авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 25 |

«IV Социологические чтения памяти Валерия Борисовича ГОЛОФАСТА СОЦИОЛОГИЯ вчера ...»

-- [ Страница 17 ] --

Таким образом, благополучие производственной организации в этих условиях начинает зависеть от добросовестности каждого работника, от его заинтересованности в самоконтроле и в успехе всего производства в целом. Эти требования к участнику производственного процесса, касаю щиеся не столько его профессионально-квалификационной подготовки, сколько его личностных, нравственных качеств, поставили перед наукой вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий и практикой управления достаточно сложную задачу. Потому что ни отчу жденный характер наемного труда, ни ориентированная исключительно на материальное вознаграждение традиционная система управления тру дом не побуждали и не побуждают человека работать добросовестно.

Сложившаяся ситуация получила в промышленно развитых странах на звание «кризис человеческой активности». В качестве его основы рассма тривалась незаинтересованность наемного работника проявлять актив ное, ответственное отношение к процессу труда.1 Безразличие персонала к результатам деятельности предприятий, на которых он трудится, к про блемам и трудностям, возникающим в процессе работы, стало реальным препятствием на пути освоения производственных технологий следующе го поколения, составляющих основу постиндустриального уклада произ водства.

Поэтому представляется совершенно естественным, что преодоление этого безразличия, поиск средств формирования заинтересованного, от ветственного отношения к своему трудовому поведению работников, как производства, так и сферы услуг стали центральными задачами научного поиска и социально-инженерных усилий в области управления персона лом.

В течение десятилетий шел пересмотр оценки роли человека в энергич но развивающемся производстве. А также, поиск адекватного ответа пра ктики управления персоналом на изменения этой оценки. О новых тенден циях в управлении людьми, хорошо сказано в работах Р.Уотермена: «Было время, когда люди были «факторами производства». Управление ими нем ного отличалось от управления машинами и капиталом. Этого больше нет.

И если когда-то подобный метод управления людьми и позволял повышать производительность труда, то сегодня он дает обратный эффект»2.

В настоящее время считается общепризнанным, что для того, чтобы участники производства (или сферы обслуживания) отвечали требовани ям постиндустриального технического уклада, у каждого из них должно быть сформировано принципиально новое отношение к предприятию, на котором они работают. Они не просто должны быть удовлетворены своим местом работы, специальностью, всей социальной и физической средой, которая их окружает в процессе труда. Недостаточно для этого иметь и со См. Кузьминов Я.И. и др. Отчуждение труда: история и современность. М.:

Экономика, 1989. C. 6-10.

Уотермен Р. Фактор обновления.. М.: Наука.1988. С. вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий ответствующую квалификацию и опыт. В дополнение ко всему этому не обходима идентификация с организацией, в которой люди трудятся. Эта идентификация предполагает глубокую заинтересованность в успешной реализации целей и задач организации, постоянную готовность сделать все необходимое для устранения возникающих помех. Этого можно ожидать в том случае, если персонал будет воспринимать цели организации значимы ми для себя.

К этим выводам зарубежные исследователи и представители круп ных промышленных компаний пришли после выполненных в различных регионах мира и, в первую очередь, в развитых странах капитала иссле дований, направленных на поиск средств формирования необходимой в современных условиях мотивации и качества труда. В качестве приме ров можно назвать такие научные разработки, как Хотторнский экспе римент профессора Чикагского университета Э.Мейо и его «концепцию человеческих отношений». Можно вспомнить о прогремевших на весь мир «кружков качества» на японских предприятиях. Пионерными остают ся «производственные советы» персонала на французских и германских предприятиях. Выработанные на этом этапе постижения «человеческого фактора» идеи позволили подойти к решению, казалось бы неразрешимой задачи: заинтересовать работника наемного труда в успешной деятельнос ти предприятия, которое принадлежит предпринимателю Эти новые каче ства работника были названы в европейских и американских источниках «преданностью организации» и «идентификацией с организацией»1, а в отечественных работах с самого начала исследования этой проблемы по лучили наименование : «включенность в организацию»2.

Таким образом, теоретические обоснования и практика формирования новых качеств наемных работников имеют долгую историю. В какой то сте пени они отражают два этапа в развитии потребности предприятия в высо ком качестве труду. Показатель «преданность организации» характеризует степень стабильности работника на данном предприятии, но не потому что ему некуда уйти, а потому что эта организация соответствует его представ лениям о «хорошей работе» и позволяет ему удовлетворять свои основные потребности. Стабильный работник не думающий об увольнении это пре красный исполнитель в рамках индустриального производства. В свою оче См.ЛютенсФ. Организационное поведение. М.: Инфра-М, 1999. С.5- Лапин Н.И. и др. Теория и практика социального планирования. М.: 1975.

С. вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий редь показатель «идентификация с организацией» характеризует отноше ние работника к целям и задачам организации, в которой он трудится. То есть это, как бы, более высокий уровень интеграции с организацией и ка чества труда работника. При такой идентификации с предприятием работ ник, будучи заинтересован в его успехах, становится лучшим контролером не только собственных результатов труда, но и труда его коллег. Судя по публикациям, развитие системы методов управления персоналом, способст вующих формированию таких качеств, не прекращается.

Но создаются не только методы формирования таких качеств как «пре данность» и «идентификация». Постоянно совершенствуются средства контроля над состоянием этих характеристик. В частности, существенная работа в этом направлении ведется в странах Европейского содружества.

Хранители европейской экономики справедливо считают, что небрежное отношение к использованию трудовых ресурсов, пассивность в использо вании прогрессивных методов повышения качества труда наносит ущерб экономической политике всему содружеству в целом. И к тем, кого улича ют в этом, применяют внутриевропейские санкции.

В настоящее время в исследовательской практике Европейских стран для оценки отношения персонала к своему предприятию, наиболее широ ко используются две методики. Первая методика (она была создана еще на этапе позднеиндустриального производства) предназначена для оценки «преданности работника своей организации» (более точно, на наш взгляд, звучит перевод этого термина как «приверженность»). Суть ее в том, что бы определить, какая часть работающих может характеризоваться как стабильная. Это определяется на основе двух вопросов. Первый выясняет, кто намерен продолжать работу на данном предприятии, а второй — кто готов рекомендовать своим близким и знакомым трудоустроиться на нем.

По сути, речь идёт о стабильности и степени адаптации.

Вторая, более поздняя методика предназначена для выяснения доли работников, идентифицированных с целями и задачами своего предпри ятия, готовых участвовать в решении его проблем. С ее помощью дается оценка: информированности работника о целях и задачах организации (1);

выясняется в какой степени он считает эти цели и задачи важными, значимыми для него;

(2). и, наконец, его спрашивают в какой степени он готов лично способствовать решению поставленных перед организацией задач, насколько он в этом заинтересован (3).

Обе эти методики используются в настоящее время на уровне ЕЭС.

International Survey Research (ISR) проводит на их основе регулярные вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий исследования на предприятиях стран–членов Европейского Союза и пу бликует результаты замеров по каждой стране. С помощью полученных данных дается оценка вклада промышленности этих стран в повышение качества труда и конкурентоспособности продукции, выпускаемой на их территории. На основе этой оценки делаются экономические выводы. Поиски и обоснование подобных показателей осуществляются учены ми и в других странах. И сравнительно давно. Значительная часть рос сийских исследователей ограничивают круг показателей включенности, выделяя три признака (индикатора) включенности работников в органи зацию. Так, например, по мнению Д.А.Чирквиани, ими являются:

– полная убежденность работника в правильности целей организации, и его полная приверженность им;

– предрасположенность работника к осуществлению такой деятельнос ти, которая будет полезна для организации;

– большое желание работника оставаться членом организации. Если исключить методическое отличие, по существу это те же характе ристики, которые использованы в Евросоюзе.

Роджер Майтленд, заместитель председателя ISR (International Survey Research) пишет о практике использования в глобальных исследованиях, проводимых в странах Европы, лишь двух индикаторов преданности сво ей фирме. В их число входят «удержание» (когда работники намеревают ся скорее оставаться у своего текущего руководителя, чем искать работу еще где-нибудь) и «рекомендации» (работники не только мотивированы оставаться у своего текущего работодателя, но также ценят его настолько высоко, чтобы рекомендовать другим присоединиться к ним).3 Нетрудно заметить, что в этом подходе начисто исключена оценка отношения работ ника к целям организации и его готовность содействовать ее достижению.

Но у автора этой методики свои задачи.

А вот стремление таких исследователей, как Дж.Мейер и Н. Аллен, представить основу оценки преданности в виде трехкомпонентной модели выглядит более основательным. Эти три компонента выглядят следующим образом:

МайтлендР.ПреданностьработниковвЕвропе:характеристики,причиныи последствия//ПерсоналМикс.2003,№4.C. Чарквиани Д.А. Структурные и функциональные особенности трудовых уста новок личности. Тбилиси: Мицниереба, 1988. C. Майтленд Р. Преданность работников в Европе: характеристики, причины, последствия// Персонал микс, 2003.№4,С.112.

вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий Аффективная преданность, которая включает эмоциональную привя занность к организации, самоидентификацию с организацией и вовлечен ность в ее дела и проблемы.

Преданность, обусловленная стажем, которая связана с пониманием тех потерь, которые вызовет уход из организации.

Нормативная преданность, связанная обязательством работника оста ваться в данной организации. Все сказанное позволяет утверждать, что методики, которые разраба тываются на основе приведенных выше методологических соображений и учитывают запросы практики, могут использоваться в исследованиях для выявления соотношения «включенных — не включенных» в производ ственных организациях. Они позволяют оценить успехи системы управ ления того ли иного предприятия по отношению к своим социальным ресурсам. Безразличие персонала к судьбе своего места работы, создает неизбежно напряженную, формальную обстановку, которая отражается и на качестве трудового поведения и на самочувствии персонала. И совер шенно иная обстановка в тех организациях, где «люди готовы пройти лиш нюю милю за своим работодателем, когда люди беспокоятся о будущем своей компании, когда люди готовы, желают и способны прилагать мак симум усилий, использовать максимум интеллектуальных возможностей и максимум креативности в своей работе на благо организации в целом». Для иллюстрации сказанного выше можно привести некоторые цифры, которыми располагает автор. Прежде всего, интересно представить себе как выглядит качество персонала Европейских предприятий, оцененное исследовательской организацией, о которой говорилось выше. Ниже при водятся средние данные за 2002 год по всем странам Евросоюза в целом.

Доля работников, оцененных, как 71% «преданные»

Доля работников, получивших оценку 51% «идентифицированные с организацией»

Разумеется, отдельные страны имеют отклонения от средней величи ны. Так, например, уровень «преданности» колеблется от 78 процентов (Германия) до 56 процентов (Польша). Но в целом наличествует высокий Meyer I.P. and Allen N.I. “A Tree-Component Conceptualization of Organizational Commitment”. Human Resource Management Review. Vol.I.1991/P.61- Майтленд Р. Указ.соч.С111.

вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий уровень показателей, способствующих высокому уровню качества труда.

Тому самому «Европейскому качеству», которое ценится во всем мире.

Если сопоставить этот уровень с величинами, полученными на основе аналогичных показателей в одном из регионов России (мы имеем в виду Самарский регион, где осуществлялись мониторинговые исследования), то средние показатели по обследованным предприятиям выглядят сле дующим образом. Ниже приводятся данные оценки за три года. Это дает возможность проследить динамику измеряемых величин. Кроме того, не обходимо обратить внимание на то, что Самарскими социологами подсчи тывался показатель «включенности». К «включенным» относились только те, кто по результатам исследования характеризовался и «преданным», и «идентифицированным» одновременно.

Соответствуют такой характеристике, как:

преданность идентификация включённость 2006 г. 41,1 20,0 13, 2007 г. 33,5 16,8 10, 2008 г. 24,7 16,0 5, Сопоставляя приведенные цифры с данными по Евросоюзу, нетрудно увидеть существенную разницу в цифрах, характеризующих качество тру да. Разумеется, не совсем корректно сопоставлять данные за разные годы.

Но годичные изменения данных по Евросоюзу, насколько нам известно, незначительны. Зато обращает на себя внимание тревожная динамика ухудшении показателей по Самарской области. Эта динамика, с одной сто роны, несет с собой дальнейшее снижение качества труда и конкуренто способности предприятий. А с другой, угрожает созданием кадровых пре пятствий при освоении новых технологий и методов труда. Руководство этих предприятий ведет себя с точки зрения принципов Научного менед жмента, по меньшей мере, бездумно.

Труд наёмных работников только ради зарплаты при полном безраз личии к деятельности предприятия, что имеет сегодня место на отече ственных предприятиях, является результатом дремучего упорства ме неджмента этих предприятий в их нежелании отказаться от применения исключительно старых методов мотивации, соответствующих раннека питалистическому укладу производства. Выражая свою неудовлетворён ность качеством персонала, руководители, как правило, сами ничего не предпринимают для изменения ситуации. Судя по всему, они и не знают, вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий что надо делать. Большая их часть предпочитает общаться с работающими у них людьми через окошко кассы и отдел кадров. В беседах с социологами свои проблемы низкого качества труда они склонны оправдывать дефици том необходимой квалифицированной рабочей силы на рынке труда.

Между тем, формирование включённости в организацию позволяет в корне изменять нравственный климат в подразделениях. Ведь в насто ящее время успех предприятия во все большей степени зависит от отно шения работника к своему предприятию. Соответствующая управленче ская политика, включающая в себя такие средства влияния на персонал как партисипация, соревновательные стимулы, демократизация управ ленческого процесса, должна рассматриваться, как показатель уровня управленческой культуры и грамотности руководителя. Однако сотруд ничество с персоналом руководители воспринимают пока еще как ренес санс коммунистических «заморочек». Как правило, они не проводят даже общие собрания, где должны обсуждаться важные вопросы жизни пред приятия, не информируют работников о ситуации на предприятии, не привлекают их к участию в обсуждении организационных и технических проблем. А всевозможных органов самоуправления, технических сове тов с участие работников руководители просто боятся. Сегодня, когда во всем мире человеческий фактор является, предметом особой заботы, в значительной степени определяющим успешность производства, такая позиция руководителей является «тупиковой». Неумение и нежелание сотрудничать с персоналом, используя за счет этого значительные соци альные резервы повышения качества труда, стало реальным тормозом эффективного развития предприятий.

Выше уже говорилось о том, что в странах, заинтересованных в даль нейшем развитии промышленного производства, сферы обслуживания и торговли, не прекращается поиск средств повышения качества труда. Из ыскивается возможности усиления стабильности персонала и его иденти фикации с организациями, в которых он трудится.

Наиболее действенными в современной обстановке признается ис пользование партисипативных методов управления, т. е. методов, осно ванных на делегировании работникам наемного труда некоторых управ ленческих функций, на создании органов самоуправления, на хорошо поставленном информировании персонала о деятельности и проблемах предприятия.

Такой подход предполагает развитие сотрудничества между руководи телем и персоналом, развитие демократических начал в процедурах при вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий нятия как значимых, на уровне организации, так и низовых управленче ских решений.

В то же время исследователи обращают внимание управляющих на то, что применению партисипативных методов должно предшествовать наве дение порядка во всей социально-трудовой сфере и создание нормальных условий для работы людей. Использованию партисипативных методов должны предшествовать оптимизация условий, оплаты, организации тру да, то есть всего комплекса производственно-экономических факторов, которые, так или иначе, оказывают влияние на поведение работника.

Описывая меры по идентификации персонала на голландских предприя тиях, Г.Г.Воробъев приводит следующий перечень требований, которые должны быть выполнены «до» и «во время» реализации этой процедуры.

– содержание и требования к работе должны соответствовать професси ональным характеристикам и качествам работника;

– оплата труда должна иметь тесную связь с выполняемой работой;

– необходимо обеспечить комфортность рабочего места, условий труда;

– должна быть оформлена договоренность о двусторонней ответственно сти работника и организации за выполняемую работу в виде индивиду ального контракта или другого документа;

И лишь после этого рационально прибегать к использованию методов управления, способствующих развитию чувства хозяина, идентификации с предприятием.1 В этом есть своя логика. Если работодатель не соблюдает элементарные требования трудового законодательства, о каком сотрудни честве с персоналом может идти речь.

И ученые, и практики развитых стран сходятся в том, что усиление сотрудничества с работающими в процессе управления организациями, принципиально изменяющее место человека в производственных систе мах, представляет собой в современных условиях важный фактор разви тия не только экономики, но и общественно-политической системы в це лом. Поэтому за рубежом столь велик и научный и практический интерес к этой проблеме. Большие силы направлены на создание и внедрение со циальных технологий, позволяющих изменять характер управленческого взаимодействия, чтобы добиваться более высокого уровня включенности персонала в организацию. Воробьев Г.Г. Человеческие ресурсы и современная служба персонала // Со циологические исследования, 1996, №11. C. См.напр. Рольф Ван Дик Преданность и идентификация в организации.-Х.:

Изд-воГуманитарный центр,2006.

вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий Значение поставленной задачи столь велико, что в ее решении прини мают участие не только менеджеры всех уровней, но и государственные органы власти. Трудовые кодексы, принятые в таких странах как Франция и Германия уже давно являются правовой основой демократизации управ ления производством. Здесь предусмотрено избрание на каждом предпри ятии Производственного совета, в состав которого входят, представляю щие все подразделения и категории работников предприятия рабочие, техники и инженеры. Перед Производственным советом отчитывается руководство предприятия. Здесь обсуждаются наиболее острые пробле мы деятельности организации. Законодательством предусмотрены нормы и правила, которые могут устанавливаться на предприятии только с одо брения Производственного совета. Совет собирается не реже одного раза в квартал в рабочее время с сохранением заработка его членов. Наряду с советом действуют рабочие комиссии, которые готовят проекты решения Производственного совета и проверяют их выполнение. Наряду со столь масштабными партисипативными технологиями в управленческой практике используются и другие, фрагментарные способы развития инициативы работников наемного труда и идентификации их с организацией. Сюда следует отнести и практику должностных перемеще ний, развитие рационализаторства и содействие самоутверждению на ос нове развития творческих конкурсов и рационализаторства и т. п.

Имеющие хождение в отечественной управленческой среде мнения о неспособности отечественного работника реагировать на что-либо кроме денежного вознаграждения, не более чем отговорки от решения серьез ных проблем управления персоналом. Успешные попытки использования различных социальных технологий, нацеленных на повышение качества труда персонала российских предприятий, неоднократно осуществлялись даже в советский период. То есть существует свой, отечественный опыт организации этой работы.

В нашем распоряжении есть материалы разработки двух социальных технологий, направленных на повышение стабильности и идентифика ции работников крупнейшего автомобильного предприятия страны –Ав тоВАЗа. Эти разработки осуществлялись еще в 70-е годы сотрудниками социологической лаборатории Самарского государственного универси тета под руководством автора этой статьи. Первая была связана с необхо Борисов В.М. Участие работников предприятий в управлении.//Труд и мир.

1996г.№6 с.47-69.

вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий димостью найти решение снижения потенциальной и реальной текуче сти персонала, а вторая — была направлена на усиление идентификации работников завода со своим низовым подразделением — бригадой и ее задачами.

Первая проблема возникла неожиданно для всех. На только что пущен ном в строй автомобильном заводе в Тольятти шел третий год работы, а те кучесть персонала сумела вырасти с 0,0 до 11, 5 процента. Динамика этих изменений выглядела примерно так:

Уровень текучести кадров на АвтоВАЗе в 1971–1973 г.г.

1971г. 0,8% 1972г. 4,5% 1973г. 11,5% Если представить себе не проценты, а реальную численность, которая за ними стоит, (а на заводе к тому времени уже работало около 100 ты сяч человек) то станет понятным, почему кадровые службы завода были в шоке. С лучшего, новейшего, только что пущенного предприятия страны побежали люди.

Руководство завода пригласило социологов и попросило разобраться с ситуацией. Оно пообещало всяческую поддержку. Основная причина сло жившейся ситуации исследователям была ясна. Они к тому времени уже были знакомы с заводом. Дополнительное исследование только подтвер дило их предположения. Проблема была в несоответствии уровня квали фикации рабочих мест на заводе относительно высокому образователь ному уровню персонала. Большую часть персонала составляла молодежь, приехавшая из разных регионов. И у них был высокий по тем временам образовательный уровень Практически все они имели законченное сред нее образование.

Соотношение же рабочих мест квалифицированного и неквалифици рованного труда составляло «один к двум»:

Квалификационная структура рабочих мест Рабочие места высококвалифицированного и квалифицированного труда около 30% Рабочие места малоквалифицированного и неквалифицированного труда около 70% Методологической основой решения поставленной задачи стала идея мотивационного ядра из исследования «Человек и его работа». В соот ветствии с этой идеей удовлетворенность работой, а, следовательно, и потенциальная текучесть молодых рабочих, в первую очередь, зависят от вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий восприятия трех факторов: содержания труда, уровня оплаты труда и воз можности профессионального продвижения. Социологам предоставлялась возможность решить — изменением какого фактора в условиях завода можно повлиять на практику текучести. Совершенно очевидно, что изме нять содержание труда на тех же рабочих местах было делом нереальным.

Повышение оплаты труда, для компенсации монотонного конвейерного труда — также было нереально. Уровень оплаты регулировался государ ственной политикой. Оставалась последняя возможность — создание пер спективы профессионального продвижения.

И они предложили руководству завода для обсуждения такую систему управления персоналом, когда работники занятые неквалифицирован ным трудом на конвейере постепенно, через определенное время, после соответствующей переподготовки перемещаются на рабочие места более высокой квалификации.

Последовало возражение заводчан. Его суть была в том, что соотноше ние квалифицированных и неквалифицированных рабочих мест, по их мнению, не позволит переместить всех желающих. Такая позиция обосно вывалась тем, что численность работников малоквалифицированного тру да была в два раза больше, чем мест квалифицированного труда..

Но социологи располагали данными, которые свидетельствовали о том, что перемещаться хотят далеко не все. Далеко не для всех это было актуально. Но зато те, кто хотел переместиться, почти во всех случаях как раз и входили в число тех, кто готов был покинуть предприятие. Вот дан ные ответа на вопрос о желании переместиться на более квалифицирован ное место. Причем опрашивались только работники неквалифицирован ного и малоквалифицированного труда.

Хотелибывысменитьсвоерабочееместо надругое,сболеевысокойквалификацией?

Да 23, Нет 48, Затрудняюсьответить 28, Таким образом, хотело продвигаться и повышать свою квалификацию менее четверти работников неквалифицированного труда. Они были не удовлетворенны своей работой и собирались покинуть предприятие. Мы считали, что, создав им условия для продвижения, можно было бы замет но снизить численность группы потенциальной текучести Тем более, что часть из них хотели бы «передвинуться» не по вертикали, а по горизонта ли (в другой цех, подразделение без повышения квалификации). Сомне вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий ния отпали. И тогда была разработана подробная технология профессио нального перемещения рабочих на заводе.

Основные элементы системы профессионального продвижения.

Каждый работник, желающий повысить свою квалификацию и сме нить рабочее место, регистрируется в цеховом отделе кадров получает план профессионального продвижения Каждый кандидат на профессиональное продвижение должен отрабо тать на рабочем месте неквалифицированного труда не менее трех лет.

Начиная со второго года, кандидат на продвижение зачисляется в ве чернюю (или дневную, в зависимости от графика) группу учебного центра для приобретения специальности квалифицированного труда.

В течение третьего года он проходит стажировку в выбранном им цехе.

В течение всего срока подготовки работник не должен допускать нару шений дисциплины и упущений по работе. Это является условием реали зации его плана.

Контролем над соблюдением установленного порядка обучения и заме щения вакантных мест квалифицированного труда занимается специаль ная заводская группа профессионального продвижения.

Для организации этой системы была создана специальная группа ин спекторов профессионального продвижения численностью в 26 человек.

Группа составила перечень и полную опись рабочих мест, на которые мож но готовить кадры в заводском центре обучения. С первых же дней начал издаваться специальный еженедельный информационный бюллетень о возможности продвижения и обучения, который вывешивался во всех по дразделениях. Словом, дело пошло. В первый же год (1974) текучесть ка дров на заводе снизилась до 9,0% Т. е. на 2,5%. Это означало, что был пре дотвращен уход с завода более 2 тысяч человек. К 1978 году — текучесть снизилась еще на 1,5 процента.

Динамика текучести кадров на АвтоВАЗе 1971 г. 0,8% 1972 г. 4,5% 1973 г 11,5% 1974 г. 9,0% 1978 г. 7,4% Тогда у Самарских социологов еще не было возможности определять число «преданных». Этой методикой они овладели позже. Но сам факт столь заметного снижения числа увольнений подтверждает возможность влияния на отношение работника к своему предприятию не только с по вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий мощью материальных средств, но и используя иные интересы, лежащие в социальной области. Система профессионального продвижения действо вала на заводе до 1993 года. То есть — почти 20 лет. Нам представляется, что опыт создания и внедрения подобных технологий актуален и в совре менных условиях. В отечественной промышленности сохраняется значи тельное число рабочих мест неквалифицированного и малоквалифици рованного труда. Поэтому любые меры, создающие заинтересованность в стабильном качественном труде здесь актуальны.

Второй проблемой, которую довелось решать опять же не экономиче ским путем, а формируя иной характер трудовых отношений, т. е. социаль ных отношений в коллективах бригад, была проблема трудового конфлик та в производственных бригадах. На новом автогиганте, в условиях, когда мастерами стали вчерашние студенты техникумов и институтов, далеко не все они справлялись с управлением бригадой. Дело у них доходило до открытых трудовых конфликтов с людьми. А в 1974 году эти конфликты начали перерастать в забастовки. В условиях страны Советов это был нон сенс. Но об этом старались никого не информировать.

Руководство завода очень боялось политических выводов. Забастов ка в советские времена рассматривалась компетентными органами, как «контрреволюционное выступление». Директор лично выезжал на каждый случай, когда бригада «садилась», останавливая весь конвейер. Мастер тут же отстранялся от работы, давались обещания все исправить и учесть.

