авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 ||

«Указ Президента Украины Указ Президента Украины Указ Президента Украины 275/2001 от 25 апреля 2001 года г.Киев О развитии ...»

-- [ Страница 7 ] --

60]. Поэтому гораздо важнее создавать “динамический этический стереотип” с развитием “поступкового мышления”, предпола гающего диалектический анализ индивидом другого индивида во всех его проявлениях.

Генезис толерантности связан с постепенным раскрытием сути другого человека и осознанием того факта, что он со свойственным ему своеобра зием является оплотом моего собственного существования. Игнорирование “Другого” как опоры бытия “Я” приводит к самоотрицанию “Я”.

Развитие отношений между “Я” и “Другим” возможно при условии признания самобытности “Другого”. В результате “балансирования” исход ных позиций в таких взаимоотношениях может проявиться преобладание определенной “крайности” — “Я” (эгоцентризм) или “Другой” (альтерцент ризм). Толерантность — это творческая децентрация позиций для дости жения “золотой середины” взаимодействия “Я–Другой”, это консенсус, ве дущий к гармонизации отношений.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Елена Швачко Как конкретно “работает” описанный механизм? Как его можно иссле довать? Прежде всего, человек включается в поступковую сферу реализа ции отношений “Я–Другой–Они”. Индивид (“Я”) имеет определенную “ин формационную” модель ситуации (на уровне обыденного сознания) и по ступает в соответствии со своими установками и стереотипами. Постепен ная коррекция системы жизненных отношений осуществляется по “спира ли”, каждый виток которой приближает человека к его “идеалу” благодаря формированию “концептуальной” модели отношения к жизни, другим лю дям, к себе. Сформировавшаяся модель реализуется в поступках. С уровня “обыденного” индивид в процессе анализа своих и чужих поступков как бы “поднимается” над конкретной ситуацией до уровня обобщения, чтобы по том снова “вернуться” на уровень “обыденный”, обогатившись новыми зна ниями и чувствами. Сначала подобные рефлексийные механизмы акти визируются “извне”, но постепенно индивид приобретает большую само стоятельность и выходит на новый, высший уровень оценки бытия. Содер жательная сторона самопознания обеспечивается системой откорректиро ванных стереотипов, связанных с идентификационными процессами.

Экспериментальные исследования таких сложных психолого социаль ных феноменов обязательно сопровождаются образованием ряда артефак тов: стохастическими расхождениями реакций ответов респондентов, про извольными вербальными констатациями, утаиванием истинных мотивов реальных поступков и т.п. Для преодоления этих осложнений автор пред лагает новую социометрическую методику, базирующуюся на основе “фор мирующего эксперимента” с обратной связью. Как и в классическом вари анте социометрии, тут используется ситуация игры и воображаемых схем.

Новым элементом является введение в процедуру социометрии специфи ческого литературного материала (сказки) как стимулятора рефлексии.

Объективная картина иерархии статусов фиксируется на основании осо бенностей их оценки на фоне коммуникативных отношений в пределах малой группы. Изучить действие социальных стереотипов, способствую щих развитию толерантности или блокирующих ее, можно, во первых, по отношению к акцентированию индивидуальных этических моделей весьма замкнутой сферы взаимодействий, а во вторых, на уровне влияния системы социокультурных институтов, предлагающих молодежи определенные образцы социального поведения.

При использовании предлагаемой методики респонденты получают за дание “разыграть спектакль” с представителями группы на основе литера турного сюжета (сказки), распределив “роли” режиссера, актеров, рецен зента, критика и т.п. Такое задание отвечает конструкции особых твор ческих упражнений, содержащих элементы решения проблемной ситуации.

Стереотипы толерантности не заложены в сюжет сказки, которую на первом этапе работы по данной методике должны анализировать респонденты, отвечая на ряд вопросов, касающихся оценки действующих лиц. То есть речь идет о построении этических моделей по шкале идентификации симпа тии или антипатии. В классическом сказочном произведении расставлены традиционные акценты в отношении позитивности или негативности по ступков персонажей. Но в литературном материале, используемом в рас сматриваемой методике, подобные дихотомии заранее исключались. Отказ респондентов от поверхностных оценок характера героев несмотря на сфор 166 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Толерантность как психолого социальный феномен мированные ранее стереотипы, демонстрировал определенную степень то лерантности в восприятии модели, а значит, и реального “Другого”. Об источниках поиска молодежью идеалов (в плоскости толерантности или, наоборот, агрессивности) можно судить на примерах самых любимых ге роев, приведенных респондентами в форме открытого ответа.

Формально терпимость обусловлена характеристиками контактов в сфере взаимодействия “Я–Другой–Они”. Образцами толерантного отно шения в пределах групп выступали их лидеры, воплощающие особенности внутригрупповых предпочтений. Эти представители группы определялись на основе относительно высоких и “равных” оценок в соответствии с кри териями социометрии. Примером нетерпимости в отношениях являются антиподы лидеров — изолированные индивиды, находящиеся за пределами системы динамических взаимодействий. В данном контексте речь идет, собственно, об общегрупповых проявлениях. Индивидуальные выборы иногда бывают противоположными по этической ориентации, когда лидер, скажем, объективно не может претендовать на роль образца толерантности по отношению к другим членам коллектива.

Как известно, метафора кодирует компоненты социальной действи тельности, обобщенные в художественном сюжете, поступках действующих лиц и критериях их оценки с позиций морали определенного исторического периода развития общества. Модель жизни на экране или в книге, разу меется, не тождественна явлениям реальной жизни, но путем идентифика ции — определяющего механизма социализации — молодежь получает от туда проективный опыт возможных вариантов разрешения жизненных проблем. Вообще человек может приобретать опыт терпимого восприятия людей и на примерах воображаемых моделей, и на уровне реальных ком муникативных связей.

В проведенном автором исследовании была зафиксирована следующая конкретная картина функционирования толерантности.

1. В системе межличностных отношений малой группы существует эф фект нелинейной зависимости между индивидуальными и групповыми социометрическими показателями оценки статусов. Выявленные расхож дения действия упомянутых ориентаций демонстрируют специфику вну тригрупповой изоляции как варианта нетолерантности.

2. Эмпатия, представляющаяся основной характеристикой толерант ности, оказывается для молодежи важным условием продуктивности об щей деятельности (согласно выявленной автором корреляции между пока зателями референтности и эмпатийности). Однако существует тенденция снижения уровня корреляции между формальным (“официальным”) авто ритетом и эмпатийностью, в отличие от уровня корреляции между не формальным (“неофициальным”) авторитетом и эмпатийностью.

3. Обнаруженные референтные объекты наследования, зафиксирован ные при помощи социометрических заданий среди проективных образцов, предлагаемых искусством и взятых из других источников, воссоздают зако номерности ориентации молодежи на типичные идеалы субкультуры. Эти идеалы формируют систему этических взглядов, в частности толерант ности. В целом недопустима однозначная оценка социально этического содержания названных моделей, поскольку влияние информационного ма териала средств массовой коммуникации не вызывает ни явно агрессивных, Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Елена Швачко ни априорно толерантных реакций молодежи. Заметим также, что среди специалистов нет единого мнения по поводу трансформации заданных кон цептуальных схем информационного пространства в определенные, пол ностью прогнозируемые варианты реакции.

Выводы Толерантность имеет природу нравственного идеала, формирующегося в результате исторического отбора правил сосуществования, норм поведе ния и переходит на уровень мировоззренческих позиций в сознания субъек тов взаимодействия. В законах функционирования толерантности закоди ровано единство рационального, эмоционального и деятельностного ком понентов социального поведения.

