авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 24 |

«ПЕЧАТАЕТСЯ ПО ПОСТАНОВЛЕНИЮ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА Пролетарии всех стран, соединяйтесь! ...»

-- [ Страница 11 ] --

новый проект закона о перераспределении мест в избирательных округах, обсуждаемый сей час в парламенте, создает равные избирательные округа, во всяком случае в общем не менее равные, чем во Франции или в Германии. Уже намечаются как несомненные достижения в ближайшем будущем вознаграждение депутатам и сокращение сроков мандатов, хотя, правда, до ежегодно переизбираемого парламента дело еще не дошло;

и при всем том нахо дятся люди, которые говорят, что чартизм мертв.

ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» У революции 1848 г., как и у многих ее предшественниц, была странная судьба. Те самые люди, которые ее подавили, стали, — как любил говорить Карл Маркс, — ее душеприказчи ками. Луи-Наполеон был вынужден создать единую и независимую Италию, Бисмарк был вынужден совершить своего рода переворот в Германии и вернуть Венгрии известную неза висимость, а английским фабрикантам не оставалось сделать ничего лучшего, как дать На родной хартии силу закона.

Для Англии последствия этого господства промышленных капиталистов сначала были поразительны. Промышленность вновь ожила и стала развиваться с быстротой, неслыханной даже для этой колыбели современной индустрии. Все прежние изумительные успехи, дос тигнутые благодаря применению пара и машин, совершенно бледнели в сравнении с мощ ным подъемом производства за двадцать лет, от 1850 до 1870 г., с колоссальными цифрами вывоза и ввоза, с несметным количеством богатств, накоплявшихся в руках капиталистов, и человеческой рабочей силы, сконцентрированной в гигантских городах. Этот подъем, прав да, прерывался, как и раньше, кризисами, повторявшимися каждые десять лет: в 1857 г., а также в 1866 году;

но эти рецидивы считались теперь естественными неизбежными явления ми, через которые приходится пройти, но после которых, в конце концов, все возвращается в прежнюю колею.

Каково же было положение рабочего класса в этот период? Порой наступало улучшение, даже для широких масс. Но это улучшение каждый раз опять сводилось на нет притоком ог ромного числа людей из резерва безработных, непрестанным вытеснением рабочих новыми машинами и приливом сельскохозяйственных рабочих, которые также все более и более вы теснялись теперь машинами.

Длительное улучшение мы находим только в положении двух привилегированных катего рий рабочего класса. К первой категории принадлежат фабричные рабочие. Законодательное установление для них относительно рациональных границ нормального рабочего дня восста новило до известной степени их физическое состояние и дало им моральное преимущество, еще усиленное их концентрацией в определенных местах. Их положение несомненно лучше, чем до 1848 года. Это больше всего подтверждается тем, что из десяти стачек, которые они проводят, девять бывают вызваны самими фабрикантами в своих собственных интересах как единственное средство обеспечить сокращение производства. Вы никогда не уговорите фаб рикантов согласиться на сокращение рабочего времени, хотя бы их товары и вовсе не нахо дили сбыта;

но заставьте рабочих ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» объявить стачку, и капиталисты все до одного закроют свои фабрики.

Вторую категорию составляют крупные тред-юнионы. Это организации таких отраслей производства, в которых применяется исключительно или, по крайней мере, преобладает труд взрослых мужчин. Ни конкуренция женского и детского труда, ни конкуренция машин не смогли до сих пор сломить их организованную силу. Организации механиков, плотников и столяров, каменщиков являются каждая в отдельности такой силой, что могут даже, как например каменщики, с успехом противостоять введению машин. Несомненно, их положе ние с 1848 г. значительно улучшилось;

наилучшим доказательством этого служит то, что в течение более пятнадцати лет не только хозяева были чрезвычайно довольны ими, но и они — хозяевами. Они образуют аристократию в рабочем классе;

им удалось добиться сравни тельно обеспеченного положения, и это они считают окончательным. Это образцовые рабо чие господ Лиона Леви и Джиффена (а также достопочтенного Луйо Брентано), и они в са мом деле очень милые, покладистые люди для всякого неглупого капиталиста в отдельности и для класса капиталистов в целом.

Но что касается широкой массы рабочих, то степень ее нищеты и необеспеченности ее существования в настоящее время так же велика, как была всегда, если только не больше.

Лондонский Ист-Энд представляет собой все расширяющуюся трясину безысходной нищеты и отчаяния, голода в период безработицы, физической и моральной деградации при наличии работы. То же самое, если не принимать во внимание привилегированное меньшинство ра бочих, происходит и во всех других больших городах;

так же обстоит дело в менее крупных городах и сельских районах. Закон, который сводит стоимость рабочей силы к стоимости не обходимых средств существования, и другой закон, который сводит, как правило, ее сред нюю цену к минимуму этих средств существования, — оба эти закона действуют на рабочих с непреодолимой силой автоматической машины, которая давит их между своими колесами.

Таково, стало быть, было положение, созданное установившейся в 1847 г. политикой сво боды торговли и двадцатилетним господством промышленных капиталистов. Но затем на ступил поворот. Действительно, за кризисом 1866 г. последовало около 1873 г. слабое и кратковременное оживление, но оно было непродолжительным. Правда, полный кризис не имел места тогда, когда его следовало ожидать, в 1877 или 1878 г., но с 1876 г. все главные отрасли промышленности находятся в состоянии ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» хронического застоя. Не наступает ни полный крах, ни долгожданный период процветания, на который можно было рассчитывать как до краха, так и после него. Мертвящий застой, хроническое переполнение всех рынков во всех отраслях — таково состояние, в котором мы живем уже почти десять лет. Чем же это вызвано?

Теория свободы торговли основывалась на одном предположении: Англия должна стать единственным крупным промышленным центром сельскохозяйственного мира. Факты пока зали, что это предположение является чистейшим заблуждением. Условия существования современной промышленности — сила пара и машины — могут быть созданы везде, где есть топливо, в особенности уголь, а уголь есть, кроме Англии, и в других странах: во Франции, Бельгии, Германии, Америке, даже в России. И жители этих стран не видели никакого инте реса в том, чтобы превратиться в голодных ирландских арендаторов только ради вящей сла вы и обогащения английских капиталистов. Они сами стали производить, причем не только для себя, но и для остального мира;

и в результате промышленная монополия, которой Анг лия обладала почти целое столетие, теперь безвозвратно утеряна.

Но промышленная монополия Англии — это краеугольный камень существующей в Анг лии общественной системы. Даже во время господства этой монополии рынки не поспевали за растущей производительностью английской промышленности;

результатом были кризисы через каждые десять лет. А теперь новые рынки с каждым днем становятся все большей ред костью, так что даже неграм в Конго навязывают цивилизацию в виде бумажных тканей из Манчестера, глиняной посуды из Стаффордшира и металлических изделий из Бирмингема.

Что же будет тогда, когда континентальные и в особенности американские товары хлынут во все возрастающем количестве, когда львиная доля в снабжении всего мира, все еще принад лежащая английским фабрикам, станет из года в год уменьшаться? Пусть даст на это ответ свобода торговли, это универсальное средство!

Не я первый на это указываю. Уже в 1883 г. на собрании Британской ассоциации в Саут порте председатель ее экономической секции г-н Инглис Палгрейв прямо заявил, что «для Англии дни больших прибылей уже прошли, и дальнейшее развитие различных крупных отраслей промышленности приостановилось. Можно почти утверждать, что страна переходит в состояние застоя».

Но каков же будет результат? Капиталистическое производство не может стоять на мес те: оно должно расти ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» и расширяться или же умереть. Уже теперь одно лишь ограничение львиной доли Англии в снабжении товарами мирового рынка означает застой и нищету, избыток капитала, с одной стороны, избыток незанятых рабочих рук — с другой. Что же будет тогда, когда ежегодного прироста производства совсем не будет? Вот где уязвимое место, ахиллесова пята капитали стического производства. Постоянное расширение является необходимым условием его су ществования, а это постоянное расширение становится теперь невозможным. Капиталисти ческое производство зашло в тупик. С каждым годом перед Англией все более настойчиво встает вопрос: либо должна погибнуть страна, либо капиталистическое производство;

кто из них обречен?

А рабочий класс? Если даже во время неслыханного подъема торговли и промышленности с 1848 по 1868 г. ему приходилось жить в такой нищете, если даже тогда его широкая масса в лучшем случае пользовалась лишь кратковременным улучшением своего положения, и толь ко незначительное, привилегированное, «охраняемое» меньшинство имело длительные вы годы, то что же будет, когда этот блестящий период окончательно завершится, когда ны нешний гнетущий застой не только усилится, но когда это усилившееся состояние мертвя щего гнета станет хроническим, нормальным состоянием английской промышленности?

Истина такова: пока существовала промышленная монополия Англии, английский рабо чий класс в известной мере принимал участие в выгодах этой монополии. Выгоды эти рас пределялись среди рабочих весьма неравномерно: наибольшую часть забирало привилегиро ванное меньшинство, но и широким массам изредка кое-что перепадало. Вот почему, с тех пор как вымер оуэнизм, в Англии больше не было социализма. С крахом промышленной мо нополии Англии английский рабочий класс потеряет свое привилегированное положение, он весь, не исключая привилегированного и руководящего меньшинства, окажется на таком же уровне, на каком находятся рабочие других стран. И вот почему социализм снова появится в Англии».

