авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное образовательное

учреждение высшего профессионального образования

«Московский государственный университет

культуры и искусств»

СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНАЯ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ:

ПОИСКИ, ПРОБЛЕМЫ,

ПЕРСПЕКТИВЫ

Труды лаборатории

социально-культурного проектирования

кафедры социально-культурной деятельности

Сбор ни к статей

Москва

2011 ББК 71 С 69 Рекомендовано к изданию Редакционно-издательским советом МГУКИ Составитель и научный редактор Н.Н. Ярошенко, доктор педагогических наук, профессор Рецензенты А.Д. Жарков, доктор педагогических наук, профессор Е.И. Григорьева, доктор культурологии, профессор Социально-культурная деятельность: поиски, пробле мы, перспективы: Труды лаборатории социально-культурного проектирования кафедры социально-культурной деятельности МГУКИ: [сборник научных статей] / сост. и науч. ред.

Н.Н. Ярошенко. – М.: МГУКИ, 2011. – 200 с.

В сборнике представлены научные труды Лаборатории социально культурного проектирования кафедры социально-культурной деятельности МГУКИ, посвященные актуальным вопросам методологии, истории и техно логии реализации проектного подхода в социально-культурной сфере.

ISBN 978-5-94778-252- © МГУКИ, Посвящается светлой памяти наших учителей и коллег, видных российских теоретиков социально культурной деятельности, профессоров ЮРИЯ АНДРЕЕВИЧА СТРЕЛЬЦОВА БОРИСА ГАВРИЛОВИЧА МОСАЛЁВА СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ:

ИННОВАЦИОННЫЙ ПРОЕКТ СОВРЕМЕННОСТИ ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ Сборник научных статей «Социально-культурная деятельность:

поиски, проблемы, перспективы» является традиционным изданием, в котором публикуются результаты научных исследований по ключевым проблемам развития социально-культурной деятельности. Авторы этих работ – ведущие ученые кафедры социально-культурной деятельности Московского государственного университета культуры и искусств, научных коллективов вузов культуры и искусств Российской Федера ции. Это своеобразная визитная карточка одной из старейших кафедр нашего университета.

В 2011 году сборник посвящен социально-культурному проекти рованию – главной теме для размышлений и научного творчества, кото рая была предложена нашему университетскому сообществу ректором МГУКИ, доктором философских наук, профессором Р.Г. Абдулатипо вым. Социально-культурное проектирование плодотворно интегрирует научные интересы представителей различных научных специальностей:

от философской теории культуры до педагогики и психологии.

В осмыслении проектного подхода в статьях этого сборника в ка честве базовой, опорной точки выбрана методология социально культурной деятельности – одного из наиболее продуктивно развиваю щихся направлений современной педагогической науки.

Социально-культурная деятельность максимально полно осваива ет проектную технологию и при этом сама является инновационным проектом современности;

являет собой не только современную практи ку деятельности учреждений культуры, но и стабильно развивающуюся вузовскую специальность (направление);

существует как органичный синтез науки и практики, дающий обществу ответы на самые важные вопросы воспитания и творческого развития человека как субъекта культуры, гражданина.

Важно, что теория современной российской социально культурной деятельности – это оригинальная педагогическая концеп ция, которая соответствует ментальности постсоветского человека, не противоречит его представлениям о сущности и технологиях воспита ния, ибо, по сути, надстраивается над традиционными педагогическими практиками, придавая им качественно иное звучание в изменяющемся социальном контексте. Этот тезис находит подтверждение и в практике учреждений социально-культурной сферы, и в научных исследованиях, осмысляющих процессы культуротворческой деятельности, граждан ского взаимодействия в социально-культурной сфере.

Каковы же перспективы дальнейшего развития современной со циально-культурной деятельности как специальности профессиональ ного образования?

Они, прежде всего, связаны с идеями дальнейшего самоопределе ния социально-культурной деятельности как научной дисциплины, с её гуманизацией и технологизацией как педагогического процесса, ее со держательного выхода на болевые проблемы современности.

Поэтому, говоря о перспективах развития социально-культурной деятельности, мы отмечаем центральную тенденцию её развития – тен денцию самоопределения. Эта тенденция находит проявление в стрем лении специалистов к уточнению предметного поля социально культурной деятельности как научной дисциплины, а также – уточне нию специфики профессиональной подготовки, особенно в свете необ ходимости переходить на ФГОС ВПО третьего поколения.

Мы склонны считать, что именно целостность социально культурной деятельности, основанная на триединстве ценностей куль туры, свободной активности личности и досугового общения, определя ет специфику уникального направления вузовской подготовки.

Социально-культурная деятельность не сводится только к дея тельности каких-либо учреждений, она принципиально выходит за рамки деятельности учреждений культурно-досугового типа. У боль шинства теоретиков и практиков, сформировавшихся в период расцвета культурно-просветительной и культурно-досуговой деятельности, сего дня есть «страх перед будущим»: сеть культурно-просветительных учреждений (или как их сейчас именуют – учреждений культурно досугового типа) неумолимо сокращается. Но, как ни парадоксально, при этом одновременно расширяется педагогическое пространство со циально-культурной деятельности. Только в ином качестве – в негосу дарственном инварианте этих учреждений.

Говоря другими словами, социально-культурная деятельность се годня – это направление, ориентированное не только на обслуживание ведомственных интересов. Её институциональная природа связана с де ятельностью социальных институтов в широком смысле этого слова.

Здесь речь идет о классическом понимании социального института, ко торое было введено Б. Малиновским, – как организованной системы социальных связей и норм, призванных удовлетворять основные по требности общества и входящих в него индивидов. Институты создают устойчивые формы совместной деятельности людей по использованию общественных ресурсов ради удовлетворения одной или нескольких социальных потребностей.

Институт включает социальную группу (или группы), осуществ ляющую удовлетворение данной потребности, а также устойчивую си стему норм, ценностей, образцов поведения, технологических приемов, обеспечивающих удовлетворение потребности, систему символов. Ин ституты имеют хартию – идеологическое обоснование деятельности института, которая может быть оформлена как документ (программа, устав, учредительные документы фирмы), а может существовать в уст ной традиции (система мифов и т.п.). Социальные институты опирают ся в своей деятельности на социальные ресурсы (кадры, строения, деньги, техника и т.д.). Эти широко известные аксиомы теоретической социологии в контексте социально-культурной деятельности с оче видностью доказывают, что большинство социальных институтов воз никают и развиваются вне зависимости от целенаправленного государ ственного руководства. Здесь «мудрое» вмешательство оказывается излишним, ибо вступают в силу законы самоорганизации общественной жизни.

Вот почему мы считаем подготовку кадров, обеспечивающих вос питательную работу в открытой развивающей рекреативно-досуговой среде с различными группами населения, объединенных на уровне со циального института, а не учреждения, серьезным, конкурентоспособ ным предложением на рынке труда. Семья, общественное объединение и движение, общественная или частная инициатива – вот социальные институты, которые нуждаются в специалистах, способных обеспечи вать их развитие.

И ведомственная принадлежность нашей специальности не сво дится к задаче обеспечения работы соответствующих ведомственных государственных учреждений, а распространяется на всю систему со циальных институтов, обеспечивающих культуроохранные, культуро творческие, рекреативные и культурно-воспитательные функции. Эти функции сегодня выполняют не только государственные учреждения, их с успехом заменяют негосударственные – общественные и частные организации, достигающие в этой сфере не только социальный, но и ощутимый коммерческий эффект. Государство обеспечивает должный социальный контроль за деятельности всех участников социально культурной деятельности – не только на уровне финансового обеспече ния и правового регулирования, но и на уровне подготовки специали стов, готовых взять на себя ответственность за содержание и качество этой работы.

При этом наиболее сложным и трудоемким является процесс формирования низовых, территориальных институтов социально культурной деятельности, образуемых по инициативе и с участием самих граждан, то есть того, что мы называем общественными инициа тивами, некоммерческими, благотворительными, волонтерскими орга низациями.

Уровень развития и способы функционирования новых инициа тив в социально-культурной сфере является индикатором успешности перехода к гражданским (в противовес только административно государственным, институализированным) методам развития и содей ствия реализации социально-культурной активности населения.

Почему сегодня важно искать ценностно-целевые основания со циально-культурной деятельности? То, ради чего, для чего, во имя чего эта деятельность осуществляется?

За последние два-три десятилетия педагогическая деятельность в сфере культуры впервые приобрела ценностно-целевое обоснование, адекватное процессам социальной и культурной трансформации в Рос сии. При этом ясно прорисовывается диалектическая взаимосвязь идеи гражданского общества как цели и социально-культурной деятельности как одного из средства ее реализации. Признание данной взаимосвязи требует дальнейшего осмысления и изменения функционального устройства социально-культурной деятельности – от целей и задач дея тельности организаторов (менеджеров) и до социально-культурных тех нологий, которые они реализуют.

