авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 22 |

«M-I-1444_1 20?06?11 Суха теория: мой друг: А древо жизни вечно зеленеет Иоганн Вольфганг Гете ...»

-- [ Страница 7 ] --

В литературе эти слова, насколько я понимаю, обычно употребляются почти как синонимы. А некоторые авторы придают слову "цивилизация" более широкое и, я бы даже сказал, высокое значение. В чем тут дело?

Понятие "культура" подразумевает прежде всего духовно-гуманистическую преемственность между поколениями.

В понятии "цивилизация" явно ощущаются материально-производственные приоритеты.

"Культура имеет душу, - писал Н.А.Бердяев. - Цивилизация же имеет лишь методы и орудия".

Понятие "культура" тесно связано с национально-этнической спецификой человеческих сообществ.

Понятие "цивилизация" тяготеет к общечеловеческим, глобальным масштабам;

глобализация зародилась в чреве цивилизации.

Теперь стало модным и престижным равняться на "цивилизованные страны", под которыми подразумеваются опять-таки западные государства. Но при этом никто не утруждает себя хотя бы попыткой разобраться, а что там скрывается под красивой оберткой с заманчивым названием "цивилизация". Между тем уже в прошлом веке большинство крупнейших культурологов, таких как О.Шпенглер, А.Дж.Тойнби, П.А.Сорокин, Н.А.Бердеяв, да и все русские религиозные философы с теми или иными оттенками понимали под "цивилизацией" некий завершающий этап определенной культуры, когда она, исчерпав свою духовную силу, концентрируется на материальном благополучии и потреблении.

Одним словом, когда нации и империи превращаются в некую безликую массу, образно названную поэтом М.А.Волошиным "единым мировым желудком", который переварит в себе все богатства, созданные культурой и всю красоту окружающей нас природы, и когда уже не останется места героическим деяниям, на смену социокультурной эпохе приходит застой, названный красивым словом "цивилизация".

Кстати, об этом красноречиво сказал Н.А.Бердяев: "...Всякая культура неизбежно переходит в цивилизацию. Цивилизация есть судьба, рок культуры. Цивилизация же кончается смертью, она уже есть начало смерти, истощение творческих сил культуры. Чем отличается цивилизация от культуры? Культура религиозна по своей основе, цивилизация - безрелигиозна... Культура происходит от культа, она связана с культом предков, она невозможна без священных преданий. Цивилизация есть воля к мировому могуществу, к устроению поверхности Земли. Культура - национальна, цивилизация - интернациональна.

Цивилизация есть мировой город. Империализм и социализм - одинаково цивилизация, а не культура. Философия, искусство существуют лишь в культуре, в цивилизации они невозможны и не нужны".

Теперь вы поняли, почему в нашем "цивильном" обществе нет места культуре?

В отличие от бытующего на Западе на уровне повседневного сознания отождествления культуры с цивилизацией, для нас жизненно важно разграничение культуры как явления идеального, "идеационального" (по П.А.Сорокину) в основе своей от цивилизации - явления в конечном счете материального, связанного с бытовыми удобствами, потребительством. Для меня лично культура - это "возделывание" души и духа человека, в то время как цивилизация - всего лишь возделывание среды и условий обитания тела.

По мнению многих передовых философов Запада и Востока, наш российский, во многом восточный менталитет заметно отличается от западного, который стремится к подмене культуры - цивилизацией, духа - телом, "высокого" - "доходным", аскетизма гедонизмом, "божественного" - "дьявольским", "духовного" - материальным, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Общечеловеческие ценности не могут быть вне времени и пространства. Они могут обнаружить себя только в диалоге культур. А культура - она всегда национальна.

Культура всегда имеет национальный характер и национальные корни.

Национальность в сути своей есть культурно-исторический феномен. А мы все еще продолжаем бороться с приверженностью к традициям и национальным корням.

Так что, Алексей Петрович, дорогой, нам надо самым серьезным образом взяться за пропаганду своих национальных ценностей. Они на порядок дороже общечеловеческих ценностей хваленых "загармоничных" цивилизаций. Зря что ли западные продюсеры тащут наших фольклорных бабушек за бугор?.. А чтобы пропагандировать, надо знать. А кто у нас знает национальную культуру? Вот и споткнулись, не успев переступить за порог...

- Вот вы, к примеру. Вы же знаете нашу культуру!

- Что я?.. Я всю жизнь пытался постичь чувашскую традиционную культуру. И вот под старость лет понял, что ни черта я в ней не понимаю... Культуру надо изучать не на любительском уровне. И не штучными специалистами. В развитых странах изучением культуры занимаются десятки специальных институтов, в каждом из которых трудятся сотни, а то и тысячи специалистов.

Чувашским этнологам и будущим культурантропологам еще предстоит приступить к глубоким исследованиям в области традиционных календарных праздников и семейных обрядов. Само же это будущее гуманитарной науки обязывает помимо дальнейшего изучения конкретных праздников, их культурологического, социально-психологического, типологического, сравнительно-исторического исследования, попытаться определить суть праздника вообще, его идею как тот предел бесконечно возрастающего становления, к чему данное явление стремится, и роль, которую играет праздник в жизни общества в самом широком контексте - духовном, культурно-историческом, социально психологическом, морально-нравственном, биолого-антропологическом и т.д. - и в самых интенсивных и глубинных жизненных ситуациях, к разрешению которых направлен праздник.

В последние десятилетия появились у нас робкие попытки пропагандировать традиционные праздники, но они, как говорится в таких случаях, оставляют желать лучшего.

Но вернемся к празднику. Праздник - это вам не развлечение, не игра, как принято думать. Праздник - это даже очень серьезно! И заниматься им надо также серьезно, а не наездом, время от времени. И на любой праздник надо смотреть широко, на панорамном общекультурном фоне.

Фольклорные праздники постоянно обогащались в культурном отношении. Песни, пляски, стихи, рассказы, молитвословия, предсказания, благопожелания, игры и развлечения с использованием элементов хозяйственной деятельности и социальной жизни придавали праздникам характер освященного временем символа, метафоры, наполняли их мистическим, но вместе с тем и эстетическим значением. Создавалась традиция и она, в свою очередь, становилась духовной ценностью народа, которую он бережно хранит, культивирует, развивает, обогащает и передает последующим поколениям.

Значительная часть богатства каждой национальной культуры связана именно с традиционными фольклорными праздниками и праздничными обычаями.

Песни, пляски и игры во время праздника воспроизводят в форме художественного зрелища событие, которое является поводом к празднованию, они традиционны, с течением времени приобрели сакральный характер, имеют магический, религиозный смысл. Ибо они освящены временем - жизнью поколений и поколений предков.

История развития цивилизации наглядно свидетельствует о том, что праздник, приобщая к культурным ценностям и достижениям, всегда был и остается эффективным средством воздействия на людей.

- Вот вы ненароком сказали: "Праздник - это не развлечение, не игра...". Но праздники отличаются от трудовых будней именно развлечениями, забавами, играми, гуляниями, веселым, праздным времяпрепровождением. Так в чем соль проблемы?

- Вы правы... Большинство народных праздников с начала их существования сплетено с игрой, снятием напряжения, развлечением, художественным зрелищем, но они всегда были связаны с определенным временем и доминирующей идеей праздника, дополняя его ритуальную, обрядовую, символическую часть, причем празднующая группа объединялась сильными и постоянными узами.

Гуманистическая мысль, ориентированная прежде всего на будущее и старающаяся формировать общество будущего, видит праздник в современной жизни людей как традиционную оппозицию повседневности, полной труда и обязанностей, огорчений и скуки, тогда как праздничный день является необычным, радостным, наполненным весельем.

Й.Хёйзинга в своей известной работе "Человек играющий" по этому поводу пишет:

"Между праздником и игрой существует уже из самой их сути вытекающая тесная связь.

Выключение обыденной жизни, радостное по преимуществу, хотя и не всегда - ведь праздник может быть и серьезным, - протекание праздничных действий, ограниченность в пространстве и времени, сочетание точной определенности и подлинного увеселения - вот главные общие свойства игры и праздника".

Однако следует заметить, не всюду и не всегда игра выступает как противоположность серьезности. Напротив, социологи и психологи часто утверждают, что участники различных игр относятся к ним и их правилам с необычайной серьезностью, которая иногда выглядит смешной в глазах посторонних наблюдателей, не участвующих в данной игре.

Что же касается собственно праздников, то в глазах традиционно устраивающих их они есть чрезвычайно серьезные, несовместимые с "забавой" сакральные действа. Это только посторонним и непосвященным отдельные ритуалы праздника могут показаться пустой забавой. Во многих праздниках первая их фаза имеет совершенно серьезный характер, и только завершающая - уже развлекательный, игровой. Но игра, забава, развлечения, состязания всегда были тесно связанными с культом органической частью праздника.

Собственно, игра во всех своих формах выступает как исключительно важный и часто встречающийся элемент многих народных праздников. Более того, часто сам праздник создает свои собственные специальные виды игр, развлечений, забав, состязаний, вбирает в свой сценарий самые различные игры, возникшие вне его рамок. И тому пример - чувашский Акатуй, татарский Сабантуй, русская Широкая Масленица, европейские карнавалы...

