авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |

«1990 – 2000 10 лет Институту социологии НАН Украины 10 лет Институту социологии НАН Украины 10 лет Институту социологии НАН Украины ...»

-- [ Страница 6 ] --

В этом случае, как правило, предполагалось, что любой познавательный опыт имеет такие конструирующие его связи, которые не могут быть реду цированы к чувственным данным. В то же время в понимании самого субъ екта совершается принципиально важный шаг — он как бы раскалывается на две составляющие: индивидуальный субъект и трансцендентальный. В отношении первого считается, что объективная структура опыта от него не зависит, и в то же время эта структура, нормативы и критерии, применяе мые в познавательном процессе, коренятся в особенностях трансценден тального субъекта. Этот подход, получивший название трансцендентализ ма, является своеобразно переосмысленной версией Декартовой програм Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Щербина мы анализа познания. Различные виды трансцендентализма отличаются друг от друга в зависимости от того, как в них понимается сама возможность выявления трансцендентальной структуры опыта и, исходя из этого, обо снования знания.

Одной из самых влиятельных концепций такого рода является транс цендентальная феноменология Э.Гуссерля, пытющегося осуществить ана лиз трансцендентального сознания посредством особой процедуры, кото рую он представляет как феноменологическое описание того, что дано со знанию с наибольшей очевидностью. В основе всякого познания реаль ности, считает Гуссерль, лежит непосредственное, интуитивное знание, отождествляемое в феноменологии с восприятием. Так, наряду с другими типами непосредственного восприятия, он выделяет непосредственное усмотрение сущности (идеацию) — восприятие “эйдосов”, которые пред ставляют собой сущностные структуры различных видов предметности, обладающие доязыковым существованием.

Язык не способен выразить их в полной мере, постижение их возможно лишь при особой установке сознания, посредством особых процедур: транс цендентальной редукции (“эпохе”) и эйдетической редукции (заключение в скобки). Выявление “эйдосов” идет путем эйдетической рефлексии, осо бого рода внутреннего восприятия, осуществляемого без посредства орга нов чувств и направленного на само “чистое сознание”. На практике по добная процедура, признает Гуссерль, оказывается трудноосуществимой, если не невозможной. Поэтому он предлагает использовать технику “эйде тической дескрипции”, которая состоит в том, что исходя из актуального акта полагания предмета в данном значении, мы, варьируя различные экс пликации данного “эйдоса”, в результате обнаруживаем нечто инвариант ное. Это и есть структура сущностных априорных связей, не зависимых от того или иного конкретного содержания нашего опыта. Таким образом, в основе знания лежит рефлексия, самопознание.

Разработанный Э.Гуссерлем феноменологический метод был применен в области социологии А.Шюцем, который попытался на его основе рас крыть специфику социальных наук. Вслед за М.Вебером он считает, что социальные науки призваны дать объяснение социального действия. Но постижение внутреннего смысла последнего возможно, по его мнению, только на основе феноменологической концепции сознания. “Феномены социального мира, — пишет он, — можно понять только в том случае, когда мы выводим их из первичных и всеобщих сущностных законов сознания.

Только великие философские открытия Бергсона и прежде всего Гуссерля открыли доступ к глубинным слоям сознания” [цит. по: 1].

В духе герменевтики Дильтея Шюц утверждает, что социальные науки должны постичь связи смыслов, субъективный мир людей, лежащий в осно вании их действий. В качестве отправной точки он принимает поток созна ния, одним из моментов которого выступает индивидуальное Я. В этом потоке формируются субъективные смыслы, значения, возникающие в виде проектов, замыслов деятельности. Исходя из гуссерлевского анализа со знания, он утверждает, что актуальной деятельности сознания присуще предвосхищение горизонта будущей деятельности. Смысл деятельности и есть наперед проектируемый ее результат.

134 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Субъектное начало теоретизирования в феноменологической социологии Подобно Гуссерлю Шюц замыкает процесс образования смысла внутри временного потока сознания. Этот смысл биографичен, он неотделим от личности и образует сферу первичных очевидностей, принципиально за крытую для сознания другого Я. “Прорыв” к Другому, конструирование совместной социальной реальности рассматривается как важнейший этап перехода Я к интерсубъективности.

Так, согласно Шюцу, конструируется совместная для Я и Ты смысловая среда. Только когда в качестве Другого выступает любое Я, когда Ты — каждый встречный, возникает объективный, общий для всех смысл, выра жаемый в форме суждений. Таким образом, у Шюца каждой форме субъек тивности соответствует форма социальной реальности. Для Я характерны субъективный смысл и данная с очевидностью реальность моего мира, для Мы — общий разделяемый нами мир, для случайных людей — общий для них мир, который не имеет уже под собой общих переживаний. Шюц назы вает его миром “всех”, сферой интерсубъективного смысла. “С самого нача ла мы, действующие лица на социальной сцене, воспринимаем мир, в кото ром мы живем, — и мир природы, и мир культуры, — не как субъективный, а как интерсубъективный мир, т.е. как мир, общий для всех нас, актуально данный или потенциально доступный каждому, а это влечет за собой интер коммуникацию и язык” [2].

