авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |
-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова

Московский государственный институт электроники и

математики

(Технический университет)

В. П. СЕМЕНОВ

ИНФЛЯЦИЯ:

МЕТРИКА ПРИЧИН И СЛЕДСТВИЙ

Москва 2005

УДК 336.748

ББК 65.9(2Рос)262.6

С 30

Рецензенты: докт. эконом. наук В. А. Колоколов (Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова);

докт. техн. наук Г. А. Мещеряков (Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова);

докт. техн. наук В. Г. Семин (Московский госу дарственный институт электроники и математи ки) С 30 Семенов В. П. Инфляция: метрика причин и следствий. Моногра фия. — Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова. Москов ский государственный институт электроники и математики. М., 2005. — 383 с.

ISBN 5—94506—120— В монографии рассматривается феномен инфляции в экономике. Дает ся изложение общих принципов, а также их многочисленных приложений. В связи с этим затрагиваются различные аспекты количественного финансово го анализа — самого динамичного направления экономической науки, сформировавшегося на стыке теории финансов и математики. В то же время подход автора к рассмотрению инфляционных процессов во многом отлича ется от традиционного. По мнению автора, в природе все взаимосвязано и нельзя говорить об инфляции в экономике вне связи с другими инфляцион ными природными процессами.

Книга рассчитана в первую очередь на студентов и аспиран тов-экономистов. Она будет полезна также научным работникам и специа листам, прежде всего тем, чья работа связана с рынком ценных бумаг, так как большинство обсуждаемых в ней вопросов имеет непосредственное практическое применение. Книга может представлять интерес для физиков и философов, ибо затрагивает некоторые общие проблемы естествознания.

УДК 336. ББК 65.9(2Рос) 262. © Семенов В. П.

ISBN 5—7307—0468— © Российская экономическая академия им. Г. В.

Плеханова © Московский государственный институт элек троники и математики Памяти моего отца СЕМЕНОВА Петра Васильевича, талантливого инженера и великого труженика, ПОСВЯЩАЮ СОДЕРЖАНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ.......................................................................................................... ВВЕДЕНИЕ.................................................................................................................. Глава I ТРАДИЦИОННЫЕ АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ИНФЛЯЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ.......................................................... § 1.1 Инфляция. Общий подход...................................................................... § 1.2 Анализ инфляции на базе классических модельных представлений......................................................................................... § 1.3 Открытая экономика...........................................

..................................... Глава II ИНФЛЯЦИЯ, КАК ПРИРОДНОЕ ЯВЛЕНИЕ......................................... § 2.1 Феномен инфляции в природе................................................................ § 2.2 Модель инфляции в экономике............................................................ § 2.3 Экспоненциальный закон и его роль в эволюции.............................. Глава III ИНФЛЯЦИЯ И ВАЛЮТНЫЙ КУРС.................................................... § 3.1 Инфляция. Метод количественного описания.................................... § 3.2 Количественные методы оценки валютных курсов........................... § 3.3 Попытка стабилизации национальной валюты в России (19921998 гг.)...................................................................................... § 3.4 Валютный курс — как маятник инфляции.......................................... Глава IV ИНФЛЯЦИЯ И РЕАЛЬНАЯ ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА........................ § 4.1 Проблема характеристики уровня жизни. Некоторые замечания о качестве жизни граждан постсоветской России.......... § 4.2 Реальная заработная плата и проблема несвоевременных денежных выплат. Количественный аспект....................................... Глава V ДОХОДНОСТЬ ДЕНЕЖНЫХ СБЕРЕЖЕНИЙ В ИНФЛЯЦИОННОЙ ЭКОНОМИКЕ........................................................ § 5.1 Инфляция и доходность валютной конверсии (краткосрочные инвестиции в иностранную валюту)................................................... § 5.2 Инфляция и доходность валютной конверсии (Долгосрочные инвестиции)........................................................................................... § 5.3 Модель оптимального инвестиционного валютного курса.............. ГЛАВА VI КОЛИЧЕСТВЕННЫЙ АНАЛИЗ ПАРАМЕТРОВ ДЕНЕЖНЫХ ПОТОКОВ С УЧЕТОМ ИНФЛЯЦИИ............................ § 6.1 Доллар, как разновидность российской ценной бумаги.................... § 6.2 Россия. Последнее десятилетие 20-го века. Являлся ли доллар США панацеей от российской инфляции?........................................ § 6.3 Неустойчивость финансовых рынков.................................................. § 6.4 Влияние инфляции на параметры аннуитетов.

Количественный аспект....................................................................... § 6.5 Инфляция и налоги................................................................................ Глава VII О СОСТАВЕ ВАЛЮТНОГО ПОРТФЕЛЯ, ОБЛАДАЮЩЕГО НАИМЕНЬШИМ РИСКОМ.................................................................... § 7.1 Риски, связанные с инвестированием в финансовые активы........... § 7.2 Диверсификация портфеля................................................................... § 7.3 Применение инвестиционной стратегии Г. Марковица к определению пропорций валютного портфеля, обладающего наименьшим риском............................................................................. § 7.4 Некоторые комментарии....................................................................... Глава VIII ИНФЛЯЦИЯ, КАК СЛЕДСТВИЕ ВОЗРАСТАНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ СТОИМОСТИ ПРОДУКТОВ РАЗВИВАЮЩЕЙСЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ................................................ ЗАКЛЮЧЕНИЕ....................................................................................................... СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ....................................................................................... ПРЕДИСЛОВИЕ Всякая наука в своем развитии вступает в обязательную стадию пре вращения своих базовых предметных понятий и категорий сначала в форма лизованные теории о них, а потом и в формальные теории, где эти понятия и категории задействованы. Решение таких проблем, как представление ос новных категорий экономики в качестве отдельных формально-количествен ных теорий — всегда актуальная тема для научных исследований, и они, та кие проблемы, удел и обязанность специалистов, осознавших себя в качестве первопроходцев. Рецензируемая монография и ее автор, на наш взгляд, как раз и представляют подобный случай.

Автором сделано несколько существенных шагов для превращения со вокупности методов описания, оценки и использования важнейшего пред мета в экономике — инфляции в количественно-формальную теорию ин фляции, как категории экономической теории. На наш взгляд, автор впервые на конструктивном уровне разделяет исследование инфляции на две стадии:

инфляции в качестве закономерности развития Природы и инфляции, возни кающей из-за или нечаянной, или намеренной нерациональной экономиче ской деятельности участников. В каждой из них автор получил интересные и новые собственные результаты.

Теория и практика экономико-математического моделирования в ос новном развивается в направлении расширения математических средств для описания и анализа экономики и существенного повышения их эффективно сти. Превращение описательных методов экономических категорий в фор мально-количественные экономические подтеории требует введения в эко номическую теорию собственных понятий, реализующихся в ней только в математической форме. Это обязательно приводит к необходимости привле чения в экономику неиспользуемого до определенных пор математического аппарата или существенной модернизации аппарата, который в какой-то ме ре уже применялся.

Оригинальным примером реализации автором подобного подхода яв ляется предлагаемая им модель инфляции в экономике и вытекающий из нее метод количественного описания инфляции. Этот важный теоретический результат позволил автору предложить оригинальные расчетные интерпре тации: валютной конверсии;

валютных курсов;

доходности сбережений;

па ритета покупательной способности;

паритета процентных ставок;

парамет ров денежных потоков;

определению оптимальных пропорций валютного портфеля. Результаты расчетов привели к интересным аналитическим выво дам о развитии российской экономики за последние пятнадцать лет и к кон цептуально обоснованным прогнозам ее состояния на ближайшее будущее.

Многочисленные оригинальные результаты исследовательской дея тельности автора реализованы в совокупности авторитетных журнальных статей и подытожены в неожиданной для нашего российского издательского статус-кво авторской монографии «Инфляция: метрика причин и следствий», книге очень серьезной и содержательной, используя которую состоявшиеся и способные начинающие исследователи в области экономики могут сущест венно повысить уровень своих будущих результатов.

Доктор технических наук Г. А. Мещеряков (Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова) Предлагаемая вниманию читателя монография В. П. Семенова сочетает анализ фундаментальных результатов в сфере исследований инфляционных процессов, принадлежащих ведущим экономическим направлениям, с пред ставлением обширного комплекса авторских результатов, сопровождаемых расчетами на базе оригинальных модельных представлений. Объектом ис следования является открытая рыночная экономика, в которой задействова ны всевозможные рыночные регуляторы. Используемый подход позволил автору выявить структуру факторов, необходимых для создания модели ин фляционного процесса в экономиках «открытого» и «закрытого» типов.

Несмотря на то, что эти аспекты в той или иной форме рассматрива лись в работах многих исследователей, предложенная модель является клю чом к пониманию поставленных целей и задач, обусловливая новизну ре зультатов и оригинальность используемых методов. Модель формирует век тор направления исследования феномена инфляции, выявляя как причины, так и следствия инфляционного процесса в условиях свободного движения товаров, интеллектуальных ресурсов и капиталов.

Термин «метрика», удачно употребленный автором как синоним слова «измерение» (в данном случае измерение причин и следствий инфляции), на наш взгляд, может быть использован более широко, как измерение «рас стояния» между «точками» — состояниями экономики (в пространстве вы бираемых параметров) — в различные моменты времени в условиях воздей ствия на нее различных групп факторов.