Между прочим, греческие олимпийские игрища были теснейшим образом связаны с этнической (языческой) религией, хотя в глазах поверхностного наблюдателя они могли внешне выглядеть как чисто народные спортивные состязания. Сакральный характер этих игрищ проявляется на каждом шагу, поэтому Олимпийские игры были ликвидированы тогда, когда победившее христианство в Римской империи начало борьбу с остатками языческой религии. Тем не менее, греческие игрища наложили отпечаток на всю культурную жизнь и оставили наследие, пережившее века.

В начале начал праздника игровые, развлекательные, состязательные моменты были исключительно сакральными священнодействиями. Лишь тогда, когда смысл ритуала перестает признаваться как священнодействие, когда под сомнение ставится ценность, которой он должен служить, обряд начинает считаться никому не нужной условностью и начинает восприниматься забавой, игрой. А праздник превращается в банальное "массовое гулянье".

Когда праздник начинает восприниматься как праздное времяпровождение, он исчезает. Во многих современных цивилизованных обществах мы действительно сталкиваемся с разрастанием сферы свободного времени и одновременно с сужением сферы праздника.

Сильное влияние на характер современного праздника оказывают изменения, которые произошли в самом ритме современной жизни, особенно в городах. В течение веков с праздничным периодом неразрывно были связаны игры, развлечения, забавы, шутки. В будни их почти или совсем не было. Праздник удовлетворял естественную потребность людей в развлечениях, рассеивал усталость, вносил разнообразие в монотонность повседневной жизни. Но танцы, музыка, зрелища, которые издавна предназначались для праздничных дней, а теперь, благодаря развитию "индустрии развлечений" и средствам массовой коммуникации, стали обыденными и легко доступными независимо от календаря. И это заметно уменьшило привлекательность самого праздника.

Разумеется, все это не означает, что праздник не доставляет ярких впечатлений и переживаний. До тех пор, пока он празднуется, он, несомненно, дает и такое удовлетворение, но, чтобы добиться этого, организаторам праздника приходится проявлять большую изобретательность, фантазию и талант.

Смысл праздника состоит не в том, чтобы дать людям развлечения, а в призыве их к высшей ценности и ее коллективной поддержке.

Когда культура начинает пониматься как вид досуга, свободного времени, развлечения, в действительности всегда происходит ее упадок, разрушение, исчезновение.

- Как вы думаете, какое место занимает традиционный фольклорный праздник в современном обществе и какова его роль в социокультурной жизни людей?

- В наше кризисное время очень важно понимание сущности праздника, осознание занимаемого им места в культуре, постижение многообразия выполняемых им функций, прежде всего для сохранения преемственности поколений, способности людей понимать прошлое собственной социальной группы, собственного общества, народа, а также историю других народов. И, конечно же, для поддержания витальности, жизнеспособности народа.

А ведь именно проблема сохранения преемственности, связи с прошлым, проблема исторического сознания, особенно у современной молодежи, является одной из важных проблем культуры во всем мире, и особенно в странах, переживающих глубокие перемены, ориентированных на будущее и его созидание.

В последние десятилетия наблюдается распространение в обществе равнодушного и даже нигилистического отношения к празднику. Причиной разочарования людей в постсоветских светских праздниках был идеологический кризис, породивший формальное проведение с фальшивыми, пустыми декларациями многих светских, гражданских или политических праздников.

Одно из проявлений такого нигилистического отношения к празднику - равнодушие к прошлому народа, ослабление или даже отсутствие у людей исторического сознания, утрата интересна к памяти о прошлых поколениях. Это, в сущности, угасание потребности отмечать один из самых распространенных и самых древних видов праздников - праздник памяти предков. Потому что, помимо всего прочего, изменилось отношение к прошлому оно объявляется не имеющим рационального и практического значения, и к смерти, которую ныне стремятся игнорировать.

Отношение людей к смерти и прошлому всегда наглядно характеризует культуру данного общества и ее трансформацию.

"Радикальнейший отрыв прошлого от настоящего, - пишет Х.Ортега-и-Гассет, - есть факт, который суммарно характеризует наше время, возбуждая при этом смутное подозрение, что именно он повинен в каком-то особенном чувстве тревоги, переживаемом нами в эти годы. Неожиданно мы ощутили себя еще более одинокими на нашей земле;

мертвые умерли не в шутку, а всерьез и окончательно, и больше они ничем не смогут помочь нам. Улетучились последние остатки духа преемственности, традиции. Модели, нормы и правила нам больше не служат. Мы принуждены решать свои проблемы без активной помощи прошлого, в абсолютном актуализме, будь то проблемы искусства, науки и политики".

Там, где личная жизнь, право на изоляцию, служение своим интересам и прихотям становится высшей ценностью человека, сама идея праздника как общественного института и формы совместной жизни отбрасывается независимо от того, о каком конкретно празднике идет речь: религиозном, национальном, политическом и проч.

Переставая ценить праздник, понимать его во всех аспектах, мы утрачиваем ключ к пониманию предыдущих поколений, жизни наших отцов, дедов, предков, пращуров, их культурного наследия, так органично связанного с традиционными фольклорными праздниками. Мы, сами того не осознавая, прерываем нить жизни.

Предав забвению прошлое, вряд ли можно рассчитывать на память потомков.

Выстрел из ружья в прошлое отзывается, как правило, пушечным залпом по настоящему из будущего.

Традиционный праздник часто является формой связи человека и общества с природой, способом коллективного осознания ее бытия, ритма, средством постижения органичной зависимости жизни индивидуума и социума от природы. Уничтожая традиции и потребность в фольклорном празднике, мы сами того не сознавая, подрубаем сук, на котором сидим - ослабляем и подрываем наши связи не только с историей и ее ритмом, но также и с ритмом природы, вступая тем самым в противоборство с основой бытия.

Я говорю не о ценностях праздника как такового. Ценности его всегда вторичны и преходящи. Говоря о ценностях, я прежде всего имею в виду пронизывающие всю нашу жизнь социокультурные, духовные ценности, которые в обычное время как бы скрыты от большинства людей и проявляются, подтверждаются и актуализируются в особое время в период праздника.

- Николай Иванович! Немножко отвлечемся и поговорим о тех "общих ценностях", о которых вы только что упомянули. Думаю, это будет интересно, а главное - полезно и для читателей, чтобы глубже понять философскую суть праздника. Ну и, конечно же, иметь более конкретное, осязаемое, если можно так выразиться, "материальное" представление о духовных ценностях народа.

- Я не вижу какой-либо принципиальной разницы между ценностями повседневной светской жизни и ценностями, которым посвящен праздник, будь то народный, политический, гражданский или религиозный. Праздник служит лишь напоминанием обществу о высоких национальных ценностях, их подтверждению и обновлению.

Хранящийся в коллективной памяти народа фольклорный сценарий праздника - это, по сути своей, программа актуализации высших ментальных ценностей этнического сообщества людей.

В данном случае я имею в виду ценности праздника вообще, и Акатуя в частности.

Они всегда вторичны и переходящи. Я размышляю о ценностях, пронизывающих всю жизнь общества.

Думаю, что уместно напомнить следующее высказывание П.А. Сорокина относительно ценностей в культуре: "Всякая великая культура есть не просто конгломерат разнообразных явлений, но никак друг с другом не связанных, а есть единство или индивидуальность, все составные части которого пронизаны одним основополагающим принципом и выражают одну и главную ценность... Именно ценность служит основой и фундаментом всякой культуры".

Институт праздника призван охранять, пропагандировать и обновлять ценности культуры, вокруг которых данное сообщество организует свою сознательную жизнь.

Перемена социокультурных ценностей общества обычно приводит к изменениям в самой структуре праздника.

Для того, чтобы праздник продолжал развиваться, празднующие должны иметь общие ценности, обычно составляющие часть системы, которые столь важны для них, что требуют почитания посредством организации праздника.

- Итак, вы утверждаете, что праздник всегда организуется вокруг определенной социально-культурной ценности. Так давайте разберемся, что можно считать ценностной основой общенационального праздника?

- Высшей ценностью любого этнического сообщества является сам принцип, правило существования народа в современном мире, сложном и полном противоречий. В эпоху глобализации высшей ценностью для любого этнического сообщества является самосохранение. Единственной ценностной доминантой общенационального масштаба в наш век следует признать совокупность принципов, правил, идей, реальных действий, направленных на обеспечение выживаемости народа.

Еще в V веке до н.э. Геродот, именуемый потомками отцом истории, считал общие празднества третьим, наряду с расой и языком, элементом, обуславливающим чувство единства всех греков. Заметьте: не эллинов, а греков! То есть, всех граждан страны независимо от этнической принадлежности.

Вера в возможность оказать существенное влияние на поддержание стабильной гармонии в природе и обществе вкупе со своеобразными познаниями в области магических процедур (которые зачастую трактовались как совместное участие всех членов общества в священных праздничных обрядах) всегда выполняли роль мощного интегрирующего этнос фактора.

