авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«На правах рукописи КОХАН СЕРГЕЙ ТИХОНОВИЧ АДАПТОГЕННЫЕ СВОЙСТВА РАСТИТЕЛЬНЫХ СРЕДСТВ И ИХ ВЛИЯНИЕ НА ТЕЧЕНИЕ ВНЕБОЛЬНИЧНЫХ ПНЕВМОНИЙ ...»

-- [ Страница 2 ] --

Shao B.M., 2004). Особого внимания заслуживает выраженная иммуномодули рующая активность, свойственная для растительных адаптогенов. При этом адаптогены характеризуются, преимущественно, иммуностимулирующим дей ствием на организм, которое характерно для препаратов женьшеня, элеутеро кокка, золотого корня (Гринченко А.А. и соавт., 1984;

Дардымов И.В. и соавт., 1993;

Быков В.А., 1999;

Далькэ И.В., 2002;

Разумников Н.А., 2004;

Лазарева Д.Н. и соавт., 2005;

Gao H., 1996;

Shao B.M., 2004). В частности, было установ лено, что препараты женьшеня и элеутерококка повышают активность фер ментных систем макрофагов, моноцитов, нейтрофилов и естественных киллер ных клеток (Fulder A.A., 1977;

Gupta S., 1980).

В связи с наличием у адаптогенов иммуностимулирующей активности, повышения под их влиянием специфического и неспецифического иммунитета возрастает устойчивость организма к инфекциям, а применение этих препара тов с профилактической целью в периоды эпидемий способствует сокращению количества заболевших и облегчает течение инфекций (Новиков Ю.К. и соавт., 2006;

Шантанова Л.Н. и соавт., 2010;

Cammisuli et al., 1984).

Наличие иммуностимулирующей активности позволяет рекомендовать растительные адаптогены для лечения и профилактики гриппа, острых респи раторных заболеваний, онкологических заболеваний, вторичных иммунодефи цитов (Гаммерман А.Ф., 1984;

Купин В.И. и соавт., 1994;

Лесиовская Е.Е. и со авт., 2003;

Поветьева Т.Н. и соавт., 2005;

Алексеева Э.А. и соавт., 2010;

Xiao guang С., 1998).

Механизмы действия адаптогенов до конца не изучены. Предполагают, что под влиянием адаптогенов происходит активация энергетического и пла стического обеспечения защитных реакций организма путем ускорения мета болизма ключевых ферментных систем и биосинтетических процессов с фор мированием состояния неспецифически повышенной резистентности орга низма. В пользу этого предположения свидетельствует увеличение синтеза РНК и белков, особенно в условиях дополнительной стимуляции этих про цессов. Как известно, процесс обмена веществ (метаболизм) состоит из двух противоположных фаз. В процессе катаболических реакций происходит рас щепление сложных органических молекул с образованием энергии, которая в свое время была затрачена на биосинтез этих молекул. Результатом анаболи ческих реакций является синтез структурных молекул, необходимых для про цессов роста и размножения клеток. Оба процесса в норме протекают равно мерно и сбалансированно, однако, на фоне экстремальных стрессорных воз действий, когда организму требуется повышенное количество энергии для поддержания жизнедеятельности, реакции катаболизма начинают преобла дать, а анаболические процессы тормозятся. На первом этапе стрессорного воз действия происходит катаболизм углеводов. При истощении запасов углеводов катаболизму подвергаются белки и, в самую последнюю очередь, жиры.

Эффект адаптогенов на фоне воздействия стрессоров на метаболические процессы проявляется двояко. Во-первых, на первой стадии стресса (стадии тревоги) они регулируют течение катаболических реакций, способствуя оп тимальному извлечению и перераспределению как энергетических, так и пластических субстратов, минимизируя негативные последствия этого про цесса для организма и, в первую очередь, препятствуя распаду жизненно важных тканей (прежде всего, лимфоидной) (Гичев Ю.Ю., 2009). Этот эф фект во многом связан со способностью адаптогенов блокировать рецепторы основных катаболических гормонов - глюкокортикоидов - в различных тка нях организма. Так, в частности, реализуется кардиопротекторный эффект адаптогенных препаратов.

Во-вторых, на второй стадии стресса (стадии резистентности) адапто генные препараты ускоряют процессы анаболизма, способствуя более быст рому и эффективному восстановлению разрушенных структур, активируют биосинтез нуклеиновых кислот и других пластических ресурсов, стимулируя полноценное формирование так называемого структурного следа адаптации, т.е. долговременных специфических изменений, повышающих устойчивость всего организма или отдельного органа к стрессорному воздействию.

Растительные адаптогены помогают организму управлять этими обще патологическими механизмами стресса, способствуя формированию повы шенной неспецифической резистентности организма к большинству болезне творных факторов.

Большинство адаптогенов реализуют свое действие через центральные регуляторные системы гомеостаза, такие как гипоталамус, гипофиз, системы энергетического гомеостаза и окислительно-антиоксидантного равновесия. То есть, результатом их действия является поддержание гомеостаза. Не только разные биологически активные соединения адаптогенных растений, но даже представители одной и той же химической группы входящих в его состав веществ также могут действовать разнонаправлено. Так, один из гликозидов женьшеня - протопанак-ситриол (гингезид Rg1) стимулирует ангиогенез, в то время, как протопанаксидиол (гингезид Rb1) проявляет диаметрально проти воположный эффект. Гингезид Rgi индуцирует митозы в лимфоцитах челове ка, проявляя иммуностимулирующее действие, а гингезид Rb1 - подавляет. Из вестно также свойство гингезида Rg1 стимулировать ЦНС, в то время, как у Rb1 описаны свойства противоположные-седативные. Одна группа гингезидов обладает свойствами антагонистов кальциевых каналов, тогда как другая - об ратным действием (Cui J.F. et al., 1992;

Kasai R., 2000;

Shi F.S. et al., 2001).

Адаптогены растительного происхождения обладают выраженной анти оксидантной активностью, которая во многом обусловливает неспецифичность их действия. Адаптогены способны снижать интенсивность процессов свобод норадикального окисления и повышать мощность эндогенной антиокислитель ной системы (Большакова И.В. и соавт., 1998;

Барабой В.А., 2004;

Доркина Е.Г., 2004;

Павлова С.И. и соавт., 2004;

Бурлакова Е.Б., 2005;

Азаам Н., 2009;

Алькевич Е.Л., 2009;

Лубсандоржиева П.Б., 2010;

Куркин В.А. и соавт., 2010;

Brown N. et al., 1981;

Lim et al., 1992;

Atopkina L. et al., 1997;

Hassing A. et al., 1999;

Duan P. et al., 2002;

Behndig A.F. et al., 2006;

Chukaev S.A., 2010), обу словливая повышение устойчивости биологических мембран к повреждению и повышение неспецифической резистентности организма. Работами разных ис следователей показана необходимость подбора индивидуальной дозы адаптоге на для каждого пациента по целому ряду причин. В том числе это может быть объяснено наличием у указанных препаратов антиоксидантных свойств и спо собностью антиоксидантов в больших дозах провоцировать СРО. Они прояв ляют синергизм с естественными антиоксидантами (в частности, токоферолом, метионином, глютаминовой кислотой), что может приводить при одновремен ном приеме к чрезмерно сильному проявлению антиоксидантного действия и провокации ПОЛ. В то же время применение адаптогенов абсолютно необхо димо при рационе, богатом белками и липидами, поскольку такой рацион дос тигается за счет обеднения пищи нативными растительными средствами, с ко торыми и поступают в организм полифенольные соединения, являющиеся есте ственными реактиваторами неферментативной АОС и корректорами адаптив ных реакций (Алькевич Е.Л. и соавт., 2009).

Кроме того, для адаптогенов характерно регулирующее действие на основные функции организма при различных патологических состояниях. Так, препараты женьшеня и элеутерококка повышают артериальное давление при гипотонии (Брехман И.И., 1980;

Attele A.S. et al., 1999), снижают уровень сахара в крови при экспериментальном диабете, нормализуют отклонения при расстройствах кровообращения (Дардымов И.В. и соавт., 1993;

Саратиков А.С.

и соавт., 2004;

Кравченко Л.В., 2005;

Kasai R. et al., 2000;

Hei Z.Q. et al., 2004).

Кроме того, растительные адаптогены оказывают противовоспалительное, радиопротекторное (Павлова С.И., 2004;

Астафьев М.В., 2008;

Duan P. et al., 2002;

Behndig A.F. et al., 2006);

противоопухолевое, противовирусное (Сюткина Н.И. и соавт., 1993;

Яременко К.В., 2007;

Yun X.Y. et al., 1991, 1992;

Avakian E.V. et al., 1984);

антибактериальное действие (Башкирова И.С. и соавт., 2006;

Khurtsidze M. et al., 2005;

Stavri M. et al., 2006);

уменьшают выраженность интоксикации при отравлениях спиртом и тетрахлорметаном;

повышают устойчивость организма к действию гипобарической гипоксии, эмоционального, температурного стресса и электрического шока;

оказывают гонадостимулирующее действие (Дардымов И.В. и соавт, 1993;

Саратиков А.С.

и соавт., 2004);

выводят тяжелые металлы (Ефимова Л.С. и соавт., 2000), защи щают костный мозг от токсического действия цитокинов при химиотерапии ра ка и предотвращают метастазирование опухоли (Алексеева С.Н., 1996;

Попов А.М. и соавт., 2002);

защищают организм от гипоксии (Пастушенков Л.В. и со авт., 1991;

Кондакова Н.В. и соавт., 1997;

Бочкарев Е.Г. и соавт., 2000;

Крав ченко Л.В. и соавт., 2003;

Базарнова Ю.Г., 2007);

актопротекторное действие (Кравченко Е.В. и соавт., 2007);

ноотропный эффект (Арутюнян Э.Б., 2008);

нейропротекторный эффект (Дубищев В.А. и соавт., 2001;

Носов А.Н., 2001;

Кучеряну В.Г. и соавт., 2008);

гипотиреозе (Рябков А.Н. и соавт., 2000);

стиму лируют иммунный ответ организма (Слепян Л.И. и соавт., 1990;

Brown N. et al., 1981;

Berg P.A., 1988;

Attele A.S. et al., 1999).