Так я писал в 1885 году. В предисловии к английскому изданию, написанном 11 января 1892 г., я продолжал:

«К этой характеристике положения вещей, как я его представлял себе в 1885 г., мне оста ется прибавить лишь немногое. Вряд ли надо говорить, что в настоящее время действительно «социализм снова появился в Англии», причем в массовом масштабе, социализм всех оттен ков: социализм сознательный и бессознательный, социализм в прозе и в стихах, социализм ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» рабочего класса и буржуазии. И действительно, это чудовище из чудовищ, этот социализм не только стал вполне респектабельным, но он уже носит фрак и небрежно разваливается на ди ванах в салонах. Это лишний раз показывает неисправимое непостоянство ужасного деспота «хорошего общества» — буржуазного общественного мнения, и лишний раз оправдывает то презрение, с которым мы, социалисты прошлого поколения, всегда к нему относились. Но, впрочем, у нас нет оснований быть недовольными этим новым симптомом.

Но что мне кажется гораздо важнее этой мимолетной моды в буржуазных кругах щего лять разбавленным водой социализмом и даже важнее тех успехов, которых вообще социа лизм достиг в Англии, — это пробуждение лондонского Ист-Энда. Это огромное скопище нищеты перестало быть тем стоячим болотом, каким оно было шесть лет тому назад. Ист Энд стряхнул с себя апатию отчаяния;

он возродился к жизни и стал родиной «нового юнио низма», то есть организации широких масс «необученных» рабочих. Хотя эта организация в значительной степени и облеклась в форму старых тред-юнионов «обученных» рабочих, но по своему характеру она все же существенно отличается от них. Старые тред-юнионы сохра няют традиции той эпохи, когда они возникли;

они рассматривают систему наемного труда как раз навсегда установленный, вечный порядок, который они могут в лучшем случае лишь немного смягчить, в интересах своих членов. Новые же тред-юнионы были основаны в такое время, когда вера в вечность системы наемного труда была уже сильно поколеблена. Их ос нователями и руководителями были либо сознательные социалисты, либо социалисты по ин стинкту;

массы, которые устремились к ним и составляют их силу, были грубы, забиты и презираемы рабочей аристократией. Но они имеют одно неизмеримое преимущество: их психика является еще девственной почвой, совершенно свободной от унаследованных, «поч тенных» буржуазных предрассудков, которые сбивают с толку головы занимающих лучшее положение «старых юнионистов». И теперь мы видим, как эти новые тред-юнионы захваты вают руководство всем рабочим движением и все больше берут на буксир богатые и высо комерные «старые» тред-юнионы.

Несомненно, деятели лондонского Ист-Энда допустили ряд колоссальных промахов;

но то же самое делали и их предшественники, то же самое допускают теперь социалисты доктринеры, задирающие перед ними нос. Великий класс, как и великая нация, ни на чем не учится так быстро, как на последствиях своих собственных ошибок. И несмотря на ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» всевозможные ошибки в прошлом, настоящем и будущем, пробуждение лондонского Ист Энда остается одним из величайших и плодотворнейших событий fin de siecle*, и я рад и горд, что мне довелось дожить до него».

С тех пор, как я написал эти строки, прошло полгода, и английское рабочее движение снова сделало большой шаг вперед. Парламентские выборы, закончившиеся несколько дней тому назад, нагляднейшим образом показали обеим официальным партиям, и консерваторам и либералам, что им придется отныне считаться с существованием третьей партии, партии рабочей. Эта рабочая партия еще только складывается: отдельным ее элементам приходится еще освобождаться от всевозможных унаследованных предрассудков, — буржуазных, ста роюнионистских и даже уже доктринерски-социалистических, — чтобы иметь, наконец, возможность объединиться на общей для них всех почве. И тем не менее объединяющий их инстинкт уже теперь так силен, что он привел к неслыханным до сих пор в Англии результа там выборов. В Лондоне выставили свои кандидатуры двое рабочих**, к тому же открыто заявивших, что они социалисты;

либералы не осмелились выставить против них своего кан дидата, и эти два социалиста прошли громадным и неожиданным большинством голосов. В Мидлсбро рабочий кандидат*** выступил против либерала и консерватора и одержал верх над обоими;

зато те новые рабочие кандидаты, которые заключили союз с либералами, все, кроме одного, безнадежно провалились. Из прежних так называемых рабочих представите лей, то есть людей, которым прощают их принадлежность к рабочему классу, потому что они сами готовы утопить это свое свойство в океане своего либерализма, самый выдающий ся представитель старого юнионизма, Генри Бродхёрст, с треском провалился на выборах, потому что выступил против восьмичасового рабочего дня. В двух избирательных округах Глазго, в одном избирательном округе Солфорда и во многих других выступили независи мые рабочие кандидаты против кандидатов обеих старых партий;

они потерпели поражение, но и либеральные кандидаты тоже. Одним словом, в целом ряде избирательных округов крупных городов и промышленных районов рабочие решительно отказались от всякого со глашения с обеими старыми партиями и этим добились таких прямых или косвенных успе хов, каких не имели до сих пор ни на одних выборах. И радость рабочих по этому поводу * — конца века. Ред.

** — Дж. К. Гарди и Дж. Бёрнс. Ред.

*** — Дж. X. Уилсон. Ред.

ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му НЕМ. ИЗД. «ПОЛОЖЕНИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ» не поддается описанию. Они впервые увидели и почувствовали, чего могут добиться, если используют свое избирательное право в интересах своего класса. Суеверному преклонению перед «великой либеральной партией» — преклонению, которое господствовало среди анг лийских рабочих в течение почти сорока лет, — нанесен сокрушительный удар. На убеди тельных примерах рабочие увидели, что они составляют в Англии решающую силу, когда хотят и знают, чего хотят, а выборы 1892 г. положили начало этому. Об остальном позабо тится рабочее движение на континенте;

немцы и французы, которые уже так широко пред ставлены в парламентах и муниципальных советах, будут своими дальнейшими успехами всемерно поддерживать в англичанах дух соревнования. И когда в не столь отдаленном бу дущем обнаружится, что новый парламент не может приступить к делу, пока у власти г-н Гладстон, а г-н Гладстон не может ничего предпринять, пока существует этот парламент, тогда английская рабочая партия будет уже достаточно Организована, чтобы раз навсегда положить конец игре в качели двух старых партий, сменяющих одна другую у кормила правления и стремящихся таким путем увековечить господство буржуазии.

Ф. Энгельс Лондон, 21 июля 1892 г.

Напечатано в книге: F. Engels. «Dis Lage Печатается по тексту книги der Arbeitenden Klasse in England».

Zweite Auflage. Stuttgart, 1892 Перевод с немецкого *О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО И ПОЛИТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ АНГЛИИ Такое постоянное, мирное, политическое развитие, как в Англии, приводит своими беско нечными компромиссами к положению, полному противоречий;

в известных пределах это положение, в силу своих значительных преимуществ, практически терпимо, но его логиче ские несуразности доставляют мыслящему разуму истинное мучение. Отсюда необходи мость для всех «государственных» партий теоретической маскировки, даже оправдания, а это, разумеется, возможно только путем софизмов, извращений, наконец, просто пустых уверток. Таким образом в области политики плодят литературу, которая повторяет все жал кое лицемерие и лживость теологической апологетики и пересаживает теологические интел лектуальные пороки также и на светскую почву. Таким образом консерваторы сами удобря ют, засевают и возделывают почву специфически либерального лицемерия. Таким образом для теологической апологетики открывается и такой, почерпнутый из сознания рядового че ловека аргумент, который в других странах у нее отсутствует: что за важность, если факты, сообщаемые в евангелиях, и догматы, проповедуемые в Новом завете, прямо противоречат друг другу? Значит ли это, что они не истинны? В английской конституции еще больше про тиворечий, она сплошь противоречит самой себе, а ведь она все же существует, стало быть истинна!

———— Отсутствие кризисов с 1868 г. обусловлено также и расширением мирового рынка, в ре зультате которого избыточный ан О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ЭКОНОМИЧ. И ПОЛИТИЧ. РАЗВИТИЯ АНГЛИИ глийский и соответственно европейский капитал распределяется в виде вложений в средства сообщения и т. д. — по всему миру и между множеством сфер приложения. Поэтому кризис оказался невозможным вследствие чрезмерной спекуляции в железнодорожном, банковском деле и т. п., в специфически американских сферах приложения капитала, в индийской тор говле, но в то же время стали возможными небольшие кризисы, вроде аргентинского, про должающегося уже три года330. Однако все это доказывает, что назревает гигантский кризис.

Написано 12 сентября 1892 г. Печатается по рукописи Впервые опубликовано на русском языке Перевод с немецкого в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т, XVI. ч. II, 1936 г.

НАЦИОНАЛЬНОМУ СОВЕТУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РАБОЧЕЙ ПАРТИИ ИСПАНИИ Дорогие товарищи!

Конгресс английских тред-юнионов, состоявшийся в Глазго, на своем заседании 8 сентяб ря принял резолюцию, которую социалисты континентальной Европы вряд ли могут обойти молчанием.

Цюрихский комитет, которому поручена в соответствии с решениями Брюссельского кон гресса 1891 г. подготовка следующего конгресса Интернационала в 1893 г., послал пригласи тельное письмо конгрессу тред-юнионов. Несмотря на неоднократные требования секретаря Союза рабочих газовых предприятий товарища Уильяма Торна, это письмо в течение трех дней заседаний конгресса не было зачитано, вследствие чего конгресс не имел возможности высказаться по поводу приглашения цюрихского комитета.

Наконец, Меткин предложил резолюцию, поручавшую Парламентскому комитету Кон гресса тред-юнионов332 созыв международного конгресса для обсуждения и принятия согла сованного решения о законодательном установлении в международном масштабе восьмича сового рабочего дня.

Товарищи Парнелл (участник Парижского конгресса 1889 г.) и Квелч ответили, что в 1893 г. уже готовится созыв двух международных рабочих конгрессов: одного — в Цюрихе, другого — в Чикаго333;

что цюрихский временный комитет пригласил Конгресс тред юнионов принять участие в этом конгрессе и что вместо созыва третьего конгресса следова ло бы принять приглашение на конгресс в Цюрих.