Для нормального прогрессивного развития нации необходима органическая связь между личностью (индивидуумом), обществом (социумом) и природой (космосом), между культурными ценностями индивидуума и социальной группы - семьи, трудового коллектива, общины, народа, нации. Собственно, сам принцип, правило существования социальных групп разного иерархического уровня - от семьи до нации - должен восприниматься каждой личностью как высшая ценность, и человек обязан руководствоваться в жизни этим принципам.

Именно стремление вспомнить, обновить, гарантировать, подтвердить ценность некоторого культурного, общественного, национального или политического блага является той социальной силой, которая создает в обществе потребность в празднике.

Праздник является чутким индикатором происходящих в обществе социально культурных изменений - идет ли речь о высших, основополагающих национальных ценностях или же о вторичных, производных, всякого рода образцах.

Народ, обладающий слабо развитой, бедной или примитивной праздничной традицией, лишен одного из важнейших двигателей культурного развития.

До тех пор, пока жива национальная идея, до тех пор, пока народ находит в ней опору, верит в нее, черпает из нее силы, потребность в национальном празднике сохраняется и находит свое естественное удовлетворение в праздновании.

И напротив, угасание веры и убеждения в ценности блага ослабляет и в конце концов сводит на нет потребность в самом празднике.

Хотя следует признать, что в реальной жизни над общенациональной ценностью возвышается и довлеет над ней государственная политическая, а также религиозная надстройка, имеющая доминирующую ценность.

- Из вашего увлеченного рассказа я вынес главную, насколько я понял, философскую идею: праздник является высочайшей социально-культурной ценностью любого народа. Вся социальная жизнь общества, не только культурная, но хозяйственно-экономическая, разворачивалась вокруг праздника. Отсюда ясно:

не будь традиционного праздника - не было бы и самого народа. Так в чем дело:

почему тысячелетняя праздничная культура к концу ХХ века пришла в полный упадок и в XXI век мы вошли с "разбитым корытом"?

- Произошедшие в ХХ веке колоссальные сдвиги в социально-экономической, политической и профессиональной структуре нашего общества, а также урбанизация и глобализация населения оказывают огромное влияние на изменения праздников, способов празднования и праздничной культуры в целом. Сокращение числа занятых в сельском хозяйстве, постепенное исчезновение традиционной деревни с ее социальной и культурной структурой влекут за собой значительные изменения и в сфере праздников.

Аграрные сельские праздники с их тысячелетними традициями, глубоко укоренившиеся в жизни сельской общины, продолжают существовать в старых формах и мало меняются только там, где сохраняется многочисленный крестьянский класс. Между тем общий прогресс человечества распространяется и на аграрную сферу жизнедеятельности людей.

Сельское хозяйство становится индустриализированным, деревня - все более урбанизированной, число занятых крестьянским трудом резко уменьшается, изменения в социально-культурной сфере приводят к вымиранию традиций. Меняется и праздничная культура села, особенно в восприятии молодого поколения, превращаясь в культурные, семейные и фольклорные представления, причем этот процесс ускоряется из-за пристрастия молодежи к городским образцам поведения.

Только тогда, когда деревня существует и ощущает собственную культурную традицию и самобытность, она сохраняет праздники, ибо в них проявляются семейные и соседские связи, происходит обновление традиций и демонстрация достижений.

Здесь интересно вспомнить слова О.Шпенглера о том, что в современном мире подлинная культура сохраняется лишь в крестьянстве, которое, увы, подвергается губительному давлению со стороны цивилизации.

"Крестьянство, связанное корнями своими с самой почвой, живущее вне стен больших городов, которые отныне - скептические, практические, искусственные - одни являются представителями цивилизации, это крестьянство теперь уже не идет в счет.

"Народом" теперь считается городское население, неорганическая масса, нечто текучее.

Крестьянин отнюдь не демократ - ведь это понятие также есть часть механического городского существования - следовательно, крестьянином пренебрегают, осмеивают, презирают и ненавидят его. После исчезновения старых сословий, дворянства и духовенства, он является единственным органическим человеком, единственным сохранившимся пережитком культуры". Кстати, термин "органический" О.Шпенглером употребляется в смысле "приверженный к традиционной духовной культуре".

Перемены в социальной и хозяйственно экономической структуре села привели практически к полному исчезновению традиционной праздничной культуры.

В современных урбанизированных сообществах прогрессирует нежелание граждан участвовать в праздниках. Специалисты объясняют это ослаблением у людей чувства общественных связей, желанием изолировать себя в кругу личных проблем, уйти в сферу частной жизни, убежищем которой становится именно внерабочее время, свободное от профессиональных и общественных обязанностей.

Современный стиль жизни во многом ослабил культурную, а следовательно, и эмоциональную привлекательность праздничных дней.

В нашем обществе многие народные, религиозные и политические праздники в последние десятилетия утратили свое социально-культурное значение;

взамен провозглашаются нигилистические взгляды, отрицающие потребность в самом институте праздника. К счастью, одновременно остро проявляется ностальгия по празднику, предпринимаются попытки возрождения традиционных праздников, а также распространяются их заменители.

Появление равнодушного и даже нигилистического отношения к празднику - это обычно результат более широкого явления - безразличия к идеям и ценностям, с которыми связаны традиционные праздники.

Что мы и наблюдаем в последние десятилетия. У нас восторжествовал культ частной жизни, на практике означающий эгоистическую, потребительскую и гедонистическую позицию и, как следствие, атомизацию общества.

Идейный индифферентизм, равнодушие ко всякой идеологии - и вот уже нигилистическое отношение ко всему - к национальным, социальным, политическим, религиозным и прочим праздникам, всегда выражающим определенные идеи и высшие ценности.

В экстремальных условиях структура праздника сокращается иногда до неузнаваемости, упрощается праздничное оформление, традиционный церемониал, изменяется его место, ужимаются сроки празднования;

однако соблюдаются, насколько это возможно, время проведения праздника и его основные символические действия.

Даже подвергаясь глубоким изменениям, праздник часто сохраняет традиционные элементы, которым общество придает новый смысл и которые исследователь может идентифицировать как идущие из далекого прошлого свидетельства о непрерывности этнокультуры традиций, внешних влияний и заимствований.

Жизнь без коллективных праздников лишает общество той важной формы социальной связи, в которой интенсифицируются и активизируются межличностные контакты, усиливает атомизацию общества, изоляцию и одиночество людей. А все это указывает на назревание культурного и социального кризиса.

- Хорошо, сейчас вместе попытаемся охарактеризовать место праздника Акатуй в жизни современного общества, выявить ряд существенных его функций в самом широком смысле, не вкладывая особого философского или социально-эстетического смысла в феномен праздника.

- Всем знакомо радостное чувство, охватывающее человека при приближении праздника. Как сейчас помню, мы, мальчишки, донимали родителей и бабушек вопросами, когда, наконец, придет Мён кун, будет Акатуй, наступит +им.к. И нас всегда отсылали к деду Вазику - мол, он самый старый и сведущий в деревне, он знает. И вправду. Дед Вазик всегда находил для нас доброе слово, шутку... И втолковывал нам, несмыленышам, через сколько недель будет Пасха, а потом сколько ждать Акатуя, Троицы...

Акатуй - это особое время, вернее, перерыв в размеренном круговороте времени;

это особое состояние души, когда, говоря радостное "да" конкретному событию - завершению весенней полевой страды - говорили "да" жизни и миру как единому целому. Это воплощение триединой целостности: личности - общества - природы.

Перед лицом суровых испытаний, всевозможных тягот и бедствий, в жестокой борьбе за существование, в каждодневной заботе о хлебе насущном человек всегда находил забвение и передышку в празднествах и увеселениях. Ведь способность самозабвенно радоваться, отвлечься от будничных забот часто встречается у тех, кто постоянно занят тяжким трудом, знает, что такое и горькая нужда, страдания и давящий гнет социальной системы. Эта реальность, рождающая чувство неуверенности и нестабильности, отступала перед необузданной стихией праздника. Однообразие повседневности, будничные заботы и серьезные проблемы - все забывалось в приподнятой атмосфере бескорыстной и опьяняющей радости. Праздник снимал внутреннюю, психическую напряженность, перенося человека в "инобытие", расцвечивая яркими красками все земное.

Незамысловатый народный сельский праздник Акатуй имеет тысячелетнюю традицию, истоки которой теряются в седой древности. Каждое новое поколение воспринимало Акатуй как неотъемлемую часть изначального уклада, унаследованного от предков. Календарные праздники помогали человеку ориентироваться в круговороте времени, синхронизировать аграрные циклы с природными. Празднование - это коллективное ощущение целостности мира.

Потребность в возникновении и существовании праздника вытекает собственно из динамики общественной жизни, а именно из ее ритма, в котором отдельные фазы жизни трактуются обществом особым образом, требуют другого, чем в обычное время, способа поведения.

Древность, зачастую прямо-таки архаичность разного рода праздников иногда дают повод рассматривать их как некий реликт далекого прошлого, интересующий главным образом тех, кто изучает это прошлое или его сохранившиеся элементы, традиции.

Именно так мы относились к традициям в годы строительства нового общества. Такое верхоглядство на тысячелетнюю традицию явно ошибочно. Праздник - это явление в такой же степени постоянное, необходимое и всеобщее, как и другая фаза жизни общества - будни, обычные рабочие дни.

