авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГБОУ ВПО «Амурский государственный университет» Биробиджанский филиал Л.А. Полянская, Н.Н. ...»

-- [ Страница 3 ] --

Этот момент может создать основу или, непосредственно, привести к серьезным деформациям личности девушек. Подоб ные ситуации были описаны К.Г. Юнгом и его последователями [189]. По их мнению, неосознаваемое отрицание женщинами компоненты психики «женственность» приводили к серьезным проблемам и соматического, и психологического свойства.

В современной психологической науке разработано немалое количество психотерапевтических программ, целью которых яв ляется восстановить или создать декларируемую гармонию принципов мужественности и женственности [90, 130 и др.].

Обобщенно корреляционный анализ самоидентификации как организованного в соответствии со структурой личности психологического процесса проявил отождествление себя де вушками как представительниц пола с серьезным предпочтени ем принципа маскулинности и отрицанием женственности.

Опосредованность идентификационного процесса индивида как представителя пола моделью послойности конструкта пола позволила нам полагать, что половая самоидентификация имеет следующие тенденции: «половая самоидентификация как носи теля биологической функции», «половая самоидентификация как представителя психологического пола», «половая самоиден тификация как репрезентация себя представителем мужского или женского пола в социуме».

В этом случае нашей цели наиболее отвечала методика «Ин стинктометрический профиль индивида» Г.А. Аминева (Прил.

5), позволяющая выявить особенности создания суждений чело веком о себе как о представителе пола в ракурсе «носитель био логической ипостаси».

Возможность проявить позиции понимания личностью себя как представителя психологического пола дал I вариант «Мето дики интерперсональной диагностики Т. Лири», где для диагно стики значимой нами определена позиция «Я реальная».

Социальный ракурс нами отслеживался через образ «Де вушка идеальная» (I вариант методики Т. Лири), отражающего представления респонденток об идеальной модели девушки как наиболее соответствующей требованиям современного социума.

В этой связи при заполнении опросника для образа «Девушка идеальная» в инструкции респондентам мы акцентировали необ ходимость соответствия образа «идеального» образу наиболее социально значимому.

«Тест структуры архетипов по Юнгу» Г. Аминева позволил нам отследить представленность идеи двойственности пола в обозначенных ранее стратах – биологическая, психологическая, социальная. В качестве критерия использовался коэффициент линейной корреляции Пирсона.

Прежде чем представить интерпретацию количественных данных половой самоидентификации девушек в биологической ипостаси, обратимся к пониманию инстинкта. В биологическом контексте инстинкты определяются Ч. Дарвином как стереотип ные поведенческие паттерны, характерные для данного вида (например, строительство улья у пчел). Дарвин рассматривал инстинкт в основном как влечение или импульс, побуждающий животное стремиться к определенной цели, которая обусловли вает природу данного инстинкта.

З. Фрейд считал, что инстинкт врожденный и не поддаю щийся изменению аспект человеческой природы. Фрейд рас сматривал только три типа инстинктов, но отмечал, что все ин стинкты имеют одну и ту же общую форму, хотя различны по содержанию. У всех инстинктов есть источник, определенного типа энергия, или движущая сила, цель и объект. Источник ин стинкта неизбежно коренится в биологическом характере орга низма – в самом процессе обмена веществ [94]. Итак, инстинкт – это не соматический процесс, но, скорее, психическая репрезен тация соматического процесса.

К.Г. Юнг рассматривал инстинкт с позиции глубинной пси хологии. Согласно Юнгу, инстинктивная деятельность есть спе цифический бессознательный процесс, доступный сознанию лишь через его результаты. Причем эти процессы должны быть унаследованы, должны возникать единообразно и регулярно, им должен быть присущ признак вынужденной необходимости. Та ким образом, инстинкт есть целенаправленный импульс для осуществления некоторого высокосложного действия [94, 189].

Причем инстинктивное действие характеризуется бессознатель ностью стоящего за ним психологического мотива в противопо ложность строго сознательным процессам, отличающимся не прерывностью осознавания их мотивов.

Исходя из понимания инстинктов, можно предположить, что часть психологических качеств индивида является отражением биологических инстинктов, имеющих «женскую» или «муж скую» нагрузку. Корреляция принципов двойственности пола и инстинктометрии позволила выявить следующие значимые свя зи шкал «анимы» и «анимуса» и отдельных черт инстинктомет рических профилей респонденток и представить их в табл. 2.

Таблица Корреляционные связи показателей шкал теста структуры архетипов по Юнгу и показателей инстинктометрического профиля индивида Шкалы Анима Анимус Эмпатия, социальное сотрудничество, - 0,010 - 0, забота об окружающих (Эм) Родительский инстинкт ухода за детьми 0,121 - 0, (Рд) Аккуратность, инстинкт опрятности (Ак) 0,149 - 0, Ориентировочный рефлекс исследова- - 0,185 - 0,258** тельский инстинкт, инстинкт любозна тельности (Ор) Инстинкт целеполагания, целепреследо- 0,205* 0, вания. (Цл) Снижение инстинкта самосохранения, 0,179 - 0, пассионарность (Пс) Лидерский (Лд) - 0,108 0, Эротический, половой инстинкт (Эр) - 0,156 0,226* Пищевой инстинкт (Пщ) - 0,027 - 0, Инстинкт игры (Игр) - 0,135 - 0, Стадный инстинкт (Ст) - 0,169 0, Инстинкт агрессии (Аг) - 0,015 0, Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Уровня статистической значимости (p 0,05) достигла кор реляция «анимы» и инстинкта целеполагания (0,205). Для «ани муса» девушек значим эротический инстинкт (0,226 при p 0,05). Здесь читается подтверждение мнения З.Фрейда о том, что половой инстинкт имеет исключительно мужскую природу [168, 170]. Отрицание инстинкта любознательности «анимусом»

(-0,258 при p 0,01) не соответствует привычному представле нию о стремлении к открытиям как мужской черте [51].

Отмечается также разнонаправленность незначимых корре ляций инстинктов и архетипов двойственности пола. Выражено это следующим образом. Одновременно присутствует тенденция к принятию «анимой» девушек инстинктов родительского, акку ратности, пассионарности, и тенденция к отрицанию этих же ин стинктов «анимусом» девушек. Здесь очевидны предпосылки, по К.Г. Юнгу, «импульсы», для классического распределения ролей «мужское-женское» в обыденном понимании, имеющем куль турные и общественные истоки.

Также обнаружилась противоположность в тенденциях про явления «анимой» и «анимусом» инстинктов лидерского, эроти ческого, стадного и инстинкта агрессивности. Незначимая отри цательная корреляция женской компоненты психики девушек и инстинктивных характеристик: лидерского, эротического, игро вого, стадного и инстинкта агрессивности, может быть обуслов лена либо их малоценностью для респонденток, либо подтвер ждением тенденции отсутствия в архетипе «анима» основ к по добным свойствам.

Мы также обратили внимание на «внутреннюю» картину корреляций инстинктов. Так, инстинкты эмпатии и родитель ский отрицают лидерство (р 0,01), чем подтверждают то, что при эмоциональном контакте, заинтересованности друг в друге базисными должны быть отношения партнерские. Эротический инстинкт «несовместим» с инстинктами: родительским (- 0, при р 0,01), аккуратности (- 0,232 при р 0,05), организатор ским (- 0,363 при р 0,01), целеполагания (- 0,214 при р 0,05) и пассионарности (- 0,208 при р 0,05). Стадный не предполагает инстинкт целеполагания (- 0,376 при р 0,01), здесь читается «синдром толпы». Агрессия категорически не совместима с эм патией (- 0,267 при р 0,01) и родительским (- 0,409 при р 0,01), что символизирует необходимость фемининных качеств в деле воспитания детей.

Обобщая, отметим, что корреляции показателей инстинкто метрического теста и шкал «анимы» и «анимуса» подтверждают отсутствие жесткой биологически обусловленной заданности «мужских» и «женских» моделей поведения, но позволяют предполагать их как «импульсы». Однако тенденция противопо ставления инстинктов опосредованно двойственностью пола позволяет предположить, что респондентки воспринимают эти принципы взаимоисключающими и «используют» их автономно друг от друга.

Исследования психологической страты пола дали значения следующего характера и приведены в табл. 3.

Таблица Корреляционные связи показателей шкал теста структуры архетипов по Юнгу и показателей октантов профиля «Я реальная» методики интерперсональной диагностики Т. Лири Шкалы Анима Анимус I авторитарность - 0,101 0,280** II эгоистичность - 0,378** 0,408** III агрессивность - 0,251* 0,370** IV подозрительность - 0,142 0,390** V подчиненность 0,214* - 0, VI зависимость 0,259** 0, VII дружелюбие 0,191 0, VIII альтруистичность - 0,067 - 0, Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

«Анима» девушек отрицает авторитарность (I октант), эгои стичность (II октант), агрессивность (III октант), подозритель ность (IV октант), (VIII октант). Уровня значимости достигает отрицание эгоистичности (- 0,378 при р 0,01) и агрессивности (- 0,251 при р 0,05), что нами может быть интерпретировано как жертвенность, непринятие позиции преследования своих ин тересов вопреки всему, сосредоточенность на другом человеке.

Отрицание «анимой» девушек инстинкта агрессивности (- 0, при p 0,05) подтверждает классическую установку о женской мягкости и доброте. Также отмечены тенденции положительной значимой корреляции «анимы» и свойств: подчиненность (VI октант) (0,214 при р 0,05) и зависимость (VII октант) (0, при р 0,01). В этом также проявляется тенденция усвоения и принятия «анимой» традиционных, «фемининных» качеств.

