авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 21 |

«А.И. Субетто КАПИТАЛОКРАТИЯ И ГЛОБАЛЬНЫЙ ИМПЕРИАЛИЗМ Санкт-Петербург 2009 УДК 316:321 ББК 66 С89 С89 Субетто, ...»

-- [ Страница 13 ] --

Читаю Тайичи Сакайя «Стоимость, создаваемая знанием, или история будущего». Работа опубликована в 1992 году, 70 лет спустя после статьи о ноосфере В. И. Вернадского. Но насколько она по своему уровню ниже уче ния о ноосфере Вернадского, хотя вроде бы и построена на рефлексии клю чевой функции знаний в современной экономике. По Тайичи Сакайя муд рость становится товаром. Он даже не понимает, что если мудрость превратилась в товар, то она перестала быть мудростью. Мудрость не продается и не покупается, она «выше рынка». В этом ее сущность.

Но в пространстве западной рефлексии сама мудрость оказалась ко рыстной, т.е. не мудростью, не разумом, а только прагматическим рас судком. Но Сакайе не дано этого понять. «Итак, товаром, которым мы обла даем в изобилии, является мудрость. Отсюда следует, что в складывающемся сегодня обществе наибольшее уважение будет вызывать образ жизни, сопро вождающийся бросающимся в глаза потреблением мудрости (в ее самом ши роком понимании), а находить наилучший объект будет продукция, свиде тельствующая о том, что ее покупатель – человек «умудренный» (с. 347, 348). Иными словами, потребительское общество как другая сторона ка питалократии, диктатуры Капитала-Бога или Капитала-Фетиша пре вращает «мудрость» и «знания» в товар, «мудрость» потребляется Ка питалом-Богом как любой товар и превращается в деньги.

«Мудрость» обменивается на деньги и деньгами уничтожается.

«Мудрость» монетаризируется. Но служитель Капитала-Бога Тайичи Сакайя даже этого не понимает. Он рассуждает о «просвещенном своекорыстии» (с.

346) точно также, как и Владимир Владимирович Путин о «просвещенном либерализме». Просвещенное своекорыстие это – своекорыстие, обуслов ленное торговлей мудростью. Мудрость капитализируется. Она превра щается в мудрость Капитала-Бога, вначале забирающего мудрость у лю дей, превращая их в «безмозглых» роботов-потребителей, а затем уничто жающего людей с помощью у них же капитализированной мудрости. «Сата на там правит бал, сатана там правит бал, мудрость людей продается за капи тал!».

Тайичи Сакайя выступает провозвестником нового «знаниевого ли берализма», а вернее меритократии, ассимилированной капиталократи ей, в которой конкуренция как форма уничтожения неконкурентоспо собных людей становится «флагом» нового своеобразного фашистского либерализма, который хорошо был описан в фильме «Кин-дза-дза».

«В обществе, основной чертой которого является безбрежное многооб разие благ и преходящий характер их ценности, экономическая среда станет жесткой и безжалостной, а психология рынка будет сводиться к девизу «победа или смерть», что будет означать гибель недостаточно энергич ных или работающих без должного блеска фирм. И, тем не менее, именно этот процесс жесточайшей конкуренции, где победителю достается по настоящему жирный кусок, а проигравший теряет все, способен служить средством, которое позволит обществу добиться еще больших достижений»

(с. 353, 354).

В этом «манифесте» устами Сакайя неокапитализм обнажается до кон ца. Жизнь людей, расцвет их разума, творчества, жизнь природы, проблема социоприродной гармонии, к которой пытается хоть как-то подойти А.Гор, его (неокапитализм) не интересует. Социальная Капитал-Мегамашина устами Сакайя манифестирует себя как антигуманистическая машина, направляю щая человечество в свои механизмы переработки, словно заключенных в га зовые камеры, для того, чтобы обеспечить самовозрастание Капитала за счет жизней людей.

6.8. Гэлбрейт как критик экономического либерализма.

Ограниченность его критики Джон Кеннет Гэлбрейт – один из старейших представителей амери канской экономической научной мысли. Родился в 1908 году. Его перу при надлежат такие крупные монографии как «Американский капитализм»

(1952), «Великий крах» (1955), «Общество изобилиия» (1958), «Новое инду стриальное общество» (1967), «Эпоха неопределенности» (1976), «История экономической науки: прошлое как настоящее» (1987), «Культура удовле творенности» (1992), «Справедливое общество» (1996). Именно Джон К.

Гэлбрейт один их первых провел переоценку реалий экономической систе мы в США, обратив внимание, что она на 55% плановая и только на 45% ры ночная.

Знакомлюсь с работой «Справедливое общество» по «Антологии» «Но вая постиндустриальная волна на Западе» (1999). Выделяю следующие важ ные моменты с позиций моей теории капиталократии («Капиталократия», 2000).

1. «Никто не оспаривает того, что власть по-прежнему находит ся у собственников капитала» (с.227).

2. Гэлбрейт считает, что капитализм становится более справедливым обществом через повышение роли государства в обеспечении социальных гарантий.

3. Гэлбрейт выступает против мифа либерализма, по которому рынок обладает самоорганизующей силой. «Следует добавить, что без вмешательства государства современная экономика не может функциониро вать нормально и стабильно. Пагубные последствия для нее имеют чрезмер ная спекулятивная активность, тяжелые и длительные кризисы и депрессии»

(с. 230). Иными словами, Гэлбрейт, пусть и в противоречивой, непоследова тельной логике, возвращается к социалистической идее управления со сторо ны государства экономическим развитием. «По поводу того, какие именно действия необходимо предпринять, чтобы управлять этими процессами, ведутся горячие споры, но мало, кто сомневается в том, что это – задача го сударства. Любой президент и премьер-министр знает, что во время выборов с него со всей строгостью спросят за состояние экономики, и не всем удается выдержать этот экзамен» (с. 230).

4. Не принимая социализм, особенно на фоне победы США в «холод ной войне» и крушения СССР, Гэлбрейт одновременно и не принимает пол ной приватизации, которую у нас России проводят президенты Ельцин и Путин. Он пишет: «В качестве общего правила всеобщая приватизация се годня так же неприемлема, как и социализм. Существует огромная область хозяйственной деятельности, в которой роль рыночных механизмов не под лежит сомнению и не должна оспариваться, но есть и не менее обширная, по стоянно разрастающаяся по мере повышения уровня экономического благо состояния, область, где услуги и функции государства или жестко необходи мы, или представляются весьма целесообразными с социальной точки зре ния. Поэтому приватизация в качестве основного направления государствен ной политики ничуть не лучше социализма» (с. 231).

5. Гэлбрейт признает главный недостаток рыночной экономики – это ее нечувствительность к долгосрочным стратегиям экономической деятельности. «Рыночная экономика… ориентируется на относительно бы строе получение прибыли;

эта прибыль является мерилом ее успеха. В долго срочные проекты капиталы инвестируются неохотно, а то и вовсе не вклады ваются. …предприниматели не стремятся брать на себя ответствен ность за экологический ущерб» (с. 232). Поэтому Гэлбрейт считает, что должна быть большая доля государственной экономики, обеспечивающая ка питалоемкие научно-технические и экологические проекты. В его оценке, осо бенно в этом направлении преуспела Япония. Я бы назвал данное явление воздействием ноосферного императива на трансформацию рыночно-капи талистической экономики в сторону ее большого «огосударствления».

6. Отдавая должное коммунистическому идеалу, Гэлбрейт считает его невыполнимым вследствие буржуазной природы человека (уже на моем язы ке). Здесь продолжает действовать буржуазное неверие в возможность аль труистической формы бытия человека, которое, в моей оценке, является все той же скрытой формой апологетирования капитализма как человеческого бытия на вечные времена, потому что, человеческая эгоистическая, буржуаз ная природа неисправима. «Одно из влиятельных направлений общественной мысли выдвигало положение о том, что более высокий уровень мотивации обеспечивается или может быть обеспечен за счет уравнительной системы вознаграждения – «от каждого по способностям, каждому – по потребно стям». Эту надежду питали многие, отнюдь не один Маркс, но история и весь опыт человечества показали ее несостоятельность. Хорошо это или плохо, но люди не способны подняться до таких высот. Осознание этой истины разоча ровало и опечалило не одно поколение социалистов…» (с. 233).

Но здесь Гэлбрейт передергивает факты. И Маркс, и Ленин, и все ком мунисты понимали, что реализация этого принципа – дело далекого будуще го. На пути к нему лежала большая историческая эпоха социализма с его принципом неравенства: «От каждого по способностям, каждому по труду».

Распределение по труду – это принцип и социализма Иисуса Христа. Этот принцип Владимир Ильич Ленин неслучайно в работе «Государство и рево люция» (1917) назвал «буржуазным правом». И, однако, советский социа лизм, подняв труд на необычайную высоту, создав «общество труда», обес печил прорыв России к творчеству, к образованию, к космосу, к большим по бедам и в битве с немецким фашизмом, и в послевоенном восстановлении народного хозяйства, которого не знала ни одна страна мира, и в образова нии, и в культуре. «Советская цивилизация» Сергея Кара-Мурзы прекрасно дает анализ той альтернативы капиталистическому жизнеустроению в виде советского социалистического строя, которая была настоящим прорывом че ловечества к будущему. Буржуазные экономические мыслители, даже 150 лет спустя, не могут подняться до высоты прозрения Маркса и Ленина и про должают жить как «навозные жуки в куче капиталистического навоза», ду мая, что это есть вершина «навозной жизни», не замечая, что ей подписан экологический приговор Матерью – Природой.