Развитие человеческой культуры доказывает, что терпимость как нравственное основание для построения отношений между людьми всегда сохраняла свою значимость. Объективные законы человеческого мира тре буют соблюдения определенных правил корректного поведения на раз личных уровнях человеческих отношений.

В истории человечества весьма распространено декларативное провоз глашение гуманистических идеалов, однако конструирование образцов со циального поведения, как известно, не сопровождается массовым соблю дением предписаний. Поэтому представляется вполне закономерным рас согласованность между декларативным и реальным, поступковым, вариан том принятия такой ценности, как толерантность. Для разрешения этого противоречия существует несколько условий, среди которых важнейшими являются активная пропаганда толерантности на уровне культурных тра диций общества;

познание особенностей восприятия этических моделей (в частности, в молодежной среде);

использование известных социально пси хологических механизмов закрепления толерантности.

Особое внимание заслуживает молодежь, и прежде всего – ученическая и студенческая. Изучение специфики мировоззрения, поведения личности и сложных межличностных отношений в молодежной среде должно стать важным шагом в решении проблем будущего страны в плане социально культурного возрождения.

Литература 1. Швачко Е.В. Микросоциологическое исследование феномена идентификации у подростков // Актуальные вопросы теории и практики в социологии : Материалы Второй Московской конф. — М., 1990. — С. 73–74.

2. Швачко Е.В. О микросоциологических аспектах глобальных проблем // Акту альные вопросы теории и практики в социологии : Материалы Всесоюзной науч. практ.

конф. — М., 1991. — С. 57–58.

3. Швачко О.В. Дослідження процесу самопізнання при формуванні толерантних відносин у підлітків // Проблеми соціальної психології. Вип. 1. — Київ, 1992. — С. 81–85.

4. Швачко О.В. Актуалізація толерантності як спосіб запобігання конфліктній ситуації // Природа, феноменологія та динаміка конфліктів в сучасному світі : Мате ріали Міжнародної науково практичної конф. — Чернівці, 1993.— Ч.2. — С. 152–153.

168 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Толерантность как психолого социальный феномен 5. Швачко О.В. Цінність толерантності в молодіжній свідомості (досвід мікро соціологічного дослідження). — Дис.... канд. соціол. наук. — К., 1993.

6. Швачко О.В. До проблеми мікрорівня організації соціальної структури // Про блеми розвитку соціології на сучасному етапі. Теоретичні та методичні питання.— К., 1994. — С.49–51.

7. Швачко О.В. Толерантність як фактор запобігання міжособистісних конфліктів у малих групах молоді, що навчається // Молодь і проблеми конфлікту в період перехо ду до демократичного суспільства : Матеріали Міжнародної молодіжної наук. практ.

конф. —Чернівці, 1994. — Ч.1. — С. 260–262.

8. Швачко О.В. Об’єктивація толерантності як чинник розвитку особистості //Ментальність. Духовність. Саморозвиток особистості : Матеріали Міжнародної наук.

практ. конф. — Київ;

Луцьк, 1994. — С.574–576.

9. Швачко О. Субкультурні орієнтації молодіжного середовища // Український світ (Українська родина). — К., 1995. — Вип.4–6. — С. 41–42.

10. Макеев С.А., Оксамитная С.Н., Швачко Е.В. Социальные идентификации и иден тичности. — К., 1996.

11. Швачко Е.В. Так формируются стереотипы... (опыт социально психологического исследования рейтинга идентификационных предпочтений) // Журнал практикую щего психолога. — Киев, 1997. — Вып.3. — С. 147–151.

12 Швачко О.В. Соціально психологічні складові людської злагоди: ідентифікація, рефлексія, толерантність : Матеріали Всеукраїнської наук. практ. конф. — К., 1999. — С.186–190.

13. Швачко О.В. Особистість в малій групі // Проблема особистості в сучасній науці:

результати і перспективи досліджень : Збірник доповідей Третьої Всеукраїнської науко вої конф. — К., 2000. — С. 40–42.

14. Швачко Е.В. Толерантность как социальная ценность // Практическая психо логия. — 2000. — 5.

15. Краткий психологический словарь. — М., 1985.

16. Современная западная социология : Словарь. — М., 1990.

17. Коржева Э.М. Социологическая теория познания Э.Дюркгейма // Из истории буржуазной социологии ХIX–XX веков. — М., 1968. — С. 22–47.

18. Философия любви. — М., 1990.

19. Лоренц К. Кольцо царя Соломона. — М., 1978.

20. Маркс К. Нищета философии. — М., 1987.

21. Маркс К. Экономическо философские рукописи 1844 г. — Собр. соч. — Т. 42. — С. 41–174.

22. Энгельс Ф. Шмидту К. от 27.Х.1890. — Собр. соч. — Т. 37. — С. 415– 420.

23. Энгельс Ф. Лаврову П.Л. от 12–17.Х1.1875. — Собр. соч. — Т.34. — С.135–138.

24. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. — М., 1992.

25. Роменець В.А. Iсторiя психологiї Стародавнього свiту i Середнiх вiкiв. — К., 1983.

26. Чанышев А.Н. Курс лекций по древней философии. — М., 1982.

27. Современная западная социология. — М., 1990.

28. Della Fave L.R. The Meek shall not inherit the Earth: Self Evaluation and the Legitimacy of Stratification // American Sociological Review. —1980. — 45. — 6. — P. 955–971.

29. Дюркгейм Э. Ценностные и “реальные” суждения // Социологические исследо вания. — 1991. — 2. — С. 106–114.

30. Мартышин О.В. К характеристике социальных идеалов гандизма // Вопросы философии. — 1965. — 1. — С. 95–107.

31. Философский словарь. — М., 1986.

32. Шапошникова Л. Мудрость веков // Наука и религия. — 1989. — 10. — С. 29.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Елена Швачко 33. Меликов В.В. Неоиндуизм: протяженная двойственность (религиозно фило софские и социально политические интерпретации Вивекаманды и Ганди) // Фило софия и религия на зарубежном Востоке: ХХ век. — М., 1985. — С. 222–237.

34. Зиммель Г. Общение. Пример чистой, или формальной, социологии // Социо логические исследования. — 1984. — 2. — С. 170–178.

35. Брагина Л.М. Итальянский гуманизм. Этические учения XIV–XV веков. — М., 1977.

36. Липсет С. Политическая социология // Социология сегодня: проблемы и пер спективы. Американская буржуазная социология середины XX века. — М., 1965. — С. 119–149.

37. Сковорода Г. Вірші. Пісні. Байки. Діалоги. Трактати... — К., 1983.

38. Соловьев Вл. Смысл любви. — К., 1991.

39. Франк С.Л. Духовные основы общества. — М., 1992.

40. Тейяр де Шарден П. Феномен человека. — М., 1987. — С. 208 — 211.

41. Тернер Дж. Структура социологической теории. — М.,1985.

42. Блумер Г. Общество как символическая интеракция // Современная зарубежная социальная психология. Тексты. — М., 1984. — С.173–179.

43. Социология и проблемы перестройки.— Л., 1988. — Ч. 2.

44. Буева Л.П. Утверждая гуманистическую сущность социализма // Полит. обра зование. — 1989. — 4. — С. 10–17.

45. Джафарли Т.М. Из истории домарксистской этической мысли. — Тбилиси, 1970.

46. Роменець В.А. Iсторiя психологiї ХVII столiття. — К., 1990.

47. Шопенгауэр А. Свобода воли и нравственность. — М., 1992.

