авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«1 Н.С. Новгородов СИБИРСКИЙ ПОХОД АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО издание второе, дополненное Томск ...»

-- [ Страница 4 ] --

Александр, как известно, стремился на Восток, а двигался на север.

Такова была особенность географического восприятия того вре мени. И реки, текущие на север, считались текущими на восток. По-ви димому, Семен Ремезов, составляя географический атлас Сибири и знакомясь при этом с самыми разнообразными материалами, получил сообщение о том, что Александр, сплавляясь по реке, теку щей на восток, достиг устья этой реки, где спрятал оружие и оста вил колокол с людьми. Ремезов решил, что эта текущая на восток и впадающая в океан река — Амур. Что и изобразил на своей карте.

На самом деле Александр сплавлялся по Оби, текущей в стра Рис. 40. Карта С.У. Ремезова на устье Амура с надписью «До сего места царь Александр Македонский доходил и оружие (ружьё?, трупьё?) спрятал и колокол с людьми».

ну мрака, то есть на север, и достиг её устья. Здесь и надо искать следы Александра и его изукрашенное оружие.

Существуют другие варианты прочтения этой надписи. Они ка саются слова «оружие». Вообще, «прятать оружие» со стороны за воевателя выглядит как-то неубедительно. С величайшим трудом добраться до края земли и спрятать здесь оружие, будто это и была сверхзадача Восточного похода…Нелогично. Но в силу неразбор чивости текста, это слово прочитывается и как «ружьё» и как «трупьё».

Последний вариант, надо заметить, вполне приложим к версии его зимовки в устье Оби. Представляю, сколько македонян могло там помереть от цинги… Вот на острове в устье Оби возле Товопого ла и поискать бы с металлоискателями «трупьё с оружием».

В 1378 году Авраам Крескес изобразил на карте, получившей название Каталонской, «стену Гога и Магога». Она расположена на северо-востоке Азии возле «моря-океана». Здесь же размещал «преграду» яджуджа и маджуджа арабский писатель Абу-л-Фида (1321 г.) [42].

Саллам у стены, построенной Александром Нельзя сказать, что стену Александра никто никогда не видел.

В VIII в. путешествие к стене, построенной Александром против гогов и магогов, которых на Востоке называли яджуджами и мад жуджами, осуществил арабский путешественник Саллам ат-Тард жуман. Его письменый отчет калифу о путешествии включил в свою «Книгу путей и стран» (не позднее 885 г.) Ибн Хордадбех – сред невековый арабский географ [31]. Поводом для организации экспе диции послужило сновидение, в котором злобные яджуджи и мад жуджи разрушили стену Искендера и вырвались на оперативный простор. Согласно восточной легендарной традиции, сие событие означало наступление конца света. И поскольку сновидцем ока зался арабский калиф ал-Васик, сей сон не остался без послед ствий. Слово Ибн Хордадбеху: «Рассказал мне Саллам ат-Тарджу ман: [Халиф] ал-Васик биллах, после того как увидел во сне, что стена, воздвигнутая Зул-Карнайном между нами и йаджудж и маджудж разрушена, стал искать кого-либо, кто поехал бы на место и собрал сведения об этом. Аншас сказал [халифу]: «Нет здесь кого-либо пригодного для этого путешествия, кроме Саллама ат-Тарджумана. Он говорит на тридцати языках».

Сказал [Саллам]: «Вызвал меня ал-Васик и сказал: «Я хочу, что бы ты отправился к этой стене, увидел её воочию и доставил мне сведения о ней». Ал-Васик собрал для меня человек пятьдесят, молодых и сильных, дал мне пять тысяч динаров, а также выпла тил мне десять тысяч дирхемов как «цену крови». Он приказал на градить каждого из пятидесяти человек тысячью дирхемами и жалованьем на год. Он также приказал изготовить для людей войлочные шапки, покрытые кожей, а также изготовить для них накидки из меха и деревянные стремена. Он дал мне двести мулов для перевозки провианта и воды. Мы покинули Сурра ман ра,а с пи сьмом от ал-Васика би-аллаха к Исхаку ибн Исмаилу, правителю (сахиб) Арминийи, находящемуся в Тифлисе, чтобы он нас принял.

Исхак написал о нас владетелю ас-Сарира, а владетель ас-Сари ра написал о нас владыке (малику) Аллана, владыка Аллана напи сал о нас Филан-шаху, тот написал о нас Тархану — владыке Хазар. Мы остановились у владыки хазар на одни сутки, чтобы он отправил с нами пять проводников. Мы шли от них двадцать шесть дней и достигли чёрной земли с неприятным запахом.

Прежде чем вступить на эту [землю], мы запаслись уксусом и нюхали его, чтобы отбить скверный запах и шли [так] десять дней. Затем мы пришли к городам, [лежавшим] в развалинах, и шли по эти местам еще двадцать дней (В примечаниях издателя Ибн Хордадбеха де Гуе со ссылкой на ал-Идриси говорится «в течение месяца»). Мы спросили о причине такого состояния городов, и нас оповестили, что это города, в которые [когда-то] проникли йаджудж и маджудж и разрушили их. Затем мы достигли (у ал-Ид риси — за шесть дней) крепостей, [построенных] рядом с горой, по ущельям которой проходила стена. В этих крепостях [живёт] народ, говорящий по-арабски и персидски (ал-Идриси называет этот народ адкиш или эдкеш). Они спросили нас, откуда мы явились. Мы сообщили им, что являемся посланцами эмира верующих. Они подошли, были поражены и спросили: «Эмир верующих?». Мы ска зали: «да». Тогда они спросили: «Стар он или молод?» Мы гово рим: «Молод». Они снова очень удивились и спросили: «Где он про живает?» Мы говорим: «В Ираке, в городе, называемом Сурра ман ра,а». Они сказали: «Мы об этом никогда не слышали». (У ал -Идриси добавлено: «Мы спросили их, откуда к ним проник ислам и кто их научил этому. Они сказали: «Много лет тому назад к нам пришёл человек на каком-то длинном животном с горбом и длинными передними и задними ногами. Он остановился здесь и обучил нас словам (калам) и его смыслу. Затем он научил нас законам ислама и мы приняли их. Он научил нас также Корану и его смыслу;

мы выучили его и сохранили в памяти». Саллам сказал:

«Затем мы вышли на своих лошадях и [поехали] к стене».

[Расстояние] между каждой из этих крепостей от одного до двух фарсахов, меньше или больше…Затем мы достигли города, называемого Ика. Он занимает площадь, равную [квадрату] со сто роной 10 ф. [Город] имеет железные ворота, вокруг него имеются пашни, а в городе есть мельницы. Это тот самый город, где посе лился Зу-л-Карнайн со своим войском. Между [городом] и стеной расстояние в три дня пути (У Идриси — два фарсаха). [На всём протяжении пути от города] до стены, которую достигаешь на третий день, расположены крепости и селения. [Эта стена наподобие] горы округлой формы. Говорят, что йаджудж и мад жудж обитают здесь. Их два вида (синфани). Говорят, [также], что йаджуджи ростом выше маджуджей — с разницей от одного до полутора локтя, меньше или больше этого.

Затем мы достигли высокой горы, на которой возвышались крепость и стена, построенная Зу-л-Карнайном. Там между дву мя горами есть ущелье, ширина которого двести локтей. Оно является дорогой, через которую вышли и рассеялись по земле [йаджуджи и маджуджи]. Фундамент стены заложили на глубине тридцать локтей с помощью железа и меди и [возводили её] таким образом, пока не достигли земной поверхности. Затем поставили две опоры с обеих сторон ущелья. Ширина каждой опо ры — двадцать пять локтей, высота — пятьдесят локтей.

Вся эта постройка состоит из железных плит, покрытых ме дью. [Размер] одной такой плиты полтора локтя. Толщина плиты четыре пальца. Между этими двумя подпорками расположена железная притолока (дарванд) длиною сто двадцать локтей, тол щиною десять локтей и шириною пять локтей;

установлена на обеих опорах. Над притолокой — здание из тех же железных плит, покрытых медью, что возвышаются до вершины горы, вы сота которой — насколько охватывает взгляд. Это здание воз вышается над притолокой примерно на шестьдесят локтей.

Над [зданием] — железные террасы. По краям каждой террасы два рога, которые загибаются друг на друга. Длина каждой тер расы пять локтей, а ширина четыре локтя. Над притолокой тридцать семь террас. Железные ворота имеют две прикре плённые [к ним] створки. Ширина каждой створки пятьдесят лок тей, высота семьдесят пять локтей, толщина пять локтей. Обе стойки при вращении соразмерны с притолокой. [Это сооружение так построено], что ветер не может проникнуть ни через ворота, ни со стороны гор, оно будто сотворено самой природой. На во ротах запор (кифл) длиной в семь локтей, а в обхвате — один ба,а.

Его не смогут обхватить два человека, и он отстоит от земли на двадцать пять локтей. Пятью локтями выше запора висит задвижка (галак) — длиннее, чем сам запор. Каждая из двух [замочных] задвижек — по два локтя. Торчащий в замке ключ имеет длину в пол тора локтя. [Этот ключ] имеет двенадцать зубцов, каждый из зуб цов как пест ступки. Обхват ключа четыре пяди;

он прикреплен к цепи, припаянной к двери. Длина цепи восемь локтей, она имеет четыре пяди в обхвате. Кольцо, прикрепляющее цепь к двери, по добно кольцу катапульты. Порог двери, не считая частей, остав шихся под двумя косяками, имеет ширину десять локтей и длину сто локтей. Выступающая часть [двери] равна пяти локтям.

Все [размеры] «зира» исчисляются [мерой длины], называ емой «зира,-ас-сауда».

Около ворот есть две крепости, каждая площадью двести квадратных локтей. У ворот этих двух крепостей растут два де рева. Между двумя крепостями есть пресный источник. В одной из крепостей [сохраняются] орудия, служившие для постройки стены, в том числе железные котлы и железные ковши. На каждом треножнике (дикдан) размещено четыре котла, подобные котлам для [варки] мыла. Там находятся остатки железных кирпичей [из которых была сооружена стена]. Из-за ржавчины они прилипли один к другому. Комендант (раис) этих крепостей каждый поне дельник и четверг отправляется верхом [к железным воротам].