Представители старых консервативных тред-юнионов возразили, ссылаясь на то, что кон грессы в Цюрихе и в Чикаго НАЦИОНАЛЬНОМУ СОВЕТУ СОЦИАЛИСТИЧ. РАБОЧЕЙ ПАРТИИ ИСПАНИИ созываются не английскими тред-юнионами;

что рабочие континента плохо организованы, слабы и беспомощны по сравнению с английскими рабочими;

что англичанам не следует принимать на себя ответственность за всякие нелепые теории (wild theories) континентально го социализма и т. п. и т. п. Лишь после всего этого было зачитано приглашение нашего цю рихского комитета.

В конце концов приглашение цюрихского комитета было отвергнуто 189 голосами против 97 и принято предложение созвать «немедленно» международный конгресс для обсуждения и принятия согласованного решения о законодательном установлении в международном масштабе восьмичасового рабочего дня.

Обе эти резолюции являются оскорблением, брошенным организованному социалистиче скому пролетариату всего европейского континента. Будем надеяться, что более передовые элементы английского пролетариата, которые по чувству уже социалисты, но пока еще ис пытывают страх перед этим словом и позволяют увлечь себя старым консерваторам, что эти более развитые и более решительные элементы сумеют на следующем конгрессе исправить допущенную ошибку.

Тем временем представляется необходимым, чтобы континентальные рабочие защитили свое достоинство от оскорблений, содержащихся в приведенных резолюциях. Я сообщил нашим друзьям во Францию и Германию о событиях в Глазго в надежде, что они придут к соглашению относительно той линии поведения, которой следует придерживаться;

так как французские товарищи через несколько дней соберутся на свой съезд в Марселе334, то они смогут там дать первый отпор тред-юнионам.

Как бывший секретарь для Испании Генерального Совета славного Интернационала я считаю своим долгом сообщить испанскому Национальному совету о событии, которое каса ется испанских товарищей не менее, чем товарищей в других странах.

Привет и социальная революция!

Написано 16 сентября 1892 г. Печатается по черновой рукописи Впервые опубликовано на русском языке Перевод с испанского в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIX, 1946 г.

ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В АМЕРИКЕ Античный мир жил под властью рока, heimarmene, неотвратимой, таинственной судьбы.

Так называли греки и римляне ту непостижимую всемогущую силу, которая сводила на нет волю и стремление человека и приводила всякое его действие к совершенно иным результа там, чем он ожидал, ту непреодолимую силу, которую с тех пор называли провидением, пре допределением и т. д. Эта таинственная сила постепенно приняла более постижимую форму, и этим мы обязаны господству буржуазии и капитала, первому классовому господству, кото рое стремилось уяснить себе причины и условия своего собственного бытия и тем самым от крыло дверь к познанию неотвратимости своей собственной предстоящей гибели. Судьба, провидение, как мы теперь знаем, это экономические условия производства и обмена, объе диняемые в наше время понятием мировой рынок.

Значение президентских выборов в Америке в том и состоит, что они для мирового рынка являются событием первостепенной важности.

Четыре года тому назад, в Бостоне на английском языке, а в Штутгарте — на немецком, была напечатана моя статья о протекционизме и свободе торговли*. Я указывал там, что промышленная монополия Англии несовместима с экономическим развитием прочих циви лизованных стран;

что введенная в Америке после Гражданской войны протекционистская система свидетельствует о стремлении американцев стряхнуть * Фр. Энгельс. «Протекционизм и свобода торговли», «Neue Zeit», июль, 1888336.

ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В АМЕРИКЕ с себя иго этой монополии;

что благодаря огромным природным ресурсам, а также умствен ной и нравственной способности американской расы эта цель теперь уже достигнута, и в Америке не меньше, чем в Германии, протекционизм стал оковами для промышленности.

Затем я говорил: если Америка введет свободу торговли, то через десять лет она побьет Анг лию на мировом рынке.

Итак, президентские выборы 8 ноября 1892 г. открыли путь к свободе торговли. Протек ционизм в той форме, которую придал ему Мак-Кинли, превратился в невыносимые оковы;

бессмысленное взвинчивание цен на всякое ввозимое сырье и продовольствие, оказывающее обратное влияние и на цены многих местных товаров, закрыло для американской промыш ленности большую часть мирового рынка, между тем как внутренний рынок уже страдал от избытка изделий американской промышленности. И в самом деле, протекционистская сис тема служила последние годы лишь средством разорения мелких производителей под давле нием крупных, объединившихся в картели и тресты, и предоставляла этим последним, то есть организованной монополии, распоряжаться рынком и тем самым — эксплуатировать потребляющую часть нации. Этот перманентный внутренний промышленный кризис, поро жденный протекционистской системой, Америка может преодолеть, лишь открыв себе двери на мировой рынок, а для этого она должна освободиться от протекционизма, по крайней ме ре в его нынешней бессмысленной форме. То, что она решила это сделать, показывает тот полный поворот в общественном мнении, который обнаружился на выборах. Как только Америка утвердится на мировом рынке, она — как и Англия и при посредстве Англии — неудержимо пойдет дальше по пути свободной торговли.

И тогда мы будем свидетелями еще небывалой промышленной борьбы. На всех рынках изделия английской промышленности, в особенности текстильной и металлургической, бу дут вынуждены вступить в борьбу с изделиями американской промышленности и в конце концов потерпят поражение. Уже сейчас американские хлопчатобумажные и льняные ткани вытесняют английские ткани. Хотите знать, каким чудом рабочие хлопчатобумажных фаб рик Ланкашира за какой-нибудь год из ярых противников законодательного установления восьмичасового рабочего дня сделались его горячими сторонниками? Откройте «Neue Zeit»

№ 2, за октябрь этого года, стр. 56, и там вы увидите, что американские хлопчатобумажные и льняные ткани шаг за шагом вытесняют английские с китайского рынка, ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В АМЕРИКЕ что английский импорт после 1881 г. уже никогда больше не достигал уровня американско го, а в 1891 г. составил всего лишь около одной трети последнего337. А Китай, наряду с Ин дией, является главным рынком сбыта этих тканей.

Это — лишнее доказательство того, как с наступлением нового века меняются все усло вия. Перенесите центр тяжести текстильной и металлургической промышленности из Анг лии в Америку, — и Англия либо превратится во вторую Голландию, в страну, где буржуа зия живет остатками былого величия, а пролетариат хиреет, либо же она реорганизуется на социалистических началах. Первое немыслимо, ибо этого не допустит английский пролета риат, для этого он уже слишком многочислен и слишком развит. Остается, следовательно, лишь второй исход. Падение протекционистской системы в Америке означает в конечном счете победу социализма в Англии.

А Германия? Будет ли Германия, завоевавшая себе еще в 1878 г. положение на мировом рынке, которое она теперь, вследствие своей безрассудной протекционистской политики, по степенно теряет, будет ли Германия настаивать на том, чтобы путем обложения пошлинами сырья и продовольствия по-прежнему упорно закрывать самой себе доступ на мировой ры нок, да еще перед лицом американской конкуренции, которая будет куда ощутимее англий ской? Хватит ли у немецкой буржуазии здравого смысла и мужества, чтобы последовать примеру Америки, или же она будет все так же пассивно выжидать, пока ставшая мощной американская промышленность не раздавит протекционистский картель юнкера и крупного фабриканта338? И поймут ли, наконец, правительство и буржуазия, как удивительно нелепо именно в данный момент отягощать экономические силы Германии новым непомерным во енным бременем, когда дело идет к тому, чтобы вступить в промышленное соревнование с самой молодой и самой сильной в мире нацией, которая за несколько лет без особых усилий уплатила свои колоссальные военные долги и правительство которой не знает, куда девать поступления от налогов?

Немецкой буржуазии, — быть может в последний раз, — представляется возможность со вершить, наконец, большое дело. Сто шансов против одного, что она в силу своей чрезмер ной ограниченности и трусости использует эту возможность лишь для того, чтобы показать, что ее песенка окончательно спета.

Написано между 9 и 15 ноября 1892 г. Печатается по тексту газеты Напечатано в газете «Vorwarts» № 269, Перевод с немецкого 16 ноября 1892 г.

Подпись: Фридрих Энгельс МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ родился 5 мая 1818 г. в Трире, в семье адвоката, впоследствии советника юстиции, Генриха Маркса, который, как явствует из метрического свидетельства его сына, в 1824 г. перешел вместе с семьей из иудейства в протестантизм. Окончив образование в трирской гимназии, Карл Маркс с 1835 г. изучал в Бонне, а затем в Берлине сначала право, а затем философию;

в 1841 г. он получил в Берлине степень доктора философии, представив диссертацию о фило софии Эпикура340. В том же году он переселился в Бонн с намерением занять должность до цента;

однако препятствия, которые правительство чинило его другу Бруно Бауэру, подви завшемуся там же в качестве доцента теологии, и которые привели в конце концов к уволь нению Бауэра из университета, вскоре ясно показали Марксу, что в прусской высшей школе для него места нет. — Около того же времени некоторые младогегельянствующие предста вители молодого поколения рейнской радикальной буржуазии, по соглашению с вождями либералов, Кампгаузеном и Ганземаном, решили основать в Кёльне большую оппозицион ную газету;

в качестве главных постоянных сотрудников были привлечены также Маркс и Бауэр. Необходимое в то время разрешение было получено втайне, окольным путем, и, та ким образом, с 1 января 1842 г. начала выходить «Rheinische Zeitung». Маркс написал из Бонна в новую газету ряд больших статей;

важнейшими из них были: критика дебатов рейн ского провинциального ландтага, статья о положении мозельских крестьян-виноделов и дру гая статья о краже леса и соответствующем законодательстве341. В октябре 1842 г. Маркс принял на себя МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ руководство газетой и переселился в Кёльн. С этого момента газета приобрела резко оппози ционный характер. И в то же время руководство ею было настолько искусным, что несмотря на двойную, а затем и тройную цензуру (сначала со стороны обыкновенного цензора, затем — регирунгспрезидента, наконец, — присланного ad hoc* из Берлина г-на фон Сен-Поля), которой подвергли газету, правительство не могло справиться с такого рода прессой, и оно решило поэтому запретить с 1 января 1843 г. дальнейший выпуск газеты. Ценой последо вавшего в тот же день выхода Маркса из состава редакции добились отсрочки на три месяца, но затем все же последовало окончательное запрещение газеты.

