авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 25 |
-- [ Страница 1 ] --

IV Социологические

чтения

памяти

Валерия

Борисовича

ГОЛОФАСТА

СОЦИОЛОГИЯ

вчера

сегодня

завтра

Издательство

ЭЙДОС

Санкт-Петербург

2011

УДК 316

ББК 60.5

Все материалы даны в авторской редакции.

Социология вчера, сегодня, завтра. IV Социологические чтения па-

мяти Валерия Борисовича Голофаста / Под редакцией О. Б. Божкова — СПб.: Эйдос, 2011. — 857 с. Илл.

ISBN 978-5-904745-18-9 Настоящий сборник представляет материалы четвертых чтений «Социология вчера, сегодня, завтра», посвященных памяти Валерия Борисовича Голофаста (1941–2004). Кажется, чтения обрели «не общее выражение лица», свою устойчи вую структуру и атмосферу. С одной стороны, сложилось определенное ядро участ ников, а, с другой стороны, чтения привлекают новых людей.

Специфическими чертами четвертых чтений стали: во-первых, участие в их ра боте студентов и аспирантов, причем, не только петербургских вузов;

во-вторых, в структуре чтений появилась новая секция — «Ретроспектива» или «Что стоит взять в будущее из прошлого»;

и, наконец, в-третьих, — наполнение каждой из секций по зволило тематически структурировать их содержание.

Смеем надеяться, что содержание материалов этого сборника, с одной стороны, в значительной мере репрезентирует состояние современной социологической на уки, а с другой дает возможность понять, где есть реальные «прорывы», и где со циологическое знание обнаруживает определенные лакуны, т. е. еще не освоенные области.

Материалы сборника адресованы не только социологам, но и историкам, поли тологам, социальным психологам, а также студентам и аспирантам гуманитарных и общественных дисциплин.

© Коллектив авторов, © Издательство «Эйдос», Санкт-Петербург ЭЙДОС Российская академия наук Социологический институт Леонтьевский центр Европейский университет в СПб Санкт-Петербургская ассоциация социологов (СПАС) IV Социологические чтения Памяти Валерия Борисовича Голофаста Социология вчера, сегодня, завтра СПб, 23–25 марта 2010 г.

Санкт-Петербург Валерий ГОЛОФАСТ Содержание От редактора-составителя........................................................................ СЕКЦИЯ 1. ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ РЕФЛЕКСИЯ Цивилизационные вызовы А.Г.Щелкин На пути к «Цивилизации Современности» через модернизацию чего — техники? экономики? политики? культуры?............................................. Г.Л.Тульчинский Социальные силы. От статико-классификационного — к динамическому (векторному) пониманию общественной жизни........................................ В.М.Сергеев Акторы как объекты социального пространства.

Реконструкция социального пространства................................................ ИвановД.В.

Актуальная социология: без социологизма и без актора............................ Л.А.Козлова Концептуальная рефлексивность как условие воспроизводства автономии социальной науки................................................................... Осмысление социальных процессов В.И.Ильин Советский консюмеризм как фактор социальной структурации общества дефицита................................................................................................. А.Лолло Потребление как механизм самовоспроизведения социальных групп...... ВинерБ.Е.

Когнитивная структура американской социологии как научной дисциплины по данным 10 американских социологических журналов за 2002–2006 гг....................................................................... Б.И.Максимов Человеческий фактор.

Социально-трудовая составляющая инновационной деятельности.......... А.С.Мищенко Барьеры развития инновационной деятельности в институтах РАН......... Трансформации семейных отношений И.И.Елисеева Моделирование межпоколенных связей.................................................. А.В.Загребина Исследования добровольных межпоколенческих трансфертов и современная социологическая теория.................................................. О.Н.Бурмыкина Разнообразие семей: анализ теоретических концептуализаций............... СЕКЦИЯ 2. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ Методология качественных исследований А.Н.Алексеев Тезисы о драматической социологии....................................................... С.Рапопорт Заметки об инерции культуры................................................................ Г.Л.Тульчинский Истории по жизни как опыт персонологической систематизации............ Ю.М.Беспалова Дневники: «протоколы жизни» или источники социальных чувств.......... Н.Н.Цветаева О некоторых ориентирах социологической интерпретации автобиографических текстов.................................................................. К.С.Дивисенко Жизненный мир молодежи:

возможности биографического исследования.......................................... Г.М.Агеева Феномен библиотечной мемуаристики в контексте теории дискурса....... А.Гегер Жизненные ценности в сознании учащейся молодежи.............................................................. И.Штейнберг Новый язык мобилизации и демобилизации самоорганизации населения................................................................... В.Р.Цылев Качественные методы исследования. Анализ соответствия теоретических положений и практического применения......................... С.А.Гегер Экологический кодекс РФ.

Предпосылка и актуальность, созданная в контексте современной экологической ситуации......................................................................... Качественные походы к изучению неравенства А.Арзамасцева Методические возможности изучения повседневных практик:

комбинированный подход (На примере исследования «Повседневные практики и жизненные стратегии молодых российских мигрантов в Санкт Петербурге»).......................................................................................... А.В.Родионова,Т.Хуан Российские и иностранные студенты на рынке труда............................... А.В.Корниенко Лики справедливости............................................................................. Г.В.Еремичева Историческая память малоимущих групп населения России и Беларуси.

Отношение к прошлому и настоящему.................................................... Н.Р.Корнев Социально-групповое измерение уровня жизни в посткоммунистических странах Европы............................................... Е.Порецкина «Референтные страны» в восприятии социального неравенства (На материалах российских и белорусских фокус групп)......................... Сферы применения качественных методов И.В.Соснина Трудовая миграция в жизненных историях и биографиях........................ Ч.Э.Сымонович Об историко-социологическом изучении поколения ровесников ВОВ...... М.В.Туровец Проблемы метода и методологии в анализе фильмов.

Записки на полях магистерской диссертации.......................................... Е.Евдокимова Профессиональная биография в период трансформации.......................... С.Н.Игнатова,О.Б.Божков Использование интернет-ресурсов для анализа ситуации в сельских поселениях Тверской области................................................................. СЕКЦИЯ ЧТО СТОИТ ВЗЯТЬ В БУДУЩЕЕ ИЗ ПРОШЛОГО?

О.Б.Божков О преемственности в отечественной социологии..................................... Б.З.Докторов Россия в европейском социокультурном пространстве.

Десять лет спустя.................................................................................... Г.В.Каныгин Исследование телевизионных сюжетов времен перестройки и его современное осмысление............................................................... Б.И.Максимов Социология начала эпохи перемен (на примере Рязанской школы социлогов)............................................... Н.Д.Исайчева Что нам дала Рязанская школа социологии.............................................. И.И.Травин Завершен ли процесс урбанизации?........................................................ Б.Г.Тукумцев Парадоксы управления персоналом и возможности инновационных технологий............................................................................................ М.Б.Глотов Ленинградская школа социологии искусства........................................... В.Звоновский Московское время и российские пространства........................................ СЕКЦИЯ ПРАКТИКИ, ТРЕБУЮЩИЕ ВНИМАНИЯ СОЦИОЛОГОВ Г.Л.Тульчинский Постимперская культура как ресурс и барьер инновационного развития........................................................ О.В.Коленникова Руководители промышленных предприятий России в условиях кризиса................................................................................ О.В.Озерова Особенности стратегий поведения в сфере здравоохранения различных образовательных групп петербуржцев.................................................... В.Б.Гольбрайх «Катастрофа на Енисее».

Авария на Саяно-Шушенской ГЭС в российской блогосфере..................... С.Н.Игнатова Православное село — прерванная традиция............................................ Л.В.Земнухова Особенности религиозной идентичности иногородних студентов вузов Санкт-Петербурга......................................................................... И.Кудряков Государство и религия. Взаимозависимости и взаимовлияния................. М.А.Ерофеева Роль рекламной коммуникации в современном обществе:

альтернативные подходы........................................................................ К.Исакова Реклама как форма социального контроля.............................................. П.Горюнов Автомобиль как индикатор социальной дифференциации в современной России............................................................................. П.Р.Коростышевскя Формирование толерантности в Санкт-Петербурге.

Программа и реализация конкретных мер в системе образования........... Гендерные проблемы современности А.Темкина Что делает секс «опасным»?