Дж. К. Гэлбрейт узаканивает сверхбогатство немногих в американском обществе как условие мотивации для других к накоплению своего богатства.

В этом и состоит «справедливость» справедливого американского общества.

А то, что справедливость американского общества обеспечивается за счет не справедливой системы эксплуатации ресурсов Земли, присвоения «справед ливым» американским обществом почти 50% ресурсов Земли и изъятия их из системы витального обеспечения остального человечества – «незолотых миллиардов», это уже Гэлбрейта не касается.

Гэлбрейт – один из немногих американских экономистов, который не придерживается оголтелой апологетики монетаризма, но даже и он не выходит за пределы границ «экономического разума», жестко фиксируе мых системой идеологической защиты устоев мировой финансовой ка питалократии.

6.9. Предел капиталистической формы интеллекта на примере работы Ч. Хэнди Работа Чарльза Хэнди «Лучший дух за гранью капитализма: поиск цели в современном мире» (1997), представленная в анализируемой мною антоло гии под редакцией В. Л. Иноземцева, интересна тем, что в ней отражены беспокойства буржуазных экономических мыслителей на фоне, казалось бы, Финала Истории в форме установления свободно-рыночного капитализма как Конца Истории по Ф. Фукуяме и Ж. Аттали на вечные времена.

Чарльз Хэнди, хотя он и не выходит за пределы апологетики капита лизма, обеспокоен его антиэкологической сущностью и ищет механизмы его исправления, но опять таки с помощью того же рынка и частной соб ственности, которые он критикует. «Рынком игнорируется все, что не имеет стоимостного выражения. Самый яркий пример – окружающая сре да… То, что никому не принадлежит, не имеет стоимостного выражения и не может быть включено ни в один расчет. Выход, очевидно, состоит в том, чтобы определить цену природных ресурсов путем установления налога на их исполь зование или как минимум на нанесение им ущерба, но на практике такую поли тику осуществить сложно» (с. 178). Вот он предел – реальный предел капита листической формы интеллекта, который продолжает находиться в ло вушке мифа частной собственности и «хомо экономикус», стремящегося к максимизации собственной прибыли, и, собственно говоря, абсолютизации социально-атомарного устройства общества и «Я – онтологии». Комму низм как течение человеческой мысли исходит из ложности постулатов этого мифа и «естественного» буржуазного человека. Человек коллективен изначаль но. В основе бытия человека лежит «Мы-бытие». Адекватная онтология чело века – «МЫ-онтология», на базе которой и формируется бытие личности – «Я онтология». «Я-онтология» – вторична по отношению к «МЫ-онтологии». И «наше» имеет не меньшее значение, чем «мое». На этом покоятся основания всех общинных цивилизаций Востока, который Запад высокомерно называет «традиционными обществами». Запад иллюзорен по своему первичному посту лату своего бытия – постулату первичности «Я-онтологии». Запад выстраивает иллюзию социальной атомарности бытия социального человека, фактически разрушающую социальность и базирующуюся на абсолютизации «гиперэго»

человека. Эта иллюзия есть иллюзия буржуа. И дискурс Чарльза Хэнди не вы ходит за пределы этой иллюзии, как и дискурс и Альбера Гора, Джона Гэл брейта и других, в том числе В. Л. Иноземцева, принявшего феноменологиче скую науку Запада за вершину обществоведения.

«Запад», если принять призму рефлексии Чарльза Хэнди, как некий инди катор научно-обществоведческой мысли на Западе, растерян, он находится в вакууме «идей будущего», он, с одной стороны, мучительно натыкается на «стены» собственной философии индивидуализма, в какой-то мере начинает прозревать вопрос: «истинна ли сама по себе философия индивидуализма и на ее основе философия капитализма?», а, с другой стороны, как заклинание по вторяет: «свободный рынок», «эгоистический индивид», «конкуренция», «борьба за жирный кусок богатства, присваиваемого лично», «частная собст венность» – вот те ценности, которые «естественны» и изменены быть не могут.

Капиталистический человек как «бунтующий человек» Камю поднимает «бунт» в «капиталистическом стакане своего бытия» – «микробунт», как уче ный-экономист Чарльз Хэнди. «Я все еще ловлю себя на том, что бросаю зави стливые взгляды на красивые дома, объявления, о продаже которых печатают в журналах с глянцевыми обложками, так что у меня отнюдь не выработался им мунитет к символам успеха, столь привлекательным для ориентированных на внешний мир. Однако мне хочется верить, что теперь, будучи уже весьма по жилым человеком, я твердо придерживаюсь ценностей группы, ориентирован ной на внутренней мир, и ищу путей проявить мою истинную сущность и оста вить свой след в жизни» (с. 188). Чарльз Хэнди приходит к признанию мысли тельного тупика, но его «перепрыгнуть» он не может в силу своей буржуазно сти. «Капитализм, каких бы успехов он не достиг, никогда не сможет дать ис черпывающего ответа на вопрос: «зачем мы живем?». Мы можем искать выход либо в разработке совершенных теорий управления, которые принимают в рас чет, как пределы возможностей человечества, так и его потенциал, либо в соз дании новой экономики, которая учитывает реальную ценность предмета, а не только его стоимость. Однако эти преобразования могут быть в том случае, ес ли мы поймем, что хотим от жизни для себя и для других» (с. 100).

6.10. Противоречия в критике стратегии устойчивого развития у экономиста Х. А. Барлыбаева Профессор, д.э.н. Ю. П. Григорьев во время конференции в ВАТТ по знакомил меня с интересной работой Х. А. Барлыбаева «Путь человечества:

самоуничтожение или устойчивое развитие» (2001 г., М., Изд-во Комиссии Государственной Думы по устойчивому развитию, 143 с.). Предисловие к книге летчика-космонавта СССР В.И. Севастьянова, депутата Государст венной Думы, заместителя председателя Комиссии Государственной Думы по проблемам устойчивого развития, президента «ГЛОБЕ – Россия», дважды Героя Советского Союза.

В предисловии Севастьянов приводит ряд интересных фактов, важных для теории «Ноосферизма», которую я разрабатываю:

1. 20 декабря 2002 год 55-я сессия Генеральной ассамблеи ООН приняла резолюцию «Десятилетний обзор хода осуществления решений Конференции ООН по окружающей среде и развитию». Резолюция предусматривает, что заседание действующей с 1992 года Комиссии ООН по устойчивому разви тию будут преобразованы в заседания Подготовительного комитета юбилей ной конференции. Сессия постановила, что «Комиссия, действуя в качестве подготовительного комитета, должна: (а) провести всеобъемлющий обзор и оценку осуществления «Повестки дня на XXI век» и других решений Конфе ренции на основе результатов национальных оценок и субрегиональных и ре гиональных подготовительных совещаний, документации, которая будет подготовлена Генеральным секретарем совместно с руководителями целевых групп, и других материалов, представленных соответствующим междуна родными организациями, а также на основе материалов, представленных ос новными группами;

(б) определить основные достижения и уроки, извле ченные в ходе осуществления «Повестки дня на XXI век»;

(в) выявить ос новные препятствия на пути осуществления «Повестки дня на XXI век»

и предложить для принятия конкретные меры ограниченной продолжи тельности и организационные и финансовые потребности, а также опреде лить источники такой поддержки;

(г) рассмотреть новые проблема и воз можности, которые возникли со времени проведения Конференции в рам ках «Повестки дня на XXI век»;

(д) рассмотреть пути укрепления организа ционной основы устойчивого развития, а также оценить и определить роль и программу работы Комиссии по устойчивому развитию». Интересным и диагностирующим является высказывание автора предисловия по поводу выполненного Барлыбаевым анализа «Повестки дня XXI века» и ее реализа ции за прошедшее 10-летие: «Подобного анализа пока никто не осуществ лял, а это является главной задачей предстоящего в 2002 году юбилейного форума. Есть подозрения, что определенные круги постараются не до пустить такого анализа» (с. 8).

В «Введении» Барлыбаев де-факто признает, хотя явно об этом не говорит, что капиталистический или более широко – частнособствен нический разум, будучи стихийным, даже «инстинктивным», ускорен ными темпами готовит себе экологическую гибель.

В самой позиции Барлыбаева как экономиста (он – доктор экономиче ских наук, заведующий кафедрой общеэкономической теории Башкирского государственного университета, заместитель председателя Комиссии Госу дарственной Думы по проблемам устойчивого развития, заместитель предсе дателя Комитета по собственности в Госдуме) просматривается фунда ментальное противоречие: с одной стороны, он является сторонником при ватизации (даже книгу написал «Приватизация на пользу народу»), институ та частной собственности, который и увеличивает неустойчивость социаль но-экономического и экологического развития России, с другой стороны, ра тует за решение экологических проблем, думает об устойчивом развитии, «бьет тревогу», что «безудержное переваривание в его (человека, С.А.) же лудке ресурсов органической природы и развеивание по ветру неорганиче ских источников начинает угрожать не только разрушением биосферы и на рушением экологического равновесия, но и тем самым ускоренными темпа ми приближают смерть самого человечества, создают угрозу наступления преждевременного «конца истории» (с.11).

В этом плане Б. Коммонер более четок в своей оценке причин глобаль ного экологического кризиса, которую он сделал за 30 лет до Конференции ООН в Рио-де-Жайнеро в 1992 году (на которой была принята «Повестка дня на XXI век»), и за 40 лет до книги Барбылаева: технологии, базирующиеся на частной собственности, уничтожают самое главное богатство человечест во – экосферу.