Тогда Маркс решил уехать в Париж, куда после запрещения журнала «Deutsche Jahrbu cher»342, последовавшего приблизительно в то же время, намеревался также направиться Ар нольд Руге. Но перед этим Маркс женился в Крёйцнахе на Женни фон Вестфален, своей под руге детства, с которой он был помолвлен еще с того времени, как начал заниматься в уни верситете. Осенью 1843 г. молодая чета прибыла в Париж, где Маркс и Руге стали издавать «Deutsch-Franzosische Jahrbucher», однако в свет вышел лишь один выпуск этого журнала;

издание пришлось прекратить отчасти из-за огромных трудностей нелегального распростра нения журнала в Германии, а отчасти из-за очень скоро обнаружившихся принципиальных разногласий между обоими редакторами343. Руге оставался в фарватере гегелевской филосо фии и политического радикализма, Маркс с жаром принялся за изучение политической эко номии, французских социалистов и истории Франции. Результатом был его переход к социа лизму. В сентябре 1844 г. в Париж к Марксу приехал на несколько дней Фр. Энгельс;

они вступили в переписку со времени их совместной работы в «Deutsch-Franzosische Jahrbucher», и с тех пор начинается их сотрудничество, окончившееся только со смертью Маркса. Пер вым плодом этого сотрудничества было полемическое произведение против Бруно Бауэра, с которым у них в процессе распада гегелевской школы тоже произошел принципиальный разрыв, а именно: «Святое семейство. Против Бруно Бауэра и компании». Франкфурт-на Майне, 1845344.

Маркс принимал участие в редактировании небольшой немецкой еженедельной газеты, выходившей в Париже под названием «Vorwarts!»345 и подвергавшей саркастическому ос меянию убожество тогдашнего немецкого абсолютизма и лжеконсти * — специально, для определенной цели. Ред.

Список произведений К. Маркса, составленный Ф. Энгельсом МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ туционализма. Это дало повод прусскому правительству потребовать от министерства Гизо высылки Маркса из Франции. Требование было удовлетворено;

в начале 1845 г. Маркс пере селился в Брюссель, куда вслед за ним прибыл и Энгельс. Здесь Маркс выпустил в свет:

«Нищету философии. Ответ на «Философию нищеты» г-на Прудона». Брюссель и Париж, 1847, а также «Речь о свободе торговли», Брюссель, 1848347. Кроме того, Маркс писал время от времени статьи в «Deutsche-Brusseler-Zeitung»348. В январе 1848 г. он составил вместо с Энгельсом «Манифест Коммунистической партии», по поручению Центрального комитета Союза коммунистов, тайного пропагандистского общества, в которое Маркс и Энгельс всту пили весной 1847 года349. С тех пор «Манифест» выходил в бесчисленных авторизованных и неавторизованных немецких изданиях и был переведен почти на все европейские языки.

Когда разразилась февральская революция 1848 г., вызвавшая народные волнения также и в Брюсселе, Маркс был арестован и выслан из Бельгии;

между тем временное правительство Французской республики пригласило Маркса снова приехать в Париж, куда он и переселил ся.

В Париже Маркс вместе со своими друзьями выступил прежде всего против ребяческой затеи с легионами, которая давала большинству нового правительства удобное средство из бавиться от «ставших обузой» иностранных рабочих. Было ясно, что организуемые таким образом на виду у всех бельгийские, немецкие и прочие легионы были в состоянии перейти границу лишь для того, чтобы попасть в заранее подстроенную ловушку, как это фактически затем и произошло. Маркс и другие руководители Союза коммунистов добились для четы рехсот безработных немцев такого же путевого пособия, как и для легионеров, так что они тоже смогли возвратиться в Германию.

В апреле Маркс переехал в Кёльн, а с 1 июня там под его руководством стала издаваться «Neue Rheinische Zeitung», последний номер которой вышел 19 мая следующего года;

редак торам угрожал либо арест на основании судебного постановления, либо, если они не были прусскими подданными. высылка. Этой последней участи и подвергся Маркс, который в пе риод своего пребывания в Брюсселе вышел из прусского подданства. За время существова ния газеты ему дважды пришлось предстать перед судом присяжных: 7 февраля 1849 г. за нарушение законов о печати и 8 февраля за призыв к вооруженному сопротивлению прави тельству (во время отказа от уплаты налогов, в ноябре 1848 г.);

оба раза он был оправдан350.

МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ После запрещения газеты Маркс снова возвратился в Париж, однако после демонстрации 13 июня351 он был поставлен перед выбором: либо дать интернировать себя в Бретани, либо вновь покинуть Францию. Разумеется, он предпочел последнее и отправился в Лондон, где он с тех пор постоянно и проживал.

В Лондоне он издавал «Neue Rheinische Zeitung. Politisch-okonomische Revue», Гамбург, 1850;

всего вышло в свет шесть выпусков352. Его главная работа в этом органе: «С 1848 по 1849» посвящена выяснению причин и внутренней связи событий этих лет, особенно во Франции;

кроме того, им был написан (совместно с Энгельсом) ряд рецензий и политических обзоров. За первой работой вскоре последовало, как ее продолжение, «Восемнадцатое брю мера Луи Бонапарта», Нью-Йорк, 1852;

новые издания — Гамбург, 1869 и 1885353. Большой процесс коммунистов в Кёльне дал повод к изданию брошюры: «Разоблачения о кёльнском процессе коммунистов», Бостон, 1853, последнее издание — Цюрих, 1885354. С 1852 г. Маркс состоял лондонским корреспондентом и в течение ряда лет до некоторой степени редактором европейского отдела газеты «New-York Tribune»355. Его статьи частью подписывались его именем, частью печатались в виде передовых;

это не обычные корреспонденции, а основан ные на тщательном изучении и часто состоящие из целой серии статей обстоятельные обзо ры политического и экономического положения отдельных европейских стран. Среди них статьи военного характера — о Крымской войне, восстании в Индии и т. д. — написаны Эн гельсом. Некоторые из статей Маркса о лорде Пальме рстоне были переизданы в Лондоне отдельными брошюрами356. Это сотрудничество в «Tribune» прекратилось лишь с началом Гражданской войны в Америке.

1859 г., с одной стороны, вовлек Маркса в связи с Итальянской войной в полемику с Кар лом Фогтом, которая нашла свое завершение в книге: Карл Маркс. «Господин Фогт», Лон дон, 1860357. Но с другой стороны, в этом же году появился первый плод его многолетних занятий политической экономией в Британском музее в виде первого выпуска «К критике политической экономии», Берлин, 1859358. Однако едва вышел в свет этот первый выпуск, как Маркс обнаружил, что он еще не вполне выяснил все детали развития основных идей следующих выпусков;

сохранившаяся до сих пор рукопись является наилучшим доказатель ством этого359. Тогда он немедленно начал работу сызнова, и таким образом вместо этого продолжения лишь в 1867 г. вышел в свет «Капитал. Книга I: Процесс производства капита ла», Гамбург, 1867360.

МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ Разрабатывая все три тома «Капитала», — второй и третий по крайней мере вчерне, — Маркс снова, наконец, получил также возможность и для практической деятельности среди рабочих. В 1864 г. было основано Международное Товарищество Рабочих. На честь быть ос нователями этого Товарищества притязали многие, особенно французы. Само собой разуме ется, что нечто подобное не могло быть основано одним человеком. Но одно несомненно:

среди всех участников был только один человек, который ясно понимал, что происходит и что нужно основать: это был тот человек, который еще в 1848 г. бросил в мир призыв: «Про летарии всех стран, соединяйтесь!»

При основании Интернационала Джузеппе Мадзини тоже пытался склонить объединив шиеся в нем элементы на сторону провозглашенной им мистической, проникнутой духом заговорщичества демократии с ее лозунгом «Dio e popolo»* и использовать эти элементы в ее интересах. Но предложенный от его имени проект Устава и Учредительного Манифеста был отвергнут, и в противовес ему принят проект, составленный Марксом361;

с тех пор руково дство Интернационалом было обеспечено за Марксом. Им написаны все воззвания Гене рального Совета, в числе их и изданное после падения Парижской Коммуны и переведенное на большинство европейских языков воззвание «Гражданская война во Франции»362.

Здесь не место излагать историю Интернационала. Достаточно отметить, что Марксу уда лось так составить Устав, а также принципиальную мотивировочную часть, что в этих рам ках могли единодушно сотрудничать французские прудонисты, немецкие коммунисты и анг лийские тред-юнионисты, и согласие внутри этого объединения ни разу не было нарушено, пока не выступили на сцену люди, которые с того момента пытались внести дезорганизацию во всякое рабочее движение,— анархисты, возглавляемые Бакуниным. Само собой разумеет ся, сила Товарищества покоилась на одном лишь неслыханном дотоле факте — на стремле нии европейского и американского пролетариата к объединению;

никакими другими средст вами, кроме моральных, Генеральный Совет не располагал, у него не было даже и денежных средств: вместо пресловутых «миллионов Интернационала» у Совета большей частью име лись только долги. Наверное, никогда не бывало так много сделано с таким ничтожным ко личеством денег.