Репродуктивные практики современной российской молодежи............... В.Галиндабаева Организация услуг по уходу за детьми в условиях дефицита институциональной заботы в России (на примере Бурятии)................................................................................................ О.Парфенова Интернет и гей-клубы как пространства для поиска интимных партнеров»........................................................... Е.Бороздина Особенности организации заботы о беременных в российских женских консультациях....................................................................................... Л.Шпаковская Новые формы организации отношений в гетеросексуальных парах молодого поколения: «Что такое гражданский брак»?.............................. А.Милая «Профилактические» стратегии учреждений муниципального уровня в решении проблемы подростковой проституции и «защитные» тактики подростков (на примере одного из районов Ленинградской области)....... ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННОГО В.Б.Голофаст К вопросу об эволюции социальной коммуникации................................. СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ............................................................. От редактора-составителя Любая конференция (семинар, чтения) – дело живое. В основе его – живое профессиональное и просто человеческое общение. Но кроме этого, на любой конференции планы никогда не совпадают с фактом: кто-то за явился, но не смог приехать;

кто-то выступил, но по разным обстоятель ствам не смог представить вовремя текст доклада. Реальное течение кон ференции также отличается от заранее составленной программы. Кто-то не смог выступить в своей секции и выступил в другой. И, наконец, кроме докладов, есть еще вопросы и ответы, дискуссия, которая подчас развора чивается вокруг тех или иных докладов и сообщений. Но сборник – это не стенограмма. По этим причинам сборники материалов конференций от ражают их реальное содержание лишь приблизительно.

Формируя настоящий сборник, мы старались максимально сохранить, с одной стороны, идею, которая руководила нами при составлении про граммы чтений, а, с другой, - передать атмосферу социологических пои сков, которая отразилась в ходе чтений.

Содержание этого сборника говорит само за себя. На наш взгляд, чте ния и, соответственно, сборник, получились весьма насыщенными и дей ствительно отражают общие тенденции современной отечественной соци ологии, как в теоретическом, так и в методологическом и методическом, так и в предметном планах. Впрочем, мы не хотим никому навязывать свое мнение, каждый волен дать свою оценку материалам сборника.

вернуться к содержанию СЕКЦИЯ 1.

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ РЕФЛЕКСИЯ вернуться к содержанию ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ ВЫЗОВЫ А. Г. Щелкин На пути к «Цивилизации Современности»

через модернизацию чего — техники? экономики? политики? культуры?

Тема цивилизации набирает темпы и масштабы. Похоже, не от хоро шей жизни. Приглядываясь к атрибутам современной цивилизации, как то нередко натыкаешься на признаки того, что, скорее всего, подпадает под классификацию «децивилизации», или, более привычно выражаясь, «варварства»1 — «варварства в эпоху цивилизации», как постоянно уточ няет эту оборотную сторону Современности проф. Н. Мотрошилова2.

В самом деле, надо сказать, что сюжет о современной «децивилизации»

стал подозрительно часто находить пристанище на страницах социологиче ских работ. А если учесть, что эта же тема поднимается в таких же почти в си нонимичных терминах, как «инволюция»3 «демодернизация»4, «цивилизован Липман У. Публичная философия. — М.: Идея-Пресс, 2004. С. Мотрошилова Н. Цивилизация и варварство в эпоху глобальных кризисов. — М: «Канон», Буровой М. Великая инволюция: реакция России на рынок // Рубеж: альма нах социальных исследований. Сыктывкар. 2000. №15;

Неклесса А. Homines aeris, или Кто строит мир? //Космополис, 2004, №3;

Елисеева И. Предисловие.

— Условия и возможности консолидации российского общества. Сб. научных трудов СИ РАН. — Спб.: Нестор-История, Явлинский Г. Демодернизация. — http://www.yavlinsky.ru/said/articles/index вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

ное бескультурье»1, «одичание»2 и т. д., то указанный феномен к случайным явлениям, похоже, не отнесешь. Хуже того, трудно отделаться в этом случае от ощущения «дежа вю». Старик Маркс говорил о варварстве как «проказе цивилизации»3, Ортега-и-Гассет — почти о том же в терминах «расхищения цивилизации»4, а М. Мамардашвили с 1970-х годов стал говорить об «антро пологической катастрофе»5, в которую сползает наша цивилизация.

Самоутверждение цивилизации versus децивилизации — достаточно драматичный и яркий сценарий Современности, чтобы не вызвать закон ного познавательного энтузиазма со стороны социологического сообще ства. Тут есть, однако, одна опасность, род интеллектуальной ловушки, которая подкарауливает «возмущённый разум». Дело в том, что «дециви лизация», как мы её фиксируем с помощью наших привычных критери ев и ценностей, хоть и представляет собой травмирующий феномен сов ременности, но, похоже, что «истинные» процессы идут «этажом ниже».

Децивилизация — эпифеномен, а лучше сказать, диагноз современной цивилизации, у которой есть неплохие шансы стать «цивилизацией» (!) Современности. Собственно на эту тему и речь. Но сначала о нашей «эпи стемологической неготовности» к данной теме. Эта неготовность имеет свою историю и причину.

Мы живем сегодня в эпоху «Множественного Числа». Теория «множе ственности цивилизаций» возникла даже не в наш «постмодернистский век», а гораздо раньше. Когда сентиментальный пыл романтиков начала XIX столетия открыл им разнообразие культурных миров у разных наро дов и у разных эпох и, в то же время, лишил их способности понимать ту главную сущность всякого культурного и цивилизованного опыта, о кото рой мощно поведали корифеи Просвещения, и которая была центральной темой классической философии в Европе. «Идея «цивилизации в единст венном числе», в том виде, в каком она развивалась со времени своего возникновения в теоретической мысли «проекта Просвещения», является существенной составной частью европейской идентичности, что находит Диденко Г. «Цивилизационное бескультурье» как угроза человечеству. — Че ловек Кругляков Э., Акад. РАН: «Россия дичает». — «Комсомольская правда», 14. 03.

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 6. С. Ортегга-и-Гассет. Человек и люди. — http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/ Philos/gas_chel/index.php Мамардашвили М. Сознание и цивилизация. — http://www.philosophy.ru/ library/mmk/civiliz.html вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

отражение в комплексе гуманитарных наук, занятых изучением современ ной цивилизации. Философско-социологический подход к цивилизации, в отличие от культурологического или этнографического подходов, основан на установлении границы между цивилизацией и тем, что цивилизацией не является, а не между разными цивилизациями»1.

Это мнение, высказываемое редакторами философского сборника «Цивилизация: вызовы современности» (СПб, 2009). Не менее интере сно свидетельство профессиональных историков: «В российской науке, изучающей теорию цивилизаций, уже начинают обращать внимание на растущую неадекватность, которой грозит обернуться неумеренное поль зование принципом «различия цивилизаций» для понимания мировой ре альности и ориентации в ней. Хотя идея «мульти цивилизованного мира»

действительно сегодня популярна — в том числе под давлением позиций постмодернистских течений… Однако всё говорит об условности выделе ния локальных цивилизаций по самым разным и не всегда главным кри териям — как например, географическим и культурным особенностям.

Принципиально то, что здесь отсутствует основание, обеспечивающее воз можность определения их именно как цивилизаций»2.

Сказать, что эта простая, трезвая и очень нужная мысль отрефлекси рована и востребована сегодняшним молодым поколением отечественных социологов, взявшихся за тему по имени «цивилизация» — сказать так было бы прекраснодушным преувеличением. Сошлюсь только на личный опыт моего спора с проф. В. Козловским3.

Конечно, как сама концепция «множественности/суверенности цивили заций» так и ее становление имеют свою логику, «достаточное основание»

и галерею своих авторов. Борясь и побеждая «грех европоцентризма», «ли нейного прогресса» и т. д., авторы школы «плюрализма цивилизаций» (от Данилевского до Шпенглера и Тойнби) стали довольно быстро законодате лями этой теоретической моды на «цивилизации во множественном числе»

пока их успех не закрепили историки французской школы «Анналов» (до статочно упомянуть Броделя с его ставкой на «историю повседневности» в разных культурах и обществах) и структуралисты-этнографы (Леви-Стросс с его релятивистским лозунгом «Люди всегда мыслили одинаково хорошо»).

Цивилизация: вызовы современности. Сб. статей. — Спб.: Изд-во Спб, Сайко Э. Цивилизация. Восхождение и слом: структурообразующие факторы и субъекты цивилизационного процесса. М., 2003. С. 16, 19.

Щелкин А. Берегите цивилизацию от … социологов. Или история о том, как я спорил с проф. В. Козловским. // Телескоп. — 2010, № вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

Полный триумф концепта о «равноценности цивилизаций» свершился под эгидой постмодернизма в философии, который заметно доминировал на интеллектуальном ландшафте Европы в 1970-е и 1980-ые годы.

Как говорится, всё было бы ничего и даже славно, если бы с определен ного момента не стало ясно, что модель «множественности цивилизаций»

сыграла с её авторами злую шутку. Всё стало считаться цивилизацией!

И даже то, что к цивилизации едва ли имело отношение. Но на дворе сто яла эпоха «мульти цивилизованности» и «борьбы с европоцентризмом».

Знаковой фигурой стал С. Хантингтон, который в работе «The Clash of Civilisation» (1993) защищал тезис о том, что «Запад не универсален, а ско рее уникален» и что «все цивилизации по-своему цивилизованны». Крите рий цивилизованности просто перестал работать, и отличать цивилиза цию от нецивилизации (варварства) означало бы, с точки зрения авторов «множественности цивилизованных миров» рецидив «евроцентризма». Не случайно, все сторонники националистических и недемократических ре жимов сделали концепцию С. Хантингтона своим идейным аргументом.