48. Мелешко Е.Д. Место этики в мировоззрении Л.Н.Толстого // Очерк истории этики. — М., 1969. — С. 53–59.

49. Антология мировой философии : В 4 х т. — М.,1969. — Т.3.

50. Кант И. Из лекций по этике // Этическая мысль: Науч. публицист. чтения. — М., 1990. — С. 297–322.

51. Болдырев А.И. Проблема человека в русской философии ХVIII века. — М., 1986.

52. Роменець В.А. Iсторiя психологiї. — К., 1978.

53. Хорни К. Культура и невроз // Психология личности. Тексты. — М., 1982. — С. 97–105.

54. Зайгарник Б.В. Теория личности в зарубежной психологии. — М.,1982. — С. 97–105.

55. Выготский Л.С. Социальный генезис высших психических функций // Собр.

соч. : В 6 ти т. — М., 1984. — Т. 6. — С. 55–56.

56. Портянкин В.А. Размышления о макро и микросоциологии // Социологические исследования. — 1992. — 1. — С. 116–118.

57. Рубинштейн С.А. Проблемы общей психологии. — М., 1973.

58. Український Я.І. Про етапи та рівні процесу ідентифікації // Питання філо софських наук. — 1982. — 14. — С. 61.

59. Батыгин Г.С. Стереотипы поведения: распознавание и интерпретация // Социо логические исследования. — 1980. — 4. — С.102.

60. Русина Н. А. Изучение оценочных эталонов и социальных стереотипов с по мощью семантических измерений // Вопросы психологии. — 1981. — 5. — С. 96–105.

170 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Виктор Городяненко Историография социологии: рефлексивная социология или отрасль знания?

ВИКТОР ГОРОДЯНЕНКО,,, Историография социологии: рефлексивная социология или отрасль знания?

Abstract Sociological historiography is regarded as a part of the sociological thought history.

There have been determined the main tasks and functions of the sociological histo riography. There are presented the methods used in this branch, like comparative ly historical, specifically analytical, logically historical, problem chronological me thods, as well as the methods of actualization and social prognostics.

Появление новых отраслей социологического знания приводит к необ ходимости анализа его структуры. Прежде всего выделим два аспекта — онтологическое знание (о социальной реальности и мнениях, оценках, от ношении к ней, то есть об объекте изучения) и гносеологическое знание (о методах, средствах, путях, процедурах получения самого социологического знания). Согласно такому подходу онтологическое знание может, с нашей точки зрения, характеризоваться как предметное, а гносеологическое — как методологическое знание.

Особо необходимо отметить такой структурный элемент социологиче ского знания, как метасоциология. Ее объектом является не социальная реальность как таковая и не способ получения самого социологического знания, а наука социология, то есть само социологическое знание. Другими словами, метасоциология — это социологическое знание о социологиче ском знании. Как отмечает Г.Осипов, “метасоциология — это такая же Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Виктор Городяненко наука, как и социология. Но в отличие от социологии она связана с разра боткой методологических принципов того, что уже создано социологией.

Она не обслуживает социологию, а берет ее в качестве объекта изучения” [1, с. 41].

Наряду с понятием “метасоциология” некоторые ученые используют понятие “социология социологии” и “рефлексивная социология”. Право мерно ли такое отождествление? Заметим, что термин “рефлексия” был введен в широкий научный оборот еще представителями Франкфуртской школы, которые в процессе критической реконструкции марксистской па радигмы пришли к выводу, что убеждения людей зависят не только от материальных условий, но и от рефлексии, опыта отслеживания течения социальной жизни. М.Хоркхаймера не удовлетворяло состояние наук об обществе, раздробившихся на ряд оторванных друг от друга дисциплин, и в частности — состояние социологии, которая не в силах была выполнить интегрирующую функцию по отношению к другим областям социального знания. В работах “Идеология и утопия” (1930) и “К проблеме истины” (1935) он поставил вопрос о социальной обусловленности и критикуемых теорий, и концепции самого критикующего. То есть речь шла о рефлексии “критической теории”. Сегодня понятие “рефлексия” широко используется в теории структурации Э.Гидденса, структурном конструктивизме П.Бур дье, структурно деятельностной социологии П.Штомпки для описания ак тивного начала человеческой деятельности.

О необходимости рефлексии по поводу собственной обусловленности заявил также американский социолог А.Гоулднер. В известной книге “Гря дущий кризис западной социологии” (1971) он определяет “рефлексивную социологию” как методологический подход, который, в отличие от тра диционной социологии знания, призван не только объяснять особенности теоретической деятельности ученого социолога, но и прояснять его созна ние. В таком понимании объектом рефлексии оказываются ценностные установки социологов как членов общества, в чьем сознании отражаются структуры социальной жизни.

Анализируя структурно функциональные модели общества, А.Гоулд нер приходит к выводу, что кризис академической социологии не может разрешиться посредством возвращения к “чистой” социологии в ее тра диционном понимании. Последняя преуспевает не благодаря своей “отвле ченности” от социального мира, а благодаря “вовлеченности” в него. По мнению Гоулднера, рефлексивная социология призвана преодолеть разрыв между теорией и эмпирией, так как сама теория становится для нее объек том, доступным исследованиям. Что касается конечной цели рефлексивной социологии, то она определяется как изменение социологического само сознания, поскольку, в отличие от традиционной социологии, она пред полагает не изоляцию познающего субъекта от объекта познания, а его активную трансформацию во взаимодействии с объектом.

Таким образом, “рефлексивная социология” представляет собой не на учную дисциплину, а скорее программу социологической деятельности, критически оценивающей и исправляющей искажения, возникающие как следствие неосознанно принимаемых метафизических и идеологических допущений. Она исходит из признания неразрывности социолога и реаль ного социального мира и, вместе с тем, дает ему возможность автономно 172 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Историография социологии: рефлексивная социология или отрасль знания?

действовать в этом мире в соответствии со своими научными интересами.

Кроме того, рефлексивная социология выступает в роли профессиональной этики, так как именно совесть ученого, осознающего предпосылки своей деятельности, должна подсказать, какую теоретическую стратегию ему из брать в той или иной социальной ситуации. Это и дает нам основание говорить о рефлексивной социологии как о структурном элементе мета социологии, которая призвана решать проблемы выявления эпистемологи ческих и онтологических оснований дифференциации явлений и процес сов, относящихся к сфере социологического знания, выработки четких кри териев, позволяющих различать научное, ненаучное и псевдонаучное со циологическое знание.

Наряду с этим, в последние годы наблюдается определенный интерес к историографическим и источниковедческим проблемам социологии [2].

Это закономерное явление обусловлено социальными и мировоззренче скими факторами, в частности, теми задачами, которые выдвигаются на передний план современным уровнем развития социологии постсоветского периода. Однако, если более детально проанализировать историко социо логическую литературу 60–90 х годов, то следует признать, что данный круг вопросов серьезного отражения в научных трудах, не говоря уже о вузовских учебниках, еще не получил. В отечественной социологической литературе должным образом не определены предмет и методы историогра фии социологии, само понятие историко социологической саморефлексии.

По мере развития исторической науки термин “историография” часто менял свое значение. Первое, самое раннее, происходит от прямого пере вода термина — “писать историю”. Начиная с ХVІ века историографом называли придворного писателя, которому поручалось писать официаль ную историю страны. Поэтому раньше историки назывались историогра фами. В этом значении историография употребляется довольно часто и в современных условиях.

Второе значение термина — совокупность исторических работ, иссле дований, посвященных отдельной проблеме или учению. Такое понимание историографии относится к многочисленным аналитическим обзорам, рас крывающим историю изучения отдельной проблемы или какой либо науки в целом.