С праздником Акатуй связан необычайно широкий круг культурных явлений:

поступков, обычаев, знаков, символов, целых комплексов, составляющих ритуал, праздничную церемонию.

Акатуй, как и любой другой народный праздник, выполняет множество общественных функций - объединения, примирения, сплочения людей, возобновления общественных связей и т.д. Я думаю, нет необходимости особо распространяться о том, насколько это актуально в эпоху атомизации общества и современного индивидуализма.

Такие периодические календарные праздники, как Акатуй, являются наиболее важными с социальной точки зрения, ибо они придают определенный ритм жизни человеческому обществу, гармоничный с ритмом окружающей его природы. Календарный праздник как таковой связан именно стремлением гармонизировать ритм жизни общества с природными ритмами и избежать возможного нарушения гармонии между социумом и природой.

После долгих дней зимнего затворничества и обособленной жизни, наполненных будничными раздумьями и мифологическими сказаниями старины глубокой (зима - это время, когда мифологические знания и эпические сказания передаются от одного поколения к другому), собравшихся на акатуй захватывало чувство благородного соперничества.

Традиционный акатуй с особенной наглядностью раскрывает перед нами систему ценностей крестьянской культуры. Он помогает установить место, которое занимают среди них природа и вселенная, родина и родная "земля-вода" (=.р-шыв);

время;

сущность и бытие;

мир, община;

человек, личность;

"свои" и "чужие", "отцы" и "дети";

мораль и нравственные законы;

святость и скверна;

вечность и вечное...

С празднованием Акатуя связана также особая сторона материальной культуры народа - национальный костюм и украшения, специальные временные сооружения и снаряжение, декорация и символы, национальная кухня, формы пожертвований даров.

Акатуй играл важную роль не только в поддержания физического здоровья чувашей, он имел и эстетическое значение - способствовал развитию музыки, песенного искусства, хореографии.

Акатуй располагает значительным и во многом еще не востребованным потенциалом духовного обогащения нашего образа жизни, приобщения молодежи к трудовым и праздничным традициям предков, к самодеятельному художественному творчеству, занятиям национальными видами спорта, позволяющими выйти и на международную арену. Ведь очевидно, что проблема физического и в еще большей степени духовного оздоровления нации, особенно подрастающего поколения, приобретает все большую злободневность.

В человеческом обществе испокон веков, на всех этапах истории, существует момент противопоставления разных социальных групп и общностей. При этом оппозиционность может иметь этнический, демографический, экономический, производственный, социально-политический и проч. характер. Не случайно так называемая "теория конфликта" является одной из парадигм общей социологии, которая демонстрирует конфликтность общества не только с деструктивной, разрушительной стороны, но и с конструктивной, положительной стороны, позволяющей стабилизировать социальные организмы и их структуры.

В наши дни противопоставление разных общественных групп нередко оборачивается варварством, жестокостью, насилием и хулиганством.

Традиционная фольклорная культура каждого народа накопила множество способов преодоления социальной агрессии и хаоса, которые постоянно возникали между разными территориальными общностями и между разными группами внутри относительно замкнутой общности на всех этапах истории.

Поэтому чрезвычайно актуально внимательное изучение механизмов разрешения социально-психологического противопоставления "мы" и "они" в традиционной фольклорной культуре. К сожалению, социальные функции празднично-обрядовой культуры нашей гуманитарной наукой практически не изучены, и о них мы имеем очень слабое представление. Между тем социальные и культурные функции народной обрядово праздничной культуры невозможно переоценить.

Социально-психологические исследования механизмов возникновения и участия конфликтных ситуаций в человеческих обществах показывают, что и скрытая вражда, и тесное сотрудничество проявляются одновременно, не уступая друг другу, и, видимо, выражают смысл того, что специалисты называют адаптивной функцией социума.

Когда мы начинаем изучать проявления социально-психологических механизмов противопоставления, нас прежде всего поражает способность социальных структур переводить жесткие столкновения в зрелищные спортивно-игровые формы и тем самым предотвратить возможные варварские их последствия. Выступающие в конфликтных ситуациях своеобразным "громоотводом", традиционные фольклорные праздники, с помощью которых разряжались возможные эмоциональные эпидемии, демонстрируют мудрость наших предков, додумавшихся закрепить социальные противостояния в культурных формах обрядово-игровых действий.

Массовые праздники, будь то чувашский Акатуй, татарский Сабантуй, марийский Агавайрем, собирали все существовавшие на какой-либо территории роды и общины, объединяли их на какой-то момент и способствовали установлению мира и согласия между ними. Народные праздники создавали атмосферу всеобщего братства, в котором преодолевались все социальные напряжения, трения и конфликты. По сути дела, они моделировали идеальный утопический мир, свободный от несправедливости, жестокости, зла, агрессивности и страха.

Акатуй, как и любой другой народный праздник, - это не форма индивидуального поведения. Совершенно очевидно, что это именно форма коллективного общения и поведения. Праздники завязывали узел социальности, воспитывали социальное поведение людей и поддерживали общество. На таких массовых праздниках, как акатуй, происходило сближение между людьми и народами, устанавливались толерантные отношения между разными общинами и этническими группами. На акатуях, тапё, пухё и других коллективных праздниках преодолевалась отчужденность, обособленность и враждебность разных родов, общин, этносов. В те времена, когда общественные и государственные структуры еще не выработали специфических механизмов преодоления социального и национального отчуждения, эту функцию выполняла традиционная обрядово-праздничная культура.

Социально-психологический механизм противопоставления по принципу "мы" и "они" в народной праздничной культуре демонстрирует одновременно стихию весьма мирного общения в ее наиболее архаичных формах. На более поздних этапах истории социально-психологическая оппозиционность находит свое выражение исключительно в коммуникативных и эстетических формах, способствуя сплочению общества.

На акатуях различные конфликтные ситуации воспроизводились в зрелищно праздничных формах, часто в виде спортивных игр-соревнований, позволяющих избежать реальных столкновений. Фольклорная празднично-обрядовая культура вообще насыщена оппозиционностью и состязательностью, что свидетельствует о ее потенциальных возможностях регулировать эмоциональный климат социума. Я еще хорошо помню, как на наши чувашские Акатуи приезжали татарские борцы и нередко завоевывали главный приз - живого барана. Это так задевало наших батыров, что молодые борцы целый год тренировались, оттачивая приемы национальной борьбы, чтобы восстановить попранную честь. Такое вот было соперничество...

Хочу особо подчеркнуть, что состязательность является проявлением праздничной атмосферы, поэтому состязательные игры - обязательный элемент акатуя. Конные скачки, национальные виды борьбы, соревнования в прыжках в длину и высоту, по подъему и бросанию тяжестей и т.д., и т.п. вкупе с играми-состязаниями собственно и демонстрируют универсальный социально-психологический механизм традиционного акатуя.

Царивший на акатуях дух свободы, равенства, соревновательности, смеха, веселья и т.д. способствовал преодолению негативных эмоций и достижению всеобщего равновесия.

Отсутствие всечувашских, общенациональных праздников неминуемо приводит к обеднению национальной культуры в сфере идей, мыслей и чувств, межчеловеческих отношений, материальной, художественной и духовной культуры народа в целом.

Если исчезает традиционный праздник, то это свидетельствует, что в повседневной жизни наступает идеологический кризис, утрачивают значение духовные ценности общества, и как следствие - приходит разочарование в празднике. В такой кризисной ситуации формальное проведение праздника по традиционному образцу никого не вводит в заблуждение, а потому начинаются поиски новых социокультурных идейных ценностей, а когда они находятся, то возникают и новые праздники.

- Вы не раз обмолвились, что праздник чутко реагирует на кризис в обществе.

А в чем это проявляется?

- Праздник действительно чутко фиксирует кризисные явления в культуре общества.

В период кризиса центр тяжести праздничной культуры сдвигается в сторону развлекательных и заполняющих духовный вакуум искусственно созданных или, чаще, позаимствованных из других традиций космополитических элементов. Все это начинают преподносить как новую автономную культурную ценность. Именно это мы и наблюдаем в динамике постсоветской праздничной культуры.

Осознавая пагубность перекоса культуры в сторону цивилизации, в пользу "материально-производственно-потребительского" и в ущерб "чувственно-интеллек туально-духовному", против "машинной цивилизации" в России одним из первых выступил крупный поэт Максимилиан Волошин (1877-1932). Он считал, "что человек, освобождая силы извечных равновесий вещества, сам делается в их руках игрушкой.

Идею о том, что дисбаланс и несовершенство взаимоотношений человеческой духовности, материально-производственной ипостаси культуры и Природы могут привести сообщество людей к необратимому кризису, М.А. Волошин развил в обширном цикле стихов "Путями Каина" с красноречивым подзаголовком "Трагедия материальной культуры". Разве не это мы видим в нашей современной капиталистической действительности, которую М.А. Волошин так саркастически охарактеризовал в своей поэме "Машина":

Машина научила человека Пристойно мыслить, здраво рассуждать.