Конечно, энтузиасты постмодернистского тезиса «Всё есть цивилиза ция» не несут ответственности за «демократическуюрецессию»1, замедле ние демократической динамики в мире, но факт остается фактом: защита многих явно нецивилизованных принципов своего жизнеустройства идет сегодня у этих государственных режимов под знаком апологии, т. н. «суве ренной цивилизации». — Самый свежий пример М. Каддафи, обосновыва ющий свое право на «пожизненное лидерство» и такое же самоуправство ссылками на особый «цивилизационный» выбор и путь Ливии.

Вместе с тем, было бы совершенно абсурдным утверждать, что чело веческая история и сегодняшний мир представлен каким-то одним типом цивилизации. Цивилизаций действительно много. Сегодня даже школьни ки знают хрестоматийное число цивилизаций, хоть по Шпенглеру, хоть по Тойнби, хоть по Хантингтону. Но собака зарыта не здесь. Постмодернисты ввели важный принцип различения,неповторяемостии т. д. в отличие от принципа единстваиповторяемости, с помощью которого классическая мысль выделяет в вещах их сущностное начало и предназначение. Поэто му постмодернистский подход, вроде бы расширяя наш цивилизационный кругозор, на самом деле лишает нас сущностного критерия и погружает в релятивистскую дезориентацию «всё есть цивилизация».

The Economist Intelligence Unit. The Democracy Index 2010: Democracy in retreat.

— http://www.eiu.com/public/topical_report.aspx?campaignid=demo вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

Первая и нормальная реакция на «мультицивилизационизм» могла бы быть выражена незамысловатым и исчерпывающим суждением: «Цивили заций много, но не все они … цивилизации!» Например, ходячее представ ление о цивилизациях как «конфликтующих цивилизациях» apriori далеко от истины — настоящие, подлинные цивилизации (в отличии от квази образований под тем же титулом), как и зрелые демократии, не воюют между собой.

Следующая и более глубокая постановка вопроса связана не столько с поисками адекватного представления о феномене цивилизации на полю се познающего субъекта, сколько с поисками на полюсе самого объекта, то есть цивилизации как реальности. Иначе говоря, заявляет ли сама реальность себя в форме полноценной, универсальной и самоочевидной цивилизации в отличии тех экземпляров, которые могут быть названы «сингулярными», «несамоочевидными» или, как сталинский СССР, «са моназванными» цивилизациями. Или совсем без обиняков: возможна ли глобальная, универсальная, всеохватывающая, конвергенциональная ци вилизация как историческое и эмпирическое воплощение сущности циви лизации в планетарном масштабе. Положительный ответ на этот вопрос был бы и ответом на потворствующий худшим тенденциям оппортунизм постмодернизма — «Всё есть цивилизация!»

О том, что всемирная история, двигаясь методом «проб и ошибок», совер шает «вечное возвращение» к своим лучшим достижениям, когда слишком от них удаляется на опасное расстояние, — об этом догадывались многие. Про рыв к цивилизации исторически совершается не синхронно, а асинхронно, не системно, а парциально. Закрепиться на «плато цивилизации» удаётся не всем участникам Великого похода к Цивилизации. История — это, если пере фразировать В. Парето, конечно, кладбище цивилизаций. Но она же — есте ственная среда выживания оных. И выживают чаще всего «не худшие». Но если говорить о гарантированных условиях цивилизационного существова ния человечества, то оно состоит, конечно, в масштабности, в нашем случае, в глобальной, планетарной размерности цивилизации. Когда говорят, что «решение проблемы в масштабах», то тем самым повторяют на техническом языке более важную философскую мысль об онтологическом преимуществе универсального состояния перед «частичным». Коммунистическая доктрина умерла в тот же день, когда ее советские душеприказчики объявили о возмож ности построения социализма в одной стране.

О каких признаках «Цивилизации Современности» можно было бы го ворить, если в этом видеть не просто арифметическую агломерацию «мно вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

жеств цивилизаций» и «фрагментов цивилизаций», а, напротив, поискать атрибуты разделяемой всеми цивилизованности или хотя бы симптомы движения к такой универсальной цивилизации?

Прежде всего, надо предупредить, такая постановка вопроса не имеет никакого отношения к пониманию перспективы человечества, как она была представлена в «optimus mundi» в вольтеровский век или прогрессист ских моделях позитивистски мыслящих социологов XIX столетия. ХХ век дал нам более реалистическое видение этой универсальной цивилизации.

С разных сторон, но об одном и том же говорили Т. де Шарден, В. Вернадс кий, П. Сорокин, Н. Тимашев, А. Кожев, Ф. Фукуяма, А. Зиновьев. Термино логически это состояние цивилизации, достигающей своеобразного твор ческого синтеза, а значит, универсализма и полноты, у указанных авторов обозначается известными обозначениями: «точка Омеги»1, «ноосфера»2, «конвергенция»3, «конец истории»4, «суперцивилизация»5.

Сделаем несколько усилий в порядке теоретической реконструкции этой цивилизационной перспективы, которая, повторим еще раз, раскры вает, воплощает, материализует сущность цивилизации — ту самую суть, которую отказываются видеть постмодернисты, в каждом конкретном ва рианте цивилизации, признавая «цивилизацией» фактически всякое более или менее организованное состояние социума.

Заслуга марксизма перед социологией состоит вроде бы в банальном открытии — общество самодифференцируется на четыре сферы — техни ка, экономика, политика и культура. Для объяснения взаимоотношений между этими областями Маркс предпочел модель жесткой детерминации, идущий от фактора техники и далее «по списку». В значительной степени так оно и есть. Но считать тезис о том, что прежде, чем пуститься в «ду ховное производство», люди должны обеспечить себе «производство мате риальное», — считать этот тезис ключом к пониманию природы и миссии культуры было бы большой самонадеянностью.

Тейяр де Шарден П. Феномен человека. —. М.: «Прогресс», 1965.

Вернадский В. Избранные труды.— М.: Современник, Sorokin P. The basic trends of our times. New Haven, Conn., 1964;

Timashev N. War and revolution. A sociological analysis. N.Y. Sheed and Ward, Кожев А. Введение. София — философия и феноменология. Историко-фило софский ежегодник. 2007. М., 2008;

Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. — М.: «Издательство АСТ», Зиновьев А. Западноевропейская цивилизация находится в серьезной опа сности «Литературная газета» — 10.03.2006.

вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

Важная мысль, которая сопровождала в ХХ столетии рождение серьёз ного понимания социума, пожалуй, лучше всего выразил выдающийся со циолог Д. Белл. В работе «Культурные противоречия капитализма»1 он по казал, что современные экономика, политика и культура управляются не единой, а разными детерминирующими осями. Экономика регулируется принципом «эффективности», политика — принципом «справедливости», а культура — принципом самореализации (самоудовлетворения) лич ности. Современное общество, таким образом, не интегрально, а скорее дизъюнктивно. Эта метафора «дизъюнктивного общества» очень ценна в эвристическом и методологическом плане для понимания ситуации с «Ци вилизацией Современности».

В самом обобщенном виде эту аналогию можно выразить следующим образом. Тяжелую проблему «дизъюнкции» позднего капитализма Д. Белл видит в неадекватном состоянии культуры, которая в форме модернизма/ постмодернизма, действует самым разрушительным образом на возмож ность и перспективу интеграции западного общества. Для такой «аван гардной» контр-культуры, считает Д. Белл, необходимо поискать «кон сервативные» и «сберегающие» этос общества рецепты — не исключая, возвращение к религии и традиционным ценностям. Такова ситуация на Западе (WEST), которому противостоит весь остальной мир (THE REST).

И вот в этой совсем не свободной от напряжения ситуации и начинает ся для всех участников «игра в современность» — в достраивание своих структур до состояния работающих и процветающих «целостностей» и «интегральностей».

В чем нуждается WEST? По точному диагнозу Д. Белла — в «интегри рующей культуре», а не разрушающей социум «культуре нарцисцизма».

В чем испытывает потребность THE REST? — В модернизации техно-эко номической и политической сфер. Фигурально выражаясь, «Вест» и «Рест»

нуждаются каждый в том, что является сильной стороной у каждого из участников этого противостояния. В мире идет довольно драматичный процесс «перекомбинации», «взаимной рецепции», принятия того, «чего не достаёт» у одной части мира, но что присутствует и не потеряно — у другой. Запад в отношении духовных ценностей старается держаться ли нии на «культурный консерватизм» — линия, которая начала обозначать ся с эпохи «консервативной революции» президента Р. Рейгана в США.

