авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 ||

«Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» Доктор Нонна Завидные женихи (сборник) ...»

-- [ Страница 7 ] --

Глава Первый триместр беременности остался позади, и молодость и сила духа стали брать свое – Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» Лика начала оживать. В тот день она впервые пошла в бассейн. Изумрудная вода ласкала тело, мысли отходили в сторону, давая возможность просто наслаждаться моментом покоя и умиротворенности. На мгновение Лика почувствовала себя снова той маленькой девочкой, которая так любила просыпаться по выходным рядом с мамой, а потом лакомиться ее яблочным пирогом. Девушка вернулась в свое счастливое детство и пребывала там, пока не услышала какие-то голоса. Она вышла из воды, завернулась в полотенце и осторожно пошла на звуки.

Дверь в массажную комнату была открыта, и Лика увидела, как Александр яростно занимается сексом с какой-то незнакомой девушкой. Сначала она оцепенела от увиденного, а потом развернулась и пошла в свою комнату. К ужину в тот вечер Лика не спустилась.

«В жизни больше не пойду в этот бассейн, – думала Лика, сидя в кресле и листая журналы. – Какое это унижение – видеть, как мужчина, который бессилен с тобой, так сексуально активен с другой. Неужели я настолько несексуальна, что не вызываю никакого интереса?» Однако любопытство, а может, ревность или какое-то другое чувство через несколько дней заставило Лику снова спуститься к бассейну. На этот раз девушка вовсе не собиралась купаться, она даже купальник с собой не брала. Лика искала Александра, хотела снова увидеть ту животную страсть, на которую способен этот мужчина. И она ее увидела:

Александр грубо входил в стройную девушку с короткой стрижкой, на его лице вожделение было смешано с яростью, его стоны иногда походили на рык раненого льва. Лика смотрела округлившимися глазами на происходящее и прижимала руки к груди. Ей было больно… Лика снова погружалась в депрессию, она чувствовала себя одинокой, никому не нужной, лишней на этом свете. Ее не радовали ни дети, которых она вынашивала, ни безбедная жизнь, ни покупки… «Зачем я ему? – думала про себя девушка. – Он может спать с любой девицей, кроме меня. Он имеет у меня на глазах каких-то шлюх, а я вынашиваю его отпрысков! Я что, инкубатор, что ли?»

Надежда Дмитриевна сочувствовала маленькой героической женщине и искренне хотела ей хоть чем-нибудь помочь, но что она могла сделать?

– Может, отправить Лику куда-нибудь за границу? – сделала очередную попытку «оживить» девочку Надежда Дмитриевна. – В Лондон, в Прагу?

– Хорошая идея, мама. Я спрошу у Лики, – спокойно ответил Александр. Он выглядел в этот день довольным.

– Спросишь у Лики? – удивилась мать. – Ей же все безразлично!

– Не все, – с ухмылкой сказал Александр. – Я видел, как она смотрела на меня, когда я трахал проститутку возле бассейна.

– Ты с ума сошел, сын?! – Впервые за долгие годы Надежда Дмитриевна повысила голос на Александра. – Ты не видишь, что ей плохо?! Зачем ты над ней издеваешься?

– У меня есть причины, мама, – жестко ответил сын. – Она мне заплатит за всю боль, что мне причинила.

И Александр отправился в спальню к Лике.

Глава – Давай поговорим, – спокойно произнес Макаров. Пока он поднимался на второй этаж, он успел о многом подумать. – Я знаю, что ты видела меня там, возле бассейна. И судя по твоей реакции, тебе больно. А теперь представь, что испытал я, когда моя невеста на моих глазах занимается любовью – заметь, не сексом, а любовью – со своим отчимом, с человеком, который обязан мне почти всем, что он имел в своей жизни. Представила? А теперь представь, что в отличие от тебя, развернувшейся и вышедшей из комнаты, я не мог пошевелить даже пальцем. Я просто смотрел на то, как любовь всей моей жизни, полгода назад сказавшая мне «да», становится женщиной с другим мужчиной, а сердце выскакивало из груди. Представила? А теперь представь, что в отличие от тебя, которая имела возможность удовлетворить свое любопытство (назовем это так) и спуститься к бассейну второй раз, я этой возможности не имел.

Я просто лежал один в твоей комнате и представлял, как ты в этот момент отдаешься другому мужчине. Наверное, именно благодаря вам с Романом я встал, потому что лежать в соседней комнате и слышать ваши стоны было выше моих сил. Тебе сейчас больно, но я именно этого и добивался – я хотел, чтобы ты хоть отдаленно поняла, каково было мне в те полгода, когда я Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» потерял свободу, здоровье и любовь. Но знаешь, я передумал – я больше не хочу причинять тебе боль. Мне кажется, что нам сейчас будет лучше не видеться несколько месяцев. За это время мы оба придем в себя, обдумаем наши чувства и снова поговорим.

Лика изумленно молчала. Тогда Александр продолжил:

– Я предлагаю тебе отправиться в Прагу, где у меня есть дом, и пожить несколько месяцев там. Скорее всего, моя мама решит поехать с тобой. Я останусь здесь. Когда мы оба придем в себя, ты вернешься. Ты согласна?

Девушка продолжала хранить молчание, но в глазах появились слезы. Тогда Александр присел рядом с ней на корточки, взял ее холодные маленькие ладошки в свои большие горячие руки и произнес:

– Лика, я очень люблю тебя. Очень-очень сильно. Я хочу, чтобы ты это знала.

Потом он нежно поцеловал худенькие пальчики и вышел, а Лика легла на кровать и расплакалась. Она плакала об Александре, который страдал от измены своей невесты, о себе, которая влюбилась в отчима и разделила с ним жизнь, о Ромочке, который так рано ушел из жизни, потому что не вынес гнета их преступной любви, о ее детях, которые остались без отца и матери. Она плакала и чувствовала, как камень прошлого уходит из ее души. Она знала, что Александр простил ее, а значит, и этот грех она смыла со своих рук.