Конвейер снова двигался. Но таких конфликтов становилось все больше и сил директора стало не хватать. Руководство двинуло в бригады для разъ яснительной работы работников заводоуправления. Грустно вспоминать, но они панически боялись ходить к рабочим и старались ограничиться разговорами с мастерами.

И тогда социологов снова пригласили в Генеральную дирекцию и попро сили подумать, как устранить причину этих забастовок. Социологи пошли в бригады и стали подробно выяснять причины, которые порождают кон фликты. В конце концов, они пришли к выводу, что забастовки явились результатом крайне острых, конфликтных отношений на уровне бригада — мастер. И, прежде всего, там. Конфликты становились результатом неже лания мастеров считаться с мнением бригад, которыми они управляют. Вче рашние выпускники техникумов, ВУЗов не имели никакого опыта работы с людьми, избегали делового общения с ними, не прислушивались к их мне нию, командовали. По сложившейся традиции и из-за гигантских размеров подразделений бригады были полностью изолированы от общения с кем — вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий либо из руководства цехом. Это была монополия мастера. Люди были пол ностью отчуждены от планирования и подведения итогов не только цеха, но и их собственной деятельности и не имели возможности защитить перед мастером свои интересы, если он был несправедлив. Идентификация с пред приятием была на нуле. Но удалось увидеть не только это.

Знакомясь в цехах с работой мастеров в бригадах исследователи нашли немало интересных примеров по привлечению самих рабочих к решению бригадных проблем.. Практически, это выглядело как создание общест венного самоуправления в бригадах. Некоторые мастера создавали у себя в бригадах такие общественные органы по собственной инициативе. Это были опытные мастера, имеющие немалый стаж работы на других пред приятиях. Одни называли выбранных помощников — «актив», другие — «президиум бригады». Они привлекали своих подчиненных на помощь в управлении бригадой. И хотя эти демократические органы действовали неофициально, они давали положительный эффект. В этих бригадах обра щал на себя внимание хороший психологический климат.

Социологам такая инициатива показалась перспективной. Она на поминала западный опыт привлечения работников к соучастию в управ лении. Использование, так называемых, «партисипативных методов управления персоналом». И они вышли с предложением ввести на заводе бригадное самоуправление, используя опыт, тех бригад, где это самоу правление в той или иной степени действовало.

Руководство завода страшно удивилось. Оно долго пыталось усмотреть в необычном для них предложении «идеологические загибы». Но, в конце концов, предложение поддержали. В течение месяца были подготовлены необходимые нормативные документы, положение, приказы о внедрении.

Созданную технологию обсудили с мастерами, учли замечания и запусти ли в дело. Это заняло около трех месяцев.

Некоторые фрагменты положения о работе Совета бригады.

Совет бригады избирался сроком на один год. Председатель Совета из бирался на общем собрании.

Были определены функции Совета в управлении бригадой, которые не лишали мастера основных прав и обязанностей, но давали возможность соучастия Совета в осуществлении некоторых его функций.

Совет бригады стал участвовать в подведении итогов работы и оценке деятельности работников бригады, в решение вопросов, связанных с от пусками, принятии мер к нарушителям дисциплины. Нередко нарушители начинали искать защиты от Совета бригады у мастера.

вернуться к содержанию Б. Г. Тукумцев Парадоксыуправленияперсоналомивозможностиинновационныхтехнологий Председатель совета бригады получил право в рабочее время обсу ждать с руководством цеха проблемы условий и оплаты труда, в случае их нарушения цехом или мастером.

Мастера быстро адаптировались к новой системе управления. Основ ная часть, как выяснилось, была довольна. Уже через месяц о забастовках на заводе забыли. Но самое главное заключалось в том, что такая социаль ная инновация как Совет бригад принесла не только снижение уровня на пряженности. Было отмечено стабильное улучшение качества труда. И это было вполне объяснимо. В бригадах появился коллективный контроль, усилилась идентификация работников со своей бригадой, со своим цехом.

Это радовало всех. В те годы это были первые в промышленности страны Советы бригад.

К сожалению, большинство современных российских управляющих промышленными предприятиями не знают о подобных технологиях и не верят в их возможности. Они предпочитают работать на уровне тейлоров ских методов организации трудовой деятельности.. Это означает отста вание от современного Европейского уровня управления персоналом, по меньшей мере, на сто лет. Сами управляющие прекрасно понимают, что с таким состоянием качества труда персонала инновационный прорыв в производстве осуществить невозможно. Но в то же время ничего для из менения положения не делают. И это один из парадоксов модернизации нашей экономики.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградская школа социологии искусства Истоки ленинградской школы социологии искусства были заложены в 1920-е годы работами искусствоведов: В. М. Фриче «Очерки социальной истории искусства» (1923) и «Социология искусства» (1930), И.Иоффе «Кризис современного искусства» (1925), Ф. Шмит «Предмет и границы социологического искусствоведения» (1928). Однако эти авторы были об винены в вульгарном социологизме, а их работы оказались под запретом.

Возрождение статуса социологии искусства произошло в 1960-е годы.

Оно было обусловлено, во-первых, началом второго этапа институциали зации отечественной социологии, во-вторых, внедрением марксистской социологии в теорию исторического материализма, эстетику и искусст вознание, в-третьих, развертыванием эмпирических исследований раз нообразных социальных процессов, в том числе и функционирования искусства. Значительный вклад в процесс развития советской социологии искусства внесли философы, эстетики и искусствоведы Ленинграда.

Первой работой, положившей начало восстановлению советской и ле нинградской школы социологии искусства, можно признать монографию выпускника ЛГУ, философа и социолога А. Г. Харчева «Место искусства в общественной жизни», опубликованной в 1956 году. В ней социологиче ский анализ искусства был дан с позиций марксистско-ленинского учения об обществе. Социологический подход с позиций марксизма к рассмо трению художественного развития общества был применен и в первом издании 1963–1966 годов «Лекций по марксистско-ленинской эстетике»

М. С. Каганом.

Начиная со второй половины 60-х годов, ленинградские социологи искусства основное внимание уделяют следующим проблемам:

– выяснению отношения к советской социологии искусства 20-х годов1;

Новожилова Л. И. Социология искусства в советской эстетике 20-х годов // Материалы к научной сессии, посвященной 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Л., 1967;

Новожилова Л.И. Социология искус ства: Из истории советской эстетики 20-х годов. Л.: Изд-во ЛГУ, 1968;

Носо ва И. Л. Из истории конкретно-социологических исследований аудитории вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства истории и критике буржуазных концепций социологии искусства1;

– определению предмета социологии искусства2;

– – разработке методологии и интерпретации результатов эмпирических социологических исследований художественной жизни общества3.

искусства (на материалах 20-х годов) //Методологические проблемы истории общественной мысли. Л.: Наука, 1971;

Мосолова Л.М. Общественная психо логия и искусство в Советской России 20-х годов: Автореферат кандидатской диссертации. Л., 1973;

Ушакова Н.И. Проблемы философии истории искусст ва в трудах Ф. Шмита //Философия. История. Современность Л.: Изд-во ЛГУ 1973;

Новожилова Л.И., Носова И.Л. Театр и зритель: конкретно-социологиче ское исследование 20-х годов //Наука о театре: Межвузовский сборник тру дов преподавателей и аспирантов. Л., 1975;

Фролова Е.Л. Из опыта изучения зрителя в 20-х годах //Методологические проблемы современного искусст вознания. Вып. 1. Л., 1975;

Носова И.Л. Формирование советской социологии искусства: Автореферат кандидатской диссертации. Л., 1980.

Гершкович З.И. Критика буржуазной концепции массовой культуры //В ти сках духовного кризиса. Л., 1966;

Перов Ю.В. К истории взаимоотношений публики и художников //Философские науки. 1966. № 6;

Шлезингер Е.А. Со циология искусства Шарля Лало: Автореферат кандидатской диссертации.

Л., 1973;

Глотов М.Б. Об определение института художественной культуры в англо-американской социологии //На переднем крае идейной борьбы. Л.:

Изд-во ЛГУ, 1974;

Ушакова Н.И. Становление философии истории искусства в буржуазной эстетике // На переднем крае идейной борьбы. Л.: Изд-во ЛГУ, 1974;

Суворова Г.Д. Художник и общество: из истории социальных форм орга низации художественного производства //Театр. Музыка. Кинематография.

Л., 1975.

Перов Ю.В. Возможности и границы социологии искусства //Материалы к научной сессии, посвященной 50-летию Великой Октябрьской социалистиче ской революции. Л., 1967;

Его же. Что такое социология искусства? Л., 1970;

Сохор А.Н Музыка и общество. М., 1972;

Селиванов В.В. Социальная природа искусства. Л., 1976;

Рябов В.Ф. Искусство как общественная потребность. М., 1977.

