авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«Ученые труды философского факультета Таврического национального университета им. В.И. Вернадского Кемалова Л.И., Парунова Ю.Д. Личность маргинала и ...»

-- [ Страница 3 ] --

«Маргинальные» особи, чьи биологические и поведенческие характеристики отклоняются от типичных для данного вида, оказываются «эволюционным авангардом». Когда условия существования вида изменяются так, что ему грозит вымирание, они выводят вид на новые эволюционные пути.

Некоторые исследователи считают, что появление выдающихся людей — так называемых Великих маргиналов — обусловлено пограничным состоянием разномасштабных пространственно временных процессов, аккумулирующих источники созидательной энергии (пассионарности), среди которых — социальный заказ, свобода личности, интенсивные экономические и социокультурные контакты и информационный обмен.

В истории человечества выделяются два хронологических "пика" появления гениальных личностей, оказавших наибольшее влияние на общественное развитие. Они соответствуют эпохам Великих открытий духовного мира (примерно между 800 и 200 гг.

до н. э.) и Нового времени, обусловленного Великими географическими открытиями. Спрос на культурных людей и гениев возникает как социальный заказ общественно экономического развития. Имперские эпохи дали большое количество востребованных талантов — политиков, историков, поэтов, писателей и живописцев, а «смутные времена» — философов и религиозных деятелей. Среди них: Христос, Будда, Конфуций, Мухаммед и другие.

Изобилие личностей в Древней Греции отмечалось в период античной демократии и свободной торговли городов-полисов. В средневековых европейских вольных городах свободомыслящий человек также проявляет себя в ремесле, литературе, искусстве и общественно-политической жизни. В независимых городах государствах Северной и Средней Италии возникло исключительно городское явление — Возрождение (Ренессанс), давшее миру Леонардо да Винчи, Микеланджело и многих других талантов.

Нидерланды же, как известно, не только страна первой буржуазной революции, но и Великой живописи XV-XVII вв. (Рубенс, Рембрандт, А. Ван Дейк, И. Босх).

Как ответ на реформы просвещенного абсолютизма, уничтожившие некоторые устаревшие феодальные институты, Германия конца XVIII и начала XIX вв. стала страной напряженной творческой жизни гениальных поэтов и философов, среди которых Г. Лессинг, И. Гердер, И. В. Гете, Ф. Шиллер, И. Кант, И. Г. Фихте, Г. Гегель, Ф. Шеллинг, А. Шопенгауэр и другие. Возможно, в этом проявился дух вольных германских городов.

Среди великих людей часто встречаются бикультуралы носители двух и более культур. Статистика Нобелевских лауреатов свидетельствует о значительной роли диаспоры, особенно еврейской, русской, ирландской, испанской и польской, в мировой литературе. За период 1901-1991 гг. на страну эмигрантов — США — приходилось 204 из 604 Нобелевских лауреатов, в том числе из 32 в области экономики. При этом отмечается широкая география рождения североамериканских лауреатов.

Один из самых ярких маргинальных мыслителей ХХ века Михаил Бахтин (1975) утверждал, что культура не имеет собственной территории и расположена на границах. Бахтинская концепция хронотопа — это диалог в маргинальных зонах, на границе всего со всем. Рукописи и книги лежат на границе между мертвой природой и культурой в едином реальном и незавершенном мире, где происходит их непрерывный обмен без отрыва от меняющегося исторического пространства.

Характерной особенностью маргинальной русской культуры является ее открытость миру. Среди знаменитых людей, русских по духу и культуре: Пушкин — из арапов, Гоголь — украинско татарские корни, Фонвизин — немец, Багратион — грузин;

Вахтангов, Хачатурян, Айвазовский — армяне, Куприн — татарин;

Левитан, Репин и Пастернак — евреи;

Достоевский — белорусско польские корни. Вот только несколько русских фамилий тюркского происхождения: Аксаков, Арсеньев, Бердяев, Булгаков, Бунин, Гоголь, Карамзин, Рахманинов, Тимирязев, Тургенев и многие другие.

Рассматривая свойства маргинального человека, необходимо особо выделить из основных его свойств — неопределенность.

Поскольку маргинал может наблюдать, осознавать одновременно несколько целостностей, не входя при этом ни в одну из них полностью, то его взгляд оказывается максимально объективным по отношению к существующим нормам и стандартам бытия сознания.

Выход за пределы своего статуса способствует появлению личности, обладающей новаторскими качествами. Обычно маргинальные люди бывают гораздо более творческими натурами, чем те, кто живет в единственном социокультурном пространстве.

Маргинал может по-разному воспринимать действительность: он либо смиряется со своим положением, либо живет с чувством неполноценности и разочарования, либо стремиться изменить окружающую действительность, используя свой творческий потенциал. Однако новаторские, вследствие своей маргинальной сущности, личности не всегда получали со стороны своих современников положительную оценку. Как отмечает В. Хесле, «великий человек является бедствием, между прочим, не только потому, что отбрасывает тень на поиск идентичности простым смертным;

своими моральными новшествами великий человек часто наносит урон традиционным ценностям и способствует тем самым кризису идентичности» [121, c.120]. То есть маргинальный человек нарушает устоявшуюся определенность в сознании и бытии своего социального окружения. Маргинальная личность, будучи по своему мироощущению иной, нежели основная масса общества, искали новые способы существования в мире. Обычный человек слишком погружен в определенную социальную реальность, стремясь упрочить свое стабильное положение, тогда как маргинал представляет собой альтернативу любой определенности и обыденности. Сознание маргинала не замкнуто в себе, но в то же время не знает себя, так как находится в процессе сущностного самоопределения, а потому открыто для новых возможностей.

Маргинал способен видеть то, что до этого никем не замечалось!

При этом не всегда его активность носит позитивный характер, часто он становится разрушителем, бунтарем. Его действия могут носить антиобщественный характер, что проявляется в различных формах терроризма, экстремизма. Но, несмотря на то, что в современных условиях нашего общества возрастает именно деструктивный тип маргинальности (и негативное отношение общества к маргинальности связано с ним), все же он не является определяющим для всего феномена в целом, а представляет собой лишь одну из форм его проявления в мире. Только от самого индивида зависит, сможет ли он воспользоваться предоставляемой ему возможностью реализовать свой творческий потенциал.

Большинство, как правило, негативно относится к любым новаторским идеям со стороны маргиналов. Но даже если общество не признает новаторских идей маргиналов, то их появление, по крайней мере, свидетельствует о необходимости перемен в обществе. «Всякое новое начинание обычно идет от меньшинства, — подчеркивает В.Ф. Овчинников, — от тех немногих, которые замечают раньше других скрытые тенденции. Об этом свидетельствует вся история науки, искусства, культуры» [82, с. 93].

В этом смысле маргинальность — условие самовыражения человека, форма проявления его жизненного ресурса, так как помогает человеку вбирать в себя все многообразие мира и предоставляет свободу формирования собственного самосознания без оглядки на стереотипы.

Будучи по своей природе человеком постоянно меняющимся, маргинал изменяет свое социальное пространство в соответствии со своим видением мира. Маргинальный человек обладает относительной свободой, он способен к самотрансцендированию, то есть, выходу за собственные пределы, он способен прорываться через сдерживающие трудности. Самотрансценденция как процесс есть деконструкция, и сочетает в себе деструкцию как разрушение и конструкцию как восстановление, конструирование на новой основе базовых характеристик человеческого как феномена. Если самотрансценденция прерывается на стадии деструкции, она приводит к тотальному разрушению того, на что была направлена, если процесс не прерывается, то она приводит к сохранению, преумножению человеческого. В этом заключается одна из возможностей, предоставляемых человеку его маргинальным положением, когда он, трансцендируясь, реализует свой творческий потенциал, подавляемый его социальным окружением. Поэтому маргинальность может быть рассмотрена как условие самовыражения человека, форма проявления его жизненного ресурса.

Одной из причин формирования маргинальной личности является утрата им своей идентичности (социальной, религиозной, этнической и т.д.). Это происходит в результате отчуждения человека от самого себя или вследствие процесса деструктуризации социальной жизни общества. В этот период целые группы населения находятся в переходном состоянии, идет процесс маргинализации, а увеличение числа маргинальных элементов свидетельствует о кризисе в обществе. В связи с этим возникает необходимость уточнить такие понятия, как идентичность, идентификация, кризис идентичности, которые представляют особый интерес для данного исследования. Этому вопросу посвящен подраздел 2.4.

Здесь же отметим только, что благодаря акту идентификации, человек знает свое место и узнается другими. Вне своей определенной группы человек испытывает состояние психологического дискомфорта и беспомощности. В условиях перехода возникает феномен «массовой патологии идентичности»:

человек переживает бессилие, отчужденность от всего, в том числе и от самого себя. Поиск «своих» в условиях социокультурного плюрализма осуществляется через «других». Причем «другие»

рассматриваются как «чужие», при этом возрастает негативизм по отношению к ним. Когда теряется социальная идентичность, человек чувствует апатию, ему присуща социальная безответственность, что может привести к дезорганизации социального организма. Дисгармония между «Я» и «социальным Я»

является одной из самых распространенных причин кризиса идентификации. Происходит утрата человеком его личностного самоопределения в окружающем социальном пространстве.