Она ему наглядно доказала, Что духа нет, а есть лишь вещество, Что человек такая же машина, Что звездный космос только механизм Для производства времени, что мысль Простой продукт пищеварения мозга, Что бытие определяет дух, Что гений - вырожденье, что культура Увеличение числа потребностей, Что идеал Благополучие и сытость, Что есть единый мировой желудок И нет иных богов, кроме него.

Мы сейчас имеем то, что Семен Франк называл постреволюционной варваризацией культуры.

Х.Ортега-и-Гассет невероятно точно подметил черты деградации культуры в капиталистическом обществе. Касаясь упадка литературы, он писал: "Художественное творчество перестало быть насущной потребностью, расцветом сил, избытком высоких устремлений, бастионом духа и превратилось в заурядное, благоприобретенное, признанное обществом ремесло;

писать стали ради привлечения читателей... Стали писать, чтобы заработать, зарабатывали тем больше, чем больше сограждан читало написанное. Сочинитель достигал этого, льстя большинству читателей, "служа им идеалом", для них привлекательным;

но ведь и сам писатель был создан публикой. И служение литературе стало необременительным, общедоступным".

Попробуйте в этой цитате заменить слово "литература" на "искусство" - и вы получите убийственную характеристику всего художественного творчества нашего времени.

Современное общество не знает, как поступить с духовностью;

оно так и не сумело отвести духовности подобающее ей место и роль в системе социальной жизни и государства.

По многим симптомам и складывающимся тенденциям российская цивилизация подает сигналы бедствия для спасения своих душ, тел, ума и духа.

Остановить одичание нравов в обществе сейчас не призывает разве что ленивый. Но как это делать - мало кто задумывается. Для многих сейчас даже все то, что разрушает и обезображивает красоту - "креативно", "Черный квадрат на белом фоне" К.С. Малевича гениален, а поставить унитаз в "греческом зале" - так вообще признак высокого стиля...

Так их приучили раздатчики заокеанских грантов и подачки богатых "новых русских" меценатов. А все, кто не согласен говорить на их птичьем языке, черное называть белым, а уродство - красотой, подлежат клеймению.

- Кстати, какое современное явление или, например, какой-то конкретный человек, известный деятель культуры, наиболее точно отражают наше время?

Вернее, современное состояние нашего общества?

- Помню, кто-то назвал телевидение "зеркалом нашей жизни". Наиболее ярко представляет и характеризует наше время телевидение. Конкретно - канал НТВ. Еще конкретнее - программа Андрея Малахова "Пусть говорят".

- ???

- Как ни включишь телевизор - одна сплошная попсяра! Изо дня в день: как они любят друг друга, кто с кем развелся, кто с кем сошелся, кто кому по морде съездил...

Бестолковые реалити-шоу, в которых участники спят со всеми подряд и бесконечно выясняют отношения... Лучшее телевизионное время отдают "этому"! Или вот, надо же додуматься: Ф.Киркоров избил женщину, и он же 8 Марта с экрана телевизора поздравляет всех дам с праздником. И ему цветы несут... А он на всю страну льет крокодиловы слезы: мол, артиста такого хорошего со сцены сживают... Что с нами происходит? Это же полный абсурд, кошмар!

Уже мало кого возмущают шаблоны массовой культуры с ее пристрастиями к "биографиям", в которых подробно смакуются семейная история, половая жизнь, пищеварение, сон героя и т.д., и т.п.

Кстати, темы, вызывающие инстинктивный смех, определил еще дедушка З.Фрейд:

секс, отправления прямой кишки и... действия правительства. Но увы! Никаких ярких телепередач, направленных на улучшение действий правительства, я не заметил... То ли это по другому ведомству (ой, простите, каналу), то ли их вообще нет.

Программа "Пусть говорят" наиболее ярко демонстрирует нам, что, оказывается, выставление на продажу чужой боли, слез, беды, копание в грязном белье на виду у всей страны без всякого на то морального права сегодня называется в общем-то немудреным словом "формат" (рука так и хочет приписать в конце "ь"), который приносит очень даже хорошие деньги. Степень цинизма создателей этого "форМАТа" просто ни в какие ворота не лезет.

- Но, извините, зритель это смотрит! Значит, это востребовано.

- А вы что хотите?! Конечно, это будет востребовано! Как водка, как наркотики...

Что теперь - идти на поводу у алкашей и наркоманов?.. Туалетная бумага, например, всегда будет пользоваться большим спросом, чем, скажем, "Преступление и наказание" или "Униженные и оскорбленные" Ф.М. Достоевского. Так было и, к сожалению, так будет всегда. Но ведь искусство шло всегда впереди и вело за собой народ, а не подстраивалось под низкие потребности обывателей! Хотя о чем я говорю... И там не без урода.

Телевидение - это зеркало нашей жизни - показывает, что степень пошлости и цинизма в высших слоях нашего общества, включая и творческую интеллигенцию, достигла абсолютного максимума. Когда видишь, как деградируют ценности человеческой морали и нравственности на самом верху - в столице, поближе к Кремлю, к очагам культуры, к прессе, к Интернету - становится не то что неловко, а страшно!

И все это - результат полной деградации культуры.

- Я бы не сказал так про всю культуру.

- А вы отвлекитесь от искусства. И смотрите в корень, какова она - наша российская современная культура? Московский бомонд?..

А вы подумали, где и как ей вырасти - этой самой культуре?

Если люди пьют и не знают честной и достойно оплачиваемой работы.

Если люди не имеют духовных основ, ориентиров и наставников.

Если в детских садах воспитатели ненавидят детей.

Если в школах ученики ненавидят уроки и избивают учителей.

Если врачи ненавидят пациентов, а солдаты - весь белый свет.

Если насилуют детей в больницах и детских домах.

Если народ боится своих защитников в полицейской униформе.

Если проститутки стоят вдоль всех российских дорог.

Если на Пасху вокруг Храмов Господних - пьяная толпа.

Откуда взяться культуре? С хваленого Запада?...

Анализируя духовный климат современной ему Европы, О. Шпенглер еще в начале прошлого века пришел к выводу, что западноевропейская культура пришла в упадок и ничто не может ее спасти.

"Закат Европы" ознаменовался победой техники над духовностью, цивилизации над культурой, мировых городов над провинцией, плебейской морали над трагической, государства над народом. Далеко не все в культурологической теории О. Шпенглера правильно, но его предупреждение о том, что массовая бездуховная продукция цивилизации враждебна культуре, остается актуальным и по сей день. Вернее, в разы более актуальным в наше время.

Еще один из мыслителей ХХ века Питирим Сорокин диагностириовал состояние западной культуры как кризисное. Данный кризис экстраординарный, так как он затрагивает всю духовную жизнь общества и характеризует распад основополагающих форм западной буржуазно-капиталистической культуры последних четырех столетий.

- Может, послушаем и самого Питирима Сорокина?

- "Без сомнения наступил жесточайший кризис. Мы оказались в эпицентре громадного пожара, сжигающего все до основания. Всего за несколько недель он уносит миллионы человеческих жизней, за несколько часов он уничтожает города с их многовековой историей, за несколько дней стирает с лица земли целые королевства.

Красная человеческая кровь широким бескрайним потоком течет по земле. Нищета, растущая день ото дня, простирает свою зловещую тень, охватывая все новые территории.

И вот уже наступил конец удаче, исчезли счастье и благополучие миллионов. На земле исчезли мир, безопасность и уверенность, Во многих странах люди забыли, что такое процветание и благополучие, свобода превратилась в некий миф. Солнце западной культуры закатилось. Громадный вихрь накрыл собой все человечество".

Можно как угодно относиться к философскому наследию Ф. Ницше, О. Шпенглера, К. Юнга, К. Леви-Строса, Й. Хейзинги, Х. Ортега-и-Гассета, Г. Гессе и других, но нельзя безоговорочно отрицать и, тем паче, отметать с порога выстраданные ими "неприятные истины". В их философских трудах - предупреждение человечеству об упадке культуры западного образца. И я долго не мог понять, почему в нашем отечестве в XXI веке государство все еще продолжают усиленно насаждать цивилизацию западноевропейского пошиба? Только потому, что Россия-матушка приступила к строительству светлого капиталистического будущего?..

Казалось бы, вот уже двадцать лет мы живем в новой России. А что изменилось-то по большому счету?!

Подводя итоги "великой капиталистической революции", за два десятилетия много пишут и говорят о том, что мы приобрели за это время и что потеряли.

Защитники нового капиталистического уклада жизни скажут (а мы добавим):

- больше стало свободы, - но для кого;

- действует, хотя и зачаточная, многопартийная система, однако лишь но-ми-наль но, а реально - только "Единая Россия";

- исчез жесткий партийный контроль, - но многократно усилился жесткий контроль со стороны чиновников;

- чтобы сделать карьеру, необязательно шустрить в партактиве КПСС, - достаточно записаться в "Единую Россию";


- свободным стал выезд за границу - для тех, у кого деньги водятся;

- в магазинах полно товаров, - но половина россиян не в состоянии купить ничего, кроме хлеба, соли и картошки;

- о временах чисток и репрессий вспоминают как о чем-то страшном, но давнем, - но тюрьмы переполнены и сегодня, а "бандформирования" уничтожают почти ежедневно...