Следует отметить, что моделирование такого сложноформируемого и слабоструктуированного процесса, как инфляция в экономике является практически трудно разрешимой задачей и возможно только при достаточ ном «огрублении» начальных условий. Тем не менее, современна динамика структурно-объемно-временных характеристик потоков ресурсов в направ лении центров притяжения и в обратном направлении (уровень современной глобализации) требует создания новых методов контроля и мониторинга, требует построения новых адекватных моделей. Развиваемая в работе мето дология — это одна из таких попыток, на наш взгляд, достаточно удачна.

Отдельно хотелось бы отметить предлагаемую оригинальную возможность описания процесса инфляции в рамках термодинамического подхода к ис следованию неравновесной, развивающейся системы, каковой и является «Человеческая цивилизация».

При внимательном и заинтересованном ознакомлении с результатами монографии подготовленный читатель найдет целый спектр актуальных за дач, затрагивающих различные стороны теории инфляционных процессов, что может стимулировать его к дальнейшему движению в направлении соз дания конструктивных формализованных методов описания инфляции, опи рающихся на возможности современной математики и информационных технологий.

Доктор технических наук В. Г. Семин (Московский государственный институт электроники и математики) ВВЕДЕНИЕ На протяжении XX в. инфляция стала нормой, обязательным атрибу том функционирования любой рыночной экономики. В отдельные периоды в разных странах наблюдались существенные различия в скорости роста цен.

Но само наличие роста превратилось во всеобщий, повсеместный и посто янный фактор.

Инфляцию следует считать серьезнейшей социальной проблемой.

В 70-е гг. президент Дж. Форд объявил инфляцию «врагом общества номер один», а в 80-е гг. президент Р. Рейган назвал ее «самым суровым на логом». Инфляция создает значительные трудности для населения различ ных государств. В 70-е гг., когда в США наблюдались сравнительно высокие темпы инфляции, результаты опросов общественного мнения регулярно ставили ее в число самых острых национальных проблем. Став постоянным фактором экономической жизни, инфляция значительно усложнила и общую систему экономических отношений. Она требует постоянного внимания к себе и специальных мер по удержанию на нормальном, безопасном уровне.

Степень ее воздействия на экономику, да и на общество в целом, зависит именно от ее уровня. Эмпирически установлено, что чем инфляция выше, тем хуже для общества. Практика (в основном второй половины XX в.) вы делила три стадии ее развития: ползучая (нормальная — 36 % в год);

гало пирующая — 20100 % и гиперинфляция — сотни, тысячи и десятки тысяч процентов в год. Это как раз то, что имело место в России в 19921995 гг.

С начала января 1992 г. по конец декабря 1997 г. цена потребительской корзины на основании данных Госкомстата увеличилась в России в 2910, раз. В «параде популярности» экономических терминов, употреблявшихся в СМИ и в российских газетах 90-х гг. «инфляция» безусловно занимает пер вое место, оставив позади «безработицу» и «уровень ВВП». Инфляция при влекает к себе тревожное внимание, порождает многочисленные слухи и дискуссии.

Инфляция — есть повышение уровня цен, а цена — это соотношение в соответствии с которым деньги обмениваются на товары или услуги. Таким образом инфляция представляет собой явление, которое прежде всего отно сится к ценности используемого в экономике средства обращения. То есть повышение уровня цен означает снижение стоимости денег. В условиях рос та цен количество товаров, которое можно приобрести на конкретную де нежную сумму, постоянно уменьшается.

Инфляция — равносильна введению нового «инфляционного» налога.

Он не начисляется непосредственно на чьи-либо конкретные доходы. Его действие проявляется в скрытой форме. Им облагается каждый, кто имеет деньги. Инфляция представляет собой налог на владельцев денег, уводящий средства у «домашних» хозяйств. Как и всякий налог, он создает стимулы для изменения поведения граждан, которые хотели бы уклониться от его уп латы. Подобно другим налогам он также сопровождается безвозвратными моральными потерями, так как население растрачивает свои ограниченные ресурсы, стремясь избежать его.

Анализ данного явления следует начинать с главного вопроса: что ле жит в основе инфляционного процесса?

Является ли инфляция результатом действий властей и правительств, направленных на пополнение бюджета или она обусловлена глубинными причинами, связанными с функционированием самой экономической сис темы, а может и с эволюцией всей человеческой цивилизации. В теснейшей связи с тем или иным ответом здесь является ответ и на другой вопрос: какие фундаментальные принципы должны быть положены в основу экономиче ской политики? Основные идеи, естественно, предлагали Великие.

А. Смит: Отдельные участники экономики «играют» независимо друг от друга. Однако «невидимая рука рынка» координирует их действия;

роль государства минимальна.

Дж. М. Кейнс: Денежное обращение не есть лишь отражение соответ ствующего обращения товаров и услуг, оно имеет огромное самостоятельное значение;

необходимо соединить факторы реальной экономики с денежным миром. Доход определяется уровнем текущих инвестиций, а они зависят от нормы процента. Процент — результат взаимодействия денежного спроса и предложения денег: в определенные моменты роль государства может ста новиться определяющей, а не второстепенно-регулирующей.

Последователей Смита часто называют классиками, Кейнса — кейнси анцами.

При анализе инфляции дискуссия между представителями этих двух групп велась о степени взаимосвязи величины денежной массы и уровня цен в экономике. Первые утверждали, что рост цен всегда является результатом увеличения денежного запаса, умеренные представители противоположного крыла, не отрицая корреляции между этими параметрами, указывали, что у инфляции могут быть и иные причины. Выразители крайних взглядов во второй группе полагают, что изменение цен не связано с количеством денег.

Воздействие денежной массы на цены отмечали экономисты — представи тели знаменитой философской школы Университета Саламанка в Испании:

Ж. Бодэн, Я. Вандерлинт, Д. Юм [1, 2].

Они предположили, что все экономические характеристики можно разделить на две группы: номинальные переменные, т.е. величины, изме ряемые в денежных единицах и реальные, измеряемые в физических едини цах. Согласно данной концепции, изменения предложения денег влияют только на номинальные, но никак не на реальные переменные. В то же время реальные величины, такие как уровень производства, занятость, реальные зарплата и ставка процента, остаются без изменений. В своем трактате «О деньгах» (1752 г. ) Д. Юм фактически сформулировал одну из основных де нежных доктрин — количественную теорию.

Весьма обстоятельное исследование о деньгах опубликовал Я. Ван дерлинт (1734 г.). Причину роста цен он видел в увеличении золота и серебра в обращении. Редкость драгметаллов была, по его мнению, основным цено образующим фактором. Он вполне понимал связь количества денег с уров нем цен.

Интересные исследования, касающиеся роли денег и выполняемых ими функций были опубликованы Ф. Галиани (1757 г.) и Дж. Стюартом (1767 г.) [3, 4].

В своем основном труде «Исследование о природе и причинах богат ства народов» А. Смит [5] обобщил ранее высказанные идеи. В теории денег А. Смита банкноты являются заменителями полноценных денег. Причем общая величина бумажных денег в обращении конкретной страны не может превышать величину полноценных металлических денег, которые они заме щают. Избыточный выпуск бумажных денег неизбежно должен привести к падению ценности их ниже ценности золота и серебра.

Наиболее взвешенный взгляд на проблему высказал Г. Торнтон [6]. Его работа «Исследование природы и последствий бумажного кредита в Вели кобритании» (1802 г.) затрагивала почти все актуальные для того времени проблемы денежного обращения. Автор сформулировал мягкий вариант ко личественной теории денег. Он утверждал, что цены зависят не только от соотношения спроса и предложения конкретного товара, но и от общего со отношения между предложением средств обращения и спросом на них. По этому тенденция роста цен сдерживается, если Банк Англии ограничивает выпуск банкнот. Но нельзя говорить о соразмерном, пропорциональном из менении количества денег и уровня цен. Этому противодействует множество факторов реальной экономики. Влияние денег на цены происходит с опре деленным лагом. Кроме того, кратковременные колебания суммы эмитиро ванных банкнот не оказывают влияния на цены.

Г. Торнтон считал желательным размен банкнот на металл, но предос терегал о двух опасностях: излишнего сжатия банкнотного обращения, ко торое неизбежно приведет к трудностям для производства и торговли и из быточной эмиссии. По его мнению, избыточный выпуск неразменных банк нот проявляется в удорожании золота в слитках. Однако он отмечал, что сам по себе рост товарных цен может иметь место не только вследствие увели чения выпуска банкнот, но и вследствие военных закупок, неурожаев, вве дения новых налогов, удорожания импортируемого сырья.

При обращении золота и разменных на него банкнот удешевление по следних из-за чрезмерного выпуска приводит, по мнению Торнтона к уде шевлению и золотых монет, т.е. изменяется ценность, представляемая свей денежной массой. «Если бумажные деньги становятся дешевле и если эти, ставшие дешевле, бумажные деньги продолжают обмениваться на золото, например, в монете, тогда золото в монете разделит удешевление бумажных денег». К. Маркс в последствии приписал это открытие Д. Рикардо, а о са мом Торнтоне в «Капитале» даже не упоминается.