Через месяц Лика, Надежда Дмитриевна и Александр летели в Прагу.

– Я полечу с Ликой, – твердо сказала пожилая женщина, когда решался вопрос о поездке. – Ей может понадобиться помощь, да и вообще, ей будет одиноко в чужой стране.

Лика благодарно улыбнулась: «Спасибо вам, Надежда Дмитриевна».

– Хорошо, мама, я не против, – спокойно ответил сын. Сейчас, когда они с Ликой поговорили, мир снова стал обретать краски. Обиды, боль, ненависть, страх – все ушло, оставив только надежду на счастливое будущее. – Я полечу с вами, но останусь только на три дня:

покажу достопримечательности, познакомлю с местным бытом, чтобы потом не возникло трудностей, прогуляемся по магазинам и походим по ресторанам. Потом ты будешь делать это все без меня.

Лика улыбнулась этой трогательной заботе сурового мужчины. «Что ж, Прага так Прага, – подумала девушка, поглаживая живот. – Будем приучать малышей к чешской кухне».

Александр не обманул: все три дня, что он провел в Праге, он посвятил Лике и матери. Они гуляли по Карлову мосту, который напомнил девушке Старый Арбат, любовались волнами Влтавы, бродили по старинным замкам города, а по вечерам наслаждались великолепной чешской кухней в маленьких милых ресторанчиках, где подавали местное пиво, известное на весь мир. Даже беременная Лика делала несколько глотков этого вкуснейшего напитка из большой кружки Александра и зажмуривалась от удовольствия.

Напоследок Александр отвез своих женщин в Карловы Вары, где и Лика, и Надежда Дмитриевна припадали к витринам ювелирных лавок, которых там великое множество, и перебирали великолепные украшения с гранатом, которым славится Чехия. Наконец Лика, по настоянию Александра, выбрала себе гранатовый браслет тончайшей ручной работы, а Надежда Дмитриевна получила от сына в подарок очень красивый гарнитур – серьги, перстень и кулон на толстой серебряной цепочке. Теперь можно было идти обедать – естественно, в кафе «Элефант»

– то самое кафе, где у Штирлица была короткая встреча со своей женой.

Макаров смотрел на Лику и удивлялся ее красоте – девушка заметно округлилась, но от этого стала еще красивее. Все мужчины смотрели на его спутницу, которая в данный момент осторожно ела пирожное и что-то увлекательно рассказывала его матери. Александр был очень доволен.

На следующий день Макаров улетел в Москву, а женщины остались в этом чудесном европейском городке.

Глава Через два месяца Лика с Надеждой Дмитриевной летели в Москву. Еще в аэропорту у девушки разболелся живот, однако она решила не придавать этому значения. «Просто Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» повышенный тонус матки», – подумала Лика, но все оказалось намного серьезнее. Во время полета у Лики начались преждевременные роды, и она кричала от боли и страха на высоте более 1000 километров. Пилоты не знали, что делать с этой пассажиркой, поэтому связались с землей.

«Летите штатно. В Москве прямо возле трапа ее будет ждать «Скорая помощь», – пришел ответ, и самолет продолжил путь к столице России.

Служба аэропорта не обманула – возле трапа уже ждали врачи с носилками, готовые везти женщину в ближайшую больницу. Все сработали оперативно: и трап подали в течение нескольких минут, и Лику, корчившуюся от боли, быстро и легко перенесли в машину, и паспортный контроль Надежда Дмитриевна вместе с больной прошли прямо там, на посадочной полосе, чтобы не терять время, но девушке становилось все хуже и хуже. Через несколько минут она потеряла сознание… Лика открыла глаза. Поникший, осунувшийся Александр сидел рядом с ней и гладил ее по рыжим волосам:

– Ничего, любимая, у нас еще будут дети… – Что? – с трудом проговорила Лика.

– Ты очнулась! Милая! – обрадовался Александр и начал судорожно целовать тонкую ручку, из которой торчала игла капельницы. – Я позову доктора!

– Что со мной?

– Ты в больнице, – начал мужчина, отводя глаза в сторону.

– Что с детьми?

– Их не удалось спасти. Мне пришлось выбирать между ними и тобой, и я выбрал тебя.

Лика обреченно закрыла глаза… Врачи, которые вошли через несколько минут в палату по зову мужчины, осмотрели женщину и сделали свое заключение:

– Слишком большая кровопотеря. Угроза жизни еще не миновала.

– Я прошу, спасите ее! – снова начал Александр. Эти слова он произносил за прошедшие двое суток уже тысячи раз и тысячи раз слышал ответ: «Мы делаем все, что в наших силах».

Под вечер Лика снова открыла глаза. Александр так и сидел рядом с ней.

– Я умираю, – прошептала девушка. – Свяжись с Джорджем. Я должна попрощаться с детьми. Адрес электронной почты в ноутбуке, который мне приносила Надежда Дмитриевна.

На такое длинное сообщение ушли все силы молодой женщины, и она снова погрузилась в беспамятство. Александр вышел в коридор, чтобы позвонить матери – та должна связаться с Джорджем и уговорить привезти детей.

Глава Джордж прилетел через три дня. Сначала он встретился с Александром, который вкратце описал положение дел, а потом зашел в палату. Дети остались в гостинице с его невестой Сарой – мужчина не хотел рисковать их психическим состоянием. Лика лежала на постели, опутанная трубочками, окруженная капельницами и мониторами. «Совсем ничего не осталось от той яркой Лики, которую я когда-то полюбил, – грустно подумал американец. – Даже волосы потускнели и больше не сияют золотом при свете дня». Он присел рядом с больной и участливо погладил ее руку, Лика открыла глаза.