Сорокина В.И. К вопросу о восприятиях и оценке киноискусства зрителем:

опыт социологического исследования //Философские науки. 1965. № 3;

Фир сов Б.М. ТВ глазами социолога, М., 1971;

Глотов М.Б. О методологии исследо вания художественной культуры //Философия. История. Современность. Л.:

Изд-во ЛГУ, 1973;

Сикевич З.В. Общая культура студента //Человек и обще ство. Вып. XIII. Проблемы интеллектуального и культурного развития сту денчества. Л.: Изд-во ЛГУ, 1973;

Горбачевский И.Ф. Зритель в художественном музее: некоторые итоги по материалам социологических исследований в Го сударственном Эрмитаже в 1973-174 годах //Научно-исследовательская рабо та в художественных музеях. Ч. 3. М., 1975;

Лисовский В.Т. Социологические исследования культурных потребностей студентов //Проблемы этики и эсте тики. Вып. 3. Проблемы потребностей в этике и эстетике. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976;

Селиванов В.В., Дондурей Д.Б., Глотов М.Б. НТР и художественная культура вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства Центральной проблемой советской социологии искусства 1960–1970- х годов стала проблема определения ее предмета. Заметим, что советских социологов искусства в то время не интересовал вопрос о различии меж ду понятиями «объект» и «предмет». Для них было важно утвердить соб ственное понимание предмета социологии искусства, продемонстриро вать свою точку зрения. Поэтому среди советских философов, эстетиков и искусствоведов отсутствовало единство во мнении того, что же является предметом социологии искусства.

Так как советская социология искусства еще не была признанной в качестве отраслевой, то существенное значение для определения ее пред мета имела позиция ученого относительно того, к какой из наук — со циологии или эстетике и искусствознанию — должна принадлежать эта отрасль знания? Одним из первых попытался ответить на этот вопрос ле нинградский философ Ю.В. Перов. Определяя границы предмета социоло гии искусства, он утверждал, что социология искусства является проме жуточной областью между социологией и эстетикой, прикладной ветвью первой, опирается на ее теорию и пользуется ее методами. По его мнению, эстетика «должна базироваться на социологии искусства», а последней не следует претендовать «на роль единственной и всеохватывающей науки об искусстве»1. В противоположность Ю.В. Перову ленинградский эсте тик Л.И. Новожилова, заявляла о том, что «социология искусства вошла в эстетику»2.

В определении предмета социологии искусства Ю.В. Перов исходил, прежде всего, из тех задач и проблем, которые, по его мнению, призвана решать и исследовать данная отрасль научного знания. Первоначально он главную задачу социологии искусства видел в «изучении искусства как социального явления в его исторической динамике, способах суще ствования, доставки, потребления и его социальных функциях». В русле решения этой задачи им были определены следующие аспекты исследо вания: анализ эволюции искусства в его социальном окружении с уче //Научно-техническая революция, человек, его природная и социальная сре да, Л.: Изд-во ЛГУ, 1977;

Селиванов В.В. Взаимосвязь искусства и публики // Искусство и общество. Л., 1978.

Перов Ю.В. Возможности и границы социологии искусства //Материалы к научной сессии, посвященной 50-летию Великой Октябрьской социалистиче ской революции. Л.: Изд-во ЛГУ, 1967. с. 102, Новожилова Л.И. Социология искусства: Из истории советской эстетики 20-х годов. Л.: Изд-во ЛГУ, 1968. C. вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства том проникновения общественных детерминант в саму художественную ткань произведений;

рассмотрение социальных функций искусства;

из учение публики1. Позже к перечисленным были добавлены: изучение многообразных связей и зависимостей между искусством и различными сторонами общественной жизни, между искусством и его аудиторией;

исследование происхождения и функционирования художественных ценностей и норм2.

В конце 1970-х — начале 1980-х годов вопрос о предмете социологии искусства вновь стал активно обсуждаться в работах ленинградских фило софов и искусствоведов А.Л. Казина, А.Я. Куклина, Ю.В. Перова, В.Ф. Рябо ва, А.Н. Сохора. Несмотря на то, что главной задачей социологии искусст ва объявлялось исследование, с одной стороны, воздействия общества на искусство, а с другой — искусства на общество, однако предпринимались попытки выявить специфику ее предмета путем введения новых катего рий. В качестве таковых предлагались следующие понятия: «социальное функционирование искусства», «искусство как социальный институт», «художественные ценности», «художественная культура», «художествен ная жизнь». Все яснее высвечивалась идея о том, что социология искусства в отличие от эстетики и искусствоведения должна изучать не отражение жизни общества в искусстве, а жизнь искусства в обществе.

С точки зрения А.Я. Куклина, социологическая трактовка искусства предполагает видение его в форме «общезначимой ценности», которая интегрирует членов и элементы общества «в единую сохраняющуюся общность»3. При этом А.Я. Куклин предложил понятием, выражающим специфику предмета социологии искусства, признать — «художественная жизнь общества».

На первый взгляд может показаться, что А.Л. Казин стремится найти отличие социологии искусства от эстетики именно в предметах этих наук.

Он так и заявляет: они отличаются «друг от друга не по своему методу, а по своему предмету». Однако в ходе дальнейших рассуждений оказыва ется, что эстетика — это «и есть социология искусства», что они обе «в равной мере являются науками о художественной жизни общества», что Перов Ю.В. Возможности и границы социологии искусства //Материалы к научной сессии, посвященной 50-летию Великой Октябрьской социалистиче ской революции. Л.: Изд-во ЛГУ, 1967. с. 100-103.

Перов Ю.В. Что такое социология искусства? Л., 1970. C. 36-37.

Куклин А.Я. Введение в социологию искусства. Проблема искусства как об щезначимой ценности: Учебное пособие. Л., 1978. C. вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства они — два аспекта, две стороны «целостной науки о художественной жиз ни общества»1.

Ставя задачу возвратить советской социологии искусства статусную принадлежность к социологии, А.Н. Сохор отмечал, что закономерностью развития социологии искусства является уточнение и даже изменение ее предмета. Ученый продемонстрировал проявление этой закономерности на примере западных концепций социологии искусства. По его мнению, чтобы отечественной социологии искусства вернуться в лоно социоло гической теории, необходимо, не дублируя эстетику и искусствознание, «сузить область исследования, более четко определить свой собственный предмет»2. Согласно его представлению, социология искусства — «это на ука о закономерностях социальной жизни искусства, т. е. его возникнове ния и функционирования в обществе». Объектом социологии искусства являются «различные социальные формы и институты художественной жизни общества», процессы «художественного творчества и восприятия в социально-историческом контексте»3. Предметом же социологии искусст ва должно стать исследование художественной культуры общества как си стемы, ядро которой составляет искусство. В качестве основных элементов данной системы могут выступать:

– вся совокупность художественных ценностей, рождающихся и живу щих (или сохраняемых) в обществе;

– все виды деятельности, связанной с созданием, хранением, воспро изведением, общественным распространением, изучением, оценкой, восприятием и использованием этих ценностей;

– все субъекты такого рода деятельности вместе с их знаниями, навыка ми и другими качествами, обеспечивающими ее осуществление;

– функционирующие в обществе художественные институты4.

Ставя вопрос о том, что «брать за основу социологического опреде ления предмета искусства?», В.Ф. Рябов отвечает на него следующим образом: «всю совокупность общих закономерностей развития и фун кционирования искусства в обществе»5.. Однако, по его мнению, так как Казин А.Л Социология искусства и эстетика //Вопросы социологии искусст ва. Л., 1980. C. 99- Сохор А.Н. Введение //Вопросы социологии искусства. Л., 1980. C. 8.

Там же. C. 5.

Там же, с 5-10.

Рябов В.Ф. Социальная природа искусства. К спорам о предмете искусства. Л.:

Художник РСФСР, 1982. C. 190.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства «в искусстве нет ничего, что могло бы быть вне общества, вне челове ка», то его изучением должна заниматься не социология, а «философия искусства»1. Таким образом, В.Ф. Рябов отказывает социологии искусства в автономности научного статуса.

Заключительным аккордом дискуссии о предмете социологии искус ства конца 1970-х — начала 1980-х годов можно признать позицию Ю.В.

Перова, представленную в монографии «Художественная жизнь обще ства как объект социологии искусства» и в докторской диссертации, по священной этой теме. Определение предмета социологии искусства Ю.В.

Перов начинает с отделения ее от «социологической эстетики», объясняя несовпадения первоначально социологического (социального) и эсте тического (художественного), а затем социологического и социального подходов к исследованию искусства. Развивая идеи А. Хаузера о том, что все в искусстве социально обусловлено, но не все в искусстве доступно социологическим дефинициям, и Ю.Н. Давыдова о различении понятий «искусство как социальное явление» и «искусство как социологический феномен», Ю.В. Перов доказывает социальность марксистско-ленинской эстетики и искусствознания, а также принадлежность социологии искус ства области социологической теории. Последнее он объясняет вклю чением искусства в систему общественных отношений и общественной деятельности людей, исследование которых является предметом мар ксистской социологии2.