Элеутерококк способствует нормализации липидного профиля крови, снижая уровень холестерина и регулируя соотношение липидных фракций (Дардымов И.В. и соавт., 1993;

Азаам Н. и соавт., 2009). В частности, показан благоприятный эффект препаратов элеутерококка в отношении церебрально го атеросклероза. Антиатерогенный эффект адаптогенов связан в том числе с их способностью снижать активность процессов перекисного окисления липидов и холестерина, что является одним из пусковых моментов атеро склерза. Кроме того, в случае метаболического синдрома, вызванного инсу линорезистентностью, немаловажное значение играет способность элеутеро кокка и женьшеня восстанавливать чувствительность клеток к инсулину, что приводит к нормализации углеводного обмена и снижению уровня инсули на, который, как известно, стимулирует избыточный синтез холестерина.

Практически у всех адаптогенных растений - препаратов золотого корня, женьшеня, левзеи, элеутерококка выявлена антиаритмическая актив ность. Этот эффект связывают с увеличением на фоне применения адаптоген ных препаратов уровня эндогенных опиоидных пептидов, собственно, и про являющих антиаритмические свойства. При этом адаптогены активируют как центральные, так и периферические звенья опиоидной системы (Takahashi M.

еt al., 1998).

В настоящее время адаптогенные свойства выявлены у препаратов из других видов растений: подорожника (Поветьева Т.Н. и соавт., 2005), шлемника байкальского (Разина Т.Г., 2006), препаратов логахилуса опьяняющего, настойки и экстракта девясила высокого, препаратов из ромашки аптечной и липы.

Резюмируя все вышесказанное, можно сделать правильный вывод о том, что препараты адаптогенов могут применяться в комплексных схемах оздо ровления при заболеваниях органов дыхания.

Так, имеются сведения о повышении эффективности терапии кашля у детей при включении адаптогенов в сборы при терапии сухого и продуктив ного кашля. Полисахариды, содержащиеся в солодке, корне алтея, цветах клевера, обладают обволакивающими и отхаркивающими свойствами. Расще пляясь в кишечнике на олиго- и моносахариды, они поставляют исходные ма териалы для продукции собственного секрета слизистых клеток и способст вуют нормализации их функций (Kemmerich B., 2006). Солодка и тимьян уси ливают двигательную активность мерцательного эпителия. Тимьян, содержа щий эфирные масла, обладает выраженным муколитическим эффектом. Так же он эффективен для лечения острого ларингита, однако при наличии об структивного синдрома тимьян нежелательно включать в состав сборов для ингаляций (Кеммерих Б. и соавт., 2008).

Из адаптогенов для лечения заболеваний органов дыхания широко ис пользуется солодковый корень (корни и столоны – Glycyrrhizae glabra L. и G.

Uralensis Fisch). Корни и корневища солодки уральской содержат 4,9-22,2 % са понина глицирризина, более 20 разновидностей флавоноидов (1,95-4 %), ду бильные вещества (7-9,46 %), пектины (2,9-4,6 %) (Муравьева Д.А. и соавт., 2002;

Телятьев В.В., 2004). Глицирризин обеспечивает мягчительные, отхарки вающие свойства солодки, флавоноиды – антиоксидантный и мембраностаби лизирующий эффекты. Солодка является одним из наиболее сильных противо воспалительных и десенсибилизирующих растительных средств, оказывает вы раженное отхаркивающее, обволакивающее действие, стимулирует активность реснитчатого эпителия в трахее и бронхах, усиливает секреторную функцию слизистых оболочек верхних дыхательных путей, проявляет спазмолитическое действие на гладкие мышцы, снижает проницаемость сосудистой стенки. Для солодки характерно выраженное десенсибилизирующее и антиаллергическое действие, что позволяет купировать воспалительные реакции, вызванные био логически активными аминами (гистамином, серотонином, брадикинином). Со лодка эффективна при снижении иммунитета, оказывает регулирующее влия ние на функции эндокринных желез, обладает антидеструктивной и антидис трофической активностью (Acharya S.K. et al., 1993;

Cheol A. J. et al., 2010).

При оценке влияния этих препаратов на иммунитет, как правило, повы шается скорость развития и напряженность специфического и неспецифиче ского иммунитета, в связи с чем возрастает устойчивость организма к инфек ции. Указывают на нормализующее влияние препаратов на количество Т лимфоцитов (преимущественно CD8+), В-лимфоцитов, стимуляцию продукции эндогенного интерферона (Степаненко Н.В. и соавт., 2004;

Токешова Л.Е., 2007;

Хобракова В.Б., 2010;

Sonoda Y. et al., 1998). Активируется фагоцитарная активность гранулоцитов и макрофагов. Адаптогены способны модулировать активность NK-клеток, стимулировать специфическую бласт-трансформацию лимфоцитов, фагоцитарную активность лейкоцитов, продукцию сывороточ ных гемагглютининов и антинейраминидазных антител. Показано, что при про филактическом назначении растительных адаптогенов в течение 1—2 мес. снижа ется заболеваемость ОРВИ и гриппом. В эксперименте адаптогены препятствуют развитию лучевой болезни и уменьшают токсичность цитостатических препара тов. Используют препараты этой группы преимущественно для профилактики гриппа и других ОРВИ;

при острых и хронических заболеваниях ЛОР-органов и дыхательных путей, а также для предупреждения развития иммунодефицитов в неблагоприятных условиях работы и жизнедеятельности.

Тимьян ползучий обладает выраженными фитонцидными, противовоспа лительными свойствами. У тимьяна и черники имеются антигипоксические свойства (Пастушенков Л.В. и соавт., 1991).

Адаптоген Внеклеточные регуляторные системы Эндокринная система Рецептор ЦНС Рецептор Аденилатциклаза Мембрана клетки Мембрана клетки Фосфолипаза С Активация систе АТФ пАМФ мы метаболизма ИзФ ксенобиотиков Клеточный Фосфолипиды Протенкиназа А уровень ДАГ Активация антиок Протенкиназа С сидантной системы Активация ферментов угле Активация протеинсинтети водного и липидного обмена ческих процессов Интенсификация энергети Интенсификация пластиче ческих процессов ских процессов Органотканевый Накопление гли- Повышение Гипертрофия Активация Стабилизация Повышение уровень когена в печени сократимо- мышечной иммунной гистогематиче- детоксици рующей функ и мышцах сти мышц ткани системы ских барьеров Организменный уровень Состояние неспецифически повышенной резистентности Рисунок 1 - Предполагаемый механизм действия адаптогенов (Каплан Е.Я. и соавт., 1990) 1.5. Сведения литературы о растениях, входящих в состав испытуемых адаптогенных средств Наиболее изученные препараты адаптогенов растительного происхож дения: женьшень, родиола розовая (золотой корень), элеутерококк колючий.

Эти действующие начала входят в состав комбинированных препаратов, ко торые выпускаются в виде лекарственных средств и биологически активных добавок к пище, как например: элтон, леветон, фитотон и адаптон и многие другие. Чаще всего они выпускаются фармацевтической промышленностью в виде настоек, экстрактов, драже, таблеток и других лекарственных форм для энтерального (таблетки, драже, капсулы, порошки, экстракты, настойки, от вары) и парентерального введения (в ампульных растворах), а также в виде биологически активных добавок к пище. В последние годы наметилась явная тенденция создавать комбинированные препараты, содержащие адаптогены, витамины, продукты пчеловодства, океана и другие ингредиенты. Предпола гается, что составные компоненты усиливают действие друг друга.

Женьшень (Panax ginseng) используется Восточной медициной уже не сколько тысячелетий. Опыт практического применения на протяжении пяти тысяч лет, а также результаты лабораторных исследований последних пяти десяти лет подтвердили следующие фармакологические свойства женьшеня:

стимуляция ЦНС, высшей нервной деятельности, особенно функций памяти и мышления;

стимуляция сердечно-сосудистой системы (в небольших коли чествах несколько повышает АД, а в больших количествах снижает его;

под влиянием препарата увеличивается сила и снижается частота сердечных со кращений);

защита от радиационного воздействия;

улучшение клеточного метаболизма и усвоение кислорода клетками организма;

стимуляция иммун ной системы;

нормализация и умеренная стимуляция функций эндокринной системы;

стимуляция половой функции;

общетонизирующее действие;

сти муляция кроветворения;

нормализация липидного обмена и понижение со держания в крови холестерина, липопротеидов низкой и очень низкой плот ности (Журавлев Ю.Н., 1996;

Смолина Т.П. и соавт., 1998;

Петренко Е.Р., 1998;

Наджарян А.В., 2000;

Попов А.М., 2002;

Слепнев А.А., 2003;

Atopkina L. et al., 1997;

Sonoda Y. et al., 1998;

Attele A.S. et al., 1999).

Насколько широко лечебное применение женьшеня, настолько разно образны формы и способы его употребления. Корень женьшеня используется как тонизирующее, стимулирующее средство, оказывающее адаптогенное действие и повышающее общую сопротивляемость организма неблагоприят ным воздействиям. Женьшень повышает физическую и умственную работо способность, улучшает работу сердечно-сосудистой системы. Корень жень шеня содержит гликозиды — панаксозиды и гинзенозиды, которые обуслов ливают его сахароснижающее и анаболическое действие (Малышев А.А., 1991;

Демченко Д.В., 2008;

Cui J.F. et al., 1992).

Препараты женьшеня сочетают общетонизирующий и стимулирующий эффект с адаптационными свойствами. Механизм их действия пока остается не ясным. Предполагается, что в реализации адаптогенного действия играет роль усиление адаптивного синтеза РНК и белков, активности ферментов энергетического обмена и процессов регенерации (Петренко Е.Р., 1998).

Главные активные компоненты женьшеня включают три группы три терпеновых гликозидов, которые обладают широким спектром медико биологического действия. Разнообразные виды активности обусловлены спо собностью этих групп гликозидов взаимодействовать с различными рецепто рами-мишенями на клеточной плазматической мембране, а также оказывать активное влияние на функциональную активность разных биохимических путей и внутриклеточных мишеней (Рябков А.Н. и соавт., 2000;

Смолина Т.П. и соавт., 2001).

Имеются современные данные сравнительных исследований гинзено зидов и тритерпеновых гликозидов голотурий, где основное внимание уделе но мембранной, противоопухолевой и иммуномодулирующей активности с описанием возможных механизмов их действия (Смолина Т.П. и соавт., 2001;

Попов А.М., 2006).