Становление маргинальной личности через утрату ею своей идентичности включает в себя ряд моментов: а) когда человек теряет свой прежний статус и пребывает в поиске своей будущей определенности;

б) когда у индивида объективно или субъективно существует несоответствие между различными уровнями его идентичности и реально отсутствует возможность ее полного обнаружения. Идентичность устанавливается как следствие двух процессов: совмещения и разъединения. Иметь социальную идентичность и означает присоединяться к одним и отделяться от других социальных групп. Стремление индивида идентифицировать себя с тем или иным сообществом возникает при разрушении традиционного уклада.

Самоидентификация маргинальной личности сопряжена с рядом осложнений. Поскольку маргинальная личность находится на границе двух ценностных систем, возникает проблема окончательного выбора — выбора системы идеалов, ценностей, доминирующих в каждой конкретной культуре и контролирующих поведение ее членов. Пограничное состояние маргинала напоминает состояние известного животного, стоящего между двумя охапками сена, причем выбор происходит в условиях социальной аномии, то есть, в условиях хаоса и дезорганизации.

Индивид, не нашедший себя в прежней социальной общности, пытается идентифицировать себя с этосом новой общности. Эта попытка предпринимается только потому, что «Я» маргинальной личности испытало состояние самоотвержения. Это констатируется самим фактом перехода индивида в новый социальный статус.

Индивид, отказываясь от самого себя в прежнем состоянии, отказывается от своего прежнего «Я».

В связи с этим поднимаются проблемы социализации маргинальной личности, которая имеет свои особенности.

Поскольку этому вопросу посвящен подраздел 2.4., то здесь только отметим, что когда традиционное общество приходит в соприкосновение с обществом современным, «погружается» в него, и традиционная культура начинает «растворяться» в ней, тогда человек традиционного общества и система отражающих его понятий подвергается изменениям. Совмещение двух моделей (традиционной и современной) социализации дает не новую модель, но сохраняет черты обеих. И именно такая интегрированная, «раздвоенная» модель социализации оказывается условием формирования маргинальной личности. Механическое наложение принципиально различных моделей приводит к ситуации, когда человек, будучи представителем традиционной культуры, на различных этапах своего развития и социализации получает знания, образование, культуру и виды деятельности, большинство из которых теряют свое значение в социокультурных условиях современного общества. Конкуренция противоположных ориентаций моделей социализации захватывает изнутри всю систему ценностей личности, и ведет к психосоциальной дезадаптации личности. Конфликт на уровне культурных ориентаций и ценностей приводит к формированию отклоняющегося поведения. Если человек вынужден усваивать нормы поведения и ориентироваться на культурные стереотипы, оказывающиеся противоречивыми, то он невольно формирует в себе черты делинквентной личности. Отсюда одна из важных проблем общества — распространение асоциального и аддиктивного поведения.

Серьезным изменениям подвергается и процесс формирования системы ценностей в ситуации маргинализации. Маргинальная личность обладает как бы двумя частично перекрывающимися культурами, что приводит к формированию системы понятий и мировоззрения маргинала, поскольку созданные в процессе воспитания традиционный и современный образы мира остаются до конца несовместимыми, и не позволяют развивать его целостное мировоззрение. Именно поэтому не только в области чувств, но и в области личных диспозиций «человек двух культур» оказывается расщепленным индивидуумом.

Маргинальная личность и в генетическом смысле занимает пограничное положение: такой человек может обладать наследственно обусловленными признаками поведения обеих сторон, но ни обладать своеобразием и уникальностью ни одной их них.

Таким образом, как отмечал Ю. Плюснин, «маргинальная личность — индивидуальность, сформировавшаяся на стыке двух разных культур, часто далеких друг от друга, индивидуальность, постоянно пребывающая на грани, колеблющаяся в выборе стиля своего поведения между той или другой культурами и потому вынужденная затрачивать значительные усилия на поддержание внутреннего равновесия» [88, c. 3].

Чтобы концептуально решить проблему социализации маргинальной личности нужно подойти к ней с двух сторон:

Следует рассмотреть предпосылки, которые создают развитию личности социальные отношения, присущие различным типам обществ. Ведь именно разница в характере социальных отношений и составляет тот дифференциал, величина которого определяет степень маргинализации личности;

Следует обратиться к анализу влияния различных форм семейных отношений, присущих тому или иному типу обществ, на процесс «введения в культуру» нового члена общества.

В результате анализа этих условий социализации и могут быть сформулированы основные положения, которые позволят построить современную модель формирования маргинальной личности.

Проблемы, связанные с социальной самоидентификацией, влияют на психологическое состояние индивидов и вызывают чувства неопределенности, повышенной тревожности, дезадаптации, что сказывается на поведении индивидов. В связи с этим вырисовывается социально-психологический портрет маргинала как совокупность социально-психологических характеристик личности, проявляющихся в ее поступках и действиях. Это позволяет понять причины роста протестного потенциала, агрессии со стороны тех, кто оказался «на обочине»

жизни.

Можно предположить, что в зависимости от различных типов маргинальности складываются различные типы маргинальной личности, обладающие определенным набором психологических особенностей.

Так, в культурной маргинальности природу маргинального человека определяет чувство моральной дихотомии и внутриличностного конфликта, вызванное его промежуточным положением на границе двух культур. В связи с этим у индивида изменяются привычные представления об окружающем мире, что приводит к внутреннему расколу личности. К комплексу черт такой маргинальной личности относятся: постоянная боязнь быть отвергнутым, одиночество, уверенность в том, что окружающие несправедливо с ним обращаются [130, с. 492]. Человек обнаруживает, что его социальный мир дезорганизован, личные связи нарушены, у него появляется чувство смятения и подавленности. Психологический конфликт у такой маргинальной личности приводит к ощущению безнадежности и отчаянию, а также вызывает разрушение «жизненной организации», структуры установок и системы ценностей [105, с. 101, 106]. У культурного маргинала возникает чувство изолированности, отчужденности, бессмысленности существования [113, с. 71]. Это ощущение способно породить как уход от реальности, так и попытки преодолеть сложившуюся ситуацию. Благодаря таким специфическим чертам, как обострение рефлексии и самосознания, критический и скептический склад ума, маргинал способен как бы со стороны взглянуть на то, что казалось привычным и несомненным.

Для личности социального типа маргинальности при наличии общих с предыдущим типом маргинальной личности черт, характерны особые социально-психологические свойства. Если разделить социальных маргиналов на тех, кто опустился на «социальное дно» (маргинальность-периферийность) и тех, кто находится в ситуации смены одного социального статуса на другой (маргинальность-пограничность) [14, с. 8], то можно увидеть различие в их психологических чертах. Деклассирование, наряду с разрушением прежнего образа жизни, означает разрушение личности человека. В процессе смещения на «социальное дно»

изменяется сознание индивида. На первое место выходят инстинкты простого выживания, отступают культурные нормы поведения и возникает агрессия. Происходит смена ценностных ориентаций, ведущими становятся стремление обогатиться за чужой счет, авантюризм. Формируется нетерпимость по отношению к существующим социальным институтам, моральный релятивизм, нежелание подчинять индивидуальные интересы общественным.

Именно эти маргинальные слои зачастую и представляют собой очаги социальной нестабильности в обществе, являются социальной базой для различных форм девиантного поведения.

Для индивидов, находящихся в состоянии смены социального статуса характерными социально-психологическим чертами являются: тревожность, неуверенность, неопределенность, растерянность, сомнения в личной ценности, комплекс изолированности, одиночество [59, с. 30, 38]. Возможна также личностная дезорганизация, дезадаптация, снижение уровня социальных ожиданий и уровня притязаний. Нужно заметить, что степень выраженности данных чувств и состояний зависит от личностных особенностей индивида, а также от конкретного вида маргинального статуса — мигрант, безработный, человек, меняющий профессию, должность, место работы. Особо восприимчивы к маргинальным ситуациям, по мнению авторов, личности с акцентуацией характера. От типа акцентуации зависит форма реагирования личности на маргинальную ситуацию и поиск выхода (или отсутствие поиска) из тупика.

Акцентуация (от лат. Accentus – ударение, подчеркивание) — это своего рода «ахиллесова пята» личности. Акцентуация характера — понятие, введенное К. Леонгардом и означающее чрезмерную выраженность отдельных черт характера и их сочетаний, представляющую крайние варианты нормы, граничащие с психопатиями [см.: 59].