Мы не являемся первопроходцами в этой сфере: во многих разви тых обществах имеются специалисты, занимающиеся проблемами ор ганизации свободного времени и – шире – инсталляции гражданского интереса и инициатив, модерации продуктивного социального взаимо действия. Общественные объединения, функционирующие в негосудар ственной сфере, сегодня чрезвычайно вариативны и более чем когда либо за всю историю своего существования позитивны в гражданском звучании. Вот почему важно учитывать этот момент в формировании содержания вузовской подготовки специалистов социально-культурной сферы, поскольку главной нашей целью является обеспечение соответ ствующей технологической базы дальнейшей институциализации граж данского общества в России.

Социально-культурная деятельность активно «разворачивается» к проблемам общественного развития. Деятельность специалиста соци ально-культурной сферы сегодня не ограничивается функциями поста новщика досуговых программ – общество ждет деятельного участия наших выпускников не только в работе по традиционным для социаль но-культурной деятельности направлениям – гражданское и патриоти ческое воспитание, организация отдыха, народного художественного творчества, но также и по новым направлениям. Наиболее значимыми среди них сегодня являются:

– целенаправленное формирование гражданской инициативы и социальной ответственности новых поколений россиян;

– решение проблем профилактики молодежного экстремизма и асоциального поведения, наркозависимости и других форм асоциально го поведения;

– социально-культурное противодействие включению молодых людей в деятельность деструктивных религиозных объединений и сект;

– создание социально-культурного пространства открытого обра зования, обеспечивающего противодействие растущей безграмотности населения и снижению общего культурного уровня россиян;

– формирование реабилитационного пространства социально культурной деятельности, обеспечивающего особые потребности нуж дающихся в восстановлении физического и духовного здоровья;

– создание системы социально-культурной анимации, обеспечи вающей восстановление нарушенной системы межличностного взаимо действия;

– создание условий для инновационных видов досуга – медиа досуг, экстремальный досуг (в пределах допустимых обществом) и др.;

– обеспечение условий для формирования установок толерантного сознания всех групп населения;

– развитие системы межкультурного и межнационального куль турного диалога;

Социально-культурная деятельность – особая сфера профессио нальной деятельности педагогов, организаторов и менеджеров и может быть рассмотрена как одна из реально возможных технологий и пре одоления гражданской пассивности, и увеличения «человеческого капи тала». Интегрируя лучшие черты социальной педагогики и культурно досуговой деятельности, социально-культурная деятельность выстраи вает собственную линию воспитания, характеризующуюся переходом от парадигмы «воздействия» к парадигме со- и взаимодействия с участ никами социально-культурных объединений. Именно это должно стать основой для реализации проектного подхода и разработки проектных технологий социально-культурной деятельности.

Мы посвящаем этот сборник памяти наших коллег – доктора педа гогических наук, профессора Юрия Андреевича Стрельцова и доктора культурологии, профессора Бориса Гавриловича Мосалева, чьи яркие жизни были отданы сохранению и инновационному развитию социаль но-культурной деятельности.

Н. Н. Ярошенко, доктор педагогических наук, профессор, заведующий кафедрой социально-культурной деятельности Московского государственного университета культуры и искусств МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Ю. Д. КРАСИЛЬНИКОВ ФОРМИРОВАНИЕ НРАВСТВЕННОГО ИММУНИТЕТА ЛИЧНОСТИ КАК ПРОБЛЕМА И РЕЗУЛЬТАТ ПРОЕКТИРОВАНИЯ С каждым годом в силу разных причин, в том числе проявлений социального, экономического, политического дисбаланса, множества медико-социальных и психологических противоречий, существенно обостряется эколого-культурный контекст проблем. Растет число детей, подростков, взрослых, нуждающихся в поддержке и защите со стороны медицинских специалистов, психологов, специалистов социальных служб, органов культуры, в принятии мер в сфере социально культурной экологии.

В центре внимания социально-культурной экологии находятся процессы преодоления социальной недостаточности этих людей, их ин теграции в духовную жизнь общества с помощью социально культурной абилитации и реабилитации, направленных на придание или возвращение человеку хотя бы частичной (если не полной) способ ности выполнять социально-культурные функции, считающиеся нор мальными для его возраста, пола и ряда других социально демографических характеристик.

В качестве объекта проектирования социокультурная экология формируется и развивается на стыке двух познавательных областей – естественнонаучного знания и социальных наук, включая социологию, педагогику, культурологию и культурную антропологию. Очевиден еди ный эколого-культурный контекст обеих областей: общим предметом здесь служат взаимоотношения между людьми и их природным, соци альным, культурным окружением в процессах совместной жизни и дея тельности.

Биологические процессы, происходящие в организме человека, постоянно сочетаются с его двигательной и умственной активностью, направленной на взаимодействие с внешней средой, природой и соци альным окружением. Биологические, натуральные, природные явления являются предметом изучения естественных наук, в то время как соци альные науки осваивают область макро- и микросоциальных (культур ных) явлений.

Являясь по своему характеру и содержанию объектом сравнитель но нового интегративного научно-образовательного направления, эколо го-культурные проекты имеют своим предметом не только личность, отдельные сообщества, но и их взаимодействие между собой, влияние окружающей их природной и социальной среды. Используемый в кон тексте данной статьи термин «экология» подчеркивает ориентацию мас сы как глобальных, так и сугубо локальных проектов на решение проблемы, которую предстоит решать человечеству в реальной пер спективе: либо погибнуть вместе с природой, как натуральной, так и искусственной, либо отыскать пути совместной эволюции.

Взятые в совокупности предметные области обеих познаватель ных областей позволяют не только подтвердить точность полученного знания и логичность объяснения изучаемых в практике социально культурной экологии явлений и процессов. Они обеспечивают основа ния для проектной, социально-инженерной деятельности в этой сфере, использования теоретических знаний в учебном процессе – для разра ботки студентами конструктивных проектных концепций и создания соответствующих объектов и технологий с заранее заданными функци ональными характеристиками.

В лексикон, характерный для современного проектирования в практике учреждений социальной защиты, культуры, образования, спорта, прочно вошло понятие так называемого «банка жизненных си туаций» (Т.Д. Зинкевич-Евстигнеева, Е.А. Тихонова). Этим термином принято обозначать множество электронных, дневниковых, хронотопа и других различных способов накопления, хранения и систематического использования информации о целевых группах и аудиториях, являю щихся объектами социально-культурных проектов и программ. Банк является незаменимым источником, базой бесценных данных о контин генте, с которым работают медики, психологи, социальные педагоги, специалисты-аниматоры.

Социальные сети содержат исчерпывающую информацию о лю дях и мире, в котором они живут, о том, как устроен этот мир, кто его создал;

что происходит с человеком в разные периоды его жизни;

какие этапы в процессе самореализации проходит мужчина и какие – женщи на;

какие искушения, трудности, препятствия могут встретиться в жиз ни и как с ними справляться;

как приобретать и ценить дружбу и любовь;

как строить отношения с родными и близкими, как бороться и прощать и многое другое. Вместе с нормами и ценностями человече ского общежития, картотека «банка жизненных ситуаций» служит фундаментом для формирования так называемого «нравственного им мунитета».

В проектах, ориентированных на экологизацию культуры, авторы выходят на проблемы культуры и нравственности. Эти проекты постро ены в соответствии с экологическим императивом В них человек, кото рый является для авторов проектов главным действующим лицом, вы ступает как часть самой природы, а не некий абстрактный исследователь, наблюдающий её как бы со стороны.

Проекты, выполненные в рамках технологии «Экология и диалек тика» (см.: Тарасов Л.В. Новая модель школы: Экология и диалектика.

М., 1992), содержат обширный материал для формирования «нрав ственного иммунитета», а также закрепления и поддержания «иммун ной памяти».

Иммунитет представляет собой целостную систему биогенных, психогенных, социогенных и других механизмов самозащиты организ ма. С их помощью организм распознает и уничтожает всё чужеродное, если оно проникает в организм или возникает в нем. С помощью этих механизмов поддерживается структурная и функциональная целост ность, самодостаточность организма на протяжении всей его жизни – другими словами, сохраняется физическое, психологическое здоровье человека.

Говоря об иммунитете, американский психолог Ф. Бернет (1964) отмечал, что его величайший смысл «заключается в той роли, которую он играет в процессах, направленных на поддержание структурной и функциональной целостности любого сложного организма». В качестве ведущего, центрального механизма в иммунитете он выделял распозна вание «своего» и «чужого».

В последние годы в психолого-педагогических исследованиях и публикациях всё чаще используется термин «нравственный иммуни тет». Рассматривая его в качестве гаранта сохранения сферы социально культурной экологии, обретения ею своей первозданной чистоты, боль шинство авторов вкладывает в это понятие формирование и активное проявление у ребенка, подростка, взрослого человека способности к противостоянию негативным влияниям окружающей среды, наличие надежного барьера на пути деструктивных воздействий духовного, мен тального и эмоционального характера, которые имеют место как внутри социума, но и привносятся внешней средой.