В книге Барбылаева имеются серьезные предупреждающие прогнозные оценки:

1. «… откладывание принятия организационных мер по переходу все го человечества к устойчивому развитию до 2015 года угрожает нашим потомкам весьма сильными потрясениями в период 2030–2070 годов»

(с. 30);

2. «… человечеству придется заниматься не элементарной защитой природной среды, а кардинально революционизировать всю философию своей жизни на Земле, нравственные и этические ценности, законы эко номической жизни, систему потребностей и потребления, соответст венно способы производства и распределения материальных благ» (с. 30);

3. «Человечество должно отказаться от философии экзистенциа лизма как теоретического отражения устремления к выживанию от дельного индивидуума и перейти к философии экзистенциализма – тео рии выживания всего человечества» (с. 46);

4. «… философия сможет сохранить себя, как науку, при выборе сво им предметом человека и человечество как структурного элемента все ленной, определение законов развития человечества как неотъемлемой части закономерностей развития природы» (с. 47);

5. Стимулятор отчуждения от природы человека, общества и анти экологических форм хозяйствования – конкуренция (с. 56);

6. Промышленная и коммерческая тайна – заговор делового мира против природы (с. 57).

Автор фактически подкрепляет своими взглядами выводы моей «Капи талократии» (2000 г.), что мировая финансовая капиталократия ведет челове чество к «капиталистической гибели по экологическим причинам».

Продолжаю осмысливать «концептуальные построения Халия Абубака ровича Барлыбаева в книге «Путь человечества: самоуничтожение или ус тойчивое развитие» (2001). Его критика «экономикса» совпадает с моей, ко торую я развиваю во «Введении в философию экономики и экономической науки».

Главные позиции критики – это:

1) антиэкологический характер «экономикса», определяемый исходны ми, фундаментальными, системообразующими положениями: спросом и предложением, рыночным равновесием между ними и конкуренцией;

2) «экономикс» как превращенная форма самой экономической науки, порожденная, уже в моей оценке, целью апологетики капиталократии и рынка;

3) мировая капиталистическая система как «современный всемирный феодализм».

Х.А. Барлыбаев показывает, что присвоение природы через механизм частной собственности на капитал и государство, подчиненное Капи талу, порождает своеобразный современный феодализм. «Узурпация пра ва собственности человечества узким кругом лиц, кроме присвоения послед ним стоимостной доли участия воздуха и воды в стоимости продукта, приво дит к ущемлению интересов реального собственника – человечества – еще и в другой форме: узурпаторы разрушают объект собственности – воздух и воду» (с. 60,61).

Х. А. Барлыбаев апеллирует к работе Б. В. Прыкина «Новейшая тео ретическая экономика. Гиперэкономика (концепция философии и естест вознания в экономике)» (М., 1998), в которой проводится та же мысль, что и мною в «Социогенетике…», «Ноосферизме» и других моих работах:

человеческие экономика и хозяйство должны приобрести согармониче ский характер всей Биосфере, Геосистеме, я бы сказал, Ноосфере.

Б.В. Прыкин пишет: «Действия человека основываются и должны вписы ваться в общую систему обменных процессов вселенских структур, и по этому теоретической экономике не следует ограничиваться и абстрагиро вано изучать экономические действия как «вещь в себе», а органические действия человека включать в экономические действия глобальной сис темы. Взаимодействие вещества и энергии в природе происходит милли арды лет, и их целенаправленность выделена самой природой, она разви вается в сторону самоорганизации, усложнения и упорядочения всех без исключения вселенских структур. Эта же целенаправленность передается и поддерживается через генотип у человека» (с. 166). Фактически Б.В. Прыкин, и, цитируя его, Х.А. Барлыбаев, переформулируют, сами того не ведая, по отношению к человеческой экономике закон Бауэра Вернадского (в изложении Казначеева). «Чтобы сохранить сотрудничест во человека и экосистемы, следует достигать определенного соотношения между естественными и искусственными процессами. Нужно всегда сле довать основному принципу сотрудничества: скорость самострукту ризации в Геосистеме за счет естественных и искусственных процес сов всегда должна превышать скорость их деградации» (с. 96). Вслед за этим императивом, к сожалению, начинаются «советы», не выходящие за пределы институционализма в экономической науке, в основе которого лежит постулат признания ключевой роли механизма рынка: советы по совершенствованию налоговых и финансовых механизмов компенсации ущерба, применению теоремы Коуза, эффекта Парето, перевода экстер нальных издержек в интернальные, создание высоких, безотходных и энергосберегающих технологий и т.д. В этом проявляется слабость либе рально мыслящих экономистов!

Критика современного экономического разума есть форма созидания действительного экономического разума. Действительный экономиче ский разум есть такой разум, который экономическую реальность и сис темы хозяйствования выстраивает в соответствии с ноосферными за конами. Иначе капиталистическая гибель человечества в XXI веке по экологическим причинам! Действительный экономический разум есть ноосферный экономический разум, в системе которого экономическая наука обретает свои истинные основания.

6.11. Память против капиталистической глобализации Осознание современной эпохи капиталистической глобализации, за фа садом которой скрывается все тот же старый империализма, которому дал резкую оценку Владимир Ильич Ленин в своей гениальной работе «Импе риализм как высшая стадия развития капитализма», будет не полным, если мы не привлечем к нашему анализу категорию «память».

«Философия памяти» еще не создана, хотя потребность в ней высока, потому что без нее нам не осознать адекватно сущность нашего бытия, про цессы в нем происходящие, закономерности, которые ими управляют.

Категория памяти не занимает того необходимого для нее места в кате гориальной сетке философии, которое она должна занимать. Категория бы тия и сущности становятся не полными, если не привлечена для раскрытия их содержания категория памяти. По глубокому счету любая сущность есть свернутая память. Сущность более глубокого порядка одновременно не сет в себе смысл более глубокой памяти. Если память разрушается, то уничтожается сущность, остается одна оболочка, одна форма без сущ ности, без содержания.

Антибытийность модерна и постмодерна, которые появились в США, которыми увлеклись в Западной Европе, и которые навязываются некоторы ми отечественными адептами нашим культуре и философии, состоит именно в том, что они есть культ чистой проективности, отрицающей память культу ры, языка, и, следовательно, преемственность в культурном, историческом процессах, наличие у каждой бытийствующей сущности своего генезиса.

Любая прогрессивная эволюция есть эволюция растущей эволюцион ной памяти, если под прогрессивной эволюцией понимать такую эволюцию, которая сопровождается растущей сложностью, кооперированностью новых поколений систем, отобранных эволюцией.

Все более сложные системы, появляющиеся на «вершине» конуса прогрессивной эволюции, обладают и все более сложной памятью. В этом своем качестве память есть свернутая предшествующая спираль эволюции в системе. Например, таблица Менделеева является памятью всего «мира ато мов» и одновременно спиралью предшествующей эволюции «мира атомов»

или «атомной эволюции». Открытый недавно физиками феномен существо вания нелокальных эффектов взаимодействия, предсказанный еще Эйн штейном (теорема Белла, экспериментальные проверки Д. Бома, А. Ас пекта), по нашей оценке отражает эту коллективную память системы мик ромира, в которой, в свою очередь, отражена свернутая спираль ее генезиса.

Аналогично можно трактовать и память этносов, которая есть отражение свернутой спирали генезиса и развития этноса в определенных ландшафтно географических и климатических условиях воспроизводства жизни в его культуре, системе ценностей и в поведении.

Если прогрессивная эволюция есть наращивание памяти эволюционирую щих систем, в том числе самой эволюции, то инволюция, т.е. деградирующая эволюция, ведущая к упрощению систем, есть процесс распада памяти.

Таким образом, память в ее эволюционно-философском значении стано вится важным бытийным индикатором прогресса.

При этом важно подчеркнуть, что память не противостоит инно вациям и творчеству. Наоборот, она служит базой их качества, она страхует их от перерождения в антибытийные инновации и творчест во. В последнем случае инновации и творчество необходимо взять в кавычки, потому что из механизмов созидания они преобразуются в механизмы раз рушения, т.е. в механизмы инволюции, или деградирующей эволюции. Такие «инновации» и «творчество» направлены против памяти системы, против ее сущности и, следовательно, против основ его бытия.

Не то ли происходит в современной России, в которой социально политические инновации, законодательное творчество, направленные против ее цивилизационной культурной памяти как памяти общинной евразйиской циви лизации, разрушают ее основания бытия? Вирус индивидуализма, прививаемый настойчиво неолибералами-западниками, пытается разрушить механизмы им мунитета нашей памяти, наших традиций. Не поэтому ли идет наступление на культурную память русского народа, из образовательных программ наших школ убираются ключевые произведения таких наших классиков как Пушкин («Песнь о вещем Олеге», «Полтава», «Евгений Онегин»), Лермонтов («Боро дино»), Некрасов («Кому на Руси жить хорошо»), М. Горький, В. Маяковский, М. Шолохов («Тихий Дон») и т.п., фактически стирается память о Великой Отечественной войне, о ее полководцах и героях, о ведущей роли русского на рода в организации Победы (вспомним тост И. В. Сталина в честь русского народа в июне 1945 года, который реформаторы-либералы пытаются забыть)?

Война против памяти России, против памяти культуры русского народа есть очень изощренная стратегия по разрушению основ бытия России, лишения ее будущего, расчистка плацдарма для превращения ее в колонию. Народ без исторической памяти превращается в «пыль истории», он лишается исторического достоинства и обречен на исчезновение.

В этом отношении трилогия Чивилихина «Память» нащупала одну из «болевых точек» в нашем воспитании и в нашем образовании, кото рую можно назвать как проблему сохранения исторической памяти, ее восстановления, там, где она утеряна, ее трансляции при воспитании душ каждого нового поколения народа.

