авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРОФСОЮЗОВ К 25-летию научной и педагогической деятельности в СПбГУП ...»

-- [ Страница 25 ] --

Часть этих новых ориентиров была задана английской группой «Битлз». Получив всемирную известность в 1963 году, «Битлз» доста точно быстро подняли молодежную музыку до уровня высокого искус ства, разработав во многом новый музыкальный язык и наметив ос новные направления дальнейшего развития. Они необычайно (по тем временам) расширили круг песенной тематики от банальной любов ной лирики до социально значимых общечеловеческих проблем. Со здавая подлинно новаторские произведения, «Битлз» исключительно талантливо развили опыт электрофицированной эстрады 1950-х годов;

творче ски освоили изобретения в области студийной техники звуко записи, открывшие к середине 1960-х годов доселе невиданные худо жественные возможности;

свежо и оригинально использовали многие достижения музыкального искусства минувших веков. Эта продукция была адресована поколению молодежи, ориентирующемуся на иные ценности, нежели «поколение рок-н-ролла». Сверстникам «Битлз» было суждено составить социальную базу движения, получившего название Разд ел V. Из ранних работ о культуре молодежной революции и нашедшего обстоятельное освещение в оте чественной литературе. Работы ливерпульской четверки не только от ражали идейную эволюцию и изменения мироощущения молодежи 1960-х годов, но и способствовали консолидации молодежи на почве новых идей и мироощущений.

Старшие поколения англичан первоначально восприняли «Битлз»

враждебно. Участники группы не нравились своими прическами, стилем одежды, поведением на сцене, излишней громкостью звука, чрезмерным акцентированием «бита», выкриками «йе-йе» и т. д. Однако такое отно шение было недолгим. Толпы длинноволосых подростков и сотни музы кальных коллективов «в стиле “йе-йе”» стали частью привычной повсе дневности. К тому же влиятельные политики Великобритании заявили, что «Битлз» спасли английскую вельветовую промышленность, высту пая в пиджаках из немодного материала, ставшего тут же модным, а ко ролева наградила участников квартета орденами Британской империи за пропаганду английского искусства во всем мире. Песни «Битлз» начали казаться приятными и мелодичными даже самым почтенным домохозяй кам. Это впечатление еще более усилилось после того, как авторитет ные музыковеды принялись хвалить ливерпульскую четверку за те же самые нарушения неписаных правил композиции, за которые их совсем недавно беспощадно критиковали. Новый вердикт специалистов гла сил, что Пол Маккартни — продолжатель традиции Шумана и Шубер та, а истоки вдохновения Джона Леннона следует искать в англо-кельт ском фольклоре. В результате очередному поколению подростков при шлось поискать себе новых кумиров. И они, конечно, были найдены...

Дальнейшее развитие молодежной музыки породило многочислен ные направления, соответствующие запросам различных социальных групп молодежи. При этом произведения едва ли не любого из этих на правлений служили и служат возрастной дифференциации слушатель ской аудитории.

Аналогичным образом дело обстояло и с отечественной молодежной музыкой. Череду коллективов, признанных после огульного отрицания, составили «Машина времени», «Зоопарк», «Аквариум» и др.

Интересно отметить, что перемены в музыкальных увлечениях моло дежи ни разу не выводили на авансцену какие-нибудь абсолютно новые музыкальные явления. Любой популярный молодежный коллектив в той или иной степени опирался на достижения предшественников, развивая традиции молодежной музыки. Это положение справедливо не столько в плане музыкальной стилистики, сценических приемов, песенной поэзии (хотя и здесь, безусловно, можно говорить об определенных традициях), сколько в смысле воздействия на специфические интеллектуально-чув ственные свойства личности, обусловленные общими для многих поко лений молодежи проблемами социализации и приобщения к культуре Традиции и новации в культуре молодежи (самоутверждение, обретение своего «я», поиск своего места в жизни, нравственные искания, выбор друзей и спутника жизни и др.).

Не менее интересно, что культурные формы, особенности поведения, черты, относящиеся к внешнему облику, вкусам и идеалам молодежи определенного поколения, возникают и распространяются почти одно временно в самых различных культурных регионах, в странах с разны ми социальными системами. Можно сказать, что молодежная культура, даже с учетом ее изменчивости, динамичности, становится органичной составной частью культуры мирового сообщества, столь же универсаль ной, как, скажем, авиация, туризм, кинопромышленность. Популяриза ции молодежных традиций и образа жизни способствуют пресса, радио, кино, телевидение во всех странах. Поддержание этих традиций связано также с деятельностью самостоятельных, «неформальных» творческих и досуговых объединений молодежи.

Постоянно действующие школы рок-музыки, дискотеки и диско-клу бы, фан-клубы и рок-клубы;

ежегодные фестивали, конкурсы, премии всевозможных учредителей;

систематически выпускающиеся специали зированные книги и журналы, радиопрограммы и телепередачи, тема тические газетные рубрики и парады популярности;

время от времени издающиеся рок-энциклопедии — эти и другие учреждения и коммуни кативные формы культуры усиленно «работают» на укрепление и обо гащение молодежной культуры.

Безусловно, далеко не всем традициям, формирующимся в молодеж ной культуре, может быть дана однозначная оценка. Трудно поручиться и за устойчивость оценок во времени. И все же есть ряд традиций, в отно шении которых можно высказать осуждение без боязни ошибиться. Это часть традиций некоторых молодежных субкультур, сложившихся в на шей стране в последние годы по аналогии с определенными западными течениями, — «панков», «системы», «рокеров», «металлистов» и неко торых других, а также доморощенных «мажоров» и «хайлайфистов».

Странно было бы сочувствовать установкам на провоцирование об щественных скандалов и прием сильнодействующих наркотиков у «пан ков», идейному обоснованию ухода от общественной жизни у «систе мы», нарушению правил дорожного движения у «рокеров». Общество сталкивается с проблемой создания таких форм культуры, которые поз волили бы противостоять возникающим негативным традициям. Необ ходимо сознательно строить и внедрять в молодежную субкультуру тра диции, отвечающие потребностям молодежи, наполненные гуманисти ческим, эстетически значимым содержанием.

Возможные негативные традиции в молодежной среде не долж ны предопределять принципиально негативного отношения общества к молодежной культуре или молодежным субкультурам. Более того:

следует признать нормальным и то, что традиции, складывающиеся Разд ел V. Из ранних работ о культуре в молодежной культуре, создают некоторую дистанцию между обще ством и молодежью. В определенных пределах сохранение этой дис танции в условиях ускорения темпов социально-культурного развития полезно и необходимо.

Молодежь всегда отличалась повышенной восприимчивостью ко все му новому. Однако если до эпохи НТР объем новых для общества эле ментов и черт культуры, вбираемых молодым человеком, был невелик по сравнению с общим объемом культуры, а поиск необходимых новаций можно было осуществлять индивидуально, то ныне механизм внедре ния новаций претерпел существенные изменения. Объединяясь (но не замыкаясь!) в рамках молодежной общности, юноши и девушки коллек тивно осмысляют широкий спектр явлений культурной жизни, отбира ют жизнеспособные элементы культуры и отбрасывают все устаревшее.

Аналогичным образом — то есть в коллективных формах — протекает процесс поиска, отбора и усвоения новаций, возникающих как в отече ственной, так и в зарубежной культуре. В итоге важные новации нередко становятся общезначимым достоянием молодежной культуры задолго до того, как получат признание общества.

Все это позволяет сделать вывод о формировании определенных черт и традиций молодежной культуры, о серьезной социальной значимости их анализа, оценки, критики и внедрения.

Примечания 1. Горбачев М. С. Молодежь — творческая сила революционного обновле ния // Документы и материалы XX съезда Всесоюзного Ленинского коммунис тического союза молодежи. М. : Мол. гвардия, 1987. С. 13.

2. Среди исключений выделим следующие опубликованные работы: Икон никова С. Н. Молодежь. Социологический и социально-психологический ана лиз. Л. : Изд-во ЛГУ, 1974 ;

Иконникова С. Н., Соколов Э. В. Диалектика разви тия личности // Духовная культура развитого социализма и личность / ЛГИК им. Н. К. Крупской. Л., 1980. С. 52–109.

3. Бондарев Ю., Белов В., Распутин В. Легко ли быть молодым? // Правда.

1987. 10 нояб.

4. Кон И. А взрослому легко? // Правда. 1987. 23 нояб.

5. Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза.

М. : Политиздат, 1986. С. 51.

6. См.: Социологические исследования. 1987. № 1. С. 95.

7. Жуков В. Чей ты, гомо Номо? // Молодой коммунист. 1987. № 11. С. 74.

8. См., например: Козлов А. «Слоеный пирог» рок-культуры // Театр. 1987.

№ 5. С. 163–164.

9. Куликова И. А. Музыкальная молодежная эстрада США и стран Запада.

М. : Знание, 1978. С. 9.

МОЛОДЕЖНЫЕ КУЛЬТУРНЫЕ ЦЕНТРЫ ЛЕНИНГРАДА* Видимо, в истории нашей культуры можно найти немало форм сов местной досуговой деятельности молодежи, в той или иной степени предшествующих сегодняшним МКЦ — от деревенских посиделок до клубов рабочей молодежи. Однако современный период развития МКЦ, неразрывно связанный с социально-культурными последствиями на учно-технической революции, имеет важное качественное отличие: если ранее различные формы молодежной жизнедеятельности, как правило, лишь дополняли влияние традиционных центров социализации лично сти [1] — семьи и учебного заведения, то ныне МКЦ выступает в ка честве третьего, во многом успешно конкурирующего с первыми двумя центрами. Ранее социальный смысл совместной деятельности молодежи сводился в основном к обретению знаний, умений и навыков, необходи мых для функционирования в уже существующем «обществе взрослых».