По мнению отечественных психологов (1), в первом приближении «нравственный иммунитет» означает совокупность духовных, мораль ных, нравственных свойств личности, направленных на конструк тивную самореализацию и эффективную психологическую невоспри имчивость (резистентность) индивида к нежелательным, дестабилизи рующим вмешательствам со стороны внешнего окружения.

Если под деструктивным воздействием окружающей среды подра зумевается воздействие духовного, ментального и эмоционального ха рактера, то психологическая невосприимчивость (или резистентность) представляет собой общую систему явлений, с помощью которых орга низм и психика человека пытаются выдерживать и действительно вы держивают пресс психотравмирующих факторов, присущих современ ной сфере жизнедеятельности.

Дезадаптация личности, вследствие которой увеличивается риск возникновения «саморазрушающихся» форм поведения человека, затра гивает не только его психологическую, но и духовную, культурную сферы. Следовательно, когда мы говорим о проектной деятельности в сфере социально-культурной экологии, речь идет в первую очередь о разработке и реализации комплекса проектов и программ, направлен ных на профилактику как психологической, так и духовной дезадапта ции тех людей, которые являются объектом воздействия В качестве средства активного противодействия социальным и ду ховным аномалиям нравственный иммунитет относится к свойствам скорее приобретенным, нежели видовым, то есть он не передается по наследству. По наследству передается лишь информация о предрас положенности к формированию иммунитета. Эта информация носит су губо личностный, специализированный характер, обусловленный мен тальностью предыдущих поколений.

Как свойство личности нравственный иммунитет делится на:

1) естественный, возникший в результате неспецифического воздей ствия социально-культурной среды;

2) искусственный, обусловленный конструктивным, целенаправленным влиянием, в частности с помощью социально-культурных проектов и программ, транслируемых установок (так называемых транслятов), норм и ценностей. В зависимости от спо соба и устойчивости образования различают две – постоянную и вре менную – формы существования нравственного иммунитета.

Являясь целью и результатом направленной воспитательной, в том числе проектной деятельности, нравственный иммунитет представляет собой строго специфическое свойство личности, которое изначально противостоит транслируемой на личность деструктивной информации.

Механизм формирования нравственного иммунитета структурно выгля дит как довольно сложный процесс. С его помощью из врожденных ви тальных свойств психики человека выделяются и постепенно развиваются в самостоятельную, устойчивую форму те компоненты, ко торые необходимы и важны для созидательной, конструктивной дея тельности в социально-культурной сфере.

Роль воздействия этого процесса особенно велика, если учесть многократность негативного влияния некоторых социальных факторов микросреды (семьи, «улицы», кампании и т.д.), которое направлено на подавление морально-нравственной составляющей психики ребенка, подростка. Масса примеров убедительно свидетельствует, как такое по давление приводит к разрушению системы ценностных ориентиров, в результате чего человек (чаще всего ребенок, подросток) беспрепят ственно усваивает «ложные ценности», становится орудием в руках элементов, деструктивно изменяющих общественное сознание.

Каждый человек неоднократно в своей жизни являлся объектом применения массы естественных и искусственных способов формиро вания нравственного иммунитета. Воспитательно-образовательная, в целом вся социально-культурная деятельность практически изобилует бесконечными, формальными по характеру и зачастую тщетными «при вивками» нравственного иммунитета со стороны родителей, школы, общественности – в виде чтения моралей, нотаций, «проработок» и т.д.

В этих случаях действие «прививки» легко угасает, либо деструктивно изменяется, встречая ярко выраженную ответную негативную реакцию.

Общественная практика обладает весомым педагогическим по тенциалом для целенаправленного формирования нравственного имму нитета за счет многократного воздействия мощных социально культурных проектов в сфере культуры, искусства, образования, досуга, спорта, театра, музыки, кино, средств массовой информации, игровой деятельности.

Педагогически организованная социально-культурная среда спо собна придать нравственному иммунитету устойчивую форму, создать необходимые условия, предпосылки и возможности для его дальнейше го сохранения, развития и самосовершенствования.

Примечательно, что продуктивность процесса самосовершенство вания нравственного иммунитета, по утверждению психологов, дости гается благодаря накоплению так называемой «иммунной памяти».

Такая память способна в течение продолжительного времени хранить не только позитивную информацию, она прочно удерживает представ ления о нежелательных, деструктивных элементах и в случае их по вторного возникновения быстро распознавать и ликвидировать.

Наиболее интересным является вопрос, каким образом в содержа нии и рекомендациях проектов отражается ответная реакция «нрав ственного иммунитета» на различные воздействия внешней и внутренней среды. Любой из проектов должен каким-либо образом «отозваться» на транслируемые установки (трансляты), которые содер жатся в социологической, экономической, статистической и иной ин формации, поступающей из окружающей среды. Автор проекта призван не просто принять к сведению содержание транслятов, но и критически оценить их суть с целью их выборочного принятия. Следовательно, он должен обладать неким нравственным барьером, позволяющим отде лять позитив от негатива.

В потоке обширной духовной, социальной, ментальной и эмоцио нальной информации, направленной на автора проекта, содержатся как позитивные, социализирующие, так и агрессивные, способные деструк тивно влиять, агенты или «трансляты».

Именно поэтому перед преподавателем на занятии по социально культурному проектированию стоит ответственная задача, связанная с формированием и развитием нравственного иммунитета студентов. Ав тору студенческого проекта необходимо всякий раз выполнять непро стую избирательную миссию: различать, сортировать и «выборочно принимать» трансляты.

Дифференциация необходима и целесообразна. В противном слу чае, при огульном отторжении и критике всех без исключения трансля тов, в том числе и позитивных, развитие и укрепление нравственного иммунитета станет невозможным, поскольку его нравственный барьер утратит способность к фильтрации, лишившись своих защитных свойств.

В отношении иммунной памяти у социально-культурных проектов двоякое назначение. С одной стороны, они направлены на выявление, распознание скрытых деструктивных элементов в той среде, которая повседневно окружает ребенка, подростка. С другой – они помогают не только раскрыть за внешне привлекательной, броской, «суперположи тельной» оболочкой качественно разрушительное, негативное, но скон центрировать в определенных пропорциях энное количество позитивно насыщенных транслятов.

Итак, мы установили, что любая разноплановая по содержанию информация, поступающая из микро- или макросреды, благодаря нали чию «нравственного иммунитета», подвергается жесткому фильтру.

Транслят, содержащийся в массе социально-культурных проектов (об разовательных, развлекательных, художественно-зрелищных, оздорови тельных и других), проходит процедуру критической оценки, осмысления, дифференциации, распознавания. И если транслят, пройдя фильтрацию, будет признан позитивным для индивида, если он будет личностью «принят» по всем параметрам (духовному, ментальному, эмоциональному и т.д.), то содержащаяся в нем информация займет свое место в заветной иерархии ценностей человека, тем самым увели чивая еще на один «кирпичик» общую для этого человека картину ми роздания.

К сожалению, этим ценностям сегодня противостоит масса транс лятов со знаком «минус», не прошедших фильтрации, разрушительных, а отнюдь не созидательных для личности. Однако им должно найтись место в копилке иммунной памяти. Благодаря этому ребенок, подро сток, взрослый человек при повторной встрече с деструктивной инфор мацией сумеет гораздо быстрее распознать и нейтрализовать её разрушительное воздействие.

Таким образом, «нравственный иммунитет» личности относится к явлениям не наследственным, а приобретаемым;

его формирование происходит с момента рождения и продолжается в течение всей жизни;

в детском и юношеском возрасте он постоянно «подпитывается» из множества источников и в самых различных средах, в первую очередь в социально-культурной сфере;

базовым компонентом «нравственного иммунитета» служит система ценностей личности;

с возрастом иммун ная память, постоянно осмысливая и чувственно проживая важнейшие духовные, культурные и социальные ценности, с каждым годом крепнет и обогащается.

Нравственный иммунитет служит естественным механизмом, который формируется психикой личности для защиты «человеческого духа» и обеспечения необходимых условий для конструктивной творче ской самореализации. Широкими возможностями в этом отношении располагают авторские социально-культурные проекты в различных жанрах искусства, прикладного и технического творчества, моды, спор та, игры, вплоть до обыкновенных детских сказок и легенд.

Несмотря на большие воспитательные резервы, которыми облада ет «нравственный иммунитет», процент разрушительного асоциального поведения в обществе, особенно среди молодежи, продолжает оставать ся высоким. В чем причины подобного дисбаланса?