Щюц весьма строго оценивает роль теоретика в создании теории: “Мы, ученые, настолько же суверенны в этой системе интерпретации (социаль ного мира. — В.Щ.), насколько свободен актер в установлении своей систе мы целей и планов. В частности, мы, социологи, обязаны всего лишь сле довать модели естественных наук, которые достигли своих наиболее блес тящих результатов благодаря тем самым методам, от которых нас вынуж дают отказаться. И наконец, сама сущность науки заключается в том, чтобы быть объективной, т.е. достоверной не только для меня и вас и для немногих других, но для каждого, и чтобы научные суждения относились не к моему частному миру, а к единственному и единому жизненному миру, общему для всех нас” [3].

“Жизненный мир” — мир здравого смысла — интерсубъективен в рам ках естественной установки. Общество едино для всех нас, но каждый раз мещен в нем особым образом, в своей “биографической ситуации”, поэтому в любой момент жизни человек руководствуется “запасом наличного зна ния”, состоящего из ряда типизаций повседневного мира, “рецептов”, накап ливающихся на протяжении всей жизни. “Место, которое мое тело занимает в мире, мое актуальное “здесь” является исходным пунктом, на основе которого я ориентируюсь в пространстве. Это, так сказать, нулевая точка моей системы координат... и сходным образом мое актуальное “сейчас” является источником всех временных перспектив, в соответствии с кото рыми я организую явления мира” [4].

Знание других людей возникает на основе двух “идеализаций”: идеали зации взаимозаменяемости точек зрения (“я считаю это само собой разу меющимся и предполагаю, что другой считает так же. И наоборот”) и идеа лизации совпадения систем релевантности (“пока не доказано обратное, я считаю само собой разумеющимся — и, предполагаю, другой считает так же, — что различия перспектив, порождаемые нашими уникальными биогра фическими ситуациями, несущественны с точки зрения каждого из нас”). Я, Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Щербина т.е. Мы, полагаем, что выбрали и интерпретировали актуально и потенци ально общие объекты и их характеристики потенциально одним и тем же (“эмпирически тем же самым”), с точки зрения наших практических целей, образом.

Эти идеализации способствуют типизации объектов индивидуального опыта с целью преодоления их своеобразия и формирования “общего” зна ния, которое остается “своим” для любого из нас, т.е. субъективным и вместе с тем объективным в меру его интерсубъективности.

Определение ситуации есть действие, и интерпретация мира есть спо соб действия в нем;

любое действие имеет свои горизонты связанности с миром, с другими действиями, а направленность субъекта социального по знания, теория есть “траектория” ориентации.

Работы А.Шюца были положены в основание феноменологической со циологии — течения, развивавшегося преимущественно в американской социологии, начиная с 60 х годов ХХ века. Характерной особенностью этого направления является субъективация социальной реальности. Один из пред ставителей данного течения Д.Уолш пишет: “Дело обстоит не так, как будто существует внешний по отношению к людям реальный, объективный, фак туальный социальный мир, воздействующий на членов общества. На самом деле именно индивиды в процессе постижения этого мира (т.е. объясняя, определяя, воспринимая его) экстернализируют и объективируют его” [5].

Социальная реальность оказывается зависимой от сознания, которое признает и интерпретирует ее: “Социальный мир неизбежно прекращает свое существование, если ему отказано в человеческом признании. В этом смысле общество реально... потому, что его члены определяют его как реаль ное и относятся к нему как к реальности” [6].

Как отмечает Л.Г.Ионин, “отказавшись от признания объективности социальных феноменов, подменив реальную, “вещную” объективность во ображаемой, не выходящей за рамки интерсубъективности, Шюц по су ществу отрезал себе пути создания социологии, превратив последнюю в социологию познания...” [7].

Феноменологи главное внимание уделяют обыденному, а не теорети ческому знанию. Они упрекают всю предшествующую социологию в том, что она интересовалась преимущественно сферой идей, теоретических образований и оставляла вне внимания повседневное, обыденное знание.

“Идеи, теоретические мысли, мировоззрения играют не такую уж важную роль в жизни общества, — утверждают П.Бергер и Т.Лукман, — они со ставляют лишь часть “знания”. Только малая часть людей занята их кон струированием” [8].

Таким образом, социологическое теоретизирование предстает одной из форм конструирования социального мира, обусловленной деятельностью индивидуального сознания самих теоретиков. Подобная практика направ лена на овеществление, “реификацию” сознания, придание социальной ре альности вещного характера. “Реификация, — пишут Бергер и Лукман, — это такое понимание человеческих феноменов, как если бы они являлись вещами... восприятие продуктов человеческой деятельности, как если бы они представляли собой нечто иное, чем просто человеческие продукты, — факторы природы, следствие космических законов или же изъявление бо жественной воли” [9].

136 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Субъектное начало теоретизирования в феноменологической социологии Питер Бергер и Томас Лукман развивают идеи феноменологической социологии знания. Согласно их воззрениям теоретическое знание — от нюдь не главный предмет рассмотрения;

“ядром” социологии знания долж но быть обыденное, дотеоретическое знание. Всякая теоретическая кон струкция, в том числе и социологическая, представляется с этой точки зре ния как форма конструирования реальности, несущая на себе отпечаток со ответствующих механизмов, свойственных данному обществу. Так, в своей книге “Социальное конструирование реальности” они отмечают: “…социо логия знания имеет дело с анализом социального конструирования реаль ности” [10].