Она создает внутреннюю предрасположенность к девиантным поступкам. Одна и та же маргинальная ситуация может влиять на людей по-разному, поскольку их отличают не только индивидуальные черты, но и разница в развитии, связанная с течением их жизни. Поведение человека зависит от того, в какой семье он вырос, в какой школе учился, кто он по профессии, в каком кругу вращается. Акцентуация — это, в сущности, те же индивидуальные черты, но обладающие тенденцией к переходу в патологическое состояние. При большей выраженности эти черты накладывают отпечаток на личность как таковую и могут приобретать патологический характер, разрушая структуру личности [59, с. 40]. В акцентуированных личностях потенциально заложены как возможности социально положительных достижений, так и социально отрицательный заряд. Некоторые акцентуированные личности предстают перед нами в отрицательном свете, то есть, жизненные обстоятельства им не благоприятствовали, но вполне возможно, что под влиянием других обстоятельств они стали бы незаурядными людьми. Так, например, застревающая личность, по мнению К. Леонгарда, «при неблагоприятных обстоятельствах может стать несговорчивым, не терпящим возражений спорщиком, но если обстоятельства будут благоприятствовать такому человеку, не исключено, что он окажется неутомимым и целеустремленным тружеником» [59, c.41]. Такой тип личности чувствителен к социальной несправедливости, стремится добиться высоких показателей в работе, предъявляет повышенные требования к себе. Но в то же время он обидчив, уязвим, подозрителен, мстителен.

Педантическая личность при неблагоприятных обстоятельствах может заболеть неврозом навязчивых состояний, а при благоприятных — из нее получится образцовый, ответственный работник. К позитивным чертам данного типа личности К.

Леонгард относит: добросовестность, аккуратность, серьезность, надежность в делах. К негативным: формализм и брюзжание.

Демонстративный тип личности. Он характеризуется легкостью установления контактов, стремлением к лидерству, жаждой власти и похвалы. Данный тип хорошо приспосабливается к людям, он общителен, неординарен в мышлении и поступках. Но при этом демонстративный тип личности эгоистичен, лицемерен, хвастлив, нередко отлынивает от работы. Эти черты его характера зачастую отталкивают от него людей.

Возбудимый тип акцентуированной личности — это тип с низкой контактностью в общении, склонный к конфликтам, раздражителен, вспыльчив, плохо контролирует свое поведение. Но в эмоционально спокойном состоянии люди данного типа добросовестны, аккуратны.

Гипертимный тип характеризуется чрезмерной контактностью, словоохотливостью. К негативным чертам такого типа личности относятся: легкомыслие, склонность к аморальным поступкам, повышенная раздражительность. К позитивным: энергичность, жажда деятельности, оптимизм, инициативность.

Среди акцентуации характера Леонгард выделяет также дистимный тип личности, который характеризуется низкой контактностью, пессимизмом. Привлекательными чертами такого типа являются: серьезность, добросовестность, обостренное чувство справедливости. К негативным чертам относятся: пассивность, замедленность мышления, индивидуализм.

Циклоидному типу личности характерны частые смены настроения, манеры общения с людьми. Они во время душевного подъема общительны, а в периоды спада — замкнуты.

Экзальтированный тип акцентуации характера. Личности данного типа контактны, словоохотливы. Они альтруистичны и сострадательны. Но при этом у них проявляются такие отрицательные черты, как: паникерство, приверженность сиюминутным настроениям.

Личности тревожного типа имеют низкую контактность, неуверенны в себе, робки. Они часто становятся объектами для шуток со стороны других людей. Но они самокритичны, доброжелательны, исполнительны — и эти черты можно отметить как привлекательные для данного типа личности.

Эмотивный тип. Люди с данным типом акцентуации характера предпочитают общение в узком кругу избранных, которых они понимаю «с полуслова». К негативным чертам данного типа личности относят: чрезмерную чувствительность и слезливость, а в качестве привлекательных черт называют доброту, сострадательность, исполнительность.

Экстравертивный тип личности отличается высокой контактностью. Они готовы вы слушать другого, исполнительны, часто готовы уступить роль лидера другому, предпочитая находиться в тени. Но при этом они подвержены чужому влиянию, легкомысленны, любят сплетни и слухи.

И, наконец, интровертивный тип. Люди этого типа характеризуются очень низкой контактностью, замкнутостью, оторванностью от реальности.

Они любят одиночество, редко вступают в конфликты.

Позитивные черты таких личностей — это: сдержанность, наличие твердых убеждений, принципиальность. Негативные: упрямство, ригидность мышления, упорное отстаивание своих идей, несмотря ни на что.

Интересен анализ К. Леонгардом рассмотренных выше типов акцентуированных личностей в художественной литературе [59, с.

383-509]. Он отмечает, что чаще всего акцентуированные личности являются второстепенными персонажами. Яркий пример наличия акцентуированных личностей мы находим у Ф.М. Достоевского. В его произведениях они нередко стоят на грани патологии, и это дает возможность автору подчеркнуть черты личности. Так, демонстративный тип личности изображен Ф. Достоевским в произведении «Братья Карамазовы»: отец братьев — Федор Павлович — ярчайший тому пример. «Есть у старых лгунов, всю жизнь проактерствовавших, минуты, когда он до того зарисуются, что уже воистину дрожат и плачут от волнения, несмотря на то, что даже в это самое мгновение… могли бы сами шепнуть себе: «Ведь ты лжешь, старый бесстыдник, ведь ты актер и теперь, несмотря на весь твой «святой» гнев и «святую» минуту гнева». К. Леонгард характеризует своего героя как человека, вытесняющего все то, что могло бы препятствовать осуществлению его эгоистических целей.

Но у акцентуированных личностей особенности их характера могут быть использованы и во благо. Примером служит герой романа Достоевского «Преступление и наказание» Порфирий. Благодаря своему искусству притворяться, он достигает своей цели — изобличает преступника Раскольникова. Образ Порфирия Петровича может служить примером того, что демонстративная личность способна использовать присущие ей данные в положительных целях, то есть для достижения этически ценного результата.

В этом же романе Достоевского описан еще один тип акцентуации — застревающий тип личности, которому характерны параноические черты. Это сам Раскольников.

Примером застревающего типа личности в литературе может служить, по мнению К. Леонгарда, и Электра из одноименной трагедии Софокла. Глубина ненависти к матери, охватившей Электру, говорит о том, что параноическое развитие, характерное для данного типа акцентуации, достигло своей вершины.

Возбудимый тип акцентуации личности — это грубые, импульсивные личности — тоже встречается часто в художественной литературе. Опять же у Ф.М. Достоевского встречается такой тип – это Дмитрий Карамазов. Это — запальчивый, необузданный, отчаянный человек, раб минутных настроений, иными словами возбудимая личность, доходящая до степени эпилептоидной психопатии [59, c. 439].

При определенных условиях тревожность как акцентуация характера личности мешает найти человеку свое место в жизни.

Примером эмотивной личности – страдающей, сострадающей, жертвенной, может служить Соня Мармеладова Ф. Достоевского («Преступление и наказание»).

Таким образом, все акцентуации характера личности усиливаются при определенных состояниях (в том числе и связанных с изменением социально-экономической, политической, культурной ситуации в условиях трансформационных процессов современного общества) и грозят перерасти в психопатии.

Не менее интересным является классификация акцентуаций характера, разработанная отечественным психологом А.Е. Личко.

Он отмечает, что чрезмерное усиление отдельных черт характера, при котором наблюдаются не выходящие за пределы норм отклонения в поведении человека, граничащие с патологией, чаще всего наблюдаются в подростковом и юношеском возрасте.

А.Е. Личко выделяет две степени акцентуации: 1) явная и 2) скрытая. Явная акцентуация отличается наличием выраженных черт определенного типа характера. Здесь могут наблюдаться временные нарушения адаптации. Скрытая акцентуация: в обычных условиях черты определенного типа характера выражены слабо или не выражены совсем. Но черты этого типа ярко выступают под влиянием некоторых ситуаций, в том числе и маргинальных.

Среди многообразия видов акцентуации можно выделить определенные типы людей:

Конформный тип людей с постоянной готовностью подчиняться авторитету, силе, мнению большинства;

конформисты легко ориентируется на принцип «как все»;

лишены рефлексии, инициативы, творческого риска.

Психастенический тип людей демонстрирует замкнутость, постоянную тревогу перед будущим;

склонность к «самокопанию»;

потребность в психологической поддержке.

Неустойчивый тип людей демонстрирует отсутствие воли;

пассивность и даже равнодушие к собственному будущему;

тяготение к праздности и отсутствие чувства ответственности, трудолюбия, упорства;

отсутствие чувства долга и устойчивых принципов;

равнодушие к окружающей среде и склонность к бегству, как от людей, так и от себя.

Истероидный тип людей демонстрирует склонность к эпатажному поведению, внешним эффектам. Как правило, люди этого типа — скандалисты. Они никого не уважают, но при этом требуют неукоснительного внимания к себе. В основном это экстраверты, ориентированные на праздную жизнь.

Эпилептоидный тип людей демонстрирует беспричинную возбудимость и агрессивность. Как правило, это эгоисты, проявляющие безжалостность и жестокость по отношению к другим. В их поведении просматривается ярко выраженный прагматизм и отсутствие сентиментальности [61, с. 40].

