авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Содержание Трансформационные процессы в Латинской Америке: причины и тенденции Автор: К. Пецольдт, А. Г. Коваль.................................................. 2 Итоги ...»

-- [ Страница 2 ] --

Ключевые слова: стратегическая коммуникация, дипломатия, противоборство, Китай, Латинская Америка, Россия, США.

В целом комплексе факторов растущей переориентации политических, экономических, военных, научных и культурных связей большинства стран Латинской Америки стратегическая коммуникация (СК) играет не последнюю роль. Ее концепция, как отмечает признанный эксперт в этой области, сотрудник "RAND Corporation" д-р Кристофер Пол, являет собой на государственном уровне "... скоординированные действия, послания и образы... с целью информирования или убеждения избранных аудиторий для поддержки национальных целей"1. Доклад Белого дома конгрессу США от 16 марта 2010 г. "Национальные рамки стратегической коммуникации"2 определил основные цели, задачи и организационные формы СК США.

В Китае в 2000-е годы появилось достаточно статей и монографий на тему информационного противоборства и внешнеполитической пропаганды, однако важным этапом в развитии национальной концепции СК следует считать выход в свет в 2011 г.

монографии по исследуемой теме под названием "Основы стратегической коммуникации". Ее авторы - Би Яньтао и Ван Цзиньлинь. Книга получила высокую оценку генералов Лю Юнчжи и Чзана Сюйсаня, которые вместе с главным политическим комментатором "Phonex TV" Жуанем Цышанем написали к ней предисловие. Таким образом, можно говорить о некоторых теоретических и практических предпосылках, конкретных свидетельствах развития СК Пекина, включая и латиноамериканское направление.

Евгений Николаевич Пашенцев - доктор исторических наук, профессор МГПУ и МГУ им. М.

ВЛомоносова, руководитель Центра коммуникационного менеджмента РНВШУ РАНХиГС при Президенте РФ и Международного центра социально-политических исследований и консалтинга (icspsc@mail.ru).

стр. Все три основные части СК - связи с общественностью, общественная дипломатия (ОД) и информационные операции (ИО) - взаимосвязаны, однако и имеют свои особенности.

Общественная дипломатия дополняет традиционную межгосударственную дипломатию, в которой преобладает официальное взаимодействие профессиональных дипломатов. В отличие от связей с общественностью государственных структур, нацеленных преимущественно на информирование и влияние на население и китайские СМИ, ОД занимается взаимодействием с гражданами, общественными деятелями, журналистами и другими лидерами общественного мнения за пределами страны. Она призвана оказать влияние на отношение к политике и национальным интересам Китая, побуждать к действиям в их поддержку.

В качестве теоретической базы осуществления информационных операций против вероятного противника используются рекомендации и разработки Академии военных наук Национально-освободительной армии Китая (НОАК), Политического института НОАК и др.

СК Китая играет существенную роль в укреплении его позиций в латиноамериканском регионе. Если рассматривать изменение присутствия США и КНР в Латинской Америке по окончании "холодной войны", то необходимо отметить, что с тех пор происходило постепенное и где-то незаметное падение экономического и военно-политического присутствия Соединенных Штатов в регионе, в последнее десятилетие приобретшее очевидный и в целом ряде стран сокрушительный характер. Укрепление же позиций Китая, вначале весьма ограниченное, сегодня бросает очевидный вызов американскому господству в регионе.

Китай обошел Соединенные Штаты, став крупнейшим торговым партнером Бразилии в 2009 г. По последним данным, он остался крупнейшим партнером Чили в 2011 г., объем двусторонней торговли превысил 29 млрд. долл., что составило рост на 17,3% по сравнению с предшествующим годом3. По данным за 2010 г., на Китай приходится 15% экспорта в Латинскую Америку, тогда как на США - главного торгового партнера региона - 18%.

В современных международных условиях Китай считает необходимым развивать отношения стратегического партнерства со странами Латинской Америки, заявил председатель КНР Ху Цзиньтао в ходе официального визита в Перу в 2008 г. "Китай самая большая развивающаяся страна. Более тесное сплочение... является велением времени и требованием развития каждой из сторон", - разъяснил председатель4.

Эти слова служат ключевым посланием Латинской Америке в рамках стратегической коммуникации Китая. Другое ключевое послание заключается в лозунге "мирного взлета".

Таким образом Пекин представляет странам Африки и Латинской Америки свою систему в качестве образцового инструмента преодоления бедности. Пропагандистская кампания под таким лозунгом находит поддержку не только среди общественных низов, но и среди растущего числа руководителей этих стран: они не могут не видеть, что китайская экономика растет беспрецедентными темпами, а их собственная экономическая политика, проводимая по рекомендациям (часто весьма жестким) МВФ и под патронатом гуманитарных организаций, очень часто оборачивается лишь застоем.

Китайскую стратегическую коммуникацию отличает продуманный долгосрочный характер. Китайские власти стараются снять возможные перспективные угрозы их неприятия зарубежными целевыми аудиториями в связи с быстрым экономическим ростом страны, ростом ее военного потенциала.

стр. Китайские лидеры в ходе своих выступлений в той или иной мере подчеркивают, что в рамках мировых процессов восстановление страны в эпоху экономической глобализации может быть достигнуто благодаря международной конкуренции и взаимовыгодному сотрудничеству. Уже нет необходимости или возможности следовать по старому пути и бросать вызов существующему мировому порядку или другим странам. "Экспансионизм ведет в никуда, гонка вооружений ведет в никуда;

желание утвердить мировое господство ведет в никуда. Как однажды сказал Дэн Сяопин, если когда-нибудь Китай будет стремиться к гегемонии в мире, народы мира должны разоблачить это намерение, противодействовать ему и победить его. Мировая общественность может привлечь нас к ответственности"5.

Таким образом, Китай постоянно заверяет международную общественность, что не будет стремиться к гегемонии, став более развитым государством. И это является, на наш взгляд, третьим ключевым посланием Китая мировому сообществу, включая и страны Латинской Америки.

В ноябре 2008 г. китайцы представили свой первый в истории документ по вопросам внешней политики в Латинской Америке и карибском регионе. "Белая книга" гласит:

правительство Китая рассматривает свои отношения с Латинской Америкой со стратегической точки зрения и стремится к полномасштабному и согласованному сотрудничеству на основе равенства, взаимной выгоды и совместного развития со странами Латинской Америки и Карибского региона. Политическими целями Китая в Латинской Америке и карибском регионе являются:

- достижение взаимного уважения, доверия и расширение согласованных позиций;

- углубление сотрудничества и достижение обоюдовыгодных результатов;

- опора на сильные стороны каждой из сторон для повышения уровня общего прогресса и рост взаимообмена. Стороны повысят уровень культурного и международного обмена, поделятся опытом и направят совместные усилия на достижение развития и прогресса человеческой цивилизации;

- принцип единого Китая является политической основой для установления и развития отношений между Китаем и странами Латинской Америки и карибского региона, а также с региональными организациями6.

Особый раздел "Белой книги" был посвящен сотрудничеству в сфере средств массовой информации: "Правительство Китая поощряет и активно способствует международному обмену и сотрудничеству в сфере средств массовой информации обеих сторон на различных уровнях и в различных формах в целях укрепления взаимопонимания и гарантии объективности и всесторонности предоставляемой информации. Это послужит повышению уровня коммуникации и сотрудничеству между правительственными информационными отделами обеих сторон и создаст условия для сотрудничества и взаимодействия средств массовой информации обеих сторон"7.

Основные компоненты СК быстро и радикально трансформируются. Так, например, дипломатический корпус КНР сегодня выигрывает в профессиональной подготовке у дипкорпуса США, особенно в сфере возможностей ведения публичной дипломатии, что подтверждают даже эксперты из США.

стр. По словам Джошуа Курланцика, автора книги "Мягкая сила: как растущая китайская мощь преображает мир", министерство иностранных дел Китая в течение последних лет приложило серьезные усилия для того, чтобы отправить в отставку пожилых, более идеологически настроенных дипломатов, активно поощряя в кадрах дипкорпуса региональную специализацию и требуя совершенствования языковых навыков. Данные усилия стали приносить плоды. К 2005 г. приблизительно половина из 4000 китайских дипломатов была моложе 35 лет. Многие из новых сотрудников изучали иностранные языки в зарубежных вузах, и все они были готовы к назначению для выполнения заданий в определенной географической зоне.

В результате был создан дипломатический корпус, профессионализм, знания и доступность которого были неоднократно отмечены. Последняя характеристика чаще всего противопоставляется американским посольствам. По словам сингапурского ученого Кишоре Махбулани, "в то время как китайские дипломаты свободно прогуливаются без охраны, американские живут и работают на огороженных территориях, похожих на крепости, и во многих странах появляются за пределами этой территории только в исключительных случаях, предпринимая усиленные меры безопасности"8. Заметим, что такая свобода была весьма близка первому поколению советских дипломатов. Само собой разумеется, что китайцы стараются использовать эти отличия в свою пользу и укрепляют связи там, где американцев воспринимают как нежеланных гостей или неспособных на какие-либо действия9.

Важным элементом общественной дипломатии Китая является распространение сети институтов Конфуция. Основанные министерством образования Китая институты Конфуция "способствуют развитию дружественных отношений с другими странами и пониманию китайского языка и культуры", оказывая содействие и поддержку инициатив местных неправительственных организаций и/или университетов. Первый институт Конфуция был открыт в июне 2004 г. в Ташкенте (Узбекистан) в качестве экспериментальной программы. К июлю 2010 г. в 94 странах мира было открыто институтов Конфуция и 337 классов Конфуция. К 2020 г. Китай планирует открыть институтов по всему миру10.