Теперь же объективные общественные потребности выдвигают на пер вый план подготовку молодежи к деятельности в «обществе будущего», в условиях, существенно отличающихся от обстоятельств вхождения во взрослую жизнь предшествующих поколений. Отсюда — принципиаль ная направленность МКЦ на освоение новых элементов культуры, раз витие новых разновидностей деятельности молодежи, превращающая МКЦ в своего рода социальный механизм по внедрению в молодежную среду различных культурных новаций. Отсюда — принципиально неиз бежная конфликтность МКЦ с другими, более консервативными соци альными институтами. Отсюда же — неразрывная связь процесса раз вития МКЦ с изменениями в общественной жизни страны.

Первый этап современного периода становления МКЦ датируется приблизительно концом 50-х — серединой 60-х годов. Основными ви дами МКЦ в это время становятся молодежные клубы и молодежные кафе.

В качестве одного из наиболее ярких примеров подобного рода можно назвать клуб молодежи Петроградской стороны, действовавший Фрагмент из брошюры общества «Знание» (1990). Печатается по изданию:

* см. № 6 Библиографического указателя.

Разд ел V. Из ранних работ о культуре на базе Ленинградского ДК Промкооперации (ныне — ДК им. Ленсо вета). В деятельности клуба царила атмосфера общественного энтузи азма, демократизма, дружелюбия, открытости для контактов, общения.

Из среды молодежи Петроградской стороны выдвинулись яркие лиде ры — Л. Г. Белкин, Д. М. Генкин, Р. Б. Кисин, В. Б. Чурбанов и др. Не истощимые на выдумку, инициативу, они обладали особым талантом объединять людей вокруг общественно значимых идей, вести их за со бой. Видимо, становление этого молодежного клуба было неразрывно связано и со стилем работы А. И. Камчугова, руководившего в то время ДК. Как теперь вспоминают члены клуба, именно благодаря А. И. Кам чугову у них создавалось ощущение нужности Дворцу. Благодаря дирек тору Дворец стал их домом, где не только проводились массовые меро приятия, но и отмечались праздники, дни рождения, игрались свадьбы.

Здесь учились общаться.

Развитию молодежных клубов и кафе в то время, безусловно, способ ствовало относительное улучшение общественно-политической обста новки в стране, получившее название «хрущевской оттепели» и хорошо описанное в нашей литературе. Это был период оживления культурной жизни, связанного с публичным осуждением сталинского террора и не которым ослаблением гнета командно-административной системы. Ре шающей предпосылкой развития МКЦ послужил выход страны на но вые рубежи развития производительных сил, сопряженный как с вовле чением в систему высшего образования широких масс молодежи, так и с общим ускорением развития общества. Не случайно именно студен ты и молодая интеллигенция составили актив и основной контингент мо лодежных кафе, клубов того времени. Именно эта часть населения наи более остро чувствовала потребность в новых формах социализации.

С последующим «совершенствованием» командно-административ ных методов управления культурой связан общий спад молодежной ак тивности в конце 60-х — первой половине 70-х годов. Жесткая регла ментация поведения юношей и девушек привела к распаду большин ства молодежных клубов при культурно-просветительных учреждениях.

Практически в подполье ушло движение энтузиастов самодеятельной песни. Исчезли или потеряли общественный актив молодежные кафе.

Характерна в этом плане история зарождения в Ленинграде так на зываемого «Сайгона» — неформальной молодежной «тусовки» в кафе терии от ресторана «Москва» (на углу Невского и Владимирского про спектов). Как местечко с весьма специфической атмосферой, «Сайгон»

начал складываться в 1966 году — после того как полностью утратило молодежный дух кафе поэтов на Полтавской. Кафе поэтов появилось в 1960-м году по инициативе инструктора Ленинградского обкома ВЛКСМ В. Чурбанова (ныне — доктора философских наук, заведующего секто ром культуры ЦК КПСС) и сразу же стало модным местом сбора моло Молодежные культурные центры Ленинграда дой художественной интеллигенции. Первое время стихи на Полтавской читались совершенно свободно — любые и кем угодно. Однако вскоре чиновниками от культуры было велено записываться заранее всем жела ющим выступить, а затем — и представлять предназначенные для пуб личного оглашения стихи в трех экземплярах. Как вспоминают сегодня участники тех вечеров, больше всего их озадачивал и раздражал третий экземпляр: первый шел администрации молодежного кафе, второй, как они полагали, в Комитет госбезопасности, а третий — неизвестно куда (в этом месте их фантазия давала сбой).

После окончательного исчезновения духа свободы на Полтавской, поэты мигрируют в небольшой кафетерий на Малой Садовой, где их общение проходит без малейшего эстетического лоска, но зато и пол ностью бесконтрольно.

«Сайгон» возник вскоре как конкурирующее место сбора, быстро вбирая в себя обитателей Малой Садовой, и на протяжении более чем двух десятков лет является для многих ленинградцев местом дружеских общений и творческих контактов. Один из ветеранов «сайгонии» поэт Виктор Кривулин, насчитавший как-то ради интереса за четыре часа пребывания в кафетерии 28 человек, с которыми «можно было погово рить», вспоминает, что к концу 60-х годов культурная жизнь Ленинграда стала невероятно заорганизованной. Любой элемент неформальной жиз ни в рамках официальных структур был совершенно невозможен. «Сай гон» стал попыткой объединения по-настоящему живых сил. Там про исходили творческие эффективные встречи людей, рождались нефор мальные объединения, задумывались самиздатовские журналы. Где-то в 1975 году там зародилась идея журнала «Часы». Оттуда берут истоки литературный «Клуб-81» и рок-клуб. Поэтов там было даже больше, чем слушателей. По его мнению, «Сайгон» — это одна из первых ласточек сегодняшнего демократического сознания. Тогда же он воплощал дух сопротивления, дух протеста против бюрократизации жизни.

Формально во второй половине 60-х годов молодежные кафе про должают действовать («Сонеты», «Лукоморье», «Аленушка», «Ровес ник» и др.), но по существу они терпят крах — заполняются вальяжны ми юношами в строгих костюмах, девицами «легких нравов» и другой малопочтенной публикой, получая у ленинградцев презрительную клич ку «комсомольских распивочных».

Возможно, наиболее ярко противоречие между бюрократическим ре гулированием молодежного досуга и культурными интересами юношей и девушек сказывается в это время на процессе зарождения отечествен ной рок-культуры.

К концу 60-х годов в студенческой среде Ленинграда появляются вокально-инструментальные группы, играющие на танцах. На первых порах различные руководящие инстанции относились к танцам «под Разд ел V. Из ранних работ о культуре группы» равнодушно. Однако вскоре эта ситуация изменилась корен ным образом. Оказалось, что массы юных любителей новой музыки во избежание различных беспорядков нужно как-то организовывать. Но как это делать — никто не знал. Да и брать на себя ответственность за про исходящее в молодежной среде руководящим лицам не хотелось. Зна чительно проще казалось убрать источник беспокойства.

Группы подверглись «упорядочению». С начала 70-х годов в Ленин граде было запрещено публичное выступление незарегистрированных коллективов. Зарегистрировавшиеся же были обязаны включать в свой состав наряду с «буржуазными» электрогитарами привычные началь ству духовые инструменты. С каждым годом «упорядочения» все более ужесточались. Помощь самодеятельным музыкантам не оказывалась, регламентация же и контроль становились нестерпимыми.

В этой обстановке стихали всплески первой волны молодежной ак тивности эпохи НТР. Жизнедеятельность молодежной общности переме щалась из клубов, кафе, концертных залов на кухни коммунальных квар тир и поляны туристических слетов. Однако первый этап развития МКЦ не прошел бесследно. В молодежной среде жил, передавался от поколе ния к поколению определенный социальный опыт. Циркулировали раз личные легенды, по мере возможности продолжали свою деятельность вчерашние молодежные лидеры. Не случайно новые явления, возника ющие в молодежной среде позднее, принимают формы, в значительной степени производные от имевших место ранее. Так, например, на разви тие рок-культуры наложил заметный отпечаток предшествующий опыт деятельности джаз-клубов, джаз-кафе и проведения джазовых концер тов. В этой связи вполне закономерными были многочисленные попытки создания рок-клубов. В Ленинграде в период с 1967 по 1980 год таковых было разогнано не меньше пяти.

Очевидно, что в молодежной среде накапливался и иной опыт — опыт противодействия бюрократической регламентации досуговой дея тельности, во многом предопределивший последующую конфронтацию подрастающих поколений и официальных социальных институтов, при званных организовывать их досуг. Именно в это время начинает закла дываться социально-психологический фундамент мощного «неформаль ного» движения молодежи, ставшего одним из феноменов общественной жизни во второй половине 80-х годов.

Следующий этап становления МКЦ приходится на вторую половину 70-х — первую половину 80-х годов. В это время в жизнедеятельность молодежной общности вовлекаются громадные массы юношей и деву шек, представляющие все социальные слои общества. Основным видом МКЦ становится дискотека [2].