Они [раисы] эти ворота получают по наследству, подобно тому, как халифы наследуют халифат. Он верхом является [к воротам] вместе с тремя сопровождающими, на шее у каждого из них [висит] пест. К воротам [приставлена] лестница. Он взбирается на самую высокую ступень и ударяет о запор один раз на рассвете, и слы шится им звук наподобие [гула] потревоженного пчелиного улья, затем [звуки] приглушаются. К полудню ударяют [по запору] ещё раз. [Раис] прикладывает ухо к воротам: второй звук оказывается сильнее, чем первый. Затем [звуки опять] приглушаются. Когда наступает послеполуденное время, ударяют ещё раз. Появляет ся тот же шум. Он остается здесь до захода солнца и только после этого уходит. Цель удара о запор в том, чтобы он (раис) услышал, есть ли кто за воротами, а [если есть], то чтобы знали, что охра на здесь. И чтоб [люди в крепости также] знали, что те не пред примут против ворот никаких действий.

Неподалеку от этой местности находится большая крепо сть размером десять ф (ф — это фарсах (расстояние которое про езжает шагом всадник на коне за один час) — Н.Н.) на 10, [т.е] площадь её сто квадратных ф.

Сказал Саллам: «И я спросил одного из присутствующих жителей крепости: «Имеют ли эти ворота какой-либо недоста ток?» Они ответили: «Никакого, кроме этой трещины. Трещина эта проходит по ширине, словно тонкая нитка». Я спросил: Вы [хоть] немного опасаетесь за ворота?» Они ответили: «Нет!

Эти ворота толщиною в пять локтей в локтях ал-Искандара, один локоть ал-Искандара равен полутора локтям ас-сауда (прим. Переводчика. Локоть ас-сауда, т. н. чёрный локоть, равен 54,04 см, отсюда локоть ал-Искандара — 81.06 см).

Сказал [Саллам]: «Я подошёл [к воротам], извлёк из своей обу ви нож, стал скоблить место трещины и вытащил оттуда кусок размером в половину дирхема, завязал его в платок, чтобы пока зать Васику би-аллаху. На правой створке ворот — сверху — на древнем языке (ал-лисан ал-аввал) железными [буквами] напи сано: «А когда придёт обещание Господа моего, он сделает это порошком;

обещание Господа моего бывает истиной».

Мы осмотрели сооружение, которое большей частью со стояло из полос: один ряд жёлтый — из латуни, другой чёрный — из железа. На горе вырыто специальное место для литья ворот, место для котла, в котором перемешивают медь, и ме сто, где варят олово и медь. Эти котлы из жёлтой меди. Каж дый котёл имеет три ручки. Там есть цепи и крюки, при помощи которых медь поднимали на стену. Мы спросили тех, кто был там: «Видели ли Вы хоть одного из этих йаджуджей и маджуд жей?» Они припомнили, что видели один раз некоторое их коли чество на горе. [Тогда] подул страшный ветер и бросил [йаджуд жей и маджуджей] в их сторону. Рост их на глаз — пядь с поло виной (у Идриси две пяди с половиной). Гора с наружной стороны не имеет ни плоскогорья, ни склона, и нет на ней ни травы, ни дерева и ничего другого. Это гора высокая, стоит [вся] гладкая и белая.

Когда мы уходили, проводники повели нас в нахийа Хурасан.

[Тамошний] владыка именуется ал-Луб (у ал-Идриси добавлено:

«Сказал Саллам, я записал всё что видел, затем взял [заметки] с собою и мы отправились вместе с проводниками и жителями этих крепостей, которые направили нас в сторону Хорасана.

Мы пошли из этих крепостей к городу Л-х-ман, к городу Г-р-йан, к городу Б-р-саджан, Т-ран, Самарканд). Затем мы выехали из этой местности и достигли земель, владыку которых зовут Таба нуйан. Он собиратель хараджа (сахиб ал-харадж). Мы находились у них [несколько] дней, затем отправились из этого места и шли до тех пор, пока на восьмой месяц не достигли Самарканда.

[Затем] мы прибыли в Исбишаб (Исфиджаб), пересекли реку Балх, затем прошли через Шарусану (Усрушану), Бухару, Термез и, нако нец, достигли Нисабура. [За время путешествия] погибли мно гие из людей, которые были с нами. На пути туда заболели два дцать два человека. Умерших мы похоронили в своей одежде, а за болевших оставляли в каком-либо селении. На обратном пути погибло четырнадцать человек. И когда мы прибыли в Нисабур, нас осталось всего четырнадцать человек. Владетели крепо стей снабдили нас тем, в чем мы нуждались. Затем мы пошли к Абдаллаху ибн Тахиру. Он наградил меня восемью тысячами дирхемов. Он определил каждому всаднику по пять дир хемов, а каждому пешеходу — по три дирхема в день до самого Рея. Из мулов, которых мы взяли с собой, остались невредимыми только 23. Наконец, мы прибыли в Сурра ман ра,а, и я пришёл к ал Васику, сообщил ему всю историю и показал кусок железа, который я выскоблил с ворот. Он воздал хвалу аллаху, велел принести воздаяние и раздал его и одарил людей, выдав каждому по ты сяче динаров. Наш путь до стены занял шестнадцать месяцев, а обратный — двенадцать месяцев и (несколько) дней.

Рассказал мне Саллам ат-Тарджуман эту историю в общем, затем продиктовал её мне из послания, которое было написано для ал-Васика би-аллаха [31, с.44-45]».

Отношение историков к путешествию Саллама ат-Тарджума на, мягко говоря, неоднозначное. Многие считали рассказ об этом путешествии чистой выдумкой. Те же, кто признавали его в каче стве отчёта о реальном событии, сильно расходились во мнении относительно локализации этого сооружения. Х. Френ, Ж. Рено, К. Риттер, К.Миллер, Н. Пантусов считали, что Саллам доходил до Алтая. Де Гуе и Рихард Хенниг придерживались гипотезы, что посещённая Салламом стена является частью Великой Китай ской стены [31].

Примечательно, что в рассказе ат-Тарджумана много подроб ностей в описании ворот и ландшафтной обстановки, в которую они были вписаны. Вряд ли эти подробности выдуманы. Особенно это касается описания гор, в которых стояли ворота. Во-первых, горы округлой формы, гладкие и белые, (видимо, заснеженные), причём на них нет ни травы, ни деревьев;

во-вторых, горы высо кие, насколько охватывает взгляд;

в-третьих, они прорезаны узки ми каньонами, подчас всего лишь стометровой ширины. Такое экзотическое сочетание признаков не характерно ни для Кавка за, ни для Южного Урала, ни для Алтая. Попросту гоговоря, Сал лам не мог такого увидеть нигде, кроме как в горах Путорана.

Но ключевым в локализации Железных ворот может оказаться сопоставление рассказа Саллама с данными Рашид-ад-Дина.

По сведениям последнего, в областях по верхнему и среднему течению Енисея располагалось много городов и селений. Наибо лее северный из принадлежавших енисейским киргизам городов находился в устье правого притока Енисея Айкары-мурен. Город назывался Кикас. Л.Р. Кызласов считал, что Кикас стоял в устье Ангары. Чрезвычайное созвучие Кикаса с Икой, принуждает видеть их идентичность. А поскольку Александр строил стену с ворота ми в стране Мрака, можно предполагать, что этот город стоял в ус тье Нижней Тунгуски, поскольку от устья этой реки до Полярного круга не более сотни километров. Можно предполагать, что город имел двойное название: Александрия Дальняя (отсюда эдкеш) и Никея (отсюда Ика).

Археология Если бы я был молодым археологом, с легкостью бросил бы к чёртовой матери всё своё мелкотемье и со всем пылом неистра ченной души бросился бы на поиски сибирских следов Алексан дра Македонского. Я бы выбрал близкий мне отрезок его маршрута, прошёл бы по нему с разведкой вдоль и поперек и добился «Открытого листа» на проведение раскопок на наиболее перспек тивном участке. Понимаю, что мною руководило бы здоровое во всех отношения честолюбие. Так что ж в этом плохого? Ведь най ти материальные следы Александра в Сибири, — значит вписать своё имя золотыми буквами в историю археологии.

Если бы я был старым опытным археологом, возможно, с кро вью бы оторвался от любимых тем, которым посвятил десятки лет, и включился бы в Александров проект. Я «прошерстил» бы запас ники местных краеведческих музеев в плане принадлежности арте фактов к походу Александра. Убежден, на этой захламленной иссле довательской ниве могут быть сделаны удивительные открытия.

Если бы я был академиком, доктором исторических наук, меня не очень волновало бы честолюбие, и «сибирские следы Алексан дра» я бы рассматривал совсем с другой стороны. Я поставил бы задачу доказать, что «все эти находки, о которых шумят СМИ», чис тый блеф и к Александру Великому никакого отношения не имеют.

Мой старинный приятель Н.Л. Николаев, с которым мы неодно кратно обсуждали тему Александра, убеждает меня, что такой имен но «академический» подход будет руководить будущими читате лями этой книжки. Всякий достаточно грамотный человек возьмёт её в руки лишь для того, чтобы развенчать автора вместе с Алек сандром.

Меня, признаться, очень радует такой мотив. История восприя тия всех новых идей в обществе свидетельствует о решительном сопротивлении Новому, иначе новое вовсе не новое. «Когда со мною сразу соглашаются, я чувствую, что я не прав», — вос кликнул как-то один французский монарх, знать и среди Бурбонов попадались умные люди. А я посчитал бы свою работу бездарной, если бы с ней сразу стали соглашаться все подряд, а СМИ встре тили бы её славословием.

Есть основания полагать, что материальные следы Алексан дра Македонского в Сибири представляют собой чрезвычайно вы игрышный объект, потому что понятно, что надо искать. Оставлен ные им артефакты должны быть необыкновенными.

Во-первых, вооружение части Александрова войска имело характерные отличительные признаки. «После этого Александр направился в Индию, чтобы границей его державы был Океан и крайний Восток. Чтобы славе этого похода соответствовало и снаряжение его войска, Александр приказал посеребрить бля хи на конской сбруе и воинские доспехи, а своих воинов по их се ребряным щитам прозвал аргираспидами» [82, 7, 7, 4-5].