Первый институт Конфуция в Латинской Америке был открыт в Мексике в феврале г. В соответствии с данными, представленными "Ханбан", отделением Международного совета китайского языка, к концу 2008 г. Китай открыл 17 институтов Конфуция в восьми странах Латинской Америки - пять в Мексике, три в Перу, два в Колумбии, два в Чили, два в Бразилии, один в Аргентине, один на Кубе и еще один в Коста-Рике11.

Институты Конфуция являются не привлекающим внимания способом познакомить мировую общественность с китайской культурой. Институты часто не имеют собственного здания и создаются на территории университетов или схожих образовательных учреждений. Как отмечает один ученый, "основание институтов Конфуция является, в общем и целом, проектом создания имиджа... направленного на привлечение внимания к китайской культуре... в противовес общественному мнению, которое до сих пор считает Китай "угрозой"12.

Китай активно использует систему международных научных и культурных контактов не только для развития своей науки, образования, но и для эффективного позиционирования себя как великой державы, прибегая при этом к оригинальным и нестандартным решениям. Мне лично пришлось убедиться в этом будучи участником международного конгресса латино стр. американистов в Макао в 2007 г. Именно в этом году Макао превзошел по обороту игорного бизнеса Лас-Вегас. Участникам конгресса за очень скромную плату (по международным стандартам) было предложено остановиться в отличных номерах одного из крупнейших, самых новых отелей мира - "The Venetian Macao Resort Hotel". Все были приятно удивлены размахом и уровнем приема. Макао позиционировался организаторами конгресса как своеобразный этнокультурный мост между Китаем и Иберо-Америкой, и на работу туда приехало много португальцев и бразильцев, которые составляют основную часть португалоговорящих жителей Макао.

На какие конкурентные преимущества может рассчитывать Китай в своей СК, ориентированной на Латинскую Америку?

- Темпы экономического развития несопоставимо выше, чем у США, ЕС и России, и уже существующий ВВП, хотя и значительно уступает американскому, но более чем в три раза превосходит российский. Перспективы его дальнейшего роста и потенциального объема в XXI в. неоспоримо превышают возможности не только России, но и США.

- Китай уже сегодня является первой индустриальной державой мира (СССР так и не смог догнать по объему промышленного производства США).

- Население, в четыре раза большее, чем в США и в девять раз превосходящее население России, причем гораздо более однородное этнически, чем в двух других державах, что в отдаленной перспективе делает возможным глобальное лидерство в мире, а уже в недалеком будущем - достижение паритета с США по ВВП.

- Ореол развивающейся страны, еще в XXI в. бывшей полуколонией, что по восприятию сближает ее с колониальным, а затем длительным политически и экономически зависимым положением латиноамериканских государств.

- Слава страны не просто развивающейся, но быстро поднимающей из нищеты и отсталости свое огромное население при объективной бедности ресурсов.

- В отличие от США и России Китай в общественном мнении Латинской Америки не "замешан" в экспансионизме и явных претензиях на мировое господство.

- Зарубежная диаспора Китая растет в регионе опережающими темпами по сравнению с американской и российской и проникает в политические, экономические, военные структуры стран Латинской Америки на разных социальных уровнях.

- У Китая есть широкие возможности для политического маневра: он вхож в латиноамериканский истеблишмент, который не очень опасается "красной угрозы" в лице этой страны, но Китай умело поддерживает хорошие отношения и с большинством коммунистических и левосоциалистических организаций континента.

- Больший динамизм и потенциал информационного и культурного присутствия, чем у России, хотя еще довольно длительное время, он, несомненно, будет уступать американскому.

Следовательно Китай в еще большей степени в сравнении с Россией является символом альтернативы в глазах латиноамериканцев. Однако непрочность СК Китая определяется неоднозначностью перспектив быстрого экономического развития (при нынешней модели возможности динамичного роста практически исчерпаны), отсутствием собственной сырьевой базы, все большей (и успешной) конкуренцией с латиноамериканскими про стр. изводителями, очень большим (хотя и быстро сокращающимся) отставанием в научно технической сфере, нерешенными острыми социальными проблемами.

Некоторые преимущества могут стать, и уже отчасти стали, "минусами", в частности, крупнейшее в мире население (на ментальном уровне легко провоцирует, пока еще не панический, но страх перед китайской угрозой в значительных слоях населения региона, как и растущая миграция рабочей силы за пределы Китая, включая и страны Латинской Америки). Помнится, в 2009 г., находясь на одной из улиц в центре Каракаса и желая пообедать, я застыл на миг, выбирая... между двумя ближайшими китайскими ресторанами.

Быть страной развивающейся - благоприятная текущая возможность для позиционирования в регионе, но ни в коем случае не объективное достоинство. Вовремя и в адекватной форме перейти на позиционирование себя как среднеразвитого государства задача не столь отдаленного будущего.

В теоретической разработке и практическом применении СК Китай, явно отставая от США в количественном и качественном отношении, все же в целом находится на одном с ними "технологическом", преимущественно пропагандистском уровне (если не затрагивать ту сферу информационных операций, которая рассчитана на борьбу с электронными системами противника). КНР находится только на начальном этапе перехода к новому "управленческому" и интегративному (не только в административном плане) характеру стратегической коммуникации. Рост китайских информационных возможностей на иностранных языках ведет к росту своеобразных "окон уязвимости" в Интернете. Так, на англоязычной версии веб-сайта "Новости Коммунистической партии Китая" раздел "Партийная работа" последний раз обновлялся 23.10.2007 в 14 ч. 39 мин.13.

Чем не повод говорить об отмирании компартии, капитализации страны? А значит левому лагерю союзников Китая в Латинской Америке подается весьма неприятный сигнал. При соответствующем подходе исчезают и некоторые другие конкурентные преимущества в реализации СК. Бюрократизм, столкновение интересов различных ведомств (хотя и в несравненно более закрытой для непосвященных форме, чем в США) также имеют место, но, судя по практическим результатам, эти проблемы вряд ли превосходят соответствующие уровни США и России.

И все же Китай уже явно превосходит Россию в затратах на стратегическую коммуникацию и в способности ее реализации в Латинской Америке, а ассиметричный ответ КНР на сохраняющийся подавляющий перевес США в глобальных СМИ, в разработанности концепции СК во многом успешен благодаря умелому использованию ошибок стратегического плана, в избытке допущенных Соединенными Штатами в регионе.

Однако не следует думать, что СК трех стран направлена только на противостояние друг другу. Она отражает конкуренцию между ними, но и имеет точки пересечения (например, борьба с терроризмом и др.). Но позиции США в гораздо большей степени далеки от российских и китайских, а позиции Москвы и Пекина в ряде ключевых вопросов стратегического сотрудничества и, следовательно, стратегической коммуникации, близки или совпадают. Это нашло отражение в Соглашении правительств государств - членов Шанхайской организации сотрудничества о сотрудничестве в области обеспечения международной информационной безопасности, подписанном в Екатеринбурге 16 июня 2009 г.

стр. Согласно статье 4-й соглашения, стороны осуществляют сотрудничество и свою деятельность в международном информационном пространстве таким образом, чтобы она способствовала социальному и экономическому развитию и была совместима с задачами поддержания международной безопасности и стабильности, соответствовала общепризнанным принципам и нормам международного права, включая принципы мирного урегулирования споров и конфликтов, неприменения силы, невмешательства во внутренние дела, уважения прав и основных свобод человека, а также принципам регионального сотрудничества и невмешательства в информационные ресурсы государств-членов14.

Стороны достигли взаимопонимания (что очень важно) в базовой терминологии в области обеспечения информационной безопасности и составили перечень основных видов угроз в области международной информационной безопасности, их источников и признаков.

Следует констатировать, что, хотя расширение присутствия Китая и России в Латинской Америке и соответствующее информационно-коммуникационное сопровождение этого присутствия самым внимательным образом отслеживается и изучается в США и других странах Запада, мы сами и китайцы явно уделяем недостаточно внимания анализу присутствия друг друга в государствах региона. Взаимодействие двух стран в сфере СК в Латинской Америке пока носит весьма ограниченный характер.

Саммит АТЭС-2012 может дать новый импульс развитию отношений между странами этого крупнейшего экономического объединения, в частности, отношениям между Китаем и Латинской Америкой. СК может и должна сыграть в этом отношении важную роль.

Настало время задать вопрос: что же такое стратегическая коммуникация? На наш взгляд, это проецирование в массовое сознание государством определенных стратегических ценностей, интересов и целей путем адекватной синхронизации разносторонней деятельности во всех областях общественной жизни с ее профессиональным коммуникационным сопровождением. Эти ценности, интересы и цели могут каким-либо образом совпадать, сосуществовать, конкурировать, быть абсолютно противоположными и исключать друг друга. Если последнее происходит на национальном уровне, это свидетельствует о тяжелой болезни государства (мы говорим здесь не о его прогрессивности или реакционности, а о дееспособности и эффективности).

СК малоэффективна как средство сотрудничества, если стратегические интересы и цели государств кардинально расходятся. При этом стратегическая коммуникация неминуемо становится прежде всего инструментом информационного противоборства. Никаких иллюзий на этот счет питать не следует. Поэтому нужны встречные компромиссы и поиск путей к сочетанию интересов. В создании климата, благоприятного для такого поиска, СК может сыграть очень важную роль, но она также способна и серьезно ухудшить ситуацию.

В известной мере СК сама является значимым (и отчасти автономным) фактором сближения или отдаления сторон, и крайне важно, чтобы она служила решению первой задачи, а не второй. Можно полностью согласиться с мнением Денниса М. Мерфи известного специалиста по информационным операциям из армейского военного колледжа США: "Основная идея - Вы не можете изменить другого человека, но Вы можете найти области совпадения Ваших с ним интересов"16.