Еще один известный английский экономист того времени лорд Кинг [7] утверждал, что в качестве критерия определения допустимого количества бумажных денег в обращении нельзя использовать масштабы необходимого коммерческого кредитования или платежеспособность банков. Объем бу мажно-денежной массы не должен превышать количество полноценных зо лотых денег, которое он замещает.

Доводы указанных выше авторов были обобщены в 1810 г. Дж. Рикар до в работе «Высокая цена золота, доказательство обесценения банкнот».

Однако, как отметил Я. Холландер [7]: «Мало, что в содержании трактата «Высокая цена золота …» не было высказано ранее и причем высказано лучше». Для него было удивительным, что пересмотр денежной теории в начале XIX в. Почему-то оказался связанным с именем Дж. Рикардо.

Вторая половина XIX в. была периодом торжества металлизма. Самы ми известными сторонниками данного направления являлись У. Джевонс, Дж. Милль, К. Маркс, А. Вагнер, А. Маршалл. По замечанию Й. Шумпетера [8] большинство известных экономистов конца XIX и начала XX вв. — «теоретические металлисты».

Несмотря на ряд недостатков золотого стандарта, эта система денеж ного обращения была принята во всех экономически развитых странах. По следовательным сторонником ее был Дж. Милль. Стоимость денег по Мил лю: «… это то, на что будут обмениваться деньги, покупательная сила де нег». «Подобно тому, как все имеющиеся на рынке товары составляют спрос на деньги, деньги составляют спрос на все товары». Понятия спроса и пред ложения стали после опубликования его работ общепринятыми в экономи ческой литературе. Полемизируя с Торнтоном, Милль считал, что стоимость денег и уровень цен связаны пропорциональной зависимостью. По существу, одним из первых, он сформулировал «принцип нейтральности денег» [9].

Концепция денег К. Маркса [10] в своей основе имела его трудовую теорию стоимости. Деньги по Марксу появляются в результате развития форм обмена. Из двух обмениваемых товаров один всегда играет активную роль и представляет собой относительную форму стоимости (ценности), второй же товар противостоит первому в качестве эквивалента и представ ляет эквивалентную форму стоимости. Развитие обмена приводит к тому, что эквивалентная форма стоимости монопольно закрепляется за каким-либо одним товаром — золотом или серебром. Появляется денежная форма стои мости, т.е. собственно деньги. Снижение стоимости денег приводит к росту цен товаров, а увеличение — к противоположному результату.

Однако трактовку Марксом взаимосвязи денег и цен нельзя признать удовлетворительной. По Марксу рост цен в Европе после открытия Америки был связан с более производительным трудом на новых месторождениях зо лота, а не с простым увеличением благородных металлов в обращении. Или более близкий для нас пример. Происходящее сейчас укрепление рубля по отношению к доллару на основе трудовой теории стоимости следует объяс нить тем, что производительность труда в России более высока, чем в США, а не притоком в страну нефтедолларов, обусловленным высокими мировыми ценами на энергоносители. Но К. Маркс был первым, кто в качестве закона сформулировал зависимость денежной массы от товарных цен и скорости обращения, т.е. предложил формулу денежного обращения.

А. Вагнер больше других европейских металлистов уделял внимание собственно проблеме бумажных денег. Он отмечал отсутствие однозначных и точных методов определения количества бумажных денег, необходимых для обращения. Основной недостаток этого вида денег — неустойчивость их курса к валютам, основанным на золоте [11].

Сторонниками золотого стандарта в России были А. Антонович, В.

Безобразов, Н. Бунге, И. Горелов, П. Мигулин, Л. Федорович.

В частности, П. П. Мигулин в работе «Реформа денежного обращения в России и последний промышленный кризис (18931902 гг.)» [12] отстаивал теоретические основы металлизма, но подверг критике реформу С. Ю. Витте.

Он отмечал высокие издержки этой реформы. Ему казался более привлека тельным австрийский вариант денежной системы с неразменной валютой, но с активной политикой поддержки ее курса в отношении валют других стран.

Как ни парадоксально, но именно во второй половине XIX в. в период «триумфального шествия золотого стандарта в денежной теории активно развивалось и антиметаллическое направление. В России его представляли А. Красильников, С. Шаранов, Н. Шавров, А. Шипов, Н. Данилевский;

в Германии — Г. Кнаап, Ф. Бендиксен, О. Гейн;

в Швеции — К. Виксель.

При всем различии их взглядов их объединяло одно: они допускали возможность существования устойчивой системы неразменных на золото денежных знаков. Еще раньше об этом писал Н. Карамзин.

Спор между металлистами и антиметаллистами сосредоточивался не только на денежных вопросах, он охватывал весь комплекс экономических проблем.

Главные тезисы металлистов гласили: бумажная валюта неустойчива — курс, к примеру, рубля и масса рублей в обращении постоянно колеблет ся;

в условиях бумажной валюты не может быть обеспечен доступ к зару бежным займам и притоку иностранного капитала;

единственный способ регулирования количества денег в обращении — разменность бумажной ва люты на золото.

Основные тезисы сторонников бумажных денег: ценность благородных металлов, в том числе и золота, колеблется, следовательно, золотые деньги не обеспечивают устойчивое обращение;

из-за недостатка золота, скажем, в России размен рубля на металл возможен лишь при получении дорогих ино странных займов;

государственное регулирование может обеспечить устой чивость бумажной валюты.

И те, и другие опирались на анализ хозяйственной практики, но выво ды из этого делали противоположные. Первые традиционно уверяли, что масса кредитных рублей превышает потребности оборота и вызывает ин фляцию. Но умеренный и объективный металлист П. Мигулин писал: «Рос сия постоянно занимала едва ли не последнее место в Европе среди даже самых бедных государств относительно количества денежных знаков на ду шу населения… Следовательно, невозможно говорить о чрезмерности вы пусков наших кредитных билетов».

Попытка введения золотого монометаллизма в России была предпри нята И. Вышнеградским в 1888 г. Но проект был отклонен. Та же судьба по стигла в 1895 г. Проект С. Витте. И тогда в 18971898 гг. он провел не сколько, казалось бы, чисто технических решений, которые в итоге привели к фактическому введению золотой валюты.

Золотой монометаллизм существовал в России с 1897 по 1914 гг. Од нако уже в этот период отчетливо проявилась мировая тенденция к сверты ванию металлического обращения. В частности в США для обеспечения вы пуска банкнот использовались правительственные ценные бумаги, а в Гер мании эмитировались мелкие банкноты для замены в обращении золотых монет.

Отказ от золотого обращения в период Первой мировой войны стиму лировал теоретиков к осмыслению роли неразменных на металл бумажных денег. Особенно актуальными эти исследования оказались в 30-е гг. ХХ в.

после окончательного краха золотого стандарта. Среди крупных проблем макроэкономики особое место заняла задача определения количества денег, необходимых для обращения. Это количество в отличие от времен золотого обращения должно определяться денежными властями. То есть регулирова ние денежной массы — вопрос государственной политики.

Просмотр классической трактовки роли денег в экономике содержался и в знаменитой «Общей теории занятости, процента и денег» Дж. Кейнса в 1936 г. [13].

В ответ на кейнсианскую доктрину Дж. Энджелл и К. Варбюртон [14, 15] сформулировали в конце 30-хначале 40-х гг. основные постулаты мо нетаризма.

Период глобального пересмотра классического учения о деньгах и ак тивной критики металлизма начался с книги М. Туган-Барановского «Бу мажные деньги и металл», опубликованной в 1919 г. [16]. С обоснованием отказа от золотой валюты выступил в 1921 г. Г. Кассель [17]. Он высказал мнение, что потребность в золоте при металлическом обращении потребует увеличения его добычи в размере 3 % в год. Увеличение добычи золота та кими темпами, по мнению Касселя, маловероятно. А меньшие темпы роста неизбежно бы вызвали процесс дефляции, что противопоказано экономике.

Цикл оригинальных работ по денежной теории и политике опублико вал в 20-е гг. в России А. Соколов. Им, в частности, была выдвинута кон цепция скорости денежного обращения. Под инфляцией Соколов понимал такое изменение пропорций между денежной и товарной массой, которое приводит к повышению общего уровня цен. В его работах много внимания уделено основам денежной политики. При ее проведении необходимо руко водствоваться не только динамикой валютного курса и индекса товарных цен, но и принимать во внимание динамику выпуска продукции, товарных запасов и банковских депозитов [18, 19].

Важные результаты в теории денег получены в 20-х гг. ХХ в. руково дителем статистического бюро Госплана С. Струмилиным. Используя стати стические методы при анализе денежного обращения, он, в частности, впервые установил относительную стабильность скорости денежного обра щения, а также исследовал закономерности скорости обращения и спроса на деньги в условиях инфляции [20, 21]. Выводы Струмилина были подтвер ждены в работах Дж. Энджела (1929 г.).

Следует отметить, что и Соколов и Струмилин уже пользовались по нятиями реального и номинального количества денег, ставшими впоследст вии популярными в монетаристской литературе.

Опубликованные в 1923 г. «Трактат о денежной реформе» и в 1930 г.