В данном случае шла речь о памяти – культурной и исторической – рус ского народа. В настоящее время имеются определенные тенденции по моби лизации культурной памяти в образовательном процессе: это и школьные му зеи, посвященные той или иной тематике из нашей истории, и растущий ин терес к музейной педагогике. Но как этого мало на общем фоне, почти запро граммированного, разрушения исторической памяти народа, особенно памя ти о великой истории СССР, советского народа спасшего весь мир от фаши стской чумы гитлеризма.

Особенность культуры и менталитета общества США состоит в том, что они культуивируют чистую проективность, свысока относятся к культуре Европы и в целом к культурам мира. Именно эта концепция и культ «чис той проективности» подарил «модерн» и «постмодерн» – своеобразные формы культурного творчества вне исторической памяти, культурной традиции, более того представляющие собой культ голой формы и от рицания содержания.

Яков Бёме еще на заре капитализма заметил тенденцию движения обще ства Капитала к культу «Пустоты», которая ставится на место Бога. Собст венно, говоря, культ «Пустоты» и есть отрицание Памяти, а вместе с ней и отрицания эволюционного взгляда в современной картине мира.

Сам этот культ, который достиг в США особого апогея в виде модерна и постмодерна, – явление не случайное.

Капитализм в ХХ веке прошел ускоряющуюся эволюцию отчуждения и фетишизации Капитала и денег.

Капитал-Фетиш как отчужденная надсоциальная сила воплотилась в завершенной Капитал-Мегамашине, управляющим которой выступает ми ровая финансовая капиталократия со «столицей» в США.

Воспроизводство Капитала построено на его ускоряющемся обороте и получении все больших и больших прибылей за все меньше циклы денежно го оборота. Законом бытия «Капитала-Фетиша» или «Капитал-Бога» стано вится тенденция его дематериализации, тенденция к отрицанию Труда и со ответственно Человека, которые его породили, и соответственно к отрица нию «человеческой Истории» и к отрицанию Памяти Истории.

Возникает своеобразная «капиталистическая Эсхатология», в кото рой Финал человеческой Истории становится победой Капитала-Бога, от вергшего вслед за «живым Трудом» и «живого человека». Капитал-Фетиш обслуживает капиталократия. Она выстраивается подобно «организации термитника», в центре которого его «матка», обеспечивающая воспроизвод ство, – «Капитал-Фетиш», представляющий собой «систему без памяти», «денежную оболочку без товарной массы», «капиталистическую Пустоту», т.е. «голую» фетишную сущность капитала – «самого-в-себе-и-для-себя», стремящегося к бесконечной скорости самовозрастания. Именно на этом пу ти происходит «монетарная революция» в Бытии Капитала и капиталокра тии. Финансовый капитал отчуждается от физического или промыш ленного капитала, он превращается в фискально-банковский капитал, «начинкой» которого становятся «фискальные», «нетоварные деньги», «деньги над деньгами».

Примером такой фантасмогорической метаморфозы Капитала явля ется изменение содержания долларовой валюты за последние 30 лет. Если в 1973 году фискальных или спекулятивных долларов, т.е. тех долларов, кото рые оборачиваются по схеме «деньги – деньги штрих» вне выполнения мено вой функции по отношению к товарным потокам, было всего 17%, то в нача ле XXI века их уже по разным оценкам – от 85 до 95% (а некоторые специа листы называют цифру и 99%).

Этот монетарный капитал и породил турбокапитализм. Вырос целый слой олигархов мира, одним из известных представителей которого является Дж. Сорос.

Монетарный капитализм усилил свою империалистичность. Другим его лицом стал глобальный империализм или империалистическая глоба лизация. Монетарный Капитал-Фетиш, состоящий из унифицированных «денег над деньгами», стремится все превратить в такие же унифицирован ные деньги и соответственно в капитал – человека, культуру, образование, этносы, нации и т.п. Неслучайно, в футурологических построениях Жака Аттали в виде «строя Денег» и «цивилизации Рынка» появляется образ «не окочевника», лишенного принадлежности какой-либо культуре, нации, стра не, локальной цивилизации. Человечество должно превратиться в «серую ра су» (в понятии Д. Каланчи) или в «человейник» (если следовать метафоре А.А. Зиновьева), в которых уничтожается разнообразие культур, языков, ис торий, наций, этносов, «локальных цивилизаций», государственных уст ройств, систем ценностей, конфессий, социальных идеалов.

Монетарный капитализм в виде системы свободного перемещения капи тала стремится теперь все человечество превратить в субстанцию Глобаль ной Капитал-Мегамашины и соответственно в «тело Капитала-Бога».

Мондиализм или империалистическая идеология установления Ново го Мирового Порядка обслуживают эту тенденцию. Теперь мировая фи нансовая капиталократия в США решает, сколько нужно оставить населения на Земле для потребления Капитал-Мегамашиной. Появилась модель «20%:80%», описанная в «Западне глобализации» Мартина и Шуманна (2000), по которой для воспроизводства мирового капитала требуется 20% населения Земли, остальные – лишние, и должны быть убраны с лица Земли как лишние в течение XXI века. Остальные «счастливчики» должны оконча тельно превратиться в «сырье» Капитал-Мегамшины, в «капиталороботов»

или «капиталокиборгов» без памяти культуры, памяти человеческой истории.

В этом и состоит «страшный Суд Капитала-Бога», он судит челове ческую историю, судит нации, этносы, традиции, человеческую память, он судит с позиций своей «Победы» и над историей, и над эволюцией Природы, и над Человеком и Человечеством, судит своим Фетишным Судом, Судом Пустоты, Судом Беспамятства, Судом Смерти, потому что за этим «Страшным Судом Капитала-Бога» стоит потенциально капиталисти ческая гибель человечества в XXI веке по экологическим причинам.

В этом и состоит «капиталистическая Эсхатология». Капитализм однаж ды возникнув, по мере развития первой «волны» отчуждения Труда от средств производства, т.е. физического капитала, по мере развития «второй волны отчуждения» уже денежного капитала от физического капитала, спе кулятивных денег от «товарных денег», денег от золотого обеспечения и т.п., породил отрицание Истории человечества через антиисторическую направ ленность Капитала-Фетиша, через капиталорационализацию человеческого бытия и бытия общества. Становление Капитал-Мегамашины несло в себе такую машинизацию капиталистического бытия в перспективе, в кото рой человек и его история становились лишними.

С самого начала под видом различных волн «модернизаций» капитало кратия стала бороться с традицией и культурой, превращая их в това ры, которые должны приносить прибыль. Все, что не при носит прибыль, что остается за пределами капиталорационализации и вне подчинения «ма шине псевдорынка», все – культура, произведения искусства, музеи, человек, семья, традиции, традиционные ценности, образование – должно быть «от брошено», уничтожено, как то, что не укладывается в логику действия Капи тал-Мегамашины.

Дж. Сорос в книге «Кризис мирового капитализма» (1998) рассуждает о цифровых ценностях, т.е. тех ценностях, которые измеряются масштабом де нег, которые намного удобнее в оперировании и управлении, чем «традици онные ценности». Он льет «крокодиловы слезы» об уничтожении последних, но считает, что приоритет цифровых ценностей, отбрасывающих мораль и нравственность, – необходимость для бытия глобальной системы свободного перемещения капитала.

Вся «американская масс-культура» («Диснейлэнд-культура») являет со бой такую «монетарно-империалистическую» культуру «без памяти».

Война против памяти, против культур народов как их «социально исторических памятей» есть последовательное проявление глобального империализма как эсхатологического конца капитализма.

Тенденция к культурной унификации по американскому образцу, тен денция к унификации поведения человека по американскому образцу, анг лоязычная унификация общения, тенденция к унификации государственных устройств по американскому образцу (пример – «демократическая Россия»), тенденция к унификации образования по американскому образцу есть форма установления мировой капиталократии и уничтожения разнообразия в соци ально-экономическом бытии человечества.

Но закон разнообразия – один из ведущих законов любых прогрессив ных эволюций. Бороться с разнообразием человечества – разнообразием культур, этносов, государств, обществ, форм хозяйствования, идеалов и т.п. – означает бороться с самой логикой прогрессивной эволюций.

Американизация (или американская вестернизация) есть форма ка питалистической или империалистической глобализации, сущность ко торой – экспансия Капитал-Мегамашины США (т.е. мировой финансовой ка питалократии в форме «спрута», роль «щупальцев» которого выполняют ТНК) на весь мир, превращение его в единый «технотронный лагерь чело вейника», в котором компьютеризация денег переходит в компьютеризацию людей, в их компьютерное кодирование на базе пластиковых паспортов и цифровых кодов. Само превращение человека в компьютерный номер, чис лящийся в глобальном суперкомпьютере, и есть превращение его в «челове ческое сырье» для Капитал-Мегамашины – «сырье» с уничтоженной памятью истории, культуры, народа.

Таким образом, эволюция Капитала, как превращение его в надчеловече скую силу Капитала-Фетиша, предстает и как одновременное прекращение социальной эволюции, истории, их перевод в деградационную эволюцию или в инволюцию, сопровождающуюся распадом памяти.

Но человечество действует не само по себе. Его эволюция – часть эво люции Биосферы. Человеческий разум появляется неслучайно, он результат действия закона «оразумления» прогрессивной эволюции Космоса, в том числе эволюции Биосферы (т.е. всего живого) на Земле. Социальная эволю ция «надстраивается» над биологической эволюцией. Она также, как и био логическая эволюция, «оразумляется» по мере роста социальной кооперации.