стр. Такая программа совместной оптимизации СК в регионе совершенно нереализуема в условиях нарастания напряженности отношений между Россией и Китаем с одной стороны и США - с другой. Требуются очень серьезные экономические, технологические, социальные, политические сдвиги во всех трех странах с учетом их национальных особенностей, но в интересах всеобщего мира и достойного, демократического, прогрессивного развития всего человечества.

ПРИМЕЧАНИЯ Ch.Paul. Strategic Communication: origins, concepts, and current debates. Santa Barbara, 2011, p. 3.

National Framework for Strategic Communication. White House Strategic Communications report to Congress, dated March, 16th, 2010, released March 17th, 2010. Government Information Earl Gregg Swem Library.

www.cn.latincomercio.com/investment/4166.html Китай намерен развивать стратегическое партнерство со странами Латинской Америки. www.novopol.ru/text56287.html Speech by H.E.Mr. Liu Huanxing, Chinese Ambassador to Botswana. - Botswana Defence Command & Staff. - www.fmprc.gov.cn/eng/wjb/zwjg/zwbd/t801574.htm China's Policy Paper on Latin America and the Caribbean. www.chinadaily.com.cn/china/2008 - 11/06/content_71794887.htm Ibidem.

E.C.Andersоn, J.G.Engstrom. China's Use of Perception Management and Strategic Deception.

Prepared for the U. S. -China Economic and Security Review Commission. Science Applications International Corporation, 2009, p. 30.

Ibid.

316 Confucius Institutes established worldwide. news.xinhuanet.com/english2010/culture/2010 - 07/13/c13398209.htm;

Number of Confucius Institutes worldwide to reach 500 next year. - People's Daily Online, 13.03.2009. english.peopledaily.com.cn/90001/90776/90883/6613754.html China's Policy Paper on Latin America and the Caribbean. www.chinadaily.com.cn/china/2008 - 11/06/content_7179488_7.htm X.Guo. Repackaging Confucius Institute for Security and Development Policy. Stockholm, 2007;

I d'Hooghe. The Rise of China's Public Diplomacy. Hague, July 2007.

News of the Communist Party of China. - english.cpc.peop-le.com.cn/66105/index.html Соглашение между правительствами государств-членов Шанхайской организации сотрудничества о сотрудничестве в области обеспечения международной информационной безопасности. Екатеринбург, 2009.

См. только последние монографии и сборники статей, посвященные присутствию Китая в странах Латинской Америки, преимущественно изданные в США: K.Gallager, R.Porzecansk. The Dragon in the Room: China and the Future of Latin American Industrialization. Palo Alto, 2010;

China's and India's Challenge to Latin America: Opportunity or Threat? Washington, 2008;

China Engages Latin America: Tracing the Trajectory. Boulder, 2011;

R.E.Ellis. China in Latin America: The Whats and Wherefores. Boulder, 2009;

China's Expansion into the Western Hemisphere: Implications for Latin America and the United States.

Washington, 2008;

A.E.F.Jilbertо, В. Нogenboom. Latin America Facing China: South-South Relations beyond the Washington Consensus. New York, 2010;

J.Santiso. The Visible Hand of China in Latin America. Organisation for Economic Co-Operation & Development. 2007.

D.M.Murphy. Actions, Images, Words. Strategic Communication as a Key Leader Skill Set.

April 2010. Southbridge, April 26 - 29, 2010.

стр. Заглавие статьи Карательная экспедиция генерала Першинга в Мексику (1916 1917) Автор(ы) А. А. Манухин Источник Латинская Америка, № 9, Сентябрь 2012, C. 39- СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 42.4 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи Карательная экспедиция генерала Першинга в Мексику (1916-1917) Автор: А. А. Манухин Причины, ход и последствия В статье рассматривается интервенция США в Мексику 1916 - 1917 гг. В то время как ее непосредственной задачей была борьба с повстанцами во главе с Франсиско Вильей, администрация Вудро Вильсона преследовала далеко идущие цели. К ним относилось намерение добиться от Венустиано Каррансы соблюдения привилегий для американского бизнеса, а также доказать способность Белого дома обеспечивать национальную безопасность страны. Карательная экспедиция генерала Першинга стала пиком конфронтации США и их революционного соседа, и для того, чтобы избежать войны между ними, Вашингтону потребовались значительные дипломатические усилия.

Ключевые слова: революция, карательная экспедиция, оборона границы, двусторонняя комиссия.

ПРИЧИНЫ АМЕРИКАНСКОЙ ИНТЕРВЕНЦИИ В МЕКСИКУ С начала XX в. США активизировали действия по расширению своего политического и экономического влияния на государства Латинской Америки. Согласно новому толкованию доктрины Монро, они взяли на себя роль "полицейского" Западного полушария и поэтому не раз прибегали к вооруженной интервенции. В этой связи особый интерес представляет пример Мексики. События мексиканской революции дважды побудили Вашингтон применить силу: в 1914 г. американские войска на несколько месяцев захватили порт Веракрус, а в 1916 г. в северную Мексику была отправлена карательная экспедиция, призванная разбить повстанцев, руководимых Франсиско (Панчо) Вильей.

Отечественные историки-латиноамериканисты в лице Моисея Самуиловича Альперовича, Бориса Тимофеевича Руденко и Николая Матвеевича Алексей Анатольевич Манухин - аспирант кафедры новой и новейшей истории стран Европы и Америки исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова (Warcraftdouble@yandex.ru).

стр. Общий план карательной экспедиции Лаврова считали экспедицию Першинга лишь способом защитить инвестиции США в Мексике. Так, Н. М. Лавров писал о том, что американские войска "вообще не собирались бороться против Вильи"1. В свою очередь, американист Роман Владимирович Фоменко сосредоточил свое внимание на военно-политической составляющей интервенции, в частности, взаимодействии Белого дома, госдепартамента и военных кругов2. Между тем изучение карательной экспедиции показывает, что в ходе ее подготовки и последующего развития экономические и политические мотивы имели равное значение. Кроме того, экспедиция выявила неспособность американской политической элиты дать адекватный ответ на вызов мексиканской революции.

Мексиканская революция, начавшаяся в 1910 г., представляла собой борьбу ряда различных социальных и идеологических сил. К середине 1914 г. в политической жизни Мексики стало доминировать движение конституционалистов во главе с "первым вождем" Венустиано Каррансой, свергнувшее диктаторский режим генерала Викториано Уэрты.

Оккупация Веракруса американскими войсками во многом способствовала их победе.

Именно поэтому вплоть до сентября 1915 г. президент В. Вильсон не оставлял надежд на возможность создания конституционалистами при посредничестве США коалиционного правительства, способного проводить реформы по модернизации экономики, избегая при этом радикальных мер, затрагивавших интересы иностранного капитала3.

Конституционалисты, впрочем, не желали делить власть с другими революционными "партиями" и вели долгую войну против харизматических народных лидеров, Панчо Вильи и Эмилиано Сапаты4. К концу лета 1915 г., когда они установили контроль над большей частью территории Мексики, Белый дом принял решение о признании де-факто правительства Каррансы, за которым, как правило, в дипломатии следует и признание де юре5.

Однако не прошло и полугода, как США вновь предприняли интервенцию против Мексики. Непосредственным поводом для нее стал набег отряда численностью в человек под руководством П. Вильи на американский пограничный городок Колумбус (Нью-Мексико) в ночь на 9 марта 1916 г. Все мотивы этого нападения до сих пор остаются невыясненными.

стр. Наименее спорная версия гласит, что Вилья осуществил тем самым акт мести за признание Белым домом его главного антагониста6. Ответом США стала отправка марта 1916 г. в Мексику шеститысячного кавалерийского корпуса под командованием бригадного генерала Джона Першинга, призванного "разгромить и рассеять банду Вильи".

С начала мексиканской революции в 1910 г. граница вдоль Рио-Гранде неоднократно нарушалась противоборствующими группировками. Революционеры вступали в перестрелки с американскими войсками, число которых было относительно невелико, нападали на американских граждан7. Так, своеобразным прологом к нападению на Колумбус стало убийство сторонниками Вильи 10 января 1916 г. 17 американских горных инженеров, следовавших на поезде к месту работы в штате Чиуауа8. "Бойня" в селении Санта-Изабель породила бурю возмущения в американской прессе и конгрессе США.

Республиканцы, традиционно критиковавшие президента Вильсона за "нерешительность" его мексиканской политики, стали призывать к вооруженной интервенции во имя восстановления законности и порядка. К ним присоединилось большинство демократов, ранее высказывавшихся в пользу более миролюбивых действий, адекватных сложившейся обстановке9.

Инцидент с убийством мирных американских граждан усугубил и без того непростые отношения официального Вашингтона с правительством Каррансы, который ввел жесткие меры в отношении американского бизнеса10. Так, по декрету от 3 января 1916 г. налоги для владельцев рудных разработок, ранее носившие символический характер, выросли почти в десять раз11. Владельцы железных дорог подвергались сильному давлению со стороны министерства промышленности, транспорта и социального обеспечения, которое добивалось снижения тарифов за перевозки12. В более или менее привилегированном положении оставался нефтяной бизнес, но и здесь росли налоги на экспорт нефти и ее производные, появилась необходимость отчетности13.