Гликозиды женьшеня, как вещества, обладающие нейротропными и анаболическими свойствами, способны оказывать прямое действие на цен тральную синаптическую передачу путем изменения ионного транспорта, модуляции специфического связывания классических нейротрансмиттеров с рецепторами и влияния через вторичные посредники на различные гормо нальные биохимические процессы (Малышев А.А., 1991;

Смолина Т.П., 2001). Эти гликозиды имеют разные рецепторы-мишени как на плазматиче ской мембране, так и внутри клетки. Взаимодействие с этими рецепторами приводит к регуляторному изменению метаболических процессов в различ ных органах и тканях. Гликозиды женьшеня в зависимости от структуры способны, подобно мембраноактивным комплексонам, взаимодействовать с компонентами мембран и, подобно гормонам, связываться и активировать внутриклеточные рецепторы стероидных гормонов, вызывая экспрессию специфических генов и изменение метаболических процессов.

Женьшень оказывает положительные действия как противовоспали тельное средство, влияет на углеводный обмен (что важно при сахарном диа бете, так как снижает содержание сахара в крови), на сердечно-сосудистую систему, функцию половых желез, улучшает зрение (в частности, в началь ных стадиях глаукомы), а так же играет важную роль при лечении нервных и психических заболеваний. В исследованиях показано, что препараты жень шеня, препятствуя проникновению кальция внутрь клеток гладкой мускула туры кровеносных сосудов, ослабляют их сужение, что приводит к нормали зации давления. Настойка из женьшеня вызывает у человека особое физиче ское состояние неспецифически повышенной сопротивляемости к холоду, инфекции или физической перегрузке. Неспецифическая реакция – стресс – обычно сопровождается вредными для человека последствиями, в частности, при этом наблюдается истощение ферментной системы (Ефремова И.Н., 2000;

Попов А.М. и соавт., 2001;

Арутюнян Э.Б., 2008).

В экспериментальных исследованиях полисахаридные фракции женьшеня повышают фагоцитарную активность макрофагов, продукцию эндогенного интерферона, а также показатели клеточного и гуморального иммунитета, вследствие чего повышается устойчивость животных к эк спериментальной инфекции (Петренко Е.Р., 1998;

Ефремова И.Н., 2000;

Cammisuli Y.N. et al., 1984;

Kraus J., 1992;

Gao H. et al., 1996;

Sanoda Y. et al., 1998). Иммуномодулирующее действие препаратов женьшеня может быть также связано с индуцирующим воздействием полисахаридных фракций женьшеня на синтез эндогенного оксида азота (с чем, кстати, связаны такие известные свойства женьшеня как вазодилатирующий эф фект и свойства афродизиака) (Малышев А.А., 1991).

Помимо полисахаридной фракции определенную роль в иммуномо дулирующем действии женьшеня играют гликозиды (гинсенозиды), обла дающие преимущественно антиоксидантным действием. Возможно, именно с защитным действием гинсенозидов на мембраны лимфоцитов связан их иммуностимулирующий эффект, поскольку пролиферация лимфоцитов в этом случае тесно коррелирует с увеличением текучести их мембран (Над жарян А.В., 2000).

Средняя суточная доза стандартизованных экстрактов женьшеня составляет 50- 100 мг в пересчете на гинсенозиды.

К числу важнейших механизмов действия растительных адаптогенов относится их способность регулировать активность процессов ПОЛ и других свободнорадикальных процессов. Важнейшим негативным эффектом актив ных форм кислорода является нарушение энергетического обмена в резуль тате повреждения митохондрий. Подобный комплекс патологических изме нений в организме, образующийся в результате воздействия продуктов ПОЛ, получил название «окислительный (оксидативный) стресс» (Зенков Н.К. и соавт., 2001, 2007;

Sies H.L., 1985). Значимость растительных адаптогенов в регуляции процессов СРО заключается в первую очередь в том, что они по вышают эффективность антиоксидантных систем организма, способствуют сопряжению реакций окисления-восстановления, защищают наиболее уязви мые к токсическому воздействию радикалов структуры клеток и ДНК, уско ряют процессы их восстановления.

Носителями активного фармакологического действия женьшеня счита ются гликозиды (Брехман И.И. и соавт., 1971;

Петренко Е.Р., 1998;

Попов А.М., 2006;

Кузьмина Н.С. и соавт., 2008). Гликозиды представляют собой широко распространенные природные вещества, в молекуле которых ос татки циклических форм сахаров (гликозильные остатки) связаны через ато мы кислорода, углерода, серы или азота с основной (фармакологически актив ной) частью молекулы вещества, называемой агликоном (Муравьева Д.А. и со авт., 2002). Наибольшее распространение в природе имеют 0-гликозиды. Их разнообразие зависит как от характера сахара, так и от характера агликона.

(Муравьева Д.А. и соавт., 2002;

Машковский М.Д., 2002).

Исследования показали, что содержание гликозидов в корне женьшеня довольно высокое - 19-21 %. Причем их количество прямо пропорционально возрасту растения (Петренко Е.Р., 1998).

К другим биологически активным веществам, обнаруженным в корне женьшеня, необходимо отнести эфирное масло (0,05-0,25 %), обуславливаю щие своеобразный запах корня, а также витамины и минеральные вещества (Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Углеводы, содержащиеся в корне женьшеня, представлены также в виде клетчатки, крахмала, пектиновых веществ и сахаров (около 4 %). Обращает на себя внимание незначительное содержание клетчатки (5,3-10,2 %) по сравне нию с содержанием крахмала (9,4-19,5 %) и пектиновых веществ (18-23 %) (Брехман И.И., 1971;

Дардымов И.В., 1993;

Муравьева Д.А. и соавт., 2002). В женьшене очень много пектиновых веществ. Пектины, как и большинство дру гих пищевых волокон, имеют углеводную природу и представляют собой по лисахариды. Но, в отличие от остальных, в его молекуле содержатся свобод ные карбоксильные группы, благодаря входящим в его состав остаткам галак туроновой кислоты. Эти особенности химического строения пектина опреде ляют, по-видимому, характер его воздействия на физиологические функции кишечника. Часть населения страдает дисфункцией кишечника. Пектиновые вещества не только обеспечивают лучшие условия для жизнедеятельности по лезной кишечной микрофлоры за счет снижения гнилостных процессов в ки шечнике, но и обладают способностью связывать ионы поливалентных метал лов. Это представляет интерес с точки зрения использования этих природных полимеров в комплексной дезинтоксикационной терапии и рационах лечебно профилактического питания (Лазарева Д.Н. и соавт., 2005).

Липиды, выделяемые из корней женьшеня, содержат в основном ацилг лицерины (60 %) и свободные жирные кислоты (27 %). Последние представ лены в 56-57 % насыщенными пальмитиновой и стеариновой кислотами. Сре ди оставшихся жирных ненасыщенных кислот идентифицируется в основном линолевая кислота, содержащая две двойные связи в молекуле (Брехман И.И., 1971;

Муравьева Д.А. и соавт., 2002). Наличие в корне женьшеня полиненасы щенных жирных высших кислот в достаточно больших количествах, безуслов но, повышает диапазон биологического действия его препаратов. Известно, что непредельные высшие жирные кислоты выполняют в организме человека чрезвычайно важные функции, в частности, способствуют выведению холе стерина из организма человека, служат субстратами для синтеза многих био логически активных веществ, оказывают положительное влияние на состояние кожного и волосяного покрова (Титов В.Н. и соавт., 2005, 2006;

Разина Т.Г., 2006).

Среди пищевых факторов, имеющих особое значение для поддержания здоровья, работоспособности и активного долголетия человека, важнейшая роль принадлежит микронутриентам — витаминам и минеральным веществам.

Микронутриенты относятся к незаменимым веществам пищи. Они абсолютно необходимы для нормального осуществления обмена веществ, роста и разви тия организма, защиты организма от вредных факторов окружающей среды, надежного обеспечения всех жизненных функций (Тутельян В.А., 2002).

Витамины, хотя и не содержатся в корне женьшеня в больших количест вах, представлены жизненно важными водорастворимыми витаминами В, (тиамин), B1 (рибофлавин) и С (аскорбиновая кислота) (Брехман И.И., 1971;

Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Микроэлементы, обнаруживаемые в корнях женьшеня, усиливают то низирующее влияние активно действующих веществ, в частности гликози дов. Главными элементами золы являются фосфор, калий, кальций и магний (от нескольких % до нескольких десятков %). Меньше (от 0,01 % до несколь ких %) в ней содержится натрия, железа, алюминия, кремния, бария, строн ция, молибдена, титана, меди (Брехман И.И.,1971). В корнях женьшеня были обнаружены также марганец, хром, никель, цинк, ванадий, кобальт (Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Элеутерококк колючий (Eleutherococcus senticosus).

Растение. Элеутерококк колючий (свободноягодник, «дикий перец») – Eleutherococcum senticocus (Rupr. Et. Makino) Maxim.;

семейство аралиевые – Araliaceae.

Кустарник высотой 1,5-3 м со стеблями, сплошь усеянными тонкими шипиками, и длинными корневищами. Листья 5-пальчатосложные, длинно черешковые, листочки овальные, с заостренной верхушкой, по краю острод воякозубчатые, сверху голые, снизу по жилкам с рыжеватым опушением, мелкие желтоватые цветки собраны в шаровидные многоцветковые зонтики на длинных цветоносах. Плоды ягодообразные, черные, блестящие, почти шаровидные, с 5 косточками, собраны в округлые рыхлые соплодия. Цветет с августа, плоды созревают в сентябре.

Растет в изобилии в кедрово-широколиственных лесах Приморского края. Реже встречается в Приамурье и на Южном Сахалине.

Химический состав. Физиологически активными веществами являются семь гликозидов, названных элеутерозидами. В химическом отношении они относятся к разным группам веществ. Один из основных элеутерозидов пред ставляет собой лигнан – моногликозид сирингорезинола, образовавшийся в результате конденсирования двух звеньев синапового спирта.

Другой элеутерозид идентифицирован как даукастерин и пригидроли зен образует -ситостерин и глюкозу, т.е. генетически он близок к тритерпе нам. Следующий элеутерозид является 7-глюкозидом изофраксидина, т.е.