– Приведи детей. Я должна на них посмотреть, – с трудом проговорила Лика.

Джордж растерялся. Ему было страшно вести сюда Леона и Рину – слишком долго они привыкали жить без нее, слишком горько они плакали, когда их мама исчезла, слишком хрупко сейчас их спокойствие. Но с другой стороны, если Лика умирает и это ее последнее желание, то он не может не выполнить его. Мужчина встал и пошел искать врача, желательно англоговорящего.

Джордж нашел профессора в ординаторской – тот разговаривал с Александром и Надеждой Дмитриевной. «Каковы прогнозы у Лики, доктор?» – спросил Джордж по-английски, и профессор, уверенно объясняясь на языке Шекспира, начал рассказывать о подробностях операции, результатах анализов, особенности лечения. «Что с ней будет?» – повторил свой Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» вопрос американец. Его не устроил расплывчатый ответ этого светилы медицины.

– Она умирает, – сухо начал профессор. – Я не знаю, что вам еще сказать. Мне жаль. Ее анализы неплохие, по крайней мере, в ее ситуации – видимо, молодой организм еще способен бороться с болезнями. Однако она умирает, словно сама не хочет жить дальше. Хотя ее можно понять – она потеряла двоих детей только что… Александр переводил матери слова врача, и женщина не отрывая глаз смотрела на профессора. Часть ее сознания улавливала значение слов, произнесенных этим мужчиной и переведенных сыном, но основные мысли женщины текли совсем в другом направлении: «Какой холеный и ухоженный мужчина! А ведь он старше меня лет на восемь примерно. Боже, я никогда не встречала таких притягательных людей. Он словно гипнотизирует, завораживает.

Интересно, а у него есть семья? Наверное, есть…» Смысл сказанного профессором вдруг дошел до женщины: «Боже, о чем я думаю?! Моя девочка умирает, а я мечтаю о мужчине, которого вижу второй раз в жизни!»

– Может, отправить ее за границу? – спросила Надежда Дмитриевна. Она свято верила, что смена декораций всегда идет на пользу человеку, у которого больна душа.

– Может, и помогло бы, – ответил профессор. – Только она не перенесет транспортировки.

На этих словах мужчина жестом попросил посетителей освободить ординаторскую.

Надежда Дмитриевна выходила последней. Возле двери она остановилась, обернулась и снова посмотрела на того, кто ненароком напомнил ей о том, что она женщина. «Я бы отдалась ему прямо на столе, здесь, в ординаторской», – подумала Надежда Дмитриевна совершенно неожиданно для себя, а потом покраснела и выскочила в коридор.

Глава Вечером снова пришел Джордж. На руках он держал маленькую Рину, Леон шел самостоятельно. Сара осталась во дворе больницы, чтобы никак не волновать больную и не нервировать детей. Ее время придет позже, а пока детям надо попрощаться со своей настоящей мамой, которая почему-то от них отказалась почти год назад.

Лика повернула голову и увидела родные мордашки ее деток, так похожих на Ромочку.

Они испуганно жались к Джорджу, а не бежали к ней, крича: «Мама!» «Я потеряла их навсегда», – подумала женщина и закрыла глаза. Все приборы, к которым она была подключена, тревожно запищали, кардиомонитор показал прямую линию – остановка сердца… Реаниматологи, анестезиолог и профессор, с которым говорили родные больной, оказались на этаже;

лечащий врач Лики бежал из соседнего отделения, перепрыгивая через две ступеньки.

Джордж, дети и Надежда Дмитриевна, которые были в палате в тот момент, в оцепенении смотрели на происходящее, пока медсестра не вывела их из палаты. В коридоре были слышны крики, доносящиеся из палаты:

– Дефибриллятор! Разряд! Еще! Разряд!

Сердце заработало, и на мониторе показалась слабенькая кривая. Анестезиолог вытер пот со лба и тихо сказал, ни к кому не обращаясь:

– Успели… Реанимационная бригада вышла из палаты, и с Ликой остались профессор и лечащий врач.

Они вносили какие-то записи, о чем-то говорили и проверяли капельницы больной. Надежда Дмитриевна наблюдала за мужчинами из коридора, поэтому не обратила внимания, что Джордж тихо вывел детей из больницы и уехал.

Александр не видел того, что случилось сегодня в больнице, но уже все знал – Надежда Дмитриевна позвонила ему на работу, когда состояние Лики стабилизировали. Александру было страшно: когда-то он испытывал дикую ненависть к девушке, и у него были на то причины – его предали. Он хотел отомстить Лике, и он отомстил. Но сейчас Александр понимал, что преступление и наказание несоразмерны. Лика отняла у него любовь, а они с матерью отняли у Лики мужа, которого она любила, потом свободу, потом детей. И вот сейчас Лика потеряла желание жить. «И правда, – думал мужчина, – для чего ей жить? Двоих детей она потеряла во время перелета. Еще двоих она потеряла почти год назад, но только сейчас поняла это. Она устала от несчастий и ненависти, и смерть ей кажется единственным выходом».

Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» Александр заехал в московскую квартиру, открыл комод и достал маленький пакетик.

Удовлетворенно кивнув самому себе, мужчина отправился в больницу.