После падения Коммуны существование Интернационала в Европе стало невозможным.

Продолжать борьбу в прежней * — «Бог и народ». Ред.

МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ форме против правительства и буржуазии, разъяренной в одинаковой степени во всех стра нах, стоило бы колоссальных жертв. К этому присоединилась борьба внутри самого Товари щества против анархистов и тяготевших к ним прудонистских элементов. Le jeu ne valait pas la chandelle*. Поэтому, после того как на Гаагском конгрессе над анархистами была одержана и формальная победа363, Маркс предложил перенести местопребывание Генерального Совета в Нью-Йорк. Этим обеспечивалось дальнейшее существование Товарищества на тот случай, если бы изменившиеся обстоятельства сделали необходимым его восстановление в Европе.

Но когда такие обстоятельства наступили, прежняя форма уже устарела;

движение значи тельно переросло старый Интернационал.

С того времени Маркс стоял в стороне от публичной агитации, однако его участие в евро пейском и американском рабочем движении при этом не стало менее деятельным. Он вел пе реписку почти со всеми его руководителями в различных странах, которые в важных случаях обращались к нему лично, когда только было возможно, за советом;

он все больше и больше становился общепризнанным и всегда готовым откликнуться советчиком борющегося проле тариата. Но вместе с тем Маркс мог теперь вновь вернуться к своим научным занятиям, об ласть которых тем временем сильно расширилась. У этого человека, который при исследова нии всякого предмета изучал его историческое происхождение и его предпосылки, каждый отдельный вопрос порождал, разумеется, целый ряд новых вопросов. Он изучал первобыт ную историю, агрономию, русские и американские земельные отношения, геологию и т. д., главным образом для того, чтобы в третьем томе «Капитала» разработать раздел о земельной ренте с такой полнотой, с какой до него и не пытались это сделать. В дополнение ко всем германским и романским языкам, на которых Маркс свободно читал, он изучил еще древне славянский, русский и сербский. Но, к сожалению, все обостряющаяся болезнь помешала ему использовать собранный таким образом материал. 2 декабря 1881 г. умерла его жена**, 11 января 1883 г. — его старшая дочь***, а 14 марта того же года он тихо заснул навеки в своем кресле.

Большинство появившихся в печати биографий Маркса кишат ошибками. Достоверна только биография, напечатанная в издававшемся Бракке «Volks-Kalender» за 1878 г., вышед шем в Брауншвейге (написана Энгельсом)364.

* — Игра не стоила свеч. Ред.

** — Женни Маркс. Ред.

*** — Женни Лонге. Ред.

Список произведений Ф. Энгельса, составленный им самим (первая страница) Список произведений Ф. Энгельса, составленный им самим (вторая страница) МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ Ниже прилагается по возможности полный перечень появившихся в печати произведений Маркса:

«Rheinische Zeitung», Кёльн, 1842: статьи о дебатах рейнского провинциального ландтага, о положении мозельских крестьян-виноделов, о краже леса;

передовые статьи с октября по декабрь 1842 года. «Deutsch-Franzosische Jahrbucher», издаваемый А. Руге и К. Марксом, Па риж, 1844: «Введение к критике гегелевской философии права»;

«К еврейскому вопросу». — К. Маркс и Ф. Энгельс. «Святое семейство. Против Бруно Бауэра и компании». Франкфурт на-М., 1845. — Небольшие статьи (анонимные) в парижской газете «Vorwarts», 1844. — Раз личные статьи, без подписи и за подписью, в «Deutsche-Brusseler-Zeitung», Брюссель, 1847— 1848. — «Нищета философии. Ответ на «Философию нищеты» г-на Прудона», Брюссель и Париж, 1847. Немецкое издание: Штутгарт, второе издание, 1892. Испанское издание: Мад рид, 1891. — «Речь о свободе торговли», Брюссель, 1848. Английское издание: Бостон, 1888.

Немецкое: в немецком издании «Нищеты философии». — Совместно с Ф. Энгельсом: «Ма нифест Коммунистической партии», Лондон, 1848. Последнее немецкое издание: Лондон, 1890;

переведен почти на все европейские языки. — Статьи в «Neue Rheinische Zeitung», пе редовые и т. д., Кёльн, 1848—1849. Из них многократно печаталось отдельно: «Наемный труд и капитал», последнее издание: Берлин, 1891;

издано на русском, польском, итальян ском, французском языках. — «Два политических процесса», Кёльн, 1849 (две защититель ные речи Маркса). — «Neue Rheinische Zeitung. Revue», Гамбург, 1850. шесть выпусков. В них статьи Маркса: «С 1848 по 1849». В сотрудничестве с Энгельсом: рецензии и месячные обзоры. — «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта», Нью-Йорк, 1852. Третье издание:

Гамбург, 1885. Вышло также на французском языке. — «Разоблачения о кёльнском процессе коммунистов», Базель, 1853 (издание конфисковано);

Бостон, 1853. Последнее издание: Цю рих, 1885. — Статьи в «New-York Tribune» 1852— 1861. В том числе несколько статей о Пальмерстоне вышли — в дополненном издании — в Лондоне в 1856 г. в виде отдельных памфлетов. — «Free Press», Шеффилд, июнь 1856 и Лондон, до апреля 1857: «Разоблачения дипломатической истории XVIII века» (о постоянной корыстной зависимости английских вигских министров от России)366. — «Das Volk», Лондон, 1859: статьи о дипломатической истории Итальянской войны 1859 года367.— «К критике политической экономии», первый выпуск, Берлин, 1859. Польское издание 1890. — «Господин Фогт», Лондон, 1860. — «Учре дительный Манифест Между МАРКС, ГЕНРИХ КАРЛ народного Товарищества Рабочих», Лондон, 1864;

далее, все публикации Генерального Со вета, включая и «Гражданскую войну во Франции», Лондон, 1871 (последнее немецкое изда ние: Берлин, 1891;

издана также на французском, итальянском и испанском языках). — «Ка питал. Критика политической экономии». Первый том, Гамбург, 1867;

последнее, четвертое издание, 1890. Издан на русском, французском, английском, польском и датском языках. — То же. Второй том, Гамбург, 1885;

второе издание печатается. Издан на русском языке. Тре тий том выйдет в свет в 1893 году.

Написано между 9 и 25 ноября 1892 г. Печатается по тексту «Handworterbuch der Staatswissenschaften»

Напечатано в «Handworterbuch der Staatswissenschaften», Bd. 4, 1892 Перевод с немецкого Подпись: Фридрих Энгельс В РЕДАКЦИЮ ГАЗЕТЫ «BERLINER VOLKS-TRIBUNE» Публикуемая в «Volks-Tribune» серия статей под названием «Юрская федерация и Миха ил Бакунин» вынуждает меня написать краткое опровержение.

Хотя автор* как будто бы старается освещать свою тему по-деловому и беспристрастно, в действительности же он излагает ее так, как ее излагают сами господа анархисты и как им хотелось бы, чтобы она была изложена. Так, он оперирует весьма обширным бакунистским материалом;

публикации же женевских противников бакунистов он использует весьма слабо, а материалы лондонского Генерального Совета вовсе не использует.

Приведу наиболее бросающиеся в глаза вымыслы лишь из одной статьи (X, от 12 ноября).

Неверно, будто Генеральный Совет созвал в 1871 г. «тайную» конференцию в Лондоне369, о которой «не были извещены только швейцарские анархистские секции;

последние, тем не менее, узнали об этом на мерении» и т. д.

Конференция была в такой же мере открытой и в такой же мере тайной, как любое заседа ние правления любой социал-демократической партии;

о ней не разглашали в газетах, и в помещение заседаний не приглашали репортеров.

Юрские секции находились в состоянии открытого восстания против Генерального Сове та и не поддерживали с ним никаких официальных связей. Напротив, в Генеральный Совет * — Л. Эритье. Ред.

В РЕДАКЦИЮ ГАЗЕТЫ «BERLINER VOLKS-TRIBUNE» входили два анархиста-бакуниста, члены бакунистского тайного общества, избранные по предложению «диктатора» Маркса: Робен и Бастелика. Как раз Робен и осуществлял связь с юрскими секциями;

от их имени он уже в марте 1871 г. предложил созвать ту самую конфе ренцию, от которой они позднее отреклись, а также осведомил их о ее созыве. Все другое — анархистская ложь.

Конференция, «которая должна была собраться у Маркса... состоялась... на квартире Маркса».

Глупая ложь;

конференция состоялась в таверне «Блюпостс», вблизи Тоттенхем Корт-род, в так называемом французском квартале.

Состав конференции тоже указан неправильно;

неправильно обозначен и спорный пункт:

речь шла об абзаце не из Устава, а из мотивировочного введения к Уставу. Этот абзац, гла сящий: «Экономическое освобождение рабочего класса есть великая цель, которой всякое политическое движение должно быть подчинено как средство», первый местный Парижский (прудонистский) комитет исказил в своем французском переводе следующим образом:

«... великая цель, перед которой должно отступить всякое политическое движение»370.

В то время, когда при перевозе через Францию бонапартистской полицией были конфи скованы документы Женевского конгресса371, которые были в конце концов возвращены только благодаря вмешательству английского министерства иностранных дел, в Женеве в спешном порядке вновь отпечатали старый парижский перевод, и анархисты могли впослед ствии на этом основании утверждать, будто так решил Женевский конгресс. Этому шарла танству, — разумеется, к великому сожалению анархистов, — был положен конец изданием аутентичного английского, французского и немецкого текстов Устава, которое было выпу щено в свет в 1871 г. Генеральным Советом по поручению того же Женевского конгресса372.