Страны, совершающие «догоняющую модернизацию», стоят перед нелег Bell D. The cultural contradictions of capitalism. N.Y., вернуться к содержанию А. Г. Щелкин Напутик«ЦивилизацииСовременности»

кой задачей модернизации не только технологической сферы, но и таких важных условий «Современности», как модернизация экономических и политических институтов в сторону западных моделей, то есть чаще все го — перехода от государственно-олигархической экономики к рыночной и от недемократического правления к демократическому. В каком-то смы сле этот магистральный процесс похож на процесс конвергенции, который в общих чертах описывал П. Сорокин в своих работах 1950-х годов, в част ности в статье «Отношения Запада и Востока — в настоящем и будущем»1.

Отвечая кратко на поставленный в заголовке вопрос, из перечня объ ектов модернизации мы должны исключить только одну сферу — культу ру. Она вне модернизации, потому что в глубоких, морально-религиозных основах своих она вечно современна. Культурно мы все, в хорошем смысле слова, заложники «осевого времени», о котором говорит К. Ясперс как о периоде, датируемым кануном «новой эры», когда в мире практически од новременно сформировались основные идеи, легшие в основание всемир ных религий2 [24].

Вот почему духовные глубины всякой культуры, религии, цивилизации не разделяют, а объединяют людей. В отличие от С. Хантингтона, увидев шего в современном состоянии некоторых религий главный и опасный источник межцивилизованного конфликта, Г. Померанц гораздо ближе к пониманию сущности происходящего (как бы это происходящее не со здавало видимость обратного), когда говорит: «Всюду идёт развитие через кризисы, надо просто жить одновременно и в истории, и хоть на полголо вы поднимать голову над историей к вечным ценностям, которые могут быть понятны каждому человеку, к какой бы цивилизации он ни отно сился. Я не думаю, как Шпенглер, что араб никогда не поймет китайца… Глубина каждой религии ближе к глубине другой религии, чем к своей собственной поверхности… Чувство вечности помогает нравственным от ношениям в жизни. … Идет процесс складывания мировой цивилизации, и путь России, и путь всех стран быть национальным выразителем каких то высот мировой цивилизации»3.

Сорокин П. Отношения Запада и Востока — в настоящем и будущем. — В кн.:

На темы русские и общие. Нью-Йорк, Ясперс К. Смысл и назначение истории. — М.: ИПЛ. Померанц Г. Миркина З. Великие религии мира. — М.: Издательский дом Международного университета в Москве, 2006.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы Г. Л. Тульчинский Социальные силы от статико-классификационного — к динамическому (векторному) пониманию общественной жизни 1. Трудные ответы на простые вопросы Из чего состоит общество? Кто движет процессами в нем? Равнодей ствующие миллионов человеческих воль? Или эти индивидуальные воли объединяются, структурируются интересами, усиливаясь, тем самым, за счет объединения людей в общности? Справедливость последнего предпо ложения представляется очевидной. Но тогда — что это за общности, из которых складывается общество и которые определяют развитие общест венной жизни?

На все эти простые вопросы имеются традиционно простые ответы.

Общество это народ, люди разных наций. Оно имеет классовую (стратифи цированную) структуру. Общество рассматривается структурно-инвента ризационно. Классовая борьба, национальное развитие на фоне развития экономики движут социальными, политическими, культурными процесса ми. Так не только учила «всесильная потому как верная единственно науч ная» марксистско-ленинская философия, но и до сих пор учат практически все традиционные социологические аналитики.

Но, чем ближе к концу ХХ столетия, тем очевиднее, привычный мир об ществоведения начал расползаться. Привычная парадигма анализа, объя снения, а значит — и понимания, начала давать сбои. Это отчетливо видно на попытках объяснения российского общества.

С особой ясностью это проявилось в трудностях выработки объяснения процессов, связанных с так называемой «перестройкой» нашего общества, факторов, ее вызвавших, определивших характер, содержание и динамику последовавших событий. Вряд ли в этих трудностях виновато само общест во. Или особая судьба России. Скорее, выявилась глубинная несостоятель ность традиционных схем рационального объяснения. Привычное разли чение рабочих, крестьян и служащих для экономического и политического анализа ничего не дает, поскольку реальные социальные силы, такие как вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы бюрократия, молодежь, творческая интеллигенция, масс-медиа, маргиналь ные группы и другие, — в традиционном различении не улавливаются.

2. Бесклассовые классы Выяснилось, например, что привычное различение рабочих, крестьян и служащих имеет, в лучшем случае, этнографическое значение — не бо лее. Для экономического, политического, идеологического анализа это различение оказывается недостаточным, давая искаженную, смазанную, непрорисованную картину общественной жизни. Неужели кто-то всерьез может утверждать, что у рабочего совхоза было больше общего с рабочим машиностроительного концерна (и тот и другой были рабочими), чем с крестьянином соседнего колхоза? Или кто может поверить в то, что пар тийные и профсоюзные боссы свято блюли классовые интересы только по тому, что они «из рабочих» или «из служащих»?

Каноническая «трехчленка» не может дать реального осмысления ре альных интересов реальных социальных групп. Общественные потреб ности остаются неосознанными, неотрефлектированными. Вместе с тем, реальные социальные силы, такие как бюрократия, молодежь, творче ская интеллигенция, масс-медиа, маргинальные группы и другие (на зываю лишь те социальные силы, которые отчетливо проявились как в период «перестройки», так и в последующее время) — не ловятся в этом традиционном различении, как бы не существуют, утрачиваются для со циально-политического и мировоззренческого анализа, осмысления и прогностики. Речь идет, таким образом, о далеко идущей теоретической, идеологической и политической проблеме, связанной с содержанием тако го традиционно центрального понятия обществоведения как класс.

Социальные классы обычно определяются через отношение собственно сти. В условиях дихотомии (существовавшей ли на самом деле?) «социалисти ческой» (точнее — государственной) и колхозно-кооперативной собственно сти анализ общества «реального социализма» дальше рабочих и колхозников с интеллигентской прослойкой действительно идти не может. Хотя уже тогда темнела тучка на горизонте советского обществоведения — собственность общественных организаций (партий, профсоюзов и др.). В условиях же мно гоукладной экономики каноническая тринитарность просто рушится.

Главное, однако, не столько в многообразии форм собственности, сколь ко в другом. Отношения собственности могут реализовываться на трех ос новных уровнях: владения, распоряжения и пользования. Поэтому, если вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы хотя бы на уровне владения можно было говорить о единой «социалисти ческой» (государственной) собственности почти бесклассового общества (владеют все, то есть никто конкретно), то на уровне распоряжения и на уровне пользования проявляются очень разнообразные и живые интересы конкретных социальных групп. Именно на уровне распоряжения средства ми и ресурсами, к которым получен доступ, и возникает теневая экономика, а на уровне пользования — неизбывные в советское время феномены «несу нов», «левых доходов» и т. п. Причем «распорядители» весьма активно поку шались и на права «владетелей» — когда у колхозов, кооперативов, индиви дуалов безвозмездно изымались и отчуждались их собственность и доходы.

С позиций традиционного абстрактного подхода общество предста вало чугунно монолитным. Если же снять эту плиту «социалистической»

собственности и «однородности» (по этому параметру) общества, то при более глубоком анализе на уровне распоряжения бюрократы, материаль но-ответственные лица, торговые работники, службы сервиса и др. пред стают как «классы», причем — с явно выраженными интересами, а значит и со своей, пусть не всегда явно выраженной и осознанной идеологией и мировоззрением. Без учета этой игры интересов остаются непрояснен ными механизмы и результаты «прихватизации» 1987–1995 гг. Общество предстает очень живым, пестрым, конкретным, интересным — если толь ко снять с представлений о нем коросту провозглашаемой единой собст венности и социальной однородности.

Но классы ли эти группы «распорядителей» и «пользователей»? Или надо распространять на них всю определенность классов и говорить, на пример, о классе шоферов грузового транспорта или классе администрато ров гостиниц, уполномоченных банкиров, или понятие класса утрачивает свою определенность. Но в любом случае любопытный парадокс состоял в том, что марксистско-ленинская теория (пользующаяся традиционной па радигмой) не могла и не может справиться с объяснением общества, воз никшего по ее же плану.

В итоге существенно затрудняются и диагностика и терапия социаль ных процессов, хотя теория, как будто, и открывает немалые возможности творческого поиска.

3. Итог поисков «друзей» и «врагов» обновления Примером несбывшихся надежд такого поиска на традиционных пу тях служат попытки осмысления путей «перестройки», механизмов ее вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы «ускорения» и «торможения», прояснения того, кому и какие необходимы реформы в нашем обществе. Показательно, что ситуация в точности по вторяется в наши дни на фоне громких разговорах об «инновационном развитии» России.

Вопрос о социальной базе реформ представляет особый интерес. Иван IV опирался на им же созданную опричнину. Петр I проводил реформы, опираясь на фактически вновь созданный класс — служилое дворянство.