В трудных ситуациях у человека с акцентуированным характером может возникнуть нарушение поведения. Акцентуации характера, «его слабые места» могут быть явными или скрытыми, проявляться в экстремальных ситуациях. Лица с личностными акцентуация более податливы влиянию среды, более подвержены психическим травмам. И если неблагоприятная ситуация наносит удар по «слабому месту», то все поведение таких лиц резко видоизменяется — начинают доминировать особенности акцентуации.

Указанные типы акцентуации в значительной мере усугубляют состояние людей, оказавшихся в маргинальном положении, обостряют существующие коллизии. Ситуация обостряется в переходный период, когда маргинальность положения и реальные акцентуации дополняются психологической напряженностью перед лицом неопределенности даже ближайшего будущего. В этих условиях значительно усиливается рост преступности. Девиантное поведение уже никого не смущает, социальные аномалии воспринимаются как нормы. Существенно понижается рейтинг духовного «Я». Доминирует статус биологического «Я», имеет место трансформация социального «Я», проявляется склонность к аномальному поведению, использованию компенсационного механизма. В конечном итоге человек ставит под сомнение смысл жизни: последняя уже не рассматривается как высшая ценность. И тогда реальностью становится суицид.

В свете вышесказанного можно предположить, что в условиях маргинализации общества наиболее уязвимой частью становится та, к которой мы относим акцентуированных личностей. Склонность к делинквентному поведению, как проявлению девиации в условиях маргинальности, наблюдается у личностей, относящихся к неустойчивому типу, затем к истероидному и гипертимному типам личности [61, с. 46].

Каждый из рассмотренных видов маргинальности специфичен с точки зрения социально-психологических характеристик индивидов. В то же время вырисовывается определенный социально-психологический портрет маргинальной личности во всей совокупности ее разнообразных характеристик. В целом к социально-психологическим чертам маргинальной личности в переходных обществах можно отнести: неопределенность, неуверенность, пессимизм, агрессивность, невротичность, тревожные состояния, страх, чувство неуверенности в завтрашнем дне, чувство неудовлетворенности, фрустрации, подавленность.

В преобразующемся обществе процесс маргинализации протекает определенными этапами, которые в некотором смысле совпадают с этапами развития переходного периода. Можно выделить три этапа развития переходного общества. На первом этапе новые тенденции развития зарождаются в условиях господства старых. На этом этапе отвергается старое, развенчиваются старые устои, ценности. На втором этапе происходит борьба старого и нового, наблюдаются социальные потрясения. На третьем — новые тенденции развития становятся доминирующими, начинают функционировать новые структуры и приобретают необратимый характер тенденции стабилизации, однако старое еще продолжает существовать.

На этапе, когда зарождаются новые тенденции развития, в процесс маргинализации вовлекаются люди, потерявшие работу в результате преобразования социальных структур, но надеющиеся на то, что в скором времени обретут прежний социальный статус. На этом этапе осуществляется критика прошлого и возникает ощущение, что происходящие в обществе перемены улучшат их жизнь. Потерю работы и социального статуса они объясняют как результат объективных обстоятельств, собственной неопытности, недостаточной активности. Прежняя система ценностей и установок на этом этапе еще сохраняется.

На втором этапе развития переходного общества в процесс маргинализации вовлекаются те люди, которые, уже, пребывая в состоянии длительной безработицы, осознали свой новый статус. В результате массовой нисходящей мобильности углубляются процессы фрустрации и дезадаптации в обществе. Проявляются такие социально-психологические черты, как: выжидательность, двусмысленность, отчаяние, подавленность, беспокойство.

Наблюдается смешение ценностей, установок, обостряется чувство одиночества, отчужденности, невостребованности. Изменяются мотивы поведения людей, структура потребностей. Сужается возможность выбора целей, и смысл жизни ограничивается задачей изыскания средств к существованию, то есть на первый план выходят витальные потребности. Формируется новая система ценностей, которой присущи: нетерпимость по отношению к социальным и государственным институтам;

крайние формы проявления антинормативного и девиантного поведения;

деструкция;

эгоизм;

этнический релятивизм и нигилизм.

Углубление маргинальности приводит к тому, что система ценностей, свойственная маргиналам, выходит за рамки группы и распространяется на другие группы, фактически, приникая в традиционные мировоззренческие структуры.

Вследствие увеличения количества маргинальных групп, появляются новые субкультуры и антикультуры, которые могут формировать альтернативные движения различного характера. В этот период в обществе формируются новые маргинальные группы.

Например, формируются маргинальные группы, которые постепенно «оседают» на «социальное дно», теряют свои социальные связи. Психосоциальные особенности представителей этой группы — политическая и экономическая пассивность, и осознанная уверенность в том, что государство или общество обязаны о них заботиться. Эти маргиналы выбирают отрицательную модель адаптации, характерными признаками которой являются: временная занятость, случайный заработок, попрошайничество, паразитизм и т.п. Не принимая новые ценности и нормы социума, они психологически готовы к разрушительным, деструктивным, антиобщественным действиям. Такие маргиналы как раз и используются различными политическими силами и вовлекаются в различные антиобщественные и антиправительственные движения.

В другую маргинальную группу входят люди, имеющие в основном высшее образование, развитые социальные потребности и ожидания, которые полностью не вытолкнуты из социальных структур, но не смогли реализовать свои социальные ожидания.

Они критикуют происходящие перемены. Для них характерен пессимизм.

Подводя итоги, отметим, что выделив характеристики маргинальной ситуации (промежуточность, пограничность положения индивида, его погруженность в процесс переходности, в контекст смены социокультурных парадигм, феномен психологической «двойной» адаптации, когда индивид оказывается «между двумя местами или сразу в двух местах»), можно отметить специфические свойства маргинала:

— обостренные рефлексия и самосознание;

критическое, скептическое, иногда циническое отношение к миру;

релятивизм и безоценочность мировоззрения;

отстраненность, психологическая отчужденность;

замкнутость, внутренняя противоречивость.

При этом важно отметить, что маргинал может по-разному воспринимать действительность: либо, смиряясь со своим положением, живя с чувством неполноценности и разочарования, либо стремясь изменить окружающую действительность, используя свой творческий потенциал.

1.4. Маргинальное сознание и маргинальное поведение Для более глубоко анализа феномена маргинальности и исследования социально-психологических особенностей и поведения маргинальной личности необходимо обратиться к характеристике сознания индивидов, находящихся в состоянии маргинальности. Это и является целью данного параграфа.

Состояние маргинальности характеризуется личностной дезорганизацией индивида, которая возникает вследствие дискредитации его прежней стабильной структуры опыта, привычек, ценностей, установок, организующих взаимодействие в его социальном кругу и его личный опыт. В этом комплексе структур, подвергающихся дискредитации, особенно выделяется система ценностей. Так, было уже отмечено, что неустойчивость норм и ценностей индивида является одним из важнейших критериев маргинальности. Это связано с тем, что маргинал на индивидуальном уровне осуществляет переход от системы ценностей одной социальной группы к другой нормативно ценностной системе, и на определенный промежуток времени оказывается в состоянии разрегулированности норм и ценностей.

Подобное состояние, когда нет четких правил поведения и размыты ценности, оказывает воздействие на сознании индивида.

Поэтому есть основание говорить о маргинальном сознании как сознании, характерном для маргинального человека, основой которого является неустойчивость, разрегулированность норм и ценностей индивида. При этом маргинальное сознание необходимо рассматривать как одно из проявлений сознания вообще, через призму соотношения общего и единичного. Ведь только таким образом можно понять специфику маргинального сознания.

Сознание определяется как высшая форма отражения действительности, представляющая собой совокупность психических процессов, позволяющих человеку ориентироваться в окружающем мире, времени, собственной личности;

обеспечивающих преемственность опыта, единства и многообразия поведения.

Проблема сознания сложилась еще в условиях античной философии. Свой вклад в эту проблематику внесли Гераклит, Сократ, Платон, Аристотель. Но, как правило, сознание рассматривалось в тесной связи с размышлениями о состоянии души. Затем от эпохи Средневековья вплоть до Нового времени философы открывали в данном феномене все новые характеристики (рефлексивность, интенциональность, операциональность, эвристичность, творческая активность). Была выявлена социально историческая природа сознания. Тем не менее, сегодня сознание остается одной из нераскрытых тем в не только в философии.

Сознание — это своеобразное зеркало, в котором мы видим себя. И поскольку сознание возникает в процессе трудовой деятельности людей, их общения, то именно форма социальной связи, их общественное бытие и дает ключ к исследованию конкретного содержания сознания. Маргинальное сознание, как одно из проявлений сознания вообще, отличается рядом специфических характеристик. Если сознание вообще есть способность мыслить, рассуждать, определять свое отношение к действительности, то маргинальное сознание проявляется тогда, когда человек попадает в ситуации неопределенности, непредсказуемости, неуверенности в завтрашнем дне, возникающими на фоне различных переходных процессов в обществе.