«Трактат о деньгах» Дж. Кейнса [22, 23] называют работами, в которых под веден итог развития денежной теории, по крайней мере, за столетие.

В [22] он выдвигает следующие тезисы: «… золотой стандарт является только варварским пережитком прошлого»;

«Свободное от металла, регули руемое мерило ценности незаметно прокралось к нам. Оно существует»;

«… мы должны освободиться от недоверия к регулированию мерила ценно сти путем сознательных мероприятий»;

«При золотом обращении золотой запас лежит без пользы и не может применяться для выравнивания платеж ного баланса».

После Первой мировой войны европейские страны перешли от золото го обращения к бумажно-денежному. В этих условиях некий общественный институт должен был взять на себя определение количества денег в эконо мике. Сделать это могло только государство. Государство превращалось в обязательного участника экономических процессов.

Считается, что история либерализма началась со слов «Laissez faire»

(«Дайте делать дело!»). Этот девиз в книге маркиза Д’Аржерона [24] фор мулировался как политическая доктрина. Кейнс высказал свое мнение об ее истоках. Он видел в ней синтез идей индивидуализма (Дж. Локк, Д. Юм) и всеобщего равенства (Ж.-Ж. Руссо). Эти идеи отождествлялись им с социа листическими. По мнению Кейнса принцип «Laissez faire» гармонизировал индивидуализм и социализм. Он не относил к сторонникам либерализма А.

Смита и считал, что знаменитая «невидимая рука» связана с воззрениями А.

Смита на «общий порядок в мире» и исходит из его «Теории моральных чувств», а не доктрины «Laissez faire».

По мнению Кейнса, государство не должно выполнять в экономике функции, взятые на себя частным бизнесом. Но ему следует брать на себя те функции, выполнять которые больше некому. В частности, это касалось ре гулирования денежного обращения. Главная цель, которую ставил Кейнс — «… улучшение капитализма путем совместных действий».

Покупательная сила денег, по Кейнсу зависит от их количества. Но, развивая этот старый тезис, он уточнил, что стабильность покупательной способности определяется соотношением «инвестиции — сбережения». Со отношения «инвестиции — сбережения» и «деньги цены» определяют усло вия сбалансированности экономической системы. Однако сбережения могут не привести к соответствующему уровню инвестиций. И это — основная проблема практической экономики.

Но уже в «Трактате о деньгах» и впоследствии в знаменитой «Общей теории…» Кейнс отмечает, что, изменяя уровень процента, банковская сис тема может изменять условия сбалансированности в экономике или, точнее говоря, определять совокупные расходы на производство. Кейнс рассматри вал в качестве одного из условий сбалансированности соответствие темпа роста денежной массы темпу увеличения объема производства. По распро страненному заблуждению это соответствие под более поздним названием «денежное правило» считается открытием монетаризма. Развитие декретных денег создало, по Кейнсу, представление о возможности использования кре дита для обеспечения максимальной вовлеченности факторов производства в производственный процесс. А именно: в условиях бумажного обращения банки могут создавать денежную массу, способную обеспечить наибольшие масштабы развития производства и одновременно не допустить инфляции.

Кейнс считал подобные взгляды иллюзией по следующей причине: если ин вестиции превысят сбережения, это отразится на уровне цен.

Взгляды Кейнса на роль государства в экономике вызвали активное неприятие у известного чикагского экономиста Г. Саймонса [25]. Он писал:

«Реальные враги свободы в стране, — наивные защитники регулируемой экономики или национального планирования;

но мы должны согласиться с ними в одном жизненно важном моменте: в необходимости твердой поло жительной программы экономического законодательства».

Крупным этапом в развитии денежной теории стала работа Дж. Хикса «Предложение по упрощению денежной теории» [26]. Хикс посчитал тупи ковым развитие теории на основе концепций, лежащих в «уравнении обме на» И. Фишера [27], поскольку уравнение содержит тавтологию. По его мнению, правильным направлением учения о деньгах должно стать соеди нение доктрины предельной полезности с предложенным А. Пигу и А. Мар шаллом пониманием роли «реальных кассовых остатков», т.е. денег, которые хозяйствующие субъекты временно изымают из обращения. То есть, речь шла о разработке представлений о спросе на деньги на основе теории потре бительского выбора.

Однако, поставив во главу угла решения индивидов о кассовых остат ках, Хикс впадает в противоречие: получается, что даже при росте общест венного богатства, неизбежно связанного с увеличением сделок в экономике, спрос на деньги из-за решений индивидов может снижаться.

1936 г. оказался необыкновенно продуктивным для экономической науки. Именно тогда были опубликованы две работы, определившие разви тие исследований на много десятилетий вперед. Одна из них — «Общая тео рия…» Дж. Кейнса. Автор второй работы — «Поведение денег» — Дж.

Энджелл сформулировал основные положения денежной теории, которую впоследствии стали называть «монетаризм» [14, 28].

По мнению Энджелла выводы денежной теории должны строиться на анализе статистических данных. Главные его выводы состояли в следующем.

Скорость обращения денег, вычисленная на основе агрегата «налич ность плюс депозиты до востребования», является в среднесрочном плане стабильной величиной, а в долгосрочном плане определяется специализаци ей производства, т.е. зависит от появления новых «производственных звень ев».

Колебания национального дохода положительно коррелируют с коле баниями денежной массы. Следовательно, стабилизация национального и личного доходов должна обеспечиваться стабилизацией денежного предло жения.

При всей значимости процентной ставки она не играет в экономике решающей роли и не может сравниться по значению с такими показателями, как национальный доход, уровень сбережений и инвестиций, денежное предложение, скорость обращения денег.

Манипуляции объемом денежного предложения не способны повлиять на показатели экономической активности. Произвольный рост денежной массы приводит лишь к увеличению «неработающих» денежных остатков и инфляции. То есть, возможности экспансионистской политики ограничены.

Однако в отличие от превозобладавшей позже доктрины взгляды Энд желла следует назвать «взвешенным монетаризмом» [29]. В частности, кон статируя, что изменения денежной массы не вызывают соответствующих положительных изменений в показателях деловой активности, он оговари вается, что из его анализа не следует и противоположный вывод: поддержа ние стабильной денежной массы непременно позитивно отразится на обще экономических показателях. Из анализа Энджелла следовало, что показатели денежного обращения изменяются «вместе или после», но никогда не «до»

изменений общеэкономических показателей деловой активности. Однако он же отмечал: «Из этого, тем не менее, не следует вывод, что количество денег является всецело пассивным фактором деловой активности».

Изменения процентных ставок по Энджеллу не влияют на уровень ча стных инвестиций. И процентные ставки, и инвестиции находятся под воз действием ожиданий. Энджелл высоко оценивал концепцию Кейнса. Тем не менее, он считал, что она справедлива лишь в одном случае — если рацио нальные ожидания хозяйствующих субъектов постоянны.

Объем инвестиций по Энджеллу определяется не только объемом сбе режений, но и величиной детезаврации, т.е. направлением на капиталовло жения денежных средств, ранее накапливаемых в качестве тезаврированных остатков. Поэтому объем инвестиций не равен объему сбережений. В этом кардинальное различие концепций Энджелла и Кейнса.

Монетаристская критика кейнсианства получила дальнейшее развитие в работах К. Варбюртона [15]. Он первым определил основное направление критики кейнсианской доктрины: количество денег оказывает первичное и непосредственное влияние на цены, а не на ставку процента. Это положение в монетаризме стало основополагающим.

Работы Варбюртона не получили достойной их известности в момент опубликования. Это объяснимо, ибо мировую экономику не захлестнула еще волна инфляции. Интерес к поднятым в них проблемам возник позже, и сформулированные положения обсуждаются в экономической науке до сих пор.

Активное возрождение количественной теории денег началось в начале 50-х гг. ХХ в. с появления работы Д. Патинкина «Кейнсианская экономика и количественная теория» [30]. Именно эта работа содержала положения и ар гументы, взятые на вооружение монетаризмом — современной разновидно стью количественной теории. Выводы Д. Патинкина сводились к тому, что в условиях полной занятости рост денег в обращении приведет к пропорцио нальному росту цен, и, в конечном итоге не вызовет изменений в ставке процента.

Самое важное в его работах — это анализ тех условий, для которых верны сделанные им выводы. Помимо полной занятости, этими условиями являются: стабильность функции совокупных расходов;

отсутствие «денеж ной иллюзии»;

отсутствие перераспределительных процессов при эмиссии, т.е. независимость совокупных расходов от распределения вновь эмитируе мых денег среди хозяйствующих субъектов.

Первое, у Патинкина означает следующее: если функция совокупных расходов стабильна, то постоянно отношение потока расходов к денежной массе, т.е. не что иное, как скорость денежного обращения. Это допущение дает возможность утверждать, что и совокупный платежеспособный спрос будет изменяться пропорционально росту денежной массы. Очевидно, что в этом случае цены будут расти пропорционально спросу и, соответственно, масса денег в обращении. Таким образом, основной постулат количествен ной теории будет доказан.