Призывы деловых кругов о помощи побуждали Белый дом не только требовать от мексиканской стороны защиты их интересов, но и искать выход из сложившей обстановки14. Отношение Вильсона к революции как к явлению было противоречивым. С одной стороны, он неоднократно указывал на право народа производить ломку социальных "пережитков" и добиваться свободы15. Это было не только риторикой, но и частью его мировоззрения в русле идей "прогрессивной эры". В своих выступлениях он часто критиковал американский корпоративный капитал, подчеркивая, что полномасштабная интервенция в Мексику послужит на пользу ему, а не рядо стр. вым американским и, тем более, мексиканским гражданам16. С другой стороны, для него было также характерно признание незыблемости права собственности в духе "классического либерализма" и желание направлять революции в "респектабельное" русло17.

Однако имелись и причины политического характера. Атака на Колумбус стала серьезным вызовом для администрации Вильсона, который решил вновь бороться за пост президента от демократической партии. Оппозиция в лице республиканцев и прогрессистов, возглавляемых экс-президентом Теодором Рузвельтом, подвергала резкой критике внешнеполитический курс правительства18. Она обвиняла администрацию Вильсона в заигрывании с режимом Каррансы, представлявшим собой не что иное как "узаконенную анархию"19. Главный "ястреб" в конгрессе, сенатор-республиканец Альберт Фолл (Нью Мексико) внес в повестку дня резолюцию об использовании вооруженных сил для защиты американских граждан в Мексике и призыве под ружье 500 тыс. добровольцев20.

Проявление "слабости" со стороны администрации могло привести к потере ее популярности среди избирателей.

Наконец, не только внутренний, но и внешнеполитический фактор толкал Белый дом к решительным действиям. Министр внутренних дел Франклин Лейн писал Вильсону: "Я полагаю, что если мы не сможем поймать Вилью, то наш авторитет падет в глазах всех латиноамериканцев". Он доказывал, что получить согласие мексиканского лидера на ввод карательной экспедиции не составит труда, более того, "она встретит горячую поддержку всех мексиканцев и иностранцев, живущих в Мексике"21. Ему вторил секретарь президента Джозеф Тьюмэлти: "Надо предпринять все меры, которые только возможны, иначе это не только станет губительным для нашей партии и унизительным для страны, но и серьезно снизит нашу способность оказывать влияние на события в мире, навсегда лишит нас возможности разрешить мексиканскую проблему"22. Эта проблема становилась "ахиллесовой пятой" США в свете Первой мировой войны, связывала им руки в условиях германской угрозы.

Такого же мнения придерживалось высшее военное руководство США. Командующий южного военного округа генерал Фредерик Фенстон реко стр. мендовал организовать масштабное преследование Вильи, не дав ему ни малейшей возможности для новых нападений в приграничной зоне23. В том же духе высказывался и агент госдепартамента Джордж Каротерс, утверждавший, что Вилья всерьез намерен заняться истреблением американцев в союзе с Сапатой, о чем гласят найденные документальные подтверждения. Он буквально призывал убить Вилью, "как собаку"24.

ОРГАНИЗАЦИЯ КАРАТЕЛЬНОЙ ЭКСПЕДИЦИИ ПЕРШИНГА Оказавшись под огнем критики, администрация Вильсона решила дополнить дипломатическое признание Каррансы демонстрацией силы. Дипломатическая подготовка карательной экспедиции отличалась крайней поспешностью. Госсекретарь Роберт Лансинг 14 марта 1916 г. уведомил официального представителя Каррансы в Вашингтоне о намерении президента направить в Мексику ограниченный контингент войск с единственной целью - "разгромить и рассеять банду Вильи, привести ее в небоеспособное состояние и поймать его самого". Он обещал, что военная операция "не разовьется до интервенции;

напротив, она послужит для ее предотвращения"25. В ответ мексиканец заявил, что правительство его страны рассматривает возможность заключения соглашения, согласно которому оба государства смогут организовывать обоюдное преследование "банд преступников". Лансинг воспринял слова мексиканского дипломата буквально как согласие Каррансы на ввод американских войск. Позже интервенция получила законодательное одобрение в конгрессе26.

На самом деле ни Карранса, ни кто-либо из его представителей не давал официального согласия на ввод американских войск на территорию страны. Напротив, в течение первых дней после инцидента в Колумбусе мексиканское правительство интенсивно готовилось к военным действиям как против Вильи, так и против возможного вторжения американского контингента27. Министерство иностранных дел Мексики направило в госдепартамент США ноту об "обеспечении взаимных гарантий сотрудничества", указав в ней, что "если в будущем возникнет аналогичная угроза на каком-либо участке границы, то американские войска смогут перейти ее, чтобы осуществлять преследование бандитов"28. По мнению Каррансы, поскольку договоренность между странами о продолжительности экспедиции и границах ее продвижения отсутствовала, надлежало не только настаивать на ее скорейшем прекращении, но и при необходимости оказывать американским войскам вооруженный отпор29.

стр. Узнав точку зрения Каррансы, администрация Вильсона незамедлительно подготовила подробные инструкции для армейского командования: конфликты между экспедицией Першинга и войсками конституционалистов полностью исключались, планировалось сотрудничество в поимке Вильи. В любом случае американская сторона при малейшей угрозе столкновения не должна была выступать агрессором30. Однако с учетом позиции правительства "де-факто" избежать конфликтов становилось практически невозможно.

Первый тур дипломатической дуэли между Вашингтоном и Мехико, проходивший вплоть до конца марта 1916 г., касался соглашения, разрешавшего взаимную отправку карательных экспедиций через границу. Аргументы госдепартамента сводились к тому, что только после достижения "зримого результата" в виде разгрома Вильи можно начать обсуждение вопроса о выводе экспедиции или заключении "общего" соглашения по обороне границы. Считалось, что американский военный контингент должен оставаться в стране "столько времени, сколько необходимо для выполнения поставленной задачи"31.

Однако по плану мексиканского правительства продвижение американских войск по территории Мексики ограничивалось 60 км, а численность контингента - не более одной тысячи человек исключительно из кавалерии. Максимальная продолжительность преследования повстанцев должна была составлять пять-восемь дней32.

Между тем экспедиция Першинга активно продвигалась вглубь мексиканской территории, пройдя к концу марта более 500 км. Ее численность к началу апреля вдвое превысила первоначальный контингент, но более не увеличивалась. В состав американских войск входили теперь не только кавалерия, но и пехота, автомобильные части, аэропланы, которые использовались для отслеживания передвижений вильистов33. Пустынные безводные пространства штата Чиуауа стали для американских войск настоящим испытанием. Местные власти не разрешили использование железных дорог, поэтому военное министерство США было вынуждено нанимать грузовики для снабжения солдат продовольствием и медикаментами34. В итоге линия наступления американских войск растянулась настолько, что стала крайне уязвимой для внезапных нападений.

Серьезные опасения американцев вызывали постоянно распространявшиеся слухи о возможности перехода отрядов конституционалистов под командование Вильи, который якобы призывал мексиканцев к походу против иностранного вторжения35. В этой связи начальник Генерального штаба США генерал-майор Хью Скотт указывал на корреспондентов газетной империи Уильяма Херста как главных провокаторов и пособников "тем, кто орудует на границе"36. Президенту Вильсону пришлось включиться в "информационную войну": в заявлении для прессы он обвинил "определенные круги" в намерении реализовать корыстные планы за счет войны37.

Ситуация прояснилась после первых побед экспедиции Першинга, разбившей в бою при Герреро отряды вильистов, совершивших нападение на Колумбус38. Казалось, что главная цель войск американского контингента в целом достигнута, поэтому на повестке дня встал вопрос о дальнейшей судьбе экспедиции. Ряд министров кабинета Вильсона выступил за ее скорейшее завершение. Однако сам президент полагал, что вывод американ стр. ских войск из Мексики может спровоцировать новые вооруженные вылазки повстанцев на границе, что серьезно ударит по имиджу США39.

ОТ ПЕРВЫХ СТОЛКНОВЕНИЙ - К УГРОЗЕ ВОЙНЫ В начале апреля интервенты впервые столкнулись с сопротивлением местного населения:

12 апреля 1916 г. американский отряд подвергся неожиданному обстрелу в г. Пар-рале. В завязавшейся перестрелке погибли двое американцев, число же убитых мексиканцев составило около сотни. Генерал Першинг утверждал, что военного успеха можно достичь при условии захвата столицы штата Чиуауа и установления контроля над железными дорогами40. Решив не рисковать, Белый дом отдал приказ о сосредоточении вооруженных сил на севере Чиуауа, поэтому Першинг из своей ставки в г. Колония-Дублане командовал перемещениями небольших отрядов кавалерии и пехоты, осуществлявших короткие рейды в места предполагаемой концентрации войск Вильи41.

Карранса и его окружение, решив воспользоваться инцидентом в Пар-рале для начала второго тура дипломатической борьбы, потребовали полного и незамедлительного вывода карательной экспедиции с территории Мексики. В свою очередь Вашингтон добивался от конституционалистов отправки в Чиуауа дополнительного количества войск. В итоге после долгих и обстоятельных консультаций с членами кабинета президент Вильсон решил прибегнуть к прямым переговорам42. Его инициатива встретила поддержку в Мехико. Карранса, не желая заключения какого-либо соглашения с американцами и надеясь выиграть время, предложил, чтобы в переговорах участвовали с мексиканской стороны военный и морской министр Антонио Обрегон, а с американской - генералы Хью Скотт и Фредерик Фенстон43.