Мао в борьбе за власть призвал на улицы недоучившуюся молодежь — хун вэйбинов и неквалифицированных молодых рабочих — цзаофаней. Ста лин, создавая свой режим опирался на им созданный, выпестованный и систематически перебираемый аппарат «внутренней партии», который сам он уподоблял Ордену Меченосцев. Любой преобразовательный про цесс в обществе опирается на конкретные социальные силы, нейтрализует или подавляет другие. Поэтому, если российские реформы конца 1980-х начала 1990-х — «революционное преобразование общества», то кто носи тель идей этого преобразования и в чьих интересах оно осуществлялось?

Кем востребованы инновации в современной России?

Горбачевские заверения, будто аппарат «выносит на себе всю тяжесть перестройки» звучали или трагикомически (особенно если учесть мно гозначность русского слова «выносит»), или просто противоречащими фактам, поскольку именно аппарат и тормозил осуществление провоз глашаемых целей, или дающими основание признать саму горбачевскую «перестройку» не более чем аппаратной игрой, или как очень важную ого ворку, свидетельствующую о неявной, но серьезной смене вех в политиче ской и экономической элитах. Как показали ход и некоторые результаты «революционных преобразований» их неявной, а то и старательно скрыва емой пружиной были интересы именно «распорядителей» аппарата власти и хозяйственного руководства (директорского корпуса — прежде всего).

Именно в их пользу оказался и промежуточный итог приватизации.

Именно они и их доверенные лица определяют лицо «new russians».

Романтики рынка были очень быстро отжаты ими на периферию. Именно они оказались наиболее отмобилизованы к лоббистской борьбе за бюд жетный пирог. Интересы директоров и чиновников топливно-энергети ческого комплекса, военно-промышленного комплекса и сельско-хозяйст венного комплекса очень быстро сгруппировались в политической борьбе вокруг НДР, КПРФ и АПР, а потом — «Единой России».

Такие итоги для большинства аналитиков, пользующихся традицион ными категориями, оказались неожиданными. Обновление, безусловно, вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы отвечало чаяниям практически всех слоев и групп нашего общества, одна ко, каждый из них по-своему понимал цели и задачи этого обновления — в силу специфичности своих интересов и возможностей. А отсутствие пред ставлений о реальных социальных силах привело к тому, что одной из главных проблем и даже бед «перестройки» стали попытки «перестроить ся» всех звеньев и структур общества, даже тех, которым перестраиваться бы не следовало вовсе, поскольку сама необходимость их существования весьма проблематична.

Речь идет не о противопоставлении друг другу этих групп и слоев, а именно о необходимости и возможности объективного анализа их реаль ного места и интересов в развитии общества.

Рядом квалифицированнейших социологов в середине-конце 1980 х годов были предприняты исследования расстановки сил в советском и постсоветском российском обществе. Типичны в этом плане были иссле дования, представленные в известном сборнике «Иного не дано!» и после довавшей за ним серии.1 Исследования эти были нацелены на возможные прогнозы, рекомендации, выработку программы действий. Итоги этих ис следований были удручающи. Так, Т.И.Заславской, Л.А.Гордоном были вы строены классификации различных социальных групп и слоев населения в зависимости от их отношения к политическим и экономическим аспек там обновления. И оказалось, что выработать некий «фоторобот» врагов и друзей перестройки невозможно. Некоторые категории, например, лица принимающие решения, оказались представленными практически во всех ячейках классификаций. Определяющим, по мнению Л.А.Гордона, факто ром оказывается не принадлежность к той или иной категории, а личност ный выбор и самоопределение индивида, его свободная воля. Вывод, под кашивающий поиски социологических закономерностей!

Хотели перемен все, но кто-то хотел сильнее, яснее других знал, чего он хочет, и как этого добиться. Демократические ценности, либерализм, экономические концепции, права человека, человеческие жизни — все то, что было написано на знаменах обновления, оказалось не имеющим ника кого отношения к реальным интересам реально действующих социальных сил. Именно реальных интересов, а не книжно-туристически постигаемых и словесно декларируемых, и именно реально действующих, а не призыва См. серию «Перестройка: гласность, демократия, социализм»: Иного не дано.

М., 1988;

В человеческом измерении. М., 1989;

Через тернии. М., 1990;

Погру жение в трясину. М., 1991 и др.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы юще-просветительских. И причины этого итога не в пресловутой россий ской ментальности, а в конкретном раскладе реальных социальных сил и их интересов, который обществоведы не смогли распознать.

Более того, построенные классификации абсолютно ничего не смогли дать для прогнозов и возможных решений. Они сами — ничто без мани пулирующей ими властной воли. Чтобы придать конструкции практи ческую значимость пришлось, как это сделала, например, Г.Я.Ракитская, ограничиться интуитивными представлениями на уровне здравого смы сла и политической публицистики. Социология же оказалась безоружной, несостоятельной в том плане, что ее понятия не в состоянии уловить ре альность, не могут зацепиться за нее, превращая исследования и анализ в классификационную игру ума.

Ситуация дважды воспроизводилась в социологических прогнозах вы боров в Государственную Думу 1993 и 1995 годов. Особенно наглядно это проявилось тогда в оценках перспектив ЛДПР.

Ситуация повторяется в наши дни. Несмотря на все призывы к инно вационному развитию, факты упрямо показывают, что объективного за проса на инновации в России нет. Ни монополизированный бизнес, ни чиновничество не хотят рисковать статусом кво. Инновации выдвигают новых лидеров, создают конкуренцию, а в условиях сложившейся рентной экономики и политики это не только не востребовано, но и активно отвер гается.

Используя политическую терминологию, можно сказать, что «пере стройка» и постперестроечная действительность выявили застой в соци ологии и обществоведении в целом. На повестку дня стала смена методо логической парадигмы, концептуального аппарата осмысления. Вызрела необходимость отхода от ориентации на традиционные линейные рацио нализации и классификации. Но, прежде чем говорить о возможных мето дологических альтернативах, — еще один аргумент.

4. Пустота и опасность национальных инвентаризаций Обновление общества, экономические реформы трагически совпали с распадом империи. И главная беда в том, что распад этот пошел по пути создания национальных государственных структур. И в этой — о нации и национальности… Беру на себя смелость утверждать: понятие нации одновременно и пусто и опасно. Пусто и бессодержательно оно потому, что с его помощью можно лишь проводить инвентаризацию, раскладывая вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы людей по национальным полкам. Задача эта, возможно и оправданная в целях какого-то (довольно грубого) анализа. Но такое раскладывание ста новится опасным, если оно применяется на практике, становится основой практических решений и действий. Человек помимо своей воли, а возмож но — и вопреки ей, изначально оказывается со складской биркой — на циональностью. И тут уже не столь важно — идет ли речь о пресловутом пятом пункте советской анкеты, расовой инвентаризации времен гитле ровского режима, или о нынешних «негражданах» на постсоветских про сторах. Речь идет не столько о политических последствиях, сколько о их теоретических предпосылках — извне навязываемой человеку принадлеж ности как элемента некоему множеству — не целому, именно множеству.

Такое разделение людей столь же антигуманно и безнравственно, как и деление их по расовому и по классовому признакам. Это трагедия доволь но многих современников. Отец — узбек, мать — украинка, сам живет в Бишкеке, ни киргизского, ни украинского, ни киргизского языков толком не знает, учился на русском, преподает на русском, говорит по-русски и от носит себя к русской культуре. Но по паспорту он — узбек и ему говорят:

«Ты узбек». А на его возражения следует: «Ну тогда, украинец или киргиз».

Или другой пример. Отец и мать татаре, сам живет в Киеве, ни татарско го, ни украинского опять же не знает, но ему говорят: «Ты татарин». Это не выдуманные примеры, а живые люди, мои хорошие знакомые, которым вопреки их самоидентификации навязывается национальная принадлеж ность.

На это накладывается еще и свойственная отечественной социологии и обществознанию в целом путаница понятий нации и этничности. Нация как гражданство — некий конструкт. Этничность — проявление культур ной идентичности личности, ее самоопределения. Когда же в Конституции РФ записывается, что Россия — многонациональное государство, в основ ной закон, фактически, заводится бомба, которая рано или поздно, но сра ботает.

Классификации и деления (в том числе и по национальному призна ку) — операции с понятиями, имеющие вполне определенные критерии строгости. Но если эти операции начинают применяться к живым людям...

Такие операции рано или поздно завершаются той или иной формой на силия. А если кто-то начинает не укладываться в заданные критериями рамки, то...тем хуже для них. Отсюда один шаг до применения к упомяну тым моим знакомым фашистского клейма «ублюдки» с соответствующими практическими последствиями.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы Вопрос о выборе культуры (а что еще реального в этничности?) может и должен решаться только на основе свободного индивидуального самоо пределения личности. Здесь права человека столь же приоритетны, как и в выборе гражданства — самоопределении и выборе личностью государст ва, гарантирующего защиту ее чести и достоинства. А зачем еще государ ство, если не для защиты его граждан?