Однако этот вывод справедлив только при условии отсутствия «де нежной иллюзии». Ее наличие обусловило бы вывод об одновременном воз действии увеличения денежной массы, как на цены, так и на процентную ставку. Важно отметить, что кейнсианский спекулятивный спрос на деньги обязательно предполагает «денежную иллюзию», поскольку его изменения зависят от ставки процента, а не от цен. Поэтому приверженцы количест венной теории стараются не выделять спекулятивный спрос на деньги. По этой причине монетаристы традиционно высказывают мнение о независи мости спроса на деньги от динамики процентных ставок. Таким образом, допущение или недопущение «денежной иллюзии» определяет отрицание или принятие количественной теории денег.

Третье допущение — отсутствие перераспределительных эффектов при эмиссии — до сих пор остается главной проблемой количественной теории.

Предположение о существовании подобных эффектов означает, что в ка ких-то отраслях могут концентрироваться дополнительные денежные ре сурсы. Естественно в этом случае развитие отраслей ускорится, т.е. возрастет выпуск их продукции. Рост денежного предложения выразится не только в повышении цен, но в увеличении реального производства.

Изначально монетаризм ЭнджеллаВарбюртона развивался в направ лении критики кейнсианства, но со временем перерос в самостоятельную концепцию. А именно: отстаивание особой роли денег в экономической сис теме и акцентирование внимания на важности денежной политики.

Критика кейнсианства велась с позиций недостатков этой теории в сфере денежных отношений. В отличие от подобного подхода последующий монетаризм критиковал кейнсианство уже как мировоззрение, рассматри вающее экономику как систему, не имеющую достаточных ресурсов для са морегуляции и посему нуждающуюся в целенаправленной коррекции со стороны государства.

Действительно, понимание экономики, как системы с недостаточной способностью к саморегулированию было высказано Кейнсом [22] и осно вывалось на анализе особенностей бумажно-денежного обращения, в част ности, необходимости определения валютными властями количества денег в обращении.

Отстаивание «Laissez faire» как мировоззренческого принципа стало отличительной чертой второй половины ХХ в., что, в частности, прослежи вается в работах М. Фридмена. В них утверждается принцип свободы дея тельности любого индивида, а роль государства сводится к защите частной собственности. Экономика постулируется как саморегулирующаяся система, где конкретный субъект действует самостоятельно на свой страх и риск. Мир сводится к совокупности индивидов, объединенных товарно-денежными от ношениями.

В этой концепции мир представляется объектом индивидуального присвоения и потребления. Исчезает понятие окружающей среды как общего достояния, а общественный контроль за природными ресурсами заменяется их частным присвоением. Но какой общественный институт способен обес печить интересы последующих поколений? Иного института, чем государ ства, просто не существует. Государства, как механизма защиты Стратеги ческих интересов граждан. Государственный интерес — это интерес живу щих и последующих поколений.

Именно доктрина «большого мира поколений» противостоит доктрине «Neo laissez faire».

Главный парадокс монетаризма — в том, что эта доктрина жестко от стаивает принципы «Laissez faire», но одновременно рассматривает денеж ную массу в качестве экзогенной величины, определяемой государством.

Проведение любой политики, тем более в сфере денежного обращения, все гда связано с системой мер и ограничений. Налицо — противоречие между исходными постулатами монетаризма.

В работе 1952 г. [31] Фридмен предложил новую трактовку количест венной теории денег. В основу концепции он положил методологию Дж.

Хикса, т.е. анализ спроса на кассовые остатки конкретного индивида. Деньги представлены как один из активов (элементов богатства), наряду с акциями, облигациями, физическими благами (товарами), человеческим капиталом. В функцию спроса на деньги включаются реальные ставки доходностей по этим активам, ожидаемый темп роста цен, реальный доход. В функцию вво дился параметр, отражающий вкусы и предпочтения индивидов. При таком обилии переменных при изменении валютными властями денежного пред ложения, конечно можно говорить о влиянии денег на цены. А это — под тверждение количественной теории денег.

По Фридмену [32], спрос на деньги чрезвычайно стабилен. Но под ста бильностью здесь понимается «сохранение вида функции, связывающей по требное количество денег с переменными, его определяющими, а резкий рост скорости обращения при гиперинфляции как раз и свидетельствует о стабильности этого функционального соотношения».

Фридмен [33] проводит тезис о равномерном воздействии денег на це ны и доходы. В реальной действительности инфляция неоднозначно сказы вается на ценах конкретных товаров и на доходах конкретных социальных групп [34]. На этой основе возникают сильные перераспределительные про цессы. В России 90-х гг. в результате инфляционного процесса потребление мяса на душу населения упало почти на половину. Однако резко возросли покупки дорогих квартир, автомобилей, мебели. В таких условиях спрос на реальные кассовые остатки не остается стабильным, а меняется вместе с ди намикой потребления.

Важно еще отметить, снижение темпов инфляции при сжатии денеж ной массы не носит линейный характер. При уменьшении количества денег в обращении экономика ищет новую точку равновесия и отвечает на недоста точность средств платежа бартером и падением производства, как это и про изошло в России в 90-х гг. прошлого столетия. Экономический рост, о кото ром говорит Фридмен [35], в этих условиях невозможен.

В работе «Монетарная теория номинального дохода» [33] Фридмен предпринял попытку определить пропорцию, в которой изменение денег вызывает изменение цен и выпуска. Предложенная модель соединяла, как он считал, подходы И. Фишера и Дж. Кейнса. По свидетельству самого Фрид мена в рамках его модели определяется номинальный доход, но остается невыясненным разделение влияния на номинальный доход цен и реального увеличения выпуска. Данная проблема более не поднималась в работах сто ронников монетаризма.

Пик популярности монетаризма пришелся на начало 70-х гг. ХХ в.

Проводившаяся во многих странах в предшествующий период антикризис ная политика подвергалась активной критике. По мнению многих аналити ков, попытки правительств выравнивать колебания конъюнктуры путем увеличения или снижения дефицита бюджета лишь увеличивали амплитуду циклических колебаний.

Поэтому центральные банки ряда стран проявили интерес к предложе ниям монетаристов о проведении политики таргетирования роста денежных показателей, т.е. поддержания установленных темпов увеличения денежного предложения, соответствующих среднециклическим темпам роста ВВП.

В 1979 г. к проведению политики таргетирования перешли США. В ходе ее реализации возросла изменчивость процентных ставок, исчезла ста бильность скорости денежного обращения, возросла инфляция и, самое главное, проявилось снижение уровня производства. Не удалось также обес печить стабильность темпов роста денежной массы. Подобная политика бы ла отвергнута денежными властями США в 1982 г.

Приверженцы неокейнсианства расценили эти события как крах моне таристской доктрины. В рядах самих монетаристов проведенный экспери мент вызвал неоднозначные оценки.

Видный сторонник монетаризма К. Брунер отмечал, что различия ме жду монетаристской концепцией и кейнсианством касаются фундаменталь ных особенностей протекания экономических процессов. Согласно Кейнсу, эти процессы подвержены шокам, а экономическая система характеризуется нестабильностью. Противостоять этим явлениям должна активная экономи ческая политика и, в частности, поддержание уровня занятости. Монетаризм же исходит из того, что экономические процессы способны абсорбировать шоки, а хозяйство в целом стабильно [36]. Абсорбция шоков, по Брунеру, проявляется в непосредственном влиянии роста денежной массы на цены.

При этом подчеркивается, что изменение количества денег в обращении не воздействует на реальные экономические показатели.

Но в отличии от многих других монетаристов, Брунер уделял большое значение политике процентных ставок и допускал эндогенность денежного запаса. Он писал: «Политика процентных ставок превращает денежную базу и, соответственно, денежный запас в эндогенную величину, чутко реаги рующую на наступающие шоки, воздействующие на рыночную норму про цента. Эти шоки через таргетирование нормы процента трансформируются в ускорение или замедление роста денежной массы».

Подобный подход означал радикальный сдвиг в сторону кейнсианской концепции.

Еще один известный монетарист А. Мелтзер существенно скорректи ровал взгляды после неудачи с денежным таргетированием. Он признал, что плата за преодоление инфляции оказалась намного выше, чем можно было ожидать [37]. Он высказался за пересмотр одного из основополагающих по ложений монетаризма — тезиса об отсутствии влияния монетарной полити ки на реальный выпуск.

Однако новые подходы, наметившиеся в монетаризме, не были под держаны Фридменом. Он объяснил существенные колебания темпов роста денежной массы в 19791982 гг. исключительно неудачной политикой ФРС, оказавшейся не в состоянии обеспечить стабильность денежных агрегатов [38].

Монетаризм, как версия количественной теории денег исходит из не посредственной связи между ценами и деньгами. Следовательно, эта кон цепция принимает тезис о нейтральности денег. Однако известно и выска зывание М. Фридмена, ставшее своеобразным девизом этого направления:

«Деньги имеют значение». Но в монетаризме они имеют значение в двух случаях. В долгосрочной перспективе рост денежной массы неизбежно ведет к инфляции. В краткосрочном плане увеличение денежного предложения способно повлиять на реальные денежные показатели.


Эти положения были подвергнуты проверке в работах экономистов «новой классической школы» — Р. Лукаса, Т. Сарджента, Ф. Кидланда, Э. Прескота. Выводы существенно противоречили тезисам традиционного монетаризма.