Психологи (в частности, Д. Кудзилов) полагают, что одна из глав ных причин состоит в том, что «нравственный иммунитет» не фор мировался с раннего детства, а если такие попытки в семьях и предпри нимались (например, семейные проекты), то им не хватало целенаправ ленности;

мало кто из взрослых участвовал с детьми в совместной разработке и реализации домашних – театральных, музыкальных, ту ристских, спортивных и других проектов. Кроме того, целенаправленно формировать у ребенка «нравственный иммунитет» может лишь тот, у кого он сформирован в достаточной степени.

Поэтому многие, особенно юные, наши современники имеют «ослабленный» нравственный иммунитет, отсюда и те последствия, которые приходится наблюдать.

Сила и устойчивость «нравственного иммунитета», степень его сформированности и сегодня, и в перспективе может стать важным па раметром при экспертной оценке проектов укрепления и развития сфе ры социально-культурной экологии, проведении сбора и анализа психодиагностической информации по проектным разработкам.

Преимущество проектирования состоит в том, что с его помощью мы не просто осваиваем, но и создаем и развиваем референтную соци ально-культурную среду, необходимую для решения реабилитационных задач и в принципе доступную для изучения и понимания. Поскольку в проектах и программах, связанных с социально-культурной экологией, достаточно полно прослеживаются алгоритмы действий личности в конкретной социальной среде, а также социальные последствия этих действий, постольку такие проекты и программы располагают весомым воспитательным и образовательным потенциалом.

К настоящему времени технологии, наработанные в сфере культу ры, искусства, образования, досуга, спорта – всего того, что мы обозна чаем интегративным термином «социально-культурная экология», вышли за рамки отдельных психолого-педагогических или культуроло гических дисциплин. Они приобрели общесоциальное значение, пре вратились в социально-культурные, неогуманитарные технологии как новый класс гуманитарных технологий.

Смысл социально-культурного проектирования состоит в первую очередь в его «улучшающем» характере, в культивировании всех со ставляющих человеческого бытия, в способности выводить личность за свои пределы в форме конструирования идеального образа человека и мира.

Повседневная деятельность общества в области социально культурной экологии отличается ярко выраженным проективным харак тером, представляет собой совокупность «проектных», по своей сути идеальных, духовных способов и результатов освоения и преобразова ния окружающего мира – природы, общества и самого человека. Сотни, тысячи социально-культурных проектов, реализованных как в дорево люционной России, так и в наши дни, всегда будут служить примером традиционных и нетрадиционных инструментов активного вмешатель ства, поддержки, милосердия и благотворительности со стороны рос сийской общественности.

Таким образом, одним из основополагающих критериев оценки эффективности проектов в сфере социально-культурной экологии явля ется гарантированно длительный срок сохранения приобретенного «нравственного иммунитета». В этом контексте проектная деятельность в сфере социально-культурной экологии служит конкретным свидетель ством перехода от сугубо технократического, социально выхолощенно го проектирования к проектированию природо- и культуросообразному, гуманизирующему, инновационно-креативному. Именно в рамках тако го подхода к проектной деятельности общественность окажется спо собной активно противостоять асоциальным тенденциям, грозящим превратить «общество изобилия» в экологическую пустыню, сделать ответственный выбор мысли и действия в пользу повышения качества жизни, сохранения единства и гармонии культуры и природы.

В основе проектов и программ выстраивается и постоянно при сутствует экологический императив, в соответствии с которым каждый ребенок, подросток, взрослый рассматривается как часть окружающей его живой природы и социальной среды.

Социально-культурная экология, включающая комплекс мер по социально-культурной реабилитации и адаптации нуждающихся в под держке слоев населения, относится к числу наиболее актуальных и вос требованных сфер общественной практики социально-культурной дея тельности.

Между тем сегодня мы наблюдаем определенный разрыв между её достаточно глубокой, ёмкой медико-психологической разработкой, представленной результатами естественнонаучных исследований;

и крайне неудовлетворительным состоянием её социально-культурного, проектного технологического обеспечения.

Именно поэтому в проектной деятельности пока слабо выражены её социально-инженерный и социально-экологический аспекты. Сам процесс разработки и реализации новых социально-культурных проек тов и программ, как и системное использование сопутствующих мето дов создания продуктов или услуг, далеко не всегда и не везде приводит к качественным изменениям и преобразованиям окружающей среды Существующая ситуация вызывает необходимость тщательного рас смотрения проблемы, создания достаточно широкого поля для её изуче ния.

Особую актуальность для характеристики социально-культурного проектирования как инструмента образовательной и воспитательной практики представляет механизм его освоения, включения и использо вания, разработанный и рекомендованный в виде «технологии проекти рования технологий» В.М. Монаховым (2). На основе обобщения практики работы школьных учителей как субъектов проектной деятель ности им сформулирован ряд положений, которые с полным правом можно транспонировать на проектирование во многих отраслях соци ально-культурной сферы.

Приведем лишь некоторые из них, наиболее примечательные, которые можно отнести к каждому автору социально-культурного проекта: выбор технологии основывается на принципе модульного про ектирования учебно-воспитательного процесса;

создание любой обра зовательной технологии предполагает проектирование, создание и практическую реализацию, в определенной последовательности, не скольких дидактических модулей как основных технологических еди ниц образовательного процесса;

автор проекта является обладателем большого поля «рассеянных» методических знаний, которые он осозна ет лишь частично;

в процессе проектирования технологии находит применение «инвентаризация» (а по нашему мнению, и определенная интеграция) этих «рассеянных» знаний.

Обращает на себя внимание то, что автор специально подчеркива ет особую роль и место интегративной функции проектирования в деле обобщения и освоения необходимого технологического инструмента рия. Тем самым еще раз подтверждается тезис о том, что формирование нравственного иммунитета благодаря всепроникающей природе проек тирования в принципе доступно любой из существующих на сегодня социально-культурной технологии.

Развитие нравственного иммунитета как у авторов, так и у пред полагаемых пользователей социально-культурного проекта во многом связано с правильным представлением о социальном, техническом и функциональном качествах (свойствах) конечного результата проекта – культурного продукта или услуги.

Социальное, в данном контексте этическое, качество предполага ет производство и сбыт такого культурного продукта или услуги, кото рые не будут причинять ощутимого морально-нравственного вреда как конкретному потребителю (зрителю, слушателю, читателю и т.д.), так и обществу в целом. В большинстве случаев этот тип качества далеко не сразу и открыто воспринимается потребителем, особенно молодежной аудиторией, если культурный продукт или услуга не граничит с откро венной пошлостью, не носит характера вызывающей «халтуры».

С этих позиций нами строится практическое задание на проект ном практикуме. Каждому из студентов предлагается оценить уровень этического качества одного (на выбор) из популярных в молодежной среде телевизионных проектов, с помощью системного анализа опреде лить, на какую возрастную, социальную, профессиональную группу молодежи этот проект направлен в первую очередь, насколько он соот ветствует определенным морально-этическим критериям, какие суб культурные нормы, традиции, интересы и предпочтения молодых телезрителей: а) нашли в нем полное и всестороннее отражение;

б) от ражены поверхностно и частично;

в) не нашли отражения совсем.

Одновременно студентам предлагается выработать одну-две стра тегии, с помощью которых можно повысить рейтинг популярности по добных телепроектов в молодежной среде.

Но этическое качество проектов как инструмента формирования нравственного иммунитета их авторов и пользователей нельзя рассмат ривать в отрыве от их технического и функционального качества.

Культурный продукт или услуга должны отличаться уровнем их технического исполнения, применения современных технологий в их производстве, вариативности, создания условий для полноценного, комфортного его восприятия потребителем. В самом деле, можно ли го ворить о высоком нравственном рейтинге социально-культурного про екта, если серьезно «хромает» его функциональное качество.

Функциональность достаточно сложное комплексное явление.

Функциональность проектов в сфере искусства, досуга, спорта, как и производимых с их помощью культурных продуктов или услуг, немыс лима без учета психологии аудитории.

Не случайно специалисты-психологи в оценку функционального качества проектных разработок включают целый ряд существенных компонентов, в частности: освобождение целевой аудитории от воз можных неприятных моментов (ожидания услуг, транспорта, размеще ния и т.д.);

оптимальное соответствие продукта одному уровню, без «выпадения» клиентов в высшую или низшую категории;

предупреди тельность в отношении целевой группы со стороны авторов проекта, их готовность и способность преподнести аудитории приятный сюрприз.

Нормальный нравственный иммунитет формируется проектом за счет свободы от всякого рода тенденциозности, уважительного, толе рантного отношения к интересам и пожеланиям людей, индивидуально го подхода, корректности в обслуживании и продажах культурного продукта, наличия доступной и бесплатной информации и т.д.

В процессе базового или вариативного (развивающего, компенси рующего) проектирования на занятиях нами часто используется метод версификации. Работая в учебной аудитории, мы посредством этого ме тода получаем возможность стимулировать творческое начало у студен тов, инициировать разработку студентами различных проектных вариантов (версий).