Курций Руф также отмечает это украшательство: «Между тем царь намеревался идти в Индию, а оттуда к Океану…Бывалые люди говорили, что все в Индии сверкает золотом и слоновой костью. Итак, Александр, превосходя всех и не желая, чтобы его в чем-либо превосходили, покрывает щиты серебряными пластинками, на коней надевает золотые уздечки, одни панцири украшает золотом, другие серебром;

120 тысяч вооружённых шли за царём на войну» [34, VIII, 5, 1, 4].

Однако далеко не у всех воинов экспедиционного корпуса бы ло изукрашено оружие. И.Резников указывает, что было изготовле но двадцать пять тысяч украшенных золотом и серебром вооруже ний [60]. На самом деле изукрашенных доспехов было больше, потому что, согласно Курцию Руфу, такое количество шлемов и щи тов с чеканкой из золота и серебра Александр получил из Фракии и из Гарапала с подкреплением, которое привел Менон. Руф пишет, что это произошло на реке Акесине уже после того, как войско Александра вернулось с Гипаниса. Что ж, и двадцать пять тысяч — это немало! Есть что искать.

Кстати, 26 августа 2006 года РТР в «Вестях» сообщило, что в Оренбургской области археологи при раскопках Филипповских курганов обнаружили множество сарматских украшений и пред метов, в том числе золотых, а также серебряные клинки. Как известно, клинков из серебра никогда не делали, разве что для ри туальных целей. Возможно, это не серебряные, а посеребрённые клинки и принадлежали они побитым воинам Александра?

По устному сообщению томского художника Александра Фи латова, который в 50-60 годы жил в райцентре Черепаново Но восибирской области, здесь в 1960-1961 году при копке огорода и погреба было найдено два позолочённых меча, на рас стоянии 100-150 м один от другого. Один меч был найден на улице Куйбышева Касаткиными, которые свою находку никому не пока зывали, другой — на улице Социалистической, этот меч Филатов видел лично, длина его около метра, окончание чуть изогнуто, ру коятка позолочена, а вот фамилию хозяев Филатов не вспомнил.

Во-вторых, это военные лагеря, которые устраивал Алек сандр для своего войска во время длительных стоянок. Каждый лагерь обносился рвом и валом. Кое-какие из этих сооружений могли сохраниться. Но особенный интерес представляет один из этих лагерей. Он был воздвигнут на реке Гипанисе, или непо далеку от неё, когда войско Александра взбунтовалось и отказа лось идти дальше вглубь Индии. «Решив здесь положить конец своим походам, он, прежде всего, соорудил алтари двенадцати богам, высотой в пятьдесят локтей, затем велел обвести рвом пространство, втрое большее, чем то, которое занимал лагерь;

ров выкопать шириной в пятьдесят и глубиной в сорок футов.

Груды выкопанной земли употреблены были на постройку высо кой стены за рвом. Каждому пехотинцу велено было устроить палатку с двумя кроватями в пять локтей каждая;

всадники должны были, кроме того, сколотить по паре ясель, вдвое больших, чем обычные, и соответственно увеличить размеры всех предметов, которые собирались здесь бросать. Все это он делал, желая придать лагерю вид обиталища героев и в то же время оставить туземцам следы того, что здесь находились люди огромного роста, обладавшие сверхъестественной силой»[28, 95, 1, 2].

Ров шириной 15 м и глубиной 12 м, и соответствующий рву вал должны сохраниться до нашего времени. Их можно обнаружить.

В-третьих, это оружие, уздечки и другие предметы сильно увеличенных размеров и веса, которые могут быть обнаружены в этом «последнем» лагере. Плутарх отмечает, что перед тем, как сняться с этого лагеря, «он пошёл ради славы на хитрость. По его приказу изготовили оружие и конские уздечки необычайного раз мера и разбросали их вокруг. Богам были сооружены алтари, к ко торым до сих пор приходят цари пресиев, чтобы поклониться им и совершить жертвоприношения по греческому обряду» [51, LXII].

Трудно себе представить «уздечку для бегемота», зато её легко искать с помощью металлоискателя. Должна же была какая-то часть этих специально разбросанных предметов затеряться, заи литься и долежать до нашего времени.

В-четвертых, это знаменитые Александровы алтари. Они со оружались все в том же «последнем лагере» на Гипанисе, перед возвращением на Гидасп. Арриан так описывает сооружение этих алтарей: «Александр, разделив войско на отряды (по-видимому, по десять тысяч воинов — Н.Н), приказал им соорудить двенад цать алтарей, высотой с самую высокую башню, а шириной боль ше, чем бывают башни: благодарность богам за дарованные по беды и память о понесённых трудах. Когда алтари были соору жены, он принёс на них положенные жертвы и устроил конные и гимнастические состязания» [8.,V, 29, 1, 2].

Курций Руф подчёркивает, что жертвенники воздвигались из обтёсанного камня [34, IX, 3,19]. Филострат в «Жизнеописании Аполлония Тианского» добавляет, что между алтарями помещалась медная колонна с надписью: «Здесь остановился Александр».

Свида в «Лексиконе» сообщал, что надпись гласила «Я, царь Александр, проник до сих пор» [21, с.412]. Юстин насмешничает:

«ни одного сооружения воины не воздвигали с большей радостью.

Затем, разгромив врага, они возвратились с ликованием в этот самый лагерь» [81,12, 8]. Ни Арриан, ни Руф, ни Диодор, ни Плутарх не упоминают об этой битве и о возвращении в этот лагерь.

Академик Б.Г. Гафуров сетует, что Александровы Алтари до сих пор не найдены [21, с. 304]. Быть может, причина в том, что ар хеологи ищут не там «где потеряно, а там, где светлее»? Между тем, ни у Плутарха, ни у Арриана, ни у Диодора, ни у Руфа впрямую не говорится, что воинский лагерь Александра стоял на Гипанисе, где взбунтовалось войско. Юстин утверждает, что воевал Алек сандр в одном месте, а лагерь стоял в другом. Плутарх о бунте ничего не упоминает, но указывает, что решение прекратить по ход Александр принял после битвы с Пором, которая была на ре ке Гидасп. «Сражение с Пором охладило пыл македонян и отби ло у них охоту проникать дальше вглубь Индии» [51, LXII].

Так или иначе, но историки и археологи ищут алтари в Индии.

И это при том, что ещё Клавдий Птолемей, создававший своё «Руко водство по географии» во втором веке, помещал алтари на реке Танаисе, в котором безупречно опознается Дон. При этом Птолемей указывает географические координаты Александровых алтарей:

57 градусов СШ и 63 градуса ВД. В устье Танаиса, по Птолемею, располагался город Танаис, в котором самый продолжительный день длился 17 часов 10 минут. Его координаты Птолемей опреде ляет как 54 градуса 30 минут СШ и 67 градусов ВД [6, с. 321].

Интересно, почему бы это Птолемей так круто ошибался?

Может быть, потому, что он не был историком, а был географом?

Прочитал где-то у историков, что Александр воздвиг свои алтари на реке Танаис, вот и поместил их на тот Танаис, который был ему известен, то есть на Дон. Но Танаис у историков мог подразумева ться и другой, и Яик, и Сыр-Дарья. Вот только расстояние, отде ляющее их от индийской реки Гипанис непозволительно велико, чтобы предполагать, что воевал Александр на реке Гипанис, а ла герь имел на реке Танаис.

Другое дело, если под рекой Танаис подразумевалась сибир ская река Тана (Томь), а под рекой Гипанис — Чулым. От города Томск на реке Томь до Асина на реке Чулым меньше сотни ки лометров, пустяк для Александра. Если Александр в своём прод вижении на восток доходил до реки Чулым, то свои алтари он, вполне возможно, оставил на реке Томь. В этой связи не могут не привлекать внимания загадочные объекты в устье реки Басандайка возле села Аникино в пяти километрах южнее города Томск. Здесь есть две гигантские ямы в крутых тридцатиметро вых склонах долины реки Басандайка, причем объемы изъятого грунта поражают воображение 3-5 тысяч кубометров (рис.41).

Кто, когда и для чего брал этот грунт, неизвестно.

Рядом расположены две не менее загадочные микроформы рельефа (рис. 42, 43). Их обнаружил археолог А.Д. Гаман, раско павший восьмиметровый культурный слой в предместье Томска, но к сожалению, слишком рано ушедший. Андрей Дмитриевич выра жал удивление перед этими объектами — не курганы (слишком велики и не «той формы»). Местные утверждают, что был ещё один гигантский «курган», но его разровняли при строительстве стадиона. Молодые последователи Гамана, археологи Наталья Березовская, Наталья Торощина и Петр Марков давно «точат зубы»

на эти объекты, но на исследования как всегда не хватает денег.

Интересно, хватило бы у государства денег «на Александра»?

Рис. 41. Выемка в устье реки Басандайка под городом Томск.

Объем изъятого грунта превышает 3000 м 3. Фото Н.С. Новгородова.

В-пятых, это города, основанные Александром на завоё ванных территориях. Б.Г. Гафуров и Д.И. Цибукидис специально рассмотрели градостроительную деятельность Александра [21, с. 340-344]. Согласно Плутарху, Александр построил на Востоке более семидесяти городов. В. Тарн, И. Дройзен, А. Гутшмид и дру гие исследователи Александра уменьшают это количество до соро ка, при этом считая возведённое Александром не городами в под линном смысле, а военными поселениями-колониями. Несомнен но, Александр селил в этих городах преимущественно своих вои нов, уже негодных к воинской службе, но размеры некоторых горо дов впечатляют. Так, периметр нововозведенного города, назван ного Александрией, на Танаисе составлял шестьдесят стадиев [34, VI, 6,25], а это все-таки одинадцать километров, почти три на четыре километра в IV веке до н. э.

Рис. 42. Фото первого предполагаемого Александрова алтаря.

Устье реки Басандайка под Томском.

Фото Н.С. Новгородова.

Рис. 43. Фото второго предполагаемого Александрова алтаря.

Устье реки Басандайка под Томском.

Фото Н.С. Новгородова.