Появляется общественный интеллект, растет кооперированность общества и соответственно его «организмичность».

В конце ХХ века эти процессы ускорились. Человечество все больше превращается в гиперорганизм, основой бытия которого выступает его разнообразие, «стянутое» в единое целое.

Капитализм в своей эволюции действует наподобие «раковых клеток», разъедающих организм, основы их жизни. Капиталистическая эсхатоло гия человечества неожиданно превращается в эсхатологию самого ка питализма. И его война против памяти и разнообразия человечества предстает как последний исторический акт собственной гибели капи тализма и господства Капитала-Фетиша как отчужденной силы над Трудом и Человечеством.

С критикой капитализма, и его отчужденного воплощения в Капитал Мегамашине, с рынком как механизмом капиталовласти, выступила Приро да – Биосфера и Земля как суперорганизмы на языке первой фазы Глобаль ной Экологической Катастрофы, которая уже состоялась в конце ХХ века и, к сожалению, продолжает углубляться в начале XXI века.

На самом деле наступает не Конец Истории по Ф. Фукуяме как апофеоз Капитализма или Глобальной Капитал-Мегамашины (Глобального империа лизма с его Новым Мировым Порядком), который должен превратиться в веч ное царство Капитала-Бога, а конец самой капиталистической Истории, конец господства фетишной силы Капитала-Бога над человечеством. Апокалипсис, если он состоится, предстанет как Капиталистический Апокалипсис.

А человеческая История на рубеже ХХ и XXI веков переживает смену своих гиперциклов, переход от парадигмы конкурентной, рыночной Истории к парадигме кооперационной истории, но уже в форме ноосферной эволю ции – управляемой социоприродной эволюции на базе общественного интел лекта и образовательного общества.

На сцене капиталистической истории бродит новый призрак, несу щей ей конец, – призрак духовного, эколого-ноосферного социализма, в ко тором ноосфера будущего по В. И. Вернадскому выстраивается на духовно социалистических началах.

Глобальный империализм, воющий с памятью человеческих обществ (уничтожение уникального музея в Багдаде во время иракской войны;

наме тившееся уничтожение «цветочной оранжереи», построенной Екатериной II и просуществовавшей более 200 лет в С.-Петербурге, чтобы на ее месте по строить «каток» – это только символы борьбы Капитала-Фетиша против Па мяти), есть последняя фаза развития империализма как высшей стадии капи тализма (по Ленину).

Он есть канун перехода к новой истории человечества – к ноосферно социалистической.

В борьбе глобального империализма мировой финансовой капитало кратии за мировое господство особое место в его стратегии занимает колонизация России, превращение ее в своей сырьевой придаток, унич тожение исторической памяти русского народа как государствообра зующего народа, «скрепа» российского суперэтноса (если воспользоваться этим понятием Л. Н. Гумилева), сокращение населения России настолько, насколько максимально возможно (по оценкам М. Тэтчер, З. Бжезинского до 25-40 млн. человек, поскольку больше Западу для обслуживания потоков его ресурсообеспечения из России не нужно).

«Манифест информационно-духовной войны» против СССР-России Ал лена Даллеса, озвученный им в марте 1945 года (о нем писали О. Платонов, митрополит Иоанн), прямо ставил перед империалистическими кругами США в первую очередь разрушение исторической памяти русского народа, подмену его ценностей на фальшивые, дегероизацию истории русского наро да, отлучение его от шедевров классической русской культуры, прививка «вирусов» разврата, цинизма, разложения, наркотизацию и алкоголизацию молодежи, и т.п.

Реализацию стратегии манифеста А. Даллеса мы наблюдаем в России, начиная с момента капиталистической контрреволюции под лозунгами ли берализации российских общества и экономики, проведения политики «от крытых дверей», создания «открытого общества» по Дж. Соросу. В период президентства В. В. Путина этот процесс наступления на историческую память русского народа усилился. Убрана в паспортах «графа национально сти», чтобы русский не самоидентифицировал себя русским, хотя татарам такая самоидентификация в паспортах разрешена. Появилась целая когорта отечественных ученых – гуманитариев, которые доказывают, что указание на русскость уже потеряло смысл, что русского народа нет, что, мол, появи лась новая форма самоидентификации – «россиянин» (например, такую идеологию приводит профессор Красиков). Правда, при этом замалчивает ся, что никто не требует, чтобы башкир перестал быть башкиром, чтобы калмык перестал быть калмыком, чтобы китаец перестал быть китайцем и т.д., только вот почему-то только русским рекомендуется превратиться в «россиян». То, что в основном русские служат в армии и на флоте, что в ос новном русские парни кладут свои головы, защищая целостность России, замалчивается, но вот тема «новых русских» (большинство которых, как правило, есть «новые нерусские») или тема «русского фашизма», прямо смакуется, навязывается слушателю, читателю и телезрителю, в том числе Министром культуры М. Швыдким.

Развязана целая невидимая война против русской культуры, против рус ской классической музыки и русской классической литературы, против рус ской философии и русской истории, искажается советская история и история Великой Отечественной войны, и особенно созидательный вклад русского народа в эти эпохи. Причем Министр культуры М. Швыдкой не скрывает то го, что он среди тех, кто не понимает «русской классики».

Все это и есть невидимая война глобального империализма на внутрен нем культурном поле России. Детей, молодежь лишили целого богатого слоя культурного наследия советской эпохи: они не читают «Как закалялась сталь» Н. Островского, «Молодая гвардия» А. Фадеева, «Тихий дон»

М. Шолохова, «Василий Теркин» А. Твардовского, «Повесть о настоящем человеке» Б. Полевого, «Живые и мертвые» Симонова, их не знакомят с ше деврами советского кино, например, с фильмом братьев Васильевых «Чапа ев», на котором воспиталось поколение советской молодежи, отстоявшее не зависимость Родины в тяжелые годы 1941-45 гг., они не знают шедевров со ветской живописи и скульптуры (знаменитая скульптура, мировой шедевр, Мухиной «Рабочий и колхозница» спрятана от глаз москвичей и, похоже, ее вообще думают уничтожить).

Все это отражается на патриотическом воспитании. Оно практически в нынешней «демократической России» уничтожено, потому что заниматься патриотическим воспитанием – значит заниматься передачей исторической памяти, значит передавать память о героях, о великих подвигах, о полковод цах, о святых.

Война против «памяти» в России, которую ведет империализм (а внутри России его «пятая колонна»), включает в себя и войну против Пра вославия, потому что оно продолжает сохранять память русской православ ной истории, сохранять традиционные ценности русского народа – собор ность, общинность, готовность к самопожертвованию, готовность служить Отечеству, готовность защищать Отечество – «святую Русь» и т.п. Неслучай но М. Олбрайт объявила Православие главным врагом США в марте года и призвала бороться с ним. И эта стратегия осуществляется через наше ствие миссионеров католической, протестантской, евангелической церквей, таких агрессивных сект как «свидетели Иеговы», «церковь Муна», «церковь саентологии» и др.

Развернута целая информационная война против памяти России как уникальной, общинной, евразийской цивилизации.

Память противостоит глобализации России. Чтобы ее «глобализо вать», т.е. колонизировать, нужно уничтожить «память» России как целостно стного организма. З. Бжезинский в «Великой шахматной доске» открыто ставит задачу редефиниции России, т.е. задачу разрушения ее историче ской памяти и расчленения России. По его дьявольскому плану Сибирь должна оказаться под протекторатом США на основе расчленения России.

Глобальный империализм США готовится к «горячей войне» против России. Развернуты боевые порядки Вооруженных Сил США (или развора чиваются) на территориях Болгарии, Чехии, Польши, Грузии, Средней Азии.

По данным А. Г. Лукашенко, президента Республики Беларусь, вдоль бело русско-польской границы со стороны Польши «тихие американцы» устано вили свои пункты технической разведки.

Война против памяти России – часть подготовки империализма США к оккупации территории России. Без этого, планы по мировому гос подству оказываются исторически не реализуемыми.

Поэтому борьба всех патриотических сил России за восстановление ис торической памяти у народов России, в первую очередь у русского народа, становится главной задачей. Необходимо, чтобы задача исторической и куль турной преемственности стала задачей №1 в образовательной и культурной политике российского государства.

Борьба за нашу память – и есть борьба против глобализации/ колониза ции России, это есть борьба за наше будущее, за продолжение нашего исто рического цивилизационного творчества.

Россия, как «евразийская ось истории» (по Макиндеру), является «цен тром устойчивости и неустойчивости мира». Она первой на себе испытывает штормы исторических кризисов человечества. Так было всегда, на протяже нии истории человечества, особенно в ХХ веке. И это то же наша историче ская память.

Россия была сражающейся крепостью, она за прошлое тысячелетие пе режила в 3 раза больше войн, чем Европа, – и это тоже наша память.

Александр III говорил, что у России есть только два верных друга – ар мия и флот, – и это тоже наша память.

Поэтому «держать порох сухим», т.е. поддерживать обороноспособность страны на высоком уровне и делать все для этого, – и это тоже наша память.

Память воюет против глобализации. Давайте восстановим нашу культурную и историческую память и будем сохранять ее как зеницу ока.


Память человечества, память народов, память истории, прогрессирую щая память как основа прогрессивной эволюции, память как растущее разно образие бытия человечества, сканирующее разнообразие ландшафтно географических и климатических условий воспроизводства жизни человека и природы, – Память в ее глубоком, сущностном понимании выступает против империалистической глобализации. Она ее бытийный оппонент.