«Анимус» же девушек значимо коррелирует с «сильными»

шкалами: авторитарностью (0,280 при р 0,01), эгоистичностью (0,408 при р 0,01), агрессивностью (0,370 при р 0,01) и подо зрительностью (0,390 при р0,01). Получается, что при «вклю чении» девушками мужской компоненты своего сознания обще ство столкнется, образно говоря, с беспощадными «амазонка ми». Создавая свой психологический портрет как «девушки ре альной», наши респондентки отобразили усвоенные ими гендер ные стандарты женской мягкости и мужской воинственности, воспроизводя, тем самым, найденный ими выход, по Э. Эриксо ну, «вписывание» себя в социальный контекст.

Возможность оценить «подгонку» девушками себя под условия, диктуемые извне, дало выявление корреляций значений «анимы» и «анимуса» и показателей методики Т. Лири вариант «Девушка идеальная», как отражающих желаемую репрезента цию себя социуму, иначе, «социальный ракурс» половой само идентификации девушек. Результаты представлены в табл. 4.

Таблица Корреляционные связи показателей шкал теста структуры архетипов по Юнгу и показателей октантов профиля «Я идеальная» методики интерперсональной диагностики Т. Лири Шкалы Анима Анимус I авторитарность 0,040 0,390** II эгоистичность - 0,319** 0,379** III агрессивность - 0,286** 0,210* IV подозрительность - 0,080 0,218* V подчиненность 0,018 0, VI зависимость 0,333** 0, VII дружелюбие 0,327** - 0, VIII альтруистичность 0,311** - 0, Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Репрезентируя личностный профиль «Девушка идеальная», наши респондентки подтвердили важность фемининных харак теристик для компоненты «анима», доведя их показатели до уровня значимости. Так, предпочтение отдано свойству «подчи ненность» (VI октант) (0,333 при р 0,01);

зависимость (VII ок тант) – (0,327 при р 0,01);

и альтруизм (VIII октант) – (0, при р 0,01). Так же, как и в образе «Я реальная» девушки в «идеальной модели», ярко отрицают эгоистичность (II октант) ( 0,319 при р 0,01), агрессивность (III октант) (- 0,286 при р 0,01). Сохраняется тенденция неприятия подозрительности как непродуктивного качества для доверия в межличностных отно шениях.

В противоположность «аниме» «анимус» образа «Девушки идеальной» положительно значимо коррелирует с показателями сильных характеристик: авторитарностью (0,397 при р 0,01), эгоистичностью (0,381 при р 0,01), агрессивностью (0,210 при р 0,05) и подозрительностью (0,218 при р 0,05).

Считаем необходимым отметить, что отрицательная корре ляция «анимы» и свойств по «сильным», «доминантным» октан там (I, II, III, IV) поддержана значимыми показателями принятия этих же свойств «анимусом». И, наоборот, тенденция отрицания «анимусом» дружелюбия и альтруистичности противопоставле на ценности этих качеств для «анимы». Здесь мы полагаем тен денцию к взаимоисключению, несмешению в проявлении пси хологических мужских и женских черт. Скорее всего, в сознании респонденток присутствует четкая дифференциация мужского и женского образов как противоположных по своим свойствам.

Обобщая результаты диагностического рассмотрения поло вой самоидентификации девушек опосредованно моделью по слойности пола, отметим следующие моменты. Нами не было выявлено в условиях нашей работы конкретной биологически заданной основы для психологического и социального разделе ния ролей на «мужские» и «женские». Здесь можно говорить лишь о неявных тенденциях или предпосылках. Психологиче ский и социальный ракурсы половой самоидентификации деву шек позволяют сделать выводы о четкой дифференциации «мас кулинных» и «фемининных» качеств в понимании наших ре спонденток. Можно уверенно утверждать, что девушки в зави симости от ситуации, будут являть собой либо «милых, добро душных, зависимых» представительниц женского пола, либо, образно говоря, «железных леди» и серьезных конкуренток мужчинам.

Отметив в § 1.3 зависимость от возраста индивида особен ностей половой самоидентификации, мы обосновали в § 3.1 наш выбор респондентов юношеского возраста. Представим интер претацию количественных данных взаимосвязи шкал «анима» и «анимус» и психосексуального развития личности в соответ ствии с «Тестом нейротипов по Фрейду» З. Фрейда (1953);

Г.А. Аминева, Э.Г. Аминева (1994) в табл. 5.

Таблица Таблица корреляционных связей шкал теста структуры архетипов по Юнгу и показателей возрастного формирования личности теста нейротипов по Фрейду Шкалы Анима Анимус Оральный 0,298** 0, Анальный - 0,011 - 0, Уретральный - 0,121 - 0, Фаллический - 0,274** 0,286** Генитальный 0,056 - 0,202* Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

В результате были выявлены следующие позиции. «Анима»

отличается статистически значимой связью (0,298 при р 0,01) с оральной стадией. Данная корреляция позволяет предположить, что первая в иерархии психосексуального развития личности оральная стадия является для половой самоидентификации де вушек наиболее актуальной. «Застревание» на оральной стадии, согласно З. Фрейду, позволяет считать девушек, не имеющими тенденций к самостоятельному, объектному поведению.

И для «анимы», и для «анимуса» характерно незначимое от рицание (р 0,05) смыслов анальной стадии. Если исходить из результирующих по З. Фрейду, то здесь создаются предпосылки к принятию каких-либо норм, стандартов, упорядоченности, ак куратности, лидерства и великодушия и с «женских» позиций, и с «мужских» позиций как не важных для респонденток.

Фаллическая стадия, как стадия, олицетворяющая установ ление характерного для биологического пола полоролевого по ведения, позволяет интерпретировать достигшее уровня значи мости (- 0,274 при р 0,01) непринятие «анимой» как нежела ние, может быть и отрицание, предписываемого женщинам по ведения, образа жизни, образа мышления и т.д. Это подтвержда ется значимым (0,286 при р 0,01) установлением «анимуса»

как более важного и соответствующего предполагаемому этало ну.

Содержание корреляций стадии генитальной и принципов двойственности пола позволяет отметить тенденцию конфликт ности соотношения «анимуса» (- 0,202 при р 0,05), как не стремящегося к принятию обретений данной стадии и «анимы»

(0,056), как не направленной на их отрицание. Следует отметить, что возрастной ценз предполагает «нахождение» респонденток на стадии генитальной, где основной особенностью, по З. Фрей ду, становится половое сношение с представителем противопо ложного пола. В этой логике интерпретация может быть следу ющей. Женская половина личности девушек не актуализировала пока для себя данный аспект.

По З. Фрейду, стадии последовательно сменяют друг друга, не исчезая полностью, но перестают быть акцентированными.

Взгляд «изнутри» - связь стадий друг с другом, проявила ситуа цию отрицания некоторыми последующими стадиями предше ствующих. Наибольшей значимости достигает взаимоисключе ние нагрузки фаллической и генитальной стадий. Нам видится здесь некоторая конфликтная окраска. Девушки, отрицая феми нинность («анима» и фаллическая стадия), переходят на стадию, основным источником силы и удовольствия на которой стано вится сношение с представителем противоположного пола [168].

Так, примеряя маскулинную «маску», девушки отказываются от целесообразного принятия себя представительницами феминин ной модели и от стремления к гармонизации принципов двой ственности пола. В этой связи, девушки могут получить различ ные проблемы психологического свойства из-за конфликтного соотношения принципов «анимы» и «анимуса».

Подводя итог эмпирического исследования половой само идентификации девушек как многоуровневого процесса, опосре дованного гетерогенностью пола, обозначим общие моменты.

Половая самоидентификация девушек проведена с четкой диф ференциацией принципов «анима» и «анимус». Наиболее при влекательным в сознании респонденток определен «анимус».

Возрастные особенности самоидентификационного процесса де вушек также проявили негармоничность половой самоиденти фикации девушек, большую значимость для них «маскулинной»

модели. Нами было выявлено, что для разделения «мужского» и «женского» присутствуют лишь возможные «импульсы» биоло гического характера. Основная же нагрузка прослеживается в социальном ракурсе, и проявляется в психологических характе ристиках девушек.

3.3 Результаты исследования влияния социокультурных стандартов на особенности половой самоидентификации де вушек.

Опираясь на теоретический анализ проблемы гендерного де терминанта в § 2.1, отметим, что внешнюю сторону причинной обусловленности половой самоидентификации репрезентирует спектр присутствующих в культуре и обществе пониманий муж ского и женского как специфических черт свойственных тому или иному полу. Конкретнее, такими гендерными детерминан тами нами были обозначены дихотомия «доминирование подчинение» и гендерные стереотипы.

В рамках этого параграфа обратимся к исследованию влия ния обозначенных гендерных детерминант на половую само идентификацию девушек. Для выявления особенностей половой самоидентификации девушек мы применили методику «Ин стинктометрический профиль индивида» Г.А. Аминева, Э.Г. Аминева (1995), «Тест структуры по Юнгу» (шкалы «ани ма» и «анимус»), «Методику интерперсональной диагностика»

Т. Лири (профили «Я реальная», «Девушка идеальная», «Я ре альная доминирование», «Я реальная ведомость»). В качестве критерия использовали процентный показатель, коэффициент линейной корреляции Пирсона.

В § 2.2 нашего исследования мы рассмотрели гендерную де терминанту – дихотомию «доминирование-подчинение» как отображение «властной организации» культурного простран ства. Здесь были определены некоторые позиции. В гетероген ной среде «мужское-женское» мужское традиционно активно и доминантно, женское зависимо и пассивно;

особенностью гомо генного, женского пространства, выступает черта женской силы, проявляемой в определенных, актуальных для женщин ситуаци ях.

Анализируя количественные данные по II варианту методи ки Т. Лири, мы выявили, что наши респондентки в образе «Я ре альная» показали доминирование в 85 %, показатель «подчине ния» составил 15 %., что представлено на рис. 1. Очевидно, что, осваивая культурное пространство, девушки «усваивают» власт ные отношения как наиболее выгодные.