В частности, как показал Лукас, в течение нескольких лет после Второй мировой войны колебания объема производства США были небольшими и вполне могли быть объяснены реальными факторами, а не колебаниями де нежного предложения. Острым для монетаризма был поставленный Лукасом вопрос: «Если кто-либо поддерживает идею о нейтральности денег в качест ве основополагающей, как может он одновременно поддерживать мнение, согласно которому нестабильность количества денег является основным ис точником нестабильности реальных показателей?» [39, 40].

Развитие кенсианской доктрины во второй половине ХХ в. охватило такие сферы денежной теории, как концепция спроса на деньги и их пред ложение, роль денег в макроэкономической сбалансированности инфляции, формирование процентных ставок. Эти направления связаны с именами Дж.

Тобина, Н. Калдора, П. Девидсона, Дж. Хикса [4145].

Развитием традиций неоклассического и кейнсианского подходов яви лась сформировавшаяся в 50-е гг. ХХ в. теория спроса на деньги, получив шая название кейнсианско-неоклассического синтеза. Его основой стала «портфельная теория». Сущностью «портфельного» подхода является пред положение, что индивид, стремясь достичь максимума благосостояния, раз мещает свое богатство в виде портфеля активов, руководствуясь при этом собственными предпочтениями. При этом деньги — лишь один из активов, обладающий, правда, уникальным свойством — абсолютной ликвидностью [47, 48].

Одной из заслуг школы кейнсианско-неоклассического синтеза стала достаточно успешная попытка разрешения спора о нейтральности денег.

Эмпирические данные и появившиеся теоретические модели подтверждают, что деньги не нейтральны в относительно краткосрочной перспективе (ко личество денег влияет на реальные переменные, в том числе, и на процент ную ставку). В долгосрочном же периоде деньги близки к нейтральности.

Но, конечно же, разногласия между школами остаются во взглядах на роль государства в экономической политике.

Концентрированным выражением кейнсианских взглядов на кратко срочные макроэкономические колебания является предложенная Дж. Хик сом в статье «Кейнс и «классики»: возможная интерпретация» модель ISLM1 [45, 49]. Макроэкономические процессы здесь представлены через призму взаимодействия двух основных секторов экономики — реального (рынка товаров и услуг) и финансового (рынка денег и финансовых активов).

Анализируя различия между теоретическими подходами неоклассиков (А. Маршалл, А. Пигу) и взглядами Дж. Кейнса, Хикс пришел к выводу, что главные макроэкономические взаимосвязи могут быть выражены через со отношения нормы процента и дохода. Современный вид модель ISLM приняла в работе А. Хансена «Монетарная теория и фискальная политика»

[46].

Существует два объяснения краткосрочных колебаний в экономике.

Первое основано на идеях, высказанных Кейнсом и развитых его последова телями. Кейнс призывал отказаться от классического предположения, что цены и заработная плата всегда изменяются, уравновешивая рынки. Он под черкивал, что совокупный спрос является главным фактором, определяющим текущий уровень национального дохода.

Некоторые представители неоклассического направления не согласны и с этим. По их мнению, предпосылка о полной свободе движения рыночных цен, даже в краткосрочном периоде — правомерна. Ведущая роль среди но вых классических концепций экономических колебаний принадлежит теории «реального экономического цикла» (Дж. Мэнкью, Б. Мак-Каллум, К. Плос сер) [5052]. Она использует в краткосрочном анализе исходные предпо сылки исследования явлений долгосрочного периода. Самой значительной из них является классическая дихотомия: изменения реальных показателей не зависят от изменения номинальных (предложения денег, уровня цен). Из менение реальных показателей объясняется реальными сдвигами в экономи ке, такими как смена бюджетно-налоговой политики или технологические сдвиги. Поэтому слово «реальный» в названии теории предполагает исклю чение номинальных величин при объяснении причин колебаний экономиче ской активности.

В своей математической части теория представляет собой расширение модели ISLM путем введения еще одной эндогенной переменной. Здесь следует отметить, что, предложив свою модель, Хикс создал универсальный «экономический язык», которым до сих пор пользуются представители всех теоретических доктрин. В вопросе, насколько верно теория реального эко номического цикла отражает экономические процессы, мнения экономистов расходятся.

Модель ISLM характеризует закрытую экономику. Ее обобщением является модель Манделла-Флеминга, описывающая основные макроэконо мические взаимосвязи открытой экономики [53, 54]. Теория Манделла-Фле минга исходит из кейнсианских предпосылок, но включает международные факторы. Один из ее выводов состоит в том, что характер функционирования Инвестиции, сбережения — ликвидность, деньги.

открытой экономики зависит от заложенной в ней системы установления обменного курса валюты.

Модель ISLM с учетом ее улучшений, модификаций и обобщений, начиная с 50-х гг. и до последнего времени [55] определяет макроэкономи ческое моделирование развитых капиталистических стран. Ее достоинством является способность описывать большое число факторов на основе ясных, достаточно убедительных представлений. Вместе с тем теория остается очень специфичной и имеет ограниченную возможность применения. Сам автор понимал это и в более поздних работах подверг ее критике [56]. Это модель с элегантным описанием экономики, в которой уже созданы и дейст вуют все обычные макрорынки и где созданы макроэкономические основы рыночной экономики. Но категорически неверным является приложение этой теоретической модели к любым экономическим ситуациям и «перене сение» на них описания экономической политики, соответствующей данной модели. К сожалению, этот путь, — ошибка, широко распространенная как среди западных, так и российских экономистов. Механическое использова ние «западных» моделей в странах, структура экономик которых коренным образом отличается от экономик Запада, может привести к тяжелым послед ствиям. В этом случае требование аналитической реконструкции носит без условный характер. Так же, как в последние годы достаточно быстро созда ется теоретическая макроэкономика развивающихся стран (с учетом макро экономической формализации соответствующих структур, подходящих для описания реалий этих стран), так и современный период в России требовал и до сих пор требует разработки макроэкономики перехода к рынку. Соответ ствующая модель пока не создана. Без сомнения ее конструкция должна от личаться от модели ISLM.

Воссозданная выше палитра мнений на взаимосвязь денег и цен про существовала и до нашего времени. На определенных исторических отрез ках, в силу разного рода причин, в том числе и политических та или иная концепция поочередно выдвигалась на первый план, приводя зачастую к серьезным изменениям в экономической политике государств.

Характерной чертой экономической науки первой половины ХХ в. бы ло проявление большого интереса к циклическим колебаниям развития эко номических систем. И, если в XIX в. было установлено существование 1012-летних так называемых промышленных циклов, что связывалось с десятилетними сроками обновления основного капитала, то в ХХ в. объек том изучения становятся «большие» волны в экономике.

Выдающиеся заслуги в разрешении этой проблемы принадлежат Н. Д.

Кондратьеву, проделавшему громадную работу по анализу и математической обработке рядов, описывающих экономическую динамику отдельных госу дарств и мирового хозяйства в целом.

Вообще следует отметить, что тщательный, многосторонний анализ статистических данных и построение на этой базе моделей функционирова ния экономики были характерной чертой российской экономической школы, сформировавшейся в первой четверти ХХ в. Туган-Барановский, Слуцкий, Дмитриев, Чупров, Юровский, Чаянов, Струмилин, Соколов, Леонтьев, Прокопович, Четвериков, Вайнштейн, Конюс, Немчинов, Новожилов — список можно продолжить, — создали на российской почве блестящую эко номическую школу, по праву занимавшую одно из ведущих мест в мировой науке. Она давала и могла дать практические рецепты роста благосостояния народа и расцвета свободного предпринимательства [34]. К сожалению, в начале 30-х гг. в угоду философским иллюзиям и политическим амбициям эта школа была практически уничтожена. Может быть это и было одной из причин трагедии, настигшей нашу страну в 90-х гг. минувшего века.

Общество ценой проб и собственных, зачастую тяжелых ошибок учи лось отыскивать оптимальное соотношение между вложениями в экономи ческий рост и в социальную стабильность. Перегиб в ту или иную сторону с неизбежностью приводил или к социальным взрывам, или к стагнации и за гниванию. Во второй половине ХХ в. цивилизованные страны, наконец-то нащупали этот «золотой» оптимум. Большие волны сгладились, социальные конфликты приняли более гладкий, в основном локальный характер. К со жалению, Россия не вошла в число способных учеников, усваивающих уроки истории.

Довольно распространенным является выделение нескольких аспектов инфляционного процесса: инфляция, вызванная спросом;

инфляция, связан ная с ростом издержек;

инфляция, носящая структурный характер и обу словленная перестройкой стоимостных пропорций в экономике, в частности под влиянием научно-технического прогресса (НТП).

В отечественной экономической литературе важные теоретические ре зультаты в исследовании инфляции в 20-е гг. прошедшего века были пред ставлены в работах А. Соколова, С. Струмилина [1821, 57, 58]. Практически сразу же они были существенно использованы С. Струмилиным, В. Немчи новым, В. Новожиловым и др. [59] при попытке моделировать народное хо зяйство на основе балансового метода. В дальнейшем модель была доведена до совершенства в работах В. Леонтьева [60].


В экономической литературе более позднего советского периода ин фляционные процессы, характерные для рыночных экономик зарубежных стран, были проанализированы в работах С. Никитина, Л. Красавиной, Г.