Она и опрокинет все планы авторов империалистической глобализации, как бы изощренными по-иезуитски они не были. Их планы – утопические, и ре альная история сметет эти планы, эту империалистическую глобализа цию. Поэтому что за реальной историей память и законы эволюции!

Часть VII Эпоха Великого Эволюционного Перелома:

Конец «Строя Денег» и капиталократии «В XXI веке обозначился Конец «Строя Денег». В капиталистиче ском варианте этот конец означает Экологическую Гибель самого челове чества (по логике «раковых клеток», уничтожающих свой «организм донор»). В ноосферно-социалистиче ском варианте этот конец означает начало Ноосферного Социализма, в котором происходит укрощение «злой силы» денег, как формы бытия Капитала-Сатаны. Это займет це лую Эпоху и это и будет Эпоха Вели кого Эволюционного Перелома, уст ремленная к преобразованиям в поль зу Социализма, но в Новом качест ве – качестве Ноосферного, Духовно го, Экологического Социализма» Автор Введение Россия совершила в начале ХХ-го века великий прорыв человечества к социализму, у истоков и в центре которого будет вечно стоять всемирно историческая фигура Владимира Ильича Ленина, великого революционера, ученого, философа, созидателя, коммуниста, великого человека. Эта «рево люция» не только породила «советскую цивилизацию» и «советскую эпоху», которые просуществовали 85 лет, но и Глобальную Социалистическую Ци вилизационную Революцию, под знаком «первой волны» которой прошел XX век. Реванш глобального империализма, частью которого стала капита листическая контрреволюция на территории СССР и выделившейся из него России в 90-х годах и в начале XXI века, – явление временное и отражающее закат глобального империализма, его попытки удержаться на вершине катя щегося «вала» всемирной истории. В начале XXI-го века начинается новая, «вторая волна» этой революции. И будет она носить характер устремленно сти к ноосферному, духовному, экологическому социализму или Ноосфериз Опубликовано впервые в 2007 году: А.И.Субетто Эпоха Великого Эволюционного Пе релома – Кострома: КГУ им. Н.А.Некрасова, 2007. – 88с.;

с.9 – Там же, с. му. Это означает, что начавшаяся «Эпоха Великого Эволюционного Пе релома» соединяет в себе действие социалистического и ноосферного императивов.

Россия не только дала миру первый опыт новой, социалистической ор ганизации мира, ликвидирующей эксплуатацию человека человеком, воз вращающей человеку труда истинную свободу и творческое дерзание, но она предложила миру в лице В.И.Вернадского учение о ноосфере, в кото ром впервые на научной основе были сформулированы пути установления гармонии между бытием человека, его социальным устройством и хозяй ственным природопотреблением, и бытием Биосферы и Земли-Геи, как су перорганизмов.

Уже тогда, по мере погружения в проблематику становления «ноосферы будущего» второй русский гений, яркий представитель Эпохи Русского Воз рождения, Владимир Иванович Вернадский, приходит к мысли, что главное условие нового ноосферного прорыва человечества формируется только в недрах научного социализма.

Автор идею соединения социалистического и ноосферного импера тивов разрабатывает уже 15 лет, разворачивая ее в теоретическую, на учно-мировоззренческую систему Ноосферизма.

Об «Эпохе Великого Эволюционного Перелома» в конце 90-х годов ХХ го века – в начале первого 10-летия ХХI-го века пишут многие. Пишут о ней, вкладывая в него мощные позитивные мысли и надежды, но пишут также и с сарказмом. «Великий Эволюционный Перелом» – означает, что происходя щее в современную эпоху – нечто выходящее за пределы обычных представ лений о сменяемых исторических эпохах. В моей оценке, заканчивается сама Стихийная, я ее назвал еще Классической, История с доминированием Закона Конкуренции. Ее Конец или Финал обозначила первая фаза Глобальной Эко логической Катастрофы. Природа отрицает рыночно-капиталистическую форму природопользования, «Строй Денег» по Жаку Аттали.

Происходит переход к Новой, неклассической, Управляемой Истории на базе доминирования Закона Кооперации, но уже в форме Управляемой Социоприродной или Ноосферной Эволюции на базе общественного ин теллекта и образовательного общества. Приговор капитализму, глобаль ному империализму, «строю Денег» и «цивилизации Рынка» подписала При рода и настоящий, Универсальный Человек, как часть Природы и ее высшее проявление.

Это эпоха «ноосферно-человеческой революции», это эпоха станов ления Социализма на Земле – не только как справедливого общества для людей, но и как справедливого общества для Биосферы и Земли-Геи как суперорганизмов. Это еще надо осознать.

Бунтует против капитализма не только сам человек, спасающий свою человечность, но и сама Природа – Биосфера и Земля-Гея, в рамках действия своих гомеостатических механизмов (законов).

Эпоха Великого Эволюционного перелома – эпоха испытания челове ческого разума на его мужество и собственно разумность!

7.1. Торжество «Строя Денег» или его Конец?

В настоящее время в научном обществоведении осуществляется обесце нение любых понятий. В первую очередь критикуются понятия «капита лизм», «социализм», «духовные ценности», «культура», «любовь», «человек»

и т.п. И это происходит потому, что на подмостках общественных наук празднует свое торжество прагматизм, польза, причем краткосрочная польза в виде получаемой прибыли «здесь и теперь».

Это «торжество» является неким «отсветом» торжества «денег над день гами», «турбокапитализма» [1;

4, с.27]. «Деньги» в своем «обороте» стремят ся избавиться от материальных основ своего происхождения в форме «мате риальной экономики» и приблизиться к максимально-возможной безынерци онности, чтобы «вложенные деньги» приносили доход, «процент» через ми нуту, час, сутки. Время оборота по схеме спекулятивных денег сжалось и продолжает сжиматься по мере того, как монетарная, т.е. «денежная», рево люция в бытии капитала [1,2], соединяется с компьютерной революцией в системе денежных расчетов. Тут уже не до больших времен, не до долго срочных целей, не до науки. Да здравствует его Величество Прагматизм и Капитал-Фетиш или Большие Деньги, правящие миром! «Рай», о котором мечтала часть религиозного человечества на протяжении Истории, в частно сти христианство, ислам, превращается в «рай» в форме «Строя Денег» – ве ликой мечты «мондиалистов», т.е. идеологов «Нового Мирового Порядка», озвученной в начале 90-х годов Жаком Аттали.

Но «рай» только для капиталократии, фетишных денег и «ад» для чело вечества. Противоречие между трудом и капиталом, которое было одним из основных предметов анализа «Капитала» Маркса» в этом пространстве ми ровизации денег и их собственной своеобразной монетаризации, отражаю щей становление строя мировой финансовой капиталократии [1], транс формировалось в фундаментальное противоречие между капиталом и человеком [5, 6].

Капитал не только стал отрицать труд, но и отрицать человека, его жизнь. И в этом предельном, античеловеческом векторе современного развития «строя капитала», т.е. капиталократии, отражается и предельная, античеловеческая сущность нового вида денег – «денег над деньгами». Хотя генезис этой античеловеческой сущности уже просматривается в «деньгах», на которых адсорбируются «мертвые души» Н.В.Гоголя [2]. Здесь великий русский писатель оказался великим провидцем. На языке «рынка» это озна чает экспансию продажности на все, что входит в Бытие Человека или им ас симилируется, т.е. и вся Природа, которая трансформируется в источник «природных ресурсов», поставляемых на продажу.

А.С.Панарин на этот «момент истины» в бытии современного «турбока питализма» откликнулся так [3, с.387]: «Всякое богатство в пределе стре мится к тому, чтобы достичь способности купить – а значит подчинить себе – буквально все, упразднив границы, отделяющие продаваемое от не продаваемого, священного. Глобальный либеральный проект «открытой экономики», в которой запрещено укрывать свое имущество от испытания на рыночную прочность и требуется непременное выставление его на миро вой аукцион, как и проект либерализации всех нематериальных ценностей, подлежащих десакрализации и обмену, – это всего лишь имманентное само выражение носителей экономической власти в ситуации беспрепятствия».

Г.-П.Мартин и Х.Шуманн из Германии замечают, что турбокапитализм «подрывает демократическую стабильность и способность государства функционировать», «разъедает старые общественные институты быст рее, чем может быть установлен новый порядок» [4, с.27]. Диктатура «больших денег», власть мировой финансовой капиталократии, на языке предложенной мною теории капиталократии [1], приводит к тому, что «страны, до сих пор наслаждавшиеся процветанием, сейчас пожирают со циальную составляющую своей структуры даже быстрее, чем они уничто жают окружающую среду» [4, с.27]. Как эта оценка адекватна происходя щему в России, в пространстве капиталистической, или «либеральной», если это слово кому-то кажется более привлекательным, контрреволюции на про тяжении последних 15 лет, после ликвидации СССР путем «беловежского сговора». Даже Дж.Сорос, сторонник «открытого общества» и тотальности свободного рынка в мире, почувствовал, что власть «своекорыстия» как главного морального принципа в «Строе Денег», грозит самим основаниям капитализма [7, с.93]. Поэтому и свою книгу, появившуюся в конце 90-х го дов, он назвал «Кризис мирового капитализма» [7]. «Строй Денег и Рынка»

он назвал «абстрактной империей» и всех, кто в нее не входит, – новыми «варварами» [7, с.114], подтверждая тем самым вывод, который прозвучал в выше процитированной мысли А.С.Панарина. «Строй Денег и Рынка», не успев пройти свое становление, обнаружил в себе «гены» своей собственной гибели и Сорос гениальным своим чутьем почувствовал «подземные толчки»


этой надвигающейся катастрофы.