«Юстин указывает на основание двенадцати городов македонским царем в Согдиане и Бактрии [XII, 5,13], Страбон пишет только о восьми городах [XI, 517]. О создании шести городов-крепостей в Маргиане для взаимной выручки друг дру га сообщал Курций [VII, 10, 5] [21, с.342]. Эти земли традиционно считаются Среднеазиатскими, но, по крайней мере, относительно Согдианы можно ссылаться на мнение Курция Руфа, помещав шего Согдиану в нижнее течение Инда [34, IX, 8,8]. Если Инд — это Обь, то в нижнее течение Оби.

Вообще же в Сибирском походе Александр поставил не ме нее 13-15 городов, из них девять или десять он назвал Алексан дриями. К их числу относятся:

Александрия Эсхата на Яксарте (Танаисе, Яике) [8, IV4,1;

34, VII6,25,27], Александрия Кавказская (северные склоны Алтая-Саян) [8, III, 28,4;

IV, 4,1;

34, VII, 3,23, 28, XVII, 83,2], Александрия Опиана в среднем течении Инда (Оби) [8, VI, 15, 2], Александрия Согдийская в нижнем течении Инда (Оби) [34, IX, 8, 8], Александрия в устье Инда (Оби), где были заложены верфи и порт [8, VI, 18, 1;

20,1], Александрия Арийская в Ариане [67, XI, 514;

XV, 724], Александрия Арахозийская [34, VII, 3, 5;

67, XI, 514], Александрия в Гедросии [34, IX, 10, 5,7;

8, VI, 21, 5], Александрия в Кармании [Плиний, IV, 23, 107;

Аммиан Мар целлин, XXIII, 6, 49;

21, с. 341-344], Александрия в земле оритов (норитов) [28, XVII, 104, 8;

34, IX,10, 7].

Гафуров указывает, что Арриан, ссылаясь на Неарха, называет этот город Кокалой [21, с. 316].

Кроме Александрий, Александр основал ещё несколько си бирских городов:

Нисея в Парфии [Плиний, VI, 25, 113;

67, XI, 509, 511]. Пар фяне в IV веке до н.э. жили гораздо севернее того места на юго востоке Каспия, где они менее чем через столетие создали Парфянское царство. Судя по тому, что Плиний именует Нисею Александрополем, можно думать, что речь идет об Александрии Эсхате на Яике.

Фрада в Дрангиане. Плутарх считает, что этот город основал Александр, а Стефан Византийский пишет, что он лишь пере именовал его в Проффазию и под эти именем он упоминается Страбоном [21, с.342].

Никея и Букефалия. Эти два города были выстроены на раз ных берегах Гидаспа в том месте, где произошла битва Александра с Пором [8, V19, 4;

29, 5;

34, IX, 1, 6;

28, XVII, 89;

51, LXI]. Никея была названа в честь победы над Пором, а Букефалия в честь геройски павшего в битве личного боевого коня Александра Букефала.

Плутарх при этом насмешничает, что и в честь любимой собаки Периты Александр также основал город. Правда, расположение этого города неизвестно.

Что касается Никеи, то можно быть уверенным, что городов с таким названием Александр основал больше одного, поскольку и побед совершил немало. Во всяком случае, на старинных картах Никей как минимум две, а в текстах упоминается больше.

Надо ли говорить, что успешность поисков основанных Алек сандром Сибирских городов всецело зависит от того, насколько правильно будет восстановлен его сибирский маршрут? Однако ясно, что Александрию Эсхату нужно искать на реке Урал, а не на реке Сыр-Дарья.

Этот поиск может быть более успешным, если его совместить с поисками основанного Киром Кирополя. Кирополь стоял на ле вом берегу Танаиса (Урала) в устье притока, который летом пе ресыхал. Взять Кирополь было нелегко: он имел мощные крепост ные стены, а защитники его были «самые воинственные». «Тут, однако, он обратил внимание на реку, которая протекала через город и от зимних дождей становилась полноводной, но те перь совершенно пересохла. Стены не перегораживали её русла вплотную, так что солдаты могли по нему проникнуть в город.

Александр взял с собой телохранителей, щитоносцев, лучников и огриан;

варвары обратили все свое внимание на машины, оборонялись в том месте, где они стояли, и он, никем не за меченный, с малым числом людей по руслу этой реки вошёл в го род. Разбив изнутри ворота, находившиеся рядом с этим мес том, они сразу же впустили и остальное войско» [8, IV, 3, 2,3].

В нижнем течении реки Урал леса нет, обнажённость прекрас ная, и в силу этого, весьма эффективными могут оказаться дистанци онные методы (дешифрирование аэрофотоснимков, космических и радиолокационных снимков). Весьма перспективным пред ставляется устье пересыхающей реки Уил (рис.44).

Рис. 44. Река Уил, пересыхающая в месте своего впадения в реку Урал.

Что касается Александрии Кавказской, то её поиски зависят от того, где Александр переходил Алтае-Саянские горы. Извест но, что переходил он их дважды, первый раз с севера на юг и вто рой раз с юга на север. Страбон утверждал, что первый маршрут располагался восточнее второго. Почти бесспорно, что второй переход через горы шёл вдоль Катуни. Отсюда можно предпола гать, что первый переход, с севера на юг, проходил по так назы ваемой «дороге Чингисхана» вдоль реки Енисей. Следовательно, Александрию Кавказскую необходимо искать в горах южнее Минусинской котловины в устье притока реки Енисей.

Арриан, однако, говорит, что Александр вновь заходил в этот город и, значит, переходил горы одной и той же дорогой. «Из Бак трии в конце весны Александр с войском пошел на индов. Пере правившись за десять дней через Кавказ, он пришёл в Алек сандрию, город, основанный им в земле парапамисадов во время его первого похода в Бактрию…Придя в город Никею и принеся жертву Афине, он повернул к Кофену» [8, IV, 22, 3,4,6]. Это событие происходило поздней весной 327 года до н.э., а упоминаемые города Александрию и Никею он основал весной 329 года до н.э.

Повторю эту цитату, описывающую события 329 года: «…он пошёл в Бактрию на Бесса, подчинив себе по пути дрангов и гадросов.

Подчинил он и арахотов;

сатрапом же у них поставил Менона.

Он дошёл до земли индов, живущих по соседству с арахотами.

Войско истомилось, проходя по этим землям: лежал глубокий снег и не хватало еды. …Александр подошёл к горе Кавказ, где основал город и назвал его Александрией» [8, III, 28, 1, 4].

Александрию Опиану, поставленную в среднем течении реки Инд (Обь), следует искать неподалеку от устья реки Ишим (Акесин). «Тут, при впадении Акесина в Инд, Александр простоял, пока не явился с войском Пердикка, покоривший по дороге незави симое племя абастанов. Теперь же прибыли к Александру ещё тридцативесельные корабли и грузовые суда, которые построи ли ему в земле ксатров. Покорились ему и согды, другое незави симое племя индов. И от оссадиев (тоже независимое индийское племя) пришли послы сказать, что оссадии сдаются. Филиппу он указал, что сатрапия его доходит до впадения Акесина в Инд;

он оставил ему всех фракийцев, лучников, столько, сколько казалось ему достаточно для охраны страны;

при слиянии рек он велел основать город (он надеялся, что город этот будет велик и славен), и построить судостроительные мастерские»

[8, VI, 15, 1, 2].

Можно предполагать, что в этом городе Александр оставил смешанный греко-персидский гарнизон. Греки, в отличие от маке донцев — искусные мореходы, а персы — прекрасные лучники.

Можно также предполагать, что этот великий и славный город существует доныне. Через семнадцать столетий после основания, золотоордынский хан Тохтамыш пригнал сюда двести тысяч пер сов из города Тебриза, что возле юго-западного угла реки Каспий.

По-видимому, Тохтамыша сильно просили потомки персов, оставленных Александром, иначе трудно понять, что за блажь ударила в голову хану, чтобы гнать двухсоттысячный полон три тысячи километров. Населённый пункт под названием Тевриз до сих пор стоит на левом берегу реки Иртыш в устье реки Тевриз в семидесяти километрах выше устья реки Ишим. Интересно, проводили ли археологи раскопки в Тевризе, и с какими неожи данностями столкнулись?

Города Никею и Букефалию необходимо искать на реке Иртыш между Павлодаром и Качирами. Сюда должна подходить ровная до рога с реки Обь, по которой на телегах привезли флот Александра:

«Александр послал Кена, Полемократова сына, обратно к реке Инд с приказом разобрать суда, которые были заготовлены для переправы через Инд, и доставить их к реке Гидасп. Суда были разобраны и привезены;

те, которые поменьше, разобрали на две части, а корабли в тридцать вёсел на три. Части эти везли на под водах до самого берега реки Гидасп;

здесь их сколотили вместе, и на реке Гидасп через некоторое время появился флот» [8, V, 8, 4, 5].

Арриан и Курций Руф несколько по-разному описывают бере га реки Гидасп в районе сражения. Один говорит, что там были го ры и лес, другой, что местность была открытой, залесенным был лишь остров, где и можно было спрятать войско в глубоком рву.

«Над Гидаспом поднималась гора как раз в том месте, где река образует сильный изгиб;

гора эта густо заросла всяким лесом, напротив неё находился остров, лесистый и совершенно без людный. Александр, заметив, что остров расположен прямо про тив горы, что оба эти места заросли лесом и могут служить прикрытием при переправе, решил, что войско переправится здесь. Гора и остров отстояли от главного лагеря стадиев на полтораста (около 30 км)» [8, V, 11, 1, 2].

Курций Руф также описывает остров посреди реки. «На реке был большой остров, покрытый лесом и удобный для засады;

там же находился очень глубокий ров недалеко от берега, где стоял сам царь. Этот ров мог скрыть не только пехотинцев, но и людей с их конями» [34, VIII, 13, 17]. На нем происходили стычки развед чиков, «по результатам которых оба царя предугадывали исход всего дела» [34, VIII, 13, 12]. Мне, правда, непонятно, как можно было с большого расстояния наблюдать стычки в лесу? Еще больше не понятно, какую маскировочную роль может играть ров в лесу? И уж вовсе странно, зачем нужно было распиливать корабли и перево зить их с одной реки на другую, если на этой другой стоит свой лес?

Скорее всего, на реке Гидасп леса не было. А ров на острове давно замыло наносами, так что с поисковыми признаками на ре ке Иртыш дело обстоит не вполне благоприятно.