«Я не хочу ее терять, – думал по дороге Макаров. – Я люблю ее. Или не люблю, а просто держусь за прошлое и не хочу его отпускать? Разве так любят женщин? Разве хотят принести боль и страдания? Я должен отпустить ее ради ее счастья… Если нам суждено быть вместе, мы будем, но только по доброй воле…»

Мужчина медленно поднимался в отделение, он не спешил – через несколько минут он отпустит Лику, а ему очень-очень не хотелось этого делать. В коридоре никого не было, однако дверь в ординаторскую была приоткрыта, а там за столом с чашкой чая сидела Надежда Дмитриевна. Александр замер – его мать, которая сегодня рано утром была в потертых джинсах и свитере, сейчас сидела в брючном костюмчике и с хорошо уложенными волосами. Мужчина резко вошел в кабинет и заметил, что при его появлении оба смутились. «Я запрещаю матери общаться с этим человеком! – подумал Александр. – Больше в больницу она не приедет!» Он открыл рот, чтобы произнести что-то резкое, и осекся… «Я погубил женщину, которую люблю, и сейчас готов точно так же карать мать, которая отдала мне всю жизнь, – подумал он. – Пусть хоть она будет счастлива».

Александр опустился на стул рядом с матерью и, не глядя на профессора, произнес:

– Если Лика останется жива, я отпущу ее.

– Спасибо тебе, сынок, – тихо прошептала мать. Она благодарила сына не только за Лику, но и за себя, и Александр это понял. Он нежно погладил уже немолодую руку матери и вышел.

Ему предстояло самое сложное – попрощаться с любовью.

Александр вошел в палату интенсивной терапии. Девушка лежала без движения, казалось, она даже не дышит. Мужчина перевел взгляд на медсестру, которая стояла рядом с Ликой, – она не проявляла признаков беспокойства. «Значит, Лика еще жива», – с облегчением подумал Макаров. У приборов застыл молодой врач: он что-то фиксировал в карте пациентки. «Он же совсем молодой, моего возраста, наверное, – рассматривал врача Александр. – Но совсем седой».

– Выйдите из палаты, пожалуйста, – произнесла медсестра.

– Мне нужно всего несколько минут, – торопливо прошептал Александр.

– Больную нельзя тревожить! – седой врач вступил в разговор.

– Понимаете, я хочу кое-что ей вернуть, – сбивчиво объяснял Александр. – Она выживет, если эта вещь снова будет у нее… Врач смотрел на него, ничего не понимая.

Александр продолжил:

– Пожалуйста, дайте мне побыть с ней наедине пять минут, – сдержанно проговорил мужчина. – Я не причиню ей зла. Я очень ее люблю.

– Только под моим присмотром, – поставил ультиматум врач.

Александр помялся, но потом согласился. Седой врач жестом попросил медсестру выйти, а сам отошел к окну, предоставив посетителю возможность спокойно поговорить.

Александр вытащил из кармана небольшой пакетик – в нем оказалось золотое старинное кольцо с двумя бриллиантами, соединенными в форме сердца. Мужчина осторожно приподнял безжизненную руку Лики и надел на безымянный пальчик кольцо, принадлежащее по праву ей.

– Лика, прости меня, пожалуйста. Прости за каждую слезинку, которая пролилась из твоих глаз по моей вине. Это кольцо, которое когда-то надел тебе Роман, должно быть всегда с тобой, потому что пока оно на тебе, любовь этого мужчины защищает и оберегает тебя. Я возвращаю его тебе. Пожалуйста, собери всю свою силу и живи, ради него, ради меня, ради себя… Я люблю тебя… Больше мужчине сказать было нечего, и он, еще раз взглянув на женщину, вышел из палаты, и скупые мужские слезы покатились по его заросшему щетиной лицу.

Глава Седого доктора звали Семен. Он наблюдал, как этот суровый мужчина разговаривает с лежащей без сознания девушкой и вытирает непрошеные слезы. Теперь, когда посетитель Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» вышел, Семен снова подошел к мониторам и хотел продолжить записывать показания больной, но его внимание привлек яркий предмет, блеснувший на пальце девушки. Доктор подошел поближе – блестело старинное кольцо.

«Наверное, этот человек очень любит ее, – подумал Семен, – и ее жизнь ему дороже всего на свете. А у меня никогда не было такой любви. А жаль…»

Семен подвинул стул к постели больной и принялся ей рассказывать про свою жизнь.

– Я стал врачом не потому, что это мое призвание, если честно. Просто не знаю другой жизни – у меня и мать, и отец врачи, и их родители тоже врачи. Я был обязан продолжить их династию, тем более что большую часть своей жизни я провел в больницах, когда родным не с кем меня было оставить. Я легко поступил в медицинский институт, туда же поступила и моя одноклассница Марина. Как-то незаметно для нас самих мы стали встречаться, а на третьем курсе она забеременела. Мы расписались и стали ждать появления ребенка. Любил ли я ее? Не знаю. Может, и любил, но явно не так, как вас любит ваш мужчина. Но когда родился Женя, мой сын, от любви не осталось и следа – мне мешали жена и ребенок. Ужасно звучит, да? Может быть. Но у меня четвертый курс мединститута был – вы не представляете, какие это нагрузки, сколько всего надо выучить, запомнить, прочитать, изучить… В общем, я вернулся к родителям, чтобы спокойно заниматься, и оставил жену одну с ребенком на руках. Я даже не подумал о ней, а она заболела: температура под сорок, орущий младенец на руках, и никого нет рядом. Марина успела вызвать «Скорую», но потом потеряла сознание. Дверь-то выломали (соседка вызвала милицию, когда увидела, что врачам никто не открывает дверь, а младенец продолжает орать за тонкой стенкой), жену забрали в больницу, а сыном пришлось заниматься мне. Неделю я промучился с ним, а потом попросил помощи у родителей, однако они ответили отказом. Хотя в чем их винить? Был самый пик их карьеры, они были профессионалами, в них нуждались пациенты. В общем, как-то так получилось, что Софья, моя двоюродная сестра, взяла заботы о Жене на себя, чтобы я мог продолжать образование, и с тех пор этим и занимается… Марина мне не простила того, что меня не было рядом с ней, когда ей было так плохо. И конечно, она права… И Женька для нее стал обузой, а не желанным ребенком, вот и остался пацан с Софьей.