Что же касается субъективного компонента такого рода конструирова ния, утверждается следующее: “Будучи историческими продуктами чело веческой деятельности, все социально сконструированные универсумы из менчивы, а изменения привносятся конкретными действиями человечес ких существ” [10].

Таким образом, реальность социально задана. Но определения всегда воплощены, то есть конкретные индивиды и группы индивидов оказыва ются теми, кто определяет реальность. Чтобы понять состояние социально сконструированного универсума в любое данное время и его изменения во времени, следует понять социальную организацию, в которой существуют те, кто определяет реальность. Иначе говоря, важно сместить вопросы об исторически наличных концептуализациях реальности с абстрактного “что говорится?” к социально конкретному “кто говорит?”: “Так как универ сальные эксперты оперируют на уровне существенного абстрагирования от хлопот повседневной жизни, то как другие люди, так и они сами могут сделать вывод, что их теории никак не связаны с преходящей жизнью общества, но существуют наподобие платоновского неба внеисторичных и асоциальных идей. Конечно, это иллюзия, но сама она может обрести огром ный социально исторический потенциал в силу взаимосвязи между про цессами определения и производства реальности” [11].

Одним словом, смысл теоретизирования заключается в том, чтобы про извести такое определение реальности, которое в конечном итоге приведет к реализации “жизненного мира” индивида теоретика: “Соперничающие определения реальности получают свое разрешение в сфере соперничаю щих социальных интересов, которые, в свою очередь, “переводятся” на язык теоретических терминов. Для социологического понимания этих процессов “честность” в субъективном отношении к рассматриваемым теориям со стороны соперничающих экспертов или их последователей представляет лишь вторичный интерес” [12].

При этом индивид рассматривается как инстанция разворачивания не которой реальности исторического масштаба: “Ни одна история идей не возможна в изоляции от пота и крови общей истории”, — и далее: “Теории могут реализовываться в истории — даже в высшей степени глубокомыс ленные теории, каковыми они были в то время, когда впервые обдумы вались их изобретателями (пример: К.Маркс)... Для социологии сущест венно признание того, что все символические универсумы и все легитима ции — человеческие творения, их существование имеет свой фундамент в жизни конкретных индивидов и вне этих жизней не имеет никакого эмпири ческого статуса” [13].

Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Щербина Лукман и Бергер рассматривают также механизм возникновения и реа лизации “соперничающих определений реальности”. В этом механизме они выделяют два уровня. На первом уровне производится собственно новая идея. Индивиды, специализирующиеся в области такого рода деятельности, могут продуцировать идеи вне зависимости от социального контекста: по добно дервишам в пустыне, которые ведут диалог в плоскости лишь им одним ведомых абстракций. На втором уровне возникающая идея при нимается одной из социальных групп и утверждается, если эта социальная группа побеждает в борьбе с другими.

Таким образом, в производстве самих теоретических положений мы находим в качестве центральной инстанции мистифицированную субъек тивную компоненту, а в становлении теории социальным фактом, опре деляющим фактором выступает борьба различных социальных групп.

Следует заметить, что такого рода теоретическая конструкция не по зволяет рассматривать победу той или иной социальной группы в соотне сении с теорией, которую она “использует”. Победа определяет домини рование теории постфактум, каузальные взаимосвязи прослеживаются из настоящего в прошлое, объясняя уже ставшее, но не позволяют определить степень жизненности новых “определений реальности”. Теоретический анализ сводится, по сути, к объяснению развития теории логикой социаль ной борьбы — и к “пониманию” произошедшего.

Лукман и Бергер выделяют также типы групп теоретических экспертов, которые заняты производством “определений реальности”. Во всех арха ических обществах такого рода эксперты удерживают монополию на все предельные определения реальности. История христианства изобилует примерами, когда вопрос об отношении такой монополии и “прорвавших ся”, утвердившихся в других социальных группах иных определений ре шался либо огнем и мечом, либо путем экуменических переговоров.

Интеллектуал — особый род эксперта: “Его мы можем определить как эксперта, экспертиза которого не является желательной для общества в целом. Это предполагает переопределение знания vis a vis к “официаль ному” учению, т.е. это нечто большее, чем просто отклонение в интер претации последнего. Поэтому интеллектуал, по определению, оказывается маргинальным типом... Он оказывается контрольным экспертом в деле определения реальности. Подобно “официальному” эксперту (бюрократу, чиновнику. — В.Щ.) он делает проект общества в целом” [14].

Выбор для подобного рода экспертов в обществе, где отсутствует ре альный плюрализм, остается небогатым: либо превратиться в сектанта (ха ризматика, окруженного группой фанатичных сторонников), либо идти в революцию, искать социальные группы, способные путем реализации их идей трансформировать мир, в коем сейчас они могут быть только отвер женными. Так или иначе, но конструктивного влияния на социальный порядок, в котором живут, они не оказывают (уходя от него или же раз рушая). Следовательно, оптимальным вариантом будет плюралистическая модель организации интеллектуальной жизни.