Третье значение термина — совокупность литературы, созданной в определенный хронологический период.

Наконец, в четвертом значении историография, на наш взгляд, должна пониматься как отрасль науки, в частности социологии, изучающая ее собственную историю во всей совокупности проблем, к ней относящихся:

накопление знаний, анализ смены методологических направлений и кон цепций, состояние и развитие социологии в целом.

К историко социологической саморефлексии применимы все назван ные значения термина. В то же время, особое значение имеет историо графия во втором ее смысле — как описание совокупности работ и знаний, посвященных отдельной социологической проблеме или теоретической школе. При этом главная задача — выяснить, что сделано в данном на правлении. Историографический анализ в этом случае позволяет связать начинающуюся работу со смежными исследованиями, ведущимися в рам ках социально гуманитарного знания.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Виктор Городяненко Историография социологии в четвертом значении — как область социо логического знания — еще не утвердилась в полной мере в статусе само стоятельной научной дисциплины. Однако уже теперь ясно, что дальней шее развитие социологии как науки будет зависеть от состояния разработки проблем историографии, или другими словами, от изучения своей собст венной истории. Процесс дисциплинарного становления историографии социологии хронологически совпадает с методологическим кризисом со циологической науки. Современный виток кризиса связан со сменой стиля мышления, поиском новых методов социологического анализа. Кризис, таким образом, означает переход от традиционной к нетрадиционной со циологии, которая, однако, должна стать не отрицанием классической нау ки, а ее продолжением.

Каково же место историографии в системе социологического зна ния? Историография социологии органически связана с историей социо логии, а история социологии выступает как составная часть самой социо логической науки. Известно, что одним из признаков формирования опре деленной области знания как самостоятельной науки является осмысление ею не только истории отражаемого объекта, но и своей собственной исто рии. Вместе с появлением истории социологии возникает потребность в осознании истории данной научной дисциплины, складываются предпо сылки для формирования историографии социологии.

Одновременно возникает другой вопрос: в чем же отличие предмета историографии от предмета истории социологии? На наш взгляд, это от личие заключается в том, что история социологии изучает весь комплекс социологической науки, а историография — лишь часть ее, то есть историю самих историко социологических концепций, направлений и исследова ний. Это определение необходимо дополнить двумя уточнениями. Во пер вых, в предмет историографии социологии необходимо включить изучение инфраструктуры, то есть условий, в которых происходило развитие исто рико социологических знаний, а также изучение организации историко социологического образования. Во вторых, историография расширяет свое содержание в зависимости от роста историко социологических знаний, а также предмет, включающий не только историю социологии как науки, но и различные элементы историко социологической рефлексии, нового зна ния, в науку еще не оформленные. Таким образом, историография социо логии должна раскрывать конкретно историческую связь истории социо логии с общественной практикой, с интеллектуальным потенциалом эпохи, с содержанием и особенностями социологических концепций в различных странах и в различные периоды.

Итак, историография социологии представляет собой составную часть истории социологической науки. Выделение ее из истории социологии про исходит на этапе ее развития, когда история социологии вступила на путь самопознания, когда назрела потребность определить истоки и тенденции ее развития, когда, наконец, общее признание завоевывает мнение, что вне историко социологического анализа трудно понять развитие содержания и методологических принципов социологии.

В то же время, историография социологии в рамках истории социо логии остается по отношению к ней относительно самостоятельной, по скольку: решает специфические проблемы развития историко социологи 174 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Историография социологии: рефлексивная социология или отрасль знания?

ческого знания, включая выяснение места и роли истории социологии в жизни общества;

имеет собственную историю;

может иметь иное содер жание и идейную направленность.

Основными задачами историографии социологии являются:

1. Регистрация хронологической последовательности событий в про цессе исторического развития социологической науки, фиксация возникающих в ней идей, теорий, концепций, открытий, эмпири ческих подходов и т. п. с указанием имен и биографических данных ученых, имеющих к ним непосредственное отношение.

2. Выяснение содержания и характера историко социологических воз зрений, связанных с каждым отдельным социологическим учением.

3. Изучение процесса формирования и развития истории социологии как самостоятельной дисциплины, разработка методологии и мето дики историко социологического исследования, расширение эмпи рической базы и определение круга проблем, относящихся к истории социологической науки.

4. Выявление места и роли социологической науки в духовной жизни общества.

5. Исследование процессов накопления и распространения социоло гических знаний, в частности истории социологического образова ния, появления и публикации историко социологических источни ков и т.п.

Современный интерес к истории социологии является, по нашему мне нию, своеобразной реакцией на образовавшийся вакуум в социологической теории. В этой ситуации историография социологии оказывается, по су ществу, одним из свидетельств незыблемости традиционных основ социо логического знания. Воспроизводя историю известных направлений и школ, она как бы подтверждает, что главные “несущие конструкции” этого здания остаются непоколебимыми. Именно поэтому большинство трудов, посвященных теории социологии, становятся фактически работами по ис тории социологии. Здесь можно сослаться на книги Дж.Александера, Дж.Тернера, Дж.Ритцера и др., вышедшие в начале 80 х годов. Показателен в этом плане и пример отечественных социологов: И.Громова, Е.Кукуш киной, А.Ручки, В.Танчера, А.Погорелого и др.1 В этих работах история социологии отчасти вытесняет теорию, отчасти берет на себя ее функции или вступает с ней в непростые взаимодействия. Таким образом, исто риография социологии переходит от чисто хронологического описания раз вития социологических теорий к синхронным изображениям состояния социологической науки в целом.

Кроме того, присущий мировой социологии плюрализм актуализирует потребность в упорядочении материала, главным образом посредством классификации. Например, Д.Алиева отмечает, что в такой работе П.Барта, как “Философия истории как социология”, подробное и хронологически последовательное описание социологических школ и теорий XIX века ока 1 Громов И.А. и др. Западная теоретическая социология. — СПб., 1996;

Кукушкина Е.И.

Русская социология ХІХ – начала ХХ века. — М., 1993;

Погорiлий О.І. Соцiологiчна думка ХХ столiття. — К., 1996;

Ручка А.А., Танчер В.В. Очерки истории социологической мысли.

— К., 1992;

Социологическая теория сегодня / Под ред. В.В.Танчера. — К.,1994.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Виктор Городяненко зывается “подвешенным” на заранее подготовленную классификационную схему [3, с. 51].

Подобные приемы характерны для всех общепризнанных историко со циологических работ, включая труды П.Сорокина, Г.Барнеса Г.Беккера, Н.Тимашева, Т.Боттомора, Р.Нисбета и др. Представленные этими авто рами классификации социологических школ и теорий отличаются чрезвы чайным разнообразием и по содержанию, и по объему. Отправляясь от разных точек отсчета исторического времени социологии как науки, они нередко оставляют в стороне целый ряд социологических учений. Созда ваемые в процессе историографического упорядочивания стереотипы, пре вращаясь в своеобразные историографические парадигмы, становятся ори ентирами для членов социологического сообщества.

Одной из важных задач в контексте обозначенной проблемы является прояснение природы, назначения и специфики методов историографии социологии.

В наиболее общем виде метод — это орудие, прием и способ достижения определенных результатов в практической и познавательной деятельности людей [4, с. 30]. Метод задает ученому направление в исследовании изу чаемой темы, рационализирует его познавательную деятельность, способ ствует ее эффективности.