Останавливаясь на технологиях предварительной диагностики проекта с помощью анализа 1) проектных идей, 2) проектных гипотез, 3) различных способов работы над проектами и различных вариантов их последующей реализации, мы одновременно акцентируем внимание автора на социальных последствиях проекта, прогнозирования его вли яния на формирование позитивных нравственных качеств у молодеж ной аудитории.

Вначале в проектной группе формулируется базовая ситуация для разработки авторской версии: по заказу одного из своих традиционных спонсоров и с его ведома музей (или выставочный зал) объявляет набор в школу молодых волонтеров.

Предлагая свой сюжет проекта на заданную тему, каждый из сту дентов указывает: 1) в какой конкретной области специализируется данный музей (или выставочный зал);

2) кто из спонсоров (фирм, бан ков, сетевых маркетов) и с какой мотивацией выступит с подобным за казом;

3) каков возрастной и социальный состав будущих волонтеров наиболее предпочтителен;

4) с какой целью создается школа, чем будут заняты впоследствии волонтеры;

5) в чем состоит суть и смысл вашей проектной идеи;

6) предлагаемый вами проект является коммерческим или некоммерческим (социальным) и почему;

7) из каких выгодных предложений будет состоять спонсорский пакет;

8) если проект соци альный, можно ли и каким образом переформатировать его в коммерче ский и наоборот;

9) кого можно отнести к целевым группам пользователей проекта;

10) доказать, что у проекта есть перспектива дальнейшего развития;

что его можно неоднократно воспроизвести в других музеях или выставочных залах.

Функциональную и этическую нагрузку несут проекты арендного использования социально-культурных объектов. Каждый из студентов должен охарактеризовать свои морально-этические обязательства как арендатора, так и арендосдатчика. В качестве объекта аренды могут быть выбраны клуб, театр, музей, старинная мебель или коллекция ко стюмов, спортивный, концертный или выставочный зал, плавательный бассейн, парк, ресторан, школа искусств, теплоход, супермаркет, стади он, и т.д.

В авторской концепции проекта следует указать, с какой целью и на какой срок рассчитана реализация аренды объекта, каким по пре имуществу является заказ на данный проект: муниципальным, социаль ным, корпоративным, творческим;

назначение и условия аренды (индивидуальный, групповой, семейный, кооперативный подряд), кто выступает в роли учредителя(лей) или исполнителя (лей) проекта.

Осуществить системный анализ проектной мощности объекта аренды: 1) конкретно назвать объект аренды и определить его тип (не движимость, материальное оборудование, реквизит или аксессуары, ак ватория, транспортные средства и т.д.);

2) соответствует ли объект аренды вашим требованиям к его проектной мощности по конкретным параметрам, входящим в его стоимость (его габариты или размеры площади, месторасположение, гарантированная безопасность на период эксплуатации, пропускная способность;

энергоемкость, уровень квали фикации вспомогательно-технического персонала, наличие коммуналь но-бытовых, инженерных, транспортных и других коммуникаций и др.).

В концепции (обосновании) указать, почему выбран именно этот объект, будет ли он интересен инвестору, спонсору, кредитору, донору проекта, а также целевой группе потребителей, на которую рассчитан проект;

давая характеристику объекта, укажите, идет ли речь о найме недвижимости (помещения, земельного участка, акватории), оборудо вания, реквизита, инвентаря, транспортных средств в целом или по ча стям. Для социально-экономического обоснования проекта аренды следует ответить на вопросы:

а) почему проект актуален для данного типа поселения (микро района, поселка, города);

б) в чем состоят основная идея и общей замысел проекта;

в) на какие целевые группы пользователей рассчитан проект;

г) какую главную проблему поможет решить проект;

д) какие социально-культурные технологии будут ключевыми;

е) укажите возможных партнеров и соинвесторов проекта;

ж) попытайтесь обосновать социально-экономическую эффектив ность проекта, продолжительность аренды, результаты экономического расчета, социальные последствия, окупаемость т.д.

Литература 1. Кудзилов, Д. Б. Роль духовно-нравственного иммунитета в про цессе конструктивной социализации личности / Д.Б. Кудзилов // Психо логия для нас. – Рига, 2004. – № 3(5). – С. 17–20.

2. Монахов, В. М. Технологические основы проектирования и кон струирования учебного процесса / В.М. Монахов. - Волгоград: Переме на, 1995. - С. 53–57.

Е. М. КЛЮСКО НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ ТЕОРИИ ДОСУГА В ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ Тенденции интеграции отечественной науки в мировую обуслав ливают необходимость широкого информирования ученых России о направлениях исследований и их результатов в каждой конкретной об ласти знаний. Это особенно актуально для социальных наук, которые в течение длительного времени по идеологическим причинам были крайне ограничены в доступе к подобной информации. Не стали ис ключением и научные поиски в области социально-культурной сферы, которая рассматривалась «советским» государством как важнейшее зве но в продвижении идей «коммунистического образа жизни».

В данной статье предпринята попытка анализа современного со стояния теоретических исследований по проблемам досуга в зарубеж ных странах, наиболее важных моментов этих исследований, которые приковывают к себе внимание ученых и становятся предметом специ ального научного дискурса.

В 90-х годах ХХ века теория досуга была признана научным со обществом стран Европы и Северной Америки как самостоятельное направление в системе наук. Ученые сошлись во мнении, что начало этому направлению положила работа Т. Веблена «Теория праздного класса» рубежа ХIХ–ХХ веков, в которой было доказано, что досуг мо жет быть предметом специального научного исследования. Накоплен ный социологами за ХХ век эмпирический материал способствовал выработке концепций досуга и параллельному развитию таких наук, как социальная, историческая, культурная антропологии, психология, куль турология, политология и др. В 1999 году Э. Джексон и Т. Бартон поды тожили: в конце ХХ века вопрос о теории досуга, исследования в данной области перестали вызывать улыбки и недоверие ученых, в настоящее время сомнения исчезли (3, с. XVIII). Исследователи досуга аргументированно доказали, что теория досуга имеет право на научный статус, поскольку отвечает критериям научности, сформулированным и принятым научным сообществом зарубежных стран. Это подтверждает ся следующим: регулярностью и систематичностью научных поисков в области досуга начиная с 80-х годов ХХ века;

обращением к ним специ алистов разных научных направлений;

установлением предметного по ля теории досуга;

созданием университетских департаментов по изучению досуга;

профилизацией книг, журналов по его проблемам и широким обсуждением этих проблем на всевозможных научных фору мах. Подчеркивается, что хотя теория досуга и не может соперничать в точности с доказательствами, достигнутыми физико-математическими измерениями и используемыми в естественных науках, но, как и многие социальные науки, имеющие в качестве объекта человека с его рацио нальностью и внутренним миром, теория досуга широко использует для обоснования выдвинутых положений собранные и осмысленно про анализированные факты, применяет доступные методы: статистичес кий анализ, моделирование, корреляцию. Теория досуга имеет перспек тиву выстраивания унифицированной структуры, как это свойственно аксиоматической теории, поскольку способна извлекать применимую к ней предметную сущность из законов, выявленных близкими к ней науками по мере их развития, особенно когнитивной психологией (6, с. 10–13).

Для современных исследований характерен критический пере смотр прежних взглядов на сущность досуга. Так, была отброшена очень популярная в 50–60-х годах ХХ века трактовка досуга как «остат ка жизни», в соответствии с которой работа провозглашалась как «цен тральный жизненный интерес», а досуг – как неограниченная возможность потребления человеком товаров и услуг. Не удовлетворило ученых и определение досуга просто как свободного времени из-за сво ей абстракции, отсутствия конкретного указания на то, чем оно будет заполнено. С настороженностью относятся ученые к леворадикальной позиции, берущей начало в неомарксизме и заключающейся в призна нии дегуманизирующей роли труда в капиталистическом обществе, вследствие чего происходит дегуманизация всех сторон его жизни, в том числе и досуга. При этом выход видится в распространении спра ведливости в мире в отношении распределения материальных и духов ных ресурсов.


Внедрение новых технологий в промышленное производство, а также политический и экономический коллапс, который претерпели страны так называемого «социалистического содружества», существенно поколебали основания данной позиции. Сегодня ученые стремятся найти новые подходы к определению сущностных парамет ров досуга с учетом конкретных жизненных обстоятельств, опираясь на современные концепции общественного развития. Например, К. Род жек, основываясь на взгляды Бэка, Гидденса и др., указывает на комби нацию четырех процессов, называемых подъемом, которые определили изменения в капиталистическом обществе и которые следует учитывать при разработке категориального аппарата теории досуга: информацион ные технологии, экономическое реконструирование капитализма, дез интеграция социалистической альтернативы и появление новых социальных движений, обозначенных как движение за охрану окружа ющей среды, человеческие права и свободу и феминизм, трансформи ровавших социальные условия. Эти изменения продуцировали новый тип общества, организованного вокруг социальных сетей, мобильности и глобального развития, а не классов и традиций;

новой экономики (ба зовой информации и глобальной) и новой формы культуры (сконцен трированной вокруг технологий, массмедиа и гибридности) (8, с. 18).