При характеристике маргинального сознания можно обратиться к понятию коллективного сознания, выделенному французским социологом Э. Дюркгеймом. По его мнению, основная функция коллективного сознания состоит в том, чтобы быть регулирующей моральной силой общества. В связи с этим его существование рассматривается как необходимый компонент любого стабильно функционирующего общества. Дюркгейм указывал, что по мере перехода общества от механической солидарности к органической солидарности коллективное сознание становится менее интенсивным, потому что члены общества испытывают все меньше сходных реакций на одни и те же события. Таким образом, характеризуя коллективное сознание, французский социолог вводит понятие интенсивности коллективного сознания, что предполагает возможность его измерения и сравнения. По аналогии с данными теоретическими рассуждениями при характеристике маргинального сознания тоже можно говорить о его интенсивности как о некотором количественном параметре, дающем возможность судить о разной степени выраженности маргинального сознания у индивидов и социальных групп. Есть основание полагать, что при исследовании населения на территориях с выраженными процессами маргинализации можно говорить о высокой интенсивности маргинального сознания.

Существуют различные формы сознания, проявляющиеся в ситуации реагирования человека на противоречия между биологическим, социальным и духовным «Я». Среди них: формы стоического, скептического, несчастного и разорванного сознания.

Так, форма стоического сознания характерна для общества тотального страха. Она формируется в условиях неопределенности и непредсказуемости будущего, когда индивид уходит в себя, формирует мифологему разумного и справедливого мира на внутреннем уровне. Такой уход помогает ему сохранять невозмутимость духа и поддерживать видимое спокойствие.

Форма скептического сознания также существует в условиях общества тотального страха. Индивид пытается доказать себе и другим свою суверенность, однако на деле эта попытка превращается в праздную болтовню, шутовство.

Форма несчастного сознания представляет собой воплощенную скорбь духа, ибо оно одновременно и с равной силой тяготеет и к всеобщему, и к собственной единичности. Несчастное сознание, по Гегелю, являет собой раздвоенное внутри себя сознание, не имеющее единства и покоя, так как для себя самого оно есть одно сознание, но имеющее и свое другое.

Форма разорванного сознания демонстрирует утрату веры в устойчивость социального порядка и бессилие выжить в этом мире тоталитарного страха, неопределенности и непредсказуемости завтрашнего дня. Оно принимает негативный характер с ориентацией на осмеяние и самоосмеяние, логически доходящее до самоуничтожения, поскольку глухо к увещеваниям со стороны собственного рассудка. В условиях разорванного сознания социальное «Я» утрачивает самоценность, а духовное «Я»

вырождается в сарказм, иронию и безумие. По существу разорванное сознание — это позиция маргинала, который оказался в социокультурном разломе, где отсутствует устойчивая шкала ценностных ориентиров, а посему присутствует предрасположенность к девиантному поведению.

Одним из важных критериев маргинальности является неустойчивость норм и ценностей индивида. Маргинал на индивидуальном уровне осуществляет переход от нормативно ценностной системы одной социальной группы к нормативно ценностной системе другой и на определенный промежуток времени оказывается в состоянии рассогласованности норм и ценностей. Подобное состояние, когда нет четких правил поведения и размыты ценности, оказывает воздействие и на сознание индивида, основой которого выступает неустойчивость, рассогласованность норм и ценностей индивида. Для сознания маргинального человека свойственно чувство моральной дихотомии, раздвоенности и конфликта, когда прежние нормы и ценности отброшены, а новые еще не сформированы.

Впервые понятие «маргинальное сознание» было рассмотрено отечественными исследователями в коллективной монографии «На изломах социальной структуры» [79].

Маргинализация общества была одной из причин, стимулировавших кризис традиционных ценностей.

Рассматривая связь между маргинализацией как социальным явлением и кризисом традиционных ценностей, следует, как отмечает Т.В. Вергун, иметь в виду, что разные виды и формы маргинального существования в различных конкретных условиях могут порождать непохожие, а иногда и противоположные типы обыденного и идеологизированного сознания [15;

c. 54]. Одним из таких типов является бунтарство, которое связанно с неприятием существующего общественного порядка. На таком бунтарстве зиждется обычно терроризм. Другой тип маргинального сознания – восхваление прошлого, основанное на неприятии действительности и наделении прошлого всякими добродетелями. Сочетание консервативных ценностей со стремлением разрушить существующие порядки оборачивается крайним радикализмом.

Третий тип – альтернативное сознание: маргинальное положение может найти ценностное и идеологическое выражение в стремлении «отключиться» от всех существующих культурных, политических установок и структур, замкнувшись при этом в своей сфере, которая воспринимается как контробщество. Подобная позиция свойственна сторонникам так называемых альтернативных движений.

Маргинальное сознание потому и маргинально, что является результатом слияния частей нескольких целостностей, а части эти, в свою очередь, составляют целое пространства маргинального сознания. Такая образующая сила маргинального сознания позволяет ему воспринять несколько целостностей, не фиксируясь при этом ни на одной из них. Это говорит о том, что феномен маргинальности в действительном бытие совмещает в себе как элементы прошлого, так и фрагменты возможного будущего. Но в целом, маргинальность есть тенденция, ход которой задается ее направленностью в наличном бытии. В процессе постоянного изменения, в ходе которого способно появиться новое целостное сознание (и личность) и состоит основная функциональная значимость маргинальности для социальной действительности вне зависимости от направления ее движения в общественно исторической реальности. Маргинальное сознание — сознание становящееся. Маргинальный субъект находится в постоянном поиске своего «Я», что позволяет ему выйти на новый уровень личностного развития. Носитель маргинальности, не осознавая свою маргинальную природу, лишь догадывается, что традиционные нормы и ценности для него уже неприемлемы или не играют значительной роли. Однако выработка своих норм и ценностей осложняется тем, что он оказывается во власти внешних и внутренних обстоятельств. Подлинное «Я» маргинала корректируется социокультурным «Мы», что ведет зачастую к самоотчуждению, несоответствию с самим собой. Его интересы идут вразрез с интересами окружающих.

Человеку, осознавшему свое маргинальное положение, предстоит приложить определенные усилия, чтобы реализовать свою свободу через трансценденцию (способность выходить за пределы собственных возможностей). Обычный человек находится в состоянии более полной зависимости от общества в целом и от отдельных индивидов в частности, чем маргинал. Сознание обычного человека уже определено, сформировано. Маргинальный же человек, трансцендируясь, реализует свой творческий потенциал. Примечательно, что сам маргинал всегда не знает до конца смысл и ценность новаций, к которым он стремится. Как уже было отмечено, необходимым условием развития маргинальной личности является свобода. Однако очень важно понять ее правильно, поскольку она может обернуться от необходимости соблюдения элементарных моральных принципов… Но тем не менее, именно благодаря свободе, маргинал либо созидает, либо разрушает свое «Я». Маргинальность служит и основанием, и методом, посредством которых происходит самоорганизация человека как личности во всех смыслах этого понятия, и прежде всего через самоорганизацию его сознания.

Существует более узкая трактовка маргинального сознания, рассматривающая в качестве его базового типа люмпен пролетарскую модель сознания, для которой характерны распад трудовой морали и трудовой мотивации [79, с. 79]. Ценностная ориентация на трудовую деятельность разрушается, поскольку разрушается структура ценностей в целом. Данное сознание характеризуется готовностью пренебречь правовыми нормами, посягая на чужую собственность в целях личного обогащения, а также податливостью к любым формам подкупа. Эта модель маргинального сознания отражает своего рода конечный этап маргинализации общества, когда индивид или социальная группа полностью отторгнуты обществом.

Отмечая важность изучения маргинального сознания, необходимо особо остановиться на таком явлении, как фрустрация.

Фрустрация — это остро критическое состояние, проявляющееся в гнетущем напряжении, тревожности, чувстве безысходности. Такое состояние общественного сознания возможно в любом обществе, но оно особенно заявляет о себе в периоды переломных, трансформационных изменений, когда общество охватывает разочарование, порожденное неосуществимостью значимой цели, обусловленное крушением надежд, ощущением неизбежности беды, неуверенностью в завтрашнем дне. Нахождение человека в экстремальной жизненной ситуации порождает фрустрацию — следствие состояния невозможности удовлетворить значимую для человека жизненную потребность, реализовать мотивы деятельности.

На развитие фрустраций оказывают непосредственное влияние такие процессы, как ухудшение социально-экономического положения людей, связанная с этим потеря социального статуса, снижение социального престижа многих профессий, рост, безработицы, снижение жизненного уровня большинства населения.