Между тем к концу 70-х годов подспудно набирает силу новая волна самодеятельного рока, питаемая иной средой и иными настроениями, не Молодежные культурные центры Ленинграда жели предшествующая. Полный разрыв, конфронтация представителей этой волны с органами, призванными развивать и направлять самодеятель ное творчество, быстро принимают угрожающие черты. Оставаясь без внимания официальных инстанций, подростки с гитарами все чаще ста новятся объектами весьма сомнительных манипуляций «деловых людей».

И в этот момент в Ленинградском обкоме партии находятся люди, бе рущие на себя смелость сломать порочную практику, повернуться лицом к реальным проблемам молодежи. В январе 1981 года по предложе нию обкома КПСС облсовпроф, обком комсомола и Главное управление культуры г. Ленинграда приняли решение о создании при Межсоюзном доме самодеятельного творчества городского рок-клуба.

Опыт работы Ленинградского рок-клуба, остававшийся уникальным на протяжении пяти лет, можно рассматривать как одну из первых по пыток выработки конструктивной педагогической стратегии взаимодей ствия культпросветработников с молодежной аудиторией, предвосхи тившую современную перестройку культурно-просветительной работы с молодежью. Не случайно, начиная с 1985 года, по образу и подобию Ленинградского рок-клуба создаются музыкальные молодежные центры в Свердловске, Новосибирске и сотнях других городов страны [3].

Сегодня Ленинградский рок-клуб — крупное молодежное объедине ние, обладающее постоянно совершенствующимися формами работы, механизмами организаций совместной деятельности участников. В его рядах — более пятисот человек, в том числе — около пятидесяти музы кальных коллективов. Здесь работают непрофессиональные инженеры и техники, создающие собственными руками звуковую и световую аппара туру, звукорежиссеры, записывающие произведения той или иной груп пы, организаторы и постановщики концертов, художники и фотографы, журналисты, критики, музыковеды, осуществляющие большую пропа гандистскую работу, и т. д. — то есть существуют весьма разнообразные возможности для реализации социально-культурных потребностей юно шества. Именно многоплановость возможностей приложения сил, раз нообразие содержания, способов и форм досуговой деятельности участ ников и позволяют считать подобное объединение молодежным куль турным центром.

До 1985 года в условиях официального игнорирования новых куль турных интересов молодежи, составлявшего одну из характерных черт обстановки первой половины 80-х годов, существование рок-клуба в Ленинграде было фактом исключительным. В то время роль молодеж ных культурных центров перестает выполнять большинство дискотек.

В значительной степени это связано с принятием в 1984 году ошибочных управленческих решений — нового Положения о самодеятельном кол лективе дискотеки и ряда соответствующих приказов органов культуры, постановлений органов профсоюзов и комсомола. Эти решения стали Разд ел V. Из ранних работ о культуре своего рода апофеозом применения командно-административных мето дов в культурно-просветительной работе с молодежью. И последствия не заставили себя ждать. Резкие ограничения инициативы и самодея тельности устраняют из дискотек наиболее интересных, творческих организаторов молодежного досуга. Повсеместно распадается подав ляющее большинство диско-клубов. Усиливается коммерциализация дискотеки в ущерб художественному качеству программ. Практически полностью исчезают театрализованные и лекционно-тематические про граммы.

В целом консервативное давление на молодежные досуговые общ ности со стороны различных социальных институтов, в особенности— средств массовой информации, резко усиливается, подготавливая неиз бежный взрыв так называемой неформальной деятельности молодежи.

Третий, нынешний этап развития МКЦ неразрывно связан с пере стройкой всех сфер общественной жизни страны, новой культурной по литикой партии, государства, профсоюзов и комсомола в отношении до суговой деятельности юношей и девушек.

Уже в 1985 году стало очевидно, что система культурно-просвети тельной работы находится в точке отсчета нового этапа взаимодей ствия с молодежью. Недостатки предыдущего этапа были хорошо из вестны: игнорирование реальных социальных процессов, протекающих в молодежной среде, и социокультурных потребностей подрастающего поколения;

вытеснение самодеятельности юношей и девушек бюрокра тическим администрированием сферы свободного времени;

стремление навязать вступающим в самостоятельную жизнь людям способы прове дения свободного времени и поведенческие стереотипы, сформировав шиеся в более ранние периоды нашего исторического развития.

Основные черты нового этапа работы с молодежью в сфере досу га были сформулированы в партийных, профсоюзных, комсомольских документах:

— опора на реальные интересы и развитие социально-значимых по требностей подрастающих поколений;

— своевременное выявление новых увлечений молодежи, тенденций досуговой деятельности юношей и девушек и своевременная разработка и внедрение адекватных форм и методов организации досуга;

— поисковый характер работы с юношеством, постоянная нацелен ность на новаторство, эксперимент, смелые поиски решений актуаль ных проблем;

— всемерная поддержка социально-значимой инициативы и само деятельности молодежи на основе воспитания доверием и ответствен ности;

— утверждение на практике многообразия досуговой жизни, созда ние простора для развития разноплановых дарований юношей и девушек.

Молодежные культурные центры Ленинграда Нормативно-правовую базу для работы в новых условиях в извест ной степени составили принятые совместно ВЦСПС, Министерством культуры СССР, ЦК ВЛКСМ и другими заинтересованными органами Положение о любительском объединении, клубе по интересам от 13 мая 1986 года, постановление секретариата ВЦСПС от 14 марта 1986 года «О мерах по расширению платных услуг, предоставляемых населению культурно-просветительными, внешкольными, физкультурно-спортив ными учреждениями профсоюзов».

Определенный практический вклад в общественное признание важ ности развития МКЦ внесло принятие в мае 1986 года совместного пос тановления секретариата ВЦСПС, Коллегии Министерства культуры СССР и секретариата ЦК ВЛКСМ «О создании городских, районных мо лодежных культурных центров», в соответствии с которым МКЦ должны были быть открыты в каждом городе, районе страны уже в 1986 году.

Несмотря на то что это решение оказалось выполненным лишь ча стично, последствия его весьма значительны: в общественном сознании утверждаются новые идеи, новые концепции МКЦ.

Примечания 1. Социализация — процесс усвоения индивидом определенной системы знаний, норм и ценностей, позволяющих ему функционировать в качестве пол ноправного члена общества.

2. См.: Дискотека в досуге молодежи / сост. А. С. Запесоцкий. Л. : Знание, 1987.

3. См.: Запесоцкий А. С. Уроки рока // Культурно-просветительная работа.

1987. № 8, ЭТА НЕПОНЯТНАЯ МОЛОДЕЖЬ:

ПРОБЛЕМЫ НЕФОРМАЛЬНЫХ МОЛОДЕЖНЫХ ОБЪЕДИНЕНИЙ* КОНФЛИКТ ПОКОЛЕНИЙ — СЛУЧАЙНОСТЬ?

ЗАКОНОМЕРНОСТЬ?.. НЕОБХОДИМОСТЬ!

«Отцы и дети» — эта проблема, проблема взаимоотношений поко лений, приняла во второй половине XX века особое звучание. Первые серьезные неприятности с «детьми» застали «отцов» врасплох и прояви лись первоначально не у нас. Ареной необычных для «общества взрос лых» событий в шестидесятые годы («бурные шестидесятые», «сладост ные шестидесятые», «неистовые шестидесятые», как их называли в за падной печати) стали индустриально развитые буржуазные страны и регионы: США, Западная Европа, Япония. Мозаичные события не сразу сложились в общую картину, но нередко потрясали даже порознь.

Вот, к примеру, одна из характерных историй, облетевшая в свое вре мя страницы мировой печати.

В полицейский участок Детройта явился залитый слезами пожилой человек и, положив на стол два пистолета, заявил: «Я только что убил свою дочь и ее друзей-хиппи». Эрвил Гарленд был психически нормаль ным человеком. На суде его охарактеризовали как «добропорядочного гражданина и любящего отца». Что же случилось? Официальное объ яснение было сформулировано так: «Он был доведен до отчаяния тем отношением молодежи к жизни, которое он не мог понять».

Сандра была любимой дочерью убийцы. К ее шестнадцатилетию Эрвил, ни в чем не отказывавший ребенку, потратил всю имевшуюся в семье наличность на подарок — маленький красный «фольксваген».

Благодарность за отцовское тепло и заботу оказалась впечатляющей — Сандра сбежала из дома и сняла вместе с подругой квартиру, где вела вместе с приятелями-хиппи образ жизни, очень мало похожий на роди тельский. Семейство принимало различные меры по возвращению бег лянки. Ей читали мораль, ее увозили силой. Но дочь хотела жить иначе, чем «предки», и была упорна. Отец Сандры не мог понять, как еще вчера Фрагменгт из книги издательства «Профиздат» (1990). Печатается по изда * нию: см. № 7 Библиографического указателя.

Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений послушная ему, примерная девочка из добропорядочной американской семьи могла превратиться в беспутную наркоманку, живущую с разны ми мужчинами. Он пришел к убеждению, что источник беды — «пат латые», сбившие девочку с хорошего пути. В очередной раз пытаясь ее спасти, Гарленд ворвался в помещение, где внезапно застал свою дочь в постели с очередным хиппи. Вне себя от гнева, он ударил «волоса того» рукояткой пистолета по голове. Происшедший при этом нечаян ный выстрел оказался смертельным для девушки. Обезумевший от горя и ярости отец тут же убил ее партнера, а затем — еще двух попавших под руку студентов-хиппи.

Эрвил Гарленд был не одинок в своем несчастье. Привычные связи рушились в сотнях тысяч семей. «Добропорядочные» буржуазные семьи неожиданно породили в своих недрах враждебный для себя элемент.