Критики капиталистического уклада выставят свои аргументы:

- утрачено социальное единство нации;

- исчезло ощущение, что страна принадлежит народу;

- нет веры в возможность выкарабкаться в люди, подняться по социальной лестнице;

- изменились оценки успеха: главной мерой стали деньги, а не ум и талант человека;

- исчезла вера в возможность прожить жизнь честно, вера в завтрашний день...

Но баланс "лучше"-"хуже" очень зыбок и часто зависит не от оценки положения в стране, а от личных обстоятельств: удалось ли человеку встроиться в новый порядок вещей. А короче - от суммы денег в кошельке... Или лучше - на банковском счете. А еще лучше, в забугорном банке...

Вместе с капитализмом на мою родину пришло одичание и вырождение. Главное только деньги, а человеческая жизнь не стоит ничего... Деньги уничтожат Землю, и ничего не останется на ней... Кстати, об одичании.

Спрос на водку и селедку в нашей стране с конца XIX века стала сильно превышать спрос на культуру. И объясняется это не иначе, как вторжением в Россию капитала с его деловой хваткой. Предвижу возражения: мол, был же у нас серебряный век!.. Вот именно, серебряный. Не все то золото, что блестит!

Не вижу необходимости заострять на этом внимание, ибо и так все видим воочию - у нас как-то не очень получается с тем, что после "но". После "но" - провисает пустота.

Но! Но!! Но!!! - время погоняет, и мы только скачем, и в этой спешке много чего:

обещаний, договоров, выборов, битв, развалов, следствий, последствий и прочей дребедени. И как-то совсем в сторонке осталась тихая, неприметная свечечка цели - для чего все это, если не для того, чтобы человек был человеком в любом испытании, мог найти утешение и крепость в своей душе, имел представление о совести, достоинстве, чести. Вот об этом надо заботиться, как о самом главном.

Общество в последние годы постоянно подает власти предержащей сигналы бедствия. Все социологические центры страны свидетельствуют о нарастании раздражения. Растет разрыв между бедными и богатыми, население усыхает как шагреневая кожа. Мы все больше отстаем не только от Европы, Китая, Индии..., но и от Бразилии. Эксперты и аналитики не устают повторять: реформы забалтываются, остаются на уровне бесконечных "форумов", "саммитов" и умозрительных программ. Растет число граждан, считающих, что Россия идет по неверному курсу, что нужна серьезная корректировка курса.

Но власть эти сигналы SOS с тонущего корабля не слышит. Не улавливает настроений народа. Если бы улавливала, то не делала бы очевидных глупостей - не дразнила бы народ сверхдоходами чиновников, не раздражала бы людей "чеченским футболом", "фигурным чемпионатом", зимней олимпиадой в субтропиках, саммитом на Русском острове... Не пугала бы народ платой за рыбалку, увеличением штрафов и акцизов... Не покрывала бы коррупционеров... Не смешила бы реформами здравоохранения, образования, милиции...

- А почему так получается: строили светлое коммунистическое будущее вляпались, в дерь... извините, дыру черную, 20 лет строим капитализм, а света в конце туннеля не видно?..

- Я тоже долго ломал над этим голову. А ларчик просто открывается. Все дело в отношениях между государством и народом, государством и культурой, государством и экономикой... Как бы ни менялись характер и структура государства, понятия России и Родины для его прислужников - всего лишь административная реальность, ограниченная их временем и определенной территорией. Государство во все времена выполняло не столько функцию защиты человека, внутреннего регулирования и обороны от внешнего врага, сколько заботилось о самосохранении, подавляло инакомыслие.

Даже при самых либеральных формах правления государственная власть всегда связана с определенным насилием над личностью, регламентацией жизни человека, жестким и жестоким патернализмом и изоляционизмом. Помните знаменитое ленинское "Государство есть машина для угнетения одного класса другим".

Если признать, что государство - это власть, то культура всегда противостояла ей как важнейший фактор ее ограничения и сдерживания.

Любая власть склонна к насилию и стремится распространить себя на внутренний мир подданных, духовно и морально подчинить их и характеризуется принципиально оправдываемой аморальностью. Все это объясняет извечное диссидентство передовой мыслящей части творческой интеллигенции.

Когда политики принимают решения, они ссылаются на интересы народа. Но потом страдает именно народ.

Самым убежденным противником государства и власти был, пожалуй, Л.Н. Толстой, который писал: "Не только нравственный, но и не вполне безнравственный человек не может быть на престоле, или министром, или законодателем, решителем и определителем судьбы целых народов. Нравственный, добродетельный государственный человек есть такое же внутреннее противоречие, как целомудренная проститутка, или воздержанный пьяница, или кроткий разбойник".

Даже такой уравновешенный в своих суждениях выдающийся мыслитель XX века Хосе Ортега-и-Гассет, называя государство в его законченных формах "высшей угрозой" для западной цивилизации, пишет: "В наши дни государство стало чудовищной машиной немыслимых возможностей, которая действует фантастически точно и оперативно. Это средоточие общества, и достаточно нажатия кнопки, чтобы гигантские рычаги молниеносно обработали каждую пядь социального тела... Здесь-то и подстерегает цивилизацию главная опасность - полностью огосударствленная жизнь, экспансия власти, поглощение государством всякой социальной самостоятельности - словом, удушение творческих начал истории, которыми в конечном счете держатся, питаются и движутся людские судьбы... Кончится это плачевно. Государство удушит окончательно всякую социальную самодеятельность, и никакие новые семена уже не взойдут".

Довольно убедительное на уровне современного обыденного сознания представление о построенном в России за последние 20 лет "капиталистическом рае" дает стихотворение М.Волошина "Государство":

Из совокупности Избытков, скоростей, Машин и жадности - Возникло государство.

Гражданство было крепостью, мечом, Законом и согласьем. Государство Явилось средоточьем Кустарного, рассеянного зла:

Огромным бронированным желудком, В котором люди выполняют роль Пищеварительных бактерий. Здесь Все строится на выгоде и пользе На выживании приспособленных, На силе.

Его мораль - здоровый эгоизм.

Цель бытия - процесс пищеварения.

Мерило же культуры - чистота Отхожих мест и емкость испражнений.

.....................................................

- Политика есть дело грязное Ей надо Людей практических, Не брезгающих кровью, Торговлей трупами И скупкой нечистот...

Но избиратели доселе верят В возможность из трех сотен негодяев - Построить честное Правительство стране.

................................................

- Дорвавшийся до власти сознает Себя державной осью государства И злоупотребляет правом грабежа, Насилий, пропаганды и расстрела...

Правительственные мужи полагают, что в их важнейшей деятельности в качестве госчиновника ни театр, ни какая-то литературная новинка, ни музей, ни научное открытие абсолютно никакого значения не имеют. Им незачем "распыляться" на такие "мелкие безделушки".

И это тем грустнее, что, как ни верти, а власть в державе нашей отделена не только от жизни, но и от народа, и от культуры, и от образования...

И наших ни первых, ни десятых лиц не встретишь ни в книжном магазине, ни в филармонии, ни в картинной галерее, ни в вузе и школе без иноземного гостя, а в театре без большого юбилея и... предвыборной кампании.

Казалось бы, вот уже двадцать лет мы строим в России новое государство.

Демократическое. Цивилизованное. Хотели, как лучше, а получилось - как всегда.

Отмечая диалектическое противоречие между государственной властью и культурой, нельзя, однако, дискредитировать государство как важнейший общественный институт. Однако следует помнить, что степень внутреннего противостояния культуры и существующей власти во многом зависит от общего культурного уровня людей, правящих этим государством и от характера обустроенного ими строя. Все дело в том, что большинству нынешних госчиновников, страдающих профнепригодностью, культура просто противопоказана. Отсюда их патологическая неприязнь к ней.

Как жили мы в стране, где балом правил чиновник с партбилетом в кармане, так и продолжаем жить. Причем, кому-то стало еще лучше, а большинству населения - еще хуже. Нынешняя Россия - это удивительная смесь советского, социалистического и капиталистического...

Если при коммунизме партфункционера худо-бедно сдерживала идеология, вынуждая его хотя бы напускать на себя видимость порядочного человека, то сегодня чиновник цинично плюет на все и всех.

Ощущение безграничной власти, уверенность в безнаказанности и желание бесконечно обогащаться за счет народа - все это привело к тому, что прослойка госчиновников стала куда толще и шире, в условиях тотальной коррупции абсолютно неподконтрольной, преступной и чудовищно циничной по отношению к простым людям.

- Но ведь так не может продолжаться бесконечно долго.

- Разумеется. Вы не замечаете, Россия уже давно напоминает тлеющий торфяник.

Властные структуры слабо реагируют на новые социальные вызовы, нарастающие в обществе. Реакция начинается лишь тогда, когда ситуация "начинает угрожать социально политической стабильности".

Вспомним недавние события на Манежной площади, в самом сердце Москвы. Да, толпу от стен Кремля тогда разогнали. Но проблема-то осталась. Где вспыхнет завтра и с какой силой - никто не знает. А за примерами далеко ходить не надо. Загляните в "ящик" что творится в странах Ближнего Востока, которые прошли подобные нашим периоды...


- Вы полагаете, что в нашей стране все так серьезно?