Особенно необходимо отметить, что на развитие фрустрации воздействие оказывает отсутствие четких мировоззренческих ориентиров — отсутствие национальной идеи, недоверие к тем, кто управляет страной, к тем, кто стремится получить власть. Таким образом, можно сказать, что социальным полем фрустрации является маргинальность. Одна из фрустрационных характеристик маргинальности — несоответствие цели результату. Эта ситуация возникает, когда цели индивида или социальной группы вступают в противоречие с целевыми ориентациями более широких социальных групп. Например, крестьяне, решившие стать горожанами, испытывают проблемы профессионального самоопределения, бытового устройства, вхождения в иную культурную среду, отличающуюся от привычной. Такое несовпадение цели и результата приводит к парадоксам сознания и поведения, когда человек ставит перед собой цель добиться определенного социального положения в изменившейся ситуации и в то же время не может примириться с утратой прежней жизненной позиции. Это особенно наглядно видно на примере беженцев, когда люди, приняв решение встроиться в новую жизнь, тем не менее, не могут распрощаться с воспоминаниями о прошлом.


Вторая фрустрационная характеристика маргинальности определяется тем, что люди, стремясь идентифицироваться с новой средой, испытывают сопротивление с ее стороны. Иногда это неприятие, сопротивление, противопоставление, достигающее степени враждебности, культивируется правящими кругами, для которых выгодно направить недовольство маргинальных групп в другое русло. В связи с этим интересы беженцев и переселенцев нередко искусственно противопоставляются интересам тех людей, которые живут рядом с ними, хотя их социальная неустроенность по большому счету зависит не от них, а от официальной миграционной политики.

Третья фрустрационная характеристика маргинальности касается ее показателей: ощущений гнетущего напряжения, тревожности, отчаяния, гнева. Но маргинальные группы в этой ситуации ведут себя настолько парадоксально, что трудно предугадать направления изменений их социального настроения — от подавленности, примирения со сложившейся ситуацией до возможной агрессии.

Четвертая фрустрационная характеристика маргинальности исходит из таких показателей жизнедеятельности маргинальных групп, как величина и масштабы ощущения дискомфортности и неблагополучия, наличие хотя бы малой надежды на достижение приемлемых целей и идеалов, степень утраты ориентации на достижение комфортности своего социального положения, ориентация человека хотя бы на какое-нибудь средство выхода из сложившейся ситуации. Если обстоятельства загоняют человека в угол, то он либо смиряется с ними, принимая те образцы поведения, которые ему навязываются, либо идет на противоправные акции, чтобы изменить ситуацию, либо ищет выход из создавшегося положения, демонстрируя так называемую поисковую активность без применения противоправных действий.

Пятая фрустрационная характеристика маргинальности заключается в том, что субъекты деятельности, потеряв надежды преодолеть препятствия, замыкаются в кругу себе подобных, образуя некое сообщество со своей субкультурой. Это временный выход и он лишь кажется благоприятным, но на самом деле усугубляет положение маргиналов, так как уменьшает перспективы их интеграции в ту среду, полноправными членами которой они хотели бы быть.

В заключение, рассматривая маргинальность как социальное поле фрустрации, нужно отметить, что среди маргиналов высок уровень невротизма – состояния, характеризующегося эмоциональной неустойчивостью, тревожностью, низким уровнем самоуважения. Такие формы неврозов, как неврастения, истерия и невроз навязчивых состояний поражают маргиналов в большей степени, чем людей с относительно устойчивым социальным положением. Неврастения в социальном аспекте имеет тенденцию превращаться в депрессию — аффективное состояние, характеризующееся отрицательным эмоциональным фоном, изменением мотивации, общей пассивностью сознания и поведения.

Эти отклонения распространены в среде беженцев и вынужденных переселенцев. Истерические же формы социального невроза проявляются в виде неадекватной реакции на внешние раздражители, выраженной в различных формах агрессии, в общественных акциях протеста. Что касается неврозов навязчивых состояний, то это наиболее отчетливо проявляется в виде различных фобий, отражающихся в трудно преодолимых переживаниях конкретного содержания. В этой ситуации человек, с одной стороны, осознает необоснованность своих страхов, а с другой – он не может отделаться от гнетущего дискомфорта, рассогласованности мотивов и результатов [48, с. 203].

Кроме того, следует отметить, что социально-психологические характеристики маргинальных субъектов, очевидным образом проявляются в их поступках и действиях, что обусловливает формирование поведения, имеющего свои особенности. Общество сегодня само воспроизводит такую форму социального поведения, как маргинальное, порождающее различные социальные патологии.

Поведение – система взаимосвязанных действий, осуществляемых субъектом с целью реализации определенной функции и требующих его взаимодействия с определенной средой.

Проблема регулирования социального поведения связана с утратой личностью своей прежней социальной идентификации, которая является первичным основанием для поведенческой ориентации. Разрушилась система высших, надличностных, гуманистических ценностей, определявших смысл общественного и личностного бытия, в результате этого наблюдается девальвация самой человеческой жизни. Человек «потерял себя» в плане социально практическом, он начинает играть то одну социальную роль, то другую, и нередко сама жизнь кажется ему бессмысленной.

Таким образом, рассогласование его ценностного мира, смещение норм и идеалов, законного и незаконного, должного и сущего приводит к нарушению регуляции отношений в обществе и безответственности личности за свои социальные действия.

В изучении проблемы социального поведения большой вклад внесли психологи, в частности, бихевиористы (Дж. Уотсон, Э.

Торндайк, Б. Скиннер). Они представили эмпирический подход к поведению как внешнему проявлению психической активности в виде реакций организма на стимулы окружающей среды. Под влиянием критики последователи бихевиористов отказались от тезиса линейной детерминации поведения. В трудах таких западных ученых, как У. М. Даугалл, Дж. Г. Мид, Э. Мэйо, Э. Толмен, Д.

Хоманс, Т. Шибутани, рассматривается сложная система детерминант социального поведения, и конструируются активные методы поведенческого тренинга, позволяющие осуществлять обучение, терапию, коррекцию социального поведения. Можно сказать, что западные психологи акцентируют внимание на изучении отдельных компонентов системы детерминации социального поведения: бессознательном (например, 3. Фрейд);

врожденных инстинктах (М. Даугалл);

когнитивной сфере (Ж.

Пиаже);

принципе подражания, психического заражения (Г. Тард, Г.

Лебон);

непосредственного контакта между индивидами (Д.

Хоманс).

Социология изучает социальное поведение человека как представителя больших социальных групп, субъекта социального взаимодействия. Социологическая парадигма социального поведения уходит корнями в традиции американской социологии, развивавшейся в рамках позитивной социальной ориентации, которая начала формироваться в 20-е гг., а уже в 50 – 60 гг. на нее ориентировалось большинство западных социологов, как в теоретических, так и эмпирических исследованиях. Социальное поведение рассматривается в логике социального действия, теория которого разработана М. Вебером, Ф. Знанецким, В. Парето, Т.

Парсонсом, Ю. Хабермасом.

Современные отечественные социологи B.C. Афанасьев, А.Г. Здравомыслов, Г.В. Осипов, Ж.Т. Тощенко, В.А. Ядов рассматривают социальное поведение как социальные действия индивидов или социальных групп. Социальное поведение в аспекте его отклонения от норм является предметом исследований Я.И.

Гилинского, Н.В. Кудрявцева.

Активность человека в социальном мире всегда была в центре внимания философов, но проблема социального поведения личности не нашла полного отражения в социальной философии.

Социальное поведение изучается как вторичный феномен в качестве реконструкции импульсов внешней среды или внутреннего мира личности, как производное от чего-либо, например, «практического разума» (И. Кант), социального характера (Э.

Фромм).

Философы-прагматики (У. Джеймс, Дж. Дьюи, Дж. Мид, Ч. Пирс) пытались выработать новый подход к исследованию социального поведения в аспекте приспособления человека к социальному миру. Прагматизм имеет ярко выраженный антикогнитивный характер, который, на наш взгляд, ограничивает сферу изучения социального поведения.

Попытку преодолеть разрыв между сферой сознания и действия, предпринял отечественный философ М. Бахтин. Вся философия этого мыслителя ориентирована на человека, его поступки как акты бытия. В работах экзистенциалиста М.

Хайдеггера поведение определяется в качестве основополагающего элемента бытия.

Вместе с тем, концепции социального поведения, раскрывающей единую внутреннюю логику действий и поступков личности, в социальной философии нет. Тем более что практически не изучена такая форма социального поведения, как маргинальное поведение. Что является причиной такого поведения, каковы конструктивные или деструктивные проявления маргинального поведения? Каким образом себя люди в ситуации неопределенности и противоречивости социального статуса, как они реагируют на стрессы и фрустрации?

Авторы монографии считают, что маргинальное поведение — это внешне наблюдаемые поступки, действия индивида, которые являются отражением социально-психологической организации маргинального человека, и, так или иначе, затрагивают интересы других людей, групп и всего общества. В зависимости от того, в каких сферах социальной жизни в большей степени проявляется маргинальное поведение, выделяют его типы — социально политическое, социально-экономическое, социально-бытовое, — изучение которых является актуальной исследовательской задачей.