Как писал видный американский леворадикальный социолог Т. Розак, «буржуа встретил врага у себя в семье за утренним завтраком». Пове дение взрослеющих детей казалось необъяснимым. Они не требовали себе бльших благ, бльшей привилегированности, доступа к «кормуш ке», они отказывались от всей системы ценностей родителей, они хоте ли жить иначе. «Послушайте, отцы и матери, не критикуйте то, что вам не дано понять. Ваши сыновья и дочери больше вам не подчиняются.

Вы бредете по старой, изъезженной дороге. Не мешайте нам идти сво им путем. Времена, ведь они меняются!» — пел Боб Дилан в своей пес не «Времена, ведь они меняются», выражая устремления нового поко ления американцев. Необычные действия отдельных молодых людей сливались в бурный поток, заставив заговорить о новых общественных процессах: «Светлые перспективы, с которых начались 60-е годы, обер нулись замешательством и почти отчаянием в конце уходящего деся тилетия... На протяжении этого десятилетия все новые и новые груп пы выпадали из общего национального потока, и над страной гремели воинствующие декларации протеста и революции», — так на страни цах журнала «Тайм» реагировала в 1966 году консервативная Америка на деятельность поколения Дилана.

Забегая вперед, скажем, что немного позднее в положение Эрвила Гарленда попало немало и наших сограждан, с той лишь разницей, что у них не было такой «блестящей» возможности в экстремальных ситу ациях хвататься за пистолеты. Взять, к примеру, одну из ситуаций, вос произведенную 4 октября 1988 года на страницах «Правды» в заметках нарколога «“Колесом” по жизни». Пятнадцатилетняя Света попала в женский вытрезвитель после приема очередной дозы наркотиков. Из вы трезвителя девушку забирали родители. Мать была в подавленном со стоянии и непрерывно плакала. И по виду отца можно было понять, что он удручен и в недоумении. Семья, по нашим меркам, была вполне бла гополучной: отец — геолог, мать — заведующая магазином. Работают, Разд ел V. Из ранних работ о культуре получают вполне достаточно. На косметику пятнадцатилетняя девочка тратила сумму, равную половине зарплаты какой-нибудь скромной ра ботницы. Дача, прекрасная городская квартира... «Казалось, они ничего не жалели для единственной дочери. Чего же ей не хватало? — пишет доктор медицинских наук Л. Богданович. И продолжает: — Пока еще не поздно, надо понять наших детей, помочь им, а значит, и спасти...»

Однако вернемся к зарубежным событиям двадцатилетней давности.

В материалах нашей печати того времени отчетливо прослеживается определенная двойственность в оценке необычного поведения моло дежи Запада. С одной стороны, почти нескрываемое злорадство по по воду трудностей буржуазного общества («Нате вам: ваши дети вас не приемлют с вашей прогнившей социально-экономической системой»), с другой — неприязнь к бунтующей молодежи («Не сексом и музыкой надо заниматься, не джинсы носить. Не так бунтуете, марксизма не зна ете»). Позднее проявилась необходимость более серьезного осмысле ния. О молодежном движении Запада было написано немало блестящих работ. Назовем только имена Э. Араб-Оглы, А. Байчорова, Т. Балашо вой, Э. Баталова, А. Брычкова, В. Большакова, В. Быкова, В. Гайденко, Ю. Давыдова, А. Жирицкого, Ю. Замошкина, С. Иконниковой, И. Кона, Н. Мотрошиловой, К. Мяло, М. Новицкой, И. Роднянского, В. Худавер дяна, Н. Юлиной. И это далеко не полный перечень видных советских специалистов, анализировавших различные аспекты деятельности мо лодежи Запада времен «бурных шестидесятых».

И все же, видимо, есть необходимость предоставить читателю воз можность еще раз обратиться к трудам ученых, различным мнениям о событиях той поры применительно к нашим сегодняшним заботам.

Не включив эти события в поле зрения, трудно понять и некоторые важ ные закономерности появления и поведения целого ряда наших молодеж ных неформальных объединений. Нельзя ведь до бесконечности удов летворяться старыми стереотипами восприятия — им нынче не верят даже дети. «Из-за чего эти панки, хиппи и т. д. так расплодились в нашем городе?.. У вас ответ уже готов — тлетворное влияние Запада, — пишет даже тринадцатилетний ленинградский школьник Витя Егоров. — А где же влияние ВЛКСМ, где влияние партии? Если у вас все так просто, от ветьте: почему далекий Запад влияет сильнее, чем родные папа с мамой?

И на чье влияние жаловаться Западу? Марсиане виноваты, что ли...»

Но прежде, очевидно, нужно очертить рамки понятия «молодежь».

Существующие научные определения гласят, что молодежь — это внут ренне неоднородная социально-демографическая группа общества, включающая людей не моложе приблизительно 14–16 и не старше 25– 30 лет.

Социологи обычно подчеркивают, что положение молодежи и ее роль в обществе, функции и виды деятельности, а также потребности, цен Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений ностные ориентации, мировоззрение, интересы и социально-психоло гические свойства в значительной степени обусловлены характером со циально-политического строя, общественными отношениями, традици ями, конкретной исторической ситуацией. Вместе с тем молодежь — это часть населения, находящаяся на стадии социализации, то есть включен ная в процесс усвоения определенной системы знаний, умений, навыков, позволяющих людям функционировать в качестве полноправных членов того или иного общества. Известны сложность ее промежуточного по ложения: «уже не дети, но еще и не взрослые», своеобразное и проти воречивое сочетание материальной и психологической зависимости от «мира взрослых» и вместе с тем освобожденность от многих жизненных «тягот и обязанностей».

Поведение молодых людей исподволь направляется необходимостью решения ряда проблем, остро встающих перед ними в связи с перспек тивой взросления и обретения самостоятельности. Молодость — пора, когда каждый должен сам определить свою судьбу, найти единственно верный, ведущий к успеху жизненный путь, который позволит макси мально реализовать свои способности и дарования. Это — период, со пряженный с мучительно трудным процессом самопознания, обретения собственного «Я». Человеку нужно определить границы своих реальных возможностей, понять, на что он способен, утвердить себя в обществе.

С другой стороны, в это же время ему необходимо сформировать мак симально достоверное представление об окружающем мире, система тизировать ценностные ориентации, политические, нравственные, эсте тические воззрения и т. д., необходимо стать личностью. Жизнь ставит молодого человека перед необходимостью принятия ряда важнейших решений в условиях дефицита личного опыта. Выбор профессии, выбор спутника жизни, выбор друзей — вот далеко не полный перечень проб лем, то или иное решение которых в значительной степени формирует образ последующей жизни.

Психологи часто указывают, что поведение молодежи обусловлено не только ее общественным положением, но и впечатлительностью, пси хической подвижностью и возбудимостью, интеллектуальной мобиль ностью, преобладанием эмоций над рассудком и др.

Как известно, еще сравнительно недавно — после Второй мировой войны — сознание молодежи в странах Запада формировалось в основ ном в зависимости от конкретных социально-политических и культур ных условий, национальных традиций той или иной страны. Скажем, в США многие исследователи обращают в это время внимание на преоб ладание среди молодежи гедонистических ценностей, на свойственную молодым «этику силы и успеха». Юные американцы 50-х годов мало интересуются политикой. Их стремление к преуспеванию проникнуто духом индивидуализма. Опора исключительно на личные способности Разд ел V. Из ранних работ о культуре и возможности является одной из принципиальных поведенческих уста новок. Во Франции, напротив, деятельность вступающих во взрослую жизнь поколений носит во многом коллективный характер. С конца 40-х годов наблюдается интенсивная политизация сознания молоде жи. Резко активизируются молодежные течения, политические союзы.

В общественной жизни весьма заметное участие принимают молодые коммунисты, социалисты, демо-христиане... Если сравнить поведение молодежи того времени в побежденных державах, то контраст окажет ся не менее заметным. В Западной Германии юноши и девушки в по давляющем большинстве уклоняются от общественной деятельности, ища удовлетворения в личной жизни, замыкаясь в досуговых компани ях. Японская молодежь в этот же период не менее скептически относит ся к традиционным целям и ценностям политики правящей верхушки.

И вместе с тем проявляет озабоченность судьбой своего государства, желание личным трудом возродить страну.

Однако с конца 50-х годов в сознании молодежи различных стран развитого капитализма начинают проступать и усиливаться общие чер ты. Новый этап развития производительных сил (этап НТР) предъявил особые требования к периоду взросления молодого человека. Ряд из них оказался универсальным и для различных социально-экономических систем. В культуре развитого индустриального общества, где обретение статуса взрослого требует длительного обучения, овладения множест вом навыков, знаний, социальных ролей, процесс взросления, как пра вило, затягивается на долгие годы.

К примеру, в Соединенных Штатах в 1956 году 32 % выпускников средней школы поступили осенью в колледжи, а в 1963 году — 53 %.

В то же время происходит продление самих сроков обучения в коллед же. Во Франции число студентов с 1950 по 1968 год выросло в 4 раза.

В нашей стране молодежь в среднем так же все позднее и позднее вклю чается в самостоятельную трудовую жизнь. Если в 20-е годы 90 % насе ления СССР в возрасте до 22 лет уже было вовлечено в производство, то к 1975 году — только 33,8 %, а 90 % занятости молодежь достигла только к 25 годам.

Чем длительнее период обучения молодого человека, тем большую самостоятельность получает он в жизненном цикле. Урбанизация, об разование, система массовых коммуникаций ослабляют действие гео графических, этнических, социальных барьеров. Интенсивность обще ния молодежи возрастает. С ростом духовной культуры, увеличением ее роли в историческом процессе, расширением сферы досуга специфиче ские возможности юности реализуются все более свободно, творчески.