Исследовательские методы в историографии социологии — это твор чески осмысленные способы и приемы познавательной деятельности уче ного, направленной на изучение развития историко социологического зна ния. В настоящее время в историографии применяется комплексная сис тема методов, классификация которой выглядит следующим образом: об щие для всех социально гуманитарных наук методы, применяемые с учетом своеобразия и задач историографии;

специфические, свойственные именно историографическому познанию;

заимствованные из других и прежде всего смежных наук и ставшие междисциплинарными методами. Применение тех или иных методов зависит от многих факторов: уровня развития истори ко социологической науки, квалификации исследователя, его социальной позиции, традиций и др.

В историографии социологии большое значение приобретают истори ческие сравнения, сопоставления, параллели, т.е. все то, что включает в себя сравнительно исторический метод. Этот метод необходим для выявления причин и обстоятельств возникновения и существования на определенных этапах таких явлений в социологии, которые можно охарактеризовать как повторяющиеся, несмотря на новые задачи и условия формирования социо логических знаний.

Сравнительно исторический метод не исключает, а, наоборот, пред полагает применение конкретного анализа в историографии социологии.

Конкретный анализ предполагает исследование историко социологиче ских явлений в их возникновении и взаимовлиянии, в единстве их много образных составляющих и во “взаимопересечении” теоретического и эм пирического материала.

Историография в целом имеет в своем исследовательском арсенале и такой метод, как логический анализ, предполагающий единство истори ческого и логического. Логический анализ в историографии социологии применяется на нескольких уровнях. На первом — анализируются единич 176 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Историография социологии: рефлексивная социология или отрасль знания?

ные явления и события в историко социологической науке. На втором — анализ охватывает развитие социологической науки в пределах определен ного периода или этапа. Здесь определяются общее, различное и особенное в истории социологии. На третьем уровне принципиальное значение при обретает переход от анализа к синтезу, к теоретическому обобщению всего накопленного опыта развития социологических знаний. Логический анализ представляет собой не механическое суммирование разрозненных источ ников, относящихся к развитию социологической науки, а способ познания сущности социологической мысли, ее важнейших элементов и этапов раз вития.

В историографии социологии может применяться и проблемно хро нологический метод, являющийся разновидностью хронологического ме тода. Проблемно хронологический метод предполагает дифференциацию более или менее широкой темы на ряд узких проблем, каждая из которых рассматривается в контексте хронологической последовательности отно сящихся к ней историко социологических факторов. Этот метод способст вует также изучению социальных фактов в рамках единого процесса, в котором отдельные этапы и периоды сравниваются с целью выявления объективных закономерностей накопления и углубления историографи ческих знаний.

В историографии социологии определенное место занимает ретроспек тивный анализ развития социологической науки. Суть этого метода заклю чается в изучении элементов прошлого, сохранившихся до наших дней, и реконструкции на их основе имевших место в истории социологии явлений и фактов. Одновременно этот метод предполагает и проверку выводов исто рико социологического исследования на основе данных последующей практики. Ретроспекция в историографии предполагает использование со временных знаний для изучения прошлого.

В историографическом анализе социологии применяется также метод актуализации, что означает определение ценности социологических зна ний с точки зрения современности и перспективы, их роли в развитии науки и в применении к социальной действительности. Метод актуализации по зволяет строить научные прогнозы будущего развития истории социоло гической науки на основе выявления ее ведущих тенденций и их изменения от прошлого к настоящему. Одновременно он дает возможность разраба тывать практические рекомендации для дальнейшей деятельности иссле дователей на основе “уроков истории”.

Историография социологии может использовать и прием социального прогнозирования. Поскольку прогноз наряду с анализом, диагнозом и син тезом является имманентной функцией каждой научной дисциплины, его следует применять в историографии сообразно задачам и особенностям социологической науки. Определение перспективных направлений, тем, проблем и т.п. на основе знания того, как развивалась социологическая наука в прошлом, является условием правильной ориентации в разработке исследовательской стратегии.

Вышеуказанные методы не исчерпывают всей совокупности научных приемов познания, применяемых в историографии социологии, однако они составляют фундамент историографического исследования. При этом вы Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Виктор Городяненко бор конкретных методов должен определяться предметом и специфиче скими задачами исследования.

Историография социологии как научная дисциплина выполняет ряд важных функций. Методологическая функция связана со становлением нового знания, определением механизмов и тенденций процесса развития историко социологического познания. Историография выполняет также функцию изучения конкретных социологических проблем, исследования их в контексте соответствующей сферы социологического знания. Исто риография имеет и важную мировоззренческую функцию. Осознание прошлого науки имеет влияние на стиль мышления ученого, формирует критическое отношение к историческому наследию. Кроме того, следует сказать о дидактической и интегрирующей роли историографической дис циплины, которая совместно с источниковедением завершает специальную подготовку профессионала социолога.

Развитие и расширение историографических исследований играет роль интегративного фактора, способствуя поддержанию должного уровня со циологического знания, развитию методологического аппарата современ ной социологической науки.

Литература 1. Осипов Г.В. Социология и социализм. — М., 1990.

2. Городяненко В.Г. Историография социологии? // Социологические исследова ния. — 1999. — 3. — С. 140–144;

Городяненко В.Г. Учебная социологическая литера тура: историографический анализ // Социология: теория, методы, маркетинг. — 1999. — 4. — С. 123–134;

Городяненко В.Г. Историография социологии: понятие саморе флексии и частично аннотированный библиографический указатель историко социо логической литературы. — Днепропетровск, 2000;

Попов А.С. Социологическая мето дология отечественной истории: Историографический очерк. — Пенза, 1999;

Шато хин А. Обзор социологической литературы по проблемам аграрного реформирования и социального развития деревни // Социология: теория, методы, маркетинг. — 2000. — 3. — С. 145–152.

3. Алиева Д.Я. Историографическая саморефлексия в современной социологии // Социологический журнал. — 1995. — 4.

4. Зевелев А.И. Историографическое исследование: методологические аспекты. — М., 1987.

178 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Социологические издания: рецензии, размышления Социологические издания: рецензии, размышления :, ВИКТОР СТЕПАНЕНКО,,, Стоит ли “дурить публику”?

Королько В.Г. Основы паблик рилейшнз. — М.:

& Рефл бук;

К.: Ваклер, 2000. — 527 с.

Паблик рилейшнз (ПР) — относительно новое социально культурное, идео логическое и политическое явление, утверждающееся в различных сферах социаль ной активности посткоммунистического общества. ПР уже стали обязательным атрибутом в деятельности бизнес структур, претендующих на статус респектабель ных;

без сопровождающей ПР активности не обходится ни одна избирательная кампания любого уровня;

работа с “массами”, “электоратом” или “населением” вме няется в непосредственную обязанность соответствующих структур органов влас ти. Вместе с тем, подобно многим терминам, перенесенным в отечественный кон текст, понимание ПР часто серьезно искажено. На уровне обыденного сознания, главным образом в результате сомнительной деятельности большого числа диле тантов “практиков”, ПР нередко отождествляется с безответственной рекламой, техниками манипулирования сознанием, топорной пропагандой или навязчивой деятельностью многочисленных коммивояжеров от торговли и политики (тем, что в англоязычном мире получило название hard selling).

Книга В.Г.Королько ясно и убедительно показывает, что такое настоящие ПР как наука и искусство общения с публикой, то есть репутационный менеджмент, каковым ПР должны быть. Книга включает детальный обзор основополагающих зарубежных, в основном американских, источников по теории и практике ПР, Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Социологические издания: рецензии, размышления анализируемых автором в контексте посткоммунистических реалий. Отметим по крайней мере два, на наш взгляд, принципиальных достоинства, отличающих рас сматриваемое исследование от прочих немалочисленных публикаций по этой про блематике. Во первых, автор неразрывно связывает теорию, практику и институт социально ответственных и эффективных ПР с задачами политической демокра тизации и становлением гражданского общества в постсоветских странах. Иными словами, ПР – непременный атрибут демократии (ее, по словам И.Ганди, “сма зочный материал”) наряду с такими ее элементами, как свобода слова, информации и выбора для граждан.