В качестве объекта социологии искусства Ю.В. Перов предлагает при знать художественную жизнь общества, а ее главным предметом — «ис следование отношений художественной жизни общества». При анализе структуры объекта социологии искусства, он выделяет в нем основные процессы (производство, распространение и усвоение художественного сознания), регулирующие их общественные отношения и социальные ин ституты, основные субъекты художественной деятельности (художники и публика). Отстаивая свое понимание объекта и предмета социологии искусства, Ю.В. Перов не согласен с теми, кто отождествляет художест венную жизнь общества с художественной культурой или трактует худо жественную жизнь общества как ее часть. По его мнению, понятие «худо жественная культура общества» в отличие от категории «художественная Там же. C. 194.

Перов Ю.В. Художественная жизнь общества как объект социологии искусст ва. Л.: Изд-во ЛГУ, 1980. C. 30-36.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства жизнь общества» не воплощает специфику социологического исследова ния1.

В концепции Ю.В. Перова методологически важным видится утвержде ние того, что теоретические предпосылки для введения понятий в содер жание предмета социологии искусства должны быть обнаружены в кате гориальном аппарате самой социологии. Введение в предмет социологии искусства социологических категорий изменяет ракурс анализа функцио нирования искусства в обществе и позволяет провести демаркационную линию между социологическим подходом к исследованию искусства и эстетическим, искусствоведческим.

В 1970-80-е годы одной из плодотворных идей социологии искус ства явилось предложение о включении в ее категориальный аппарат понятий «художественная культура» и «художественная жизнь». Одна ко между социологами искусства существовало разногласие по поводу того, какую из этих категорий считать частью другой. Эта рассогласо ванность, на наш взгляд, обусловлена отсутствием в категориальном аппарате социологии искусства понятия, способного интегрировать их в единое целое.

Ленинградскими социологами искусства, начиная с середины 1970-х годов, особое внимание уделялось определению понятий «художественная культура» и «художественная жизнь» и утверждению их в качестве осново полагающих в социологии искусства. Наиболее плодотворными в этом на правлении были работы В.В. Журавлева, М.С. Кагана. C. П. Кудрявцевой, Ю.В. Перова, А.Н. Сохора2. Не вдаваясь в разбор предлагаемых учеными определений художественной культуры и художественной жизни, отме тим, что мы солидарны с теми, кто выступал за системный подход к изуче нию их как сложных социальных феноменов.

Положительными моментами обсуждения понятий «художественная культура» и «художественная жизнь» следует признать то, что художест венная культура общества определялась как нечто большее, чем искусст Там же, с 54-60.

Журавлев В.В. Мир художественной культуры. М.: Мысль, 1987;

Каган М.С.

Художественная культура как система //Вопросы социологии искусства:

Сборник научных трудов. Л., 1980;

Кудрявцева С.П. Художественная культу ра зрелого социализма. Л.: Знание, 1981;

Перов Ю.В. Художественная жизнь общества как объект социологии искусства //Проблемы марксистско-ленин ской теории культуры: Сборник научных трудов. Л., 1975;

Сохор А.Н. Социо логия и музыкальная культура. М.: Советский композитор, 1975.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства во, а также разнообразие предлагаемых моделей ее строения. В этой связи методологический интерес представляют те модели, которые были пред ложены в работах В.В. Журавлева, М.С. Кагана. C. П. Кудрявцевой и А.Н.

Сохора.

В этих моделях можно обнаружить как различие методологических подходов к их построению, так и точки соприкосновения и дополне ния. Однако, по замечанию Н.В. Шевченко: «в ряде случаев мы стал киваемся с бессистемным описанием разных компонентов художест венной культуры, в других случаях не обосновывается необходимость и достаточность входящих в художественную культуру элементов».

Общим же недостатком предлагаемых схем строения художественной культуры она считает «то, что тот или иной элементарный состав худо жественной культуры постулируется, а не выводится в теоретическом исследовании»1.

В 1974 году нами была предпринята попытка обосновать свое пони мание художественной культуры как системы социальных институтов, которые обеспечивают создание и функционирование художественных ценностей, а также организуют и регулируют процессы художествен ной жизни общества. На основе структурно-функционального подхода, была предложена модель строения художественной культуры общест ва, изоморфная основным социальным функциям искусства. С нашей точки зрения, исследование художественной культуры общества пред полагает, с одной стороны, рассмотрение ее как системы социальных институтов, а с другой — признание основных социальных функций искусства в качестве структурообразующего фактора ее строения2.

В отечественной социологии искусства вопрос о социальных функци ях искусства стал предметом специального изучения с середины 60-х го дов. В 1970-80-х годах сводный перечень социальных функций, которые, по мнению исследователей, присущи искусству, насчитывал более 50 на именований. Оставляя в стороне дискуссию о правомочности наделения искусства той или иной социальной функцией и о принципах их группи ровки, обратим внимание на наличие трех основных подходов к выделе нию социальных функций искусства. Первый из них условно обозначим Шевченко Н.В. Проблемы взаимоотношения искусства и культуры в совре менной советской эстетической мысли: Автореферат кандидатской диссерта ции. Л., 1982. C. 8.

Глотов М.Б. Художественная культура как система социальных институтов:

Автореферат кандидатской диссертации. Л., 1974.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства как эстетический, второй — как социологический, третий — как эстетико социологический.

Представители эстетического подхода в понимании функций искусства исходили из того, что они должны отражать наличие в искусстве свойств или элементов, которые позволяют использовать его для удовлетворения общественных и личных потребностей. Среди тех, кто придерживается подобной точки зрения, отметим М.С. Кагана1. Для сторонников социо логического подхода важна не столько специфика искусства, сколько его способность удовлетворять определенные социальные потребности в кон кретный исторический период развития общества. Данная позиция пред ставлена в работах Ю. В. Перова2.

Если при эстетическом подходе анализ социальных функций искус ства выстраивался по линии: искусство общество, то при социологи ческом — в обратном: общество искусство. Если эстетический подход ограничивал количество социальных функций искусства его возмож ностями, то для социологического — в силу многообразия социальных потребностей такого ограничения практически не было. Если с эстети ческой точки зрения функционирование искусства рассматривалось в социальном пространстве между полярными процессами: художествен ное творчество и художественное восприятие, то с социологической — такими процессами являлись художественное производство и художе ственное потребление.

Уже в работах некоторых представителей эстетического подхода встречаются попытки обосновать необходимость соединения его с социологическим. Например, оригинальный путь перехода с эстети ческой на философско-социологическую позицию в понимании соци альных функций искусства предложил М.С. Каган. Вместо ранее назы ваемых им коммуникативной, просветительской, воспитательной и гедонистической функций искусства он выделил пять групп функций, соответственно проявляющихся в подсистемах «искусство — природа», «искусство — общество», «искусство — человек», «искусство — куль тура», «искусство — искусство»3. В рамках эстетико-социологического Каган М.С. Лекции по марксистско-ленинской эстетике. 2-е изд. Л.: Изд-во ЛГУ, 1971. С. 271-296.

Перов Ю.В. Что такое социология искусства? Л., 1970;

Перов Ю.В. Художест венная жизнь общества как объект социологии искусства. Л.: Изд-во ЛГУ, 1980.

Каган М.С. Социальные функции искусства. Л.: Знание, 1978. C. 15-30.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства подхода точка зрения о социальных функциях искусства высказывались и нами1.

Для выяснения того, какие социальные функции искусства определяют структуру и строение художественной культуры, то есть являются основ ными, по нашему мнению, следует из всей их совокупности выбрать те, которые, с одной стороны, отражают специфику искусства, а с другой — его способность удовлетворять наиболее важные социальные потребно сти. При определении социальной функции искусства в качестве основной необходимо учитывать ее двойственный характер, иметь в виду двуна правленные параметры: искусство и общество.

Отправной точкой определения состава основных социальных фун кций искусства целесообразно признать модель строения искусства, пред ложенную М.С. Каганом. В этой модели были выделены познавательная, оценочная, конструктивная, знаковая и моделирующая стороны. Исполь зуя принцип изоморфизма, к основным социальным функциям искусства следует отнести следующие функции: созидательную, познавательную, ценностно-ориентационную, коммуникативную и гедонистическую. Эти функции, с одной стороны, отражают главные аспекты строения искусст ва, а с другой — основные грани его общественного предназначения.