производным кумарина. Природа остальных элеутерозодов еще полностью не выяснена, поскольку они сами и их агликоны являются очень лабильными веществами. К сопровождающим веществам должны быть отнесены эфирное масло, смолы, камедь, крахмал, липиды (Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Применение. Вырабатывают жидкий экстракт, который оказывает дей ствие, свойственное препаратам женьшеня, существенно повышая умствен ную и физическую работоспособность. Подобно женьшеню стимулирующий эффект элеутерококка (при разовых приемах) выгодно сочетается с тонизи рующим действием (при повторных приемах). Общеукрепляющее действие проявляется в увеличении жизненной емкости легких, массы тела, физиче ской силы, содержания гемоглобина в крови и других показателях жизнедея тельности человека. Эти сдвиги сохраняются относительно долго и по окон чании курса лечения (25-30 дней). Адаптогенные свойства элеутерококка проявляются в повышении сопротивляемости организма к неблагоприятным внешним воздействиям, повышении остроты зрения и слуха, снижении со держания глюкозы в крови (Martinez B., 1984). Подобно женьшеню элеуте рококк также достаточно широко используется как растительный иммуно модулятор. Среди изученных эффектов элеутерококка можно выделить по вышение количества иммунокомпетентных клеток (в частности, Т хелперов), а также НК-клеток (Разумников Н.А., 2004). Особенно ярко иммуномодулирующая активность элеутерококка проявляется на фоне стресса, одним из обязательных проявлений которого является иммуносу прессия. Отчасти этот эффект может быть связан со способностью элеуте рококка (как, впрочем, и других адаптогенов) регулировать эндокринное звено стресса и, в частности, ограничивать синтез кортикостероидов, об ладающих иммуносупрессивным действием.

Средняя суточная доза стандартизированного экстракта элеутеро кокка (0,8-1 % элеутерозида В) составляет 100-150 мг (Муравьева Д.А. и со авт., 2002).

Астрагал шерстистоцветковый (Astragalus dasyanthus Pall, семейст во бобовые – Fabaceae) травянистое многолетнее растение семейства бобо вых. Корневая система стержневая, главный корень толстый (диаметром до - 2,5 см), маловетвистый, многоглавый. Стебли многочисленные (до 30), приподнимающиеся или лежачие, длиной до 30 - 40 см;

листья очередные, непарноперистые. Соцветия многочисленные, густые, с 10 - 20 цветками.

Плоды - яйцевидные или овальные двугнездные бобы. Все части растения густо покрыты длинными оттопыренными беловатыми или желтоватыми во лосками. Размножается семенами. Цветение и плодоношение наступает со 2 3 года жизни. Цветет в мае - июне. Трава астрагала шерстистоцветкового со держит тритерпеновые сапонины, полисахариды, флавоноиды (кверцетин, изорамнетин, кемпферол и их гликозиды), микроэлементы, в том числе се лен. Листья и цветки астрагала серпоплодного служат сырьем для получения препарата фларонина (флавоновый гликозид), способного понижать содер жание остаточного азота, мочевины и креатинина в моче, увеличивать диу рез, улучшать азотовыделительную функцию почек и почечное кровообра щение. Фларонин рекомендуется при хронической почечной недостаточно сти, а также при острой почечной недостаточности в стадии восстановления диуреза. Принимают препарат по 1 таблетке 4 раза в день в течение 20— дней, а также используют настой травы (10 г на стакан воды), по 2—3 столо вых ложки 2—3 раза в день (Машковский М.Д., 2002).

Важной особенностью травы астрагала является способность накапли вать органический селен из почвы в количестве примерно в 5000 раз боль шем, чем это доступно другим растениям того же региона. В меньшей степе ни таким свойством обладают корень солодки, хвощ полевой, донник и неко торые другие растения. Все они, наряду с астрагалом, широко используются при изготовлении отечественных и импортных биологически активных доба вок (БАД). В траве астрагал кроме селена содержится почти весь спектр не обходимых человеку минералов и столь же действенных, как и сам селен, ан тиоксидантов (витамины А, Е, С;

аминокислоты, биофлавоноиды, полисаха риды, терпены и т.д) (Тутельян В.А. и соавт., 2004;

Гмошинский И.В., 2006).

Таким образом, самой природой в астрагале заложен уникальный комплекс биологически активных веществ, эффективность основного действующего элемента которого — селен — усиливается и дополняется всеми остальными составляющими. В народной медицине различные виды астрагала применя ются как сердечно-сосудистые, тонизирующие, маточные, мочегонные, пото гонные вяжущие, кровоостанавливающие средства, при ревматизме, золоту хе, кашле, болезнях почек, женских и инфекционных болезнях. В тибетской медицине виды астрагала употребляют при болезнях крови, опухолях, коли ках, сибирской язве, а также для лечения ран, язв (Асеева Т.А и соавт., 2005).

Исследования астрагала в качестве иммуномодулятора в западной ме дицине начали сравнительно недавно, но, не смотря на это, уже сегодня можно говорить о выраженном иммуномодулирующем действии астрагала (Анисеева Е.В., 1997;

Кудрин А.В. и соавт., 2000;

Гужва Н.Н. и соавт., 2001;

Белоус В.Н., 2003;

Козак М.Ф. и соавт., 2009). Этот вывод сделан на основе анализа химического состава корней астрагала, которые содержат большое количество иммуноактивных полисахаридов, в том числе и такой важнейшей разновидности полисахаридов, которые характерны для иммуномодулирую щих лекарственных грибов, а так же богаты биофлавоноидами и тритерпено выми сапонинами.

Обобщая имеющиеся на сегодняшний день результаты эксперимен тальных и клинических исследований, особо следует выделить следующие свойства астрагала: 1) коронаролитическое и сосудорасширяющее действие, сравнимое с нитратами и антагонистами кальция;

2) антикоагулянтное дейст вие (Hao Y., 2004);

3) нормализация обмена холестерина и углеводов;

4) мяг кое кардиотоническое и антиритмическое действие на фоне нормализации метаболических процессов в миокарде;

5) нормализация функции эндотелия (Shi F.S., 2001;

Hao Y., 2004) 6) мощное антиоксидантное действие и подав ление активности свободнорадикальных процессов (Шурыгин А.Я. и соавт., 2006;

Brown N. et al., 1981;

Голубкина Н.А., 1999, 2006).

Астрагал имеет выраженный иммуномодулирующий эффект. Этот вывод можно сделать уже на основе анализа химического состава корней астрагала, которые, во-первых, содержат большое количество иммуноактивных полиса харидов, очень сходных по своему строению с полисахаридами эхинацеи.

Однако в отличие от эхинацеи корни астрагала богаты еще и такой важней шей разновидностью полисахаридов, как глюканы, которые характерны для лекарственных грибов. Во-вторых, корни астрагала богаты биофлавоноидами и тритерпеновыми сапонинами, имуноактивное действие которых уже хоро шо изучено. Наконец, в-третьих, корни астрагала являются природными концентраторами органического селена, с действием которого некоторые ис следователи связывают иммуноактивные свойства астрагала (Муравьева Д.А.

и соавт., 2002;

Барабой В.А., 2004;

Хобракова В.Б. и соавт., 2009;

Levander O.A., 1996;

Kiremidjian-Shumacher L., 1998;

Ebert-Dumig R. et. al., 1999).

В клинических и экспериментальных исследованиях препараты астрагала оказывают защитный эффект и повышают иммунную активность при фармако логически индуцированной иммуносупрессии и при лейкопении, повышают ак тивность и образование В-лимфоцитов и синтез антител, а также индуцируют синтез эндогенного интерферона и цитокинов на фоне повышения фагоцитар ной активности макрофагов и количества НК-клеток (Бакуридзе А.Д. и соавт., 1993;

Лазарева Д.Н. и соавт., 2005;

Bhaskaram P., 2002).

Средняя суточная доза сухого экстракта астрагала с содержанием по лисахаридов не менее 40 % составляет 100-300 мг.

Солодка голая и уральская (Glycyrrhizae glabra L. и G. Uralensis Fisch). Корни и корневища солодки уральской содержат 4,9-22,2 % сапонина глицирризина, более 20 разновидностей флавоноидов (1,95-4 %).

В подземных органах солодки (корнях и столонах) флавоноиды пред ставлены в основном производными флавонона и халкона. Среди флавононов главные ликвиритигенин и его гликозиды: монозиды – ликвиритин (глюкоза у С-4), неоликвиритин (глюкоза у С-7) и биозиды – глаброзид (у С-4 - глю коза и апиоза), уралозид (у С-7 - глюкоза и апиоза). Халконы представлены в основном изоликвиритином (глюкоза у С-4), неоизликвиритином (глюкоза у С-4, что соответствует положению 7 флавоноида), и биозидами – ликупра зидом, (у С-4 - глюкоза и апиоза) и др. Таким образом, в строении агликонов и гликозидов этих двух групп флавоноидов наблюдается полная аналогия;

отличие состоит лишь в том, что одна группа представлена производными флавононов, а другая – халконов. Не менее богаты флавоноидами и надзем ные части солодки. К наиболее известным соединениям следует отнести гли козиды флавонолов (кверцетина, кемпферола, изорамнетина). Из травы вы явлены также С-гликозиды;

витексин (8-глюкозилапигенин) и его изомер са понаретин, фолерозид (6-глюкозилапигенин). В корнях и траве содержатся также некоторые кумарины (умбеллиферон, герниарин) и оксикоричные ки слоты (феруловая, синаповая) (Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Солодка обладает антибактериальными свойствами (Башкирова И.Б. и соавт., 2006), иммунномодулирующим действием (Балтина Л.А. и соавт,, 1990;

Ефремова И.Н., 2000;

Сергеев А.В. и соавт., 2004;

Николаева И.Г., 2009), актопротекторным действием (Беляев Н.Г. и соавт., 2001), антиокси дантной и цитопротекторной активностью (Павлова С.И. и соавт., 2004;

Де нисова С.Б. и соавт., 2007).