Принципиальный вопрос, возникающий по прочтении книги, таков: могут ли ПР в принципе быть другими (честными и ответственными) в постсоветском об ществе? Предпосылки утвердительного ответа на этот вопрос автор усматривает в дальнейшей профессионализации ПР, в превращении системы и института ПР из набора технических приемов воздействия на сознание публики и массовых диле тантских опытов в сфере имиджмейкерства в серьезный и социально значимый институт, регулирующий взаимоотношения власти, предприятия или организации, с одной стороны, и населения, общественных групп, клиентов и потребителей — с другой.


В этом смысле автор предлагает своего рода программу профессионализации ПР активности в Украине. И в этом состоит еще одно достоинство книги Валентина Королько. Принципы этой программы применимы для всех уровней и сфер ПР – от торговли, бизнеса и сферы услуг до ПР активности органов власти.

Книга успешно реализует авторский концептуальный замысел — представить универсальные основания ПР, избежав при этом примитивизации и схематизма.

Исследование хорошо и логично структурировано с точки зрения подачи материа ла – ценное и важное качество для книги, одобренной Министерством образования и науки Украины как учебник для студентов вузов. Написанная в двух частях, книга удачно объединяет историко теоретический и методолого практический подходы в анализе ПР.

В первой части “ПР: эволюция, научные основы, методология” рассматриваются сущность и содержание паблик рилейшнз, истоки и история развития ПР, статус и функции ПР в структуре организации. Здесь также анализируются проблемы изучения общественного мнения в контексте ПР активности и вопросы управления процессом ПР.

Специальный подраздел посвящен анализу состояния ПР в Украине. Спра ведливо рассматривая профессиональную ПР активность как важнейший компо нент демократизации украинского общества, автор отмечает, что отнюдь не послед ней причиной стабильно низкого доверия людей к институтам власти является “отсутствие взвешенной, нацеленной на перспективу программы налаживания кон структивных связей с общественностью, просветительской, пропагандисткой (если угодно) работы среди различных групп населения” (с.85). Действительно, в режиме закрытой, “непрозрачной” политики, осуществляемой властными структурами в Украине по тем же советским канонам, общественность, “население” или “электо рат” воспринимаются в основном как объект политической манипуляции и жестко го администрирования. Системы и механизмы реализации “обратной связи” прак тически не развиты, протоструктуры властных ПР нередко напоминают, как от мечает автор, “пожарную команду”, а не службу по “технике безопасности” (с.83).

Результатом такого положения дел является фиксируемое социологическими опросами отчуждение людей от государства и все углубляющееся разделение при ватной и общественной сфер. Выход из ситуации автор видит в коренном изме нении принципов и самого стиля взаимоотношения власти с широкой обществен ностью – от закрытости и менторской назидательности к открытости и сотруд ничеству. Автор не предлагает конкретной программы мероприятий для властей 180 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Социологические издания: рецензии, размышления постсоветской Украины в контексте, скажем, практики “прозрачной” регулярной отчетности власти всех уровней перед гражданами в столь ответственный и про тиворечивый этап развития общества. Однако из исторических параллелей, при водимых в первой части книги, можно отметить, к примеру, знаменитые беседы у комелька Рузвельта с американским народом.

Особый интерес для социологов представляют анализируемые в первой части проблемы общественного мнения в контексте ПР. Подчеркивая определенное раз личие в подходах к изучению общественного мнения между социологией и ПР, автор ссылается на слова американского пиармена Ф.Палмера. По его мнению, “функция социологов исследователей заключается в том, чтобы изучать, измерять, анализировать и взвешивать общественное мнение”. Функцию же специалистов по ПР американский эксперт видел в том, чтобы способствовать конструктивному отношению к силе общественного мнения (с. 169). Автор выделяет три основных направления работы с общественным мнением в системе ПР: “1) убедить людей изменить свое мнение относительно проблемы, товара, организации или отдельного лица, 2) кристаллизировать мнение, еще не сложившееся окончательно, или 3) уси лить существующее общественное мнение” (с. 158).

Задачи влияния и воздействия на общественное мнение, составляющие одну из основных функций ПР, порождают определенные противоречия и сложности в использовании ПР технологий, особенно в посткоммунистическом обществе, и неоднозначное отношение к той системе ПР (во многом псевдо ПР), которая сло жилась в наших условиях. В книге формулируются не только “законы” общест венного мнения – объективные особенности его функционирования, но и типо логия приемов “грязных” технологий, предполагающих намеренное манипулиро вание общественным мнением (примеров чему несть числа в наших реалиях). Оче видно, единственной гарантией благой и честной ПР деятельности в любых усло виях являются профессионализм и нравственные качества пиарменов. Автор, спра ведливо придающий этическим вопросам ПР первостепенное значение, формули рует дилемму (особенно острую и очевидную в нашем обществе), которая стоит перед профессионалом пиарменом (политиком, журналистом, ученым, деятелем культуры и другими профессионалами, работающими в сфере “производства смыс лов”): “быть слугой, работающим по найму ради денег, или оставаться честным профессионалом в своей области” (с. 205). В ситуации такого выбора особую инфор мационно практическую ценность представляют приложения книги, знакомящие читателя с различными кодексами профессионального поведения и этики пиар менов и журналистов.

Вторая часть книги “ПР в действии” посвящена методико практическим аспек там ПР активности, таким как вопросы цивилизованного лоббирования, различ ные аспекты подготовки и проведения избирательных кампаний, а также практи ческим аспектам эффективной коммуникации. Несомненно, все эти вопросы пред ставляют немалый интерес не только для действующих и будущих профессио нальных пиарменов, социологов и политологов, но и для общественных активистов, представителей политических партий, общественных движений, негосударствен ных организаций и просто для неравнодушных активных граждан.

Выделим важную и все еще мало разработанную в отечественной литературе тему лоббирования. В Украине вопросы цивилизованного лоббирования особенно актуальны и остры ввиду отсутствия четко очерченного правового поля данной деятельности. По этой причине и в силу печальной памяти советской “неформаль ной практики” лоббирование все еще часто ассоциируется, как отмечает автор, с “толкачеством” и реализацией кланово эгоистических интересов через своих пред ставителей “во власти”.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Социологические издания: рецензии, размышления Говоря о цивилизованном демократическом лоббировании, автор усматривает его основную задачу в том, “чтобы в законодательных и нормативных актах государ ственной власти учитывались специфические интересы разных групп обществен ности, их организаций, не противоречащие интересам общества” (с. 351). По наше му мнению, именно вопросы гармонизации общественных и частно групповых ин тересов, а также артикуляции общественных интересов являются наиболее пробле матичными и концептуально неразработанными в постсоветской Украине. Со мнительные макроэкономические решения первого десятилетия украинской госу дарственности, такие как, к примеру, “непрозрачная” распродажа судов Черно морского торгового флота, полукриминальная приватизация наиболее привлека тельных экономических объектов, монополизация энергорынка, сомнительные ре зультаты “подковерного лоббирования” некоторыми депутатами таких компаний, как “Джон Дир”, — это лишь отдельные эпизоды нецивилизованного и узкоклa нового “толкачества”, когда общественный (и национальный) интерес не был учтен или попросту проигнорирован. Впрочем, тема причин и факторов практики, имею щей отношение скорее к институциональной коррупции (Л.Тимофеев), чем к лоб бированию, требует специального анализа, выходящего за рамки задач данного исследования.