С позиций феноменологического направления субъективный компо нент мыслится как формообразующее начало социологического теоретизи рования. При этом результатом деятельности в данной области является “реификация” тех наполненных субъективными смыслами социальных ми 138 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Субъектное начало теоретизирования в феноменологической социологии ров, к которым принадлежат теоретизирующие индивиды. Реифицирован ный мир (социальный порядок, институции) открывает свое человеческое лицо лишь через анализ конституирования его сознанием.

П.Бергер разрабатывает также своеобразную этическую концепцию со циологии. Так, в работе “Реинтерпретированная социология”, написанной в соавторстве с Х.Кельнером (1981), он исходит из того, что цель социоло гии — выявить, как “работает общество”, какова динамика человеческих общностей, понять “явные” и “скрытые” функции, избавиться от заблужде ний. Но все это означает подрыв старого порядка. Дух социологии — отри цание, и только в этом качестве, утверждают авторы, она дает результаты либо превращается в карикатуру на самое себя. Вместе с тем, встает вопрос, как избежать при этом пессимизма, цинизма, которые могут быть естест венной реакцией на разоблачение излюбленных мифов? Как уберечься при этом от осколков “розовых очков” и не потерять зрения? Решение пред лагается следующее: социолог должен иметь “двойное гражданство” — как гражданин своей республики и “республики ученых”. Он должен помнить, что говорит и как социолог, и как ценностно ориентированный человек. И здесь нам необходимо обратиться к “духу веберианства” — человеческие феномены не говорят сами за себя, они должны быть интерпретированы.

Объяснение акта интерпретации — ядро подхода Вебера к изучению социальной реальности. Применительно к призванию социолога в его мо рально этическом измерении “экзистенциальная установка” заключается в том, чтобы быть внимательным к расшифровке значений социальных фено менов, и предполагает видение социального мира таким, каков он есть на самом деле, а не таким, каким он должен быть по нашему мнению.

Социология, согласно такому подходу, — это призвание мыслителя и живого человека, находящегося между “есть” и “должно быть”, между по ниманием и надеждой, между научным анализом и действием. В то же время Вебер утверждал, что наука вообще и социология в частности ничего не способны дать в мировоззренческом плане. Наука “лишена смысла, так как она не дает ответа на единственно важный для нас вопрос: “Что мы должны делать? Как мы должны жить?” А тот факт, что она не дает ответа на этот вопрос, совершенно неоспорим” [Цит. по: 15]. Что же остается: отдать реше ние этого “единственно важного вопроса” на откуп случайному самоопре делению атомарного индивида?

Вебер усматривал источник мировоззрения в традициях, нравах, исто рических судьбах народа либо в идейной программе харизматического “пророка”, появление которого в культуре невозможно предвидеть. По этому социология не должна браться за подобную проблематику. Однако, когда общество, по выражению П.Бурдье, все более начинает представлять собой “реифицированную социологию”, без саморефлексии — а значит, и конструирования мировоззрения — социальное действие невозможно.

Акт интерпретации основан на предположении, что любое значение доступно для других. Так, Бергер и Кельнер выделяют два вида значений — используемые в рамках индивидуального жизненного мира и относящиеся к реальности за его пределами. В обыденной жизни люди пользуются “типи зациями” — “квазипонятиями”, которые социолог при построении теории должен пропустить через свое сознание и, “высветив изнутри”, выявить их взаимосвязанность с другими.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Щербина Шюц в этой связи говорил о конструктах первого и второго порядка, фиксирующих соответственно обыденные и социологические понятия.

Суть социологической интерпретации состоит в том, что конструкты обы денной жизни переводятся в мир научных понятий: “Акт интерпретации включает социальное местонахождение, психическую конституцию и ко гнитивные особенности интерпретатора... Глупо думать, что все эти фак торы контролируются социологом и что объективность означает изъятие их из акта интерпретации” [цит. по: 16].

Вместе с тем, предполагается, что социолог может в определенной сте пени контролировать эти факторы. С точки зрения Бергера и Кельнера, основой научной объективности является особая релевантная структура, в пределах которой индивид может мысленно перемещаться, что дает ему своеобразную внутреннюю свободу, допустимую в известных пределах.

Научная релевантная структура, интернализированная социологом, харак теризуется высокой степенью осознанности. Это — главное, что можно приобрести в результате обучения;

то, что Пирс называл “общностью иссле дователей”. У социологов она находит воплощение через так называемого “обобщенного другого”. Иначе говоря, общность социологов предполагает “референтную группу”, с которой каждый социолог непрерывно взаимо действует как в социальной жизни, так и в сознании.

По природе своей система объективного знания не бывает окончатель ной, подвергается постоянному пересмотру, но это не отрицает методологи ческого принципа объективности. Так, Бергер и Кельнер связывают объек тивность науки с тем, что Вебер называл “свободой от ценностей”. “Свобода от ценностей” — это когнитивный акт совершенно иного порядка, близкий к аскетическому идеалу — аскетизму сознания, зачастую труднодостижимо му, особенно если это затрагивает личностные ценности. “Заключение в скобки наших собственных ценностей означает постоянную открытость цен ностям других... даже если они совершенно неприемлемы для нас… и нельзя ничего увидеть, если руководствоваться только своим неодобрением” [17].