Даже мамой ее зовет, хотя знает всю правду. А я… я закончил институт и стал блестящим специалистом, что, правда, не спасло меня от командировок в горячие точки. Там и поседел за один день, когда в плен попали… Да не важно все это… И зачем это я вам рассказываю? У вас свое несчастье – вы детей потеряли… Вы страдаете, а я сам отказался от своего ребенка… Семен смотрел на тонкие, прозрачные после большой кровопотери пальчики женщины, любовался кольцом, которое сегодня появилось у пациентки, и ему вдруг захотелось отдать всю свою кровь этой спящей красавице, только чтобы она осталась жива.

Следующим утром случилось чудо – Лика открыла глаза… Она поискала глазами кого нибудь из персонала и, увидев седого врача, произнесла:

– Пить… – Потерпите, вам пока нельзя, – услышала она в ответ. – Сейчас вас осмотрят, возьмут анализы, тогда я вас напою.

Доктор с седыми волосами улыбнулся пациентке так, будто они были знакомы всю жизнь, и погладил по руке… Лика неожиданно ощутила знакомую тяжесть на пальце. «Неужели это оно? – с изумлением подумала девушка. – Не может быть! Я хочу увидеть его, я хочу убедиться в том, что это то самое кольцо… Как тяжело шевелиться! У меня нет сил!»

– Доктор, – прошептала Лика, – поднимите мне руку.

Семен тут же понял, о какой руке идет речь. Он осторожно поднес кисть к лицу девушки, чтобы она могла рассмотреть пальцы.

– Ромочка, любимый… Спасибо тебе… – Из глаз Лики полились слезы… Глава Через неделю Лика уже уверенно сидела в кровати, много читала, послушно выполняла все рекомендации врачей, однако интереса к жизни так и не проявляла, и это тревожило и Александра, и Надежду Дмитриевну, и Семена… – Надо что-то придумать, – размышлял молодой врач, привязываясь к молчаливой Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» печальной пациентке все больше и больше. – Вернуть ей детей я не в силах, однако ей нужен кто-то, о ком она бы заботилась, кого бы она любила, кто-то маленький и беззащитный… Хм… Кажется, у меня есть идея.

Когда пришла Надежда Дмитриевна, Семен помчался реализовывать свою идею.

– Ликуся, покушай, – уговаривала мать Александра. – Тебе нужны силы. Скоро ты выйдешь из больницы и начнешь новую жизнь.

– Да, Надежда Дмитриевна, начну новую жизнь, – соглашалась девушка.

– Поэтому надо хорошо питаться. Я сама для тебя готовила.

– Спасибо вам, – мило улыбалась Лика. Ей была очень приятна забота женщины, которая поддерживала ее все время, наперекор сыну. – И Саше спасибо передайте. За кольцо.

– Передам, – обещала женщина. – Он очень переживает за тебя. И скучает тоже. Каждый день меня расспрашивает.

– Я пока не готова встретиться с ним лицом к лицу. Я не таю обиду, просто слишком тяжело. Слишком много потерь, слишком много боли.

– Я понимаю, дорогая, понимаю, но рано или поздно тебе придется вернуться домой.

– Надежда Дмитриевна, – твердым голосом сказала девушка, – я вам очень благодарна за все-все, вы мне стали почти мамой, которую я потеряла так рано. Прошу, правильно поймите то, что я вам сейчас скажу. Я не вернусь к вам, я поеду к себе домой. Мое место там.

– Но, девочка, как ты там будешь жить? – заволновалась растроганная словами Лики Надежда Дмитриевна. – Ты еще так слаба… И мне без тебя будет одиноко… – Ну полно вам, – улыбнулась Лика. – Ближайшие несколько лет одиночество вам не грозит.

– О чем ты? – недоуменно воскликнула та.

– Думаете, никто не знает про ваш роман с Михаилом Александровичем? – подмигнула девушка. – Вы просто сногсшибательно выглядите! И потом, мы с вами не прекращаем общение – будем ездить друг к другу в гости, – просто жить я должна самостоятельно.

– Хорошо, доченька, как скажешь… Надежда Дмитриевна хотела сказать что-то еще, но в этот момент открылась дверь и в палату заглянул Семен.

– К вам посетитель, – радостно провозгласил доктор. – Вернее, посетительница.

Знакомьтесь.

Семен занес сумку для переноски животных, поставил ее на пол и вытащил на свет божий щенка йоркширского терьера.

– Ее зовут Графиня. У нее нет хозяина, и она бы хотела, чтобы вы, Лика, взяли ее домой, когда вас выпишут.

– Какая красавица! – воскликнула девушка, прижимая к себе маленькое дрожащее тельце. – Это правда мне?

– Да, если вы не против маленькой дармоедки, – смеясь, ответил Семен. Он видел, что подарок понравился молодой женщине.

– Я только «за», – уверенно произнесла Лика и стала устраивать собачку рядом с собой в кровати.

– Вообще-то в больнице нельзя держать собак, так что Графине мы временно найдем другое местожительство, – строгим голосом произнес Семен, – а вы должны как можно быстрее приходить в себя, чтобы забрать малышку домой.

– Я возьму Графиню и буду приезжать с ней каждый день, – успокоила расстроившуюся Лику Надежда Дмитриевна. – Но обещай, что ты поправишься очень и очень быстро, а то потом я к ней привяжусь и уже тебе не отдам.

Лика рассмеялась, чмокнула песика в холодный носик и громко попросила ужин. Теперь у нее появилась цель – как можно быстрее встать на ноги.