Передо мной лежит тот экземпляр Устава, в который Маркс внес принятые Женевским кон грессом изменения;

они ограничиваются только самими статьями Устава и абсолютно не ка саются мотивировочного введения.

Неверно, далее, и то, что Лондонская конференция решила поставить «анархистское движение Юры под команду Женевского комитета».

В РЕДАКЦИЮ ГАЗЕТЫ «BERLINER VOLKS-TRIBUNE» И здесь у меня возникают некоторые сомнения в честности намерений автора. Либо он умеет читать, либо не умеет. Если он умеет читать, то в резолюции конференции он может прочесть только следующее: 1) что у Юрского комитета отнимается (присвоенное им) на именование Романского комитета и это название присваивается старому Женевскому коми тету;

2) что юрцев призывают уладить свои споры с женевцами;

3) если же это невозможно, то им следует создать свою собственную федерацию под названием «Юрская федерация»373.

Таким образом, все, что сделала конференция, сводится к предоставлению как женевцам, так и юрцам целиком действовать в рамках их собственной автономии.

Одним словом, автор, являясь или прикидываясь невинным младенцем, во всем верит на слово бедной оклеветанной анархистской овечке. О том, чего не сочли нужным рассказать эти господа, наш столь авторитетный автор ровным счетом ничего не знает, следовательно ничего не знает он и о том, что составляло закулисную сторону всего спора. За открытым «Альянсом социалистической демократии», основанным Бакуниным, скрывался тайный Альянс, целью которого было добиться перехода в руки анархистов господства над всем Ин тернационалом374. Этот тайный Альянс имел широкое распространение в Юре, в Италии и Испании. Генеральный Совет получил доказательства этого раньше всего из Испании, а за тем из Женевы им был получен устав и множество других документов, касающихся этого невинного заговора против европейского рабочего движения. Это и были те документы, на основании которых Гаагский конгресс выносил в 1872 г. свой приговор, выбросив Бакунина и Гильома из Интернационала375. Для опровержения всплывающей теперь снова анархист ской фальсификации истории обо всем этом и о многом другом можно прочитать в брошю ре, изданной по решению Гаагского конгресса: «Альянс социалистической демократии и Международное Товарищество Рабочих». Лондон, Гамбург, 1873;

в немецком переводе Ко коского: «Заговор против Интернационала», Брауншвейг, Бракке, 1874376.

Фридрих Энгельс Лондон, 15 ноября 1892 г.

Напечатано в приложении к газете Печатается по тексту газеты, «Berliner Yolks-Tribune» № 47, сверенному с черновой рукописью 19 ноября 1892 г.

Перевод с немецкого ВНОВЬ ОТКРЫТЫЙ ПРИМЕР ГРУППОВОГО БРАКА За последнее время у некоторых рационалистских этнографов вошло в моду отрицать су ществование группового брака;

в связи с этим представляет интерес нижеследующий отчет, который я перевожу из московской газеты «Russkija Vjedomosti» («Русские Ведомости») от 14 октября 1892 г. старого стиля. В нем не только определенно устанавливается наличие действующего с полной силой обычая группового брака, то есть права группы мужчин и группы женщин вступать между собой в половые отношения, но и такой его формы, которая тесно примыкает к пуналуальному браку у гавайцев, то есть к наиболее развитой и классиче ской ступени группового брака. В то время как типичная пуналуальная семья состоит из ряда братьев (единоутробных или более отдаленных степеней родства), которые находятся в брачных отношениях с рядом единоутробных или находящихся в более отдаленных степенях родства сестер, — в данном случае, на острове Сахалине, мы видим, что мужчина состоит в брачных отношениях со всеми женами своих братьев и со всеми сестрами своей жены, иначе говоря, если рассматривать это явление с женской стороны, его жена имеет право вступать в половые связи с братьями мужа и с мужьями своих сестер. Отличие от типичной формы пу налуального брака состоит, следовательно, только в том, что братья мужа и мужья сестер — это не обязательно одни и те же лица.

Следует далее заметить, что и здесь подтверждается то, что я писал в «Происхождении семьи», 4 издание, стр. 28—29, а именно, что групповой брак выглядит отнюдь не так, как его рисует себе привыкшая к публичным домам фантазия нашего ВНОВЬ ОТКРЫТЫЙ ПРИМЕР ГРУППОВОГО БРАКА филистера;

что лица, состоящие в групповом браке, вовсе но ведут открыто той развратной жизни, которую наш филистер практикует втайне;

напротив, эта форма брака, по крайней мере, как это видно из всех встречающихся еще теперь примеров, на практике отличается от непрочного парного брака или от многоженства только тем, что ряд случаев половых связей, которые при других условиях строго караются, здесь дозволены обычаем378. То обстоятель ство, что фактическое использование этих прав постепенно становится отмирающим явлени ем, доказывает только, что сама эта форма брака находится в стадии отмирания. И это под тверждается также и редкостью ее распространения.

В остальном все это описание интересно еще тем, что оно лишний раз показывает, как сходны, даже тождественны в своих основных чертах общественные институты первобыт ных народов, находящихся на почти одинаковой ступени развития. То, что рассказано об этих монголоидах с Сахалина, в большей своей части вполне можно отнести к дравидийским племенам Индии, к жителям островов Тихого океана времен их открытия, к американским краснокожим. Отчет гласит:

«В заседании антропологического отдела Общества любителей естествознания в Москве* 10 октября» (ста рого стиля;

22 октября нового стиля) «Н. А. Янчук доложил интересное сообщение г-на Штернберга о сахалин ских гиляках379, племени, мало исследованном и находящемся на ступени** культуры дикарей. Гиляки не знают земледелия и гончарного искусства, снискивают пропитание главным образом охотой и рыбной ловлей, разо гревают воду в деревянном корыте, опуская в него раскаленные камни и т. п. Особенно любопытны их семей но-родовые учреждения. Гиляк зовет отцом не только своего родного отца, но и всех братьев последнего, а жен этих братьев, как и сестер своей матери, зовет всех матерями, детей же всех этих «отцов» и «матерей»*** — своими братьями и сестрами. Такой же способ наименования**** существует, как известно, и у ирокезов и дру гих индейских племен Северной Америки, равно как и у некоторых племен в Индии, но у них он давно уже не соответствует действительности, тогда как у гиляков он служит для обозначения до сих пор существующего порядка. И теперь каждый гиляк имеет супружеские права на жен своих братьев и на сестер своей жены*****, по крайней мере их осуществление не считается чем-то запретным******. Эти остатки покоящегося на родовом строе группового брака******* * Слова «в Москве» добавлены Энгельсом. Ред.

** В «Русских Ведомостях» вместо слова «ступени» напечатано: «степени». Ред.

*** В «Русских Ведомостях» вместо слов «всех этих «отцов» и «матерей»» напечатано: «всех перечисленных родственников». Ред.

**** В «Русских Ведомостях» вместо слов «способ наименования» напечатано: «терминология». Ред.

***** Курсив Энгельса. Ред.

****** В «Русских Ведомостях» вместо слов «чем-то запретным» напечатано: «грехом». Ред.

******* В «Русских Ведомостях» вместо слов «покоящегося на родовом строе группового брака» напечатано:

«родового брака». Ред.

ВНОВЬ ОТКРЫТЫЙ ПРИМЕР ГРУППОВОГО БРАКА напоминают знаменитую пуналуальную семью, существовавшую еще в первой половине нашего столетия на Сандвичевых островах. Эта форма семейно-родовых* отношений лежит в основании общественной организа ции гиляков, в основании их родового устройства.

Род гиляка состоит из всех братьев его отца близких и более отдаленных степеней родства, действительных и номинальных**, из их отцов и матерей, из детей братьев гиляка и из собственных детей гиляка. Понятно, что таким образом составляющийся род может насчитывать в своей среде огромное количество членов. Жизнь рода протекает на следующих началах. Брак внутри рода безусловно воспрещен. Жена умершего гиляка переходит по решению рода к одному из единоутробных или номинальных братьев*** покойного. Род содержит всех не способных к труду своих членов. «У нас нет нищих, — говорил референту один гиляк, — если кто беден, того кормит халь» (род). Члены рода связаны общими жертвоприношениями и празднествами, общим кладбищем и прочее.

Род гарантирует жизнь и безопасность каждого из своих членов от покушения на него лиц, не принадлежа щих к роду****. Карательным средством служит кровная месть*****, но под влиянием русских действие этого института значительно ослабилось. Из действия родовой мести совершенно исключаются женщины. — Род в некоторых случаях, впрочем весьма редких, усыновляет лиц чужого рода. По общему правилу. имущество не должно выходить из рода умершего. У гиляков в этом отношении действует буквально известное правило Две надцати таблиц: «Si suos heredes non habet, gentiles familiam habento»» (Если не имеет своих наследников, долж ны наследовать сородичи)380. «Ни одно чрезвычайное событие в жизни гиляка не обходится без участия рода.

Старший в роде сравнительно еще недавно, одно-два поколения тому назад, был общественным главой, «ста ростой» рода. Но в настоящее время роль старейших в роде сводится только к руководительству религиозными обрядами. Роды бывают часто рассеяны в очень отдаленных друг от друга пунктах, но, разделившись, сородичи продолжают помнить друг друга, ездят друг к другу в гости, оказывают друг другу помощь и покровительство и прочее. Впрочем, без особенной нужды гиляк не покинет своих сородичей, гробниц своего рода. Родовой быт налагает резкий отпечаток на весь духовный склад гиляка, на его характер, нравы и учреждения. Привычка все обсуждать сообща, необходимость постоянно вступаться за интересы своих сородичей, круговая порука в делах кровной мести******, необходимость и обыкновение жить в больших юртах вместо с десятками себе подобных, так сказать, постоянно на народе, выработали в гиляке чрезвычайно общительный, разговорчивый характер.