Социологические утверждения — не аксиомы, а гипотезы, доступные эмпирической проверке, и не только количественными методами, но также на основе выдвижения других гипотез. Акт интерпретации (точнее — ре ин терпретации) означает “приведение во взаимосвязь с аналогичными фено менами, которые раньше интерпретировались другими социологами” [18].

Поэтому научная объективность является следствием непрерывного взаи модействия между социологом как индивидом и общностью социологов.

Близкую к Бергеру и Лукману концепцию развивает Б.Гольцнер. Зна чительное внимание он уделяет социальной обусловленности восприятия.

Последнее, согласно его точке зрения, не является изолированным актом, оно включено в контекст “жизненного мира” и контролируемо обществом.

“И этот контроль, — пишет он, — так эффективен и “естественен”, что даже сама идея социального механизма, контролирующего восприятие... непри язненна нам” [19]. “Когда мы, наконец, формулируем в некоторой симво лической системе или языке то, что мы восприняли, результирующая сим волическая репрезентация содержит остаток стольких многих активных трансформаций социального опыта, что мы полностью имеем право на зывать ее конструируемой реальностью” [20].

140 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Субъектное начало теоретизирования в феноменологической социологии Не проводя существенного различения между деятельностью теоре тического и обыденного сознания, феноменологическая установка сводит социологическое теоретизирование к “эпифеноменам”, к идеологии. “Под идеологией, — пишет Б.Гольцнер, — мы понимаем такое конструирование реальности и такие ценности, которые служат для оправдания претензий к власти... и действий групп и их членов” [21].

Итак, индивидуальное сознание социолога движется в рамках интер нализованной научной релевантной структуры, пребывающей “в диалекти ческой взаимосвязи с миром эмпирических данных” [18]. Релевантная структура представляет собой обобщенное выражение социологического сообщества, “республики ученых”, населенной аскетами — подвижниками, устремленными к высказываниям, свободным от оценочных суждений. Вы сказывания эти не дают ничего в мировоззренческом смысле, однако спо собствуют осознанию социального значения своих поступков всеми окру жающими. Социальная деятельность общества организуется на основе ре шений, принимаемых под воздействием мировоззренческих — традицион ных, религиозных, классовых, харизматических — факторов. А социальная наука выполняет роль средства, пригодного в той мере, в какой она удо влетворяет требованиям носителя определенных интересов, предполагае мых наличными социальными условиями. Но когда сами эти условия нахо дятся в состоянии кризиса, требуется взгляд с позиции некоторого пози тивного будущего, как условие выхода из кризиса.

Литература 1. Цит. по: Причепий Е.Н. Буржуазная социология знания (критика методологи ческих принципов). — К., 1983. — С.144.

2. Американская социологическая мысль: тексты / Под ред. В.И.Добренькова. — М., 1994. — С.485.

3. Schutz A. The Social World and the Theory of Social Action // Social Research. — N.Y., 1960. — Vol.27. — 2. — P.203–221.

4. Schutz A. Collected Papers: Studies in Sociological Theory. — S.l., 1964. — P.306–307.

5. Новые направления в социологической теории. — М., 1995. — С.52–53.

6. Ионин Л.Г. Куда идет американская феноменологическая социология? // Со циологические исследования. — 1976. — 2. — С.133.

7. Berger P.L., Lukman T. The Social Construction of Reality: a Treatise in the Sociology of Knowlege. — N.Y., 1966. — P.13.

8. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. — М., 1995. — С.13.

9. Цит. по: Ручка А.А. Ценностный подход в системе социологического знания. — К., 1987. — С.79.

10. Berger P., Kellner H. Sociology Reinterpreted: An Essay on Method and Vocation. — N.Y., 1981. — P.47.

11. Holzner B. Reality Construction in Society. — N.Y., 1986. — P.8.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Елена Злобина Программа спецкурса “Социология личности” ЕЛЕНА ЗЛОБИНА, Программа спецкурса “Социология личности” по специальностям: социология, социальная работа, социальная психология Abstract The author presents the specialized course programme on “Sociology of personality”.

Topic 1. Subject of sociology of personality. Theoretical sources of sociology of personality.

Topic 2. Socialization — a process of formation of personality as a subject of social activity.

Topic 3. Theories of the development of personality.

Topic 4. Social types of personality.

Topic 5. Personality as a subject of social action.

Topic 6. System of values of personality and society.

Topic 7. Personality and society interaction within the system of social control.

Topic 8. Personality as a subject of life creations.

Профессиональная подготовка социологов предполагает углубленное ознакомление студентов с целым рядом специальных социологических дис циплин. Наряду с такими традиционными курсами, как социология труда, социология молодежи, социология организаций или социология семьи, уже давно считающимися необходимой составляющей подготовки социолога, в последнее время появляется много новых, представляющих современное состояние развития социологической теории и новые направления социо логического исследования. Это, например, спецкурсы по гендерным иссле 142 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Программа спецкурса “Социология личности” дованиям, public relations и др. Спецкурс “Социология личности” занимает тут особое место. С одной стороны, это направление можно отнести к тради ционным, институционно оформившимся еще в советской социологии.