Мне известны случаи, когда молодая еврейка, приняв православие, уехала в Палестину защищать православные христианские святыни, а русская девушка, глубоко заинтересовавшись иудаизмом, сменила имя, выучила иврит и старается общаться исключительно с правоверными иудеями. И все это довольно естественные культурные феномены самоо пределения личности. Но им противостоит жупел-бирка «национальной принадлежности». Понятие нации, как и понятие класса, важно для неко торых теоретических рационализаций, но не для использования в реаль ной жизни. Исключением является понимание нации как гражданства.


И совсем плохо становится, когда этнически понимаемая нация начи нает рассматриваться как субъект права, носитель мотивации, ответст венности и т. д., начинает претендовать на государственность, а значит и на землю. «Земля — достояние народа...» — красивая метафора, но ведь она записывается в закон. С пафосом победы и без тени сомнения, что зем ля не может принадлежать народу. Она может принадлежать тому, кто ее обрабатывает, культивирует. Так же как нет и не может быть коллектив ной, в том числе и национальной ответственности. Хотя бы потому, что на скамью подсудимых надо посадить конкретных людей. Неужели только на основании их национальной принадлежности?

Культурные общности — этносы прекрасно могут жить на одной и той же земле, в рамках одного и того же государства. Примеров такого симби оза множество. Русские селились в поймах сибирских рек, сосуществуя с оленеводческими и охотничьими народами Севера. На побережье Черно го и Азовского морей прекрасно уживались разные народы. Греки ловили рыбу, русские занимались ремеслами, украинцы земледелием, молдава не — скотоводством, евреи торговали... Разные этносы прекрасно ужива ются друг с другом. До тех пор, пока один из них не начнет претендовать на исключительное право на землю и государственность. Как только это происходит — возникает ситуация Палестины, Ливана, Карабаха, Прид нестровья, Абхазии, Боснии, Косова... Здесь могилы моих предков, но и моих, и моих, и моих... Здесь наши храмы, но и наши, и наши, и наши...

Эта кочка башкирская, а эта татарская...Этнические чистки...И это несмо вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы тря на то, что в человеческой истории практически нет национально чи стых (моноэтничных) государств.

Демонтаж империи — очевидная необходимость, реальность и дело времени. Проблема в пути и в методах. Кровавая бойня или достойный путь к достойной жизни. Культурный синтез или цепная реакция нацио налистического Чернобыля? Конструктивные реальные связи или анни гиляция в черной дыре абстракций? Бессодержательные понятия (а как известно из логики — чем выше уровень общности понятия, тем меньше в нем содержания) способны не только «омертвить живое», но и раскрыть бездну, в которую может рухнуть многое, если не все.

Культуры не конфликтуют, а только сотрудничают — потому что осно ваны на личностном самоопределении и ответственном выборе. Кон фликтуют национально-политические амбиции — потому что основаны на абстрактном разделении и противопоставлении. Более того, растворяя личность в абстрактном целом, лишая его в этом множестве свободы, а значит и ответственности, — делают его невменяемым. В обоих русских смыслах этого слова. Во-первых, лишенным разумной мотивации — ее у него нет, все определяется принадлежностью общности, пресловутой мен тальностью и т. п. Человека как личности нет, есть очумелая жизнь во имя абстракции, идеи. И во-вторых, как следствие, человек, лишенный свобо ды оказывается безответственным, вменить ему лично можно только «из мену национальной идее», непатриотичность. Все остальное за него будут решать самозванцы, тоже... невменяемые, поскольку они говорят и дейст вуют «от имени» и «во имя» абстрактных общностей.

Национальная принадлежность, будучи разновидностью инвентариза ции, лишает личность свободного самоопределения. Как и класс, sона — издержка невротического коллективистского сознания, когда человек, не чувствуя себя личностью, не зная себя и своих интересов, думает, что они выражаются в его принадлежности некоему множеству типа нации или класса. Униженному, ограбленному, обездоленному (буквально — лишен ному доли и значит — реальных интересов, не являющемуся хозяином сво ей собственной жизни, поскольку границы его свободы=ответственности совпадают с границами его кожно-волосяного покрова) человеку нечем гордиться, кроме собственного происхождения, паспортной националь ности... Ничего, кроме разделения общества и его классификации. И как следствие — сталкивание лбами представителей различных категорий.

На время нация может стать реальной объединяющей силой, когда на циональная идея (освобождения или завоевания) овладевает многими, вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы когда появляются амбициозные лидеры, обладающие личной харизмой (очень часто сами они — иной национальной принадлежности), когда появляются средства для приобретения оружия и т. п. На очень краткое время может даже возникнуть чувство однородности. Но плодами наци онального движения все равно воспользуются вполне конкретные «рас порядители», силы, интересы которых на время наполнили абстрактную идею реальными возможностями.

5. Партии «нового типа»

Сказанное позволяет сформулировать ряд требований, которым должна бы соответствовать новая понятийная схема. Она должна быть ориентирована не на классификационные инвентаризации, а на выяв ление реально действующих социальных сил, на социальную динамику, а не на статику;

описывать и объяснять не столько «рисуя картинки», сколь ко прослеживая процессы. Она должна учитывать личностное самоопре деление и возможности самоорганизации социальных сил;

должна учиты вать роль слабых взаимодействий, нелинейность и катастрофичность (в терминологическом значении теории катастроф) социальных процессов.

Короче говоря, она должна быть синергетичной в буквальном смысле, раскрывая детерминированность, но одновременно — слабую предсказу емость общественной жизни.

Причем, речь идет не о навязывании обществоведению понятийного аппарата синергетики — реалии общественной жизни сами приводят к подобному осмыслению. Как это ни парадоксально, но наибольший повод для таких обобщений дает наша политическая жизнь. Ассоциации, пар тии, объединения, движения не создает разве что ленивый. На выборах выдвигаются подчас довольно случайные люди — лишь бы они по како му-то поводу были известны более чем трем другим. Избираемые депута ты выражают непонятно чьи интересы и поэтому сначала удовлетворяют свои личные (обычно, имущественные) интересы «хождения во власть».

Политическая жизнь в изрядной степени напоминает некий заповед ник самозванцев. Все это — симптомы политической жизни дисперсного общества, слабо структурированного осознанными интересами индиви дов, а значит и политические партии которого неизбежно оказываются ко роткоживущими, переливчато-пластичными образованиями.

Парадокс, однако, в том, что эта картина очень близка состоянию поли тической жизни экономически развитых стран. Так, западноевропейские вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы партии в послевоенный период прошли быструю эволюцию к партиям американского типа. Это отнюдь не классовые партии — классические носители идеологии традиционных классов. Политические партии США, ФРГ, Франции, Великобритании, Испании, скандинавских стран и др. объ единяются не столько классовой идеологией. Как партии парламентские они являются скорее аппаратом по мобилизации на выборы. Мобилизация осуществляется вокруг экономических, экологических, социально-куль турных проблем, все чаще — вокруг политического лидера, выступающего в качестве некоего бренда.1 Политические партии, фактически, предстают командами, успех которых зависит от привлекательности программы и лидера, финансовых и организационных возможностей, доступа к средст вам массовой информации. И такая ситуация вполне соответствует реали ям массового общества.

И российское общество, в силу его дисперсной, «размазанной» струк туры, дробности интересов и т. д., парадоксальным образом оказывается близким именно такому положению дел. Российская политическая жизнь во многом организуется именно вокруг таких достаточно случайных (си нергетичных) интересов: регулярности выплат заработной платы, эко логических проблем, охраны памятников культуры, защиты потреби тельских прав, проявлений коррупции, вокруг личности лидера. Фигуры М. Горбачева, Б. Ельцына, Т. Гдляна и Н. Иванова, В. Жириновского, А. Ле бедя, В. Путина, титульных фигур «яблочников» — показательны в этом плане.

6. От статической к динамической социологии Это совпадение (если отвлечься от обычного российского сюжета: от ставали, отставали и вдруг оказались впереди паровоза), по крайней мере, дает ключ к пониманию перспектив адекватного осмысления социальной жизни. Последняя предстает не инвентарной книгой с записанным в ней интересом, а игрой социальных сил.

На повестку дня стала смена аппарата осмысления общественных про цессов. Новая понятийная схема должна выявить реально действующие социальные силы, их личностное самоопределение и возможности само Тульчинский Г. Л. Новая персонология и кризис политической культуры. // V Всероссийсий конгресс политологов «Изменения в политике и политика из менений: стратегии, институты, акторы». М.: РАПН, 2009. C. 423-424.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы организации с учетом нелинейности и катастрофичности (в терминологи ческом значении теории катастроф) социальных процессов.

Поэтому центральным понятием обществоведения, и прежде всего — социологии, представляется именно социальная сила — общность лю дей, объединенных интересами и программой их реализации, а также обладающих ресурсами — материальными, финансовыми, организаци онными, информационными, человеческими — для осуществления этой программы.