Эхинацея (Echinacea purpurea) является самым известным растительным им муномодулятором. Корни и трава эхинацеи содержат сразу несколько классов био логически активных веществ, обладающих иммунотропным действием, включая биофлавоноиды, оксикоричные и кофейную кислоты, гликозиды, однако, наиболее изученной фракцией эхинацеи являются полисахариды и, прежде всего, кислый ара биногалактан (Геруш И.В., 1997;

Куркин В.А. и соавт., 1999;

Самородов В.Н. и со авт., 2000;

Наджарян А.В., 2000;

Муравьева Д.А. и соавт., 2002;

Куркин В.А., 2007;

ВФС 42-944-193-96).

В процессе эволюции многие биологически активные компоненты пищи приобрели функцию естественных адьювантов иммунной системы и сигнальных молекул, без которых невозможна полноценная активация иммунных клеток. В первую очередь, это относится к полисахаридам. Присоединение полисахаридов эхинацеи к мембране иммунной клетки служит своего рода сигналом и индукто ром ее активации (Ефремова И.Н., 2000).

Так, присоединяясь к мембранам Т-лимфоцитов и, особенно, нейтрофилов, макрофагов и НК-клеток, полисахариды эхинацеи вызывают их активацию, что проявляется увеличением синтеза цитокинов и интерферонов, повышением пролиферации клеток, усилением фагоцитарной активности клеток и повышени ем продукции свободных форм кислорода. Полисахаридная фракция эхинацеи способна восстанавливать фагоцитарную активность даже на фоне фармакологи чески индуцированной иммуносупрессии (Ефремова И.Н., 2000).

Трава чабреца – Herba Serpylli.

Растение. Тимьян ползучий, чабрец – Thymus serpyllum L.;

семейство яснотковые – Lamiaceae.

Многолетний, стелющийся полукустарничек, образующий дерновники.

Стволики тонкие, в нижней части деревянистые, красно-бурые, несущие на всем протяжении многочисленные, приподнимающиеся или прямостоячие, цветоносные и олиственные веточки высотой до 15 см. Веточки неясночеты рехгранные, опушенные, листья супротивные. Цветки собраны в пазушные полумутовки, образующие верхушечные головчатые соцветия. Плод — ценобий из 4 семян, заключенных в оставшуюся чашечку. Цветет в июне — июле.

Чабрец - полиморфный вид, состоящий из более мелких видов и форм, приуроченных к определенным географическим зонам и условиям произра стания, которые отличаются друг от друга незначительно и допускаются к заготовке. Самостоятельным видом считается тимьян Маршалла — Thymus marschaliapus Willd., особенно широко распространенный на Северном Кав казе, заметно отличающийся от типичного тимьяна ползучего (чабреца) бо лее крупными веточками и листьями, а также прерывистой формой со цветия. Главное отличие — высокое содержание в масле фенольной фракции, а в последней — тимола. Произрастает в лесной и лесостепной зо нах Европейской части РФ, Западной Сибири и Забайкалье, а вместе со всеми мелкими видами и формами почти на всей территории РФ. Растет пре имущественно на песчаных почвах.

Химический состав. Содержание эфирного масла варьируется в ши роких пределах — от 0,1 до 1 %;

в равной степени колеблется содержание в масле фенолов и соотношение тимола и карвакрола. Чем больше в масле фенольной фракции, а в ней тимола, тем трава чабреца по качеству ближе к траве тимьяна обыкновенного.

В сырье, заготавливаемом в Ставропольском крае (от Thymus marschalianus), эфирного масла содержится 0,7—1,2 %;

фенолы в масле составляют в среднем 35 %, из них на долю тимола приходится 65 %. В нефенольной фракции масла содержится в основном n-цимол, а также терпинен, -терпинол, борнеол и моноциклический сесквитерпен цингибе рин.

Помимо эфирного масла, имеются урсоловая и олеаноловая кисло ты, флавоноиды и другие вещества (Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Применение. При назначении сухого экстрата травы тимьяна и корня первоцвета, пациентам, страдающим острым бронхитом с продуктивным кашлем, были получены бронхоспазмолитический и секретолитический эф фекты, отмечалось сокращение сроков болезни.

Комбинация тимьяна и первоцвета была создана для облегчения от хождения мокроты и уменьшения частоты кашля. Трава тимьяна и корень первоцвета имеют разные фармакологические свойства, которые в комби нации работают синергично, обеспечивая отхаркивающий, бронхоспазмо литический, секретолитический и противовоспалительный эффекты, обу словливая общую эффективность данного фитопрепарата при остром брон хите с продуктивным кашлем. Отвары и настои тимьяна обладают выра женным муколитическим, отхаркивающим и бронхолитическим действием и эффективны у больных, страдающим острым бронхитом с продуктивным кашлем (Кеммерих Б. и соавт., 2008;

Кеммерих Б., 2009).

Основными действующими компонентами тимьяна являются эфир ные масла, в особенности тимол. Они действуют местно в легких, посколь ку выводятся из организма через дыхательные пути, дезинфицируя их, уменьшая бронхоспазм и проявляя муколитическое действие. Биоактив ными соединениями корня первоцвета являются сапонины и фенольные гликозиды (главным образом примеверин). Сапонины оказывают отхарки вающее действие путем стимуляции верхней части пищеварительного тракта, что рефлекторно индуцирует бронхиальную секрецию (Муравьева Д.А. и соавт., 2002).

Корневище с корнями родиолы розовой «Золотой корень»— Rhi zoma cum radicibus Rhodiolae roseae.

Растение. Родиола розовая — Rhodiola rosea L.;

семейство толстянко вые — Crassulaceae.

Многолетнее травянистое растение с толстым клубневидным корне вищем и несколькими неветвистыми стеблями высотой до 50 см. Листья мясистые, густорасположенные, сидячие, продолговато-яйцевидные, заост ренные, длиной 3—5 см. Цветки с 5-членным околоцветником, желтые или красновато-бурые, собраны густые - щитковидные соцветия. Плоды — лис товки. Зацветая вскоре после таяния снега.

Растет в полярно-арктической и альпийской областях, равнинных и горных тундрах севера Европейской части РФ Сибири, горах Алтая, Вос точной Сибири, на Тянь-Шане и Дальнем Востоке. Основные промышлен ные заросли находятся на Алтае на высоте 1500—2500 м над уровнем моря.

Предпочитает каменистые и щебнистые склоны, увлажненные почвы по бе регам горных рек и ручьев.

Химический состав. Главные вещества в корневище родиолы розовой — фенольные соединения: фенолоспирты и их гликозиды, коричный спирт и его гликозиды, флавоноиды и дубильные вещества. Фенолоспиртом явля ется n-оксифенилэтанол, иначе называемый тирозолом, который в сырье содержится в основном в виде гликозида-салидрозида. Содержание его варьирует 0,5 до 1 %. Из гликозидов коричного спирта по биологической активности салидрозид адекватен розавину, который представляет собой циннамиларабиногликозид.

Среди флавоноидов находятся кверцетин, гиперозид, кемпферол, кверцитрин. Дубильных веществ пирогалловой группы до 20 %;

имеется свободная галловая кислота. К числу основных биологически активных ве ществ, по новейшим данным, относится также розиридин, представляющий собой глюкозид ациклического монотерпенового спирта розиридола. В корне вище содержатся эфирное масло (0,8—0,9 %), органические кислоты (ща велевая, янтарная, лимонная, яблочная), глюкоза и сахароза, липиды (жи ры, воски). Родиола — типичный манганофилл.

Лекарственное сырье. Корневище, вернее корневище с толевым пря мым корнем. Они комковатые, толстые, неправильной формы, легковесные, снаружи слабоблестящие, буроватые или цвета «старой позолоты». При соскобе обнаруживается лимонно-желтый слой пробки;

в изломе корне вища белые или желтоватые, реже буроватые. Вкус горько-вяжущий, запах напоминает запах розы;

в составе эфирного масла имеются фенилэтиловый спирт, фенилэтилацетат, коричный альдегид, цитраль (Полетаева И.М. и со авт., 1998;

Быков В.А. и соавт., 1999;

Егоров В.А. и соавт., 2000;

Муравьева Д.А. и соавт., 2002;

Далькэ И.В., 2002;

Jamyansan Ya., 2010).

Применение. Золотой корень заимствован из народной медицины Сибири, где он очень ценился как средство, повышающее работоспособность.

В научную медицину вошел после изучения сибирскими учеными. В ре зультате фармакологических исследований выявлены его стимулирующее, антигипнотическое действие, способность повышать сопротивляемость ор ганизма к неблагоприятным воздействиям (Кирьянов А.А. и соавт., 1991).

Адаптогенное действие у препаратов золотого корня приблизительно такое, как у препаратов растений семейства аралиевых (женьшень, элеутерококк).

Родиола розовая обладает антимикробными свойствами (Башкирова И.Б. и соавт., 2006), иммуномодулирующими свойствами, противовоспалительными (Астафьев М.В., 2008;

Николаева И.Г. и соавт., 2009;

Урманцева В.В. и соавт., 2010). Применяется в виде жидкого экстракта (Extractum Rhodiolae flu idum), содержащего не менее 29 % экстрактивных веществ. Салидрозида в экстракте содержится около 0,5 % (Машковский М.Д., 2002).

Листья черники — Foliorum Myrtylli.

Растение. Черника — Vaccinium myrtillus L.;

семейство брусничные — Vacciniaceae.

Кустарник высотой 15—40 см с очередными яйцевидными, тонкими, пильчатыми по краю листочками. Цветки одиночные, пазушные, поникаю щие, на коротких цветоножках. Чашечка с небольшим цельнокрайним отги бом;

венчик кувшинчато-шаровидный, зеленовато-розовый, 4—5-зубчатый.

Плод — сочная, шаровидная ягода до 10 мм в поперечнике, черно-сизая с си неватым налетом. Цветет в мае—июне, плодоносит в июле—августе.

Широко распространена в Европейской части РФ и Западной Сиби ри. Местами растет в Восточной Сибири и на Кавказе.


Растет зарослями в сыроватых местах совместно с брусникой, голу бикой и другими кустарничками, в хвойно-мелколиственных и хвойных ле сах, часто встречается в тундре.

Химический состав. Листья еще более богаты дубильными вещества ми (до 20 %), а также содержат другие фенольные соединения: арбутин ( — 2 % ), гидрохинон (1 %), антоцианы типа миртиллина (1—2 %), кверцетин и его гликозиды и другие флавониды. В листьях присутствуют тритерпеновые сапонины — урсоловая и олеаноловая кислоты. Содержание аскорбиновой кислоты до 2500 мкг (Муравьева Д.А. и соавт., 2002;

Гогмачадзе И.Д. и со авт., 2008;

Демченко Д.В., 2008).