Молодежь сплачивается, начинает проявлять себя как общность.

Ясно, что ее нельзя считать абсолютно самостоятельной обществен ной группой, поскольку молодые люди входят в состав всех классов Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений и различных других социальных групп. Однако можно все-таки кон статировать стремление молодежи к социальному единению. «Возраст ной признак, как и всякий другой, может в известных условиях стать “группообразующим”», способствовать сплочению молодежи. Это про исходит тогда, когда данный признак является условием включения в оп ределенную общественную сферу и способствует интенсивному и сис тематическому общению молодежи. «“Сплачивающая” роль возрастных характеристик молодости еще более усиливается, если они гармонируют с какими-то тенденциями общекультурного развития», — пишут извест ные советские философы С. Н. Иконникова и Э. В. Соколов.

Новые черты поведения молодежи Запада вызревали в недрах мас совой психологии быстро и незаметно, чтобы затем проявиться лави нообразно, скачком. Как справедливо отмечала позднее И. Куликова, современному глазу Соединенные Штаты начала 50-х годов во многих отношениях показались бы настоящей провинцией. В то время чуть ли не половина населения еще обитала на фермах и в маленьких городах.

Жить же в большом городе считалось престижным. Широкие массы лю дей были пропитаны примитивнейшей потребительской психологией — гонка потребления материальных ценностей являлась не только делом престижа, но и конечной целью деятельности личности. В качестве на ционального идеала на щит были подняты такие черты, как индивидуа лизм, личная инициатива, сформирован культ успеха в условиях «равных возможностей», воплощенный в мифе «американской мечты». Амери ка того времени, по выражению американского социолога Ф. Слейтера, отдавала предпочтение правам собственности перед правами личности, требованиям техники перед человеческими потребностями, конкурен ции перед сотрудничеством, внешним социальным нормам перед само выражением личности.

Одной из наиболее ярких черт обыденного культурного контекста яв лялся махровый антиинтеллектуализм. Не случайно к людям умственно го труда в те времена так прочно прилипла презрительная кличка «яйце головые» — рядовой американец был малообразован. Но зато он отлич но знал, что если честно трудиться и тратить разумно, то можно купить новый проигрыватель, дом, машину и... стать счастливым.

Эти представления о счастье зло высмеивал Боб Дилан в песне «Пе реулок запустения»:

Родился ты. Носи теплое белье.

Учись танцевать. Одевайся получше, Куй счастье. Пытайся иметь успех… [1] Интересно, что еще накануне бурных событий массового движе ния молодежи 60-х годов, наложивших заметный отпечаток на последу ющую общественную и культурную жизнь Запада, ученые и средства Разд ел V. Из ранних работ о культуре массовых коммуникаций продолжали утверждать в общественном со знании образ некоего типичного «молодого члена общества, полностью приверженного его стандартам». Уже были написаны «Над пропастью во ржи» (1951) и «Фрэнни» (1961) Дж. Сэлинджера, в 1957 году вышел роман Джека Керуака «На дороге», пышным цветом расцветали «Под солнухи» Аллена Гинзберга. Уже выразил свое отношение к «обществу процветания» Лоренс Ферлингетти:

Мир — превосходное место, чтобы родиться в нем, если вы не против, чтобы люди умирали все время или только голодали какое-то время, ведь это не так ужасно, раз это не вы.

О, мир — превосходное место, чтобы родиться в нем, если вы не очень против пары пустых голов над вами или бомбы в лицо, когда вы любуетесь небесами, или такого убожества, как наше хваленое общество, что корчится от своих людей знаменитых, и своих людей забытых, и священников, и прочих охранников, и от всяческих сегрегаций и расследований конгресса, и от запоров иных, что мы, бедные, получаем в наследство [2].

И общество в принципе могло бы почувствовать зреющий протест молодых, нарождающееся отрицание буржуазных ценностей, поиски новых идеалов и смысла жизни. К тому же американцы Т. Парсонз, Д. Готтлиб, Р. Линтон, Э. Коэн, М. Мид, англичане М. Абрамc, Ш. Ал лен, австриец Л. Розенмайер и многие другие высококвалифицирован ные ученые Запада проводят к середине шестидесятых немало резуль тативных исследований молодежной культуры, фиксируя зарождение новых тенденций.

Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений И все же...

«Ценности и стремления, свойственные молодежи во всех сферах, отражают образ индивидуального успеха в Америке, каким он выри совывается в магическом мире телевидения, кино, газет, журналов. Ин гредиентами этого образа являются удобные жилища, машины, кра сивые платья, свободные деньги, досуг и развлечения. Независимо от своих нынешних условий большинство молодежи более разборчиво и точно представляет сорт автомобилей, которые они хотят иметь сей час или в будущем, нежели выбор своего жизненного дела», — писали в 1964 году американские ученые М. и К. Шериф на основе большого эмпирического материала.

Однако в их результаты, очевидно, вкралась какая-то ошибка. По коление молодежи, столь гармонично вписывающееся, на их взгляд, в буржуазное общество, внезапно подняло знамя бунта, угрожая сокру шить едва ли не все устои консервативного Запада. «Молчаливое поколе ние» на глазах пораженных очевидцев превратилось в «поколение бунту ющее». Проблемы молодежи мгновенно оказались в центре внимания всей системы буржуазных институтов. Ими занялись, к примеру, такие крупные зарубежные философы и социологи, как Д. Рисман, Г. Маркузе, Д. Белл — в Америке, Р. Будон — во Франции. Молодежь Запада в это время оказалась интересна не только специалистам — всему обществу.

Не успев стать историей, молодежное движение 60-х превратилось в своего рода легенду. О «бурных шестидесятых» были написаны тысячи статей, сотни книг, сняты кинофильмы — выплеснулся рекордный объ ем информации и соответствующих исследований.

Происшедшее на Западе в какой-то степени можно рассматривать как сценарий для последующего «открытия» своей молодежи в нашей стра не, происшедшего в 1985–1986 годы на волне новой политики гласности.

Та же проблема для отцов («дети не такие, как мы»), такая же лавина информации, почти такая же ее внезапность. Правда, в отечественном варианте внезапного «открытия реальной молодежи» присутствовала известная доля лицемерия.

Сравнительно недавно, 23 февраля 1981 года, Л. И. Брежнев утверж дал с трибуны высшего партийного форума страны, что «в 70-е годы продолжалось сближение всех классов и социальных групп советского общества». Конечно, специалисты давно видели и четко фиксировали совсем иное: дифференциацию общества, образование относительно ав тономных групп со своей специфической культурой, в том числе в мо лодежной среде. Но говорить официально, тем более публиковать ин формацию о действительных процессах в среде молодежи, об истинном положении дел не было никакой возможности. Результат общественно го самообмана ярко изложил в 1988 году писатель Леонид Жуховицкий:

«А ведь совсем недавно все было так спокойно и хорошо. Главное — Разд ел V. Из ранних работ о культуре ясно. Вот вам комсомол, передовой отряд, вот сплотившаяся вокруг него активная, сознательная молодежь, вот, к сожалению, “пассив”, боло то, социально инертная часть юношества, пока еще недоохваченная на шим влиянием. И как с этой болотистой категорией обращаться, тоже было ясно: по-дружески, терпеливо вовлекать в общественную жизнь, изобретательней проводить лекции и политинформации, помогать им, отсталым, заполнить пустоту своего существования яркими, интерес ными делами... И вдруг — словно граната взорвалась, брызнув в тол пу жаркими, опасными, непонятной формы осколками. Что случилось, где, почему? Суета, тревога, растерянность... Стоило снять с очков за щитные фильтры, а с общественного мнения — ограничительную узду, и оказалось, что болото вовсе не болото, что именно “пассив” наиболее самостоятелен и социально активен, что жизнь его вовсе не пуста, а, на оборот, заполнена нестандартными, трудными, рискованными и потому особо привлекательными делами. Выяснилось, что инертная, неоргани зованная часть молодежи на самом деле прекрасно организована, спло чена — вот только сплочена не вокруг тех, кому из года в год, исправно или неисправно, но все же платит комсомольские взносы».

...Итак, почему же часть (подчеркнем — именно часть!) молодежи Запада взбунтовалась в 60-е? В каждой стране были свои исторические предпосылки и конкретные поводы для мятежа юных. Скажем, в США особое недовольство вызвали всесильное влияние корпораций в системе высшего образования, ограничения на свободу политической деятель ности в кампусах, решение об обязательном призыве студентов в армию, ведущую в тот период грязную войну во Вьетнаме;

во Франции большое значение имели изменения в общественном положении гуманитарной интеллигенции и напряженная ситуация в сфере высшего образования;

в Западной Германии и Западном Берлине деятельность радикально на строенной молодежи была во многом обусловлена мучительной пробле мой преодоления духовного наследия нацизма, обостряемой реставраци ей традиционного немецкого авторитаризма в период правления Адена уэра и т. д. И это далеко не полное описание «локальных» ситуаций.