Такой подход акцентирует интеграцию целей и средств. Он улавливает направленность развития общественной системы, определяющую ее фун кции, закрепляемые в определенных структурных образованиях.


Акцент на социальных силах в определенном смысле может рассма триваться как применение программно-целевого подхода к осмысле нию социальных процессов. Классификационный подход сосредоточен на инвентарном «раскассировании» явлений, более зрелый — структур ный — подход представляет эти явления в виде структурных образований, функциональный подход наделяет компоненты структуры функциями (собственно и определяющими характер связи элементов в структуре), си стемный подход представляет структуру и функции в виде органической целостности (системы), программно-целевой подход акцентирует внима ние на интеграции целей, функций и средств их реализации. Иначе гово ря, в последнем случае решающее значение приобретает направленность развития системы, что определяет, в свою очередь, необходимые для этого развития функции, закрепляемые в определенных структурных образова ниях.

Программно-целевой подход возник как технология менеджмента, но очень быстро достиг уровня общенаучного метода от текстологии до ана лиза мотивации и человеческого поведения.1 Особенно уместно его при менение к явлениям общественной жизни. Люди объединяются и мобили зуются вокруг идей. А идея — ни что иное как синтез знания цели (идеала, образа желаемого будущего), реального положения дел и пути достижения цели на основе имеющихся возможностей и средств. С этой точки зрения и научная, и художественная, и политическая, и религиозная жизнь разви вается по одной схеме. От возникновения нового осмысления, через объ Ладенко И. С., Тульчинский Г.Л. Логика целевого управления. Новосибирск:

Наука, 1988. См. также Тульчинский Г.Л. Теоретико-познавательный статус и логическое содержание программно-целевого метода // Программно-целе вой метод: проблемы развития и освоения. Свердловск, 1983. C. 35-37.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы единение единомышленников к неформальной ассоциации и от нее — к социальному институту. На каждом из этих этапов имеются необходимые и достаточные условия перехода к следующему уровню самоорганизации социальной силы: формулировка идеи, систематическое общение, выдви жение лидера, вербовка учеников и сторонников, доступ к СМИ, финансо вым и материальным ресурсам. Не место в данной работе углубляться в методологические и концепту альные детали. Тем более, что кое-что уже сказано мною в других работах. Главное — обратить внимание на назревшую необходимость перехода от методологии осмысления общественной жизни к новому пониманию, объединяющему возможности синергетики, социальной психологии и программно-целевого подхода.

Классы и нации — понятия необходимые, но только на уровне пред варительных классификаций и систематизаций. Не классы и нации ткут общественное бытие, а социальные силы. Поэтому ход и результаты «рево люционных преобразований» для большинства аналитиков, пользующих ся традиционными категориями, оказались неожиданными. Более того, традиционные классификации абсолютно ничего не смогли дать для про гнозов и выработки решений в таких, например, ситуациях, как выборы в Государственную думу или распад СССР, в котором традиционные соци альные группы не были заинтересованы, ход преобразований современ ной России. Целью осмысления не может быть теоретическое расклады вание по классификационным полочкам. Необходим синтез, выявляющий реально действующие силы. Силы, а не классификационные категории.

Предлагаемый подход перекликается с некоторыми идеями П. Бурдье — прежде всего, идеей «капитала» — человеческого, символиче ского, информационного, финансового и т. д.3 П.Бурдье акцентирует вни мание на необходимости учета ресурсов. Потенциала возможностей соци альных групп. Однако полноценными социальными силами такие группы Тульчинский Г. Л. Идеи: источники, динамика и логическое содержание // История идей как методология гуманитарных исследований. СПб: Центр истории идей, 2001. С.28–58.

Тульчинский Г. Л.: Классы, нации или социальные силы (Об инорационльно сти общественного развития) //Социальная философия и философия исто рии: открытое общество и культура. СПБ. СПБГУ. 1994. с.92-96;

Свобода и смысл. Новый сдвиг гуманитарной парадигмы. Lewiston-Queenston-Lampeter:

The Edwin Mellen Press. 2001;

Постчеловеческая персонология. Новые пер спективы свободы и рациональности. СПб: Алетейя, 2002.

См. Бурдье Ж. Социология. М., 1993.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы могут стать только при артикуляции общих интересов, определении век тора реализации ресурсов («капитала»), имеющихся в их распоряжении.

Но, в любом случае, это только подтверждает, что не мы придумываем идеи, а они, созревая, носятся в воздухе и нас находят (или не находят).

Социальные силы, а не классы и нации ткут ткань общественного бы тия. Они подобны челнокам, заряженным движением. Это векторы, а не скаляры. Такой подход действительно сродни переходу в физике от ста тики и кинематики — к динамике. Он создает предпосылки для развития количественных методов исследования. Ведь до сих пор социологические классификации — по сути дела чисто качественный анализ. Используемые математические методы — суть исчисления этих качеств. Предлагаемый же подход дает знание о степени силы, ее мере, например, в зависимости от уровня самоорганизации, сферы влияния в географическом, политиче ском, культурном пространствах и т. д. А самое главное — открываются новые перспективы анализа, осмысления и прогностики.

Именно отсутствие отмобилизованных и динамичных социальных структур определяет современное российское общество. Супергосудар ство, распоряжающееся всеми ресурсами, и обездоленные (в буквальном смысле слова лишенные долевого участия в собственности) граждане.

Бизнес, у которого в любой момент могут отобрать все ресурсы, служащие, студенты, даже рабочие — не социальные силы, в отличие от чиновников, спецслужб, криминала, СМИ, армии.

Это буквально бессильное общество. Оно не способно выразить и реа лизовать общественные интересы. Поэтому фактическими социальными силами становятся сложившиеся социальные институты — коллективы предприятий, их управленческий персонал, отраслевые структуры, спец службы, СМИ… Как бы ни были их функции несвойственными политиче ской жизни, они реально объединяют ресурсы, а значит — людей-ключни ков при этих финансовых и материальных ресурсах. И люди в отсутствие общественных интересов оказываются заложниками этих структур. Ли шенные собственных интересов, они оказываются Франкенштейнами аб страктных функций. Это непосредственно и ясно показывает дрейф нашей общественной жизни, его направленность. Пути выхода из этой абсурдной и тупиковой ситуации достаточно очевидны — естественная самоорганизация здоровых социальных сил.

И об этом уже достаточно сказано. В том числе — о ключевой для России См. также Тульчинский Г.Л. Обессиленное общество. // Знамя. 2010, №1.

вернуться к содержанию Г. Л. Тульчинский Социальныесилы проблеме собственности.1 Ясно одно — обновление общества — не «пе рестройка» обветшалых структур, построенных на песке теоретических утопий. Необходимо новое строительство свободным трудом свободных людей на прочном фундаменте их интересов, естественная самоорганиза ция здоровых социальных сил. И очень хотелось бы, чтобы обществоведе ние способствовало этим процессам.

Обновление общества, это — помимо прочего и прежде всего — обнов ление его видения.

См., например, материалы круглого стола «В поисках теории российской ци вилизации», опубликованные в журнале «Философские науки», 2010, № 2.

C. 5–79.

вернуться к содержанию В. М. Сергеев Акторы как объекты социального пространства Реконструкция социального пространства У социологов довольно специфическое отношение к субъекту социаль ного действия — актору. К этому есть несколько причин. Наиболее суще ственной, на мой взгляд, является объективная двойственность субъек та. Она выражается в том, что он является человеком, личностью, таким образом, дальнейшее движение в этом направлении ведет к психологии, что для социологии, как самостоятельной дисциплины не есть хорошо.

С другой стороны, социологу совершенно понятно, что общество — обще ство людей и социальное — способ существования людей. Таким образом, проблематика актора — проблематика маргинальности его положения по отношению к границам дисциплин социология-психология. Соответствен но, существует и такая маргинальная дисциплина, как социальная психо логия. Социология и социологи остановились на том, что социальное и социальные теории могут быть разделены на группы по двум параметрам:

1. микро-макро. 2. субъективное-объективное.

Ритцер в своей книге «Современные социологические теории» пишет:

«Существует целый ряд примеров попыток связать микро-макро уровни анализа и/или теорий. В своей работе (Ritzer, 1979, 1981a) я пытался раз работать интегрированную социологическую парадигму, которая объе диняет микро- и макроуровни как в объективных, так и в субъективных формах. С моей точки зрения, необходимо иметь дело сразу с четырьмя основными уровнями социального анализа: макросубъективность, макро объективность, микросубъективность и микрообъективность. Джеффри Александер (Alexander, 1982–1983) создал «многомерную социологию», предмет которой — модель уровней анализа. В ее основе (Alexander, 1987) лежат проблема порядка и проблема действия. Порядок, согласно Алек сандеру, имеет индивидуальный (микро) и коллективный (макро) уровни.

Действие, как считается, обладает материалистическим (объективным) и идеалистическим (субъективным) уровнями. Из этих двух постоянных Александер выводит четыре основных уровня анализа: коллективно-иде алистический, коллективно-материалистический, индивидуально-идеа листический и индивидуально-материалистический.