Рис. 1 Результаты диагностики половой самоидентификации девушек как результата влияния дихотомии «доминирование-подчинение» (образ «Я реальная») Это подтверждает показатель по соотношению I/V шкал об раза «Девушка идеальная», дающий 100-процентный результат принятия девушками характерологической черты «доминирова ние», что отображено на рис. 2.

Рис. 2. Результаты диагностики половой самоидентификации девушек как результата влияния дихотомии «доминирование-подчинение»

(образ «Девушка идеальная») Привлекательность власти очевидна для наших респонден ток.

В § 2.2 нами было установлено, что европейская и россий ская культуры содержат образы сильных, доминантных женщин, но эта доминантность ситуативна. Для определения, в соответ ствии с какой моделью – фемининной или маскулинной - вы страивают свою доминантность девушки, мы обратились к шка лам «анима» и «анимус» методики Г.А. Аминева «Тест структу ры архетипов по Юнгу» и показателям по I варианту методики Т. Лири образа «Я реальная» с соотношением по шкалам I/V (доминирование). Статистическая обработка была проведена с помощью коэффициента линейной корреляции Пирсона. Резуль таты представлены в табл. 6.

Таблица Корреляционные связи показателей шкал теста структуры архетипов по Юнгу и показателей профиля «Я реальная»

(доминирование) методики интерперсональной диагностики Т. Лири Шкалы Анима Анимус I авторитарность - 0,046 0, II эгоистичность - 0,281* 0,320** III агрессивность - 0,138 0,308** IV подозрительность - 0,069 0,346** V подчиненность 0,162 0, VI зависимость 0,300** 0,257* VII дружелюбие 0,034* 0, VIII альтруистичность 0,006 - 0, Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

В результате был выявлен ряд корреляций. Среди них обра щает на себя внимание вектор отрицания «анимой» девушек, имеющих доминантность чертой характера, сильных октантов I (авторитарность) (- 0,046), II (эгоистичность) (- 0,281 при р 0,05), III (агрессивность) (- 0,138), IV (подозрительность) (- 0,069). Одновременно с этим «анима» демонстрирует важ ность октантов «слабых»: V (подчиненность), VI (зависимость), VII (дружелюбие), VIII (альтруистичность), где значимы корре ляция с зависимостью (0,300 при р 0,01) и дружелюбием (0, при р 0,05).

В это же время «анимус» девушек признает ценность силь ных свойств: эгоистичность (0,320 при р 0,01), агрессивность (0,308 при р 0,01), подозрительность (0,346 при р 0,01). В этом ключе довольно противоречивым выглядит признание важ ной для «анимуса» зависимости (0,257 при р 0,05).

В данном контексте мы предполагаем, что нашим респон денткам, имеющим категорию характера «доминирование», бо лее ясна модель властвования, доминирования по типу, условно обозначенного нами как «мужская власть». «Анима» же готова к зависимости, дружелюбию и жертвенности с одновременным установлением сильной позиции «анимуса». Архетипы функци онируют в соответствии с четкой дифференциацией принципов.

Картина корреляций шкал «анима» и «анимус» и показате лей профиля «Я реальная» (ведомость), на наш взгляд, отобра жает особенности половой самоидентификации девушек, на установочном уровне репрезентирующих себя как слабых, ведо мых, что обозначено в табл. 7.

Таблица Корреляционные связи показателей шкал теста структуры архе типов по Юнгу и показателей профиля «Я реальная» (ведомость) методики интерперсональной диагностики Т. Лири Шкалы Анима Анимус I авторитарность 0,567* - 0, II эгоистичность - 0,328 0, III агрессивность 0,256 0,606* IV подозрительность - 0,078 - 0, V подчиненность 0,917** 0, VI зависимость 0,646** 0, VII дружелюбие - 0,551* 0, VIII альтруистичность 0,019 0,566* Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Отметим, что олицетворение девушками в гомогенном про странстве позиции «подчинение» представляется практически «классикой». Однако в подобной ситуации и «анима», и «ани мус» этих девушек ведут себя довольно неожиданно. Для жен ственности ценными становятся показатели и сильных октантов, и слабых одновременно. Причем характерологически данные октанты, скорее, взаимоисключающи, чем взаимодополняемы:

авторитарность (0,567 при р 0,05) соседствует с подчиненно стью (0,917 при р 0,01) и зависимостью (0,646 при р 0,01).

Данная ситуация дополняется отрицанием «анимой» дружелю бия (- 0,551 при р 0,05). Подобная противоречивость может быть интерпретирована как стремление к силе, авторитарности сугубо из «женских» соображений. «Анимус» поддерживает это сочетанием противоположных тенденций: готовностью к агрес сии (0,606 при р0,05) и дружелюбию (0,566 при р0,05). Этот ракурс, скорее всего, свидетельствует о слабости и неактивности принципа «анимус» и о попытке «анимы» «исправить ситуа цию», реализовать сильное качество авторитарности. Сочетание в одном принципе противоположных качеств отображает потен циал психологической нестабильности респонденток, имеющих показатель по соотношению шкал I/V меньше 1.

Обобщая, отметим следующее. Диагностическое исследова ние влияния специфики детерминанты дихотомии «доминирова ние-подчинение» на особенности половой самоидентификации девушек позволяет заключить, что преимущественно респон дентки имеют сформированность полового аспекта идентифика ции как репрезентирующего их доминантными. Ответственность «анимуса» девушек за сильные свойства их характера позволяет нам полагать, что респондентки осознают модель мужского типа доминирования как вполне возможную для себя.

Девушки-«ведомые» имеют нечетко в дифференциации принципов двойственности пола, что осложняет определение принимаемой девушками модели дихотомии «доминирование подчинение» и требует от респонденток самоопределения.

Анализ теоретических источников дал основания предпола гать, что нечеткость гендерных стереотипов инициирует рассо гласованность суждений индивидов о себе как о представителях пола в биологическом, психологическом и социальном ракурсах.

В логике нашего исследования значимо выявить присутствуют или отсутствуют подобные несоответствия в представлениях наших респонденток.

В связи с этим нами были применена методика «Инстинкто метрический профиль индивида», как позволяющая отобразить биологический аспект. Для отображения психологического и со циального аспектов нами был использован I вариант «Интерпер сональной диагностики Т. Лири», которые позволили подверг нуть анализу профиль «Я реальная», как репрезентирующий психологический аспект, и профиль «Девушка идеальная», как репрезентирующий социальный аспект. Статистически данные обрабатывались посредством критерия Пирсона («Я реальная» – Инстинктометрия) и U-критерия Манна-Уитни («Я реальная» – «Девушка идеальная»).

Соотношение психологического аспекта и биологического аспекта позволило выявить корреляции, представив их в табл. 8.

Таблица Корреляционные связи шкал профиля «Я реальная» (мето дика интерперсональной диагностики Т. Лири) и показате лей инстинктометрического профиля индивида Шкалы I II III IV V VI VII VIII Эм - 0,231* - 0,362** - 0,200* - 0,129 0,049 0,252* 0,277** 0,443** Рд - 0,253* - 0,260** - 0,211* - 0,066 0,079 - 0,021 0,211* 0,377** Ак - 0,194 - 0,253* - 0,303** - 0,338** 0,043 - 0,230* - 0,193 - 0, Ор - 0,068 - 0,004 - 0,047 - 0,066 - 0,045 - 0,279** - 0,150 - 0, Цл 0,045 0,064 0,065 0,102 0,216* 0,294** 0,262** 0, Пс 0,0 0,012 - 0,164 - 0,157 - 0,084 -0,073 - 0,255* - 0, Лд 0,444** 0,264* 0,413** 0,173 - 0,159 0,083 - 0,221* - 0, Эр 0,236* 0,378** 0,330** 0,011 - 0,163 0,084 0,110 - Пщ - 0,362**- 0,263** - 0,146 - 0,144 - 0,012 -0,335 - 0,081 - 0, Иг 0,163 0,166 0,063 0,089 0,066 0,089 0,207* 0, Ст 0,137 0,145 0,120 0,142 - 0,103 0,161 0,280** 0, Аг - 0,025 0,105 0,008 0,302** 0,055 - 0,192 - 0,355** - 0,537** Примечание: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Эм – эмпатийный, Рд – родительский, Ак – аккуратность, Ор – организаторский, Цл – целеполагание, Пс - пассионарность, Лд – лидерский, Эр – эротический, Пщ – пищевой, Иг – игровой, Ст - стадный, Аг – агрессивность Сначала рассмотрим корреляции «сильных» октантов (I-IV) и показателей инстинктометрического теста. Шкала «авторитар ность» значимо положительно коррелирует с лидерским ин стинктом (0,444 при р 0,01), что указывает на своеобразную «поддержку» биологических предпосылок и психологических особенностей и отражает готовность девушек к не совсем жен скому, в традиционном понимании, лидированию, к неконтро лируемому поведению и т.д. Также авторитарность положитель но связана с эротическим инстинктом (0,236 при р 0,05).

Несовместима авторитарность с эмпатийностью (- 0,231 при р 0,05) и родительским инстинктом (-0,253 при р 0,05), что вполне логично. Отрицательная значимая корреляция автори тарности и пищевого инстинкта (- 0,362 при р 0,01), на наш взгляд, находит выражение в том, что у женщин и девушек су ществует взаимосвязь между их внешнем видом, конкретнее, снижением веса и повышением чувства успешности. Это было установлено И. Грошевым в рамках исследования гендерного аспекта власти [42]. Эгоистичность отрицает эмпатийный (- 0,362 при р 0,01), родительский (- 0,260 при р 0,01) ин стинкты и инстинкт аккуратности (-0,253 при р 0,05). Но зна чимо положительно коррелирует с эротическим (0,378 при р 0,01).