Можно сказать, что к настоящему времени большинство ученых пришли к единому мнению в отношении сущности понятия «досуг», рассматривая его как человеческую деятельность в контексте дихото мии «работа-досуг». Именно с этих позиций исследуется история раз вития самого понятия. Ученые стремятся восстановить историческую справедливость, признавая за Аристотелем приоритет в определении досуга как «неработы», деятельности, осуществляемой «ради нее са мой» и не связанной с зарабатыванием средств к существованию. Эта характеристика досуга не потеряла свою актуальность и сегодня. Вызы вает интерес и платоновская концепция досуга, основанная на его учении о добродетелях и классах вещей. Его положение о том, что до суг, отнесенный Платоном к высшему классу вещей, может носить ин струментальный характер, с чем Аристотель не был согласен, заняло прочное место в современных трактовках досуга. Ш. Сильвестер, про слеживая путь развития понятия «досуг» с момента его возникновения во времена Платона и Аристотеля, его постепенную трансформацию в последующие периоды существования Древней Греции и Рима, в евро пейских странах – в Средневековье и Новое время, особо выделяет также двух выдающихся мыслителей, ближе всех подошедших к совре менному пониманию досуга: Джона Локка (1632–1704) и Карла Маркса (1818–1883), несмотря на полярность их взглядов на труд в условиях капитализма. Ш. Сильвестер замечает, что Дж. Локк, рассматривая в духе протестантской этики труд как высшую ценность и способ само выражения личности, «усилил и трансформацию досуга», утвердив его как форму «рационально восстанавливающего труда вопреки расцвету безделья и растраченным силам только на удовольствие». Дж. Локк до казывал, что досуг есть средство, способствующее возрастанию про мышленного производства. Карл Маркс, не отрицая огромной роли труда в развитии человечества, но характеризуя его в условиях капита лизма как отчуждающий рабочих от жизнеутверждающей деятельности, видел выход в сокращении времени для выполнения необходимой производительной работы в целях расширения досуга как свободного и творческого труда «ради него самого». В этом Ш. Сильвестер усмат ривает близость идей К. Маркса взглядам на досуг Аристотеля (12, с. 26–29).

Возвращаясь к изначальному смыслу понятия «досуг» как челове ческой деятельности, современные исследователи вносят в него допол нительные нюансы, обусловленные новым исторически временем и накопленными знаниями. Так, У. Купер, объявляя себя последователем аристотелевского взгляда на досуг как деятельности, совершаемой «ра ди нее самой», сосредоточивает внимание на ее внутренней мотивации (6, с. 5–6). По его мнению, досуговая деятельность обусловлена жела нием человека направлять свои усилия на выполнение интересующих его занятий за пределами работы. Вместе с тем У. Купер допускает, что желаемая деятельность может иметь негативный характер: наносить вред здоровью человека или не быть одобряемой обществом (например, курение, потребление алкоголя, охота, которая приводит к гибели и страданию животных и т.п.). Такой деятельности следует избегать, если подумать о ее последствиях. И здесь социальная задача общества со стоит в том, чтобы обеспечить информирование человека о печальных результатах подобной деятельности. Процесс распространения необхо димой информации в обществе У. Купер называет «когнитивной психо терапией». Для У. Купера идеал досуга есть то, что человек желал бы «ради самого этого делания» при правильной оценке всех относящихся к нему фактов (6, с. 7). Он убежден в том, что в подлинно желаемой по зитивной деятельности человек выражает самого себя, поэтому досуг, по существу, есть «самовыражение» человека.

В теоретических исследованиях У. Купер предлагает сосредото чить главное внимание на подлинно желаемой деятельности. Именно это, по его словам, есть основной предмет теории досуга. Если же гово рить о связи теории досуга с другими науками, то она больше всего приближена к психологии, в частности к тому ее направлению, которое имеет отношение к «желанию» (6, с. 8 ).

Представляет интерес и другое положение У. Купера, связанное с идеями Платона. Он считает, что досуг может иметь инструментальный характер, то есть быть деятельностью «ради нее самой» и иметь прак тический результат (например, игра в гольф на пляже может доставлять человеку удовольствие сама по себе и в то же время способствовать за гару, то есть вполне практической целеустановке) (6, с. 6).

Более развернутую характеристику досуга дает Дж. Келли. В повороте исследователей к деятельной интерпретации досуга он усмат ривает большое влияние французского социолога Ж. Дюмазедье, опре делившего в 70-х годах ХХ века досуг как деятельность, не связанную с обязательствами работы, семьи и общества, которая обусловлена волей человека к любой релаксации, развлечению или расширению знаний и добровольному социальному участию, свободному применению своих творческих способностей. Дж. Келли отмечает, что этим определением Ж. Дюмазедье обозначил много новых проблем, требующих научной разработки. Среди них – свобода выбора, отделение от обязательств, которые накладываются другими ролями, и разнообразие к тому, что могло бы быть привлекательным в такой деятельности (5, с. 55). По мнению Дж. Келли, несмотря на предпринимаемые учеными попытки их решения, еще далеко до окончательных выводов.

Дж. Келли формулирует собственные методологические принци пы, которыми следует руководствоваться при разработке категориально го аппарата теории досуга. Это, первое, извлечение позитивных моментов из всего наработанного в области досуга за предшествующие десятилетия и выстраивания их в некоторой логической взаимосвязи, чему он дает название «синтез», и, второе, подход к изучению досуга с позиций диалектики, как и к любому социальному объекту, а в том, что он именно таковой, у ученых нет никакого сомнения. Дж. Келли пишет, что для исследователей досуга общей методологической предпосылкой является признание досуга подлинно социальным феноменом. «Он производное от культуры и продукт социальной системы. Досуг не есть что-то отделенное и вторичное, он встроен в социальные структуры, социальное время и распределительную мощь общества» (5, с. 56). Ис ходя из своих методологических установок, Дж. Келли старается отве тить на некоторые ключевые вопросы теории досуга, которые он расценивает как «вызов» времени, и наметить дальнейшие пути науч ных поисков. Так, Дж. Келли категорически возражает против опреде ления досуга как «равной свободы и выгоды для всех». Он глубоко убежден, что в реальном капиталистическом обществе люди, имеющие разный социальный статус, неравный доступ к материальным и духов ным ресурсам, принадлежащие к различным этническим общностям, обладают разной степенью свободы. Он признает аргументы критики, базирующейся на феминистских концепциях: например, женщины в культуре, характеризующейся мужским преобладанием, подавлены не только тем, куда им позволено идти и что делать на досуге, но также и в доме, поэтому говорить о равной свободе с мужчинами не приходиться.

Высказанные Дж. Келли возражения справедливы и для таких ка тегорий, как «выбор целей», «свобода выбора», «самоопределение» в досуге. Дж. Келли солидаризируется с критикой, которая указывает на абстрактность этих понятий, ставя вопросы: «Что... есть свобода целей и самоопределение для какого-либо субординированного сегмента населения? Что можно сказать о бедных, расово и этнически исключен ных, тех, кто отсечен от удобств в заброшенных городских ареалах и даже большинства стариков? Ресурсы времени, денег, доступа и авто номности неравномерно распределены в любом обществе, особенно в капиталистическом....» (5, с. 58). Дж. Келли указывает на то, что реаль ность досуга – это борьба за деятельность и самоопределение в среде острых различий в финансовой силе, доступе к ресурсам, гендерной и расовой принадлежности, сексуальной ориентации и др. Это также борьба за время и социальное пространство, причем Дж. Келли подчер кивает, что «время остается базовым ресурсом для досуговой деятель ности, оно не только широко варьируется, но также оно показатель возможности самоопределения» (5, с. 56).

Дж. Келли не принимает безоговорочно позицию ученых левора дикального направления, утверждающих, что досуг в условиях рыноч ной экономики есть посредствующий инструмент, который привязывает рабочих к процессу производства и к ролям, поддерживающим воспро изводство капитала. Он товар, приносящий наибольший доход, и не разрывно связан с тем, что покупаемо и что является предметом обла дания. По мысли Дж. Келли, только покупка не есть приобретение то варной формы и собственность не есть еще фетишизм. Если покупка детерминирована только признанием товара своей собственностью и желанием обладать им, то досуг отражает в большей степени фунда ментальное отчуждение. В противоположном случае обладание какой либо вещью может служить инструментом для досуговой деятельности (5, с. 56).