Один из основанных Александром городов, называвшийся, скорее всего, Никеей, или Никой, был посещён арабским путе шественником Саламом ат-Тарджуманом в середине IX века.

Он был послан арабским калифом ал-Васиком (842-847 гг.) для проверки целостности стены, построенной Александром против гогов и магогов. В этом городе, который Салам называл Икой, бы ли железные ворота, город имел квадратную форму и фантас тические размеры в десять фарсахов одной стороны. Фарсах зависит от качества пути, принимается равным 6-7 километрам.

Думается, Салам имел в виду периметр в десять фарсахов, но и при этом размеры Ики непозволительно велики.

Любопытно, что иранский энциклопедист Рашид-ад-Дин упо минает город с похожим названием — Кикас, и помещает его в ус тье правого притока реки Енисей: «Та река [Анкара] находится вблизи города по имени Кикас и в том месте, где она и река Кэм сливаются вместе. Город тот принадлежит к области кирги зов. [57, с 180]. Л.Р. Кызласов, посвятивший исчезнувшим сибир ским городам спецкурс, который он читал в МГУ, и соответствую щее пособие [38], считает, что Кикас стоял в устье Ангары.

Древние, и в их числе Рашид-ад-Дин, Абуль-Гази и другие, правда, основной рекой считали реку Ангара, а Енисей — её при током. Так же считали и русские землепроходцы, и опиравшийся на их материалы первоисторик Сибири Герард Миллер. На его кар те, опубликованной в середине XVIII в., Енисей определенно впа дает в реку Ангара (рис. 45) [48, с.138-145]. Можно предполагать, что и древние учёные греки Гангом считали основную реку — реку Ангара, а Енисей — её притоком, и неслучайно население ангарских берегов у них называлось гангаридами.

Рис. 45. Впадение реки Енисей в реку Ангара на карте Г.Ф. Миллера, середина XVIII в. [48].

Вернемся к Ике-Кикасу. Не исключено, что этот город стоял в устье реки Нижняя Тунгуска, а не реки Ангара, поскольку от горо да Ика до стены, согласно Саламу, было три дня хода, это около ста километров, ровно столько от устья реки Нижняя Тунгуска до Полярного круга. Ведь стену, если верить «Роману об Алек сандре» и ал-Омари, Александр воздвигал в Заполярье.

Рашид-ад-Дин упоминает в связи с Ангарой ещё один город, возможно, имеющий отношение к сибирскому походу Алексан дра. Он пишет (кстати, эта цитата — прямое продолжение пре дыдущей): «Утверждают, что эта река [Анкара] течёт в одну об ласть, по соседству с которой находится море. Повсюду [там] серебро. Имена этой области: Алафхин, Адутан, Мангу и Ба лаурнан. Говорят, что лошади их все пегие [ала];

каждая лошадь сильная, как четырехгодовалый верблюд;

все инстументы и посуда [у населения] из серебра. [В этой стране] много птиц….

Соркуктани-беги послала с тысячью людей на корабле в ту [страну] трёх эмиров …с тысячью мужей. Они доставили к бе регу [из глубины страны] много серебра, но положить его на корабли не смогли. Из этого войска больше трёхсот человек не вернулись обратно, оставшиеся погибли от гнилости воздуха и от сырых испарений. Все три эмира [впрочем] возвратились благополучно и жили долго [после того]» [57, с. 180].

Соркуктани-Беги — вдова младшего сына Чингисхана Толуя, совершенно реальный персонаж монгольской истории. Важней шая подробность этого похода за серебром состоит в том, что треть экспедиции погибла от гнилых испарений. Можно предпо лагать, что эти испарения были связаны с процессом добычи сере бра путём плавки реальгар-аурипигментовых руд с большим со держанием киновари, дававших ядовитые ртутные испарения.

Несомненно, этот именно город под названием Алакчин опи сывает хивинский хан Абуль-Гази (1603-1664). «Айкара-муран про текает посреди киргизских владений… При устье реки на берегу моря стоит большой город;

селений около него много, стада и та буны пасущегося скота многочисленны… Этот город они назы вают Алакчин. Близ него есть серебряные рудники: у тамошних жителей котлы, чашки, блюда все из серебра» [1].

Страбон, описывая местности, которые проходил Александр в конце похода после устья реки Инд (Обь), описывает Карманию, и в ней рудники. «Кармания — последняя страна на побережье, считая от Инда, хотя она лежит гораздо севернее устья Инда… По словам Онесикрита, какая-то река в Кармании несёт вниз по течению золотой песок;

там есть и рудники, где добывают золото, серебро и киноварь, а также две горы: одна содержит жёлтый аурипигмент, а другая — соль» [67, XV, 2, 14].

Аурипигмент — «золотая краска» — минерал мышьяка As2S3.

За рекой Енисей в бассейне реки Тарея действительно есть ре альгар-аурипигментные ртутно-сурьмяно-мышьяковые месторож дения с ураганными содержаниями золота и серебра. Мышьяк из этих месторождений издревле использовался в качестве при садки при изготовлении мышьяковистых бронз, о чем свидете льствуют результаты химических анализов этого сплава.

В шестых, это вошедшие в легенды «Железные ворота», по строенные Александром против яджуджей и маджуджей. Анализ замечательного «отчёта об экспедиции» Салама ат-Тарджумана выводит нас, в поисках этих ворот, в устье реки Нижняя Тунгуска и далее на север в горы Путорана. Отчёт другого, правда, вынуж денного, путешественника, позволяет ещё более сузить район поисков.

Речь об известном баварском солдате Иоганне Шильтбергере, отправившемся в самом конце XIV в. в крестовый поход с венгер ским королем Сигизмундом. В первом же бою он попал в плен к туркам. В 1402 г. в битве при Ангоре он был пленён воинами Тимура. После смерти последнего в 1405 г. он несколько лет пе редавался из рук в руки, пока не попал к Едигею, «серому кар диналу» Золотой Орды. Едигей взял Шильтбергера с собой в Си бирь, и здесь тот оказался свидетелем тому, как местный хан подарил Едигею двух диких волосатых людей, мужчину и женщи ну. Они были пойманы на горе Арбус. Вернувшись на родину после тридцатилетних скитаний, Шильтбергер опубликовал книгу о своих злоключениях, где и привел этот случай [42, с. 163].

Итак, отправимся из устья реки Нижняя Тунгуска на север.

Всего в сотне с половиной километров начинаются горы, назы вающиеся «Возвышенность Брус-Камень». С возвышенности сте кают в Енисей две речки: Брус и Горбиачин. И если в «Брусах»

наблюдается инверсия согласных относительно «Арбуса» ( «БР»

- «АР»), то в «Горбиачине» такой инверсии нет («РБ» = «РБ»).

Севернее Брус-Камня все возвышенности называются «го ры»: Горы Буракан, Горы Кета, Горы Тонель, Горы Аян-Тал, Горы Имангда, Горы Дынкенгда, Горы Чая-Аян, Ламские Горы, Горы Микчангда, Горы Бучарама, Горы Харыялах. Таким образом, слово «гора» в названии горы Арбус, представляется неслучайным.

Наконец, обращает на себя внимание топоним «Горы То нель». Если этот топоним современный, то почему в нём всего одна буковка «н»? А может быть этот топоним древний и свиде тельствует о наличии в горе рукотворной пещеры, где скрыва лись волосатые пещерные троглодиты? А что, если именно этот тоннель перекрыл железными воротами Александр Македонский?

А что, если это архитектурное сооружение ждет нас в целости и невредимости? Во-первых, две опоры-башни, высота каждой м, ширина 12,5 м. Во-вторых, две створки ворот, каждая шириной 25 м, и высотой 37 м. Наконец притолока, длиной 60 м и высотой 5 м. (рис. 46). Такое сооружение должно быть видно издали и оно не могло остаться незамеченым на земле, исхоженной вдоль Рис. 46. Реконструкция Г.Скворцова железных ворот, статуи и жертвенника богини победы Ники и близ Никеи — Александрии Дальней в Сибири IV в до н. э. по описанию Саллама IX в н.э. без указания статуи Ники.

и поперёк. И то, что оно не обнаружено до сих пор, свидетельству ет о том, что оно либо разрушено, либо скрыто под водой. Но в лю бом случае, то обилие металла, которое, по описаниям, исполь зовалось при строительстве ворот, позволяет надеяться, что ис пользование современных металлоискателей может оказаться эффективным в проведении поисков.

В этой связи более чем любопытно то, что на горе Тонель есть озеро с одноименным названием Тонель. Мне представляется, построенные Александром Железные ворота скрыты под водами этого озера.

Думается, здесь недостаточно сказать, что у норильских крае ведов прибавляется поле деятельности. Масштаб предстоящего открытия сопоставим с масштабами Норильского ГМК, поэтому новым владельцам комбината тем или иным образом нехудо бы включиться в поисковую работу. Нетрудно видеть, что любые вло жения окупятся тем потоком туристов, которые захотят взглянуть на тоннель и останки железных ворот.

В-седьмых, это корабли. В Индии Александр построил мно жество кораблей. «Когда Александр подошёл к реке Инд (Обь), он увидел мост, уже наведённый Гефестионом, два тридца тивесельных корабля и множество судов поменьше» [8, V, 3, 5].

Эти суда позже были перевезены на Гидасп (Иртыш). Однако для выхода к Великому морю, Александру был нужен большой флот, и он был построен. «По словам Птолемея, сына Лага, которому я преимущественно следую, кораблей было множество, трид цативесельных же около восьмидесяти;

всех же судов, считая в их числе грузовые для перевозки лошадей, керкуры и прочие речные суда, как старые, давно ходившие по рекам, так и вновь построенные, немногим менее двух тысяч» [8, VI, 2, 4].

Позже, уже во время сплава к Океану, после ранения у мал лов, строительство судов продолжилось: «Пока он упорядочивал все эти дела и оставался на месте по причине ранения, было построено много судов. Он посадил на них тысячу семьсот всадников «друзей», легковооруженных столько же, сколько и раньше, и около десяти тысяч пехотинцев» [8, VI, 14,4].

Думается, флот Александра увеличился не менее чем в полтора раза, то есть до трёх тысяч судов.