Автор же предлагает нормативно позитивную программу цивилизованного лоббирования и использования его методов в ПР постсоветского общества. В этом случае речь идет об утверждении основ демократии, которая не сводится лишь к праву граждан избирать своих представителей в парламент и голосовать за высшее должностное лицо государства. Необходим реальный, эффективный и узаконен ный механизм, позволяющий гражданам отстаивать свои интересы, влиять на при нятие политических решений “снизу” и осуществлять контроль деятельности ор ганов власти, в частности представительных, вплоть до практической процедуры отзыва депутатов.


В перспективе формирования гражданского общества и потребности цивили зованного влияния (давления) на власть “снизу” особый интерес представляет подраздел книги, в заглавие которого вынесен вопрос: “Существуют ли возмож ности лоббировать Верховную Раду Украины?” Положительно отвечая на этот во прос, автор анализирует три круга возможностей демократического давления на власть и контроля за ней. Речь идет о фактической реализации формально де кларируемых, но не всегда реально используемых гражданами возможностей Укра инского законодательства в части законов о статусе народного депутата, о средствах массовой информации и некоторых других законодательных актов.

Суммируя положительные впечатления от книги “Основы паблик рилейшнз”, еще раз подчеркнем ее социальную востребованность. Приходится с сожалением констатировать, что в постсоветском обществе, и в Украине в частности, из всех рассматриваемых в книге исторических моделей развития ПР (“дури публику”, “плюй на публику”, “информируй публику” и “сотрудничай с публикой”) все еще наиболее “развитыми” и распространенными являются первые две модели. Чест ные, профессиональные и социально ответственные ПР, сами по себе являющиеся катализаторами позитивных социальных изменений, лишь формируются. Наи лучшая социальная гарантия их становления — параллельное развитие структур гражданского общества, правовой и демократической культуры граждан.

Вспоминается один из газетных заголовков в информации о презентации этой книги: какова публика, таковы и паблик рилейшнз (то есть по существу: каковы мы сами, таково и отношение к нам, в том числе и со стороны власти). Но верно и другое:

бесконечно дурить публику невозможно. Так стоит ли пробовать?

182 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Социологические издания: рецензии, размышления ЮРИЙ ТАРАБУКИН,, ЮРИЙ ЯКОВЕНКО,,, Неравенства и процессы классообразования в трансформирующемся обществе Куценко О.Д. Общество неравных. Классовый & анализ неравенств в современном обществе: Опыт западных социологов. — Харьков, 2000. — 316 с.

Проблема, исследуемая в монографии, имеет особую социологическую и поли тологическую весомость именно сегодня, в условиях современной трансформации украинского общества. Изменения, накопившиеся за годы трансформационного процесса, высветили ряд доминантных, хотя и внутренне нестойких, тенденций в общественном пространстве. Стремительно раскрылось множество социальных по зиций, пребывающих в состоянии формирования и до сих пор остающихся не консистентными, нестойкими и весьма подвижными. Вместе с тем, они служат почвой для появления различных, в том числе новых, социальных практик, которые не только воспроизводят, но и активно изменяют структурные и культурные основы общества, становятся фактором накопления в нем новых социальных сил.

Исследуя изменения социально классового пространства современной Украи ны, изменения форм, содержания, социальной силы классовых образований, автор выявляет то новое, что появилось в социальном положении и в сознании тра диционного рабочего класса, и наряду с этим — гетерогенизацию прежней советской Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Социологические издания: рецензии, размышления интеллигенции, укрепление власти бизнеса и административной элиты, появление новых социальных образований мелких предпринимателей и безработных, соци альную активизацию пенсионеров и женщин и другие разнородные тенденции и процессы и ставит вопрос о мере уникальности этих тенденций для постсоветского общества по сравнению с другими развитыми странами. А это, в свою очередь, обусловило необходимость детального специального изучения и теоретического осмысления богатого опыта западной социологии в исследовании социальной дина мики и процессов структурирования общества.

Как отмечает О.Д.Куценко, это крайне важно, особенно если учесть, что в свое время отечественная социология искусственно отделяла себя от достижений запад ной социологии, ориентируясь на теоретическую парадигму марксизма ленинизма, на эмпирическую базу, ограниченную реалиями определенного типа общества, а официальное неприятие стратификационных концепций делало невозможным аде кватное описание имеющегося в обществе неравенства. Сделанный автором анализ существующих трудов по этим вопросам дает основания утверждать, что ныне от сутствуют убедительные теории социального структурирования трансформирую щегося общества, а в научном анализе социальных неравенств доминирует логика эмпиризма. Разумеется, западная социология развивала теоретические концепции, рассматривавшие сложный социальный мир под различными углами зрения, и на этом основании были выработаны разнообразные подходы стратификационного, классового анализа современного общества (А.Дж.Тойнби, Дж.Бэлл, Д.Лейн, Дж.Голдторп, Э.Гидденс, М.Арчер, М.Вебер, М.Джилас, М.С.Восленский, П.Бур дье, Ф.фон Хайек). Процессы структурирования социальных различий, классо образования изучаются западными социологами весьма подробно, их значимые аспекты концептуализированы в логически стройных теориях, получающих систе матическое развитие и проверку в эмпирических исследованиях. По поводу их адекватности условиям современного общества ведутся непрерывные дискуссии.

Поэтому автор предлагает переосмыслить достижения отечественных социо логов советского периода в области исследования реалий общества советского типа, более адекватно войти в мировое русло социологических поисков, чтобы расширить свой теоретический и эмпирический “горизонт” и на этой основе сформировать новое понимание движущих процессов общества. Именно такой подход определяет актуальность исследования.

В этой работе О.Куценко предпринимает попытку систематизировать и осмыс лить вклад современной западной социологии в понимание процессов структури рования современных обществ и изменения в них классовых неравенств, поскольку они обусловливают социальные расколы общества и образование и взаимодействие мощных социальных сил, определяют векторы движения общества. Сверхзадачей данной работы автор считает развитие концепции классообразования, адекватной реальности современных трансформирующихся постсоветских обществ, а это тре бует выяснения того, как изменяются классы, какую роль они играют в процессе современной трансформации и как, наконец, можно их изучать. Именно в этом заключаются научная новизна и ценность исследования.

Автор монографии определяет дискурс социальных неравенств, анализирует проблему “отклоненного значения классов” в современную эпоху;

рассматривает властное поле социальных неравенств, происходящих в нем структурных расколов;

выявляет демо элитную перспективу структурных изменений, анализируя фак торы собственности, занятости и профессии как детерминанты классовой страти фикации;

рассматривает развитие, перспективы и познавательные ограничения конкурирующих функциональной, неомарксистской и неовеберовской теоретиче ских схем изучения неравенств, образующихся в социально профессиональном поле занятости;

исследует социальные и познавательные проблемы, связанные с возрастанием стратификационной силы фактора образования в современном об 184 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Социологические издания: рецензии, размышления ществе и внутренней динамикой новых классовых образований. Автор делает по пытку “выйти” за пределы социально профессиональных и властных полей клас совых неравенств, анализирует альтернативные традиционным подходам теоре тические конструкты и аспекты неравенства. В работе также освещена авторская концепция классового анализа трансформационного процесса в постсоветской Украине на теоретических основаниях структурно деятельностного подхода с ис пользованием методологического принципа дополнительности.