Здесь читается поддержка, с одной стороны, идеи женской моногамности, с другой, направленность в интимно-личностных отношениях на достижение собственного благополучия и ком форта. Для агрессивности незначимы эмпатия (- 0,200 при р 0,05), родительские настроения (- 0,211 при р 0,05) и аккурат ность (- 0,303 при р 0,01). Так же, как и авторитарность, и эго истичность, агрессивность значимо коррелирует (р 0,01) с ли дерским (0,413) и эротическим (0,330) инстинктами. Подозри тельность значимо отрицательно коррелирует с аккуратностью (- 0,334 при р 0,05) и значимо положительно с агрессивностью (0,302 при р 0,01). Очевидно, что сильные октанты подкрепле ны инстинктами, традиционно отображающими сильные черты индивида. Корреляции «слабых» октантов представились сле дующим образом. «Подчиненность» получила такую «инстинк тивную поддержку». Характеристики зависимость (0,252 при р 0,05), дружелюбие (0,277), альтруистичность (0,443) личности девушек значимо коррелируют (р 0.01) с инстинктом эмпатий ности.

Реализация родительского инстинкта нашими респондент ками будет осуществляться с позиции дружелюбия (0,211 при р 0,05) и альтруистичности (0,377 при р 0,01). Подчиненность (0,216 при р 0,05), зависимость (0,294 при р 0,01), дружелю бие (0,262 при р 0,01) положительно связаны с инстинктом це леполагания. Возможным объяснением может быть либо оцени вание девушками себя как несамостоятельных по причине воз раста, т.е. зависимых от родителей, но при этом имеющих по тенциал постановки четких целей, либо девушки имеют приспо собленность к условиям ассистенциальной системы – планиро вание и достижение своих целей с позиции слабого.

Октант «дружелюбие» значимо отрицательно коррелирует с инстинктом агрессивности (- 0,355 при р 0,01), что характери зует направленность девушек в общении с окружающими на доброжелательность. Отзывчивость, альтруистичность значимо связаны с инстинктом «эмпатийность» (0,443 при р 0,01) – за бота об окружающих, социальное сотрудничество;

также с роди тельским инстинктом (0,377 при р 0,01). Совершенно с этой позиции не поддержан инстинкт «агрессивность» (- 0,537 при р 0,01), как исключаемый в условиях воспитания детей и заботе об окружающих.

Таким образом, соотнесение показателей психологического и биологического аспектов половой самоидентификации не вы явило противопоставлений этих двух ракурсов, но подтвердило присутствие в личности девушек потенциала к психологическо му проявлению свойств и «маскулинного», и «фемининного»

образов.

Далее, сравнение психологического и социального ракурсов половой самоидентификации девушек было проведено нами по средством соотнесения профилей «Я реальная» и «Девушка иде альная», где образ «Девушки идеальной» отображал социально желаемую модель. Сравнив обозначенные профили с помощью U-критерия Манна-Уитни, мы не выявили сколько-нибудь зна чимых различий, что видно из рис. 3. Другими словами, настоя щая половая самоидентификация респонденток близка к модели, осознаваемой девушками социально ожидаемой.

Баллы 1 2 3 4 5 6 7 Октанты Я Реальная Девушка идеальная Рис. 3 Личностные профили «Я реальная» и «Девушка идеальная» (методика интерперсональной диагностики Т. Лири) Также посредством U-критерия Манна-Уитни сравнивались профили «Я реальная» (доминирование) и «Девушка идеальная»

полностью (т.к. в профиле «Девушка идеальная» не было пока зателя «Ведомость»). Значимых результатов также не было, что видно из рис. 4. Подобная картина свидетельствует о балансе психологического и социального аспектов половой самоиденти фикации респонденток.

Рис. 4 Личностные профили «Я реальная (доминирование)»

и «Девушка идеальная» (методика интерперсональной диагностики Т. Лири) Выявленные моменты, по нашему мнению, позволяют гово рить о «двойственной» нагрузке половой самоидентификации девушек, иначе девушки могут соответствовать и маскулинной, и фемининной моделям. Мы полагаем, что выбор в пользу той или иной будет определен реальной ситуацией.

Подводя итог рассмотрению результатов влияния социо культурных стандартов на половую самоидентификацию деву шек, отметим, что половая самоидентификация респонденток сформирована в соответствии с андрогинной моделью стереоти пизации. Также девушки могут быть репрезентированы как до минирующие в соответствии с женской моделью власти, так и признающие мужскую модель власти возможной для себя.

3.4 Результаты исследования особенностей половой идентичности девушек как результата половой самоиденти фикации В контексте нашего исследования половая идентичность де вушек интерпретирована одновременно и как результат их поло вой самоидентификации, и как самостоятельная гендерная де терминанта. В связи с этим значимо выявление особенностей черт половой идентичности девушек, критериями для чего нами были определены: установление особенностей половой иден тичности как составляющей психологического пола;

также воз можность отличных характеристик ролевого и субъектного мо дусов рассматриваемого феномена, также определение особен ностей состояния половой идентичности как испытывающей кризис или являющейся стабильным образованием.

Для диагностики половой идентичности девушек как со ставляющей их пихологического пола нами была применена ме тодика «Маскулинность – фемининность» С. Бем.

При выборе респондентов для выявления особенностей ро левого и субъектного модусов половой идентичности девушек мы опирались на концепцию межпоколенных взаимоотношений М. Мид [цит. по 153]. В основу данной концепции положено представление о трех типах культур: постфигуративной, в кото рой дети учатся главным образом у своих предков;

конфигура тивной, в которой и дети, и взрослые учатся, прежде всего, у равных, сверстников;

префигуративной, в которой взрослые учатся также у своих детей.

Согласно мнению исследователей (Н. Пезешкиан, И.С. Кон, Х. Ремшмидт), современный социум может быть охарактеризо ван как имеющий конфигуративный тип культуры, где превали рующим выступает мнение сверстников. В этой логике мы пред положили, что наиболее верным для определения полоролевого репертуара (субъектного модуса половой идентичности) деву шек выступит потребность в таковом со стороны ровесников, как значимых для половой самоидентификации, – юношей 15- лет.

Для реализации замысла выявить особенности ролевого и субъектного модусов половой идентичности девушек мы ис пользовали I вариант «Методики интерперсональной диагности ки» Т. Лири в группе девушек (100 чел.) и группе юношей ( чел.).

Девушки заполняли опросник Т. Лири с инструкцией оце нить характеристики с позиции, насколько они соответствуют их настоящему образу, образу внутреннему. В результате мы полу чили данные по образу «Я реальная» в группе девушек (далее ДшРДш), отражающего «субъектный» модус девушек и позво ляющего говорить о нагрузке аутентичного самопредъявления в субъект-субъектных отношениях респонденток. В группе юно шей нами был получен образ «девушка реальная» (далее ДшРЮш) как иллюстрация «ролевого» модуса, предлагаемого девушкам к проявлению. Вычислялись средние значения анали зируемых образов и сопоставлялись посредством U-критерия Манна-Уитни.

Теоретической основой определения состояния половой идентичности как испытывающей кризис или являющейся ста бильным образованием выступила статусная модель идентично сти Дж. Марсиа.

Состояние половой идентичности исследовалось нами с по мощью «Теста Эго-идентичности» (стандартизированное интер вью Эриксона-Марсиа) Г.А. Аминева, Э.Г. Аминева и количе ственных показателей по шкалам «анима» и «анимус» методики «Тест структуры архетипов по Юнгу» Г.А. Аминева. Для стати стической обработки данных был использован коэффициент ли нейной корреляции Пирсона.

В результате диагностики особенностей половой идентично сти девушек как составляющей их психологического пола было установлено, что преобладающим по распространенности типом среди респонденток явилась андрогиния 84,6 %. Фемининность, в свою очередь, составила 15,4 %. Результаты представлены на рис. 5.

Рис. 5 Результаты диагностики типов половой идентичности девушек по методике С. Бем «Маскулинность– фемининность»

Эти данные подтверждают то, что половая идентичность де вушек сформирована преимущественно в соответствии с прин ципом двойственности пола. Причем и андрогинность, и феми нинность респонденток имеют умеренную степень выраженно сти.

В целом, половая идентичность девушек значимо положи тельно коррелирует со стадией «мораторий» «Теста Эго идентичность» (0,262 при p 0,01). Это интерпретировано нами так, что половая идентичность девушек находится на стадии разрешения кризиса.

Однако дифференцированно психологический пол девушек и «андрогинных», и «фемининных», не имеет значимых (p 0,05) взаимосвязей со статусами Эго-идентичности, что пред ставлено в табл. 9.

Таблица Корреляционные связи показателей методики «Маскулинность-фемининность» и показателей шкал «Теста эго-идентичности»

Шкалы Общий Андрогинность Фемининность показатель Диффузия - 0,074 - 0,054 0, Мораторий 0,262 ** 0,088 0, Предрешенность 0,027 - 0,010 - 0, Достигнутая - 0,089 - 0,103 0, идентичность Примечание: * – статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Половая идентичность девушек в целом не имеет свойств, связанных с возрастными особенностями формирования лично сти девушек. Об этом свидетельствует отсутствие значимых вза имосвязей (p0,05) показателей методики «Маскулинность фемининность» С. Бем и показателей развития личности по «Те сту нейротипов по З. Фрейду». Это отражено в табл. 10.