Маргинальное поведение есть пограничное поведение, выражающее особое, промежуточное положение человека в социуме, маргинальное поведение — не аномалия, а иное нормы, поскольку может иметь и позитивный характер. Как отмечает С.Н.

Мельник, оно имеет широкий спектр проявлений в экономической, политической, бытовой сферах социальной жизни [См.: 71, с. 84].


Социально-экономическое маргинальное поведение проявляется в тех областях социально-экономической жизни, результаты деятельности в которых сказываются на экономических процессах в обществе. Можно выделить формы поведения, связанные, например, с потерей или отсутствием работы: избегающее поведение (оно характеризуется тем, что в одних случаях человек старается не замечать возникших проблем, а в других — уходит от предложений и ситуаций, требующих от него определенных усилий);

ищущее поведение (характеризуется тем, что человек берется за любую работу, даже понижающую его социальный и профессиональный статус);

иждивенческое поведение (при котором человек возлагает ответственность за свое положение на ближних, пользуясь теми средствами, которые они ему предоставляют). Все эти формы поведения можно квалифицировать как неконструктивные.

Психологи, изучая реакции на различные, в том числе и маргинальные, ситуации ввели такое понятие, как «защитные механизмы» [115]. В комплекс защитных механизмов включали:

уход в фантазии вместо реальных действий, отрицание или вытеснение вместо поиска или исправления ошибок, обесценивание интересов вместо их отстаивания. И хотя действие защитных механизмов способно избавить человека на время от болезненных мыслей и чувств в определенных ситуациях, их систематическое использование может привести дезадаптации. Примерами применения защитных механизмов может служить длительная безработица, застойная бедность.

Еще одна форма реагирования на маргинальную ситуацию — так называемая выученная беспомощность [См.: 35]. Ее связывают с реакцией выхода из игры, характерная для человека, который видит бесполезность всех своих усилий. От того, как именно человек объясняет себе неприятности, зависит то, насколько беспомощным или энергичным он будет, то, каково будет его поведение.

Пессимистическое объяснение, усугубляет беспомощность и ведет к дезадаптивным формам поведения. Оптимистическое, напротив, порождает стремление преодолеть сложившуюся ситуацию, воспринимая ее не как угрозу, а как вызов. Исследователи Ротенберг В.С. и Аршавский В.В. используют термин поисковая активность [См.: 95]. Это — действия, направленные на изменение ситуации, когдо отсутствует определенный прогноз ее исхода и субъект не может быть уверенным в результатах своего поведения, но тем не менее он ищет выход из создавшегося тупика. Особенно данный тип поведения характерен для мигрантов. Они ориентируются на поиск новых сведений о возможностях существования, готовы к перемене социальных групп, занятий.

Говоря о маргинальном поведении, современные исследователи выделяют такое понятие, как «профессиональный маргинализм».

Е.П. Ермолаева определяет его как потенциально опасный социально-психологический феномен, являющийся поведенческим концептуальным антагонистом профессиональной идентичности [33]. Профессиональная идентичность является фактором, который свидетельствует о психологическом благополучии человека, дающем ощущение стабильности окружающего мира и уверенности в своих силах. Социальный антипод идентичных профессионалов — профессиональные маргиналы. Профессиональный маргинализм — это личностная позиция непричастности и ментальная непринадлежность к общественно — приемлемой для данной профессии морали, либо внутреннее соотнесение себя с моралью другой профессиональной среды. Превалирование профессионального маргинализма в общественном сознании может выступать как фактор социальной опасности, разрушающий социально — значимые профессиональные структуры и отношения.

Профессия для маргинала — лишь средство достижения иных, внепрофессиональных личных целей, а не способ гармоничного существования человека в деятельности. Е.П. Ермолаева предлагает различать функциональных и ментальных маргиналов, считая, что функциональный маргинализм проявляется преимущественно в стиле профессионального поведения, который можно охарактеризовать как имитацию профессиональной деятельности, либо как саботаж. А среди ментальных маргиналов по ценностно мотивационной ориентации она выделяет 1) ментально-внутренних маргиналов, которые любят не свое дело, а себя в этом деле и 2) ментально-внешних маргиналов, так и не принявших профессию, не сделавших ценностью для себя, готовые бросить дело, как только подвернется что-нибудь более выгодное. Обе формы ментального маргинализма социально не приемлемы.

Сущностный признак маргинализма как социального явления — наличие при формальной внешней причастности к профессии внутреннего отторжения профессиональной этики ценностей профессии, как на уровне самосознания, так и в сфере реального поведения. Дезадаптация профессионала возникает из системных противоречий между субъективной личностью и объективной средой, что приводит к нарушению контакта с реальностью, неадекватной самооценке и неудовлетворенности личности профессией [55, c.264-267]. Маргиналы как социальный слой и как профессиональный — не тождественные категории. Но при этом социальный маргинализм может рассматриваться как следствие либо форма проявления профессиональной деформации личности.

К конструктивным формам поведения маргиналов в ситуации безработицы можно отнести следующие: использование межличностных связей (поиск поддержки со стороны семьи, близких людей, единомышленников, сослуживцев);

активное использование индивидуальных ресурсов (характеризуется тем, что человек рассчитывает только на свои индивидуальные качества, свои навыки).

Указанными формами поведение безработных не исчерпывается, тем более что эти формы могут комбинироваться, присутствовать в поведении одного и того же человека.

Широкий спектр проявлений социально-политического типа маргинального поведения касается различных сторон политической жизни общества и затрагивает ее различные аспекты, определяя содержание ряда социально-политических процессов в современном обществе. Изолированность, пессимизм маргинала могут проявляться в политической апатии индивида, в его нежелании участвовать в выборах. Деклассированные индивиды могут проявлять себя в массовых акциях протеста, уличных беспорядках, ими легко манипулировать, поскольку характерными чертами для них является агрессивность, нетерпимость по отношению к существующим социальным институтам. С другой стороны, такие черты, как честолюбие, стремление к самовыражению могут способствовать активности маргинальной личности и выражаться в ее борьбе за власть.

Часто социально-политическим типом поведения маргиналов называют политический экстремизм. В качестве факторов, питающих данное явление, можно назвать:

слабость демократических институтов;

традиции психологического тяготения к «сильной руке» и революционным методам решения всех проблем;

размывание прежних общественных идеалов и обращение в поисках идейных точек опоры к самой простой — этнической самоидентификации;

экономические трудности, социальное расслоение, люмпенизация значительной части общества;

нерешенность проблем мигрантов, беженцев, вынужденных переселенцев, которые создают дополнительные проблемы местным властям, конкурируя с коренным населением в вопросах занятости, получения жилья, пособий и т.п.;

отчетливая этническая окрашенность ряда крупных криминальных группировок, что вызывает негативные эмоции у граждан в отношении данных этнических групп.

В сложных условиях экономического и политического кризиса, разразившегося во всех постсоветских странах, в том числе и в Украине, наблюдается рост политического экстремизма, проявляющийся в разжигании социальной, расовой, национальной и религиозной розни, распространении идей фашизма и терроризма.

И в этой ситуации особенно делается ставка на молодежь, которая сама по своему положению в социальной структуре общества занимает маргинальное положение и относится к разряду маргинальных групп в силу промежуточности, переходности своего состояния.

Основу политического экстремизма в современных условиях составляют социальная поляризация, дифференциация, дезинтеграция, противоречивость и противостояние интересов — в целом, глубокая расщепленность социума по множественным линиям в силу слабости, незрелости, недостаточной развитости социально-политических, экономических, общественных структур, сформированных в период политических трансформаций. Не в последнюю очередь его распространение вызывается нереализованностью национальных и этнонациональных ожиданий, порождающих нетерпимость, агрессию, конфликт, которые непосредственно питают политический экстремизм и пополняют ряды его адептов. При этом политический экстремизм может быть как причиной, так и следствием конфликтов различного характера и содержания.

Бытовое маргинальное поведение оказывает влияние на те сферы социальной жизни, которые непосредственно связаны с качеством жизни населения, бытовой благоустроенностью, уровнем комфорта. Бытовая неустроенность жизни населения вызвана снижением уровня социальных ожиданий маргинала, его потребностей, падением общей культуры, увлечением такими иллюзорными средствами компенсации, как алкоголь, наркотики.

Последние пять лет в Украине наблюдается невиданный рост наркомании. Сегодня наркозависимость постепенно «молодеет», средний возраст людей, употребляющих нелегальные наркотики, стабильно снижается. По данным МВД, на сегодняшний день официально насчитывается около 500 тыс. наркоманов, из них 171,6 тыс. употребляют наркотики регулярно. При этом около тыс. наркозависимых не достигли 18 лет. Больше всего наркозависимых проживают в южных областях страны [См.: 146].