Разнообразными были и формы бунта. Калифорнийский универси тет Беркли в сентябре–октябре 1964 года породил «сит-ины» — сидячие забастовки протеста. В Мичиганском университете 25 марта 1965 года был дан толчок серии «тич-инов» — митингов-дискуссий, проведенных вскоре более чем в ста американских вузах. Голландские экстремисты устроили «хэппенинг протеста» с бросанием бомб в свадебный кортеж принцессы Беатрикс. С весны 1965 по весну 1968 года в Америке рез ко — приблизительно в 300 раз — увеличивается число участников ан тивоенных демонстраций. В мае 1968 года французские студенты орга низуют «фронтальную атаку буржуазной системы», захватывают и гро мят Сорбонну, воздвигают баррикады, льется кровь. 22 мая 1967 года Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений радикалы сжигают переполненный народом брюссельский универмаг «Инновасьен»... От въезда в кабинет ректора на велосипеде до рок-фести валя с участием 400 тысяч человек, от украшения цветами стволов вин товок национальной гвардии до карнавально-хулиганского захвата Па рижского театра «Одеон», до диверсионных актов, уничтожающих сотни ни в чем не повинных людей, — таков диапазон акций мятежников.

Однако во всей этой невероятной мешанине, во всем этом хаосе бла городных и бесчеловечных, смешных и трагичных поступков просле живалась одна общая закономерность: деятельность молодежи разви валась стихийно, по инициативе снизу и неизбежно принимала ради кально-антибуржуазный характер, приводила к отрицанию всех устоев, концентрировалась в итоге вокруг общих болевых точек.


Если конкретно-исторические и идейные предпосылки «молодеж ной революции», ее движущие силы, объекты «атаки» и имевшие место акции изучены и выявлены достаточно хорошо, то в ответе на вопрос:

«Почему?» до сих пор нет единодушия специалистов. Существует це лый ряд мнений, частично взаимодополняющих, частично противоре чащих друг другу.

«Наиболее консервативные авторы в Соединенных Штатах склонны видеть главную причину радикализма молодежи в недостатках системы образования, которое не служит воспитанию молодежи в духе “патрио тизма и ответственности”. При этом они не слишком озабочены тем, что бы отграничить свой идеал патриотизма от узкого национализма и шови низма», — писала в социально-психологическом очерке «Студенчество США» М. И. Новинская. (Интересно заметить, что двадцать с лишним лет спустя отечественные радетели прежних устоев, обвиняя молодежь во всех смертных грехах, высказывают те же идеи, что и радетели аме риканские.) Ряд попыток объяснения «феномена бунта» был связан с социальным составом «сотрясателей устоев». В частности, отмечалось, что боль шинство бунтарей составляли выходцы из средних слоев. Разговор о мелкобуржуазной психологии при этом нередко сопровождался навеши ванием ярлыков типа «взбесившихся от переедания буржуа». К приме ру, работы известного отечественного публициста Э. Розенталя рождали мысль, что «бурные шестидесятые» — в значительной степени порож дение богатеньких детишек из обеспеченных семей, которые бесятся с жиру. С другой стороны, ряд специалистов справедливо обращали вни мание на неоднозначную связь ценностных ориентаций личности с ее социальным положением. Практика показала, что в условиях научно технической революции скачкообразный подъем производительных сил и соответствующий рост материального благосостояния значительной части населения может приводить и к существенным различиям в цен ностных ориентациях поколений. Если старшие поколения, помнящие Разд ел V. Из ранних работ о культуре свою полуголодную юность, склонны воспринимать рост материальных благ как коренное улучшение условий жизни, то младшие воспринима ют новый уровень потребления как нечто само собой разумеющееся.

В то же время новые поколения куда как лучше образованы. В их юности больше свободного времени, которое можно тратить на развитие своих способностей, на более глубокое освоение духовной культуры. Культур ные ценности становятся более доступны и благодаря развитию системы массовых коммуникаций, общению с вузовской профессурой, контактам в молодежной среде. Широкие слои молодежи впитывают высокие гума нитарные ценности культуры, доступные ранее лишь выходцам из эли ты общества. «Происходит понимание того, что счастье заключается не в “преодолении противоречия” между хорошим автомобилем и лучшим, а вообще не в автомобилях и возможно где-то вне сферы материального потребления. Старая истина “не хлебом единым” приобретает для это го поколения новое актуальное значение, — констатирует М. И. Новин ская и приходит к очень важному, на наш взгляд, заключению: —...Оп ределенный рост жизненного уровня, расширение материальных благ, ставших доступными массовому потребителю в результате научно-тех нической революции, имеют тенденцию видоизменять систему массо вых потребностей. Превращение среднепотребительского стандарта в привычный элемент образа жизни при определенных условиях может ослаблять психологическое значение материального потребления как идеала и основной жизненной ценности. В некоторых социальных ситу ациях эти процессы порождают развитие антипотребительских настрое ний». Поэтому новые поколения, которые лишены необходимости вести жестокую борьбу за существование, могут предъявлять иные требова ния к духовному наполнению своего бытия, демонстрируя максимализм в стремлении к удовлетворению своих требований.

В данной ситуации понятна и реакция западной молодежи на гипер трофированный рационализм окружающей жизни в целом. Рациональ ность современной цивилизации связывается в сознании подрастающих поколений с подавлением личности, лишением человека возможностей саморазвития. Отсюда — протест против всей системы буржуазных со циальных институтов как орудия порабощения индивидуума, отсюда же — искреннее убеждение в тождественности классической западной культуры и буржуазного угнетения личности. Как образно писали пуб лицисты в те времена, юная поросль, поднявшаяся на гребне «движения шестидесятых», оглянулась вокруг и не увидела ничего, кроме пустыни городов, в которых всякое движение души сводилось к страху потерять роскошную жизнь у телевизора с кондиционером. «Нам, принадлежа щим к этому поколению, становится не по себе при виде мира, который мы унаследовали, — заявляли члены организации “Студенты за демо кратическое общество” в своей декларации, принятой в 1962 году. — Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений Во времена нашего детства мы находили хорошими американские цен ности. Однако по мере того как мы становились старше, наша уверен ность была поколеблена тревожными событиями. Сначала — позорный вопрос Юга и борьба против расистского ханжества... Потом — “хо лодная война”, символизируемая существованием бомбы, вынудила нас осознать, что наши друзья и миллионы других, неизвестных нам людей, которых мы ощущали близкими себе в силу грозящей нам общей опас ности, могут быть убиты в любое мгновение».

Что ж, чувства молодых американцев, порожденные картиной уна следованного мира, можно не только понять, но и разделить. По метко му и язвительному замечанию американского юнолога X. Малькольма, буржуазное общество оказалось не подготовлено для жизни духовно здоровых людей, так как доктор Бенджамин Спок и другие отцы совре менной педагогики не предупредили его о том, что воспитание духовно здоровых детей неминуемо приведет их к конфликту с воспитателями.

«Прежде мыслящие молодые люди задавали себе вопрос: чему я посвя щу свою жизнь? — цитирует по этому поводу М. И. Новинская автори тетного американского этнографа и социолога Маргарет Мид. — Теперь они спрашивают: могу ли я посвятить чему-либо свою жизнь? Есть ли в культуре человечества что-либо, стоящее того, чтобы посвятить это му жизнь?» Поиск новых духовных ориентиров увеличивает психоло гическую дистанцию между лучшей частью молодежи и обывательской массой.

В нашу задачу, конечно, не входит составление антологии всех взгля дов на проблему «отцов и детей» в ее современном звучании. Тем не ме нее приведем две весьма экстравагантные и, видимо, столь же ложные концепции, сформулированные небезызвестным нашей широкой ауди тории З. Бжезинским и не менее знаменитым в кругу философов Г. Мар кузе. Збигнев Бжезинский считал молодежный бунт реакционным. В его интерпретации деятельность «юной поросли» представляет собой кон сервативную реакцию на последствия научно-технической революции, аналогичную движению луддитов. Герберт Маркузе, напротив, присваи вал молодежи роль «нового революционного класса» вкупе с народами третьего мира и люмпен-пролетариями развитых стран. При этом он весьма квалифицированно играл на популярности марксизма, манипу лируя соответствующей терминологией. По Маркузе, интеграция рабо чего класса в капиталистическую систему зашла настолько далеко, что ни о каком его революционном потенциале не может быть и речи — ему «есть что терять, кроме своих цепей». Иное дело — молодежь, призван ная стать катализатором революции. Естественно, юношество не пре минуло примкнуть к точке зрения франкфуртского философа. В итоге Маркузе предстал на некоторое время в глазах многих не только интел лектуальной «суперзвездой», но и идеологом молодежного движения.

Разд ел V. Из ранних работ о культуре Значительная часть попыток объяснения феномена молодежного про теста 60-х лежала в русле теории «конфликта поколений», трактующей отношения между молодежью и старшими как биологически предопре деленные и повторяющиеся взрывы агрессивной энергии молодого по коления против консервативного единовластия старших. Как отмечала С. Н. Иконникова, натуралистически-пессимистическая оценка поли тической активности молодежи восходит к психоаналитической теории З. Фрейда и связана с концепцией Эдипова комплекса. Как известно, тра гедия фиванского царя Эдипа, убившего отца, чтобы жениться на матери, дала повод Фрейду разглядеть некую якобы всеобщую формулу тайных пружин человеческих отношений. Согласно Фрейду, «отцы», как силь ный, не уступающий без боя свои позиции и блага соперник, подсозна тельно вызывают у «детей» чувства страха и ненависти, которые рано или поздно приводят к открытому конфликту, взрыву агрессивности но вого поколения. Молодежь оттесняет старших, захватывает власть — и все повторяется вновь. Пытаясь представить феномен индивидуальной жизни отдельных личностей как некий универсальный механизм, выда ющийся австрийский психиатр поспешил его распространить на целые народы: «В душевной жизни народов должны быть открыты не только подобные же процессы и связи, какие были выявлены при помощи пси хоанализа у индивида, но должна быть также сделана смелая попытка осветить при помощи сложившихся в психоанализе взглядов то, что ос талось темным или сомнительным в психологии народов».