7.2. Мировая финансовая капиталократия: постулаты ее бытия Что же представляет собой «Строй Денег» в начале XXI-го века? Это конечно метафора, но достаточно адекватная реальности, и отражает она факт появления в конце ХХ-го века мировой финансовой капиталокра тии, высшей форме денежного капиталовластия.

Что стоит за этим фактом? Какова логика его происхождения?

Сформулирую это в форме положений – постулатов, опираясь на свои работы [1, 2, 5, 6].

1. Капиталократия есть одна из существенных форм существова ния капитала и появляется вместе с капиталом. Она есть выражение властной функции капитала, ее материализация. С позиций этого утвер ждения историческая эволюция капитала и денег предстает не только как эволюция капиталистического производства и меновых, денежных отноше ний, но и историческая эволюция капиталократии. Поэтому история эволю ции денег не может быть правильно осознана вне анализа исторической эво люции капиталократии. Кстати говоря, ростовщичество есть одна из форм капиталовластия, причем денежной формы капиталовластия (которая в ино сказательной форме звучит в «Скупном рыцаре» Александра Сергеевича Пушкина).

2. Капиталократия – это власть капитала, на персонализирован ного. В этом контексте капиталист как «владелец» или «носитель» капитала, выступает такой его персонализированной формой. Но здесь во взаимодей ствии с капиталом происходит незримая метаморфоза. Капитал начи нает «обесчеловечивать человека», начиная с его владельца, причем, тем, что он «овладевает своим хозяином» и превращает его в своего «слугу» или «раба». Капитал накладывает «печать» своей абстрактно античеловеческой сути вначале на главного своего «слугу» – своего «вла дельца», а затем на всех, кто попадает в поле его «радиации».

Формируется образ-метафора «Капитала-Фетиша», или «Капита ла-Бога», или «Капитала – Анти-Бога», или «Капитала-Сатаны» [1, 5].

Понятие «Капитала-Фетиша» выражает процесс фетишизации капитала, сопровождающий процесс его отчуждения (вначале от труда, потом от средств производства – физического капитала, затем от капиталиста, затем от денег и т.д.). Образ «Капитала-Бога» выражает то обстоятельство, что он ста новится аналогом «Бога» по отношению к своему «царству» – «царству де нег». Образ «Капитала-Анти-Бога» выражает то, что в своем отчуждении от человека и в противостоянии ему, он начинает противостоять и человеческим Богам. Он отрицает Бога и стремится стать на его место как некая «всемир ная сила». Культ «золотого тельца», восходящий к языческой эпохе в исто рии иудеев, превратился в ХХ-ом веке в дехристианизацию «западного ми ра», что уже проницательно подметил С.Н.Булгаков, а в наше время анализ этого процесса представил А.С.Панарин [3]. Образ «Капитала-Сатаны» под черкивает тот факт, что в своей фетишно-античеловеческой направленности «Капитал-Фетиш» выполнят те же «функции», что и «Сатана». «Сатана там правит бал, люди гибнут за металл» – фраза из песни Мефистофеля в опере Гуно «Фауст», вдруг, неожиданно, превращается на рубеже ХХ-го и XXI ве ков в реализованное предсказание. По свидетельству Г.-П.Мартина и Х.Шуманна [4, с.17-22] в «Фермонт-отеле» в Сан-Франциско в США в сен тябре 1995 года собралась так называемая «мировая элита» («глобальный мозговой центр»). На этом совещании была озвучена стратегия развития ми ровой финансовой капиталократии и глобального капитализма, по которой для восходящего воспроизводства капитала понадобится 20% работающего населения Земли, а остальные – «лишние» и должны быть выброшены за борт «корабля капиталистического рая», они не имеют права на труд и на жизнь. Но чтобы этого они не осознавали, З.Бжезинским была предложена стратегия «титтитейнмент». «Придуманное им словечко – комбинация из слов «tits» (сиськи, титьки) и «entertainment» (развлечение) – призвано ассо циироваться не столько с сексом, сколько с молоком, текущим из груди кор мящей матери. Возможно, сочетание развлечений… и пропитания… будет поддерживать отчаявшееся население мира…» [4, с.21]. Но из текста книги становится ясным, что речь идет об освобождении «золотого миллиарда» – 20% населения мира – «счастливчиков», принятых Капиталом в свое «царст во», от «незолотых миллиардов» земного шара, которые стали для него «лишние». Мировое общество, смоделированное в пропорции «20%:80%»

мировой финансовой капиталократией, – это и есть проявление сущности «Капитала-Сатаны».

3. Финансовый капитал есть «отчужденный» капитал от капи тала, он есть капитал над капиталом [1, с.12]. Его выражением стано вятся «деньги над деньгами». Можно сказать, что в последней трети ХХ-го века произошла «монетаризация капитала, превращение его в капитало деньги, отчужденные от денег» и это есть «естественный, закономерный процесс стремления капитала к своей «безэнерционности». Капитал стремится освободиться от собственной материальной оболочки. Он становится финансовым. Деньгами над деньгами. Деньгами денег. Управ ляющим промышленным капиталом» [1, с.12, 13]. Этому соответствует процесс становления финансовой капиталократии и ее «надстраивание» над промышленной капиталократией. Финансовая капиталократия начинает управлять промышленной капиталократией с помощью кредита, процента, инвестиций, финансовых спекуляций, права, создаваемого ею и обслужи ваюшего ее интересы (правила на рынке, как утверждает Сорос, создают «иг роки» с большими деньгами [7]), механизма насилия.

4. «Рынки ценных бумаг», «фондовые рынки» – это не рынки в пол ном их понимании. Это приводные ремни финансовой капиталократии»

[1, с.13].

5. Мировая Капиталократия является своеобразным «заместите лем» Капитала-Бога на «Земле», формирует идеологию «пан капитализации» всего мира, всех людей, всех народов, и цивилизаций под лозунгами «свободного мира», «потребительского общества», «демократии»

[1, с.15]. Этот процесс приводит к появлению глобального империализма, последней фазы в развитии империализма в ХХ-ом веке.

6. Капитализм и капиталократия империалистичны по своей сущности, по закону своего бытия, потому что механизм их воспроиз водства не самодостаточен и требует «впрыскивания ресурсов» извне.

На это обращали внимание В.И.Ленин, Р.Люксембург в начале ХХ-го века, в последние годы на эту характеристику убедительно указывает С.Кара-Мурза.

Глобальный империализм – последняя «песня» в истории капитализма как империализма. Трагедия России – ее проявление. Осуществляется страте гия глобального империализма по установлению господства над ресурсами России. Когда я говорю о глобальном империализме как самостоятельной сущности, то я говорю об империализме мировой финансовой капиталокра тии.

Столицей мировой капиталократии являются США. Это ее «метропо лия», ее «центр». Затем в «центр» входит «англо-американский мир», геопо литически противостоящий «Европе», а потом уже «Европа» и «Япония».

Весь остальной мир для глобального империализма – «периферия».

Дж.Сорос [7, с.114] подчеркивает, что его «абстрактная империя» имеет «центр» и «периферию», правда он настаивает на том, что «демаркационная линия» между ними формируется не по географическому признаку, а по кон центрации капитала, развитости и «силе» банковской системы, но на самом деле и «функциональная демаркация» не так уже сильно отличается от гео графической, если привязываться к местоположению развитого капитализма.

Но важно то, что «центр» определяет «мировое предложение денег», «центр»

определяет «правила игры» на рынках денег и ценных бумаг [7, с.115] и «центр» фактически колонизовал «периферию», только монетарно экономически, но если необходимо – и силовыми методами, как в Ираке.

7. Мировая капиталократия и ее «Капитал-Бог» капиталорацио нализировали мир своего бытия и превратили его в «Строй Денег»

(Ж.Аттали) – «Цивилизацию Рынка» (Ж.Аттали). Эта капиталорацио нализация создала «глобальную систему свободного перемещения капи тала» (Дж.Сорос) или свободного перемещения больших денег, которую я определил как Глобальную Капитал-Мегамашину, превращающая все, что «объемлется» рынком, включая человека и его жизнь, его духовные ценности и т.д., в «деньги». Не «деньги» служат системе бытия человека, ее прогрессу, раскрытию родовых, творческих сил, а человек, культура, образование, об щество, все-все-все! – служат «деньгам», становятся при этом такими же «аб страктно-цифровыми» как «деньги». Эта фантасмагория «превращенных форм» бытия человека и капитала, денег, уже становится реальностью.

«Однажды, – вещает мондиалист Жак Аттали, видный «рупор» современ ной мировой капиталократии, – человек будет самовоспроизводиться подоб но товару. Жизнь станет предметом искусственной фабрикации, носитель ницей стоимости и объектом рентабельности», «человек будет произво диться и мыслиться как предмет, товар», а «магнитная карточка станет подлинным процессом индивидуальности, …неким искусственным органом, являющимся одновременно паспортом, чековой книжной и телефаксом… Она станет настоящим протезом «Я» человека», обеспечивающим ему доступ к универсальному рынку» [8, с. 125].

Универсальный Рынок! Что это такое, как не полная замена бытия человека и природной среды «рынком»? Но возможно ли это? И что это за «символ» – «универсальный рынок», как не всеобщая власть мировой финансовой капиталократии над миром и его ресурсами? Но возможно ли это?

И тогда выходит на арену Бытия более мощный противник Капи тала-Фетиша – Природа и предъявляет свой счет в форме первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы.

8. Капиталократия и «мир денег» в том его воплощении, которое и есть мировая финансовая капиталократия и власть Капитала-Фетиша, в XXI веке превратились в Утопию, Конец которой может обернуться Экологической Смертью человечества к середине XXI века [2, 5, 6].