Вспомним, к примеру, известную книгу И.Кона “Социология личности”, увидевшую свет в 1967 году. С другой стороны, тогдашнее видение лич ности, полностью основывавшееся на марксистском тезисе о человеке как совокупности общественных отношений, представляется сегодня неоправ данно ограниченным. При таком подходе вне внимания остается широкий круг вопросов, раскрывающих другие грани взаимодействия между лич ностью и обществом.

Ситуация с подготовкой и преподаванием спецкурса по социологии личности усложняется отсутствием учебного пособия по этой дисциплине.

В сущности, со времени появления книги И.Кона, которая систематически освещала проблематику личности в социологии, появилась лишь одна рабо та такого же общего плана. Это – монография В.Г.Немировского “Социо логия личности. Теория исследования и опыт”, изданная в Красноярске в 1989 году и практически недоступная современному украинскому чита телю. Что касается учебников по общей социологии, которые так или иначе затрагивают проблематику социологии личности, то они, как правило, кон центрируют внимание на проблеме социализации, безусловно являющейся одной из главных, однако отнюдь не исчерпывающей круга проблем, кото рые должны стать предметом рассмотрения в спецкурсе.

Предлагаемая программа представляет авторскую попытку объединить два измерения исследования — “общественное измерение” личности и “лич ностное измерение” общества. Мы полностью разделяем точку зрения Т.М.Дридзе, которая считает актуальной задачей фундаментальной социологии обращение к Человеку живому (Homo vivens), существующему во многомерной жизненной среде. Человек живущий — это и есть личность, которая строит свой жизненный мир в пространстве собственных жизнен ных координат, одновременно пребывая в многомерной общественной ре альности. Эта многомерность прежде всего обусловливает необходимость объединения в рамках курса философской, психологической и собственно социологической традиций изучения личности.

Проблема усложняется многомерностью самой личности. Современная персонология насчитывает не менее десятка подходов к изучению личности с разных, иногда противоположных точек зрения. Обычно социологи, обра щающиеся в своих исследованиях к проблемам личности, весьма уверенно владеют классическим наследием психоанализа и бихевиоризма, меньше пользуются достояниями экзистенционального или диспозиционного на правлений и крайне мало осведомлены относительно других, таких как эгопсихология или когнитивная теория личности. Подобная ограничен ность представлений о личности обусловливает распространение в социо логических исследованиях неоправданно обобщенных объяснительных мо делей. Говоря языком феноменологов, типизация происходит в ограни ченном круге научных значений. То есть социолог зачастую обращается к представлениям о личности, которые отражают его собственный жизнен ный опыт, произвольно использует термины и довольствуется весьма при близительными определениями.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Елена Злобина В результате классическая диалектическая спираль взаимосвязи лич ности и общества, согласно которой общество является продуктом челове ческой практики, а человек — общественным продуктом, изучается преиму щественно в аспекте влияния общества на личность. Можно сказать, что в отличие от западной социологии, находящейся на постсубъектной стадии и концентрирующей внимание на деконструкции субъекта, социология в постсоветском пространстве скорее занимает досубъектную позицию. И в теории, и, главное, в общественной практике очень актуальна проблема “конструирования” субъекта как зрелого ответственного индивида, кото рый своей деятельностью собственно и должен осуществлять преобразова ние общества.

Предлагаемый курс направлен именно на формирование у социологов необходимой теоретической базы для того, чтобы в дальнейшей работе они не “выпускали” проблематику личности из своего профессионального поля зрения. Обеспечить это можно лишь при условии объединения в изложении классического наследия с современными теоретическими взглядами на личность. Это и определило привлечение к курсу тем, которые преподава тели обычно обходят своим вниманием. Скажем, в контексте теоретических истоков социологии личности предлагается рассмотрение не только до стижений представителей “субъективистского” направления в социологии, но и современных персонологических теорий когнитивистского и научаю ще когнитивистского направлений. (Последнее, например, послужило тол чком к возникновению и активному распространению таких новых не формальных социальных групп, как “Анонимные алкоголики”, “Аноним ные игроки” и т.п., открывших перед обществом принципиально новые возможности в практике ресоциализации.) Расширен также традиционный круг предлагаемых для изучения теорий развития и социальных типологий личности;

специальное внимание уделяется вопросам анализа личности как субъекта социальных действий и субъекта жизнетворчества, а также личности в трансформирующемся обществе.

В заключение отметим, что курс “Социология личности” важен не толь ко с точки зрения подготовки квалифицированных специалистов. Он также призван выполнять воспитательную функцию. Не случайно в курсе обстоя тельно освещены проблемы самовоспитания, саморазвития и самоусовер шенствования личности. В процессе обучения студенты должны осознать свою роль как субъектов творчества собственной жизни, овладеть навыка ми анализа и оценки сложных проблем становления собственного “Я”, пре одоления возможных жизненных кризисов. Таким образом, изучение курса будет способствовать формированию активной жизненной позиции моло дежи, осознанию ею своей роли в созидании новой социальной реальности.

Тема 1. Предмет социологии личности. Теоретические истоки социологии личности Социология личности как специальная социологическая теория. Лич ность как предмет социологического исследования. Понятие личности. Ис ходные принципы рассмотрения категорий социологии личности. Основ ные проблемы социологии личности. Социально деятельностная сущность человека — субстанциональная основа исследования социологии личности.