Солюса, В. Усоскина [29, 61]. Солюс отметил факт, что в 6070 гг. в разви тых странах темпы роста ВВП опережали скорость увеличения денежной массы. На этом основании им был сделан вывод о немонетарном характере инфляции. Свои исследования Красавина резюмировала определением:

«Инфляция — многофакторный процесс».

В СССР в условиях плановой экономики и фиксированных цен ин фляция носила скрытый характер и выражалась в перманентном дефиците услуг и товаров. Однако само явление анализировалось как «материаль но-вещественная и денежная диспропорция».

В 1968 г. М. Фридмен провозгласил: «Инфляция всегда и везде пред ставляет собой денежный феномен» [31]. Однако сами же монетаристы вы нуждены были скорректировать эту формулу. Б. Мак-Каллум пояснил, что Фридмен понимает под инфляцией постоянный и устойчивый рост цен. По тому, трактовке инфляции как денежного феномена не противоречит рост цен, вызываемый такими явлениями, как засуха, землятресение или удоро жание импорта. Понятны истоки комментария Мак-Каллума. Причина ин фляции, охватившей мировую экономику, носила отнюдь не монетарный характер: монопольный сговор нефтепроизводителей привел к четырехразо вому росту цен на нефть. В 20012003 гг. ситуация на нефтяном рынке почти повторяется.

И все же Фридмен на удивление последователен в своем неприятии инфляции издержек: «Теория издержек имеет ограниченное применение.

Если рост издержек создает денежную экспансию, которая иначе не возник ла бы, то действие последней, самое большое, ограничится повышением об щего уровня цен, сопровождаемым безработицей и последующей тенденци ей к общему снижению цен» [31]. Сказанное противоречит фактам. В 70-е гг.

прошлого века инфляция в развитых странах в результате удорожания энер горесурсов составляла 1015 % в год.

Инфляция издержек также связана с более емким понятием структур ной инфляции: процессом изменения ценовых соотношений в результате структурных сдвигов в экономике. Ликвидация экономических диспропор ций, как правило, сопровождается инфляцией.

Интереснейшие результаты на предмет анализа взаимосвязи цен и де нежного предложения были получены на основе так называемой модели SMP, описывающей экономику США в целом. Разработанная в 70-е гг. мо дель включает в себя около 300 уравнений. Увеличение количества денег влияет в ней на уровень цен через изменение совокупного спроса. Под его воздействием возрастает спрос на труд, что сказывается на зарплате и, соот ветственно, на издержках производства. Рост последних приводит к повы шению цен. Расчеты на основании этой модели показали заметную нели нейность между динамикой денежного предложения и ростом цен [62]. По нятно, что прямопропорциональная зависимость между объемом денег и це нами исключает влияние первых на объемы производства. И в современной теории остается эта «вечная» дилемма: нейтральности — ненейтральности денег!

Но следует отметить еще один недостаток концепции «нейтральности».

Она не учитывает роли денег как «концентратора» материальных и интел лектуальных ресурсов на актуальных направлениях НТП. Она исходит из предположения, что в течение периода нарастания денежной массы техно логии и структура производства останутся неизменными.

Накопление научно-технической информации и ее использование при производстве продукции на основании новых технологий приводит к сдви гам в системе цен.

Рост цен, который в литературе часто называют фоновым, есть отра жение технологических «прорывов» и результат ускорения НТП. Этот рост можно охарактеризовать как «технологическую» или «НТПинфляцию»

[63]. Бороться с такой инфляцией путем сжатия денежной массы — значит сдерживать темпы экономического развития.

Интересные идеи в трактовке инфляционного процесса прорабатыва ются в теории эволюционной экономики. Исследуется развитие макрогене раций, т.е. производства и потребления качественно новых услуг и товаров, становление которых переводит хозяйство на новый этап развития.

О резком, экспоненциальном увеличении интенсивности развития науки и технологии в наше время говорят факты: 90 % всех предметов, ок ружающих человека, придуманы и созданы в ХХ в.;

потребность в проектной деятельности по созданию новых технических объектов с середины ХХ в.

увеличивается за каждое десятилетие в десять раз;

объем информации уд ваивается каждые 20 месяцев против 50 лет, как это было в середине XIX в.;

период устаревания информации составляет от 0,5 до 4 лет в зависимости от области;

значительно сокращено время от момента фундаментального от крытия до его реализации на практике [64].

Зарождение макрогенерации, как правило, обеспечивает более высо кую рентабельность в данной сфере производства. Это позволяет предлагать более высокие цены за используемые ресурсы, в том числе за труд. Тем са мым ресурсы перераспределяются в пользу возникшей макрогенерации.

Другими словами, ее становление сопровождается инфляционным процес сом. Как отмечает В. Маевский: «Именно инфляция, действующая в сфере ресурсных товаров, оказывается тем экономическим инструментом, который способствует возникновению новой макрогенерации, обеспечивает необра тимость экономической эволюции, а значит — повышение степени сложно сти хозяйства, проникновение в него достижений научно-технического про гресса» [63].

И, наконец, говоря о механизмах, лежащих в основе генерации инфля ционного процесса, нельзя не упомянуть о так называемой инфляции «доро гих денег». Нехватка собственных оборотных средств и дорогой кредит за ставляют предприятия повышать цены. Данный феномен известен из опыта нескольких стран, в частности, Франции [65]. Это же произошло и в России в 19921993 гг.

В монографии [29] предлагается следующая классификация типов ин фляции, проявляющихся в различных экономических условиях: денежная инфляция;

структурная инфляция;

инфляция издержек;

инфляция «дорогих денег»;

«НТПэволюционная» инфляция.

В ХХ в. Россия пережила несколько вспышек инфляции. В марте г. покупательная способность рубля составила 27 довоенных (1913 г.) копе ек, а за время пребывания у власти Временного правительства она упала до 67 довоенных копеек. С ноября 1917 г. по июль 1921 г. денежная масса взросла в 119 раз, а цены увеличились в 7912 раз. С июля 1921 г. по декабрь 1922 г. количество денег в обращении возросло в 850 раз, а цены выросли в 263 раза [59].

Восстановление нормального денежного обращения произошло на ос нове эмиссии в соответствии с декретом Совнаркома от 11 ноября 1922 г.

новой денежной единицы — червонца. Эта валюта должна была обеспечи ваться золотом не менее чем на 25 %, т.е. контролировалась достаточно же стко. Однако размен на золото не предусматривался.

Следующий всплеск инфляции совпал с периодом индустриализации.

С 1929 г. по 1932 г. количество денег в обращении выросло в 3,4 раза, а по купательная способность рубля по сравнению с началом 1928 г. снизилась на 60 %. Инфляцию удалось подавить лишь к концу 30-х гг. [66].

Финансирование бюджетных расходов в период Великой Отечествен ной войны повлекло широкое использование эмиссии. Последствия ее были преодолены в ходе денежной реформы 1947 г. В 50-е гг. в СССР проводи лась жесткая финансовая политика. Денежная и товарная массы в целом бы ли сбалансированы, хотя в отдельные годы ощущалась нехватка денег в об ращении и между предприятиями возникали неплатежи. С середины 60-х гг.

государственный бюджет стал сводиться с дефицитом. Сказать, что плано вые органы не понимали опасности инфляции, было бы неверно. Говоря точнее, — ее недооценивали. К концу 80-х гг. большинство специалистов склонялось к постепенному выходу из инфляционной ситуации путем вве дения свободных цен на товары не первой необходимости и стимулирования производства дефицитной продукции. Проблема заключалась в недопущении резкого снижения уровня жизни и обесценения накоплений населения. Как следствие, это означало наличие достаточно длительного, но контролируе мого инфляционного процесса. Предполагалось, что таким образом объем потребительского рынка будет сбалансирован с денежной массой, а дефицит государственного бюджета сведен к минимуму.

Однако основные экономические параметры дореформенной России в корне отличались от таковых в странах с рыночной экономикой. И главное отличие нашей экономики конца 80-х гг. — это высочайшая степень моно полизма и деформированная отраслевая структура. Ключевым вопросом первого этапа реформы должно было стать обеспечение сбалансированности товарной и денежной масс, что с необходимостью ассоциировалось с ростом цен. Это очень тонкий момент, ибо поспешная либерализация цен имела бы, по крайней мере, два следствия: возникновение тенденции к росту цен из-за формируемых инфляционных ожиданий и падение производства, так как оборотные средства предприятий могли обесцениться. И в этой ситуации рыночный механизм достижения равновесия мог и не сработать.

Однако в ходе подготовки реформы 1991 г был выбран жесткий вари ант: возобладало мнение о необходимости значительного и резкого увели чения цен.

Программа ЯвлинскогоШаталина, имевшая в своей основе более раннюю программу «500 дней», составленную при участии Дж. Сороса, предусматривала общее увеличение розничных цен в 3,23 раза, а по альтер нативной правительственной программе рост розничных цен оценивался на уровне 1,7 раза [67]. Однако, как показывали данные об объемах неудовле творенного спроса, первоначальная инфляция могла составить 600800 %.