Движение по реке этой армады представляло собой более чем внушительное зрелище. «Как только знак был подан, все суда двинулись в надлежащем порядке. Заранее уже было приказано, во избежание столкновений, возможных при отсутствии поряд ка, на каком расстоянии одни от других надо поставить разные суда: грузовые баржи, на которых везли лошадей, и военные ко рабли;

быстроходным судам не разрешалось выходить из строя и опережать другие суда. Ни с чем нельзя было сравнить шум от плеска весел, одновременно опускавшихся в воду на стольких кораблях, от крика келевстов, по которому вёсла поднимались и опускались;


от восклицаний гребцов, когда они все разом нале гали на вёсла. Берега во многих местах высоко поднимались над судами;

звуки, сжатые в теснине и от этого значительно усилившиеся, отбрасывались от одного берега к другому;

эхо разносилось по пустынным лесам, стоявшим по обе стороны реки. Вид лошадей, которых можно было разглядеть на баржах, потряс варваров, смотревших на плывущие суда (раньше ло шадей на судах не видали в индийской земле, да нигде и не упо мянуто, чтобы Дионис прибыл к Индам морским путем);

те, которые присутствовали при отплытии судов, провожали их на далёкое расстояние. Те из покоренных индов, до которых долетал крик гребцов и плеск вёсел, выбегали на берег и сле довали за плывущими с пением варварских песен. Инды ещё со времён Диониса и его спутников, водящих вместе с Дионисом хороводы в индийской земле, отличаются своей любовью к пе нию и пляске» [8, VI, 3, 2-5].

Разумеется, часть кораблей из этой гигантской флотилии должны были по разным причинам затонуть, особенно в верхо вьях, где реки были бурными. «Реки эти, слившись в одну, очень узкую реку, стремительно несутся в теснине, образуя страш ные водовороты, где вода как бы идёт вспять. Вода кипит и взды мается волнами;

рёв её слышен уже издалека. Местные жите ли заранее предупредили об этом Александра, Александр же пре дупредил солдат. И всё-таки, когда они приблизились к слиянию рек, рёв воды настолько потряс их, что моряки перестали гре сти, не дожидаясь приказа, так как и сами келевсты от изумле ния умолкли, и команды застыли в страхе перед этим рёвом.

Когда они были уже недалеко от слияния рек, кормчие отда ли приказ грести изо всех сил, чтобы пронестись через тесни ну, не давая судам попасть в водовороты, которые закружили бы их: греблей надлежало преодолеть эти крутящиеся волны.

Некоторые грузовые суда течение завертело, но никакой беды с ними не случилось;

находившиеся на них натерпелись, правда, страха, но течение само выровняло и понесло суда по правиль ному пути. С военными кораблями дело обошлось не так благо получно: их не так легко поднимало вверх по бушующим волнам:

у судов с двумя рядами вёсел нижний ряд приходился почти над водой, и когда в водоворотах суда поставило наискось, то вёсла эти ломало в щепы, если их не успевали поднять вовре мя. Из этих кораблей пострадали многие;

два столкнулись и разбились;

много людей погибло» [8,VI, 4, 4-5, 1-3].

Часть кораблей были разобраны на хозяйственные построй ки, часть была сожжена. Так или иначе, какое-то количество уто нувших и заиленных кораблей могли сохраниться до нашего вре мени, и значит, есть шанс их найти. Ведь находят же предметы, которые в миллионы раз меньше кораблей — чаши, зеркала, монеты. Ведь находят же останки древних кораблей в Арктике.

В частности, на сайте «Дом Сварога» в 2006 году появилась ин формация, что на Ямале найдены останки древнего корабля си бирских поморов. Части уцелевшего корабля были обнаружены в Мангазее, фрагменты судна были частью постройки и испо льзовались как половое покрытие. Возраст экспонатов специали сты определили приблизительно в четыреста лет. В осуществле нии находки принимал участие директор Красноселькупского краеведческого музея Виталий Сумин.

В-восьмых, это археологические артефакты, чуждые мест ным сибирским археологическим культурам, и, напротив, близ кие по духу и стилю Средиземноморью. Нетрудно предположить, что часть таких артефактов уже была обнаружена в Сибири, но ос талась нераспознанной по своей принадлежности к Александру Македонскому. Например, на Катуни в районе Бийска, в сороковых годах рыбаками была «выловлена» бронзовая статуэтка Геракла античного времени размером 308х139 мм (рис. 47). На голову и плечи бородатого Геракла накинута шкура льва с головой-мас кой. Точно в таком же шлеме изображен Александр Македонский на саркофаге из Сидона (рис.48).

Об Алтайской находке сообщил сотрудник Государственного Эрмитажа, академик Санкт-Петербургской Академии истории и культуры Л.С. Марсадолов. Комментируя мои статьи о Сибирс ком походе Александра, Леонид Сергеевич привёл эту находку Рис. 47. Бронзовая статуэтка Геракла с реки Катунь. Найдена рыбаком Петром Канаевым в конце 50-х годов XX в. 31 см x 14 см x 7 см. Фото любезно предоставлено директором Бийского краеведческого музея В.В. Орловым.

Рис. 48. Александр Македонский в шлеме Греакла на фреске из Сидона.

в качестве довода, что категорически отрицать пребывание Александра на Алтае нельзя. Кроме того, ещё раньше, по Марса долову, на Алтае находили монеты разного времени, что сви детельствует об обширных связях Алтая с другими региона ми в различные исторические периоды. [12].

К югу от Барнаула, в устье реки Чарыш, впадающего в Обь, на приречных песках по сообщению С.Н. Маркова обнаружены монеты 111-105 г.г. до н.э., а также 324 г.н.э. (боспорская), VI и X веков. Можно предполагать, что в устье реки Чарыш долгое вре мя стоял город. Не исключено, что поставлен он был Александ ром Македонским. Быть может, не случайно, на подходе к не му с юга, неподалеку от Джунгарских ворот, были найдены пан тикапейские монеты I в., а южнее, в Западном Тянь-Шане, Боспорские монеты 400 г. до н.э. [42].

Вообще же дальность путешествий древних при ближайшем ознакомлении ошеломляет. На реке Камчатка, в ста километрах от устья, есть озеро Ушки. На каменной осыпи одного из мысов рыбак О.И. Орехов обнаружил четыре монеты. Две из Пантикапея 4 в. до н.э. и 17 г. н.э. и 2 арабские (одна из Хорезма) [42]. Подобные находки принуждают более доверительно относиться к рассказу Салама о его путешествии к стене Искендера.

Возможно, неслучайно близ Ангары, правда, достаточно да леко от её устья, было обнаружено медное зеркало с изображе нием кентавра (рис.49). Зеркало было найдено геофизиком Рис. 49. Бронзовое зеркало с Кентавром. Подкаменная Тунгуска.

Обнаружено геофизиком Ю.А. Немковым в 1982 г. в шурфе на глубине около 2 м. Фото В.Н. Кавелина [39, c. 327].

Ю.А. Немковым в устье реки Угоян, левого притока Подкамен ной Тунгуски в её верховьях, в семидесяти километрах к северу от Ангары, при проходке шурфа на глубине полтора метра.

Как и когда предмет с древнегреческим символом попал в центр Сибири? Специалисты, изучавшие зеркало, считают, что «зер кало было изготовлено по художественным и мировоззренческим канонам среднеазиатско-средневосточных мастеров доислам ской эпохи, когда в искусстве допустимы были антропоморфные изображения. Сами же истоки таких канонов восходят ко време ни Ахеменидов, периоду главенства на западе Азии митраизма и зороастризма» [39, с. 326-334]. При этом двое авторов, Ларичев и Бородовский, считают, что предмет попал в Сибирь с переселен цами из Средней Азии в середине первого тысячелетия новой эры, а Сибгатуллин приписывает изображение Александру Вели кому и связывает его появление здесь с походом Александра.

Существование среднеазиатской колонии на реке Ангара воз ле города Балаганска доказано археологически. «При раскопках этого уникального памятника в начале второй половины XX века была обнаружена гемма с изображением «Человека-быка», великого божества, сотворившего человека (рис. 50). Это про изведение искусства сродни «зеркалу» с кентавром, найденным невдалеке от устья Ангары» [39, с 334].

Наибольшее количество археологических находок, связан ных с Александром, были сделаны, как это ни странно, в устье реки Обь. На одной чаше изображено ни что иное, как сцена воз несения Александра Македонского на небо на грифонах (рис.51).

Чаша была найдена в 1982 г. в поселке Лопхари Шурышкарского района Ямало-Ненецкого автономного округа и считается Визан тийской [65].

На самом деле, обнаружение принадлежащих Александру ар хеологических находок в устье Оби вовсе не случайность, если учесть, что он здесь зимовал, основал город и много чего просто так разбросал. Диодор пишет, что, «войдя в океан вместе с «дру зьями, он увидел там два острова;

тотчас же принёс там вели колепные жертвы богам;

совершая возлияния, бросил в море много чаш и больших золотых сосудов, поставил алтари Фетиде и Океану, и решил закончить предпринятый поход. По вернув оттуда назад, он подошёл по реке к знаменитому городу Тавале.

Рис. 50. Гемма с изображением крылатого «Человека-Быка».

Ангара, район Балаганска [39, c. 333] В этой связи стоит ли удивляться тому, что рыбаки, закидывая невод в устье Оби, вместо золотой рыбки вылавливают серебря ные блюда. В 1938 году в верховьях Лозьвы В.Н. Чернецовым была записана легенда о том, что среди рыбы, выловленной нево дом на реке Обь, оказалось семь серебряных блюд, «и все одина ковые». Эти предметы позже оказались в хантыйских и мансийских культовых святилищах. Часть из них была обнаружена археологами.

К их числу относится серебряное блюдо с реки Малая Обь, Верхне Нильдинское серебряное блюдо и, возможно, Аниковское блюдо.

На блюде с Малой Оби, найденном А.В. Бауло в 1999 г., изобра жена сцена вознесения Александра на небо крылатыми львами (рис.52), но специалисты посчитали, что на блюде изображён Рис. 51. Серебряная чаша со сценой вознесения Александра Македонского.

Найдена в 1982 г. в селе Лопхари Шурышкарского района Ямало-Ненецкого автономного округа. [http://lenizdat.ru].