Таблица Корреляционные связи показателей методики «Маскулинность-фемининность» и показателей шкал «Теста нейротипов по Фрейду»

Шкалы Общие Андрогинность Фемининность показатели Оральный - 0,107 - 0,219 * 0,677 ** Анальный - 0,136 0,170 -0, Уретральный 0,124 - 0,116 - 0, Фаллический 0,037 0.056 - 0. Генитальный 0,082 0,099 0, Примечание: *– статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Однако для девушек, имеющих показатель «андрогинность», незначимо обретение оральной стадии развития личности ( 0,219 при р 0,05). Одномоментно с этим «фемининные» де вушки находят для себя значимыми именно обретения оральной стадии (0,677 при р 0,01), что характеризует их как инфан тильных, несамостоятельных.

Представим результаты диагностического исследования ро левого и субъектного модусов половой идентичности девушек, иначе, как было обозначено в § 2.4 нашей работы, полоролевой идентичности и половой самоидентичности (идентичности) и отобразим их на рис. 6.

Баллы Я Реальная 1 2 3 4 5 6 7 Октанты Рис. 6. Профили «Я реальная» (группа девушек) и «Девушка реальная» (группа юношей) по методике интерперсональной диагностики Т. Лири Созданный девушками образ «себя настоящей» имеет в от личие от образа ДшРЮш тенденцию к возрастанию по всем ок тантам – I (авторитарность), II (эгоистичность), III (агрессив ность), IV (подозрительность), V (подчиненность), VI (зависи мость), VII (дружелюбие), VIII (альтруистичность). Исходя из смыслов ролевого и субъектного, мы полагаем, что девушки по тенциально гораздо более выразительны как субъекты представители пола, чем того требует от них социум. Сопостав ление полученных по образам данных было проведено посред ством U-критерия Манна-Уитни и выявило результаты, пред ставленные в табл. 11.

Таблица Сравнение образов «ДшРЮш» и «ДшНДш» по методике интерперсональной диагностики Т. Лири (I вариант) Октанты Юноши Девушки U Манна-Уитни I авторитарность 12,7 20,3 U = 67,5 * II эгоистичность 12,9 20,1 U = 70,0 * III агрессивность 12,3 20,8 U = 60,0 ** IV подозрительность 14,7 18,3 U = 99, V подчиненность 12,9 20,1 U =70,5 * VI зависимость 14,4 18,6 U = 95, VII дружелюбность 13,2 19,8 U = 75,5 * VIIIальтруистичность 13,3 19,7 U = 76,5 * Примечание: *– статистически значимый уровень достовер ности при p0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p0,01.

При сравнении образов ДшРЮш и ДшРДш значимые разли чия были установлены почти по всем субшкалам за исключени ем IV (подозрительность) и VI (зависимость).

Здесь мы полагаем позитивную нагрузку ролевого модуса, не поддерживающего качества подозрительности и зависимости.

Однако по октантам I (авторитарность), II (эгоистичность), III (агрессивность), V (подчиненность), VII (дружелюбие), VII (аль труистичность) выявлены достигшие уровня статистической значимости различия (p 0,05 и p 0,01).

Это позволяет нам говорить о том, что девушки в личност ном плане могут предложить гораздо больше социуму, чем тот им приписывает. Так, половая самоидентичность девушек со держит информацию о них как о доминантных (U = 67,5 при p 0,05). Октант «эгоистичность» (U = 70,0 при p 0,05) характери зует девушек, как заботящихся о своих интересах.

При значимости «сильных» показателей девушки также по лагают себя способными и к свойствам «нежным». Респондент ки отмечают ценными: способность подчиниться (U = 70,5 при p 0,05), быть дружелюбной (U = 75,5 при p 0,05) и ориенти роваться на мнение окружающих (U=76,5 при p0,05). Таким образом, субъектный модус девушек как представительниц пола несет двойную нагрузку. Очевидно, что половая самоидентич ность девушек содержит и суждения их о себе как о «слабых, зависимых», так и о владеющих «доминантной» моделью жен ского образа. Это указывает на поддержание выявленных нами в § 3.2 особенностей половой самоидентификации девушек. И, напротив, ролевой модус инициирует девушек к формированию полоролевой идентичности как не проявляющей в полном спек тре их половую идентичность.

В этой логике ясна статистическая значимость показателя по октанту III, характеризующей свойства прямолинейности и агрессивности (U = 60,0 при p 0,01). Объясним подробнее.

Агрессивность может быть реакцией девушек на неоднородные гендерные представления, когда стремление соответствовать со временным тенденциям не поддержано четкой идентификацион ной моделью;

также на возможную незаинтересованность соци ума вообще, и сверстников в частном случае, в полноценном са мопредъявлении девушек. Поэтому, согласно А. Менегетти, де вушки проявляют амбивалентность в следовании гендерным стереотипам. Сконструировав свою половую самоидентичность с позиции двойственности, девушки не владеют знаниями о «правилах» применения данных образов. Этим «вносят повсюду «путаницу» вместо последовательных и ответственных действий [98, 117 и др.]. Неумение избежать подобных ситуаций или ре шить их провоцирует девушек на гипертрофированное проявле ние защиты – агрессию, прямолинейность.

Тем не менее, необходимо учитывать позитивную нагрузку агрессивности в качестве основополагающего момента форми рования ассертивности как способности отстаивать свои права и интересы [62]. В противном случае, на наш взгляд, может про изойти повреждение в реализации потребности в безопасности, отнесенной А. Маслоу к базовым (первичным) [97].

По мнению Ю. Орлова, в строго иерархиризированном со циальном пространстве господствует стандартизированно нега тивное отношение к феминным качествам [117]. Подобная ситу ация, на наш взгляд, является провокационным моментом для желающих сохранить фемининные добродетели (отзывчивость, понимание, сочувствие) респонденток. Поэтому повышение по казателя агрессивности в группе девушек также может быть следствием психологической защиты, к которой они вынуждены прибегать в связи со стремлением занять активную жизненную позицию и сохранить при этом качества, традиционно признава емые в социуме женскими.

В целом несоответствие ролевого и субъектного модусов половой идентичности девушек может быть обусловлено не сколькими причинами. Видимо, юноши предпочитают строить отношения с девушками, поведение которых не раздражает, не мешает, не является конкурентным. С одной стороны, это позво лит юношам установить ровные партнерские отношения с де вушками. Позитивность таких отношений будет способствовать развитию потенциальных способностей и юношей, и девушек.

Предполагаем, что данная ситуация – это своеобразное пригла шение к «сотрудничеству».

С другой стороны, возможна иная интерпретация получен ных данных. Предположим, что проявившаяся ситуация иллю стрирует сформированность у юношей традиционных гендерных представлений о женской роли как второстепенной. Присутствие подобных установок объясняет желание юношей автономизиро ваться, отделиться от «женского сообщества», сохранить вер ность приоритетам патриархальности.

Диагностический этап исследования особенностей ролевого и субъектного модусов половой идентичности девушек позволил отметить следующие тенденции. Половая самоидентичность де вушек сконструирована по типу «двойственности», как соответ ствующая традиционным стандартам мужественности и жен ственности. «Ролевой» модус предлагает девушкам отвечать ме нее выразительному образу.

При определении состояния половой идентичности, как ис пытывающей кризис или являющейся стабильным образовани ем, мы обратились к выявлению связи «анимы» и «анимуса» и статусной модели идентичности. Результаты представили в табл.

12.

Таблица Корреляционные связи показателей шкал теста структуры архетипов по Юнгу и показателей статусов Эго идентичности Шкалы Анима Анимус Диффузия -0,232* -0, Мораторий -0,084 0,301** Предрешенность 0,100 0, Достижение 0,050 0, идентичности Примечания:* - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p0,01.

Качественный анализ полученных данных выявил следую щее. Половая идентичность девушек не может быть отнесена к статусу достигнутой ни «анимой», ни «анимусом». О чем свиде тельствуют не достигшие уровня статистической значимости (р 0,05) показатели (0,050) и (0,114) соответственно.

Данная тенденция позволяет нам заключить, что девушки пока не выбирают для себя ни совокупность принципов феми нинности-маскулинности, ни какой либо из них автономно, в качестве окончательно значимых элементов при создании соб ственной половой идентичности в этот возрастной период (15- лет).

Непринятие ни «анимы», ни «анимуса» как заданных извне («предрешенность») позволяет говорить о конструировании де вушками половой идентичности с позиции самостоятельного осмысления.

Уровня значимости достигла положительная корреляция «анимуса» и статуса идентичности «мораторий» (0,301 при р 0,01). Это подкреплено незначимым отрицанием «анимы» в дан ный период (- 0,084 при р 0,05).

Очевидно, смыслы маскулинности кажутся девушкам наиболее привлекательными в ситуации выбора в пользу маску линной либо фемининной модели. Это дополнительно подтвер ждает закрепленное понимание в реальности социума модели мужественности как наиболее интересной и успешной. Либо со ответствие половой идентичности девушек маскулинной модели является проявлением женского протеста, описанного нами в § 1.1.

Попытка девушек «примерить» мужские поведенческие стандарты, цели и ценности несколько смягчена незначимой, но положительной корреляцией принципов «анимы» и «анимуса» и статуса «предрешенность». Здесь мы предполагаем, что, выстра ивая свою половую идентичность, девушки хотя бы не отрицают традиционные, исторически сложившиеся и эволюционно зна чимые принципы мужественности и женственности как элемен ты идентичности других людей (преждевременная идентич ность). Но при этом незначимая корреляция шкалы «предрешен ность» и архетипов двойственности пола указывает на неприня тие девушками какой-либо конкретной модели для формирова ния собственной половой идентичности.

Отрицательная корреляция «анимы» и статуса «диффузия»

(- 0,232 при p 0,05) иллюстрирует «негативную» реакцию де вушек на отсутствие целей, ценностей и убеждений. Это может быть характеристикой потребности «анимы» в стабильности.