Особое место среди основных социальных функций искусства принад лежит гедонистической функции. Она выступает в качестве цементирую щего фундамента всех других социальных функций, растворяясь в них и придавая искусству то самое значение, без которого созданное человеком произведение, обладающее даже самым большим потенциалом социаль ной информации, не было бы художественным. Благодаря гедонистиче ской функции искусство эффективно осуществляет свое общественное предназначение. Именно наличие гедонистического начала позволяет образованию и науке, политике и экономике, религии и морали часто ис пользовать произведения искусства для решения своих задач.

Определяя художественную культуру общества как систему, которая обязана обеспечить функционирование искусства и проявление его соци альных функций, следует признать, что компоненты ее строения должны соответствовать структуре искусства и его основных социальных фун кций. Следуя этому принципу, в качестве необходимых и достаточных компонентов строения художественной культуры общества мы выделили Глотов М.Б. Социальные функции искусства //Вопросы философии и социо логии. Вып. VI. Л.: Изд-во ЛГУ, 1973. С. 198-200.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства художественное производство, художественное познание, художествен ную критику, художественную коммуникацию и художественное потре бление1. Выделение компонентов строения художественной культуры об щества позволяет, с одной стороны, зафиксировать «статическую» грань художественного мира общества, а с другой — определить основные на правления динамики общественных процессов художественной жизни.

Согласно представлениям В.В. Журавлева, М.С. Кагана. C. П. Кудряв цевой и А.Н. Сохора, под художественной жизнью общества следует по нимать процесс функционирования художественной культуры2. Перво начально этой точки зрения придерживался и Ю.В. Перов, когда в статье «Социологический анализ художественного производства» писал, что ху дожественная жизнь общества «есть не что иное, как исторически опре деленный способ воспроизводства и функционирования художественной культуры общества»3. Однако в монографии «Художественная жизнь обще ства как объект социологии искусства» он, объявляя понятие «художест венная жизнь общества» центральной категорией социологии искусства, дает иное определение: «Художественная жизнь общества — это область общественной жизни, основу которой составляет деятельность по произ водству и усвоению художественного сознания, вместе с соответствующи ми отношениями и институтами»4. Из данного определения, к сожалению, выпало бывшее ранее сопряжение художественной жизни и художествен ной культуры общества, а понятия «искусство» и «художественная цен ность» заменены понятием «художественное сознание».

С нашей точки зрения, понятие «художественная жизнь общества» от ражает в исторической динамике процессы, связанные с производством и трансформацией, с сохранением и коммуникацией, с оцениванием и Глотов М.Б. Художественная культура как система социальных институтов:

Автореферат кандидатской диссертации. Л., 1974. C. 11-12.

Журавлев В.В. Художественная культура в системе духовной жизни развитого социализма //Научный коммунизм. 1982. № 4. С. 56;

Каган М.С. Художествен ная культура как система //Вопросы социологии искусства: Сборник науч ных трудов. Л., 1980. С. 95;

Кудрявцева С.П. Художественная культура зрело го социализма. Л.: Знание, 1981. С. 8;

Сохор А.Н. Социология и музыкальная культура. М.: Советский композитор, 1975. С. 12.

Перов Ю.В. Социологический анализ художественного производства //Во просы социологии искусства: Сборник научных трудов. Л., 1980, с 13.

Перов Ю.В. Что такое социология искусства? Л., 1970;

Перов Ю.В. Художест венная жизнь общества как объект социологии искусства. Л.: Изд-во ЛГУ, 1980. C. 44.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства потреблением художественных ценностей, то есть с функционировани ем искусства в различных общественных сферах. Это функционирование регулируется социальными институтами художественной культуры в со ответствии с определенными историческими условиями. Так как худо жественная культура общества призвана организовывать и регулировать процессы художественной жизни, то их структуры и строения должны быть изоморфны. Поэтому можно считать, что структурно художествен ная жизнь общества обусловлена строением его художественной культуры и наоборот. Главное различие между строениями художественной куль туры и художественной жизни общества состоит в том, что в качестве си стемных элементов первой выступают социальные институты, а второй — социальные процессы.

Для признания автономности социологии искусства имели значение не только работы теоретического характера, но и публикации, в которых рассматривались методология и методика социологического исследова ния художественной культуры и художественной жизни общества, а также обобщались результаты конкретно-социологических исследований раз ных аспектов функционирования искусства в реальной действительности.

В этой связи следует отметить появившиеся в 80-х годах работы ленин градских ученых З. В. Сикевич, Б. А. Трегубова, Ю. В. Капустина. C. Т. Мах линой, Т. С. Поздняковой и О. Ф. Петровой, М. В. Потаповой, Б. А. Т. В.

Шелепановой. C. Н. Иконниковой, Столярова, М. Б. Глотова1.

Сикевич З.В. Художественная культура студента (опыт социологического исследования): Автореферат кандидатской диссертации. Л., 1980;

Трегубов Б.А. Ценностные ориентации студенческой молодежи в свободное время // Образ жизни современного студента: Социологическое исследование. Л.:

Изд-во ЛГУ, 1981;

Капустин Ю.В. Музыкант-исполнитель и публика: Социоло гические проблемы современной концертной жизни. Л.: Музыка, 1985;

Мах лина С.Т. Молодежь и искусство. Л.: Знание, 1986;

Позднякова Т.С., Петрова О.Ф. Молодежь и изобразительное искусство. Л.: Знание, 1986;

Потапова М.В.

Опыт изучения восприятия живописи студентами ленинградских вузов // Всесоюзная конференция-семинар музейных работников «Роль художест венных музеев в эстетическом воспитании молодежи в свете решений ХХVII съезда КПСС». Л., 1986;

Шелепанова Т.В. Роль музея в воспитании культуры художественного общения студенческой молодежи //Всесоюзная конферен ция-семинар музейных работников «Роль художественных музеев в эстети ческом воспитании молодежи в свете решений ХХVII съезда КПСС». Л., 1986;

Иконникова С.Н. Диалог о культуре. Л., 1987;

Столяров Б.А. Художественный музей и эстетическое воспитание молодежи. Л.: Знание, 1988;

Глотов М.Б. Ди намика художественного развития студентов технического вуза (социологи ческий аспект) //Актуальные проблемы обновления высшей школы: Л., 1989.

вернуться к содержанию М. Б. Глотов Ленинградскаяшколасоциологииискусства Подводя итоги процессу развития социологии искусства в Ленинграде, можно утверждать, что к началу 1980-х годов сформировалась ленинград ская школа социологии искусства. Об этом свидетельствует и тот факт, что в 1980–1981 годах были опубликованы три специальных сборника науч ных трудов ленинградских ученых, посвященных проблемам социологии искусства: «Вопросы социологии искусства» (1980), «Искусство в систе ме культуры: социологические аспекты» (1981), «Художник и публика»

(1981).

вернуться к содержанию В. Звоновский Московское время и российские пространства В своем ежегодном послании Федеральному собранию Российской Фе дерации Президент Д. Медведев среди прочего предложил «рассмотреть возможность сокращения количества часовых поясов». Целью такого сек вестра он назвал более эффективное управление страной.

Прежде всего, следует согласиться с Президентом в том, что приня тие той или иной системы счисления времени является формой госу дарственного управления. Приходя к власти, та или иная группа стре мится сформировать новые, фундаментальные обстоятельства жизни «подведомственного» населения в трех основных сферах: лексике (на пример, приняв новые формы повседневного межличностного обраще ния: «гражданин», «товарищ»), организации пространства (переимено вание населенных пунктов, построение или снос памятников, зданий, стен, дорог и иных коммуникаций) и времени (введение нового кален даря (например, после французской революции). Новые обстоятельст ва формируют новую реальность повседневной жизни жителей страны, в том числе, членение пространства и времени, и удерживают их от же лания сменить политическую власть, поскольку это трансформировало бы обстоятельства жизни, привычные границы бытия любого гражда нина страны.

Неслучайно в России принятие того или иного поясного времени по российским законом находится целиком в компетенции Правительства РФ и мнение населения, и даже органов местного самоуправления террито рий, может в данном случае никак не учитываться (Постановление № ВС РСФСР от 23.10.1991).

Весной 2010 года предложения Президента обрели реальность. В день перехода на летнее время в некоторых регионах страны стрелки переве дены не были, что привело эти регионы в другие часовые пояса. Исчезли двенадцатый (пояс сменили Чукотка и Камчатка) и четвертый (Удмуртия и Самарская область). Учитывая тенденцию и познакомившись с картой поясного времени в регионах России, можно предположить, что будут по степенно ликвидированы четные часовые пояса, которые приняты в не вернуться к содержанию В. Звоновский Московскоевремяироссийскиепространства большом числе регионов. Они исчезнут, а входящие туда регионы будут переведены в соседние пояса. Например, в четвертый часовой пояс (UTC +4) сейчас входят лишь Самарская область (3,2 млн жителей) и Удмур тия (1,6 млн), в шестой (UTC +6) — Омская (2,1 млн), Томская (1,0 млн) Новосибирская (2,7 млн) области и Алтайский (2,6 млн) край, в восьмой пояс — Иркутская область (2,4 млн), и Бурятия (0,9 млн).