Израильско-Иудейский царь Давид с женой Вирсавией и сыном Соломоном [14, с. 143-153]. Между тем, подобная сцена на релье фе Дмитриевского собора во Владимире, отечественными спе циалистами признана сценой вознесения Александра (рис.15).

Верхне-Нильдинское блюдо хранилось в качестве фетиша на культовом месте недалеко от селения Верхне-Нильдино на Се верной Сосьве (рис.53). «В центре блюда находится изображение крепости (или замка), которую с двух сторон окружают десять всадников. На верхнем ярусе показаны фигуры трёх воинов. В баш нях видны головы ещё четырёх человек. С верхней части крепости свешиваются две фигуры погибших, два тела лежат у подножия стены. В середине сцены — фигуры семи музыкантов с поднятыми Рис. 52. Владимир. Дмитриевский собор. Вознесение Александра Македонского на небо. Рельеф бокового прясла южного фасада.


вверх трубами и человек, держащий на плечах ящик. В окне над входом в крепость изображена женщина с поднятыми вверх рука ми. Блюдо датируется VIII – началом IX вв. и относится к продук ции ремесленных мастерских Средней Азии [22, С.39-48].

Мне представляется, что на этом блюде изображена сцена взятия Александром столицы ассакенов города Массаги, где царица Клеопида, немного посопротивлявшись, сдала Алексан дру город, более того, обольстила его и родила ему сына.

Ещё одно серебряное блюдо из устья реки Обь было обнару жено во второй половине XIX века на реке Сыня. В нескольких мед ных котлах, которые торчали из земли, лежали литые серебряные и бронзовые изделия, в их числе и то, о котором речь. На блюде Рис. 53. Серебряное блюдо из Верхне-Нильдино. Сцена взятия Массаги [13].

изображена сцена царской охоты. Царь сидит на зебувидном бы ке, левой рукой держится за его рог. В правой руке у него копьё, которым он поражает другого зебувидного быка. Голова царя об несена нимбом. В правой верхней части экспозиции — фигура крылатого обнажённого мальчика, подносящего царю ленту (рис.54). А.В. Бауло считает, что изображена скорее не охота, а битва иранского хана Ездигера I (399-421) против двух быков, олицетворяющая борьбу за занятие престола и законное по лучение знаков власти от небесных богов [13, с. 132-148].

На мой взгляд, гораздо более оправданной была бы точка зрения, что изображённый сюжет касается кровавой борьбы Алек сандра Македонского за обладание власти над двумя царствами — Македонским и Персидским. Боги даровали ему ленту, как победителю.

Рис. 54. Серебряное блюдо с реки Сыня.

Сцена охоты Александра Македонского [13].

Последний в этой главе артефакт, сюжетно связанный с Алек сандром, но нераспознанный специалистами, был случайно найден на реке Большая Пиковка в середине 1950-х годов. Изделие пред ставляет собой медальон, сделанный из низкопробного серебра и хранится в Колпашевском краеведческом музее (рис. 55). Счи тается, что на медальоне изображен Парфянский царь, и изготов лен он на рубеже I века до н.э. и I века н. э. Любопытно, что анало гичный медальон хранится в Государственном Эрмитаже (у меня даже складывается впечатение, что это один и тот же медальон).

Искусствоведам, конечно, виднее, Парфянский, или Маке донский царь изображен на медальоне. Но Македонский доходил до Чулыма, а Парфянский нет.

Рис. 55. Медальон с изображением парфянского царя. Эрмитаж.

Аналогичный медальон найден на реке Большая Пиковка в 1955 г.

Легенда о царе Иване и Чаше Грааля Юлиус Эвола, анализировавший средневековые западно европейские легенды об Александре и Святом Граале, обнаружил утверждения, что Александр Македонский достигал царства пре свитера Иоанна, причём до него этих земель достигали Геракл, Дионис и Ксеркс, а после него датский король Огьер [83, С.409].

Вопрос о локализации государства царя-священника Ивана рассмотрен мною в монографии «Сибирская Прародина», — это Томское Приобье. Остается думать, что именно этих мест дости гал в IV в. Александр Великий, хотя до воцарения Иоанна здесь оставалось ещё полтора тысячелетия.

Западноевропейский ареал распространения легенд о Гра але совпадает с ареалом расселения древнегерманского пле мени готов. Топонимические, лингвистические, археологические и источниковедческие данные позволяют предполагать, что об раз Грааля как чаши (graal по-старофранцузки «чаша») был принесён готами с востока из Сибири. Прототипом Грааля мож но считать чашеобразные травертиновые родники, широко рас пространённые на юге Томской области.

На западе Европы от Пиренеев до Скандинавии издревле бытуют легенды о Святом Граале. Они зафиксированы в Испании, на юге Франции, в Германии, в Англии, в Исландии и в других стра нах. Несмотря на широту ареала, содержание этих легенд на удив ление однотипно. Где-то в неприступном месте, в горах или дрему чих лесах, высится гора Монсальват — гора спасения. На вершине этой горы находится неприступная твердыня, обитель высшего Братства. В дивном святом храме оно оберегает Чашу Грааля.

Кругом непроходимые леса на тридцать миль. У подножия горы большое озеро или даже море, по другой версии, вокруг горы протекает быстрая непреодолимая река. Над потоком нависают скалы, преграждая путь наверх. В лесу во все стороны от замка выставлена стража, никого не пропускающая безнаказанно.

В это таинственное Братство могут попасть лишь такие же, как сам Грааль, чистые сердцем, чей дух способен преодолеть любые соблазны этого мира. Грааль не терпит близости нечестивого, он сжигает человека, недостойного лицезреть его. Поэтому стать ры царем и хранителем Грааля — величайшая честь и наивысшее достижение, доступное смертному. Вот почему немало людей в средние века устремлялись к этой цели всех целей, к этому таин ственному месту на Земле.

Без преувеличения можно сказать, что Грааль — самое воз вышенное и сокровенное внехристианское понятие средневе ковой Западной Европы. Грааль — это символ чистоты, неза мутненности, первичности. С Граалем ассоциируются в первую очередь родники с чистейшей водой, а также чистота непорочной женщины и древняя неискажённая мудрость. Трудно сказать, породила ли какая-нибудь другая легенда столько помыслов, переживаний, устремлений, как легенда о Граале. О ней написаны горы книг. Какие только теории не создавались о происхождении самого сказания, о понятии Грааля и о Братстве Грааля, подчерки вает Рихард Рудзитис в монографии «Братство Грааля». Это, по его мнению, свидетельствует о том, что средневековые европейцы отно сились к Граалю и Братству Грааля как к реальности. Но при этом ни один церковный историк даже не обмолвился о Граале [63].

Считается, что легенда о Граале проникла на Запад в XII-XIII веках во время крестовых походов, когда впервые Запад непосред ственно соприкоснулся с Востоком. Мне представляется, что это случилось как минимум на тысячелетие раньше, и связано с пере селением народов из Азии в Европу. Подтверждением может слу жить обнаружение персидской легенды о Граале. В 1940 году в очерке «Скрыня» Н.К. Рерих писал: «Считали, что сказание о Парцифале, о Граале есть чистейший вымысел. Но чешский учёный недавно нашёл в иранской литературе V века книгу «Парси Валь Намэ», где рассказана в манихейском понимании легенда о Парцифале, о Граале».

Самым древним воспроизведением легенды о Граале на За паде является роман Кретьена де Труа на французском языке. Это сочинение использовал Вольфрам фон Эшенбах в своей вели чественной поэме о Парцифале, позже Альбрехт фон Шарфенберг, Рихард Вагнер и многие другие авторы. В Англии эта легенда сли лась со сказаниями о короле Артуре и рыцарях Круглого стола.

Наиболее удивительным в легендах о Граале является эпи лог, практически одинаковый во всех легендах, в котором опи сывается возвращение Грааля на Восток, как подчёркивал Ри хард Вагнер, на родину. В старофранцузском романе о Граале последние рыцари Грааля Галаад и Парсеваль перевозят чашу Грааля в восточную страну Саррасу и помещают ее в «духовном замке». Так же в другом романе Галаад переносит Святой Грааль из Британии, которая уже недостойна лицезреть его, в ту же восточную страну. И в древнекельтской легенде о Мерлине хранители священного сосуда Грааля отправляются на Восток.

В испанской легенде хранительница Грааля Эсклармонда, ук рыв чашу Грааля глубоко в недрах горы, сама превращается в белую голубку и улетает на горы Азии, где живет и по сей день в земном рае. Наиболее подробно возвращение Грааля на роди ну описано Альбрехтом фон Шарфенбергом в «Новом Титуреле».

Когда христианство по мере своего распространения стало всё больше уподобляться язычеству, хранители Святого Грааля сочли Запад слишком греховным и неподходящим местом для пребывания Грааля. Их взор обратился на Восток — родину всех духовных ценностей. И вот Братство Грааля с Парцифалем во гла ве отправляется из Европы на Восток, где они прибывают в страну брата Парцифаля Фейрефица. Тот встречает их и, высоко вознося хвалу, рассказывает о могущественной стране индийского царя священника Ивана, вассалом которого является и сам Фейрефиц со своим государством. Власть Ивана простирается на две трети мира. Его страна находится вблизи рая, отделённого от мира высокой горой.

Священнослужитель Иван известен на небесах и Богу своими великими добродетелями. Также и жителям его страны присуща нравственная чистота, им неведомы зависть, скупость, воровство и суеверие. Страна его изобилует редкими чудесами природы:

там есть источник, охраняющий от болезней, есть и драгоценный камень, дарующий человеку молодость. Его обитель — чудесный замок, напоминающий замок Грааля.

Когда Парцифаль и Хранители Грааля выслушали рассказ Фейрефица о царе Иване, сердца их воспламенились, и они от правились дальше в Индию, чтобы служить ему. Царь Иван, узнав об этом, выходит в торжественном шествии навстречу Граалю.

После встречи все сердца пылают горячим желанием, чтобы и за мок Грааля находился здесь. Сердечные моления возносятся к Граалю, и Грааль внемлет молитве. Святой замок не будет боль ше находиться среди развращенного народа: он исчезает с Мон сальвата, и лучи утреннего солнца приветствуют его в Индии.

