косыгину, что он не совсем точно понял предложенную конституционную новацию. Она предусматривала, что главный арбитр, как и другие министры, утверждаются Президиумом Верховного Совета, но в своей работе он, как и возглавляемый им государственный орган, подотчетен Совету министров.

На этом заседании против ст. 55. о свободе перемещения и выбора места жительства выступил Подгорный, считавший, что при проведении этого принципа в жизнь возникнет много трудностей. В качестве аргумента он сослался на уже существующие серьезные проблемы с возвращением крымских татар и немцев Поволжья на прежнее место их пребывания, которые особенно обострились после принятых Президиумом Верховного Совета указов, предусматривавших такое право за этими депортированными народами.

Брежнев поддержал предложение Подгорного62. Однако, как уже указывалось, в экземпляре проекта, разосланном 16 мая членам Конституционной комиссии и участникам майского пленума ЦК КПСС, эта статья была сохранена.

Теребилов В. И. Записки юриста. М., 1993. С. 73.

Брежнев Леонид Ильич. 1964 - 1982 // Вестник Архива Президента Российской Федерации. Специальное издание. М., 2006. С. 183 - 184.

стр. На этом разработка проекта Основного Закона в целом была завершена. После этого он был представлен на обсуждение в высшие партийные и государственные инстанции, а июня 1977 г. - на всенародное обсуждение.

Список литературы 1. Байбаков С. А. О теоретических и идеологических основах проекта Конституции СССР 1963 - 1964 гг. // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 8. История. 2005. N 5.

2. Байбаков С. А. Опыт междисциплинарного изучения разработки третьей Конституции СССР // Актуальные проблемы методологии отечественной истории: материалы конференции. М., 2010.

3. Байбаков С. А. Обновленная сталинская или новая брежневская Конституция СССР:

разработка проектов Основного Закона в 1968 - 1972 гг. // На крутых поворотах истории:

Мат-лы конф. "Актуальные проблемы методологии отечественной истории". М., 2011.

4. Байбаков С. А. Разработка проекта третьей Конституции СССР и его обсуждение на майском (1977 г.) пленуме ЦК КПСС // Актуальные проблемы методологии отечественной истории: мат-лы конф. М., 2012.

5. Бутенко А. П. "Развитой социализм": замысел и конфуз // Наука и власть: воспоминания ученых-гуманитариев и обществоведов. М., 6. Данилов А. А. "Утаенная Конституция Никиты Хрущева". Стенограммы заседаний Конституционной комиссии 1962 - 1964 гг. // Исторический архив. 1977. N 1.

7. Данилов А. А. Конституционный проект 1962 - 1964 гг. // Власть и общество в России.

XX век. М.;

Тамбов, 1999.

8. Лукьянов А. И. Хронологический перечень мероприятий, связных с разработкой и принятием Конституции СССР 1977 г. // Конституция Российской Федерации // http://constitution.garant.ru/DOC_3001.htm 9. Медушевский А. Н. Демократия и авторитаризм: российский конституционализм в сравнительной перспективе. М., 1997.

10. Смирнов Т. П. Уроки минувшего. М., 1997.

11. Теребилов В. И. Записки юриста. М., 1993.

стр. ЭЛЕКТРОННЫЕ КОПИИ ДОКУМЕНТОВ АРХИВНОГО ФОНДА РФ:

Заглавие статьи ИСТОЧНИКОВЕДЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ Автор(ы) Ю. Ю. Юмашева Вестник Московского университета. Серия 8. История, № 5, 2012, C.

Источник 150- Место издания Москва, Россия Объем 77.3 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи ЭЛЕКТРОННЫЕ КОПИИ ДОКУМЕНТОВ АРХИВНОГО ФОНДА РФ:

ИСТОЧНИКОВЕДЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ Автор: Ю. Ю. Юмашева Ю. Ю. Юмашева (кандидат ист. наук, сотрудник Археографической лаборатории исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова)* Статья посвящена вопросам представления документов Архивного фонда Российской Федерации - исторических источников - в электронной среде. Дается обзор международного опыта электронной публикации архивных материалов, а также впервые в отечественной историографии на примере наиболее крупных отечественных проектов, представляющих электронные копии архивных документов, проводится источниковедческий и археографический анализ публикуемых электронных копий, их описаний;

выявляются типичные проблемы и намечаются пути их решения. Статья затрагивает вопросы источниковедения, архивоведения, музееведения, библиографии и информационных технологий.

Ключевые слова: документы Архивного фонда, исторические источники, источниковедение, электронные копии, оцифровка.

The article analyses the submission of documents of the Archive Fund of the Russian Federation - the historical sources - in the electronic environment. A survey of the international experience of electronic publication of archival materials is given, and for the first time in the national historiography by the example of the largest domestic projects of electronic copies of archive documents is conducted an analysis of published archeografic electronic copies, of their descriptions. The author identifies common problems and outlines their solutions. The article deals with the issues of sources, archival, museum studies, bibliography, and information technology.

Key words: Archive Fund documents, historical sources, source studies, electronic copies, digitization.

*** Бурное развитие и внедрение информационных технологий во все стороны деятельности человечества, начавшееся во второй половине XX в., в настоящий момент достигло очередной критической точки. В цифровой формат переводится максимально широкий круг традиционных источников информации (книг, архивных документов, фото-, фоно-, видео-, киноматериалов, а также других объектов историко-культурного наследия), а оригиналы изымаются из непосредственного обращения. Достаточно назвать цифры объемов перевода документов Архивного фонда России, зафиксированные в государственной программе "Информационное обще * Юмашева Юлия Юрьевна, тел.: (495) 697 - 37 - 47;

e-mail: juliayu@yandex.ru стр. ство 2011 - 2020 гг."1, а это не менее 50% от общего числа единиц хранения к 2020 г., или общественное движение по сбору подписей под петицией президенту США с призывом приступить к концентрации национальных усилий для оцифровки всей общественно значимой информации2.

К сожалению, при этом и пользователи, ратующие за самый широкий доступ к объектам культурного наследия в виде электронных копий, и фондодержатели, активно поддерживающие проекты оцифровки, упускают из вида существенный аспект, а именно утрату копией части информации, присущей оригиналу исторического источника3. Для копий на микроносителях - это утрата цвета и физической сущности подлинника, для элек Распоряжение Правительства Российской Федерации от 20 октября 2010 г. N 1815-р "О государственной программе Российской Федерации "Информационное общество (2011 - 2020 годы)"" // "Российская газета". 2010.

16 ноября.

We the People // https://wwws.wliitehouse.gov/petitions/!/petition/start-national-effort-digitize-all-publ ic-government info/15vthgV В петиции администрации президента США предлагается создать группу или Федеральную комиссию по сканированию, которая в течение одного года должна ответить на шесть вопросов (в кратком изложении они выглядят следующим образом):

1. Каковы объемы историко-культурного наследия народа США? Каковы объемы общественно значимой информации администрации и всех национальных институциональных образований? Каково количество всех документов, изображений, видео и др. объектов?

2. Сколько времени потребуется, чтобы оцифровать все эти материалы?

3. Сколько это будет стоить с учетом современных технологий? Есть ли соответствующие исследования на данную тему, и будет ли экономия от масштабности, которая минимизирует расходы на оцифровку?

4. Какова стратегия для цифрового хранения всех этих материалов? Можно ли избежать цифрового устаревания?

5. Что должно войти в стратегию для выявления ограничений на использование материалов? Как определить и защитить информацию, охраняемую законом, содержащую персональные данные или секретные материалы?

6. Каковы экономические и неэкономические выгоды от усилий масштабной оцифровки?



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.