Применение. Нежное вяжущее и диетическое средство при острых и хронических желудочно-кишечных расстройствах, особенно у детей. Входит в вяжущие сборы, применяют в виде настоя или отваров. Иммуномодули рующее свойство черники проявляется в сборе с другими адаптогенами (Николаева И.Г. и соавт., 2009).

ГЛАВА 2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ 2.1. Общая характеристика растительных адаптогенных средств Биологически активная добавка к пище «Астрагал» представляет собой драже, содержащее в качестве действующего вещества 50 мкг сухого экс тракта астрагала шерстистоцветкового (Astragalus dasyanthus Pall.), а также патоку, сахарозу и лимонную кислоту (ТУ 9199-015-12635471-06, регистра ционное удостоверение № 77.99.23.3.У.4728.6.06 от 05.06.2006). БАД к пище «Астрагал» рекомендован для восполнения дефицита селена в организме, прием по 1 драже в день удовлетворяет суточную потребность организма в селене на 70%.

БАД драже «Астрагал» производится Забайкальским научно производственным центром медико-биологических и экологических иссле дований «Исинга», г. Чита.

Настойка «Женьшень с астрагалом» представляет собой биологически активную добавку к пище (ТУ 9360-052-05877280-06;

Свидетельство о гос.

регистрации № 75.ОЦ.05.000.М.000.942.05.06. от 22.05.2006). В состав БАД входят: корень женьшеня обыкновенного (Panax ginseng С.A. Mey.) и астра гала шертистоцветкового (Astragalus dasyanthus Pall.), спирт этиловый 40 %.

Показания к применению: профилактика алиментарного дефицита селена, повышение неспецифической сопротивляемости организма.

Форма выпуска: флаконы по 50 мл. Рекомендуемая доза - по 2 мл ( капель) 2 раза в день до еды вместе с теплой водой. Перед экспериментами настойку деалкоголизировали путем выпаривания до 1/10 объема, после чего доводили дистиллированной водой до исходного объема.

БАД настойка «Женьшеня с астрагалом» производится совместным российско-корейским ЗАО «Фитон», г. Чита.

Многокомпонентный растительный сбор «Арура - Тан № 7» (ТУ 9373 007-03533369-10;

РУ № 77.99.11,3.У.2757.4.10 от 28.04.2010) представляет собой комплекс сухого измельченного сырья 5 видов лекарственных расте ний: корни элеутерококка колючего (Eleutherococcus senticosus (Rupr. et Maxim.) - 20 %, корни родиолы розовой (Rhodiola rosea L.) - 15 %, корни со лодки уральской (Glycyrrhiza uralensa Fisch.) - 20 %, побеги черники обыкно венной (Vaccinium myrtillus L.) - 20 %, трава тимьяна ползучего (Thymus serpyllum L.) - 25 %. Сбор производится МИП «Арура» при Институте общей и экспериментальной биологии СО РАН (г. Улан-Удэ) и рекомендован в ка честве адаптогенного средства.

Указанная композиция была разработана с учетом фармакологических свойств, входящих в ее состав лекарственных растений. Так, элеутерококк и родиола розовая - оказывают тонизирующее и общеукрепляющее действие, повышают физическую и умственную работоспособность;

солодка - обладает широким спектром фармакологической активности, в том числе кортикосте роидоподобным и отхаркивающим действием;

тимьян – оказывает противо воспалительное и антибактериальное действие;

черника – обладает тонизи рующими свойствами, а также является витаминоносным растением.

Для исследований из растительного сбора готовили отвар в соотноше нии 1 : 10. Рекомендуемая доза для человека: 1 г (1/2 чайной ложки) залить 100 крутого кипятка, настоять 10-15 мин., процедить. Принимать по 100 мл раз утром за 30 мин. до еды.

2.2. Методы исследования Экспериментальные исследования Экспериментальная работа выполнена на лабораторных животных: бе лых крысах линии Wistar обоего пола массой 150–220 г и мышах линий СВА;

F1 (СВАхС57Вl/6) обоего пола массой 20–22 г. Эксперименты осуществляли в соответствии с «Правилами проведения работ с использованием экспери ментальных животных» приложение к приказу МЗ СССР №755 от 12.08.77 г.

и «Правилами Европейской конвенции по защите позвоночных животных, используемых для экспериментальных и иных научных целей». Лаборатор ных животных умерщвляли методом мгновенной декапитации под легким эфирным наркозом.

Кроме того, в качестве объектов исследования были использованы культуры тканей: суспензия эритроцитов, суспензия липосом, а также био химические тест системы. Суспензию эритроцитов готовили из свежей эрит роцитарной массы донорской крови путем трехкратного отмывания в физио логическом растворе в соотношении 1 : 10 и центрифугирования при 1,5 тыс.

об/мин в течение 10 мин. Суспензию липосом получали из свежего куриного яичного желтка путем суспендирования с фосфатным буфером (рН 7,4) в со отношении 1 : 10 на магнитной мешалке в течение 15 мин. (Лопухин Ю.М. и соавт., 1983).

Для оценки спектра адаптогенной активности, фармакотерапевтиче ской эффективности и механизма действия испытуемых фитосредств были использованы наиболее адекватные модели и информативные методы иссле дования, позволяющие объективно оценить особенности адаптационной пе рестройки организма животных, происходящие под влиянием испытуемого средства. Исследование спектра адаптогенной активности включало опреде ление влияния испытуемых фитосредств на физическую выносливость лабо раторных животных (общую и силовую);

оценку влияния на устойчивость организма к действию гипоксической, гиперкапнической, гемической и тка невой гипоксии;

иммобилизационному стрессу.

Динамические физические нагрузки моделировали путем плавания жи вотных с 5 %-ным грузом в бассейне с температурой воды 20,0±0,50 С (Ме тодические рекомендации…, 1999). Силовые физические нагрузки воспроиз водили по методу (Арбузов С.Я. и соавт., 1960) путем виса животных на шесте.

Модель гемической гипоксии воспроизводили путем однократного внутрибрюшинного введения животным водного раствора натрия нитрита в дозе 70 мг/кг (Костюченков Ю.Ф., Фаращук Н.В., 1982).

Модель тканевой гипоксии воспроизводили путем однократного внут рибрюшинного введения животным водного раствора ацетата свинца в дозе 2 г/кг (Архипова М.Н., 1965).

Гипоксическую гипоксию у мышей вызывали «подъемом» животных в аппарате Комовского со скоростью 0,66 атм/мин на «высоту» 10 000 м (Мо локовский Д.С., 2004).

Гиперкапническую нормобарическую гипоксию воспроизводили путем помещения животных в гермокамеру (Буреш З.Я., 1999).

Модель иммобилизационного стресса воспроизводили на крысах - пу тем фиксации животных в положении на спине в течение 24 ч, на мышах – иммобилизацией животных в металлических контейнерах в течение 10 ч. Для оценки антистрессорной активности определяли выраженность триады Се лье: гипертрофию надпочечников, инволюцию иммунокомпетентных орга нов и появление деструктивных повреждений в слизистой оболочке желудка.

Для этого желудок разрезали по большой кривизне и подсчитывали количе ство деструкций, которые подразделяли на точечные кровоизлияния, эрозии и полосовидные язвы. Для каждого вида повреждений подсчитывали «индекс Паулса» (ИП) (Амосова Е.Н. и соавт., 1998). Также оценивали интенсивность процессов свободнорадикального окисления и активность эндогенной анти оксидантной системы организма (методы см. далее).

Иммунодепрессивное состояние моделировали путем перорального введения цитостатика азатиоприна, который вводили в дозе 50мг/кг 1 раз в сутки в течение 5 дней (Лазарева В.Н., Алехин Е.К., 1985).

Действие средств на состояние клеточного звена иммунного ответа оценивали в реакции гиперчувствительности замедленного типа (ГЗТ) со гласно стандартной методике локальной ГЗТ (Руководство …, 2005). Мышей сенсибилизировали внутрибрюшинным введением 0,1 %-й взвеси эритроци тов барана (ЭБ) в физиологическом растворе. На 4-е сутки под подошвенный апоневроз задней лапки вводили разрешающую дозу антигена - 50 мкл 50 % й взвеси ЭБ. В контралатеральную лапку инъецировали физиологический раствор в том же объеме. Оценку реакции ГЗТ проводили спустя 24 часа по разнице массы опытной (Ро) и контрольной (Рк) лапок.

Состояние гуморального иммунитета оценивали по количеству антите лообразующих клеток (АОК), определяемых методом локального гемолиза по (Cunningham A.J., 1965). Мышей иммунизировали внутрибрюшинно ЭБ в дозе 2х108 клеток на мышь. Реакцию проводили на 5-е сутки после иммуни зации.

Мембраностабилизирующую активность определяли по выраженности перекисного и осмотического гемолиза эритроцитов (Ковалев И.Е. и соавт., 1986), а также степени дегрануляции тучных клеток (Александров П.Н.и со авт., 1986).

Для получения осмотического гемолиза к 1 % суспензии эритроцитов добавляли равный объем дистиллированной воды. При воспроизведении пе рекисного гемолиза, индуцированного реактивом Фентона, компоненты, вхо дящие в его состав, были использованы в минимальных концентрациях, вы зывающих полный лизис суспензии эритроцитов: FeSO4 x 7 H2O – 0,01 мг/мл;

Н2О2 – 0,2 мг/мл (в пересчете на 100 % раствора перекиси).

При воспроизведении перекисного гемолиза, вызываемого фотоакти вированным аминазином, в суспензию эритроцитов добавляли аминазин из расчета 0,1 %, затем пробы выдерживали на солнечном свете в течение минут (Ковалев И.Е. и соавт., 1986).

Количество дегранулированных тучных клеток в брыжейке опреде ляли при остром асептическом перитоните, воспроизводимом по методу (Александров П.Н. и соавт., 1986). Брыжейку фиксировали смесью Карнуа и окрашивали 0,05 % раствором толуидинового синего. Подсчет количества дегранулированных тучных клеток осуществляли в 100 окнах при увеличе нии (х 20).