Двусторонние переговоры проходили с 30 апреля по 10 мая 1916 г. в пограничном городе Эль-Пасо (Техас). Обрегон старался уходить от обсуждения вопросов об использовании железных дорог американскими войсками и разработки плана борьбы против Вильи. По его мнению, после сокрушительного поражения, нанесенного повстанцам, дальнейшее пребывание карательной экспедиции в Мексике было лишено всякого смысла44. В свою очередь американские делегаты, в соответствии с инструкциями Белого дома, делая упор на незащищенность приграничных территорий, наставали на оформлении соглашения, гарантирующего участие мексиканских войск в обороне границы45.

После длительных дебатов участникам переговоров все же удалось составить проект соглашения, предусматривавшего переход США к постепенному выводу их войск при условии размещения вдоль границы "адек стр. ватного по силе и эффективности" контингента мексиканских войск. Задержка в отзыве экспедиции Першинга допускалась в случае, если "выяснится, что обещания мексиканского правительства поддерживать порядок носят необоснованный характер", а в северных штатах Мексики продолжается революционное брожение масс46. Белый дом принял условия двустороннего соглашения, но Карранса вернул Обрегону проект, потребовав, чтобы американские части немедленно, без каких-либо оговорок, покинули территорию страны. На его взгляд, они выполнили возложенную на них миссию47.

Между тем положение осложнили нападения мексиканских вооруженных формирований на приграничные города Гленн-Спрингс и Бокильяс (Техас), повлекшие очередные жертвы среди американцев. В ответ американский кавалерийский отряд пересек границу Мексики и уничтожил отряды повстанцев48. Исторические исследования доказали причастность Каррансы не только к этим, но и ко многим подобным инцидентам в 1915 первой половине 1916 гг. В частности, обнаружились свидетельства того, что командование конституционалистов было не только осведомлено о запланированных рейдах, но и оказало им содействие49. Карранса вел двойную игру, инспирируя, с одной стороны, создание различных подрывных и агитационных групп, а с другой - информируя американских консулов об их местоположении. Так он стремился доказать, что готов сотрудничать с американцами в обеспечении порядка на границе, и что с ним выгодно иметь дело50. Правительство США, удостоверившись в наличии военной угрозы на практике, потребовало от Мехико принять его условия. Обрегон согласился с этим, опасаясь, что мексиканцы могут прибегнуть к новым "эксцессам" против американских войск51. Карранса же отказался и продолжал настаивать на точной дате вывода американских войск, зная, что его предложение неминуемо вызовет у Белого дома наибольшее раздражение.

Все это означало, что двусторонние переговоры зашли в тупик. В такой ситуации генерал Скотт объявил об их окончании, а Карранса дал указание Обрегону "не настаивать на их возобновлении"52. Вслед за этим мексиканцы 22 мая 1916 г. направили в госдепартамент ноту, напоминавшую по форме ультиматум. В ней были перечислены действия, в которых конституционалисты усматривали доказательство "враждебности" США по отношению к соседнему государству, в их числе: отказ в продаже им оружия и боеприпасов, а также нежелание немедленного вывода экспедиции Першинга с мексиканской территории.

Официальный Мехико заявлял о намерении защищать суверенитет страны с оружием в руках и требовал от президента, конгресса и высшего военного командования США "четко изложить свои планы"53.

16 июня 1916 г. главнокомандующий в штате Чиуауа направил Першингу текст полученного приказа, в котором говорилось о блокировании движения американских войск в любом направлении, кроме направления к границе США. Першинг отказался принять информацию во внимание, возложив ответственность за ее последствия на мексиканское правительство54. Наиболее целесообразной ему представлялась оккупация Мексики и установление американского протектората по образцу Кубы и Филиппин.

Поиски Вильи он сравнивал с попыткой "найти иголку в стоге сена, вокруг которого стоит вооруженная охрана и не дает тебе заглянуть внутрь"55.

стр. Обе страны начали военные приготовления. Правительственные войска в северных штатах Мексики быстро продвигались по направлению к границе, а генералы раздавали населению оружие и принимали в отряды волонтеров, в которых не было недостатка56. В свою очередь 18 июня президент Вильсон отдал приказ о мобилизации национальной гвардии57. Несколькими днями позже он впервые потребовал от Каррансы не только сотрудничества с карательной экспедицией в поддержании безопасности границы, но и проведения мер по обеспечению гарантий жизни и собственности американских граждан на всей территории Мексики58.

Кульминация кризиса наступила после боя у селения Каррисаль 21 июня 1916 г.

Кавалерийская рота армии США попыталась пройти через селение, несмотря на предупреждение командующего мексиканских войск о том, что частям интервентов будет оказан вооруженный отпор. Самонадеянность ее командира привела к гибели американцев (включая его самого) и взятию в плен 23-х. Мексиканцы потеряли в два раза больше (45 человек)59. Вскоре военным министерством США совместно с генеральным штабом был разработан план военной кампании в северной Мексике: для ее успешного осуществления намечалось довести численность национальной гвардии до 250 тыс., а регулярных войск - до 75 тыс. человек60. Однако надеяться на быструю победу не приходилось, так как минимальная численность армии для успешного ведения войны против Мексики оценивалась генеральным штабом в 400 тыс. человек. В противном случае США ожидала затяжная кампания против партизан и остатков регулярных войск, сопоставимая по людским потерям и продолжительности с англобурской войной 61.

Высшим генералитетом все еще не был разработан комплекс мер по быстрой мобилизации всех родов войск. Именно поэтому провалился первый призыв в ряды национальной гвардии, его окончание пришлось только на конец июля 1916 г.62.

Президент Вильсон рассматривал возможность войны с южным соседом, но выступал против "изменения политического и социально-экономического строя Мексики и контроля над ее внутренними делами со стороны США, налагающего определенные обязательства в ее дальнейшей судьбе". Во многом это объяснялось тем, что Вильсон негативно относился к полномасштабной интервенции как методу, предпочитая ограниченное применение военной силы для достижения тактических целей 63. Вильсон также опасался, что США способны "увязнуть" в Мексике в то время, когда отношения с Германией переживают глубокий кризис из-за затоплений немцами судов нейтральных стран, и что война с Мексикой погубит нача стр. тый им курс по сближению с ведущими странами Латинской Америки64. Надо также отметить, что в американском обществе в целом преобладали антивоенные настроения, которые вильсонисты стремились учесть в перспективе выборов. В предвыборной платформе демократической партии, принятой незадолго до апогея конфликта, содержалось высказывание в пользу конструктивного диалога с Мексикой, хотя и была выражена надежда на скорое появление там "стабильного правительства"65.

ПЕРЕХОД К УРЕГУЛИРОВАНИЮ КОНФЛИКТА: РАБОТА АМЕРИКАНСКО МЕКСИКАНСКОЙ КОМИССИИ Все эти соображения заставили Белый дом искать пути для дипломатического урегулирования конфликта. Условием отказа от военных действий стало немедленное освобождение американских военнопленных66. Оно было удовлетворено при содействии лидера Американской федерации труда Сэмюэла Гомперса, обратившегося к Каррансе с просьбой пойти навстречу в интересах трудящихся обеих стран67. "Первый вождь" рассчитывал на подобный поворот событий. По его мнению, Мексика с моральной и военной точки зрения была готова к войне куда больше, чем мог предположить Вашингтон, но куда более выгодным для нее являлось продолжение тактики "изматывания" американцев переговорами, вынуждая их отступить68.

Определение повестки дня мексиканско-американской комиссии, с предложением создания которой выступил Белый дом, велось в течение всего июля 1916 г. Госсекретарь Лансинг считал необходимым сделать ее инструментом для решения максимально широкого круга проблем, накопившихся в американско-мексиканских отношениях.

Помимо создания двустороннего механизма сотрудничества военных и гражданских властей, поддержания безопасности на границе, установления зоны, в рамках которой разрешалось преследование нарушителей, и использования железных дорог для переброски войск, она должна была касаться вопросов по "обеспечению безопасности жизни и собственности" и рассмотрению "общей проблемы беззакония в Мексике"69.

Участники двусторонней комиссии были назначены к 10 августа 1916 г. С мексиканской стороны это были министр финансов Луис Кабрера, председатель правления мексиканских железных дорог Альберто Пани и инженер Игнасио Бонильяс.


Карранса требовал от них не обсуждать какие-либо вопросы, пока американцы не дадут "добро" на вывод войск. Американскими делегатами стали министр внутренних дел Франклин Лейн, пастор Джон Мотт и др. Их задачей было проводить намеченную Лансингом линию к двустороннему сотрудничеству70. Консультантом комиссии по военным вопросам стал заместитель начальника генерального штаба США генерал-майор Таскер Блисс, утверждавший, что мексиканские войска неспособны поддерживать безопасность в северной части страны столь же эффективно, как Першинг. Именно поэтому вывод американских войск должен был сопровождаться одновременным размещением на этих территориях "соответствующего по силе контингента мексиканских войск", причем Першинг должен был инструктировать мексиканского командующего о местах их расквартирования. В соглашении планировалось зафик стр. сировать право США на возможность отправки в Мексику карательных экспедиций в случае необходимости и в будущем71.

Заседания комиссии проходили с 6 сентября 1916 г. по 15 января 1917 г., сначала в г. Нью Лондоне (Коннектикут), а затем в г. Атлантик-сити (Нью-Джерси) и Филадельфии (Пенсильвания). Предложенная Белым домом повестка предусматривала введение законодательных гарантий для соблюдения веротерпимости, защиты жизни и собственности иностранных граждан в Мексике, создание мексиканским правительством комиссий по рассмотрению имущественных исков для возмещения ущерба, понесенного иностранцами72. Мексиканцы в свою очередь соглашались перейти к обсуждению этих вопросов только после вывода войск и принятия протокола, в котором речь шла исключительно о преследовании "бандитов" и совместной обороне границы73.