Дж. Келли представляет свое видение проблемы ролевых обяза тельств в сфере досуга. Он поддерживает основанную на функциональ ном подходе позицию, в соответствии с которой досуг подобно другим ареалам имеет роли (5, с. 58). Социологические исследования показали, что наиболее распространенными компаньонами человека в его досу говой практике являются семья и близкие друзья, перед которыми он имеет определенные обязательства. Вместе с тем он не отрицает и неко торой свободы от них. Он подтверждает высказанное им ранее предпо ложение о том, что «досуг, хотя и связан частично с семьей и некоторыми другими общностями, имеет и множество контекстов, свя зей и целей» (5, с. 55).

Дж. Келли концентрирует внимание на пространственных грани цах досуга. По поводу ведущихся среди ученых споров о том, ограни чен ли досуг сферой семьи или представляет собой значимую общественную деятельность, он делает свое заключение. Дж. Келли ставит вопрос: «...обеспечивает ли досуг только маленькое социальное пространство, в котором живут люди, маленький мир защиты от более широкого мира политической и социальной деятельности?» И отвечает:

«Досуг занимает место в своих маленьких мирах, но также и в масшта бе всего общества».

По мнению Дж. Келли, обозначенные проблемы не потеряли сво ей актуальности и могут быть предметом научных исследований с уче том изменившихся условий жизни общества, но параллельно с этим перед учеными встают и новые вопросы, обусловленные развитием электронных технологий, индустрии досуга, процессом глобализации:

«Является ли перспективной тенденцией в досуге ограничение его лишь домашними занятиями и все большее отделение человека от непосредственной связи с общностями по причине развития новых тех нологий в культуре, делающих дом центром различных досуговых раз влечений? Каковы цели и результаты досуга, связанного с затратами средств, использованием медиа, огромным количеством развлечений и образами удовольствия? Какое влияние оказывает процесс глобализа ции на досуг людей в странах, сохранивших традиционный образ жиз ни, каковы его позитивные и негативные последствия и не станет ли досуг ареной новых конфликтов и столкновений? Примет ли наука раз вивающихся стран Юго-Восточной Азии, Африки и Латинской Амери ки взгляд на сущность досуга, сложившийся в европейской культуре?».

Эти вопросы должны быть вынесены для научных обсуждений.

В результате своих раздумий Дж. Келли дает характеристику до сугу в единстве его внутренних противоречий. Это деятельность, дви жимая намерением делать что-нибудь, пространственно-временной, целенаправленный и обдуманный акт, сфокусированный в большей сте пени на процессе, чем на результате. Это область жизни, характеризу ющаяся больше свободой, чем необходимостью. Она не востребована какой-либо ролью, принудительной силой или подавляющей идеологи ей. Досуг неотделим от социальных и культурных контекстов, он есть область относительно детерминированной деятельности в пределах этих контекстов. Говоря о природе досуга, Дж. Келли подчеркивает, что он есть совокупность экзистенционального и социального. Он имеет множество форм, локальностей, социальных сред и результатов. Досуг неотделим от социальных ролей, но и не детерминирован ими целиком.

Досуг включает в себя как индивидуальные занятия, так и совершаемые в общности. Досуг развивается через противоречия так же, как и любое социальное развитие, в разделении – так же, как и в интеграции, под контролем – так же, как и свободно. Досуг многомерен и не может быть охарактеризован каким-либо одним элементом.

Разделяя взгляд на досуг как область человеческой деятельности, К. Роджек уделяет особое внимание категории «свобода выбора», назы вая ее одной из центральных в теории досуга. Методологические осно вания для своего научного анализа он черпает из концепций «социального действия», избегая их крайностей. Он отмежевывается от подхода, разработанного Т. Парсонсом и его последователями, который отдает приоритет социальной системе как катализатору социального действия и тем самым исключает автономность человека в выборе це лей своей деятельности. К. Роджек – сторонник «социологии действия», представленной в веберовской традиции и символическом интеракцио низме. Вместе с тем, он не согласен с учеными, которые, придержива ясь взглядов М. Вебера и пытаясь наложить его рационалистический тезис на объяснение досуговых форм и практики, впадают в другую крайность, преувеличивая значимость свободы в индивидуальном вы боре человека и самодетерминации. К. Роджек старается выработать свой, несколько обновленный «подход действия» для объяснения досу гового поведения, акцентируя внимание на его ситуативных, когнитив ных и чувственных аспектах» (8, с. 14).

К. Роджек полагает, что первоначальными условиями индивиду ального выбора являются сам человек, которого он рассматривает как единство и одновременность проявления умственных, эмоциональных, психических и сенсуальных качеств, обусловливающих внутреннюю мотивацию досуговой деятельности, и социально-культурная и природ ная среда, в которой она осуществляется. Другие условия – непосред ственное место досугового действия, определяющее его конкретную чувственную динамику, и контекст, концептуализированный в разной степени доступа человека к экономическим ресурсам, высшим ступе ням социальной лестницы и другим возможностям. К. Роджек выдвига ет тезис о ситуативности досуговых форм и практики и раскрывает ее причины. Во-первых, деятельность человека редко бывает запрограм мированной;

во-вторых, окружающая среда не должна пониматься как стабильный независимый фактор человеческой деятельности. К. Роджек проводит мысль, что, перефразируя знаменитое изречение Маркса, «люди делают свой выбор в досуге, но они не выбирают те или иные условия выбора или действия» (8, с. 17). Однако деятельность человека всегда может быть рассмотрена как реализация его способности выхода за пределы существующих условий, поэтому с полным основанием можно утверждать: «Досуговая практика отражает контекст окружаю щей среды, но она также трансформирует этот контекст через свои ре зультаты» (8, с. 15). Продолжая далее свою мысль, К. Роджек отмечает, что выбор, место осуществления деятельности и контекст имеют про странственно-временные границы. Сравнительно-исторический анализ досуговых форм и практики свидетельствует о том, что в различных пространственно-временных ситуациях в них проявляется как «уни кальное», так и «общераспространенное». К. Роджек резюмирует:

факторы взаимодействия между выбором, местом осуществления и контекстом обусловливают изменения в досуговой практике (8, с. 15–17).

К. Роджек поддерживает выдвинутое сторонниками постмодер низма положение об этической ответственности человека в выборе важных жизненных решений и использует его в своих рассуждениях о моральных основаниях досуговой деятельности. Ответственный подход человека к выбору видов досуговых занятий диктуется объективной ре альностью – самим фактом его «существования в мире», проблемой выживания в окружающей природной среде и осознанием конечности бытия. «Выживание» в современных условиях интерпретируется как обеспечение жизненного комфорта, состояние здоровья, безопасность.

Особое значение приобретает бережное отношение к природным ресур сам, поскольку природа уязвима, подвержена всяким случайностям, наносящим ей нередко невосполнимый ущерб. Эти моменты могут служить объединяющим началом для людей и стимулировать их к сов местным действиям в сфере досуга. К. Роджек пишет: «Мы обладаем общими интересами в выживании, персональном и коллективном бла гополучии, что является, по многочисленным признаниям, основой для взаимодействия и солидарности». В качестве морального императива для выбора досуговой деятельности К. Роджек выдвигает уже сформу лированные в науке принципы: «забота о себе» и «забота о другом».

«Забота о себе» выражается в осознании пагубных последствий таких видов деятельности, как курение, потребление алкоголя, неправильное питание, загрязнение окружающей среды т.п. «Забота о другом» прояв ляется в усилении защиты прав человека и животных, доверии, «распределительной справедливости» и «социальном включении» в гражданское общество (8, с. 20). «Распределительная справедливость»

означает распределение экономических, культурных и политических ресурсов в целях расширения доступа населения к ресурсам досуговой деятельности. «Социальное включение» предполагает взаимообязатель ства людей по защите окружающей среды, решение проблем маргина лизации, обеспечение прямой заботы и поддержки детей и стариков. На микроуровне оно выражается в создании нового товарищества между активными гражданами и взаимодействии его с законодателями и ис полнителями в решении важных для общности социальных вопросов.

К. Роджек не сомневается в том, что участие людей в общественных де лах способствует реализации концепта «активного гражданина», в чем он видит политическую цель. Досуг, по его мнению, играет значитель ную роль в достижении этой цели. Досуг помогает людям выстраивать отношения на основах взаимности, взаимоуважения и заботе, от кото рых зависит благосостояние общества. К. Роджек признает, что выбор человека в досуге может определяться и чистым гедонизмом, который равносилен сбрасыванию прав и обязанностей, выходу за этические границы как «внутреннего» досуговой практики, может даже вовлекать агрессию и насилие, но досуг есть также время и пространство, в кото ром люди более свободны в приобщении к информации и получению благоприятных возможностей гражданского участия. Свое понимание досуга К. Роджек противопоставляет новолиберальному определению досуга как предмета выбора человека в тех пределах, которые допуска ются законом, и социалистическому принципу государственного регу лирования поведения людей, что не выдерживает испытания временем.