Гиляк чрезвычайно гостеприимен, он любит принимать гостей, любит и сам к ним ездить. Благородный обычай гостеприимства особенно резко проявляет себя в дни невзгоды. В черный год, когда у гиляка не хватает * В «Русских Ведомостях» вместо слов «семейно-родовых» напечатано: «семейно-родственных». Ред.

** В «Русских Ведомостях» вместо слов «близких и более отдаленных степеней родства, действительных и номинальных» напечатано: «(всех степеней)». Ред.

*** В «Русских Ведомостях» вместо слов «единоутробных или номинальных братьев» напечатано: «братьев (любой степени)». Ред.

**** В «Русских Ведомостях» вместо слова «Род» напечатано: «Халь»;

вместо слов «лиц, не принадлежащих к роду» напечатано: «лиц другого халя». Ред.

***** В «Русских Ведомостях» вместо слов «Карательным средством» напечатано: «Средством»;

вместо слов «кровная месть» напечатано: «родовая месть». Ред.

****** В «Русских Ведомостях» вместо слов «кровной мести» напечатано: «мести». Ред.

ВНОВЬ ОТКРЫТЫЙ ПРИМЕР ГРУППОВОГО БРАКА пищи ни для себя, ни для собак, он не протягивает руки за благодеянием: он уверенно отправляется в гости и кормится там иногда довольно долгое время.

Среди сахалинских гиляков почти совсем не встречается преступлений корыстного характера. Свои драго ценности гиляк хранит в амбаре, который никогда не запирается. Гиляк настолько чувствителен к позору, что уличенный в совершении чего-либо постыдного, он уходит в тайгу и вешается. Убийства у гиляков очень редки и совершаются чаще всего в раздражении;

во всяком случае, они никогда не имеют корыстной цели. В своих отношениях с другими людьми* гиляк проявляет правдивость, верность слову и добросовестность.

Несмотря на долгое подчинение окитаившимся маньчжурам, несмотря на губительное влияние колониза ции** Амурского края, гиляки в нравственном отношении сохранили много добродетелей, свойственных перво бытному племени. Но участь их строя жизни решена бесповоротно. Еще одно-два поколения, и гиляки матери ка совершенно обрусеют, и вместе с выгодами культуры они усвоят и ее пороки. Сахалинские гиляки, как более или менее удаленные от центров русской оседлости, имеют шансы сохраниться в чистоте немного долее. Но и на них соседнее русское население уже начинает оказывать свое влияние. Со всех селений ездят за покупками и ходят на заработок в Николаевск, а всякий гиляк, возвращающийся с заработков в родное селение, приносит с собой такую же атмосферу, какую в русские деревни приносит рабочий из города. Кроме того, заработки в го родах с их переменным счастьем все больше и больше уничтожают то первобытное равенство, которое состав ляет преобладающую черту несложной экономической жизни таких народов, как гиляки.

Статья г-на Штернберга, в которой собраны также данные о религиозных воззрениях гиляков, об их обря дах, правовых институтах***, будет напечатана в «Этнографическом обозрении» («Etnografitscheskoje Obozrenie»)»381.

Написано в конце ноября — Печатается по тексту журнала 4 декабря 1892 г.

Перевод с немецкого Напечатано в журнале «Die Neue Zeit», Bd. 1, № 12, 1892—1893 гг.

Подпись: Фридрих Энгельс * В «Русских Ведомостях» вместо слов «отношениях с другими людьми» напечатано: «гражданских отно шениях». Ред.

** В «Русских Ведомостях» вместо слова «колонизации» напечатано: «проходимческого населения». Ред.

*** В «Русских Ведомостях» вместо слов «правовых институтах» напечатано: «юридических обычаях». Ред.

ПРАВЛЕНИЮ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ВЕНГРИИ Уважаемые товарищи!

Весьма благодарен вам за ваше любезное приглашение на партийный съезд венгерской социал-демократии, на котором, к сожалению, у меня нет возможности присутствовать.

Посылая вам эти строки, я не могу не выразить своего глубокого сожаления по поводу раздоров, вспыхнувших в ваших рядах. Я далек от того, чтобы вмешиваться в дела, решать которые я не только не призван, но и не имею возможности из-за недостаточного знакомства с ними. Я могу только высказать пожелание, чтобы на партийном съезде удалось уладить разногласия и* устранить опасность раскола.

Желаю наилучшего успеха партийному съезду.

Ваш Ф. Э.

Написано в начале января 1893 г. Печатается по черновой рукописи Впервые опубликовано на русском языке Перевод с немецкого в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XVI, ч. II. 1936 г.

* В рукописи далее зачеркнуто: «сохранить для венгерской партии такого способного сотрудника, каким не сомненно является товарищ П. Энгельман». Ред.

ПО ПОВОДУ НЕДАВНЕЙ ПРОДЕЛКИ ПАРИЖСКОЙ ПОЛИЦИИ Парижская буржуазная пресса возвестила с большой помпой о том, что полиция будто бы раскрыла в высшей степени подлый заговор. Несколько «русских нигилистов» якобы соста вили заговор с целью отправить на тот свет кроткого царя и самодержца всея Руси;

но поли ция оказалась начеку, «преступники, являвшиеся организаторами покушения», были схваче ны, великодушный отец русского отечества был спасен.

Как выясняется при внимательном рассмотрении, «русские нигилисты» только потому удостоились такого названия, что с русским нигилизмом [nihil] ничего общего у них нет. Это всего лишь поляки, имевшие несчастье родиться под скипетром петербургского царя батюшки;

они очень мирно и скромно проживали в Париже и отнюдь не были настолько на ивны, чтобы устраивать заговоры с целью покушения, — это дело разумные люди предос тавляют ныне полиции. Достаточно было одной лишь вынужденной огласки польских фами лий этих «русских нигилистов», чтобы сделать версию о покушении и заговоре неприемле мой даже для полиции. Она вынуждена была дать информацию своим агентствам Гавас и Рейтер о том, что эти люди лишь высылаются из Франции.

С какой же целью была повсеместно поднята эта шумиха? Очень просто.

Правители оппортунистическо-радикальной буржуазной республики — министры, сена торы, депутаты — все без исключения замешаны в панамском скандале384: одни как получа тели взяток, другие как соучастники и укрыватели. Однако они придерживаются того взгля да, что общественное мнение уже слишком долго уделяло внимание этой стороне их нечис топлотной деятельности. Они рассуждают так: весь мир уже достаточно твердил о том, что мы своими мошенническими проделками подорвали доверие к республике;

покажем же те перь, ПО ПОВОДУ НЕДАВНЕЙ ПРОДЕЛКИ ПАРИЖСКОЙ ПОЛИЦИИ что мы в состоянии также дискредитировать эту республику и в политическом отношении, покажем, что в пресмыкательстве перед царем мы можем обставить блаженной памяти Бис марка на сто очков. Русское посольство желает ознакомиться с бумагами польских эмигран тов, докажем же наше горячее стремление повергнуть к его стопам все, что оно пожелает, не только бумаги, но вместе с ними и самих поляков, а если необходимо, то и всю Францию!

Нам только на руку, если буржуазная республика таким путем сама готовит свою гибель.

Ее наследники стоят уже у порога — это отнюдь не монархисты, которые, хотя и вновь весьма активно принялись за устройство заговоров, тем не менее не опасны;

этими наслед никами будут социалисты. Однако и нам может повредить глупость этих людей, нынешних правителей Франции. Они выпрашивают расположение и милость официальной России, они лижут ее сапог, они унижаются перед этой русской бандой жуликов, они возводят царя в на стоящего властелина Франции и руководителя французской политики, тогда как сам царь находится в таком беспомощном положении, которое совершенно не позволяет ему оказы вать какие-либо реальные услуги Франции. Нынешняя зима доказывает, что голод в России в течение ряда лет будет непрерывным;

ресурсы страны на длительное время исчерпаны, фи нансовое положение прямо-таки отчаянное. Не Франция нуждается в России, напротив, именно Россия без моральной поддержки со стороны Франции была бы совершенно парали зована. Если бы у этих французских буржуа было хоть немного здравого смысла, они могли бы принудить своего русского союзника ко всему, что не требует денег и войны. Вместо это го они валяются у него в ногах и позволяют использовать себя для государственных целей России, чего не позволяла даже Пруссия в периоды своего наибольшего унижения. И при этом им кажется, что они поступают очень хитро;

они и не подозревают, как их, этих глуп цов, высмеивают в Петербурге!

Paris vaut bien une messe — Париж стоит обедни, сказал Генрих IV, когда благодаря пере ходу в католичество добился капитуляции Парижа. La France vaut bien une Marseillaise — Франция стоит «Марсельезы», сказал Александр III, когда в самый острый момент того со стояния политической беспомощности и безвыходности, в котором он находился, адмирал Жерве поверг к его ногам Францию385.

Написано 10 января 1893 г. Печатается по тексту газеты Напечатано в газете «Vorwarts» № 11, Перевод с немецкого 13 января 1893 г.

На русском языке публикуется впервые ОБ ИТАЛЬЯНСКОЙ ПАНАМЕ I «Италия, Италия, о что там за канальи!» — поется в одной немецкой студенческой песен ке про итальянских клопов и блох. Но наряду с шестиногими канальями там водятся и дву ногие, и la bella Italia* всячески старается показать, что она в этом отношении не отстает ни от la belle France**, страны панамы, ни от целомудренной богобоязненной Германии, страны благочестивых нравов и вельфского фонда387.