Но самое главное, что поспешная, единовременная либерализация цен имела те следствия, о которых говорилось выше. В конце 80-х гг. перспективы развития экономики России неизбежно были связаны с инфляцией. Задача стояла в недопущении неконтролируемого роста цен и формирования ин фляционных ожиданий. Но именно они и были созданы либерализацией цен по Гайдару.

Резкое обесценение денег, начавшееся в России со 2 января 1992 г.

представляло сочетание нескольких типов инфляции. Скачок цен в янва рефеврале сразу после либерализации — результат денежного навеса, на копленного в предыдущие годы. Рост цен носил, очевидно, монетарный ха рактер. Он был способен уничтожить избыточную денежную массу, но ин фляционные ожидания предопределили устойчивую тенденцию в сторону дальнейшего повышения цен. Это увеличило спрос на деньги. Однако про водимая в тот момент денежная политика не учитывала тенденцию. Периоды сжатия денежной массы в 1992 г. чередовались с периодами ее расширения.

Но в целом налицо было значительное отставание роста количества денег в обращении от совокупного объема сделок. В конце 1992 г. в экономике про явились неплатежей и бартер. В 19931994 гг. эти явления стремительно на растали.

Помимо монетарной инфляции и инфляционных ожиданий уже в на чале 1992 г. проявилась структурная инфляция. Главная причина — зани женность в предшествующий период цен на энергоносители. Началась пере стройка относительных цен. Повышение цен происходило неравномерно, отражая структурную диспропорцию экономики. В свою очередь, это пре допределяло диспропорциональное распределение доходов. В монополизи рованных областях образовывались «излишки» дохода, в таких отраслях, как сельское хозяйство, легкая промышленность, обрабатывающая промышлен ность, бюджетная сфера формировалась низкая зарплата и низкая прибыль.

Не происходило и перераспределение доходов из-за низкой нормы прибыли в депрессивных областях экономики.

В этих условиях резко усилилась сырьевая ориентация экономики, значительно уменьшилась доля обрабатывающих отраслей. Стабилизация и даже рост в сырьевых областях происходили за счет внешнего спроса. Это обусловило низкую эластичность цен в сырьевых отраслях в отношении внутреннего спроса. Цены в экспортно ориентированном секторе приобрели динамику, определяемую состоянием мирового рынка. В рублевом эквива ленте они росли даже в условиях сжатия внутреннего потребления. Важ нейшим ценовым индикатором становился курс рубля по отношению к дол лару США. Он в значительной мере обуславливал в 19931994 гг. общую динамику потребительских цен. В таких условиях ценообразование в сырь евых отраслях превратилось в источник инфляционного давления. В резуль тате быстрого роста цен в 19921993 гг. предприятия лишились собственных оборотных средств. Проявилась инфляция «дорогих денег». Производители потеряли доступ к кредитным ресурсам из-за высоких процентных ставок, но, эксплуатируя инфляционные ожидания, сложившиеся у потребителей их продукции, они стали повышать цены для получения финансовых ресурсов.

Альтернативой этому могло быть только банкротство.

Отношение оборотных средств и материальных запасов к основным фондам в середине 80-х гг. составляло 2528 %, а в 1997 г. — 1,6 %. В нача ле 80-х гг. объем денежных средств, находившихся непосредственно у предприятий, составлял 12,515 % ВВП, а в 1996 г. — 1,1 % [68].

Одной из главных причин денежно-финансового кризиса начало 90-х гг. был недостаток денежного предложения. Если денег не хватает, пред приятия не могут выплачивать налоги в денежной форме. Они или накапли вают задолжность перед бюджетами или рассчитываются с ними суррогата ми денег. В условиях нехватки ликвидности бесполезно пытаться проводить «жесткую» бюджетную политику. Некоторые эксперты МВФ, анализируя причины неплатежей и бартера, склонны объяснять их появление самыми разными доводами: от наследия экономики СССР до нежелания предприятий платить налоги [69]. Однако, в своем анализе они ни разу не называют ис тинную причину — недопустимое сжатие денег в обращении. Назвать ее — означает признать неправомерность монетарных подходов, лежащих в осно ве стабилизационных программ МВФ, предложенных России.

Дискуссии о валютно-кредитной политике, реализуемой в гг., активно велись на страницах экономических изданий. Главным вопросом здесь было — обоснованность сжатия денежной массы. Приверженцы пра вительственного курса приводили решающий, на их взгляд, аргумент: имеет место инфляция, следовательно, имеет место избыточная денежная масса.

Оппоненты, опровергая этот довод, указывала, что о нехватке ликвидности свидетельствуют: рост бартера и взаимозачетов, распространение денежных суррогатов, динамика задолжности в экономике, ее низкая монетизация (от ношение агрегата М2 к ВВП). На этом основании делался вывод о немоне тарных факторах инфляции, действующих в российской экономике.

Как можно было разрешить этот спор? Только увеличить денежное предложение. Если инфляция при этом увеличится, значит правы привер женцы жесткой денежной политики. Если же увеличение денег в обращении привело бы к снижению бартера и росту производства, то правыми оказались бы оппоненты. Истина была установлена экспериментально. Завершением этого небывалого эксперимента стал кризис 17 августа 1998 г.

Причины и последствия этого кризиса проанализированы достаточно полно [34, 70]. Подробно мы остановимся на этом и в этой монографии. Но в качестве краткого резюме приведем аргументацию, содержащуюся в [29].

Очевидный тезис: «Если напечатать деньги, то цены возрастут» — следует дополнить нетривиальным: «Если не печатать столько денег, сколь ко нужно для оборота, то цены также возрастут». В самом деле, для попол нения оборотных средств и продолжения производства при « неподъемном»

кредите у предприятий имеется единственное, но эффективное средство:

повышение цен на продукцию. На вопрос: «Если денежная политика была жесткой, то почему произошла девальвация рубля?» — можно ответить «по этому и произошла». В условиях беспрецедентного в мирное время падения уровня производства инфляция обесценила рубль, а валютные власти, вы полняя стабилизационную программу МВФ, поддерживали его завышенный курс. Нехватка ликвидности предопределила неоправданно высокие про центные ставки. ГКО превратились в объект спекуляций. На финансовый рынок пришли капиталы нерезидентов. Выплаты по ГКО подрывали бюд жет. Ситуация усугублялась падением мировых цен на энергоносители, и главное, на нефть, а также докатившимся до России мировым финансовым кризисом, корни которого находились в Юго-Восточной Азии. В этих усло виях отток спекулятивных капиталов обвалил курс рубля. На его бесполез ную поддержку были израсходованы почти все валютные резервы страны.

Начало выхода экономики России из кризиса 19911998 гг. следует, очевидно, датировать мартом 1999 г., когда статистические данные зафик сировали экономический рост. Было отмечено заметное сокращение бартера и взаимозачетов.

Конечно, девальвация рубля во многом способствовала росту эконо мики. Но ведь он начался не только в экспортноориентированных отраслях.

Первичным здесь было увеличение денежного предложения.

Во-первых, денежные средства освободились после крушения рынка ГКО. (В начале 1998 г. сумма находившихся в обращении ГКО рублей пре вышала денежный агрегат М2.) К тому же, в отсутствии ГКО, банки потеряли основной стимул к задержке платежей.

Во-вторых, с сентября по декабрь 1998 г. агрегат М2 возрос на 30,5 %.

(В полтора раза больше чем за весь 1997 г. [71].) Увеличение ЦБ денежного предложения было связано и с поступлением валюты в связи с оживлением экспорта.

Однако степень монетизации экономики остается низкой, что оставляет открытым вопрос, насколько экономический рост является устойчивым.

В 2002 г., как свидетельствует Госкомстат, благосостояние россиян вернулось на докризисный уровень. Реальные располагаемые денежные до ходы по состоянию на июль оказались даже выше, чем в августе 1998 г.

Некоторые аналитики говорят о новой главе в экономической истории России. Аналитический директор российского отделения Standa&Poor’s А.

Новиков сказал в интервью «Известиям»: «… Страна протрезвела финансо во, а политическая ситуация стала предсказуемой». Это рейтинговое агент ство в июле 2002 г. повысило суверенный рейтинг России в В+ до ВВ, до значения, которое страна проходила перед дефолтом. Но сейчас ситуация совершенно иная, считает Новиков: «Состояние экономики заметно улуч шилось, экономическая политика приобрела совершенно иное качество».

Однако существуют и другие взгляды на сегодняшнюю экономическую ситуацию.

Вот мнение зампредседателя комитета Госдумы М. Задорнова. «Со вершенно очевидно, что страна вступила в стагнационную фазу развития, — говорит он. — При условии, что цена на российскую нефть упадет до уровня 1516 долл. За баррель, я бы оценил запас прочности нашей экономики в полгода» [72].

Итак, с одной стороны статистика экономического роста и увеличение дохода граждан, с другой стороны около 7 миллионов безработных, из ко торых, по крайней мере, миллион человек — люди с высшим образованием и квалификацией, вполне достаточной, для того, чтобы заняться собственным бизнесом.

Несмотря на принятие соответствующего законодательства о под держке предпринимательства, становление мелкого и среднего бизнеса в России идет медленно. ЦБ и правительство пока мало используют принятые в мире инструменты кредитования производственной сферы. Это приводит к тому, что получение кредита с целью начала собственного дела для пред принимателя становится практически не реальным.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.