7.3. Капиталократическая Эсхатология: капитало-денежный конец Истории и Человека Фактически работами идеологов мондиализма – апологетов мировой ка питалократии явлена миру своеобразная «капиталократическая Эсхатоло гия», в которой «Капитал-Бог» завоевывает Мир Человека и соответст венно Историю раз и навсегда, ликвидируя человечество, его культурное, этническое, цивилизационное, государственное, ментальное разнообра зие, поскольку оно становится не нужным.

Капитал-Бог уже устроил Страшный Суд человечеству. Оно с пози ций Капитала греховно и должно исчезнуть, потому что оно духовно, потому что оно «молится» своим «богам» и своим «идеалам», а не Ка питалу и Деньгам. Потому что оно стремится к «высокому», к раскрытию своего космического предназначения, к установлению гармонии между чело веком, его хозяйством, и Космосом, Биосферой, Землей-Геей.

Капиталу такой человек не нужен. Известно положение в христианском учении об Антихристе, состоящее в том, что сатана не может давать жиз ни, а может только убивать ее. Капитал-Бог в конце своей эволюции упо добляется Сатане, потому что он убивает жизнь.

Капиталу нужен человек как «экономическое животное», как произ водитель Капитала, не понимающий своих «корней», человек «без памяти».

Либерализм, идеологическая маскировка «псевдорелигии Капитала», в своих принципах и установках выражает это жесткое стремление Ка питала-Бога и его «свещеннослужителей», в первую очередь, финансовой капиталократии, «расчеловечить человека» до уровня «экономических жи вотных».

Как отмечает академик Тодор Дичев, подчинить психику народов мира единому шаблону, «единой мировой религии», догматы которой установлены в соответствии с «земной иерархией» (наше замечание: в рамках учения о ка питалократии – в соответствии с иерархией капиталократии, т.е. «обожеств ленной» капиталовласти, С. А.) взамен Божественной идеи [9, с.244].

Фридрих фон Хайек, один из теоретиков неолиберализма и монетаризма в экономике, отмечал, что для существования либерального общества необходимо, чтобы люди освободились от некоторых «природных ин стинктов», связанных с солидарностью и состраданием. Философ под черкнул фактически величие проекта мировой финансовой капиталократии:

превратить человека в новый биологический вид. Сербский политолог Д. Ка ланча, по свидетельству Ю. Воробьевского, прямо подчеркивает: «В совре менном мире существует проект создания «серой расы» [9, с.232].

Жак Аттали прямо видит грядущее человечество как «новых кочевни ков», как людей живущих по принципу «перекати-поле».

Капиталу-Богу и его религиозной службе – мировой финансовой ка питалократии – нужны именно такие либеральные «экономические жи вотные», которые бы были движимы только потребительскими ин стинктами и не знали бы своих этнических, национально-культурных, исторических «корней», т.е. «недочеловеки», маргиналы, люмпены, с ма нипулируемым мировой капиталократией сознанием, в общем «серая ра са» или «глобальный человейник».

В конфликте труда и капитала, капитал стремится избавиться от «живого труда», замещая его автоматами. Последними в этой логике, ко гда она достигает своего Предела, – логике «самообожествления Капитала», должны быть заменены автоматами и сами «капиталоносители» – владельцы и управляющие. Процесс в своем пределе начинается с нижних уровней ка питалократии (кстати, когда безработица охватывает последних, они оказы ваются на самом «дне» общества) и закончится верхними уровнями.

Мировая капиталократия в процессе агонии человечества, хотя и умирает последней, но это «ее не спасает», она именно «умирает», по глощаясь, как священослужители капитала, Капиталом-Богом. В этом последнем акте апофеоза Капитала они уже ему становятся не нужны.

А пока последние, выступая выразителями «Духа Капитала», капитало кратии, «кормят» мыслителей, которые сами того не ведая, рождают «капи талократическую Эсхатологию», в которой на Страшный Суд уже идти будет некому, потому что все «души» людей давным-давно проданы за «деньги-капитал», «капиталоденьги», потому что Капиталу нужны «люди без памяти и души», «манкурты», люди-роботы, своеобразные ка питалороботы, которыми управляют деньги и только деньги. «Деньги» в них «входят» и «деньги» из них выходят.

Энергия, пища, кислород для дыхания, вода, необходимые для жизни, опосредуются капиталоденьгами. Если такой капиталобиоробот не воспроиз водит капитал с прибылью (прибавочной стоимостью), то он, также как и техника, обречен на «выбытие», т.е. на смерть. «Деньги» – «товар-человек»

или «монетарный человек» – «деньги» – вот формула, действующая в та кой «капиталократической Эсхатологии», описанной Ж. Аталли в концеп ции «Строя Денег». Человек исчезает окончательно и навсегда. Он «раство ряется» в Капитале-Боге.

Борьба Капитала против Труда, переходящая в ХХ веке вместе со становлением мировой финансовой капиталократии в борьбу против Чело века, самостоятельности национальных государств, их суверенитетов, одно временно означает борьбу Капитала против Истории. Капитал изна чально, со времени «зачатия» капиталократии в иудаизме, претендовал на «захват» человеческой истории. Принцип капиталократии – «деньги управляют Историей». Иудаистская эсхатология построена на управлении историей с помощью денег. Кто господствует над деньгами, финансами, бан ковским капиталом, тот управляет миром, а значит и ходом истории.

Здесь частнокапиталистическая, рыночная «стихия» в развитии ка питализма, формирующая логику неподвластности истории человеку, кото рый управляет по христианской историософии Божественный Логос (Бог, Абсолют, «мировой Дух» по Гегелю), определяя цикличность «божествен ных Вызовов» и «Ответов» на эти «Вызовы» со стороны человека (наций, народов, государств) по А. Тойнби, рождает «скрытого управляющего»:

Антибога – «Капитала-Бога» и как его представителя – мировую финан совую капиталократию. Она стремится по-своему обуздать «стихию рын ка» на базе частной собственности – создать «пирамиду денег», на верхуш ке которой «финансовые капиталоденьги» – «фиктивный капитал» и его владелец – мировая финансовая капиталократия.

Формируется модель монетарного управления Историей, в которой История приобретает иллюзорный характер, становится не-Историей, капиталорационализированной не-Историей, формой вечной статусно сти саморазвивающегося Капитала с помощью человека, а затем и без него.

Вот где проявилась мефистофельская улыбка Капитала-Сатаны, когда Ф.Фукуяма провозгласил Финал Истории. Он даже не осознал, что этот Фи нал есть самозахват Истории Капиталом-Фетишем и отлучения от нее Чело века, в том числе и его Фрэнсиса Фукуямы.

Рациональная «антистихия» Капитала «парит» над «рыночной стихией» Бытия человечества, в недрах которой и разворачивается в первой половине XXI века трагедия его «стихийно-экологической» гибели.

Либерализм – для людей, чтобы обеспечить им «небытие» в форме буду щей общей экологической кончины, а для Капитала-Бога – тоталита ризм, всеобщая диктатура финансового капитала [1, с.42].

Дж. Сорос, создатель в России клуба «Магистериум» – малого «собра та» Бильдербергского клуба, в первом бюллетене этого клуба пишет статью (по свидетельству О. А. Платонова), которую прямо так и назвал «Большие деньги делают историю» [10, с.37]. Афоризм Дж. Сороса отражает кредо мировой финансовой капиталократии: реализовывать мировое господство и управлять историей с помощью «больших денег», т.е. громадного богатства, концентрируемого в руках немногих лиц – финансовых олигархов (по неко торым данным 300 самых богатых семей в мире, большинство из которых живет в США, сосредоточили капитал, который достаточен, чтобы прокор мить населения земного шара). Но оказалось, что «Большие деньги» не «делают историю», а ее ликвидируют, создавая иллюзию «истории» как эво люции «мира больших денег».

7.4. Монетарная революция «Монетарная революция» второй половины ХХ века (монетаризм Милтона Фридмана, Хайека, З. Бжезинского и др. – только ее экономиче ская философия) направлена на монетарную, т.е. денежную унификацию людей, монетаризацию ценностей человека, обеспечивающих превраще ние человека в «экономическое животное» по производству «денег», «капи тала», обеспечивающих накопление капиталовласти у мировой капиталокра тии – мировых финансовых олигархов.

Это только всего лишь другой «лик» монетарной смерти истории чело вечества.

Дж. Сорос показывает, что на «рынке» в соответствии с экономической теорией «экономикса» (англо-американской версии экономической науки) «конкретный участник рынка готов платить другому за его товар в ходе свободного товарообмена. Эти ценности предполагают, что каждый уча стник представляет собой центр прибыли, заинтересованный в макси мально возможном увеличении своей прибыли в такой степени, что ис ключаются все остальные соображения» [7, с.51] (выдел. мною, С.А.). По Соросу переход к «открытому мировому рынку» (к мировой системе капи тализма) и одновременно переход к «открытому обществу», который миро вой капиталократией рассматривается как единственный инструмент в борь бе за создание единой мировой капиталистической системы, обеспечиваю щей диктатуру мировой финансовой капиталовласти (у кого много капитало денег, тот и «делает историю»), требует ослабления «сдерживающих мо ральных факторов», «общественных ценностей, выражающих заботу о других». Здесь он открыто реанимирует тезис Гоббса: «…переходная рыноч ная экономика – это все, что угодно только не общество. Каждый должен защищать свои интересы, и моральные нормы могут стать препятствием в мире, где человек человеку – волк. В идеальном переходном обществе люди, которые не отягощены мыслями и заботами о других (наше замечание: т.е.



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.