144 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Программа спецкурса “Социология личности” Совокупность (система, ансамбль) всех общественных отношений как об щее проявление и действительность человеческой сущности. Соотношение понятий: “человек”, “индивид”, “личность”, “индивидуальность”. Лич ность — социальное качество индивида, мера человеческого в индивиде.

Антропологические версии. Первая антропологическая версия (Со крат, Протагор, Аристотель). Вторая антропологическая версия (европей ский персонализм). Третья антропологическая версия (“homo faber” О.Кон та и Г.Спенсера). Философско литературный, клинический и эксперимен тальный периоды изучения личности. Социобиология о человеке. Тезис о биологической почве социального поведения (Э.Уилсон, Р.Триверс, Ч.Ламс ден). Человек в марксистской социологии. Социальное без биологического.

Рациональное и иррациональное в личности. Рациональность обществен ной жизни по М.Веберу и концепция “нелогичных действий” В.Парето.

Социологический психологизм. Человек в социологии фрейдизма. Нео фрейдизм. Символический интеракционизм и феноменологическая социо логия. Индивидуальность как производная надиндивидуальных коллек тивных духовных феноменов (Э.Дюркгейм). Бихевиоризм. Гештальтпси хология и теория К.Левина. Классификация современных теорий личнос ти. Факторные модели личности. Когнитивные теории личности. Гума нистические теории личности.

Тема 2. Социализация личности — процесс становления ее как субъекта социальной деятельности Объективные и субъективные условия становления и формирования личности. Макросреда: характер и особенности общественного порядка, политических, правовых, моральных, эстетичных, религиозных отноше ний, сложившихся в обществе, общественных разногласий, конфликтов и исторических традиций в соотношении с личностью;

влияние природных, климатических, географических условий на формирование личности. Мик росреда: семья, малые группы, межличностные контакты и отношения. Со циологические истоки концепции социализации — принцип подражания Г.Тарда. Теория интеграции индивида в социальную систему Т.Парсонса.

Основные уровни интеграции: интеграция в социально экономические от ношения, функциональная интеграция, нормативная интеграция, межлич ностная интеграция. Факторы и механизмы социализации личности. Пер вичная и вторичная социализация. Интернализация и социальная струк тура. Структура личности. Сознание и самосознание. Свойства самосо знания, его уровни. Социальные роли и социальный статус личности, мно гогранность ее качественной определенности. “Статусный набор” Р.Мер тона. Предписанный статус и достигаемый статус. Социальные институты и социальные общности как поле реализации ролей и обретения статусов.

Совокупность ценностей, социальных норм, знаний, навыков, которыми овладевает личность для выполнения социальных ролей и поддержания социального статуса. Совокупность социальных институтов и социальных технологий по продуцированию и трансмиссии культурных образцов, цен ностей, норм. Социальная адаптация и интериоризация. Имитация и иден тификация. Субъективные детерминанты развития личности. Потребнос ти. Понятие мотива. Классификация мотивов.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Елена Злобина Социальное поведение как продуцирование впечатлений. Управление впечатлением;

методы, техники и средства социальной драматургии. Вза имонаправленное продуцирование впечатлений;

первое впечатление. Экс прессии, выдаваемые индивидом, и экспрессии, выдающие индивида. Роле вая игра. Проблема доверия к роли. Овладение ролью. Ролевые конфликты и пути их решения. Распределение ролей, рационализация ролей, регу лирование ролей. Социальная и этническая идентификация личности. Лич ность в системе общения. Общение как инструмент конструирования и реконструкции субъективной социальной реальности. Формы и содержа ние общения. Роли и ролевое ожидание в процессе общения. Межличност ный конфликт. Десоциализация и ресоциализация личности. Альтернация как основа ресоциализации. Ресоциализация личности в обществах пере ходного типа.

Тема 3. Теории развития личности Развитие личности как последствие конфликта биологического и соци ального. Рациональное и иррациональное в личности. Структурная теория личности З.Фрейда. Структурная теория личности К.Юнга. От биологи ческих к социальным истокам развития личности (К.Хорни, Г.Салливан, Э.Фромм). Теория когнитивного развития Ж.Пиаже. Теория нравствен ного развития. Шесть стадий нравственного развития Л.Кольберга. Жиз ненные кризисы и стадии развития личности. Концепция стадийного раз вития К.Юнга. Жизненный цикл развития Э.Эриксона. Основные приоб ретения стадий развития: 1) доверие — недоверие;

2) автономия — стыд и сомнения;

3) инициатива — чувство вины;

4) трудолюбие — неполноцен ность;

5) становление индивидуальности (идентификация) — ролевая диф фузия;

6) интимность — одиночество;

7) творческая активность — застой;

8) смирение — отчаяние. Символический интеракционизм. Теория зеркаль ного “Я” Ч.Кули. Стадии формирования личности по Дж.Миду. Имитация, игровая стадия, стадия коллективных игр. Две основные ипостаси чело веческого “Я” — “I” и “me”. Образ “другого” как воплощение коллективной мысли. Образ “Я”. Идеальное и реальное “Я”. Структурная модель самости:

психофизиологическая идентичность, социальная идентичность, эго иден тичность. Теория интерсубъективности А.Шюца. “Тезис о взаимозаменяе мости перспектив”. Постулат взаимозаменяемости точек зрения и постулат совпадения “систем релевантностей”. Бихевиоризм. Аверсивные и пози тивные стимулы развития личности.