В Италии бумажные деньги выпускаются шестью банками — двумя тосканскими, одним неаполитанским, одним сицилийским и двумя римскими: Римским банком и Национальным банком. Банкноты этих шести привилегированных банков обращаются в качестве полноцен ного платежного средства на основании закона, срок действия которого истек несколько лет назад, но затем из года в год продлевался вплоть до 31 декабря 1892 г. и, наконец, был про длен на три месяца — до 31 марта 1893 года.

Еще при министерстве Криспи, в 1889 г., в связи с необходимостью возобновления этой банковской привилегии, а также ввиду распространившихся тревожных слухов, было отдано распоряжение о расследовании ведения дел в этих банках. Расследование в Национальном банке было произведено сенатором Консильо, в Римском банке — сенатором Альвизи, чест ным человеком, в помощь которому в качестве эксперта был прикомандирован дельный чи новник министерства финансов Биаджини. О том, что обнаружил Консильо, до сих пор ни чего * — прекрасная Италия. Ред.

** — прекрасной Франции. Ред.

ОБ ИТАЛЬЯНСКОЙ ПАНАМЕ не известно;

об отчете же Альвизи со всей приложенной к нему документацией стало из вестно после смерти Альвизи по одной копии, которую обычно считали не имеющей юриди ческой силы, отсюда и возникла маленькая панама — «панамино», как называют ее итальян цы.

В то время министерство Криспи молча положило отчет Альвизи под сукно. Альвизи не сколько раз упоминал об этом деле в сенате, угрожал скандалом, но каждый раз позволял, чтобы ему затыкали рот. Он хранил молчание и тогда, когда министр Мичели, распорядив шийся о расследовании, сделал в парламентской комиссии, в связи с очередным продлением на год срока действия закона о банках, весьма приукрашенный отчет о Римском банке, при этом он настоятельно просил своего друга Альвизи не компрометировать своими разоблаче ниями его, а также кредитные учреждения страны. Вскоре Криспи пал, ему на смену пришел Рудини;

затем пал Рудини, образовалось ныне правящее министерство Джолитти. Принятие окончательного закона о банках, по которому они должны были быть реорганизованы, а их привилегии продлены на шесть лет, все еще висело в воздухе. Никто не хотел идти на эту опасную приманку. Подобно тлеющей лучинке в детской игре «жив курилка!» переходил этот закон из рук в руки, пока, наконец, 21 декабря последняя искорка не была безжалостно затоптана самым противозаконным образом.

Еще 6 декабря 1892 г., по предложению Джолитти, был внесен законопроект о продлении срока банковской привилегии на шесть лет. Однако в связи с негласно распространявшими ся тревожными слухами о грубых злоупотреблениях, имевших место в управлении банками, Джолитти уже 21 декабря потребовал продления срока действия закона всего лишь на три месяца — до 31 марта. Во время дебатов выступил депутат Колаянни и неожиданно для всех зачитал отдельные места из общего отчета Альвизи о Римском банке и из специального от чета Биаджини о результатах проведенной им проверки бухгалтерских книг и кассовой на личности. И тут обнаружились поразительные вещи! Незаконно выпущенный излишек банк нот на сумму в 9 миллионов франков;

весьма удобное для директора банка и для кассира, но запрещенное уставом банка смешение банковской кассы с золотым запасом;

портфель, бит ком набитый бронзовыми векселями, на оплату которых нельзя было рассчитывать;

ссуды на 73 миллиона, выданные из фонда банка 179 привилегированным лицам, причем 331/2 мил лиона были выданы всего лишь 19 лицам. Среди должников банка фигурировали директор банка Танлонго, задолжавший ОБ ИТАЛЬЯНСКОЙ ПАНАМЕ свыше миллиона, и председатель наблюдательного совета банка князь Джулио Торлониа, задолжавший 4 миллиона, и т. д. и т. д. Впрочем, Колаянни ни одного имени не назвал, но дал понять, что знает больше, чем сказал, и потребовал парламентского расследования дея тельности банков.

Затем другой депутат, Гавацци, прочитал из отчета Альвизи еще одно место, согласно ко торому Римский банк выдал крупные ссуды адвокатам, журналистам и политическим деяте лям, и эти особые клиенты получили денег на сумму около 12 миллионов, которые не значи лись в опубликованных балансах.

Тут вскочил с места бывший министр Мичели, распорядившийся при министерстве Крис пи о расследовании. Вскочили один за другим Джолитти, Криспи, Рудини, три замешанных в этом деле премьер-министра, и заявили, что все эти разоблачения — сплошная выдумка.

И с каким бурным нравственным негодованием они выступали! Более благородным гне вом не мог бы воспылать даже немецкий коммивояжер, уличенный в том, что доставленный им товар, который был ему заказан по добротным образцам, оказался самого низкого качест ва.

В тот же день депутаты обменяли в парламентской кассе банкноты Римского банка на сумму свыше 50000 фр., а акции банка (номинальной стоимостью в 1000 фр.) упали в цене на 100 франков. Но после героических речей министров уже к вечеру биржевые дельцы снова воспрянули духом. Полагали, что скандал замят и дело похоронено.

II А между тем каждое слово, сказанное Колаянни, было истинной правдой, и сообщил он едва ли третью часть того, что содержалось в отчете о расследовании. Директор банка Тан лонго, главный кассир Лаццарони и председатель наблюдательного совета Торлониа совер шенно по-семейному роздали ссуды на сумму до девяти миллионов. И вообще управление банком велось «по-семейному», — patriarcalmente, употребляя выражение Танлонго;

на столько по-семейному, что из фондов, предназначенных для кредитования на льготных ус ловиях торговли и промышленности, выдавались ссуды под ненадежные, практически не обеспеченные ипотеки или же просто людям, которые под промышленностью понимали лишь одно — промышлять всевозможными аферами, выдавались под постоянно отсрочи ваемые векселя и даже по открытым текущим счетам.

ОБ ИТАЛЬЯНСКОЙ ПАНАМЕ Управление банком велось настолько по-семейному, что постепенно почти все журналисты и не менее ста пятидесяти членов теперешней палаты депутатов, люди большей частью заведомо неплатежеспособные или даже живущие одними лишь долгами, стали фигуриро вать в бухгалтерских книгах банка в качестве должников. Список этих клиентов также был приложен к отчету Альвизи;

в этом списке наряду с одним только депутатом правых Арби бом фигурируют левые депутаты почти всех оттенков, причем сумма долга каждого равняет ся 500— 600 тысячам франков. Среди них значится и лицо, носящее глубокоуважаемую во всем мире фамилию*, а также два министра нынешнего правительства — Гримальди и Мар тини;

Гримальди является даже одним из юрисконсультов банка с годовым окладом в франков. Этого уже вполне достаточно, но это все относилось к 1889 г., это было еще только начало и даже еще не панамино, а всего лишь панаминетто, совсем, совсем маленькая пана ма.

Слухи об этих и других делишках, — среди них, разумеется, были и преувеличенные, — стали один за другим постепенно распространяться среди публики после того, как речь Ко лаянни дала этому толчок. Публика начала изымать свои вклады из Римского банка — в те чение нескольких дней было изъято свыше 9 миллионов из общей суммы вкладов в 14 мил лионов — и принимать с недоверием его банкноты. Правительство почувствовало, что те перь настало время действовать. То, что столько лет одно министерство взваливало на дру гое — урегулирование вопроса о банках и бумажных деньгах, — теперь надо было решать в спешном порядке. В первых числах января начались переговоры о слиянии обоих римских и обоих тосканских банков в одно крупное кредитное учреждение, и одновременно министер ство отдало распоряжение о новой ревизии банков. Национальный банк, который должен был составить ядро нового учреждения, отказался, разумеется, безоговорочно принять на се бя все грехи Римского банка;

он чинил препятствия и усиленно торговался. Все это стало из вестно публике;

недоверие переросло в панику. Город Рим изъял из Римского банка свои вклады на сумму свыше миллиона, сберегательная касса также забрала свой вклад на сумму свыше 560000 франков. Акции Римского банка, упавшие после речи Колаянни до 670 фр., января котировались уже только по 504 фр. при их номинальной стоимости в 1000 франков.

На севере страны уже начали отказываться принимать банкноты этого банка.

* — Менотти Гарибальди. Ред.

ОБ ИТАЛЬЯНСКОЙ ПАНАМЕ Но тут в публику проникли слухи о еще более поразительных результатах новой ревизии Римского банка. Правда, князь Джулио Торлониа выплатил свой долг: 13 января он внес миллиона, 14 января еще 600000 фр., а 15 — остальные 2 миллиона. Правда, директор Тан лонго и кассир Лаццарони в погашение своих долгов передали банку все свое большое со стояние. Правда, «одно очень высокопоставленное лицо» — газета «Corriere di Napoli» сделала прозрачный намек на короля* — уплатило банковский долг министра Гримальди и членов его семьи. Правда, конституционно-радикальный депутат Фортис заявил, что ему кредит был предоставлен как юрисконсульту банка. Но какое это имело значение по сравне нию с сообщением о том, что согласно данным новой ревизии Римский банк, имевший право выпуска банкнот на сумму в 70 миллионов, пустил их в обращение на сумму в 133 миллиона;

что для сокрытия этого факта в книгах банка фигурировали фиктивные кредиторы, за кото рыми якобы числилось до 49 миллионов, и что директор Танлонго взял 25 миллионов по простой квитанции, датированной лишь 3 января 1893 г. («Secolo»389 от 21—22 января). По говаривали также и о том, что золотой запас, хотя и оказался в порядке, но только потому, что барон Микеле Лаццарони, племянник главного кассира, взял взаймы на несколько дней специально для этой цели некоторое количество миллионов наличными у своих деловых друзей в Швейцарии, пообещав вернуть эти деньги in natura** сразу же после ревизии;



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 24 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.