- Более того. Уже Президент страны с тревогой говорит о нарастании межэтнических, межкультурных, межконфессиональных конфликтов, а также правового, политического и нравственного нигилизма, о разгуле коррупции, поразившей даже высшие эшелоны власти.

Социальное положение в стране сейчас действительно обостряется, и мы видим проявления этого процесса и в количестве преступлений, которые, часто с подачи средств массовой информации, приобретают национальный акцент.

Главная угроза для Российской Федерации - это внутренняя угроза: ее экономические, социальные и в очень большой степени национально-культурные проблемы, потому что у нас страна многонациональная.

Межэтническое напряжение возникает, как правило, в моменты политических и экономических неурядиц и социальной нестабильности.

Невиданное доселе расслоение российского общества, бездонная пропасть между бедным населением страны и кучкой олигархов и жирующим чиновничеством способствуют обострению социальных противоречий. Экономические проблемы ухудшают общий психологический фон в социуме, приводят к тому, что люмпенизирующиеся массы людей начинают искать виноватых. Виноваты, как правило, "чужие". Чужие в любом отношении - социальном, культурном, этническом, конфессиональном... Социальные конфликты на обыденном бытовом уровне чаще всего приобретают национальный акцент. Однако главной причиной обострения межнациональной, межэтнической, межконфессиональной нетерпимости и роста экстремизма является ухудшение уровня жизни народа.

В нашей стране махровым цветом расцвела мигрантофобия, неприязненное отношение к тем, кто приезжает на работу со стороны. Это не обязательно "понаехали тут" в Москве. Это - чаще свои же россияне в больших денежных городах. Полагают, что они отнимают работу у местных. Хотя на самом деле в 99 случаях из 100 это не так.

Потому что эти "понаехали тут", например, из Чувашии, или из любого другого региона СНГ, занимают, как правило, те места, на которые никто из местных не претендует, - и по характеру работы, и по уровню зарплаты.

Все косятся на этих гастарбайтеров, и никому невдомек, что они-то работают на нас, своим трудом производят прибавочный продукт и тем самым оздоравливают нашу экономику, хотя, скорее, - все идет на "пострадавшие от кризиса" миллионные счета местных олигархов.

Я довольно много езжу по миру в последнее время и вижу, сколько ошибок последовательно совершается у нас, к примеру, в национальной, культурной, образовательной политике. Я уже лет тридцать, если не больше, наблюдаю, что не только в мире, но и в собственной стране люди перестают принимать и уважать русских как статусную нацию, авторитетного "старшего брата", если хотите. И в этом я вижу самую большую опасность для витальности страны. Возникающее в нашей стране межэтническое напряжение связано скорее с деградацией русской культуры и самих русских.

Когда нам говорят, что жизненный уклад российских городов базируется на русской культуре и традициях, на православии, то, мягко выражаясь, лукавят. Из традиционной культуры в российских городах и весях разве что остались покосивишеся и обшарпанные домики еще губернских времен, а население этих городов уже давно понятия не имеет о русской культуре и традициях. Загляните в любой наш райцентр: что вы найдете там из традиционного? В самой что ни есть глухой тьмутаракани "надписи на двух языках" русском и английском. Проезжаю я на днях через славный город Волжск и глазам своим не верю: стоит неказистая забегаловка советских времен, над дверьми красуется вывеска "Bistro", а на окне другая - "Бизнес-ланч". Такая вот она, наша традиционная русская культура.

- Я давно знаю, что слово bistro(t) "кабачок, закусочная" (от русского быстро) было занесено во Францию русскими солдатами во время Отечественной войны года.

- Есть такая версия. Кстати, получившая широкое распространение. Если такая этимология верна, то это тем печальнее для нас: как низко мы пали - позарились на "француженку" русской закваски. Наши прапрадеды подгоняли в свое время французских половых - "быстро, быстро!" А теперь наши города и веси заполнили этим самым "bistrot". Позор!..

Но есть и другая версия, согласно которой французское слово bistro "кабак, кабаре", первоначально "кабатчик", происходит от французского bistre "грязный", или от французского же диалектного (анжуйского) bistrаud "пастух", производного от bistre "козел". Французские закусочные, или кабаре, кому как нравится, были названы по свойственной для них неопрятности, грязи. Помнишь нашу студенческую "тошниловку" в первом общежитии?

- Выходит, что мы на французского грязного козла позарились?

- Неважно, что "козел" и что он грязный. Важно, что он импортный. Не видите разве - иностранными буквами выведено: "Bistro".

- О времена! О нравы!

- Это вы неправильно говорите. Теперь Цицерона надо цитировать так: "O tempora!

О mores!" Отстаем, старик, от жизни, отстаем...

А если серьезно, то в этом я вижу глубоко продуманную скрытую идеологическую диверсию Запада. Не меньше!

Эх, скучный мы народ, Алексей Петрович! Нам бы все плакать да сморкаться в кулак и мерить чужое своим аршином...

Мы живем неправильной жизнью - жизнью, в которой берут верх жадность, зависть, злоба и ненависть. Мир качнулся в сторону негатива. Но я надеюсь, что нас спасут духовность, нравственность и культура. В нашем народе есть потенциал добра, сила позитива, настрой на созидание. Мы должны помнить мудрую заповедь предков: Чёваш ялан малалла \п.нсе утать? - "Чуваш всегда устремлен в будущее!" Русский человек, если видит, что кто-то не понимает его языка, воспринимает этого человека неполноценным. Я это как-то могу объяснить себе... Так уж сложилось исторически: колонизаторы на коренное население своих латифундий всегда смотрели свысока... Но я не могу понять, почему мы сами смотрим на себя глазами постороннего?

Почему нам стыдно за свой акцент, за естественное внедрение чувашского в нашу русскую речь, за граматические ошибки?.. Худо-бедно, но мы беседуем с русскоязычным собеседником на его языке. Это для него он - родной язык, а для меня - чужой. Вы можете представить себе реакцию людей других народов, когда ты заговоришь на их языке? Это надо видеть: как загораются у них глаза, как раскрывается душа... Это ему, русскому, должно быть стыдно за то, что он "ни бельмеса" по-чувашски, по-марийски, по-татарски...

И вот еще сакраментальный вопрос: почему ксенофобия проявляется главным образом со стороны русских? И не только по отношению к "инородцам" и всяким там "нацменам". Но и к своим же - плоть от плоти, кровь от крови русским. Даже слово придумали оскорбительное - "заМКАДошники"...

- И почему виноватыми всегда оказываются лица кавказской (или какой еще там) национальности?

- Вот мы живем веками бок о бок с татарами. Тоже, кстати, "колонизаторами захватчиками". Да еще какими, если верить отечественной истории. И ничего! Живем как добрые соседи. Спорим о булгарском наследии... Спорим, сколько чувашского у татар и сколько татарского у чувашей... Но никогда дело не доходит до "понаехало тут". Татары у нас, в Чувашии, живут, пожалуй, даже лучше, чем в Татарстане... В Казани нас встречают как лучших гостей. И мы всегда готовы делиться друг с другом чем богаты...

А вот некоторые русские нас, чувашей, в родной нашей Чувашии не всегда жалуют.

И даже не стесняются оскорблять... Только, пожалуйста, не подумайте, что все русские такие. Я знаю многих русских, которые говорят по-чувашски лучше иного коренного чуваша, споют чувашскую песню - заслушаешься, состряпают хуплу - пальчики оближешь...

- Пример: великий народный артист Чувашии русский Виктор Родионов.

- Но все же "великодержавный шовинизм" живет и здравствует, и расцветает махровым цветом. А мы делаем вид, что его нет, стараемся не замечать... И усердно воюем с никогда не существовавшим чувашским национализмом.

Не люблю быть голословным, поэтому приведу свежий пример. На днях Президент Чувашии собрал работников средств массовой информации для обсуждения вопросов развития гражданского общества в нашей республике.

- Вы, наверное, имеете в виду официальное мероприятие, названное "Принципы и механизмы взаимодействия средств массовой информации и органов власти в вопросах развития гражданского общества и обеспечения стабильности в республике". По долгу службы мне пришлось участвовать в этом правительственном мероприятии. Но, позвольте, какое это имеет отношение к затронутому вами вопросу?

- Самое прямое. Я, конечно, не присутствовал на этом мероприятии, но из газет узнаю, что вы, цитирую, "редакторы национальных газет, являющиеся заслуженными деятелями культуры республики, первые полчаса общались с Михаилом Игнатьевым исключительно на чувашском языке". И это, видите ли, смутило "не только журналиста (одного известного издания), но и многих его коллег".

Далее возмущенный этим фактом журналист со страниц своей газеты начинает учить "Президента и заслуженных деятелей культуры" правилам этикета и этическим нормам. Получилось весьма забавно и показательно, а потому позвольте процитировать.

Итак, автор с ученым видом знатока поучает: "А ведь существует общепринятый этикет, согласно которому следует "разговаривать на языке, понятном большинству собравшихся, и не допускать разговора на непонятном им языке". Большинство из собравшихся в тот день представляли русскоязычные издания".