Обобщая, отметим, что в период создания полового аспекта идентичности, обозначенный Э. Эриксоном как кризисный, де вушки отдают предпочтение элементам «анимуса» и считают их наиболее ценными для себя.


Объяснение подобной картины неоднозначно. Одним из условий смятения девушек выступает фактор возраста, для кото рого характерным по Э. Эриксону является специфический кри зис идентичности с конфликтным соотношением понимания принадлежности к определенному полу, но непониманием соот ветствующих ему форм поведения. Поэтому у девушек происхо дит как бы опережающее равнодушие – «актуализация в буду щем» эталонов и мужественности, и женственности (достигну тая идентичность) с одновременным «примериванием мужского костюма» в настоящем.

В этой логике полагаем, что девушки не только осознают некоторые данные о себе как о представителе пола, также пыта ются самостоятельно осуществить выбор в пользу одной из при нятых в социуме полоролевой модели – маскулинной, в тради ционном восприятии отличной от их биологической основы.

Причем выбирают довольно нелегкий путь. Отказываясь даже на время от стандарта, девушки предпочитают идти путем «проб и ошибок», но может быть дорогой «проб и успеха». С одной сто роны, здесь уместны слова Н. Бердяева, К.Г. Юнга, А. Менегет ти о непонимании и, поэтому, отрицании особой силы – жен ственности. С другой - отказ от принятой нормы инициирует для девушек ситуацию неоднозначности, отсутствия готовых реше ний, чем создает предпосылки их дальнейшего личностного ро ста. Также можно интерпретировать такой выбор, согласно Э. Эриксону, как аномальную линию развития, проявляющуюся посредством смешения форм полоролевого поведения. Однако заметим, что внешне респондентки четко соответствовали жен ственному образу.

Подводя итог эмпирического исследования половой иден тичности девушек как результата их половой самоидентифика ции, отметим, что половая идентичность респонденток сформи рована как сочетание модусов – субъектного и ролевого. Субъ ектный модус половой идентичности девушек сконструирован в соответствии с моделью двойственности пола. Ролевой модус инициирует девушек к формированию полоролевой идентично сти как не проявляющейся в полном спектре. Это позволяет го ворить и о нечеткости требований общества к девушке как пред ставительнице своего пола. Ситуация соответствия модели двойственности пола и статусов идентичности позволяет нам сделать вывод о возможном принятии девушками маскулинной модели как наиболее значимой в рамках современного социума.

Обобщенно эмпирическое исследование половой самоиден тификации девушек позволило установить следующие особен ности. Половая самоидентификация проведена девушками с дифференциацией принципов двойственности пола. На данном возрастном этапе девушками определена актуализированной маскулинная идентификационная модель, в то время как социу мом не обозначена какая-либо идентификационная модель как значимая.

Принятие девушками традиционной фемининной модели как мало значимой позволяет предположить либо нарушение це лостности их идентичности, либо предпосылки к этому [189, 192]. В этой связи значимым для нашего исследования ста новится выявление особенностей самоидентичности девушек.

Это позволит установить, отвечает ли совокупность суждений о себе, сформированных девушками в соответствии с самоопреде лением относительно базовых социальных категорий, принципу личностной целостности.

3.5 Результаты исследования особенностей самоидентич ности девушек В эмпирическом выявлении особенностей самоидентично сти девушек мы исходили из понимания самоидентичности как наиболее конкретного понимания самости, и самоидентичности как идентичности с акцентированием активности человека в со здании собственной идентичности. В этой логике нами были определены следующие критерии: структурная организация психики индивида (§ 1.3);

статусы идентичности;

структурные компоненты идентичности (биологический компонент, личност ные характеристики – установки, социальные характеристики);

статусы идентичности (§ 1.1).

Для выявления особенностей самоидентичности девушек в рамках нашего исследования были применены методики Уфим ской психоаналитической батареи тестов и «Методика интер персональной диагностики Т. Лири» (I вариант).

В логике возможности выявить особенности самоидентич ности девушек как самости мы прибегли к установлению взаи мосвязей шкалы «самость» («Тест структуры архетипов по К.Г. Юнгу») как символа личностной целостности и структур ных компонентов личности («Тест структуры личности по Фрейду»).

Возрастные особенности идентичности девушек нами выяв лялись посредством установления взаимосвязи шкалы «самость»

и показателей возрастного формирования личности («Тест нейротипов по Фрейду»).

Исследование статусной модели самоидентичности осу ществлялось посредством установления корреляционных связей шкалы «самость» («Тест структуры архетипов по К.Г. Юнгу») и показателей «Теста Эго-идентичности» (стандартизированное интервью Эриксона-Марсиа).

Содержание структурных компонентов самоидентичности устанавливалось следующим образом:

- биологического компонента посредством выявления взаи мосвязей шкалы «самость» и показателей «Инстинктометриче ского профиля индивида»;

- содержательного измерения (личностных и социальных характеристик), что реализовывалось посредством установления корреляций шкалы «самость» и показателей образа «Я реальная»

(личностное измерение), также шкалы «самость» и образа про филя «Девушка идеальная» (социальное измерение). В качестве математического критерия применялся коэффициент линейной корреляции Пирсона.

Выявление особенностей самоидентичности девушек как самости позволило нам установить следующие моменты и пред ставить их в табл. 13.

Таблица Корреляционные связи показателей шкалы «Самость» и компонентов «Ид», «Эго», «Супер Эго» теста структуры личности по Фрейду Шкалы Самость Ид 0, Эго 0, СЭго 0, Примечания:* - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Отсутствие достигших уровня статистической значимости корреляционных связей (p 0,05) между показателями шкалы «самость» и структурных компонентов личности, на наш взгляд, позволяет говорить о незавершенности формирования девушка ми их идентичности как целостного личностного образования.

При этом тенденция положительной корреляции позволяет предположить, что идентификация девушек довольно гармонич ный процесс создания представлений о себе в соответствии с различными параметрами.

В корреляционных связях самости и показателей возрастно го формирования личности также не выявлены значимые соот ветствия, что отображено в табл. 14.

Таблица Корреляционные связи показателей шкалы «самость»

и возрастного формирования личности теста нейротипов по Фрейду Шкалы Самость Оральный 0, Анальный - 0, Уретральный 0, Фаллический - 0, Генитальный 0, Примечания: * - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Мы полагаем это свидетельством отсутствия конкретной ценности обретений какой-либо стадии психосексуального раз вития для создания девушками совокупного представления о се бе. Также можно отметить «незацикленность» на этапах разви тия личности. Однако вектор «принятия – отрицания» стадий дает основания предположить, что отрицательная незначимая корреляция (- 0,062 при p 0,05) подчеркивает негативное, до стигшее уровня значимости при исследовании половой само идентификации отношение (- 0,274 при р 0,01) девушек к по ведению, соответствующему их биологическому полу.

Качественный анализ корреляционных связей шкалы «Са мость» и статусов Эго-идентичности дает основания для следу ющего понимания (см. табл. 15).

Таблица Корреляционные связи показателей шкалы «Самость»

и показателей статусов Эго-идентичности Шкалы Самость Диффузия - 0, Мораторий 0, Предрешенность 0,247* Достижение идентичности 0, Примечания:* - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Статистически незначимая обратная корреляция (- 0,022 при p0,05) самоидентичности и статуса «диффузия», на наш взгляд, свидетельствует о стремлении девушек к созданию собственного целостного образа.

Статистически значима связь статуса «предрешенность» и рассматриваемого архетипа (0,247 при p 0,05). Здесь, исходя из осмысления самоидентичности как совокупного представления о себе и интерпретации статусов статусной модели идентичности Дж. Марсиа, можно предположить, что в целом элементы иден тичности девушками на данном этапе предопределены иденти фикацией с родителями или другими значимыми людьми. Тен денция положительной корреляции «самости» и статуса «мора торий» (0,078 при p 0,05), на наш взгляд, свидетельствует о том, что при создании собственной идентичности девушкам наиболее импонирует ситуация реального овладения какой-либо черты с последующим «включением-невключением» ее в иден тичность.

Тенденция положительной корреляции «самости» и статуса «достижение идентичности» (0,118 при p 0,05), скорее всего, указывает на стремление респонденток к созданию совокупно сти личностно значимых для них целей, ценностей и убеждений.

Исходя из разработанной Г. Брейкуэлл структуры идентич ности с определением содержания ее компонентов: «биологиче ский организм» и компонента «содержательное измерение» (со циальные и личностные характеристики), и понимания Э. Эрик соном развития идентичности взаимодействием биологических, социальных и эго-процессов, мы посчитали возможным выявить особенности структурных компонентов самоидентичности де вушек и представить их в табл. 16.

Таблица Корреляционные связи показателей шкалы «самость»

и инстинктометрического профиля индивида Шкалы Самость Эмпатия, социальное сотрудничество, 0, забота об окружающих (Эм) Родительский инстинкт ухода за детьми (Рд) 0,273** Аккуратность, инстинкт опрятности (Ак) - 0, Ориентировочный рефлекс, исследовательский ин- 0,389** стинкт, инстинкт любознательности (Ор) Инстинкт целеполагания, целепреследования. (Цл) 0, Снижение инстинкта самосохранения, - 0, пассионарность (Пс) Лидерский (Лд) 0, Эротический, половой инстинкт (Эр) - 0, Пищевой инстинкт (Пщ) - 0, Инстинкт игры (Игр) 0, Стадный инстинкт (Ст) 0, Инстинкт агрессии (Аг) - 0,267** Примечания:* - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;


** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Для биологического компонента самоидентичности респон денток актуализирован родительский инстинкт ухода за детьми (0,273 при р 0,01). Здесь можно интерпретировать родитель ский инстинкт как биологическую предпосылку одной из важ нейших человеческих функций – продолжения рода, детопорож дения. И это «усвоено» респондентками как важный компонент их целостности. Однако в исследовании половой самоидентифи кации отсутствует значимость родительского инстинкта как имеющего значимость только с позиции «половой» нагрузки. Из этого следует, что родительский инстинкт ухода за детьми обре тает психологическую и социальную значимость вне зависимо сти от пола индивида, но, безусловно, с позиции его личностно го развития.