Взамен этого он провозглашает ответственность за саморегуляцию, ко торая является следствием хорошо поставленной общественной инфор мации, и признание гражданином того, что досуговая практика есть зависимая от двух факторов: этических оснований и физического во влечения в общественную жизнь «для самого себя» и « для другого» (8, с. 21).

С категорией «свобода выбора» тесно связана и другая категория «культура досуга», к трактовке которой ученые проявляют неоднознач ное отношение. В большинстве своем они склонны определять досуг как позитивную деятельность человека, способствующую его духовно му и физическому совершенствованию, чем и было обусловлено введе ние в научный оборот понятия «культура досуга». Наиболее ярко данная позиция представлена в работах Р. Стеббинса. Он предложил собствен ную классификацию форм досуговой деятельности, положив в основу ее признаки: приобщение к ценностям культуры, затрата физических сил и внутренней энергии, длительность ее осуществления. Он выделя ет три вида досуга: «серьезный досуг», «случайный досуг» (9, с. 69–79), «спроектированный досуг», или досуг «от случая к случаю» (10, с. 1–11). Первый характеризует любителей, деятельность которых про диктована глубоким интересом к искусству, науке, спорту, приобретени ем в этих областях глубоких знаний, ставящих их на уровень профессионалов;

хоббистов-коллекционеров, людей, увлекающихся рыбной ловлей, изготовлением каких-либо вещей, проявляющих инте рес к спортивным занятиям, игровой деятельности, не преследующей денежного выигрыша, а также людей, одержимых приобретением зна ний ради самих себя – ненасытных читателей книг по разным областям искусства, спорта, истории, философии, лингвистики, кулинарии или художественной литературы. «Серьезным досугом» Р. Стеббинс называ ет и волонтерскую деятельность в разных сферах жизни. «Случайный досуг» он определяет как деятельность кратковременную, осуществля емую ради забавы, не подкрепленную желанием серьезно заниматься ею. «Спроектированный досуг» предполагает умеренное творческое мероприятие, требующее определенных мыслительных и физических усилий, иногда даже специального тренинга, совершаемое по мере необходимости (например, добровольное участие в организации Олим пийских игр и т.п.). Он занимает как бы промежуточное место между двумя первыми видами досуга и с одинаковой вероятностью может пе рерасти в один или другой. Р. Стеббинс доказывает, что серьезный досуг приносит человеку немало «выгод»: делает возможным «самоак туализацию», духовное обогащение, расширяет социальные связи, вос питывает в человеке чувство собственного достоинства. Ученый видит перспективу именно в развитии серьезного досуга, однако при условии широкой популяризации его в обществе. Но наряду с данной точкой зрения все увереннее прокладывает себе путь и другая, в соответствии с которой категория «культура досуга» понимается более широко, не только как позитивная деятельность, но и негативная, выходящая за рамки принятой в обществе морали и установленного порядка (Э. Джексон, С. Роджек, Д. Скотт, С. Шоу). Наиболее аргументирован ное обоснование данной позиции дал С. Роджек в специально посвя щенной этой теме статье (7, с. 81–93).

К. Роджек вступает в полемику со Стеббинсом, утверждая, что его представления о досуге применимы к «идеальному обществу», они находятся в противоречии с объективной действительностью современ ного мира. Эти представления исходят из моральных установок 50– годов ХХ века, когда труд воспринимался как высшая ценность, а укло нение от него – как аморальный акт. Деятельность людей, добровольно отказывающихся от работы, не была предметом рассмотрения ученых и априори считалась девиантной и относящейся к области изучения та кими науками, как криминология, психология, медицина. К. Роджек уверен, что в любом обществе всегда существовала и существует «со циальная страта», расценивающая труд как «сокращение форм жизни», и это относится не только к аристократии и сверхбогачам (иначе названным Т. Вебленом праздным классом), живущим за счет накоп ленного капитала, но и к тем, кто не обладает высоким социальным ста тусом и большими доходами. К. Роджек включает в эту категорию людей богемы, путешественников, бродяг, алкоголиков, наркоманов, во ров. Он перечисляет черты, которые идентифицируют представителей этой группы: они отвергают трудовую заработную плату и моногамию как атрибут принятого в обществе «нормального» жизненного стиля, скептически и враждебно относятся к ценностям «правильного обще ства», оценивая его как бытие, чрезмерно ограничивающее их свободу и наносящее ущерб их личности. Они испытывают недостаток в честном капитале и произвольно изменяют понятие «заработная плата», а также «бракосочетание» для продолжения рода и часто ведут бродячий образ жизни (7, с. 84–85). По аналогии с вебленовским определением К. Род жек предлагает назвать данную социальную группу «альтернативным праздным классом». Причины его существования К. Роджек видит, во первых, в том, что сама сущность досуга как деятельности доброволь ной, связанной с личным выбором человека, предполагает игнорирова ние им обязательств, которые он должен выполнять на работе, в семье, среди ближайшего окружения. Она толкает его на выход за пределы «правил и ценностей ежедневной работы и морали», поэтому не слу чайно, что альтернативный праздный класс сконструировал свой жиз ненный стиль в пределах досуга. Вторая причина кроется в амбивалентности социальных правил и законов, которая способствует их разной интерпретации. Деятельность альтернативного праздного класса К. Роджек характеризует как «антиномиальную», то есть «проти воречащую закону», используя употребляемый в науке термин «анти номиализм». Только крайние ее формы, такие как убийства, насилие, психическая атака, вандализм, он подводит под понятие «девиантное поведение». К. Роджек делает вывод о том, что антисоциальные, амо ральные и девиантные формы досуга есть внутренние составляющие «культуры досуга». Он пишет: «Делая ударение на слове внутренний, я хочу заявить, что это сущностный, нарушающий закон элемент культу ры досуга сам по себе» (7, с. 86).

К. Роджек обращает внимание на то, что в современном постин дустриальном обществе все большее число людей будет попадать в «де виантную» страту по причине труда или длительной безработицы, обусловленной внедрением новых технологий и новой системой произ водственных отношений. Прежнее жесткое, иерархическое разделение в пределах работы и между работой и досугом заменяется более неустой чивым и менее стабильным порядком. В постиндустриальном обществе социальные и моральные нормы периода стабильного развития капита лизма, когда работа ассоциировалась с постоянным источником само уважения, теряют свою ценность. Возникает необходимость пересмотра категорий работы и досуга и совокупности этических кодов, привязан ных к ним. Особенно необходим новый научный подход к «нерабочим категориям»: «культура досуга» и «неработа», являющимся важными категориями морального сознания и требующим своего рассмотрения с точки зрения морали (7, с. 86, 93).

В определенной степени выражают свое согласие с позицией К.

Роджека Э. Джексон и Д. Скотт, анализируя условия, толкающие чело века на нарушение законов (4, с. 299–321), и С. Шоу, поднимающая в своем исследовании ту же проблему применительно к женщинам (11, с.

271–281).

Относительно новой проблемой, поднятой в теории досуга, явля ется установление связи между категориями «досуг» и «социальный ка питал». Концепт социального капитала привлек к себе внимание ученых, политиков и прессы в середине 1990 годов, а с 1999 года к нему обратились теоретики досуга. Стимулом послужило исследование Дж.

Хемингуэя, целью которого было рассмотрение социального капитала как первоначального связующего звена между досугом и гражданской демократией (2, с. 150–165). В своих дальнейших научных поисках ученые взяли на вооружение некоторые общие положения, сформули рованные в работах П. Бордье, Дж. Колемана, Р. Путнама. В суммиро ванном виде они сводятся к следующему: социальный капитал-продукт целенаправленного действия людей;

это деятельность кооперированная, добровольная, основанная на взаимном признании обязательств и ожи даний, на доверии друг к другу, дающая каждому участнику воз можность доступа к специализированной и привилегированной инфор мации, пользованию ресурсами, находящимися в распоряжении органи зации. Нормы и санкции поощряют членов к деятельности для коллективного блага, даже если она не приносит выгоду ее индивиду альному члену. Добровольные ассоциации независимо от того, вокруг какой деятельности они были созданы (союзы, гильдии, кооперативы, спортивные клубы, любительские объединения и т.п.), усиливают граж данские связи, объединяют людей и способствуют улучшению каче ственного состояния общества;

социальные связи, в которых социальный капитал существует, не есть данное природой и что-то ста тичное: создание и поддержка социального капитала зависит от созда ния и поддержки социальных связей, основанных на взаимодействии людей (1;

с. 391).

Теоретики досуга, развивая эти положения, акцентируют внима ние на том или ином аспекте социального капитала применительно к досуговой деятельности, на роли досуга в увеличении его объема (Т. Блэкшоу, А. Вод, Т. Гловер, Дж. Лонг, К. Роджек, М. Севидж, Г. Тем пьюболон, Дж. Хемингуэй и др.).



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.