На первый взгляд в истории человечества немало конкретных под тверждений этой точки зрения. Хорошо известно, что отношения «от цов» и «детей» никогда не были безоблачными. Напротив, первые же об разцы письменности различных народов доносят до нас сведения о том, что «молодые злокозненны и нерадивы, не признают авторитетов и не слушаются старших». Не случайно У. Лакер пишет: «За специфической политической ориентацией кроются мотивы, сохраняющие во всех слу чаях поразительную устойчивость. Молодежные движения всегда отли чались экстремизмом, эмоциональностью и энтузиазмом и никогда не были рационалистичны. Столь же общим для всех молодежных групп является глубоко пессимистичное отношение к будущему современной культуры. Старшие поколения безнадежно испортили мир, и нужна ра дикальная революция, чтобы начать все сначала. Молодежные движе ния никогда не хотели признавать уроки прошлого;


каждое поколение всегда считало себя первым и последним в истории».

Однако многочисленные экспериментальные попытки зафиксиро вать Эдипов комплекс дали отрицательные результаты — как оказалось, описанные Зигмундом Фрейдом влечения не являются биологически врожденными, несвойственны здоровым людям. Это были вынуждены признать даже последователи учения Фрейда.

Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений Как ни странно, но биологическая интерпретация конфликта поколе ний до сих пор демонстрирует удивительную живучесть в буржуазной идеологии. В качестве примера, красочно иллюстрирующего это поло жение, советские исследователи упоминают обычно в первую очередь книгу Люиса Фойера «Конфликт поколений», вышедшую в Нью-Йор ке в 1969 году. «История всех до сих пор существовавших обществ яв ляется историей борьбы между поколениями. Старые и молодые, отцы и дети, зрелые мастера и молодые подмастерья, взрослые работодатели и молодые чернорабочие, старые профессора и молодые студенты со времени первобытного отцеубийства соперничали между собой за гос подство в обществе. Эта борьба продолжается непрерывно, то скрытно, то явно;

она никогда не кончалась явным триумфом молодых, ибо к тому времени, когда они побеждали, они уже становились людьми средних лет», — утверждает этот американский социолог.

Еще раз отметим, что повседневный опыт дает немало пищи для по добных суждений. Однако марксизм трактует известную напряженность во взаимоотношениях поколений иначе: «История есть не что иное, как последовательная смена отдельных поколений, каждое из которых ис пользует материалы, капиталы, производительные силы, переданные ему всеми предшествующими поколениями;

в силу этого данное по коление, с одной стороны, продолжает унаследованную деятельность при совершенно изменившихся условиях, а с другой — видоизменяет старые условия посредством измененной деятельности» [3]. Эти слова К. Маркса и Ф. Энгельса являются методологическим ключом к понима нию чрезвычайно сложного и диалектически противоречивого процесса культурной преемственности поколений. По Марксу, каждый юный че ловек, вступающий во «взрослую» жизнь, должен не воспринять цен ности общества механически, но «подвергнуть все сомнению», прове рить на прочность, на соответствие новым условиям деятельности, воз никающим в процессе общественного развития. При этом устаревшие ценности должны быть отброшены, жизнеспособные — творчески ис пользованы в дальнейшей деятельности. Развивая марксистский под ход к данному вопросу, М. С. Горбачев призвал советскую молодежь в выступлении на XX съезде ВЛКСМ: «...не берите все на веру. Поймите все, сделайте на основе этого понимания необходимые выводы для своей жизни, для своей деятельности. Ведь именно такая четкая, осмысленная позиция нужна для решения задач перестройки» [4].

Несомненно, процесс культурной преемственности одновременно сближает и разъединяет поколения. Как отмечают С. Н. Иконникова и Э. В. Соколов, то, что создавалось человечеством на протяжении веков и тысячелетий, должно быть передано взрослыми и освоено молодыми в течение каких-нибудь полутора десятков лет. Процесс культурной пре емственности имеет двусторонний характер: молодое поколение должно Разд ел V. Из ранних работ о культуре прилагать усилия для овладения культурным богатством общества, стар шие — делиться своим опытом, знаниями, духовным богатством. Одна из важнейших задач культуры состоит в том, чтобы соединить усилия разных поколений в совместной деятельности, направленной на осу ществление культурной преемственности. Вместе с тем, что принципи ально важно, молодежь всегда выступает на исторической авансцене как новое поколение, у которого есть резервы энергии, которое развивает культуру, осуществляет ее «расширенное воспроизводство». По суще ству, задача молодежи состоит не просто в усвоении культурного насле дия, а в том, чтобы, соединив его с реальной общественной практикой, создать в чем-то иную, новую культуру.

Как правило, переоценка молодежью ценностей, выстраданных стар шими, проверенных их нелегким жизненным опытом, «отцов», конечно, не радует. В этой связи некоторая конфликтность объективно неизбеж на. «Если бы какому-то поколению взрослых удалось сформировать де тей целиком по своему образу и подобию, последующая история стала бы простым повторением пройденного», — утверждает И. С. Кон на страницах журнала «Коммунист», и с этим мнением трудно не согла ситься.

Закономерно, что с ускорением общественного развития усложня ются и взаимоотношения поколений, изменяются весьма существенные черты процессов культурной преемственности.

По-видимому, в индустриально развитых странах Запада феномен молодежного бунта 60-х в значительной степени был предопределен резким ускорением темпов жизненных перемен, происшедшим под влия нием научно-технической революции. Рост социальной и духовной авто номии молодежи, относительное обособление ее в качестве социально демографической группы послужили в известных конкретно-историче ских условиях современного буржуазного Запада нравственной, а затем и политической конфронтации поколений. Объяснение взрывному ха рактеру этой конфронтации, видимо, следует искать в специфических социально-психологических характеристиках конфликтующего поколе ния, с одной стороны, и неподготовленности системы буржуазных ин ститутов власти к снятию социального напряжения — с другой. Следует иметь в виду и принципиальное отсутствие у современного капитализма привлекательных для высокоразвитой личности целей и идеалов.

Извлекая уроки из горького зарубежного опыта взаимоотношений поколений в новых условиях общественного развития, обусловленных НТР, нам представляется необходимым в первую очередь пересмотреть негативное отношение к ряду теоретических положений, сформулиро ванных такими видными американскими учеными, как М. Мид, К. Ке нистон, С. Айзенштадт, К. Дэвис и др. Суть этих положений можно крат ко изложить следующим образом. Ускорение темпов социального раз Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений вития, стремительные изменения различных параметров и условий деятельности общества вызывают к жизни новые механизмы развития культуры. Новым поколениям приходится вступать во «взрослую» жизнь, принимать ответственнейшие (с точки зрения дальнейших последствий для самого человека) решения по выбору профессии, спутника жизни, ценностных ориентиров в условиях, коренным образом отличающихся от ситуаций тридцатилетней и даже пятнадцатилетней давности. Пере мены в производстве, быту, всем укладе жизни в этой ситуации значи тельно снижают ценность жизненного опыта старших поколений для поколений подрастающих. Между тем с возрастом уменьшаются спо собности индивидуума воспринимать новые веяния, адаптироваться к изменяющимся условиям деятельности. Новации воспринимаются и ус ваиваются стареющими поколениями все медленнее и медленнее по сравнению с молодежью. Все более и более увеличивающееся отстава ние старших от ускоряющегося темпа жизни порождает их историческое несоответствие новым реалиям. Чем быстрее темп развития общества, тем больше культурная дистанция между поколениями. Тем глубже раз ногласия, острее конфликты. Несколько утрируя эту схему, известный социолог К. Кенистон, в частности, заявляет в своей книге «Не приняв шие на себя обязательств. Отчужденная молодежь в американском об ществе» следующее: «Оба поколения стоят перед совершенно разными ситуациями, поэтому образ жизни родителей не может быть для их де тей ни хорошим, ни плохим. Он просто не имеет к ним никакого отно шения».

Безусловно, это утверждение можно рассматривать лишь как яркую гиперболу. И все же, по всей видимости, К. Кенистон верно ухватывает тенденцию (подчеркнем: одну из многих, но очень важную), дающую о себе знать во взаимоотношениях поколений сегодня.

В работах западных ученых прослеживается и еще одна интересная мысль: о новаторской роли молодежи в обществе. Развивая идеи X. Ор тега-и-Гассета, С. Айзенштадта и других, Маргарет Мид и ее коллеги приходят к выводу о возникновении принципиально нового типа куль туры, в рамках которого не молодежь заимствует нормы и ценности из опыта предшествующих поколений, а стареющие «отцы» воспринима ют новации от «детей». Конечно, действие нового механизма передачи культуры (по линии «от младших — к старшим») также не нужно аб солютизировать. Но вот признать его существование, включить в поле зрения, изучить и учесть, на наш взгляд, необходимо.

Думается, что в процессе своего культурного становления молодежь не только создает новые культурные ценности и не только проверяет на прочность ценности, уже принятые старшими поколениями. Молодежь в силу своей социально-психологической устремленности в будущее и специфического общественного положения раньше многих других Разд ел V. Из ранних работ о культуре общественных групп обращает внимание на любые новации, зачастую вне зависимости от того, в какой сфере общественной практики они ро дились и представители какого поколения явились творцами нового.