Судя по всему, предложения Президента затронут население именно этих регионов. Всего в них проживает почти 17 миллионов человек. При кажущейся поверхностности и вторичности проблема исчисления време ни представляет собой один из фундаментальнейших аспектов жизни, как отдельного индивида, так и общества в целом.

Так, произведенная в 1989-91 гг. попытка перевести Самарскую об ласть в третий часовой пояс закончилась неудачей — письма возмущен ных граждан, недовольных этим шагом, заполнили страницы газет и эфир радио и телевидения. Тогда пришлось отказаться от идеи, находившей у другой части населения полное одобрение. Причем идея перехода име ла дополнительный стимул, так как предлагался переход не в какой-то абстрактный часовой пояс, а в тот, где находится Москва. В то время на московское время перешли почти все регионы европейской части страны.

В 1997–1998 и 2008 годах идея перехода на московское время также обсу ждалась, но поскольку доля неприемлющих такой переход почти за 20 лет не уменьшилась, она и не была реализована.

Тема сокращения (как и изменения вообще) числа часовых поясов затрагивает вопросы экономической и политической целесообразности перехода, в то время, как основным вопросом является то, насколько на селение готово к нему и считает предлагаемую систему исчисления более удобной и приемлемой для себя. Немаловажно и то, насколько целесоо бразным для региона, его экономики и отдельных сообществ, представля ется его жителям смена часового пояса.

Мы использовали два признака отношения к изменению исчисления времени в регионе: индивидуальную приемлемость и социальную оправ данность. Первый признак учитывает отношение отдельного индивида к смене пояса, второй — то, как этот индивид оценивает полезность/вред ность такого перехода в целом для региона. Очевидно, что эти признаки могут существенно отличаться друг от друга: пенсионеру может быть лич но безразлична смена пояса, но он может считать ее полезной для региона.

А домохозяйка может считать переход вредным для себя, но не знать, как это скажется на обществе в целом.

вернуться к содержанию В. Звоновский Московскоевремяироссийскиепространства В 2010 году треть (33%) жителей Самарской области полагали, что пе реход на московское время будет благоприятным для региона в целом1.

Примерно четверть (24%) жителей области считали, что этот шаг будет не оправданным для Самарской области. Остальные затруднились с ответом.

Как видим, численность на одного сторонника перехода приходится при мерно один противник такого шага. При этом предполагается, что в отли чие от выборов, или многих иных политических решений, поясное время меняется навсегда, что будет заставлять несогласные с этим группы дей ствовать более активно, чем в любом другом случае. Наконец, в отличие от выборов, результаты которых затрагивают далеко не всех избирателей, смена время исчисления повлияет на всех без исключения жителей регио на. Иначе говоря, способы реализации политических решений, принятые в современной России на электоральном уровне, не обязательно будут столь же эффективны в других сферах общественной жизни.

Основанием для таких сомнений является устойчивость отношения на селения региона к смене часового пояса. В 1998 году численность сторон ников московского времени составила 35%, а в 1991 году она была 35%.

Как видим, доля сторонников за почти два десятка лет, т. е. при разных гу бернаторах и президентах, осталась почти без изменений. А вот доля про тивников перехода в другой пояс растет: в 1991 году она составила 19%, 1998 — 26%, сейчас — 30%.

Индивидуальная приемлемость также не отличается высокой измен чивостью. За десять лет наблюдений численность сторонников смены часового пояса колебалась между 47% и 39%, а численность сторонников — между 24% и 29%. Таким образом, при общем доминировании сторон ников перехода в московский часовой пояс доля противников остается весьма существенной. А их соотношение — очень устойчивым во време ни. Напомним, в прошлом веке это заставило местные власти вернуться к прежнему время исчислению.

Тогда народная наука легко приписывала изменению режима светово го дня не только повешение аварийности на дорогах, увеличение затрат электроэнергии на освещение жилых и рабочих помещений, но и паде ние урожайности полей, яйценоскости кур и прочие слабо проверяемые Опросы проводились Фондом социальных исследований (г.Самара) по репре зентирующей население Самарской области выборке. В период с 1991 по год исследования проводились по заказы различных органов региональной власти, в 2009-2010 гг. — по собственной инициативе. Объем выборки в опро сах колебался от 1000 до 3000 респондентов.

вернуться к содержанию В. Звоновский Московскоевремяироссийскиепространства гипотезы, а также и вовсе непроверяемые — учащение головных болей у конкретного жителя области, протестующего против введения нового ре жима времени. В этой связи власть должна быть готова «взять на себя» всю головную боль за возможную активную оппозицию предлагаемой «опти мизации» управления страной.

Важной особенностью отношения общественного мнения к переходу на московское время является сезонность этого отношения. Оно реагиру ет на актуальную в момент опроса длительность светового дня. Поэтому наиболее благоприятное соотношение численности одобряющих и неодо бряющих переход меняется в зависимости от того, когда перед жителями региона ставится выбор. Так, доля индивидуально приемлющих переход возрастает до 43% в августе и падает до 36% в ноябре.

Предложение Президента, хотя и мотивировано технократически (упростить и удешевить управление страной), представляет собой оче видную попытку создать новую временнУю реальность для жизни более полутора десятков миллионов россиян в удаленных от Москвы регионах.

И поэтому будет встречать существенное сопротивление со стороны недо вольного меньшинства (по крайней мере, в Самарской области). При этом, как показывает опыт Самарской области, основной вал не довольства принятым решением наступает не на следующий день после перехода на новый режим, а примерно через год после него. Всякое не гативное происшествие общественное мнение будет связывать с новым время исчислением, и если власть не будет готова к этому, недовольство частным решением будет переноситься на власть в целом и ее конкретных представителей.

Решение ввести московское время в Самарской области весной это го года позволило активизироваться некоторым кандидатам на выборах мэра города, которые пройдут осенью аккурат накануне отмены летнего времени и скачкообразного уменьшения светового дня вечером. В момент острой политической дискуссии блог основного критика введения москов ского времени на территории региона и одного из депутатов областного законодательного собрания стал пятым в общероссийском рейтинге Ин тернет-ресурсов российских чиновников по версии сайта gosludi.ru. Кроме этого, получила поддержку инициатива одного из самарских Интернет Согласно данным компании «Социосервис» 41% жителей Кемеровской обла сти сочли социально оправданным переход региона из седьмого в шестой ча совой пояс, 28% — нецелесообразным, 33% не имеют однозначной позиции.

http://news.frantob.ru/news/2009/01/22/106.htm вернуться к содержанию В. Звоновский Московскоевремяироссийскиепространства пользователей на ресурсе girus.ru. Там под обращением к председателю правительства РФ не вводить на территории области московское время к середине апреля 2010 года (т. е. примерно два месяца после принятия ре шения о переходе) подписалось уже более 13 тысяч жителей области.

Непосредственно до и после перехода Самарской области на московское время жители региона выразили свое отношение к этому шагу непосредст венно его инициатору — президенту РФ Дмитрию Медведеву, используя его блог. В период с 18 ноября 2009 по 8 апреля 2010 года в видеоблоге Прези дента РФ1 было оставлено примерно 44 комментария от 27 жителей Самар ского региона. Внимание блогеров привлекли «Послание Президента Феде ральному Собранию по сокращению часовых поясов» и переход Самарской области во второй часовой пояс — на московское время.

Естественно, блог главы государства щедро модерируется и, вероятно, наиболее эмоциональные посты из него удаляются. Тем не менее, ком ментарии лишь 3-х из 30-ти блогеров носят позитивный характер. Какие аргументы предъявило инициатору сокращения часовых поясов активное меньшинство противников перехода Самарской области на московское время. Начнем с того, что сама идея «сокращения часовых поясов» воспри нимается как «безумие», а переход самарской области во второй часовой как «абсурд».

Первым среди аргументов «против» следует отметить «противоесте ственность» перевода. Люди будут «лишены возможности жить по реаль ному солнечному времени». Сюда же можно отнести «странность» нового положения вещей, когда «наша область будет иметь одно время с регио нами находящимися за тысячу километров», в то время, как «с соседями разница во времени будет составлять 2 часа».

Введение московского времени на территории самарского региона, прежде всего, означает смещение световой части дня, более раннее наступление темноты в вечернее время суток. Осознание населени ем того, что в связи с переходом в новый часовой пояс они будут терять «световые часы» для противников московского времени уже само по себе является аргументом против этого перехода. Так, например, «ранееплюсы самарскоговремениособенноощущалисьнаконтрастесТатарстаном,где зимойвыходилиизофисапотемноте».



Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 25 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.