Важность исследовательского инстинкта (0,389 при p 0,01) для самоидентичности девушек может быть осмыслена с пози ций конструктивности его приложения. Здесь могут быть прове дены исследования по выявлению: интеллектуальных, творче ских способностей девушек и их профориентационной направ ленности. Серьезное отрицание девушками инстинкта агрессии (- 0,267 при p 0,01) интерпретировано нами как стремление к дружелюбию, желание сотрудничества.

Анализ корреляционных связей самости и показателей ок тантов образа «Я реальная» как возможности раскрыть особен ности психологического аспекта самоидентичности на устано вочном уровне представлен в табл. 17.

Таблица Корреляционные связи показателей шкалы «самость»

и октантов образа «Я реальная»

Шкалы Самость I авторитарность 0,231* II эгоистичность 0,200* III агрессивность 0,240* IV подозрительность 0,245* V подчиненность -0, VI зависимость 0, VII дружелюбие -0, VIII альтруистичность 0, Примечания:* - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Психологический компонент содержательного измерения самоидентичности девушек значимо поддерживает «самость»

свойствами «сильных октантов» методики Т. Лири. Респондент ки ценными для себя определяют авторитарность (0,231 при p 0,05), эгоистичность (0,200 при p 0,05), агрессивность (0, при p 0,05) и подозрительность (0,245 при p 0,05). Подобная мононаправленность личностного компонента самоидентично сти лишена неожиданности. Очевидно, что на установочном уровне респондентки усвоили стандарты «силы» как наиболее актуальные для социума [113]. В этом ключе обозначенная осо бенность и самоидентичности девушек, и маскулинная доминан та в их половой самоидентификации могут быть поняты как стремление к защите своей целостности и женственности.

Соотнесение шкалы «самость» и декларативного образа «Девушка идеальная» как наиболее, по мнению девушек, прием лемого для общества, существенно отличается от корреляций «самости» и образа «Я реальная» и отображено в табл. 18.

Таблица Корреляционные связи показателей шкалы «самость»

и показателей октантов образа «Девушка идеальная»

Шкалы Самость I авторитарность 0, II эгоистичность 0, III агрессивность -0, IV подозрительность 0, V подчиненность 0, VI зависимость 0, VII дружелюбие 0,218* VIII альтруистичность 0, Примечания:* - статистически значимый уровень достоверности при p 0,05;

** – статистически значимый уровень достоверности при p 0,01.

Несущественность качеств «сильных», и почти всех качеств «слабых» октантов указывает на то, что респондентки воспри нимают «социальный заказ» на формирование собственной идентичности и идентичности девушек в целом как указываю щий на равнодушие общества к их личностному потенциалу.

Обозначенный момент соответствует установленному нами в результате рассмотрения ролевого и субъектного модусов по ловой идентичности девушек моменту невостребованности субъектного модуса в социуме (в нашем исследовании представ лен группой юношей). Таким образом, ситуацию «Я в обществе»

наши респондентки воспринимают только в ракурсе «нужности»

самим себе. Мы полагаем, что подобная ситуация может иници ировать нарушения и в формировании самоидентичности деву шек как целостного личностного образования, и в их половой самоидентификации. С другой стороны, отсутствие четко задан ных параметров может послужить основой для самостоятельно го поиска и творческого подхода к созданию самоидентичности и ее полового аспекта. В целом нами были выявлены следующие особенности самоидентичности девушек. Формирование иден тичности как личностного образования не завершено и осу ществляется посредством отождествления со значимыми для де вушек людьми. Это подтверждается незначимостью обретений какой-либо стадии психосексуального развития, также автоном ностью и неоднородностью структурных элементов идентично сти (биологического, личностного и социального).

Выводы В результате эмпирического исследования половой само идентификации девушек были выявлены следующие особенно сти обозначенного процесса:

1. Для половой самоидентификации девушек как организо ванного в соответствии со структурой сознания индивида про цесса характерно:

- проведение в соответствии с моделью двойственности пола – дифференциацией принципов «анимус» и «анима»;

- определение наиболее привлекательным принципа «ани мус»;

- наибольшее предпочтение на данном возрастном этапе маскулинной идентификационной модели;

- присутствие для разделения «мужского» и «женского»

лишь возможных «импульсов» биологического характера, ос новная же нагрузка прослеживается в социальном ракурсе, и проявляется в психологических характеристиках девушек.

2. Половая самоидентификация как результат влияния ген дерных детерминант:

- репрезентирует респонденток, принимающими мужскую модель доминирования как вполне возможную для себя;

- позволяет девушкам, благодаря «двойственной нагрузке»

их половой самоидентификации, соответствовать и маскулин ной, и фемининной моделям;

- не выявила тенденции выбора девушками одного из типов гендерных стереотипов как конкретного условия половой само идентификации;

- не имеет рассогласований между суждениями о себе как о представительницах пола в биологическом, психологическом и социальном ракурсах.

3. Половая идентичность как результат половой самоиден тификации:

- имеет сконструированный в соответствии с моделью двой ственности пола субъектный модус;

- обладает ролевым модусом, который свидетельствует о не заинтересованности социума в проявлении девушками их поло вой самоидентичности в полном спектре;

- в кризисный период создания полового аспекта идентично сти девушки считают наиболее ценными для себя элементы «анимуса».

Заключение Изучение проблемы половой самоидентификации личности актуализировано в теории и практике психологии в логике одно го из основных факторов организации общества – половой диф ференциации. Половая идентификация определена базовой в со вокупности представлений человека о себе и ее особенности оказывают регулирующее влияние практически на все аспекты поведения и деятельности человека.

Современный социум имеет значительный потенциал ин формационного влияния на процесс формирования человеком собственной половой идентичности. Однако замечания о транс формации гендерных стандартов в изменившейся социально экономической ситуации российского общества не получили конкретизации. Тем не менее, особенности полоидентификаци онного процесса значимо обусловлены спецификой представле ний о маскулинности и фемининности, из которых наибольшему изменению подверглись суждения о женских характеристиках.

Это не могло не отразиться на половой самоидентификации де вушек, чей возраст отличается чувствительностью к особенно стям этого процесса.

Как самостоятельный психологический процесс половая идентификация имеет довольно сложную организацию, исследо вание которой в связи со структурной организацией психики ин дивида получило естественно-научную поддержку.

В настоящей работе были проанализированы теоретические подходы к проблеме половой самоидентификации личности, раскрыта содержательная характеристика гендерной детерми нанты и конкретизированы ее виды, определены способы иссле дования особенностей половой самоидентификации личности, выявлены специфические черты половой самоидентификации девушек.

Теоретическое и эмпирическое исследование проблемы поз волило достичь цели исследования, решить поставленные задачи и придти к следующим выводам.

1. Половая самоидентификация представляет собой органи зованный в соответствии со структурой сознания психологиче ский процесс создания индивидом взаимосвязанных и взаимоза висимых суждений о себе как о представителе пола.

2. Гендерная детерминанта определена как имеющее «внешнюю-внутреннюю» природу условие, обеспечивающее процесс половой самоидентификации индивида. В рамках наше го исследования в качестве таких условий обозначены: дихото мия «доминирование-подчинение», отражающая организацию культурного пространства с позиции властных отношений;

типы гендерных стереотипов – социальных представлений о маску линности-фемининности;

половая идентичность.

3. Понятие «половая самоидентичность» уточнено как лич ностное образование, обладающее совокупностью качеств, свойств человека, характеризующих только его как представите ля пола и проявляющихся в субъект-субъектных отношениях.

4. Для половой самоидентификации девушек как организо ванного в соответствии со структурой сознания индивида про цесса характерно осуществление ее в соответствии с моделью двойственности пола – дифференциацией принципов «анимус» и «анима», где наиболее привлекательным определен принцип «анимус», что нашло отражение и в возрастных особенностях половой самоидентификации респонденток. Также отмечено, что для разделения «мужского» и «женского» присутствуют лишь возможные «импульсы» биологического характера, основ ная же нагрузка прослеживается в социальном ракурсе, и прояв ляется в психологических характеристиках девушек.

5. В результате влияния социокультурных стандартов поло вая самоидентификация девушек проведена преимущественно в соответствии с андрогинной моделью стереотипизации;

девушки могут быть представлены принимающими мужскую модель до минирования как вполне возможную для себя;

при этом половая самоидентификация не имеет рассогласований между суждени ями о себе как о представительницах пола в биологическом, психологическом и социальном ракурсах. Также выявлено, что девушки, соответствующие фемининной модели стереотипиза ции, имеют нечеткость дифференциации принципов двойствен ности пола.

6. Половая идентичность девушек как результат половой самоидентификации имеет сконструированный в соответствии с моделью двойственности пола субъектный модус;

обладает ро левым модусом, который свидетельствует о незаинтересованно сти социума в проявлении девушками их половой самоидентич ности в полном спектре;

в кризисный период создания полового аспекта идентичности девушки отдают предпочтение элементам «анимуса» и считают их наиболее ценными для себя.

Таким образом, гипотезы, выдвинутые в работе, нашли своё подтверждение.

Вместе с тем, проведённое исследование позволило обозна чить некоторые вновь возникшие вопросы, требующие отдель ного исследовательского внимания: возможные пути коррекции рассматриваемой проблемы;

насколько полученные нами дан ные отражают реальную ситуацию;

условия субъективного вы бора тенденции полоидентификационного процесса. Мы полага ем, что каждый из поставленных вопросов может послужить ос новой самостоятельного исследования.