Как удалось недавно убедительно показать ленинградскому филосо фу К. С. Пигрову, новое и общезначимое — диалектически взаимосвя занные противоположности. Если в культуре общества появилось что то существенно новое — это новое не может быть мгновенно принято сразу всеми членами общества, мгновенно стать общезначимым.

Нуж ны какое-то время для проверки новации и «группы риска», ее проверя ющие. Не приемлющие новацию общественные группы борются про тив ее утверждения в общественной практике: выдвигают из своей сре ды наиболее активных «борцов», формулируют аргументы, пытаются воздействовать не только на общественное мнение, но и на деятель ность тех или иных социальных институтов, добиваются осуждения но ваций общественными организациями, печатными органами и т. д. Один из наиболее ярких примеров подобного рода последних лет — борьба с рок-музыкой вообще и печально известное письмо маститых писате лей в «Правду», опубликованное 9 ноября 1987 года в дискуссионном порядке под заглавием «Легко ли быть молодым?», в частности. Про гресс общества невозможен без подобной борьбы, в ходе которой не жизнеспособные новации отбрасываются, ценные — принимаются всем обществом. Но к тому времени, когда у общественно значимой новации не останется сколько-нибудь заметной оппозиции, она давно уже пере станет быть новацией.

Судя по всему, XX век действительно принес с собою новые механиз мы внедрения новаций в общественную практику. Ныне они чаще всего проходят первоначально проверку в молодежной среде, а затем посте пенно принимаются более взрослой, более консервативной частью об щества. (Разумеется, мы здесь имеем в виду не всю молодежную среду вообще, а среду наиболее образованного, наиболее развитого в культур ном отношении юного пополнения общества.) В этом смысле конфликт поколений можно рассматривать не только как объективно неизбежный, но и как весьма ценный механизм жизни общества, служащий отбору и внедрению полезных новшеств, отбрасы ванию всего ненужного, вредного.

Иное дело, что с точки зрения общественных интересов этот конф ликт должен протекать совсем в иных формах, нежели это имеет место ныне. Не скандал в благородном семействе с битьем посуды, выволоч кой и хлопаньем дверями, а столкновение мнений, свободная дискус сия в условиях демократии и гласности, взаимоуважительный коррек тный диалог разных, но равноправных поколений — вот стиль взаимо понимания «отцов и детей», которому в нашем обществе принадлежит будущее.

Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений АНАТОМИЯ КОНФЛИКТА При более детальном рассмотрении конфликт поколений оказыва ется явлением многомерным и многослойным. Складываясь из бесчис ленных эпизодов взаимодействия представителей различных социаль но-демографических групп, он далеко не всегда поддается в своих кон кретных проявлениях однозначному истолкованию.

Это обстоятельство очень затрудняет людям выбор оптимального варианта реакции на возникающую конфликтную ситуацию. Тем более что она, как правило, вспыхивает неожиданно. Ну скажем: вчера еще послушный и тихий шестнадцатилетний «ребенок» сегодня вспылил, наговорил родителям «ужасных гадостей» и убежал из дому, хлопнув дверью. Прежде чем действовать, родители, естественно, хотят понять, в чем причина такого поведения. В чем, собственно, дело? Обнаглел?

Неправильно воспитали? Шалят нервы в связи с «трудным возрастом»?

Реагирует на социальную или иную несправедливость? Становится взрослым и борется за самостоятельность?

Известно, что поводы и причины конфликта могут не совпадать. Бо лее того, чаще всего не совпадают. Причины могут быть связаны с со стоянием психики подростка, психологической несовместимостью взаи модействующих людей, неумением той или другой стороны избирать и исполнять социальные роли, осуществлять взаимодействие в формах и методами, адекватными ситуациям. В основе конфликта могут лежать отклонения от реализации принципов социальной справедливости, раз личия в ценностных ориентациях и др.

Дело усложняется тем, что юный человек нередко сам не может по нять, что с ним происходит. Когда же поймет, может быть уже поздно:

судьба загублена, личности и обществу нанесен невосполнимый ущерб.

Ведь далеко не всякий способ разрешения конфликта движет развитие общества, способствует прогрессу личности.

В этой связи мы и считаем целесообразным предложить читателю свой взгляд на анатомию конфликта поколений, очертить в первом при ближении его структуру, оговорив особо то обстоятельство, что в извест ной научной литературе этот вопрос подробно не рассмотрен.

«Старшие поколения готовы к диалогу с молодыми. Они пытаются “отделять зерна от плевел”, понять, какие мысли и чувства скрыты за кожаными куртками, железными заклепками и самозабвенными экста тическими танцами молодых поколений восьмидесятых», — выдает же лаемое за действительное Т. Егорова на страницах журнала «Музыкаль ная жизнь» (1987. № 13) с той долей социального оптимизма и «знания»

действительности, которые присущи этому рупору элитарной филар монической субкультуры. Конечно, такое можно было написать, толь ко предварительно плотно зашторив изнутри окна консерватории или музея.

Разд ел V. Из ранних работ о культуре Степень «готовности» старших поколений характеризует следующее письмо, полученное недавно одним из авторов:

«Моя дочь, Петрова Таня [5], 1967 г. р., попала в начале 1986 г. под влияние компании, которая, как омут, затянула ее. В 1985 г. Таня закон чила среднюю школу. Учась в школе, занималась в киностудии и танце вальном кружке. Была доброй, отзывчивой, контактной девочкой, име ла много подруг. С 10 класса дружила с хорошим парнем, Витей Егоро вым, любила его, собирались пожениться. Весной 1985 г. Витю взяли в армию. Таня же поступила на вечерний факультет в Ленинградский институт точной механики и оптики, устроилась работать в КБ чертеж ницей.

В начале 1986 г. ее одноклассница ввела Таню в компанию, где она познакомилась с Добрыниным Федором (24 года), который нигде не ра ботает. Как его одноклассницы говорят, “он человек с тройным дном”.

После начала этой “дружбы” изменялось ее мировоззрение, моральный, идеологический облик. Резко изменился весь образ жизни. Она стала ежедневно приходить домой в 2–3 часа ночи, а иногда и вообще не при ходит ночевать. Были случаи, когда она приходила в странном виде на работу, вызывая подозрение в употреблении наркотиков. Стала грубая, жестокая, высокомерная, нахальная. Дома ничего не делает. Под впе чатлением взглядов этот компании она стала высокомерно смотреть на людей обычных трудовых профессий и стала считать, что имеет смысл заниматься только особо творческой работой со свободным режимом дня. Теперь ее интересуют только гуманитарные профессии, о которых она раньше и не думала (филфак университета, психология и т. д.). Бро сила интститут как недостаточно интересный. Говорит, что там серо преподают. Она находит интересной только свою компанию. Про Фе дора говорит, что он личность, хотя школьные его подруги говорят, что он подонок.

Аналогичным образом были втянуты в эту компанию девочки а) из школьного класса Тани:

Кантор Марина — бросила работать;

Сидорова Марина — бросила учиться;

Сагал Лена — бросила учиться;

б) из класса Федора:

Синицкая Анна — учится;

Беленькая Оля — работает.

Характерные особенности этой компании можно сформулировать следующим образом:

1. Тунеядство. Неуважение к людям обычных трудовых профессий.

Считают такие профессии для себя неприемлемыми, чем и обосновы вают тунеядство.

2. Беспорядочный богемный образ жизни.

Эта непонятная молодежь: проблемы молодежных объединений 3. Проповедь свободной любви.

4. Компания не брезгует сутенерством.

Весной 1987 г. вернулся из армии Витя Егоров, так его тоже затянули в хиппи. А ведь он отслужил 2 года в армии! Как же могло случиться, что там его политически не подковали?

Много, очень много сил и здоровья было затрачено, чтобы Таня вер нулась к нормальному образу жизни. Но когда я почувствовала, что одна не могу справиться, я решила обратиться к общественности. Я была уверена, что в Ленинграде найдутся люди, которые смогут помочь мне в моей беде. Тем более что к этому моменту уже прошел XXVII съезд КПСС, съезд ВЛКСМ, был принят ряд постановлений о работе с моло дежью, где говорилось о необходимости бороться за каждого советско го человека.

Куда я только ни обращалась за последние 1,5 года:

1. К врачам.

2. К психологам.

3. В милицию (к участковым).

4. В КГБ, МВД.

5. К редакторам газеты «Смена».

6. В райком, обком комсомола, райком и обком партии.

Все мне сочувствовали, утешали, но говорили, что помочь дочери никто не сможет, кроме семьи. Но чем я могу ей помочь? Я для нее не авторитет.

В настоящее время Таня ведет беспорядочный образ жизни. С мая 1987 г. она не работает и работать не собирается. Разъезжает по раз ным городам со своими “друзьями” хиппи, а когда бывает в Ленингра де, то часто ночует не дома, а у своих хиппи.

В чем же сила этой компании, что она смогла за 2 года перемолоть психологию, убеждения моей дочери, а мы, советские люди, глядим ра зинув рот и ничего не можем сделать? Как достучаться до дочери, чтобы она поняла, что живет жизнью чуждой и ненормальной? Как вылечить ее? Я не могу нормально жить и работать. Все мои мысли только о том, как спасти дочь, вернуть ее к нормальному образу жизни.

Помогите, очень прошу, помогите.

Петрова Анна Ивановна».

Практика показывает, что наиболее часто фундамент бытовых меж личностных конфликтов подобного рода составляют:

— игнорирование родителями особенностей психики своих детей;

— ошибки, совершаемые родителями при воспитании детей;

— непонимание сути культурных различий поколений.



Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.