В сыворотке крови определяли содержание глюкозы - глюкозоокси дазным методом;

концентрацию неэтерифицированных жирных кислот (НЭЖК) - по методу (Ui, 1965);

концентрацию кортикостерона - методом ра диоиммунологического анализа (RIA) с использованием стандартных набо ров реактивов РИН-В-3Н (Сухумский завод), RSL RAT Corticosteron (JH) kit (ICN Biomedical). Концентрацию гликогена в печени определяли по методу (Kemp А., Heijningen А., 1954).

Для оценки влияния испытуемых средств на интенсивность процессов свободнорадикального окисления определяли концентрацию малонового ди альдегида (МДА) в гомогенатах тканей (Стальная И.Д., Гаришвили Т.Г., 1977) и сыворотке крови (Темирбулатов В.И., Селезнев Ю.П., 1981). О со стоянии антиоксидантной системы судили по активности супероксиддис мутазы (СОД) (Чевари С. и соавт., 1985), каталазы (Королюк М.А. и соавт., 1988), содержанию восстановленного глутатиона (Anderson M.E., 1989).

С использованием методов in vitro оценивали динамику накопления ТБК-активных продуктов в суспензии липосом яичного желтка (Клебанов и соавт., 1988). Антирадикальную активность по отношению к супероксидным радикалам определяли по методу (Chen A.-S. et al., 2003);

по отношению к ДФПГ-радикалам – по методу (Seyoum A. et al., 2006);

по отношению к NO – по методу (Govindarajan R. et al., 2003). Инактивацию пероксида водорода оценивали по методу (Chen A.-S. et al., 2003). Хелатирующую активность ис пытуемого средства определяли с использованием О-фенантролинового ме тода (Теселкин О.Ю., 1997).

Клинические исследования Методы исследования показателей жирнокислотного статуса.

Экстракцию липидов из плазмы крови проводили методом (Folch J. et al., 1957) смесью хлороформ : метанол = 2 : 1. Липидный экстракт отмывали путём добавления 0,73 % водного раствора хлорида натрия в объёме, равном 0,2 от объёма липидного экстракта. Пробу энергично перемешивали и затем подвергали расслоению путём отстаивания. После этого система разделялась на две фазы без образования промежуточного слоя. Верхнюю водно метанольную фазу тщательно декантировали вакуумным отсосом. Раствори тель удаляли в вакууме на роторном испарителе с температурой водяной ба ни 40-45оС. После упаривания осуществляли метилирование жирных кислот по (Синяк К. М. и соавт., 1976). Метиловые эфиры очищали в тонких слоях силикагеля в хромотографической системе гексан : диэтиловый эфир : ледя ная уксусная кислота (90 : 10 : 1 по объёму), затем экстрагировали их смесью хлороформ : метанол (8 : 1) и анализировали на газовом хроматографе «Кри сталл 2000 м» (Россия) с плазменно-ионзационным детектором. В работе ис пользовали капиллярную колонку FFAD. Разделение выполняли в изотерми ческом режиме функционирования термостата колонок при температуре 176оС, температуре инжектора 250оС. Скорость потока газа-носителя (азот) – 20 мл/мин. Для калибровки прибора применяли стандартные смеси метило вых эфиров жирных кислот фирмы «Sigma» (USA).

Аналогичным способом определяли фракционный состав ВЖК в эрит роцитах крови. Экстракцию липидов из эритроцитов осуществляли по мето ду (Синяк К. М. и соавт., 1976). Суспензию отмытых эритроцитов в объёме 0,25 мл лизировали в 2 мл дистиллированной воды. Лизат эритроцитов затем экстрагировали 2 раза 3 мл хлороформ-метанольной и однократно 3 мл гек сан-эфирной смесью. Объединенный экстракт концентрировали упариванием до капли. Метилирование жирных кислот осуществляли так же как и метили рование жирных кислот липидов сыворотки (Синяк К.М. и соавт., 1976). Об счет, идентификация пиков проводились с помощью программно аппаратного комплекса «Analytica for Windows» с использованием IBM Pen tium VI 1800.

Для исследования состояния иммунологических показателей человека использовалась гепаринизированная (25ЕД/мл) периферическая кровь из локтевой вены.

Для оценки исходного состояния и последующих изменений функцио нирования системы иммунитета были изучены следующие показатели:

- число лейкоцитов (камерный метод);

- содержание CD3+, CD4+, CD8+ - иммунофлюоресцентный метод по Хавинсону В.Х. и соавт., 1989.

Лимфоциты выделяли из гепаринизированной (25 ЕД/мл) перифериче ской крови, полученной из локтевой вены, центрифугированием в градиенте плотности (1,077 г/см3) фиколл-верографин ("Pharmacia", Швеция). Т лимфоциты и их субпопуляции определяли с помощью мышиных монокло нальных антител к CD3+, CD4+, CD8+ ("Сорбент", Москва). Препараты иссле довали на люминесцентном микроскопе, оснащенном фазово-контрастным устройством (Люмам-И3). На основании полученных данных определяли иммунорегуляторный индекс - CD4+ / CD8+ в условных единицах;

Для выявления концентрации цитокинов (IL-1, TNF, IL-4, IL-8) ис пользовались стандартные наборы реагентов ООО «Цитокин» (г. Санкт Петербург). Измерение их уровня проводили методом твердофазного имму ноферментного анализа с помощью двойных антител и применением перок сидазы хрена (КФ 1.11.1.7). Один тип моноклональных антител против IL-1, TNF, IL-4, IL-8 иммобилизировали на внутренних поверхностях ячеек планшетов для микротитрования. Другой тип моноклональных антител к не зависимому типу молекул цитокинов применяли в виде конъюгата с биоти ном. Индикаторным компонентом реакции являлся конъюгат пероксидазы хрена со стрептавидином, имеющим большое сродство к биотину. После стандартного режима инкубации образцов сыворотки или плазмы с МонАТ и последующих промывок в лунки микропланшета вносили конъюгат перокси дазы со стрептавидином, вновь инкубировали и добавляли субстрат с реаген том цветной реакции (3-диметил-аминобензоат). После появления окраски измеряли активность связанной пероксидазы с использованием фотометра для микропланшета с длиной волны 450 нм.

В качестве стандарта для сравнения в каждой реакции служили реком бинантные IL-1, TNF, IL-4, IL-8, входящие в состав набора. По данным титрования стандартных образцов строили калибровочные графики для каж дого из цитокинов, по которым определяли концентрацию IL-1, TNF, IL-4, IL-8 в опытных образцах сыворотки и плазмы.

Для исследования показателей свободнорадикального окисления и со стояния эндогенной антиоксидантной системы у человека кровь отбирали в пробирки: одна служила для получения сыворотки, вторая - с ЭДТА в конеч ной концентрации 1 мг/мл - плазмы. В сыворотке крови определяли:

- общие липиды сыворотки крови;

- содержание начальных продуктов СРО - конъюгированных диеновых структур в плазме крови оценивали с использованием метода, предложенного (Волчегорским И.А. и соавт., 1989);

- концентрацию ТБК-активных продуктов (Андреева Л.А. и соавт., 1988);

- общую антиоксидантную активность - по методике (Промыслова М.Ш. и соавт., 1990);

- активность каталазы – молибденовым методом (Королюк М.А. и со авт., 1988);

- активность супероксиддисмутазы (Карпищенко А.И. и соавт., 2002);

- активность глутатионпероксидазы (Карпищенко А.И. и соавт., 2002);

- активность глутатионредуктазы (Карпищенко А.И. и соавт., 2002);

- содержание селена - флуорометрическим методом по Уоткинсу в мо дификации Назаренко И.И., 1971;

- концентрацию восстановленного глутатиона Карпищенко А.И. и со авт., (2002).

- концентрацию адениловых нуклеотидов (Давыдов В.В. и соавт., 2005).

Оборудование и аппаратура При исследовании перечисленных показателей использовали фо тоэлектроколориметр КФК-3, спектрофотометр СФ-26, биохимический полианализатор ФП-901 (Финляндия), центрифуги ОПН-3 и ОПН-8, ба ни, термостат, сухожаровой шкаф, электронные весы фирмы «Sartorius», вытяжной шкаф, магнитную мешалку, аппарат для встряхивания АВУ 6с, дозаторы переменного объема («Labsystem», Финляндия).

Программно-аппаратный комплекс, включающий программу “IFAN” v1.04 в системе с Windows 95/98 и иммуно-ферментный анали затор «DigiScan 400-800»;

Спектрофотометр СФ-256 УВИ «ЛомоМе тео» (Россия), бихроматическая фотометрическая система Stat Fax Plus 1904 (USA), газовый хроматограф «Кристал 2000М» (Россия),;

термо стат-Т4, центрифуги ОПН-3, ОПН-08, шейкер S-3, весы электронные HR “A&d compay Ltd” (Япония), дозаторы одноканальные пипеточные перемен ного объема «Лабсистемс СПб» (Россия), цифровой малодозовый  флюоро граф «Вымпел» (Россия), аппарат для ультразвуковой диагностики эхоэкг «Toshiba» (Япония).

Методы статистической обработки результатов.

Статистическая обработка полученных данных производилась с помо щью программы «Microsoft Оffiсе 2007 for Windows XP professional». Разли чия сравниваемых показателей считали достоверными при р 0,05.

Анализ полученных данных проведен с помощью метода вариацион ной статистики с определением различий по критерию t Стьюдента.

Однофакторный регрессионный анализ прогноза течения пневмоний проведен при помощи пакета статистических программ Statistica 6. (StatSoft).

2.3. Клиническая характеристика больных внебольничными пневмониями и схемы лечения Программа клинических исследований включала 200 молодых военно служащих призванных из Забайкальского края и находившихся на лечении в пульмонологическом отделении 321 окружного военного клинического гос питаля СибВО и терапевтическом отделении Дорожной клинической боль ницы ст. Чита II в период с 2007 по 2010 год.

При постановке диагноза нетяжелой ВП использованы критерии, в со ответствии с Международной классификацией болезней X пересмотра (МКБ 10 1992 г.) и представленные в «Стандартах медицинской помощи Мини стерства здравоохранения и социального развития РФ», ч. 1 (Прил. к приказу МЗСР от 23.11.2004 № 271);

«Методических указаниях по диагностике, лече нию и профилактике внебольничный пневмоний у военнослужащих», ГВМУ МО РФ (2009 г.).