Несмотря на то что вернуться к содержанию В. М. Сергеев Акторыкакобъектысоциальногопространства полная модель, разработанная Александером, поразительно похожа на мою, Александер отдает приоритет коллективно-идеалистическому уров ню, в то время как я настаиваю, что мы должны заниматься диалектиче скими отношениями между всеми уровнями. Схожие подходы разрабаты вались Норбертом Уайли (Wiley, 1988), который также описывает четыре очень похожих основных уровня анализа — личность или индивид, вза имодействие, социальная структура и культура. Однако если Александер и я делаем акцент как на объективном, так и на субъективном уровнях, уровни Уайли чисто субъективные. Джеймс Коулмен (Coleman, 1986) скон центрировался на проблеме «от микро- к макро», тогда как Аллен Лиска (Liska, 1990) расширил подход Коулмена, чтобы изучить также проблему «от макро к микро». Чуть позже Коулмен (Coleman, 1990) расширил свою «от микро- к макро» модель и разработал намного более сложную теорию микро-макроотношений, основанную на подходе рационального выбора, заимствованного из экономики.» (Цитировано по http://www.piter.com/ attachment.php?barcode=978531800687&at=exc&n=0) Тем не менее реальность одна и необходимо как-то интегрировать эти теории и, соответственно, предмет социологии в его наиболее общем теоретическом виде. В самом деле, если реальность одна, то множествен ность теорий указывает на то, что они или ложны или парциальны. Если они парциальны, то они должны сочетаться в некоторую, объемлющую целое, структуру, но этого не происходит. Более того характер социоло гического теоретизирования различных авторов таков, что если он дела ет или невозможным явное сопоставление теорий, или существенно его затрудняет.

Одним из затруднений представляется то, что сама реальность или ее фрагмент рассматриваемый в теории часто оказывается сам по себе спор ным. То есть оппоненты часто не согласны, что предлагаемое теоретиком выделение объекта теоретизирования является удовлетворительным.

Учитывая, что, как показывает Ритцер, разделение теоретиков происхо дит относительно фундаментальных представлений о социальном, как образованном людьми, необходимы некоторые общие представления — необходимо выделить некоторые универсальные феноменологические сущности социального, которые бы позволили интегрировать различные теоретические наработки с одной стороны и объединить усилия теорети ков в разработке действительно фундаментальных вопросов и проблем. То есть необходим некоторый интегрирующий элемент, как центр-аттрактор теоретизирования.

вернуться к содержанию В. М. Сергеев Акторыкакобъектысоциальногопространства Таким интегрирующим элементом является, судя по всему, актор — действующий субъект. Однако социология рассматривает актора тоже не сколько неоднозначным образом, она признает действующего субъекта, как человека, и этот уровень рассматривает как микросоциологию или даже микросубъективную социологию, но вводит еще и институциональ ного действующего субъекта, что позволяет развивать институциональ ные теории. По принципу плюрализма действующий субъект раздвоился (размножился) и части его стали существовать независимо. Тем не менее, индивидуальный актор нашел себе прибежище в смежных обществовед ческих науках — менеджмент или социология организации и управления, политология.

Возможности решения этих раздельных проблем через интеграцию представляются только в направлении переосмысления действующего субъекта, то есть он не должен быть психологизированным, но не должен быть и институализированным. Попытаемся рассмотреть есть ли возмож ности использовать какие-то другие основания для переформулировки термина «актор». Такие возможности есть, и они наработаны в рамках со циальных исследований.

Первое, что представляется важным, и не очень рассмотренным в тео ретической социологии, несколько более отдаленное от психологии пони мание человека. Обычно социологи, Гидденс, например, ограничиваются Фрейдом, но мало того, что фрейдовское понимание человека и личности уже достаточно устаревшее, но оно и переосмыслено его учениками. В рамках самой психологии человек все время переосмысливается и сейчас следует посмотреть на то, что по этому поводу думают психологи, точнее Б.Г.Ананьев.

Борис Герасимович Ананьев сформулировал представление об инди видуальности, как надличностном образовании. Традиционно, и для лю дей не очень знакомых с психологией, человек в онтогенезе развивается до личности, то есть становится взрослым и все. Далее следует расцвет, акме и инволюция, так думали и древние. Так вот, Ананьев утверждает и доказывает результатами исследований, что это так лишь отчасти, он тогенез продолжается и во взрослом состоянии, и индивидуальность уже оказывается надличностным образованием. В целом такое представление не получило дальнейшего развития. В области рассмотрения оказалось только сложное соединение в индивидуальности биологических, харак терологических и личностных подструктур системы индивида как целого.

«Единичный человек как индивидуальность может быть понят лишь как вернуться к содержанию В. М. Сергеев Акторыкакобъектысоциальногопространства единство и взаимосвязь его свойств как личности и субъекта деятельнос ти, в структуре которых функционируют природные свойства человека как индивида.» (Ананьев Б. Г. Человек как предмет познания. — Питер. — Санкт-Петербург: 2001. Цитировано по: http://www.i-u.ru/biblio/archive/ ananev_chelovek/06.aspx).

К этому можно добавить и представление о возрастных кризах, кото рые, может быть, лучше были представлены в эпигенетической психоло гии Эрика Эриксона (кризисы идентичности), которая более дифферен цированно рассматривает фазы и проблемы взрослой личности. Наконец, пирамида потребностей Маслоу. Надо сказать, что большая часть нарабо ток в теории личности в значительной степени связана с психопатологией и патопсихологией и, главным образом, невротической личностью. Одна ко и здесь образовались некоторые направления, которые основывались на более широком представлении о личности, как это обнаруживается, например, в экзистенциональной психологии или у неофрейдистов, кото рые выводят область исследований за пределы узких границ фрейдовской структуры личности.

Существенным оказывается еще, что психологи обнаружили то, что называется интериоризацией и экстериоризацией. Если в процессе взро сления и воспитания, становясь личностью, человек интериоризирует со циальное через систему взаимоотношений и практики социальных взаи модействий, то взрослая личность (став индивидуальностью и субъектом социального действия) экстериоризирует это переработанное и погло щенное социальное в практике уже своих взрослых взаимодействий, как актор. Это не совсем то, что социологи называют воспроизводством со циальных институтов (через научение — чисто бихевиористский подход) хотя бы уже потому, что происходит их (институтов) изменение именно этими измененными акторами. Совершенно понятно, что межпоколенная трансмиссия социального происходит не пассивно, как переписывание компьютерной программы с одного носителя на другой, а активно — об учающийся перерабатывает то, что получает в процессе воспитания, об учения.

Существует различное отношение к развитой Гумилевым Л.Н. теории этногенеза. Историки, в своем большинстве, ее не принимают, социологи тоже. Однако Гумилев назвал ее именно этногенезом. То есть само поня тие этноса оказывается и не историческим и не социологическим. Тем не менее ему удалось найти то, что связывало бы русский космизм и биосфер ный подход. Для нас здесь оказывается важным то, что субъект этногенети вернуться к содержанию В. М. Сергеев Акторыкакобъектысоциальногопространства ческой динамики — пассионарная личность — вполне отчетливо опреде лен Гумилевым без, что называется, лишних психолого-социологических изысков. Существенным препятствием развития теории Гумилева был широко распространенный подход к объяснению социальных процессов с позиций исторического материализма в терминах классовой борьбы. Тем не менее ни исторический материализм, ни какие-либо другие теории не получили удовлетворительного развития, при этом оказывались препятст вием для развития более осмысленного понимания. Важно, что Гумилев связал динамику крупных социальных образований, как этнос, с первич ным элементом этого образования — актор, пассионарная личность или, как бы сказали современные адепты синергетики, аттрактивный элемент определяющий точку и направления движения других элементов (людей) социума и этноса.

Наверное одной из существенных социологических работ в проблема тике актора является в общем-то относительно старая книга Йоаса Ханса «Креативность действия» (оригинал 1996 года), которая вышла у нас толь ко в 2005 году. В которой еще раз показывается, что для институциональ ных или организационных образований не является релевантным пред ставление об оценивании, и, более того, о креативности — организации могут действовать как рациональные или креативные только в силу того насколько менеджеры и руководство этих организаций являются таковы ми. То есть организация не может являться переживающим субъектом, оценивающим, принимающим решение, творческим или креативным — все это характеристики, модусы, атрибуты персонального действующего субъекта — актора, так или иначе надличностные (надакторные) образо вания являются виртуальными и не могут представлять из себя каких-то реально действующих субъектов. Если бы это было не так, то владельцы компаний не заботились быв о том чтобы привлечь в компании наиболее продуктивных, талантливых и активных менеджеров. Другими словами, поведение социальных субъектов — компаний, организаций, государств определяются небольшой группой менеджеров, качество которой и опре деляет результативность деятельности «безличностного» образования — организация, департамент, правительство и т. д.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 25 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.