В наркологии существует термин «аддиктивная деформация личности». Человек, который употребляет наркотики, в глубине душе боится за свое будущее и осознает шаткость своего положения. Для того чтобы разработать механизм психологической защиты, он прибегает к мифам — коллективным или индивидуальным. Наверное, самый вредный — это миф о том, что потребление может быть контролируемым. Сама идея контроля, что можно держать руку на пульсе, выглядит привлекательно. Но, по мнению психотерапевтов, которые работают с наркозависимыми, не люди контролируют наркотик, а наркотик контролирует их. Мало кто начинает потреблять наркотики, находясь в сознательном возрасте и имея за плечами некий багаж в виде образования или карьерных достижений. Средний возраст «инициации» 13-15 лет.

Еще один миф — «наркотики помогают решать» проблемы.

Наверное, решение тех или иных трудностей социального или психологического характера с помощью наркотиков сравнимо с лечением мигрени гильотиной. Наркоман попадает в среду, которую именуют наркотическим социумом. Поведение его в этой среде отличается от обычного. Со временем он перестает общаться с теми, кто не вовлечен в этот круг, прежде всего, потому что со временем теряет интерес ко всему тому, что принято называть нормальной социальной жизнью. Постепенно вырабатывается толерантность, то есть эффект становится уже не так силен. Плюс появляются первые неприятные симптомы: наступает чувство апатии, депрессии, паники и часто для того, чтобы снять эти симптомы молодые люди прибегают к тому же героину. Механизм достаточно прост: вначале у человека исчезает защитный барьер, появляется психологическая зависимость, которая со временем переходит в физическую, что приводит к тому, что при отказе от наркотиков у человека развивается абстинентный синдром.

В последнее время в Украине наблюдается невиданный рост наркомании. Самое неприятное, что наркотики — это проблема будущего Украины. Для некоторых городов, в том числе для Киева, наркомания стала уже подростковой проблемой. Ежегодное количество наркоманов в нашем государстве, по данным МВД, увеличивается в среднем на 5-10%. По данным Комитета по борьбе со СПИДом, более 70% случаев заражения ВИЧ-инфекцией происходит среди наркоманов.

Но кроме деструктивных форм, существуют и конструктивные формы поведения маргинала. Конструктивными формами проявления бытового маргинального поведения могут разного рода организации, чья деятельность связана со стремлением улучшить экологическую ситуацию (гринписовцы, например).

Трансформационные процессы в условиях постсоветского пространства повлекли смещение психологических, политических, экономических, религиозных мотиваций маргинализации. В результате маргинализации в украинском обществе растет напряженность: личность пытается адаптироваться в меняющемся обществе, но эти попытки зачастую демонстрируют патологический характер. Маргинальное поведение проявляется в форме пассивности, апатии или агрессии. Пассивные формы поведения маргинального человека в нашем обществе выражаются в его равнодушии к происходящим вокруг него процессам, стремлении замкнуться, уйти в некий иллюзорный мир. Агрессивные формы, напротив, проявляются в стремлении изменить окружение, часто нелегитимными способами, проявляющимися в форме экстремистских действий, организации беспорядков, терроризме.

Такие проявления маргинальности демонстрируют ее связь с девиацией. Как было сказано в подразделе 1.2., Э. Дюркгейм в свое время отмечал, что основной причиной девиации является аномия.

Нарушение стабильности приводит к неустойчивости социальных связей и порождает нарушения общественного порядка, дезорганизует людей, в результате чего появляются различные виды девиаций.

Американский социолог Р. Мертон рассматривал различные типы поведения людей в условиях аномичного общества, среди которых: конформность, ритуализм, инновация, ретритизм и мятеж [73, с. 104]. Три последних в определенной степени соотносятся со статусом маргинальной личности. Так, инновация заключается в использовании институционально запрещаемых средств достижения богатства и власти, побуждая индивидов к отклоняющемуся поведению [73, с. 105]. Ретритизм как способ приспособления подразумевает, что индивиды находятся в обществе, но не принадлежат к нему [73, c. 91]. Р. Мертон называет их чужаками, относя сюда бродяг, алкоголиков, наркоманов, то есть тех, кто составляет «социальное дно» общества с позиции концепции маргинальности. Мятеж, как тип приспособления, побуждает индивидов создать видоизмененную социальную структуру, что «предполагает отчуждение от господствующих целей и стандартов» [73, с. 93] и характеризуется переоценкой ценностей.

Мятеж в этом смысле тождественен идейной маргинальности, которая рассматривается как отрицание индивидом или социальной группой культурных стандартов и ценностей общества.

Всякое социальное поведение, в том числе и девиантное, характеризуется наличием осознанных целей в конкретных общественных условиях, в качестве которых выступают социальные ценности. В свою очередь, социальные ценности являются важным фактором, обусловливающим девиантное поведение. Как отмечал Р.К. Мертон, «в тех случаях, когда в системе ценностей какие-то цели, связанные с личным успехом, обретают превалирующее значение для всего населения, …девиантное поведение получает наибольший размах» [73, с. 96].

Обобщая результаты исследований по проблеме девиантного поведения, можно дать следующее определение понятия:

девиантное, или отклоняющееся поведение (от лат deviatio — отклонение) всегда связано с несоответствием человеческих поступков, действий распространенным в обществе или социальных группах нормам, правилам поведения, стереотипам, ожиданиям, установкам, ценностям [19, с. 55]. Исходным для понимания сути девиантного поведения является понятие «норма». В отличие от естественных норм протекания физических и биологических процессов, «социальные нормы складываются как результат отражения (адекватного или искаженного) в сознании и поступках людей объективных закономерностей функционирования общества.

Поэтому социальная норма может либо соответствовать законам общественного развития (и тогда она является естественной), либо отражать их недостаточно адекватно, а то и находиться с ними в противоречии, будучи продуктом искаженного отражения объективных закономерностей. И тогда оказывается анормальной сама такая «норма». Нормальны же отклонения от нее» [19,с.56].

Поскольку норма исторически детерминирована, то в период трансформации общества степень ее изменения зависит от глобальности перемен. Сегодня, в результате происходящих изменений в нашем обществе, уже трудно сказать, что является отклонением и какова степень проявления девиантности в обществе. В романе У.Эко «Имя розы» нынешняя ситуация была предсказана монахом так: «В тот день, когда авторитетом Философа будут узаконены маргинальные игры распутного воображения… в этот день действительно то, что было маргинальным, побочным, перескочит в середину, а о середине утратятся всякие представления… Рабы начнут издавать закон, мы будем подчинены отсутствию всякого закона» [133, с. 448]. И действительно, сегодня потеряны социальные ориентиры, что ведет к беззаконию, аномии, как крайней формы отклонения от нормы.

В широком смысле девиантное поведение включает в себя любые отклонения в поведении от социальных норм — как положительные (геройство, особое трудолюбие, альтруизм, самопожертвование), так и отрицательные (преступления, нарушения общественного порядка, норм морали, традиций, обычаев). В узком смысле под девиантным поведением понимается только негативное отклонение от утвердившихся норм, как правовых, так и нравственных. Такое девиантное поведение ведет к дезорганизации социальной жизни. К факторам девиации относят:

дезинтеграцию общественной структуры и социальных институтов;

рост маргинальных слоев;

изменяющуюся систему ценностей.

Реагируя на девиантное поведение, общество или социальная группа вырабатывают определенные социальные санкции юридического, нравственного и иного характера, поощряя своих членов за конформное поведение и наказывая за негативное.

Главной причиной девиации называют социальную несправедливость, системный кризис государства и общества. Это проявляется в высоком уровне социальной напряженности, правовом нигилизме граждан, снижении культурного уровня из-за невозможности отдельных слоев населения адаптироваться к социальным изменениям. Другой причиной роста девиантного поведения является кризис в духовной сфере, возникший в период маргинализации общества. Нравственная деморализация ведет, как правило, к нарушению закона. К причинам девиантного поведения относится также: несовпадение нормы с требованиями жизни, несовпадение требований жизни с интересами личности, социальная неустроенность, несоответствие индивидуальных качеств человека его социальному статусу [128, с. 100].

Девиантность связана с маргинальностью, но не тождественна ей. Девиантное поведение не влечет за собой полного отчуждения личности от общества и не приводит к потере социального статуса.

Это — отклонение от нормы в пределах, допустимых самой нормой. Можно говорить о маргинале как о личности с девиантными качествами и поступками, в отношении люмпенизированного поведения. Но нельзя отождествлять люмпена и маргинала, так как люмпен все же социально определен, адаптирован к той среде, к которой он принадлежит. Маргинал же, будучи Другим, не способен адаптироваться в данную социальную систему, он еще не определен, находится в процессе становления.

Маргинальное положение человека не обязательно провоцирует проявление у него девиантных наклонностей, как это принято считать. Хотя маргинализация способствует росту числа девиантов:

их количество увеличивается при негативной направленности маргинальности. К отрицательным видам поведения мы относим делинквентное (преступность, правонарушения) и аморальное поведение, которое, в свою очередь, делится на асоциальное (алкоголизм, наркомания, проституция), суицидальное и деструктивное (экстремизм). Дальнейшее углубление кризиса будет иметь еще большее разрушительное влияние на ценностный мир населения Украины и на рост отрицательных видов девиантного поведения.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.