С этого дня Лика уверенно стала поправляться, и уже через две недели Михаил Александрович и Семен готовили пациентку к выписке. Встречать больную приехали Надежда Дмитриевна с Графиней в новой гламурной розовой сумочке-переноске и Александр с огромным букетом цветов.

Лика вышла на крыльцо и глубоко вдохнула свежий воздух – родной московский дух Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» наполнил ее легкие, немного закружилась голова. Лика покрепче прижала забавную Графиню, одетую в симпатичное платьице, и спустилась со ступенек вниз. Александр открыл перед ней дверцу своего автомобиля.

– Саша, прости, – тихо произнесла Лика, – но с тобой я никуда не поеду. С этого момента я буду жить своей жизнью. Думаю, мы с тобой в расчете.

Александр грустно отступил назад.

– Возьми хотя бы цветы. Они для тебя, – сказал мужчина.

– Спасибо тебе, Саша. И за цветы спасибо, – с улыбкой ответила Лика, принимая огромный букет. – Все хорошо. Все будет хорошо.

Надежда Дмитриевна, которая задержалась в отделении, так как они с Мишей никак не могли договориться, кто и когда к кому приедет, не застала этого разговора, но поняла, что Лика уверенно стоит на своем – к ним домой она больше не вернется. Женщина спешно подбежала к худенькой бледной девушке, взяла цветы и открыла дверцу своего маленького автомобильчика:

– Садись, дочка, я отвезу тебя домой. Только давай быстро – мой принц заканчивает смену через два часа. Надеюсь, до твоего поселка и обратно я успею смотаться.

Лика рассмеялась и села в машину к Надежде Дмитриевне. Она была благодарна женщине за понимание и поддержку. Машина тронулась, и ей вслед смотрели трое мужчин: Александр с грустью прощался со своей любовью, Семен радостно махал рукой и надеялся на скорую встречу с милой пациенткой, а Михаил Александрович нежно смотрел вслед своей нежданной любви, своей Наденьке… Глава Марья Владимировна открыла дверь и ахнула – перед ней стояла худая, бледная Лика, одна, без детей, но с собакой.

– Ликуся, что случилось? Как ты? Где дети? Ты почему не предупредила? Ты где пропадала? – На девушку сыпались вопросы.

Лика медленно поставила сумку с Графиней на пол и бросилась на шею Марье Владимировне со смехом и слезами. За хозяйкой полетела собачка, оглушая пространство своим заливистым лаем.

«Наконец-то я дома, – подумала Лика, обнимая милую старушку, оберегавшую ее покой так много лет, – теперь все будет хорошо».

Прошел месяц. Лика под чутким присмотром домработницы постепенно приходила в себя, она крепла не только физически, что, несомненно, было для нее важно после такой тяжелой болезни, но и душевно – уже исчезло чувство безысходности из взгляда, перестали по ночам сниться кошмары, связанные с детьми, уже не бродила она тенью по дому. Природа брала свое – Лика становилась все больше и больше похожа на ту солнечную девочку, которой была когда-то.

Пора было возвращаться к жизни.

– Жаль, не успела я восстановиться в институте, – делилась своими планами на жизнь Лика, завтракая с Марьей Владимировной. – Могла бы начать учебный год вместе со всеми. А вот теперь что делать?

– Вот неуемная, – смеялась домработница, подкладывая оладушков в тарелку девушке. – Посиди дома, погуляй, займись собой… – Нет, – перебила Лика, – не могу пойти учиться – значит, надо начать работать. Хм… К ребятам не пойду: они либо без меня выплыли – тогда просто нечестно сейчас будет возвращаться, либо потонули без заказов, которые нам давал Александр, – тогда нет смысла возвращаться… Значит, остается язык!

Сразу же после завтрака девушка обновила когда-то поданное объявление о том, что она предоставляет свои услуги в качестве переводчика и репетитора, посмотрела вакансии, отмечая для себя наиболее интересные, чтобы подумать о них позднее, и так увлеклась этим, что не слышала, как пришли гости.

А гости в этом доме с момента возвращения девушки были почти ежедневно: то одна Надежда Дмитриевна приедет, чтобы поболтать с девушкой или поехать с ней по магазинам, в Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» салоны, в фитнес-клуб, то вместе с Михаилом Александровичем прибудут – в этом случае будет обязательный медицинский осмотр и сытный ужин в гостиной. Сегодня появился Семен. Он тоже часто, насколько это позволяла работа, навещал Лику – то цветы ей привезет, то в театр пригласит, то для Графини ошейник подарит… – Лика, как ты себя чувствуешь? – галантно спросил доктор у своей бывшей пациентки.

– Интересно, долго я буду слышать этот вопрос вместо приветствия? – смеясь, сказала девушка. – Хорошо я себя чувствую.

Рассмеялся и Семен:

– Долго, раз нашла себе друзей в больнице: это же профессиональная особенность – спрашивать людей о состоянии здоровья вместо приветствия.

– Ладно вы с Михаилом Александровичем, но ведь Надежда Дмитриевна туда же, – со смехом продолжала жаловаться Лика.

– Ну так ей теперь это по рангу положено, – в тон ответил Семен. – Честь быть дамой сердца великого профессора Смирнова имеет побочные эффекты.

– Почему?

– Да потому что эта милая женщина проводит в больнице почти столько же времени, сколько и профессор Смирнов. И смею тебя уверить, уже не просто в ординаторской, ожидая, когда тот освободится, но и реально помогает.

– Вот молодец. Пора и мне заняться делом, – уже серьезнее произнесла Лика. – Я как раз сегодня разместила объявление.

– Какое объявление? – заинтересовался Семен.


– Написала, что хорошо знаю английский язык, обучалась в Лондоне. Могу работать переводчиком или преподавать.