Я понимаю, ему, как журналисту, не привыкать подставлять факты. О чем все же речь: о "большинстве собравшихся" или "большинстве русскоязычных изданий"? Это, извините, две большие разницы. И по каким "этическим нормам" так получилось, что в Чувашии, где титульная нация составляет 67,8% всего населения, русскоязычные издания составляют большинство, а работающие в этих изданиях журналисты до сих пор не удосужились изучить государственный язык республики?

И еще я не понимаю, какой мудрец придумал такой этикет, согласно которому большинство должно давить на меньшинство? Насколько я знаю, во всех культурах "большие" обязаны опекать "маленьких", старшие - младших, сильные - слабых. Или у автора свои представления о благородстве? Вы представляете журналиста "русскоязычного издания", аккредитованного в какой-нибудь зарубежной стране и возмущающегося тем обстоятельством, что в "Италии все говорят по-итальянски?" Его туда вообще не допустят как профнепригодного!

А у нас - пожалуйста! Так он еще бесцеремонно требует, чтобы мы не допускали разговора на непонятном ему языке!

Журналист не понимает разницы между правом и банальным капризом. Человек разговаривает на своем родном языке не по прихоти, а по дарованному ему от рождения, естественному праву общаться на нем до самой смерти. Теперь это право закреплено за ним законодательно: в Чувашской Республике чувашский является государственным языком, то есть субъектом права, а не чьего бы то ни было каприза или прихоти. Закон приписывает, что лица, участвующие в работе органов государственной власти, обязаны владеть государственными языками.

Автор требует переводчика. Он не без ехидства пишет: "В конце концов, даже в чувашском драмтеатре для зрителей осуществляется синхронный перевод. Хотя в театр идешь по желанию, а на официальное мероприятие - по долгу службы. Или пренебражение общепринятыми этическими нормами и есть современный национальный колорит? Действительно, зачем президентам и заслуженным деятелям культуры знать правила этикета? Им и без них неплохо".

Вон оно как: Президенту Чувашской Республики разговаривать на государственном языке возглавляемой им республики, видите ли, не этично. А какому-то там мелкотравчатому журналисту молодежной газеты, издающейся, кстати, в столице этой самой республики, вполне даже этично не только не знать государственный язык титульной нации, но даже подвергать обструкции тех, кто пользуется законным правом говорить в своем государстве на своем родном государственном языке! Полный абсурд!

Господин журналист! Вы и в Африке будете требовать переводчика? Али как?.. Если вы такой благородный и воспитанный гость, то будьте добры, уважьте хозяев тоже. Ведь не нами сказано: в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Увы, это не единичный случай публичного, со страниц массовой газеты, ущемления интересов титульной нации. К сожалению, за 20 лет существования в статусе государственного, чувашский язык так и не получил декларированных Законом Чувашской Республики от 25 ноября 2003 г. №36 "О языках в Чувашской Республике" "условий для активного его использования в государственной и общественной жизни, поддержании его высокого престижа, а также в принятии мер по его нормализации и научной разработке".

И это не удивительно, если учитывать то обстоятельство, что проблемами научной разработки и нормализации чувашского языка в республике вплотную занимаются 6, штатных языковедов (преподавателей вузов считать не стоит, у них и своих забот невпроворот). Если даже редкие попытки отчаянных граждан республики заговорить на чувашском языке на государственном уровне тут же пресекаются и, более того, подвергаются публичному остракизму со страниц средств массовой информации.

Не могу удержаться от обсуждения еще одной, очередной, публикации на эту больную тему на страницах той же газеты. На этот раз об этике печется другой журналист.

Публикация так и названа: "Издержки депутатской этики".

На этот раз предметом осуждения славной газетой стало выступление президента Чувашского национального конгресса Г.Н. Архипова на внеочередной 38-й сессии Госсовета Чувашской Республики. Видите ли, лидер ЧНК позволил себе "произнести пламенную речь о роли национального языка в построении светлого будущего титульной нации" на чувашском языке. И это до глубины души возмутило русскоязычного журналиста, который, как и следовало ожидать, не владеет государственным языком той республики, жизнь которой он, по долгу службы, обязан освещать. Представьте себе журналиста ИТАР-ТАСС, посланного, скажем, в Корею, и не владеющего корейским языком. Не можете представить? Правильно! А вот в Чувашии, оказывается, можно прекрасно обходиться и без знания государственного языка.

Ну, а если вдруг кому-то взбредет в голову заговорить на чувашском языке - ату его!

Можно и загнать куда подальше... Аж туда, куда Макар телят не гонял. За издержки этикета...

Кстати, давайте послушаем самого автора, чтобы убедиться в его этичности. Он пишет (цитирую): "Господин Архипов говорил по-чувашски. Русскоязычным журналистам его выступление переводили коллеги из чувашских изданий. Лидер ЧНК вразумлял депутатов, как и по каким критериям следует подбирать руководящие кадры.

Некоторые из приглашенных чиновников впали в тоску, узнав о перспективе сдачи "кандидатского минимума" по письменному и устному чувашскому языку. Зажигательная речь национального трибуна так понравилась спикеру чувашского парламента, лидеру местного отделения партии "Единая Россия" Михаилу Михайловскому, что он милостиво позволил нарушить регламент, разрешив оратору выступать в полтора раза дольше положенного...".

Почувствовали, какой утонченный этикет? Или, все же, злопыхательство?.. Судите сами.

Далее журналист вполне обоснованно возмущается отсутствием синхронного перевода, о необходимости которого, кстати, говорили демократы еще в далеких восьмидесятых годах. Припоминаю, что уже первый съезд ЧНК работал с синхронным переводом. Потом демократия под жестким давлением неоколониалистической вертикали приказала долго жить и вместе с нею канула в лету и идея перевода с одного государственного языка на другой ввиду отсутствия спроса. А тут, видите ли, появился спрос. Автору опуса, как мы упомянули выше, все же "переводили коллеги из чувашскоязычных изданий". Так что обижаться было не на что. Но продолжает возмущаться и пишет: "Однако на реплику депутата Молякова о синхронном переводе подобных выступлений председательствующий отреагировал болезненно и посоветовал коллеге изучить язык титульной нации. "Основной язык - чувашский, а уже потом русский идет", - заявил председатель республиканского парламента, чем буквально шокировал всех присутствующих. Мало того, что по Конституции Чувашии оба языка являются равными по своему статусу, так еще в регламенте нашего Госсовета недвусмысленно указано, что выступления при необходимости обеспечиваются синхронным переводом".

Кстати, у господина Молякова времени на изучение государственного языка республики, депутатом парламента которой он является, было более чем достаточно.

Чувашский язык в соответствии с Законом о языках в Чувашской Республике уже с 1990 года имеет статус государственного языка. Поэтому я никак не могу понять, почему напоминание об этом должно было шокировать депутата Госсовета Чувашской Республики?

А теперь по поводу необходимости синхронного перевода. Пункт 3 статьи 11 Закона Чувашской Республики "О языках в Чувашской Республике" гласит:

"Гражданам Российской Федерации, не владеющим тем языком, на котором ведется заседание, совещание, собрание в государственных органах, учреждениях, организациях, в случае необходимости (подчеркнуто мною. - Н.Е.) обеспечивается перевод на приемлемый для этих граждан язык или на государственный язык Российской Федерации".

А значит, кто нуждается в синхронном переводе, должен заранее подать в парламент республики (или в любое иное госучреждение) заявку. И - ничего более. И почему вы жаждаете чужой крови?

Уважаемым журналистам, видимо, невдомек, что законы о языках приняты в национальных республиках не по чьему-то злому умыслу, или по чьей-то прихоти... И не от хорошей жизни. Законы о языках во всех национальных субъектах РФ нужны для сохранения языков нерусских народов, над которыми нависла угроза исчезновения.

Журналисты (как и филологи, и ученые социально-гуманитарной сферы) тем более должны знать, какую великую ценность представляют национальные языки и культуры.

Повторяюсь: не бывает малых языков и культур - все они равны перед историей! И потеря любого из них, пусть даже самого малораспространенного, является величайшей потерей.

У нас все думают, что демократия - это приоритет прав и интересов большинства. На это много ума не требуется. Нет, демократия - это уважение к правам меньшинства.

Потому что их мало, потому что они слабые. Это уважение к женщине, потому что она слабее. Это забота о ребенке, потому что он маленький и слабый. Вот что означает демократия!

- Как вы считаете, сколько языков должен знать современный молодой чуваш?

- Знать язык и владеть языком - это две больше разницы. Каждый человек просто обязан знать в совершенстве тот язык, которым одарила его мать:- язык родного народа!

Это - от Бога! И нет сильнее чувств, чем любовь к матери, своему народу и своему языку.

Помните, у М.Е. Салтыкова-Щедрина: "...Люби, люби и люби свое отечество! Ибо любовь эта даст тебе силу, и все остальное без труда совершить".

Ну, а продвинутый современный молодой человек должен владеть как минимум тремя международными языками. Разумеется, народу с родным. Я полагаю, если вы знаете русский, английский и китайский, проблем у вас в жизни не будет.

- Уважение к титульной нации на голом месте не появится.

- У духовно развитого, культурного человека есть некий свод жизненных принципов: это и уважение к своей стране, к своему народу и культуре, и самоуважение.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 22 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.