Список литературы Абубикирова, Н.И. Что такое «гендер»? / Н.И. Абуби 1.

кирова // Общественные науки и современность. – 1996. - № 6. – С. 123-125.

Абульханова, К.А. Психология и сознание личности.

2.

Избр. психол. труды / К.А. Абульханова;

МПСИ. – М., Воронеж:

Изд-во НПО "МОДЭК", 1999. – 224 с.

Абульханова-Славская, К.А. Стратегия жизни / К.А.

3.

Абульханова-Славская. – М.: Мысль, 1991. – 299 с.

Абышко, О.Л. Человек: смерть экзистенции как рож 4.

дение самости / О.Л. Абышко // Материалы первой международ ной конференции. - СПб.: Изд-во СПбГУ. - 1993. - С. 16-18.

Агеев, В.С. Межличностное восприятие в группе / В.С.

5.

Агеев. - М.: Изд. МГУ, 1981. – 214 с.

Адлер, А. Практика и теория индивидуальной психо 6.

логии / А. Адлер.– М., 1995.

Алешина, Ю.Е. Ролевой конфликт работающей жен 7.

щины / Ю.Е. Алешина, Е.В. Лекторская // Вопросы психологии.

– 1989. - № 5. - С. 80-88.

Ананьев, Б.Г. Избранные психологические труды: В 2 8.

х томах. Т.1. / Б.Г. Ананьев. – М.: Педагогика, 1980.

Андреева, Г.М. Социальная психология / Г.М. Андре 9.

ева. - М.: Изд. МГУ, 1998. – 432 с.

10. Антонова, Н.В. Личностная идентичность современ ного педагога и особенности его общения / Н.В. Антонова // Во просы психологии – 1997. - № 6. – С. 23-39.

11. Антонова, Н.В. Проблема личностной идентичности в интерпретации современного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психологии / Н.В. Антонова // Вопросы психоло гии. – 1996. – № 1. – С. 131-143.

12. Асмолов, А.Г. По ту сторону сознания: методологиче ские проблемы неклассической психологии / А.Г. Асмолов. – М.:

Смысл, 2002. – 480 с.

13. Асмолов, А.Г. Психология личности: Принципы обще психологического анализа / А.Г. Асмолов. Смысл, ИЦ "Акаде мия". - М.: 2002. – 416 с.

14. Бандура, А. Подростковая агрессия. Изучение влияния воспитания и семейных отношений / А. Бандура, Р. Уолтерс. – М.: 1999.

15. Белый, А. Символизм как миропонимание / А. Белый. М.: Республика, 1994. – 528 с.

16. Бендас, Т. Гендерные исследования лидерства / Т.

Бендас // Вопросы психологии. - 2000. - № 1. – С. 87-95.

17. Беннис, У. Лидеры. Пер. с англ. / У. Беннис, В. Нанус.

– СПб.: Сильван, 1995. – 186 с.

18. Бердяев, Н.А. Эрос и личность: Философия пола и любви / Н.А. Бердяев. - М.: Прометей, 1989. – 156 с.

19. Берн, Ш. Гендерная психология / Ш. Берн. – СПб.:

Прайм-ЕВРОЗНАК, 2001. – 320 с.

20. Берн, Э. Лидер и группа. О структуре и динамике ор ганизации групп / Э. Берн. – Екатеринбург, 2000.

21. Бернштейн, Н.А. Биомеханика и физиология движений / Под ред. В.П. Зинченко / Н.А. Бернштейн;

– М.: Изд-во «Ин ститут практической психологии», «Воронеж»: НПО «МОДЭК», 1997. – 608 с.

22. Бехтерев, В.М. Избранные работы по социальной пси хологии / В.М. Бехтерев. – М.: Наука, 1994. – 400 с.

23. Библия. Новый Завет.

24. Блонский, П.П. Избранные педагогические и психоло гические сочинения в 2-х томах. / П.П. Блонский. – М., 1979.

25. Большаков, В.Ю. Психотренинг. Социодинамика, иг ры, упражнения / В.Ю. Большаков. – СПб.: АО "Светоч". – 316 с.

26. Ребер, А. Большой толковый психологический словарь в 2-х томах / А. Ребер. Т. 1. – М., 2000.

27. Большой толковый словарь русского языка / сост. и гл.

ред. С.А. Кузнецов. – СПб.: Норинт, 1998. – 1536 с.

28. Бороденко, М.В. Феномен гетерогенности пола / М.В.

Бороденко, М.В. Колясникова, В.А. Петровский // Мир психоло гии. – 2001. - № 4 (28). – С. 179-190.

29. Брушлинский, А.В. Проблема субъекта в психологиче ской науке / А.В. Брушлинский // Психологический журнал. – 1991. - № 3.

30. Булгаков, С.Н. Свет невечерний: Созерцания и умозре ния / С.Н. Булгаков. – М.: Республика, 1994. – 415 с.

31. Бурлакова, Н.С. Проективные методы: теория, практи ка применения к исследованию личности ребенка / Н.С. Бурла кова, В.И. Олешкевич;

Институт общегуманитарных исследова ний. – М.: 2001. – 352 с.

32. Бушин, П.Я. Экономико-статистическое моделирова ние: учеб. пособ. / П.Я. Бушин;

Хабаровский политехнический институт. – Хабаровск, 1988. – 80 с.

33. Вейнингер, О. Пол и характер. Принципиальное иссле дование / О. Вейнингер. – М.: Терра, 1999.

34. Венгер, Л.А. Психология / Л.А. Венгер, В.С. Мухина. – М.: Просвещение, 1988.

35. Виноградов, В.В. История русского литературного языка / В.В. Виноградов. – М., 1978.

36. Виноградов, В.В. История слов /[Электронный ресурс]:

(www. wordhist. nm. ru/) 37. Выготский, Л.С. Собр. Соч. в 6 т. Т.4 / Л.С. Выготский.

– М., 1982.

38. Габай, Т.В. Педагогическая психология / Т.В. Габай. – М., 1995.

39. Гиндилис, Н.Л. Аналитическая психология К.Г. Юнга / Н.Л. Гиндилис // Вопросы психологии. - 1997. - № 6. – С. 89-96.

40. Григорьева, Н.Г. Введение в антропологию экоцентри ческой направленности / Н.Г. Григорьева. – Хабаровск: Изд-во ДВГУПС, 2002. – 86 с.

41. Гроф, С. Психология будущего: Уроки современных исследований сознания. Пер. с англ. / С. Гроф. – М.: ООО "Изд.

АСТ", 2003. – 458 с.

42. Грошев, И.В. Власть и социально-психологические ха рактеристики ее гендерного конструкта / И.В. Грошев // Мир психологии. – 2001. – № 4 (28). – С. 190-209.

43. Грошев, И.В. Гендерные образы рекламы / И.В. Гро шев // Вопросы психологии. – 2000. - № 6 – С. 38-49.

44. Грошев, И.В. Образ женщины в рекламе / И.В. Грошев // Женщина. Гендер. Культура / под ред. З.А. Хоткиной, Н.Л.

Пушкаревой, Н.И. Трофимовой. – М., 1999. – С. 331–343.

45. Даль, В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т./ В.И. Даль. – М.: ТЕРРА, 1995. – Т.2. – 784 с. Т.4. – 688 с.

46. Данилова, Н.Н. Психофизиология / Н.Н. Данилова. – М.: Аспект Пресс, 2001. – 373 с.

47. Джерджен, К.Дж. Движение социального конструкци онизма в современной психологии / К.Дж. Джерджен. – М., 1992.

48. Додонов, Б.И. В мире эмоций / Б.И. Додонов. – К.: По литиздат Украины, 1987.

49. Донцов, А.И. Психология коллектива / А.И. Донцов. – М.: 1984.

50. Дружинин, В.Н. Экспериментальная психология / В.Н.

Дружинин. – СПб.: Питер, 2000. – 320 с.

51. Дружинин, В.Н. Психология семьи / В.Н. Дружинин. – СПб.: Питер, 2005. – 176 с.

52. Еремеева, В.Д. Мальчики и девочки – два разных мира.

Нейропсихологи – учителям, воспитателям, родителям, школь ным психологам/ В.Д. Еремеева, Т.П. Хризман. – СПб.: "Туска рора", 2000. – 184 с.

53. Ермолаев, О.Ю. Математическая статистика для пси хологов / О.Ю. Ермолаев. – М.: МПСИ: Флинта, 2002. – 336 с.

54. Завершнева, Е.Ю. Превращенные формы в теории ар хетипов К.Г. Юнга / Е.Ю. Завершнева // Вопросы психологии. – 1999. - № 6. – С. 70-76.

55. Зейгарник, Б.В. Теории личности в зарубежной психо логии / Б.В. Зейгарник. – М., 1982.

56. Зимняя, И.А. Педагогическая психология / И.А. Зим няя. – М., 1999.

57. Иванова, Е.А. Гендерные различия в проявлении агрессивности у детей подросткового возраста: автореф. дис.

канд. психол. наук: (спец-ть 19.00.07 «педагогическая психоло гия») – Иванова Е.А.;

Иркутск, 2002. – 22 с.

58. Идентичность: хрестоматия / сост. Л.Б. Шнейдер. – М.:

Изд-во Московского психолого-социального института;

Воро неж: Изд-во НПО «МОДЭК», 2003. – 272 с.

59. Ильин, Е.П. Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины / Е.П. Ильин. – СПб.: Питер, 2002. – 544 с.

60. История философии в кратком изложении. Пер. с чеш.

– М.: Мысль, 1991. – 590 с.

61. Карделл, Ф.Д. Психотерапия и лидерство /Ф.Д.

Карделл. - СПб., 2000.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.