Семен на секунду задумался, а потом рассмеялся:

– К тебе только что пришла твоя новая работа.

– О чем ты?

– Я еду на симпозиум по хирургии на Кипр. И мне нужен переводчик.

– Ты шутишь! – не веря своим ушам, произнесла Лика.

– Нет, я абсолютно серьезно. Можешь спросить у профессора, когда он снова заявится к тебе в гости.

– Нет, я тебе верю. И я согласна.

– Тогда пойдем обсудим условия этой сделки, – уверенно произнес мужчина и увлек за собой Лику. За ними бросилась Графиня.

Вечером накануне отъезда Семен приехал к Лике. Девушка грустно собирала вещи.

– Ты что, не хочешь ехать? – тревожно спросил доктор.

– Не в этом дело, просто вспомнила, как когда-то собирала вещи и мы с детьми отправлялись в новую жизнь, в Америку. А теперь вот детей нет.

– С детьми? – не понял Семен. Он думал, что Лика тоскует о неродившихся детях, но сейчас девушка явно говорила про других детей.

Лика подняла глаза на мужчину – в них блестели слезы. Сделав глубокий вздох, она неожиданно для себя стала все рассказывать Семену: про убитую сестренку, про Леню, про Рину… – Я не знал, прости меня. – Мужчина был потрясен.

– Ты и не мог знать, ты не виноват, – тихо ответила молодая женщина.

– Когда ты была без сознания, я тебе рассказывал о своем сыне, – почему-то сказал Семен. – Ты помнишь?

– Нет, я ничего не помню, – неуверенно ответила Лика.

И тогда Семен снова рассказал ей всю историю: «…Как будто и не мой ребенок. Вот сейчас Софья уезжает с ним в Израиль (мы с Мариной дали разрешение на выезд), а я даже не очень переживаю по этому поводу».

Лика помолчала, а потом сказала:

– Наверное, когда он родился, ты был еще не готов к отцовству. А потом, когда твоя сестра занялась им, ты с радостью забыл про него. Но все-таки найди возможность пообщаться с Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» сыном. Мне кажется, это пойдет на пользу и тебе, и ему.

– Спасибо тебе за поддержку, Лика. И за то, что не осудила. Думаю, в век новых технологий мы с сыном найдем возможность общаться.

– Вот и хорошо, – улыбнулась девушка и продолжила собирать вещи.

Глава Самолет приземлился в аэропорту, где группу медиков встречали организаторы симпозиума. После всех необходимых процедур с документами молодой врач со своей переводчицей наконец оказались возле отеля.

– Я думала, это будет огромный отель в центре города, – с недоверием посмотрела на Семена Лика.

– Ты не сердись, пожалуйста, – виновато начал мужчина. – Другие участники действительно живут в отеле в центре города – оттуда удобно ездить на конференции. Но мне захотелось подарить тебе неделю отдыха возле моря.

– Спасибо, – нежно улыбнулась ему Лика. – Но где же мы теперь будем жить?

– В бунгало, – осторожно ответил Семен. – Тебе понравится. Там две комнаты и свой выход на пляж.

– Ладно, пошли смотреть твое бунгало, – рассмеялась Лика. Она чувствовала себя свободной и раскованной, и это осторожное ухаживание ее веселило. Доктор ей нравился, и она с интересом наблюдала, как этот мужчина осторожно пытается завоевать ее сердце.

В бунгало было все автоматизировано и электрифицировано, чего по внешнему виду сооружения сказать было абсолютно нельзя, но больше всего девушку изумили электромассажеры, встроенные в кровати. Лика тут же легла и щелкнула пультом – кровать зажужжала и начала массировать ей спину. Девушка блаженно вытянулась и закрыла глаза.

– И вам нравится это подобие массажа? – насмешливо спросил Семен.

– Не очень, но альтернативы-то нет, – открыв один глаз, ответила Лика.

Тогда мужчина подошел вплотную к девушке, выключил жужжащую кровать и присел рядом. Лика почувствовала, как крепкое мужское бедро касается ее тела, и от этого возбудилась.

Горячие крепкие руки легли ей на плечи и нажали на усталые мышцы. Девушка застонала.

Семен начал массаж, который постепенно стал походить на любовную игру. Лика сгорала от желания, но шаг навстречу не делала – она замерла, как кошка, выжидая удобного момента.

Мужчина осторожно коснулся груди молодой женщины и услышал стон – он понял, что Лика дает разрешение на то, о чем он мечтал долгими ночами. Мужчина коснулся губами ее губ – Лика подалась навстречу. В этот момент мир перестал существовать – страсть с неистовой силой захлестнула мужчину и женщину, и они слились в едином порыве.

Уставшие, но довольные, Лика и Семен лежали на кровати и смотрели на море, которое было видно из окна. Не было сил ни переодеваться, ни идти на пляж – они все выплеснули несколько минут назад, когда впивались друг в друга. Семен повернулся лицом к засыпающей Лике и произнес:

– Я люблю тебя.

– Я знаю, – ответила девушка. – И мне нравится это.

Лика погрузилась в сон, и счастливая улыбка застыла на ее лице.

Эпилог Прошло три года. Лика и Семен были счастливо женаты, жили в особняке девушки, с которым она ни при каких условиях не хотела расставаться, и были бы абсолютно довольны жизнью, если бы у них родился ребенок. Но пока все попытки заканчивались неудачей.

– Мне достаточно тебя и твоей любви, – успокаивал Семен мрачневшую Лику. – Главное, что мы вместе.

– Но ведь можно что-то сделать! Ты же врач! – настаивала молодая женщина.

Но сделать «что-то» не удавалось – врачи разводили руками и не видели причин, по которым девушка не беременеет.

Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» – Будут дети, когда Бог даст, – сказали друг другу муж с женой, когда очередные анализы не показали никаких отклонений, и в этот момент раздался телефонный звонок. Семен ушел говорить в другую комнату, а когда вернулся, сказал:

– Мы улетаем в Израиль. За Женей. Софья тяжело больна, ее кладут в больницу. Я не знаю, сколько мы там пробудем, так что постарайся закончить все наиболее важные дела.

Лика подошла к мужу и крепко обняла его.

– Все будет хорошо, милый. Все будет хорошо. Мы увидим твоего сына. Хорошо бы и моих детей когда-нибудь тоже увидеть.

– Давай их позовем в Израиль. Конечно, плохо, что сестра будет в это время в больнице, но у нас может появиться возможность познакомиться.

– Джордж не согласится, – грустно ответила Лика.

– А мы все же попробуем, – настаивал Семен и поцеловал жену.

В Израиле встретилась вся семья: Семен, Лика, Женя, Софья, которую на выходные отпускали к родным, Джордж и Сара с Леоном и Риной. Дети бодро болтали по-английски, совершенно не зная русского языка, но Лике было все равно – она прижимала к себе родное тельце дочери, ласково говорила с Ленечкой, который терпеть не мог «телячьи нежности» и уверял, что он взрослый мужчина. Женя заново знакомился с отцом, и между ними возникал контакт.

Наконец Софья вышла из больницы, и можно было возвращаться в Москву. Отец и сын искренне грустили из-за предстоящей разлуки, и тогда мудрая тетя весело сказала:

– Что ж, пришло время вернуться на родину. Мы едем в Россию, Женя, собирайся. И собирайся нормально, ничего не забывай, потому что жить ты, по всей видимости, будешь с отцом.

На лицах двух дорогих ей мальчиков застыло изумление.

– Ну а что такого? – шутливо возмутилась Софья. – Дайте мне хоть для себя пожить.

Взамен обещайте, что раз в неделю мы будем ходить друг к другу в гости.

– Софья, у нас же такой большой дом, – ласково сказала Лика. – Мне бы хотелось, чтобы под его крышей жила вся семья. А вы – часть нашей семьи, поэтому должны жить с нами.

– Спасибо, Лика, – благодарно произнесла Софья и обняла девушку. А Лика смотрела на женщину и думала: «Я знаю, что чувствует женщина, которая теряет детей. И мне бы не хотелось, чтобы мои близкие испытывали такую же боль».

Джордж с семьей улетел в Америку, а Лика с мужем, сыном и Софьей вернулась в Москву.

Начиналась новая жизнь, новые лица появились в большом особняке Лики и Семена, а у Марьи Владимировны прибавилось хлопот, но она этому была только рада.

Лика, взяв Графиню на руки, вышла на улицу – за домом отец и сын играли в большой теннис и звали ее поболеть за них. Она постояла на ступеньках и прислушалась – из-за ограды доносились какие-то странные звуки. Решив проверить, женщина подошла к воротам и распахнула их – прямо перед ней стояли Ленечка и Рина, а позади Джордж с Сарой.

– Принимай детей, – не давая опомниться, произнес Джордж.

Дальше все происходило как в тумане: маленькая Рина обняла Лику и сказала свое первое слово по-русски – «мама», Ленечка бросился в дом к Марье Владимировне, которую до сих пор помнил, старушка утирала катившиеся слезы, Семен помогал Джорджу переносить вещи, а Сара рассказывала Лике про детей, про их болезни, пристрастия, привычки, особенности… Когда наконец суета сошла на нет, взрослые члены семьи сели за стол в гостиной, а детей под присмотром Жени отправили гулять.

– Лика, мы рассказали детям правду, – начал Джордж. – Опустив некоторые детали.

– Джордж, я вообще не понимаю, что происходит, – перебила его Лика.

– Дети теперь будут жить с тобой, – твердо сказал Джордж. – Ты их мать.

– А вы? – растерянно спросила Лика.

– Вокруг так много детей-сирот, – ответила Сара. – Мы с Джорджем поняли, что поступаем неправильно, разлучая малышей с настоящей мамой. Мы дарили тепло тем, кому может его подарить родная мать, и лишали этого тепла тех, у кого нет в этом мире никого.

– Мы решили взять детей из приюта, – продолжил речь жены Джордж. – Так будет честнее и правильнее.

Доктор Нонна: «Завидные женихи (сборник)» – Спасибо тебе, Джордж, – со слезами сказала Лика. – Ты только что сделал мне самый большой в жизни подарок.

– И мне тоже, – добавил Семен, посмотрев нежно на жену.

– А тебе, милый, школу отцовства придется проходить экстерном, – сказала Лика, и все взрослые рассмеялись.

Дружескую обстановку нарушил звонок телефона.

– Ликуся, мы с Мишей подали заявление, – счастливым голосом вещала из трубки Надежда Дмитриевна.

– Поздравляю вас, – радовалась Лика за ставшую ей родной пару.

– Приезжайте к нам – мы хотим отметить, – уговаривала Надежда Дмитриевна.

Лика окинула взглядом свою огромную семью и рассмеялась:

– Нет уж, лучше вы к нам. Нас теперь ни один ресторан не уместит.

– Почему? – удивилась женщина.

– Сюрприз! – рассмеялась Лика. – Мы ждем вас! Срочно приезжайте.

Когда через два часа к особняку подъехал джип, в котором сидели Надежда Дмитриевна с Михаилом Александровичем и Саша со своей невестой Машей, на крыльце их встречала огромная семья. Дети кидали рис в профессора и его изумленную невесту, а взрослые хлопали в ладоши.

Александр прижал к себе свою Машеньку, закрыл ворота и произнес:

– Пойдем, я познакомлю тебя со своей семьей.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.