Американские делегаты постоянно находились под сильным прессингом представителей горнодобывающих компаний, которые оказывали значительное влияние на их позицию во время переговоров. Они вновь и вновь возвращались к экономической разрухе и финансовому кризису в Мексике, решение этих проблем виделось ими лишь в обеспечении гарантий для свободной деятельности иностранного бизнеса74. Кабрера, имевший богатый опыт общения с представителями деловых кругов, успешно отстаивал интересы мексиканского правительства, чем вызывал крайнее раздражение американцев75.

Так, Лейн предлагал вообще отказаться от признания правительства Каррансы, обвинив его в "разорении Мексики"76. Президент Вильсон дал указание своим делегатам изменить тактику: совместно с мексиканцами сначала вырабатывать эффективную систему обеспечения безопасности границы, а затем перейти к обсуждению всех остальных вопросов77.

Между тем в Мексике случилось важное событие, повлиявшее на дальнейший ход переговоров: свои заседания начал конституционный конвент, разрабатывавший новый Основной закон, где сторонники Каррансы столкнулись с сильной оппозицией так называемых "якобинцев", среди которых был популярен генерал Обрегон. В первоначально подготовленный умеренный проект они внесли ряд изменений, составившие основу принятой в 1917 г. мексиканской конституции78. Среди статей особым радикализмом отличалась статья 27, уравнивавшая иностранцев с мексиканцами в том, что касалось владения собственностью и получения концессий на разработку полезных ископаемых79. Осознавая, насколько рискованными для него будут любые уступки Вашингтону, Карранса запретил делегатам подписывать какой-либо протокол, означавший их согласие на любую оккупацию мексиканской территории и повторные экспедиции в Мексику. В конце декабря 1916 г. он в категоричной форме потребовал от делегатов добиться согласия на безоговорочный вывод американских войск80.

По инициативе Вильсона американские делегаты предложили завершить работу комиссии. США оставляли за собой право на совершение карательных экспедиций в будущем, формально в качестве "помощи по отражению общего врага", как говорилось в итоговом коммюнике американской делегации81. Члены американской делегации хотели быстрее завершить вывод войск, предложив незамедлительно направить посла США в Мехико и поручить ему решение самых злободневных проблем82. 2 января 1917 г. Виль стр. сон отдал приказ о начале вывода американских войск. По иронии судьбы последний американский солдат покинул Мексику 5 февраля 1917 г., в знаменательный день промульгации новой мексиканской конституции.

Результаты карательной экспедиции носили двойственный характер. С одной стороны, развязка дипломатической и военной конфронтации между администрацией Вильсона и правительством Каррансы оказалась явно не в пользу Вашингтона. С другой стороны, достигнув урегулирования в Мексике, президент Вильсон стал готовиться к вступлению в войну против Германии на стороне Антанты. Работа двусторонней комиссии помогла Белому дому приблизиться к восстановлению полноценных дипломатических отношений с Мексикой, но при этом без каких-либо формальных обязательств о "полицейских" акциях в будущем.

Американская интервенция в Мексику 1916 - 1917 гг. была начата и развивалась под влиянием комплекса факторов как экономического, так и политического характера. После того, как конфликт прошел острую фазу (с апреля по июнь 1916 г.), было решено вынести на совместное обсуждение все претензии, которые имелись у США к Мексике. Однако попытка их дипломатического решения неизбежно привела к столкно-вению идеологии мексиканского "революционного национализма" и американской философии неограниченной частной инициативы, дополненной "обязанностью" обеспечивать стабильность в Мексике по доктрине Монро. Карательная экспедиция Першинга не стала универсальным решением мексиканской проблемы. Самый "больной" вопрос о положении в Мексике крупных американских компаний не одно десятилетие оставался предметом напряженной дипломатической борьбы.

ПРИМЕЧАНИЯ М. С. Альперович, Б. Т. Руденко. Мексиканская революция 1910 - 1917 гг. и политика США. М., 1958;

Н. М. Лавров. Из истории интервенции США против революционной Мексики в 1916 - 1917 гг. - ИВИ АН СССР. Бюллетень научной информации. М., 1972, с.

149 - 171.

Р. В. Фоменко. Мексиканская политика Вудро Вильсона, 1913 - 1917 гг. Саратов, 2001.

The Papers of Woodrow Wilson (далее: PWW), Vols. 32, 34, 36 - 38, 40. Princeton, 1980 1982, Vol. 34, p. 110 - 209, 382 - 511.

Ch.C.Cumberland. Mexican Revolution, 1913 - 1917: the Constitutionalist Years. Austin and L., 1972, p. 151 - 211.

Papers relating to the Foreign Relations of the United States (далее: FRUS), 1915, p. 771.

E.B.White. The Muddied Waters of Columbus, New Mexico. - The Americas, Vol. 32. N 1.

(July, 1975), p. 72 - 98.

Don M.Cосrver, L.B.Hall. Revolution on the Border. Albuquerque, 1988, p. 32 - 86.

C.C.Clendenen. The United States and Pancho Villa. A Study in Unconventional Diplomacy.

Ithaca, 1961, p. 221 - 233.

United States. Congress. Congressional Record (далее: CR). Vol. 53. 64lh Con., 1st sess. Part 4.

Senate, p.937 - 938, 942 - 948;

Verdict of the Press on Intervention in Mexico. - Literary Digest.

Vol. 52. 1916, January 29, p. 213.

R.F.Smith. The United States and Revolutionary Nationalism in Mexico, 1916 - 1932.

Chicago and L., 1972, p. 43 - 47.

CR. Vol. 53. 64lh Con., 1st sess. Part 4. Senate, p. 997 - 998.

D.W.Riсhmоnd. Venustiano Carranza's Nationalist Struggle, 1893 - 1920. Lincoln, 1983, p. 92 - 95.

Documentos relacionados con la legislation petrolera mexicana. Mexico, 1919, p. 147 - 149.

FRUS. 1915, p. 837 - 866;

Ibid., 1916, p. 652 - 653, 713, 741 - 743, 752 753.

стр. L.C.Gardner. Woodrow Wilson and the Mexican Revolution. - Woodrow Wilson and A Revolutionary World. Chapel Hill, 1982, p. 25 - 27, 29.

Address to the U.S. Chamber of Commerce. February 3, 1915. - PWW. Vol. 32, p. 180;

Remarks at the New York Press Club. June 30, 1916. - Ibid., Vol. 37, p. 332 - 336.

M.L.Tate. Pershing's Punitive Expedition: Pursuer of Bandits or Presidential Panacea? - The Americas. Vol. 32. N 1. (July, 1975), p. 47.

Memorandum by J.P.Tumulty. February 17, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 186 - 187.

T.Roosevelt to H.C.Lodge. February 4, 1916. - Selections from the Correspondence of Theodore Roosevelt and Henry Cabot Lodge. Vols. 1 - 2. New York and L., 1926, Vol. 2, p. 480;

H.C.Lоdge. The War Addresses, 1915 - 1917. Boston, 1917, p. 3 - 19.

CR. Vol. 53. 64lh Con., 1st sess. Part 5. Senate, p. 3384.

F.K.Lane to W.Wilson. March 13, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 301 - 302.

J.P.Tumully. Woodrow Wilson As I Know Him. New York, 1921, p. 156.

F.S.Funston to N.D.Baker. March 10, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 283 - 284.

G.C.Carothers to H.L.Scott. March 13, 1916, p. 1 - 3. - Hugh Lenox Scott Papers. Container 22. Library of Congress. Manuscript Division (далее: LC MD).

FRUS. 1916, p. 489;

W.Wilson to R.Lansing. March 13, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 298.

CR. Vol. 53. 64lh Con., 1st sess. Senate Con. Res. N 17.

V.Carranza a los generales J.B.Trevino, M.M. Dieguez, A.Millan. 11 de marzo de 1916. Documentos historicos de la Revolution Mexicana (далее: DHRM), vol. 12. Expedition Punitiva, parte 1. Mexico, 1967, p. 59 - 60.

J.Acufia a J.R.Silliman, 15 de marzo de 1916. - Ibid., p. 42 - 43.

V.Carranza al Gral. A.Obregon, 15 de marzo de 1916. - Ibid., p. 53 - 56.

N.D.Baker to W.Wilson. March 16, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 322 - 324.

F.L.Polk to W.Wilson. March 20, 1916. - Ibid., p.342 - 343;

F.L.Polk to E.Arredondo. March 21,1916. - Ibid., p. 350.

C.Aguilar a E.Arredondo. 18 de marzo de 1916. - DHRM. Vol. 12, p. 116 - 119;

C.Aguilar a E.Arredondo. 25 de marzo de 1916. - Ibid., p. 161 - 170.


F.S.Funston to H.L.Scott. March 26, 1916, p. 2. - Hugh Lenox Scott Papers. Container 22. LC MD.

H.L. Scott. Some Memoires of A Soldier. New York and L., 1928, p. 533.

Wisconsin State Journal, 1916, March 22.

H.L.Scott to F.S.Funston. March 27, 1916, p. 2. - Hugh Lenox Scott Papers. Container 22. LC MD.

W.Wilson to J.P.Tumulty. March 25, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 364 - 366.

N.D.Baker to W.Wilson. April 10, 1916. - Ibid., p. 456 - 457.

E.M.House to W.Wilson. April 7, 1916. - Ibid., p. 427 - 429.

F.S.Funston to H.P.McCain. April 17, 1916. - Ibid, p. 501 - 502.

J.A.S tout. Border Conflict: Villistas, Carrancistas and the Punitive Expedition, 1915- 1920.

Fort Worth (TX), 1999, p. 39.

FRUS. 1916, p. 535 - 538.