Развивая идеи и сущностные характеристики класса, которые были определе ны К.Марксом и М.Вебером и постоянно переосмысливались и уточнялись совре менными исследователями, автор монографии предлагает понимать класс как мно гоуровневое структурно деятельностное социальное образование, как социальную силу, возникшую на основе неравного распределения структурных ресурсов в об ществе и способную своими действиями изменить общество.

В отличие от статус ной группы, класс, по мнению автора, — это не статистическое измерение неравно распределенного в обществе престижа (в зависимости от доходов, власти и обра зования), а динамическая характеристика социального пространства, “сгустков” его структурно деятельностных потенциалов, задающих векторы возможных глубин ных движений в обществе. Автор отмечает, что это понятие отражает крупнейшие социальные неравенства в современных обществах, способные продуцировать со циальный раскол и оппозицию и, соответственно, борьбу за сохранение/установле ние своего видения социальных рисков, справедливости и соответствующих форм общественных отношений. Автор считает, что в понимании классов и переоценка значения собственности на средства производства или профессионального статуса семьи, и недооценка этих факторов приводят к упрощению или выхолащиванию данного понятия.

Анализируя процессы классообразования, автор рассматривает специфику классовой схемы Дж.Голдторпа, феномены социального отчуждения и эксплуата ции — наиболее “глубокие” факторы социального разделения общества и струк турирования его социальных сил. Постановка этих вопросов в монографии сви детельствует о том, что знание о современном социальном пространстве отходит от одномерных детерминантных вертикалей, обнаруживая множественность, прин ципиальную эмерджентность, непрерывное “установление” порядка.

Заслуживает внимания авторская концепция классового анализа трансформа ционного процесса в постсоветской Украине. Социальный раскол периода незави симости служит почвой для формирования двух главных потенциальных клас совых макропозиций, расположенных над и под порогом социального отчуждения и социально экономической эксплуатации. В этих пределах происходит формирова ние множества мезоклассовых образований, отражающих разнообразные граждан ские, рыночные и трудовые ситуации и продуцирующих различное социальное сознание и социальные практики. Многочисленные социальные образования, кото рые занимают данные позиции и выступают носителями основных социальных расколов, формируют организационные механизмы своей активности. Усиление противостояния между ними проявляется в мощных всплесках в периоды избира тельных кампаний, позволяя четче определять их. Автор описывает разные соци альные перспективы формирующихся классовых образований. Логика социаль ного развития ведет украинское общество к появлению более глубоких классовых расслоений, чем существующие в современных западных обществах. Продолжается формирование классовых основ постсоветского трансформационного процесса.

Будут ли институциализированы названные структурно деятельностные по зиции и практики, в каких формах они получат социальную устойчивость и кон систентность, — эти вопросы недостаточно раскрыты в монографии, поскольку они требуют дополнительных исследований динамики трансформационного процесса постсоветского общества.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 Социологические издания: рецензии, размышления Следует отметить большое количество использованных при написании моно графии работ украинских (С.Макеев, С.Оксамитная, В.Паниотто, В.Хмелько, В.Черноволенко, Е.Якуба) и российских (Г.Батыгин, З.Голенкова, Т.Заславская, Е.Игитханян, В.Радаев, А.Шкаратан, В.Ядов) авторов. Наиболее интересным пред ставляется то, что О.Куценко вводит в научный оборот широкий круг трудов запад ноевропейских и американских социологов по рассматриваемой теме.

Одним словом, монография Ольги Куценко представляет собой оригинальный, интересный, своевременный и актуальный в современной украинской социологии труд, без сомнения заслуживающий внимания научной общественности.

ВЛАДИМИР РЫЖКО,,, Социология. Познание. Субъект Пилипенко В., Привалов Ю., Щербина В.

& Субъективный компонент в социологическом познании. — Киев: Стилос, 2000. — 129 с.

Практика последних десятилетий ХХ века свидетельствует о возрастании роли социологической рефлексии в процессах общественной жизни и актуализации субъективно личностного компонента. Последний становится, по сути, отправным пунктом социального действия, теоретического видения и осмысления социума.

Ныне субъективный компонент наполняется новым смыслом вследствие того, что сама теория по иному “вмонтирована” в информационно коммуникативный со циум. Особенно актуальным является исследование роли и места субъективного компонента в теоретической рефлексии постмодерна. Именно в постмодернист ском познавательном дискурсе возрастает значимость индивидуальности как фак тора теоретической рефлексии.

Рецензированное монографическое исследование предлагает продуктивный анализ характера становления концепций субъекта социального познания в про 186 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, Социологические издания: рецензии, размышления цессе развития разных форм саморефлексии и рассмотрение субъективного ком понента социологического теоретизирования в основных направлениях социоло гической науки, специфики его в условиях постмодернистской познавательной ситуации, этнических оснований социологического теоретизирования в процессе его индивидуализации и авторизации.

Рассмотрев ряд концептуальных подходов к трактовке субъективного компо нента социологического познания, авторы доказывают, что мотивационная струк тура последнего формируется на основе “этики сотворчества”. Наряду с этим, по мнению авторов, перспектива рефлексии развития социологической теории не мо жет ориентироваться на идеологические конструкты;

иначе в деятельности теоре тика будут воспроизводиться предыдущие конфронтационные модели социологи ческой концептуализации, но уже в “современном” виде.

Монографическое исследование, безусловно, выигрывает благодаря тому, что авторы проанализировали субъективный компонент теоретизирования в разных социологических направлениях. Неоспоримую ценность придает монографии ис торический ракурс анализа изучаемой проблемы. Так, авторы рассматривают кон цептуальное видение субъекта в период формирования рационально критического мировосприятия, в рамках христианских учений Средневековья, в философских доктринах Нового времени.

Исследование носит историко методологический характер, оно концентрирует внимание на вопросах, недостаточно разработанных в отечественной теоретичес кой социологии. Предлагаемый методологический подход направлен на развитие социологического метатеоретического дискурса и переосмысление процесса социо логического теоретизирования. Результаты монографического исследования могут быть использованы в качестве материала для изучения истории теоретической социологии в высшей школе.

Вместе с тем, хотелось бы сделать несколько замечаний, которые, на наш взгляд, будут способствовать дальнейшей работе авторов над исследуемой проблематикой.

Во первых, работа выглядела бы более гармонично и стройно, если бы авторы, вполне заслуженно включив в орбиту исследовательского интереса разработки К.Маркса, обратили больше внимания на неомарксистские направления — труды фрейдо марксистов, марксистов экзистенциалистов, представителей феноменоло гического марксизма. Во вторых, имеет смысл рассмотреть особенности социоло гического теоретизирования с учетом специфики проявления субъективного ком понента в русле интеграционных процессов в социологической мысли.

Оценивая монографию в целом, заметим, что это — оригинальное, новаторское и результативное исследование важной теоретико социологической проблемы.

Книга будет полезна не только для специалистов, но и для широкого круга чита телей, интересующихся актуальными проблемами развития теоретической социо логии.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2001, 2 !

Научный коллектив Института социологии НАН Украины и Социологическая ассоциация Украины приветствуют известных в Украине и за ее пределами ученых социологов доктора философских наук Анатолия Александровича Ручку и доктора философских наук Виктора Владимировича Танчера с присуждением премии Национальной академии наук Украины имени М.С.Грушевского за цикл науч ных работ по исторической социологии.

Коллектив журнала присоединяется к поздравле ниям и желает нашим уважаемым коллегам и посто янным авторам новых вдохновенных статей и плодо творного продолжения многолетнего творческого со трудничества.

188 Социология: теория, методы, маркетинг, 2001,

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.