Ввиду неоднородности содержания селена в почвах различных рай онов Забайкалья, группы больных с глубоким селенодефицитом были подоб раны из районов характеризующихся наиболее низкой концентрацией этого микроэлемента (Акшинский, Борзинский, Забайкальский, Краснокаменский, Нерчинский, Улетовский, Хилокский, Читинский, Шилкинский).

Диагноз внебольничной пневмонии нетяжелого течения устанавливали на основании характерных для данного заболевания клинико рентгенологических, лабораторных и инструментальных данных обследова ния больных. Большая часть больных - 186 (93 %) поступило на 2-3-й день заболевания, а в первый день - 24 пациента (7 %).

Для проведения исследования была разработана карта, отражающая демографические данные больного, характер проводимого лечения, эффек тивность лечения и исход заболевания. Средний возраст больных составил 19,4±0,04 лет. Продолжительность догоспитального периода в среднем со ставила 2,8±0,4 дня. У всех больных ВП возникала во внестационарных ус ловиях и была подтверждена клинико-лабораторными данными, с обяза тельным наличием свежих инфильтративных изменений легочной ткани при рентгенологическом исследовании грудной клетки. Заболевание характери зовалось у всех больных нетяжелым течением (согластно критериям – ОТСП 2) и большинство больных могло бы лечиться в амбулаторных условиях, но тактика ведения больных с данной патологией предполагает обязательную госпитализацию военнослужащих вне зависимости от тяжести течения забо левания, учитывая их нахождение в закрытых коллективах (Лаптева И.М. и соавт., 2008).

Основными жалобами больных являлись: кашель с мокротой (85%), колющие боли в грудной клетке при кашле и глубоком дыхании (67%), по вышение температуры тела до фебрильных цифр – 88% (лихорадка, в т.ч.

субфебрильная, отмечалась у всех больных), одышка при обычной физиче ской нагрузке (41%), потливость (94%), общая слабость (100%). При физи кальном обследовании наиболее часто отмечалось притупление перкуторно го звука (65,5%), ослабленное или жесткое бронхиальное дыхание (82,6%), усиление бронхофонии и голосового дрожания (соответственно 49,1% и 36,7%), фокус звонких мелкопузырчатых хрипов (16,8%) и инспираторная крепитация (19,7%).

Для характеристики функции внешнего дыхания, позволяющей эффек тивно оценивать разные стороны функции воздухоносных путей, проводи лась спирометрия включающая показатели ЖЕЛ (жизненная емкость легких), ООЛ (остаточный объем легких), МВЛ (максимальная вентиляция легких) и МОД (минутный объем дыхания).

Данные показатели характеризуют не только обструктивный тип нару шения легочной вентиляции, но и рестриктивный (тот, который встречается при внебольничных пневмониях). По скольку ЖЕЛ прогрессивно снижается при ВП этот показатель помогает следить за течением болезни и фармакоэф фективностью лечения больных с рестриктивной патологийе легких. Более того, показатель ООЛ весьма важен для дифференциальной диагностики, т.к.

при хронической обструктивной болезни легких и бронхиальной астме он уменьшается, а при внебольничной пневмонии и плеврите может увеличи ваться.

Также нами использованы показатели МВЛ (коррелирует с ЖЕЛ, т.е.

снижается), а также МОД – он повышается у больных с ВП.

В качестве обязательного критерия для формирования групп служило низкое содержание селена в крови больных с ВП, в соответствии с принятой классификацией (Longnecker M.P. et al., 1991). Дефицит селена ниже 70 мкг/л расценивался как глубокий дефицит, 70-90 мкг/л - легкий, 90-115 мкг/л – субнормальная обеспеченность, 115-130 мкг/л – физиологический оптимум.

У всех больных, находившихся под нашим наблюдением был отмечен глубо кий дефицит селена, среднее содержание которого в сыворотке крови соста вило 60,7±8,6 мкг/л.

Все пациенты были распределены на 4 группы, у которых с 1-х суток поступления применялась стандартная этиотропная базисная терапия, в соот ветствии с методическими указаниями Министерства Обороны РФ: «Диагно стика, лечение и профилактика внебольничной пневмонии у военнослужа щих МО РФ» - 2009, и практическими рекомендациями «Внебольничная пневмония у взрослых: диагностика, лечение и профилактика» (Чучалин А.Г., 2010).

Пациенты всех групп получали базисную антибактериальную монотерапию, которая включала в себя пероральное применение ингибиторзащищенных аминопелицилинов 120 больными (амоксиклав мг) и 80 больными фторхинолонов III поколения(левофлоксацин 250мг) раза в день в течение 9,0 ± 0,15 суток.

В дополнение к базисной антибактериальной терапии пациенты всех групп также получали жаропонижающие препараты (при фебрильной лихорадке), для улучшения отхождения мокроты - муколитики (бромгексин 24 мг/сутки per os, поливитамины (включая витамины A,E,C) дезинтоксикационную терапию (обильное питье 2-3 л/сутки).

В зависимости от выбранного метода фармакологической коррекции селенодефицита, антиоксидантного и иммунного статуса у больных с ВП, первую группу (№ 1) составили 50 больных, которые получали только базис ную терапию, вторая группа (№ 2) была представлена 50-ю пациентами, у которых в сочетании с базисной терапией назначался «Астрагал» в дозе по драже 3 раза в сутки (150 мкг). Третью группу (№ 3) составили 50 пациентов с ВП, у которых наряду с указанной базисной терапией, назначали настойку «Женьшеня с астрагалом» (по 20 капель 2 раза в день), четвертая группа (№4) была представлена также 50-ю больными, у которых на фоне базисной терапии назначалось многокомпонентное растительное средство – «Арура Тан № 7» по 1 фильт-пакету настоянному в 100 мл кипятка. Прием 1 раз ут ром за 30 мин. до еды.

Средние сроки назначения больным селеносодержащих и раститель ных адаптогенов составили 15 ± 0,8 дня.

Контрольную группу составили 50 практически здоровых военнослу жащих по призыву из роты охраны, призванных из различных регионов Рос сии с нормальным содержанием селена – 121 ± 4,8 мкг/л.

Все больные были информированы, лабораторные исследования про водились на добровольных началах с их письменного согласия, в соответст вии с международными этическим требованиями, согласно Хельсинкской декларации (2000 г.) и п. 4.6.1 приказа МЗ РФ №163 (ОСТ 91500.140001 2002).

Среди обследуемых не было больных с сопутствующей острой и хро нической соматической патологией, которая могла бы отягощать течение внебольничной пневмонии.

Лабораторные исследования проводили у больных в 1-е сутки поступ ления и в динамике на 10-е и 15-е сутки заболевания. Кровь забирали в одно время суток (800 часов утра), из вены натощак. Рентгенологические методы исследования проводили при поступлении, на 10-е и 15-е сутки наблюдения.

Рентгенологическое обследование больных с выполнением прямого и бокового снимков грудной клетки было проведено в 100 % случаев. Распро страненность пневмонической инфильтрации наиболее часто была выявлена в правом легком – 127 (63,5%) случая, с локализацией в нижних долях обеих легких – 99 (49%) случаев. У 73,5% больных отмечалось сегментарное по ражение легких, при этом в 41,5% случаев отмечено поражение 3 и более сегментов, что согласуется с литературными данными (Дворецкий Л.И., 2006;

Чучалин А.Г., 2006;

Славова Ю.Е., 2010).

В качестве метода установления этиологического диагноза применяли бактериологическое исследование микробной обсемененности по Dixon Mil ler. Документом, регламентирующим исследование, являлся приказ МЗ СССР от 22 апреля 1985 г. № 535 «Об унификации микробиологических (бактериологических) методов исследования применяемых в клинико диагностических лабораториях лечебно-профилактических учреждений».

Больным проводили инструктаж о необходимости глубокого откашли вания для получения содержимого нижних отделов дыхательных путей. Ис следование проводили до назначения антибактериальных препаратов или ко гда антибактериальные средства применялись не более одних суток. Утрен няя порция свежевыделенной мокроты собиралась до приема пищи В однора зовый стерильный цилиндрический пластиковый контейнер. Перед сбором мокроты больные чистили зубы и внутреннюю поверхность щек. Мокроту подвергали исследованию не позднее чем через 1-2 часа после забора.

Бактериологическому исследованию подлежали образцы экспекториро ванной мокроты, в полной мере отвечающей цитологическим критериям при надлежности к этому биологическому субстрату: содержат не более 10 эпите лиальных клеток и не менее 25 полиморфоядерных лейкоцитов при просмотре не менее 10 полей зрения при увеличении х 100 (Murray S., Washington V., 1975). При окраске по Грамму S. pneumonia в мазке визуализируется как лан цетовидный грамположительный диплококк.

Для выявления наиболее частых возбудителей ВП нетяжелого течения были проанализированы результаты микробиологических исследований вы деленных патогенных штаммов возбудителей и их чувствительности к анти бактериальным препаратам у 200 больных военнослужащих по призыву, включенных в данное исследование. Бактериальный возбудитель ВП был вы явлен у 180 больных (90 %). Результаты бактериологического исследования представлены в таблице 2.

Таблица 2 - Результаты бактериологических исследований штаммов возбу дителей внебольничных пневмоний Возбудитель Кол-во больных (n=200) Абс. % 98 49, S. pneumonia 47 23, S. pyogenes 14 H. influenzae 7 3, М. pneumonia 5 2, S. viridans 171 85, Монокультура 4 2, S. pneum. + S. pyog.+M. pneum.

3 1, S. pneumonia + S. viridans 2 S. pneumonia +C. albicans 9 4, Ассоциация возбудителей 20 10, Не выделен возбудитель Итого: 200 При бактериологическом исследовании мокроты (табл. 2) бактериальный возбудитель в монокультуре и ассоциации штаммов выявлен у 107 больных (54%), из них основным возбудителем нетяжелой ВП заболевших военнослужащих является S.pneumoniae, обнаруженный у пациентов (49,1%), что подтверждает существование внутрипопуляционного обмена штаммами, в связи с пребыванием в закрытом коллективе (Мартынова А.В., 2003;

Cilloniz C., 2010).



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.