R.Lansing to W.Wilson. April 24, 1916. - PWW. Vol. 36, p. 540 - 541.

H.L.Scott and F.S.Funston to R.Lansing. April 30, 1916. - Ibid., p. 570 - 571.

H.L.Scott and F.S.Funston to R.Lansing. May 1,1916. - Ibid., p. 579 - 580.

H.L.Scott and F.Funston to N.D.Baker. May 3, 1916. - Ibid, p. 592 - 594.

V.Carranza al Gral. A.Obregon. 6 de mayo de 1916. - DHRM. T.12, p. 283 - 284.

New York Times. 6.IV.1916.

N.D.Baker to W.Wilson. May 29, 1916. -PWW. Vol. 37, p. 121.

C.H.Harris, L.R. Sadler. The Plan of San Diego and the Mexican - U.S. War Crisis of 1916: A Reexamination. - The Hispanic American Historical Review. Vol. 58. N 3. (August, 1978), p.

386 - 392.

Gral. A.Obregona V.Carranza. 7 de mayo de 1916. - DHRM, vol. 12, p. 285.

Gral. A.Obregona V.Carranza у V.Carranza al Gral. A.Obregon. 8 - 11 de mayo de 1916. Ibid., p. 303 - 326.

FRUS. 1916, p. 552 - 563.

Ibid., p. 577.

J.J.Pershing to T.Roosevelt, p. 1 - 2. May 24, 1916. - John Joseph Pershing Papers. Container 177. LC MD.

стр. Gral. A.Obregon у otros a V.Carranza. 17 - 19 de junio de 1916. - DHRM, vol. 12, p. 373, 375,381 -389.

New York Times, 20.VI.1916.

FRUS. 1916, p. 580 - 592.

M.T. Gilderhus. Diplomacy and Revolution: U.S. - Mexican Relations under Wilson and Carranza. Tucson, 1977, p. 47.

Memorandum by N.D.Baker. June 22, 1916. - PWW. Vol. 37, p. 283 - 286.

Т. Н. Bliss to H.L. Scott, p. 1 - 3. March 13,1916. - Hugh Lenox Scott Papers. Container 22.

LC MD;

M.M.Macomb to H.L.Scott, p. 1 - 2. March 13, 1916. - Ibidem.

G.Marvin Marking Time with Mexico. - World's Work. 1916. September. Vol. 32, p. 526 533.

F.S. Calhoun. Power and Principle: Armed Intervention in Wilsonian Foreign Policy. Kent (OH), 1986, p. 66 - 67;

W.Wilson to R.Lansing. June 21, 1916. - PWW. Vol. 37, p. 275- 277.

W.Wilson to E.M.House. June 22, 1916. - Ibid., p. 281.

Democratic Party Platform of 1916. June 14, 1916. URL:

- www.presidency.ucsb.edu/ws R.Lansing to J.L.Rodgers. June 25, 1916. - PWW. Vol. 37, p. 293 - 294.

W.G. Whillaker. Samuel Gompers, Labor and the Mexican-American Crisis of 1916: the Carrizal Incident. - Labor History. Vol. 17. N 4 (Fall 1976), p. 554;

G.Andrews. Shoulder to Shoulder? The AFL, the United States and the Mexican Revolution, 1910 - 1920. Berkeley, 1991, p. 60- 61.

Ch.L.Harris, L.R. Sadler. Op. cit., p. 398- 402.

R.Lansing to W.Wilson. July 3, 1916. - PWW. Vol. 37, p. 348 - 350.

J.A. Stоut. Op. cit., p. 94 - 95.

Memorandum by T.H.Bliss. September 18, 1916. - PWW. Vol. 38, p. 220 - 235;

T.H.Bliss to N.D.Baker. October 11, 1916, - Ibid., p. 397 - 405.

FRUS. 1917, p. 916 - 919.

DHTM, vol. 13. Expedition Punitiva, parte 2. Mexico, 1968, p. 271 - 282.

F.K.Lane to R.Lansing. September 29, 1916. - PWW. Vol. 38, p. 300 - 301.

L.Cabrera to V.Carranza. Sin fecha. - DHRM, vol. 12, p. 201 - 213;

V.Carranza a L.Cabrera.

12 de octubre de 1916. - DHRM, vol. 13, p. 283 - 289.

F.K.Lane to W.Wilson. October 6, 1916. -PWW. Vol. 38, p. 355 - 362.

Memorandum by W.Wilson for the American Commissioners. October 8, 1916. - Ibid., p. - 374.

M.T. Gilderhus. Op. cit., p. 53 - 56;

L.B.Hall. Alvaro Obregon: Power and Revolution in Mexico, 1910 - 1920. College Station (TX), 1981, p. 167 - 181.

La Constitution Politica de los Estados Unidos Mexicanos de 1917. www.diputados.gob.mx/LeyesBiblio/pdf/1.pdf F.K.Lane to R.Lansing. December 19, 1916. - PWW. Vol. 40, p. 279 - 287;

V.Carranza a L.Cabrera у otros. 27 de diciembre de 1916. - DHRM, vol. 13, p. 397.

F.K.Lane and Others to L.Cabrera and Others. January 3, 1917. - PWW. Vol. 40, p. 397 - 400.

F.K.Lane and Others to W.Wilson. January 15, 1917. - Ibid., p. 478 - 481.

стр. Заглавие статьи Из истории развития министерства иностранных дел Бразилии Автор(ы) А. Ю. Борзова Источник Латинская Америка, № 9, Сентябрь 2012, C. 53- СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 42.4 Kbytes Количество слов Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ Из истории развития министерства иностранных дел Бразилии Автор: А. Ю. Борзова В статье рассматривается становление и развитие Итамарати - дипломатической службы Бразилии. Отмечены основные этапы ее формирования, реформы, в рамках которых структура министерства изменялась в зависимости от смены внешнеполитических задач.

Особое внимание уделяется современным проблемам бразильской дипломатической службы, самой сложной и разветвленной в Латинской Америке.

Ключевые слова: Итамарати, реформы, внешнеполитические интересы, Институт Рио Бранко, департаменты, межведомственные комиссии.

Итамарати - так называется министерство иностранных дел в Бразилии - является уникальной организацией, ставшей не только проводником национальной внешней политики, но и олицетворением самой основы "национального бытия". Свое имя МИД Бразилии унаследовало от названия дворца в Рио-де-Жанейро, где первоначально располагался Государственный секретариат по международным делам. При переезде в новую столицу, Бразилиа, в здание, построенное знаменитым архитектором Оскаром Нимейером, прежнее название министерства сохранилось.

История Итамарати тесно связана с португальским влиянием и наследием португальского королевского двора, который в 1808 г. переехал в Рио-де-Жанейро из оккупированного войсками Наполеона Лиссабона. Вместе с двором переехал и Государственный секретариат по иностранным и военным делам. Таким образом, с 1815 г. Бразилия приобрела новый политический статус, став равноправной составной частью Португальского королевства.

После буржуазной революции 1820 г. в Португалии король Жуан VI, получив почетный титул императора Бразилии, возвратился в Лиссабон, а бразильские землевладельцы (фазендейро) создали правительство во главе с Жозе-Бонифасио де Андрада-и-Силва и вынудили принца-регента Педро Алла Юрьевна Борзова - кандидат исторических наук, доцент кафедры теории и истории международных отношений Российского университета дружбы народов (bau845@mail.ru).

стр. издать манифест о независимости Бразилии. 7 сентября 1822 г. они добились от принца принятия решения утвердить свое правительство и разорвать отношения с метрополией.

В Бразилии была установлена конституционная монархия, и принц-регент стал бразильским императором Педро I. В сложных внутренне- и внешнеполитических условиях фазендейро сформировали новую политическую надстройку. Необходимо было заменить чиновников португальской колониальной администрации, сформировать законодательную и исполнительную власть, создать собственную армию.

Первое упоминание о структуре, занимавшейся внешней политикой независимой Бразилии - Государственном секретариате по делам империи и иностранным делам, связано с деятельностью Жозе Бонифасио де Андрада-и-Силвы, называемого "патриархом независимости". В мае 1822 г. император Педро I отделил Государственный секретариат по внешним делам империи от Секретариата по военным делам. Возглавил Государственный секретариат Ж. Б. де Андрада-и-Силва, назначенный на пост министра декретом от 16 января 1822 г.1. Укрепляя политическую независимость Бразилии, император предоставил полную автономию Секретариату по внешним делам. Эту структуру, занимавшуюся исключительно вопросами внешней политики, чаще коротко называли Секретариатом по иностранным делам2.

Важным этапом в становлении международной политики независимой Бразилии был период с 1822 по 1828 г. Именно в это время были установлены дипломатические отношения с рядом иностранных государств, определились внешнеполитические цели страны и методы их достижения. Видный бразильский исследователь Луис Амадо Серво выделяет четыре этапа в формировании основ внешней политики Бразилии:

политический, экономический и юридический разрыв с Португалией;

война за независимость;

инициативы по признанию независимости Бразилии другими государствами;

определение собственных внешнеполитических интересов3.

стр. В 1822 г. было открыто бразильское консульство в Буэнос-Айресе для ведения переговоров в отношении Уругвая, за территорию которого вели спор Бразилия и Аргентина, налаживались контакты с другими испаноамериканскими странами. В августе 1822 г. первые дипломатические посланники были направлены в Париж, Лондон и Соединенные Штаты Америки.

Бразильская дипломатия стала важным инструментом в обеспечении признания независимости страны. Интенсивная дипломатическая деятельность, начатая в 1822 г., привела по договору от 29 августа 1825 г. к признанию независимости Бразилии со стороны Португалии, расширению числа дипломатических миссий за рубежом. Они были открыты в Германии (1822 - 1828 гг.), Австрии (1823 - 1825 гг.) и Колумбии (7 августа 1824 г.)4.