Теперь, когда чаша Грааля находится в святом своем доме, в Индии, и пребывает в полной безопасности, Титуреля, бывше го хранителем Грааля на протяжении вот уже пятисот лет, охва тывает сильная тоска по райскому покою и через девять дней он умирает.

Царь Иван, признавая святость, достоинства и могущество Парцифаля, предлагает ему корону своего государства, когда же тот из скромности отказывается, на чаше Грааля появляется над пись: «Парцифаль должен стать царём, но он должен принять имя Ивана». Лишь десять лет правит Парцифаль Ивановым царством, ибо на нём лежит грех: мать его умерла в сердечной тоске по нему.

Владыкой Грааля теперь становится сам священнослужитель Иван. Чаша Грааля более не охраняет от смерти, она только очи щает души. Отныне всегда на чаше будет появляться имя того, кому суждено стать царем Иваном.

Но на Западе, особенно среди рыцарей Круглого стола коро ля Артура, молва о Граале не умолкает, и во многих сердцах воз горается стремление найти его. В этих поисках рыцари странствуют чуть ли не по всему миру, но Святой Чаши так и не находят. Далеко на Востоке пребывает Грааль, скрытый его Хранителями. Таков эпилог возвышенной поэмы Альбрехта фон Шарфенберга [63].

Некоторые учёные отрицают реальность существования Ивана и его царства, несмотря на то, что византийский император Мануил Комнин (1143 – 1180) получал от него письмо. Н. Горелов указывает, что сегодня известно около ста шестидесяти списков только латинской версии этого текста [54]. В одном из них, опу бликованном Н. Гореловым, трижды упоминается индийский царь Пор. Сам царь Иван утверждает, что живёт время от времени во дворце, построенном Пором. Кроме того, на равнине под наз ванием Римок царь Пор поставил большой и высокий обтёсанный камень. Высота его сотня шагов, длина пятьдесят [54, с. 39, 43, 44].

Альфред, король англосаксов, отправил в Индию посольство с дарами, и даже существуют свидетельства, что оно возврати лось [54, с.49].

5 мая 1122 года индийский патриарх, посланник царя Ивана, был принят папой Каликстом [54, с. 56].

А папа Александр III 27 сентября 1177 года отправил к царю Иоанну лейб-медика магистра Филиппа с длинным посланием.

Венецианец Марко Поло, 17 лет прослуживший Великому мон гольскому хану, в своей знаменитой книге написал, что царь Иван погиб в битве с Чингисханом в 1221 году [52]. Поскольку между описываемой битвой и приездом Марко Поло в Камбалык прошло меньше пятидесяти лет, думается, Марко Поло можно верить.

«Говорится в сказаниях, как узнал поп Иван, что Чингис-хан со всем своим народом идёт на него, выступил и он со своими против не го;

и всё шёл, пока не дошёл до той самой равнины Тандук, и тут, в двадцати милях от Чингис-хана, стал станом;

отдыхали здесь обе стороны, чтобы ко дню схватки быть посвежее и пободрее.

Вот раз призвал Чингис-хан своих звездочётов, христиан и сарацинов и приказывает им угадать, кто победит в сражении — он или поп Иван. Колдовством своим знали то звездочеты.

Сарацины не сумели рассказать ему правды, а христиане объяс нили все толком;

взяли они палку и разломали ее пополам;

одну половинку положили в одну сторону, а другую в другую, и никто их не трогал;

навязали они потом на одну половину палки чин гисханово имя, а на другую попа Ивана.

«Царь, — сказали они потом Чингис-хану, — посмотри на эти палки;

на одной твоё имя, а на другой попа Ивана;

вот кончили мы волхование, и чья палка пойдёт на другую, тот и победит».

Захотелось Чингис-хану посмотреть на то, и приказывал он звездочётам показать ему это поскорее. Взяли звездочеты христиане псалтырь, прочли какие-то псалмы и стали колдо вать, и вот та самая палка, что с именем была Чингис-хана, никем не тронутая, пошла к палке попа Ивана и влезла на неё;

и случилось это на виду у всех, кто там был.

Увидел то Чингис-хан и очень обрадовался;

а так как хрис тиане ему правду сказали, то и уважал он их завсегда и почитал за людей нелживых, правдивых.

Вооружились через два дня обе стороны и жестоко бились;

злее той схватки и не видано было;

много было бед для той и другой стороны, а напоследок победил-таки Чингис-хан.

И был тут поп Иван убит [52].

С того дня пошел Чингис-хан покорять свет. Процарствовал он, скажу вам, ещё шесть лет от той битвы и много крепостей и стран покорил;

а по исходе шести лет пошёл на крепость Кан ги, и попала ему тут стрела в коленку;

от той раны он и умер».

Известно, что Чингисхан погиб в битве с тангутами в 1227 го ду. Следовательно, царь Иван был убит в 1221 году. Названия же Тандук, Тангут характеризуют местность весьма далёкую от Ин достанского полуострова.

Несколько по другому, но всё с той же убежденностью в реаль ности его существования, рассказывает о царе Иване монах-фран цисканец Плано Карпини. Его направил на разведку в Монгольскую империю Римский папа Иннокентий IV. В 1246 году, через двадцать пять лет после гибели Чингисхана, Карпини четыре месяца про вёл в ставке Великого хана Гуюка, присутствовал на его коро нации. Отчёт о его путешествии был опубликован уже в XIII веке в энциклопедии Винцена «Великое зеркало». Карпини писал:

«Также другого сына он (Чингисхан — Н.Н.) послал с войском против Индов, и он покорил малую Индию;

это чёрные Сарацины, которые именуются Эфиопами. Это же войско вышло на бой против христиан, которые находятся в большой Индии. Слыша это, царь той страны, который именовался в народе Пресвите ром Иоанном, выступил против них с соединённым войском и, сделав медные изображения людей, поместил их на сёдлах на ло шадей, разведя внутри огонь, а сзади медных изображений помес тил на лошадей людей с мехами, и со многими изображениями и лошадьми, так подготовленными, они вступили в бой против вышеназванных татар;

и когда они пришли на место боя, то послали вперед этих лошадей одну рядом с другой;

мужи же, бывшие сзади, положили что-то на огонь, который был в вышеназванных изображениях, и стали сильно дуть мехами. Отсюда произошло, что греческий огонь опалял людей и лошадей, и воздух омрачился от дыма, и тогда они пустили стрелы в Татар;

от этих стрел много людей было ранено и убито, и таким образом они выгнали их в замешательстве из своих пределов, и мы никогда не слыхали, чтобы Татары впредь к ним возвращались» [32].

Сравнивая рассказы Поло и Карпини, мы видим, что у одного побеждает Чингисхан, у другого Иван, у одного царь Иван погиба ет в битве, у другого продолжает здравствовать в качестве побе дителя. Чему верить? Оставим этот вопрос будущим иссле дователям, а зафиксируем то, что и Поло, и Карпини с одинаковой уверенностью говорят о реальности существования христианского царя Ивана.

Далее Карпини приводит ещё две важные подробности мон гольских походов, имеющие отношение к походу Александра:

1. «Когда они возвращались через пустыни (имеются в виду ненаселённые места — Н.Н.) …нашли каких-то чудовищ, имевших женский облик…мужчины же имеют облик собачий».

Именно собакоголовых кинокефалов средневековые ученые отождествляли с легендарными яджуджами и маджуджами.

2. Когда войско Чингисхана, из земли черкесов, возвраща лось мимо Каспия на восток, ему встретились люди, жившие под землёй: «Всё подвигаясь оттуда к востоку с лишком на месяц пути, они прошли по большой степи и добрались до некоей зем ли, где, как нам передавали за вполне достоверное, они видели наезженные дороги, но не могли найти ни одного человека;

но они так усиленно искали по земле, что нашли одного человека с его женой, которых привели пред очи Хингис-хана;

и, когда он их спросил, где находятся люди этой страны, те ответили, что они живут в земле, под горами…»[32].

Мы в наше время считаем, что катакомбы под Томском, Юргой, Омском и другими сибирскими объектами создавались после при хода в Сибирь казаков Ермака, а указания Карпини, Поло, Патка нова свидетельствуют о другом: во времена Чингисхана они уже существовали, а создавались гораздо ранее.

Известный историк Л.Н.Гумилёв посвятил Ивану и его царству монографию со следующим предуведомлением: «Возьму-ка я за ведомо правильное суждение, что Чингисхан был и его империя существовала, и заведомо сомнительное, что пресвитер Иван царствовал в «Трех Индиях», и сопоставлю их на авось. Вдруг от такого сочетания сама собой получится органическая концеп ция» [26]. Разумеется, Гумилёв пришёл к выводу о вымышленности Иванова царства, и к другому выводу он никак не мог прийти с той предубежденностью, которую продемонстрировал в предуведом лении. Результат, полученный Гумилевым в отношении царя Ивана, показывает, что предубеждение сильнее любых источников, сильнее Марко Поло и Плано Карпини вместе взятых.

Большинство исследователей, признающих, в отличие от Гу милёва, Ивана исторической личностью, отождествляли Иванову Индию с Индией на полуострове Индостан. Однако это представ ление базировалось на игнорировании миграционной метаисто рии. С учетом глобальных переселений народов локализация Ива новой Индии представляет большой вопрос. И понятно, что если была бы установлена локализация этого царства, то и само былое существование Ивана, равно как и существование Чаши Грааля, получило бы дополнительный критерий достоверности.

В этой связи особую важность приобретает свидетельство бе зымянного монаха-францисканца. В его «Книге познания», напи санной в Испании в 1345-1350 гг., говорится, что Иваново царство располагалось в центре Азии, называлось оно Ардеселиб и столи цей имело город Грасиону. Рядом с Ардеселибом располагался Кара-Китай, включавший такие провинции, как Иркания и Готия [77]. В Иркании с определенной смелостью можно предпола гать юргинскую лесостепь, населённую геродотовыми иирками, а Готия не может интерпретироваться иначе, чем земля древне германского племени готов. Коли так, становится понятно, почему в легендах о Граале рядом с Ивановым царством располагалось королевство брата Парцифаля Фейрефица.

Конечно, на первый взгляд представляется довольно стран ным существование в томском Приобье готского королевства, одна ко это только на первый взгляд и опять же без учета метаистории.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.