Для обеспечения работы министерства иностранных дел Ж. Б. де Андрада-и-Силва учредил тройную структуру, включавшую Государственный секретариат, дипломатические миссии и консульские представительства. Были определены протокольные нормы Бразилии и форма одежды сотрудников дипломатического корпуса.

Согласно указу от 15 сентября 1828 г., в Секретариате по иностранным делам выделялось шесть департаментов, основой построения деятельности которых стал географический принцип. В этот период Бразилия стремилась выйти на мировой капиталистический рынок. В стране выросла добыча золота, наращивалось производство сахара, кофе, какао, индиго, хлопка на огромных плантациях, где сохранялось рабовладение. Свобода торговли и предпринимательства была закреплена в конституции 1824 г.

Для продвижения торговых интересов страны открывалось множество консульств и торговых миссий, перечень которых ежегодно утверждался декретом Императора Бразилии. В отношении государств Европы перед министерством иностранных дел были поставлены конкретные задачи, которые сводились к привлечению рабочих рук в аграрную промышленность посредством стимуляции миграционных процессов, открытию рынков Старого Света для бразильских товаров, защите национального судоходства, внутренней и внешней торговли от господствовавших в те времена португальцев и англичан и развитию производства.

Внешняя политика в первые годы после провозглашения независимости была тем инструментом, который помогал встроить национальные структуры в существующую схему международных связей. Рост торговли к середине XIX в. улучшил финансовое положение страны, укрепил экономику, стимулировал развитие банковского дела.

Главным торговым партне стр. ром Бразилии стала Великобритания. Так, в 1842 - 1848 гг. на нее приходилось 48% бразильского импорта и 28% экспорта5.

По мере консолидации государства, осознания национальных интересов и формирования методов их соблюдения, с 1844 г. система существующих договоров стала пересматриваться, поскольку сформировались условия для выработки нового курса внешней политики. Структура внешней торговли Бразилии изменилась. Если в 1821 - гг. импорт на 9 - 12 % превышал по стоимости экспорт (без учета стоимости ввозимых африканских рабов), то в 1861 - 1890 гг. экспорт превысил импорт на 11 - 17%6.

Устойчивым спросом на мировом рынке стал пользоваться кофе, производство которого быстро росло и приносило большие доходы, открывавшие новые возможности для развития промышленности, торговли и транспорта. В последнее десятилетие XIX в. на долю Бразилии приходилось до 2/3 мирового экспорта кофе, а к началу Первой мировой войны кофе приносил более 60% доходов от внешней торговли7.

Новое определение внешнеполитических целей, связанное с осознанием необходимости проведения энергичной, активной и независимой политики, отражающей национальные интересы, поставило перед МИД новые задачи. Теперь на первое место вышла необходимость контролировать торговую стратегию страны, стимулировать миграцию после введения запрета на работорговлю, проводить демаркацию границ и защищать национальную территорию, а также расширять бразильское присутствие в системе международных отношений.

Министерство иностранных дел адаптировалось к государственным потребностям в ходе успешных реформ (1847, 1851, 1852, 1859 гг.), когда были выработаны нормы дипломатической службы, соответствующие положениям Венского конгресса 1815 г.

Требования к чиновникам дипломатического корпуса и сам процесс их подготовки в Бразилии были регламентированы. Потенциальный дипломат должен был продемонстрировать отличное знание португальской грамматики и орфографии, арифметики, географии, истории, основ политэкономии и международного права, латинского, французского и английского языков, разбираться в торговой системе государств и экономическом положении Бразилии8.

Особенностью бразильского МИД того периода являлся исключительный уровень его руководства, обеспечивавшего стабильность деятельности Итамарати, непрерывность внешнеполитической линии государства, совершенствование работы министерства, организацию контроля над функционированием консульств и подготовкой кадров.

Расширение дипломатической деятельности привело к появлению новых миссий и консульств. В 1847 г. страна имела 21 дипломатическую миссию, 23 генеральных консульства, 3 консульства, 117 вице-консульств и 4 почетных консульства9.

Бразильская империя прилагала огромные усилия, чтобы сохранить целостность государства и установить четкие границы с сопредельными странами. В середине XIX в.

было подписано значительное количество договоров: с США (1850 г.), Парагваем ( г.), Перу (1851 г.), Аргентиной (1851 г.), Уругваем (1851 г.), Венесуэлой (1853 г.), Новой Гранадой (1853 г.) и Эквадором (1853 г.).

По мере расширения внешнеполитических задач структура министерства совершенствовалась. При министре Хосе-Мариа да Силве Параньосе, стр. виконте Рио-Бранко, в 1858 - 1859 гг. в структуре ведомства появились юридическое консульство и кабинет, а персонал секретариата увеличился с 25 до 34 человек. Сам Секретариат реформировался и усложнялся10. По распоряжению министра (декрет N 4. от 30 сентября 1868 г.), ежегодно стали публиковаться сборники официальных документов под названием "Информация дипломатических миссий и консульств Империи", где приводились данные по внешней торговле Бразилии и развитию ее экономики, карты и другие сведения, необходимые для работы сенаторов, депутатов парламента, а также библиотек11. В этот же период был подготовлен список проступков, влекущих за собой отстранение от дипломатической службы. Он включал в себя совершение серьезного преступления, разглашение секретной информации, предательство, утрату доверия, серьезное нарушение субординации и неподобающее поведение.

В 1889 г. в результате государственного переворота император Бразилии был отстранен от власти, и в стране была установлена республика. Для Итамарати переход от монархической к республиканской дипломатии оказался плавным и незаметным. Реформа министра Квинтино Бокажива сохранила традиционное деление на Секретариат, дипломатический и консульский корпусы. При этом вводилось соотношение чинов по классам. В дипломатическом корпусе появились такие должности, как дипломатические агенты, чрезвычайные посланники и полномочные министры, министры-резиденты и т.д.

В консульском корпусе - должности консула, вице-консула, торгового агента и т.д.

Консервативные элиты конца XIX в. обозначили новые внешнеполитические цели, где наряду со стимуляцией миграции большое значение придавалось укреплению региональной гегемонии в бассейне Рио-Плата, проведению границ согласно доктрине "uti possidetis" ("владей, чем владеешь") и обеспечению независимости внешней торговли, которая на тот момент оставалась ущемленной неравноправными договорами, заключенными еще в начальный период истории независимой Бразилии. Крепла идея превосходства силы и цивилизаторской миссии страны в отношениях с соседями (кроме Аргентины).

Внешнеполитические связи расширились. На 1891 г. Бразилия имела 9 генконсульств первого класса (в Гамбурге, Нью-Йорке, Буэнос-Айресе, Антверпене, Париже, Ливерпуле, Женеве, Лиссабоне, Монтевидео), 10 генконсульств второго класса (в Триесте, Санта Крусе, Вальпараисо, Копенгагене, Барселоне, Роттердаме, Асунсьоне, Икитосе, Женеве, Галифаксе), 24 консульства и 21 дипломатическую миссию по всему миру. К существующим дипломатическим миссиям Бразилии были добавлены отделения в Германии, Португалии, Бельгии, Испании, Ватикане, Мексике, Парагвае и Японии12.

стр. Международная деятельность страны стала более активной и уверенной. Бразилия приняла участие в работе межамериканских и всемирных конференций (I и II Гаагские мирные конференции, IV международная конференция по международному праву в Брюсселе), поддерживала деятельность Красного Креста и других международных организаций13. В 1889 г. Бразилия была представлена на всемирной выставке в Париже под девизом "Новая латинская нация Нового Света".

Заметного влияния бразильская дипломатия достигла при так называемом "Золотом канцлере" Хосе-Мариа да Силве Параньосе Младшем, бароне Рио-Бранко, сыне Хосе Мариа да Силвы Параньоса, бывшего министром иностранных дел в 1858 - 1859 гг.

Канцлер Рио-Бранко возглавлял Итамарати с 1902 по 1912 г. и сумел мирно, путем переговоров, урегулировать все территориальные споры с сопредельными державами. В 1908 г. по его распоряжению была учреждена Комиссия по развитию экспорта, основная цель которой состояла в максимальном увеличении оборота внешней торговли и массовом привлечении в Бразилию иммигрантов из Европы.

Экономический и социальный подъем, наблюдавшиеся в начале XX в., в значительной степени отразились на развитии международных связей страны. За десять лет пребывания "золотого канцлера" на посту министра Бразилия открыла 13 новых диппредставительств и 25 консульств в странах Америки, Азии и Европы, а также подписала договоры об обязательном арбитраже с 31 государством14. Это подняло престиж республики, подавшей пример в разрешении международных противоречий, подписав договоры о границах, торговле и навигации с десятью соседними странами. Стиль дипломатии того периода был назван "дипломатией прекрасной эпохи" (diplomacia a "la Belle Epoque"). В Итамарати сформировался особый "корпоративный дух", ставший важной составной частью "национальной идентичности", включающей в себя открытость, миролюбие, культуру компромисса и стремление к независимому развитию.

Острые социальные и политические противоречия, проявившиеся в Бразилии в первые десятилетия XX в., осложненные критическими событиями мирового масштаба, нашли отражение и в деятельности министерства. Кофейная олигархия, в руках которой сохранялась государственная власть, была заинтересована прежде всего в защите собственных интересов, поддержании стабильно высоких цен на кофе и расширении торговых связей. В 1907 г. страна вышла на новый уровень дипломатических отношений, открыв свое первое посольство в Вашингтоне.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.