Тема 4. Социальная типология личности Социальный тип личности. Модальная личность как воплощение обще культурных ценностей данного общества. Базовые типы личности — соци ально одобряемые типы общества. Соотношение идеального, нормативного и реального типов. Социально культурные детерминанты формирования типа личности. Типы личности как формы жизни (Э.Шпрангер). Доми нантные ценности как системообразующая характеристика теоретического, экономического, эстетического, общественного, властного и религиозного типов личности. Социальные интересы и активность личности. Управляю 146 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Программа спецкурса “Социология личности” щий, берущий, избегающий и социально полезный типы личности по А.Ад леру. Тип общества и социальный тип характера по Э.Фромму. Непро дуктивные и продуктивные типы. Рецептивный, эксплуататорский, нако пительский, рыночный и продуктивный типы. Социальные типы и пре обладающие ориентации (К.Хорни): уступающий, обособленный, враждеб ный. Социальный характер и социальная ситуация. Типология характеров У.Томаса и Ф.Знанецкого. Преобладание традиционных ориентаций — фи листайн. Тип личности переходного общества — богемиан. Креативный тип как динамичное ядро социальной системы. Социальный характер и тип общества. Типология Д.Рисмэна. “Авторитарный тип” Т.Адорно. Р.Мер тон — типология на стыке социально одобряемых целей и средств. Кон формист, инноватор, ритуалист, ретрист, бунтарь. “Homo sovieticus” — ба зовый социальный тип социалистической эпохи. Типы личности в транс формирующемся обществе. Личность, “растворенная” в обществе. Лич ность, “отчужденная” от общества. Амбивалентная личность: конформно амбивалентный тип, нигилистически амбивалентный тип, мозаично амби валентный тип. Маргинальная личность, маргинализация общества пере ходного типа.

Тема 5. Личность как субъект социального действия Общество — непосредственный мир бытия личности. Личность в сис теме социальной структуры общества. Взаимосвязь человека и социального мира — экстернализация, объективация, интернализация. Многомерное “Я” Э.Гоффмана. “Официальное Я”, “ситуационное Я”, “виртуальное Я в кон текстах”, “общечеловеческое Я”, “Я как исполнитель”, “Я как игрок”.

Функции самооценки, ее генезис. Образ времени и временная идентич ность. Образ среды и пространственная идентичность. Основы теории со циальных представлений (С.Московичи). Структура социальных пред ставлений: информация, поле представлений, установка. Основные функ ции социальных представлений: инструмент познания, опосредствование поведения, адаптация. Механизм возникновения социальных представле ний: анкеровка, объектификация (персонализация, фигурация), натурали зация. Социальные представления как фактор формирования групповой идентичности. Особенности изменения взаимоотношений общества и лич ности в процессе исторического развития общества. Концепция “двойного структурирования” социальной реальности П.Бурдье. Экстернализация объективных социальных структур через личностные практики. Габитус как система диспозиций восприятия, оценок, действий. Роль габитуса как посредника между общественными отношениями и личностью.

Уровни интеграции личности в обществе. Характер отношений общест ва и личности на уровне первичных групп. Активность личности как способ самореализации. Определение референтных групп. Референтные группы в переходных типах общества. Общественная нестабильность и особенности адаптивного поведения. Особенности социальной идентификации в кри зисном социуме.

Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Елена Злобина Тема 6. Система ценностей личности и общества Иерархическая теория потребностей на уровне личности и общества.

Пирамида А.Маслоу: жизненные (витальные), экзистенциальные, социаль ные, престижные, духовные потребности. Объективная и субъективная об условленность мотивов поведения личности. Ценности и интересы. Теория универсального содержания и структуры ценностей (М.Рокич, С.Шварц).

Терминальные и инструментальные ценности. Уровни ценностей по А.Теш фелу (глобальные ценности и ценности повседневной жизни). Ценностное поле личности (У.МакГвайр). Ценностные ориентации и социальные уста новки. Положительно и отрицательно ценностно наполненные категории.

Феномены “сверхвключенности” и “сверхвыключенности” как факторы ис кажения социальной категоризации. Теория социальной атрибуции (Ф.Хай дер). Атрибутивные процессы и фундаментальная ошибка атрибуций. Мо тивационные ошибки атрибуций. Феномен “group think” и принятие груп повых решений (И.Джанис). Изменение социальных ценностей и феномен “культурного шока”. Теория когнитивного диссонанса (Л.Фестингер). Дис позиционная теория саморегуляции личности (В.Ядов). Диспозиция как продукт столкновения потребностей и ситуаций. Иерархия потребностей, иерархия ситуаций. Уровни диспозиционной структуры: элементарные фиксированные установки, социальные фиксированные установки, пред почтительная направленность на определенную сферу социальной актив ности, система ценностных ориентаций. Когнитивный, аффективный и поведенческий компоненты диспозиций. Особенности функционирования диспозиционной системы. Модели жизненных ориентаций личности.

Тема 7. Взаимодействие личности и общества в системе социального контроля Социальный контроль как механизм социальной регуляции поведения и поддержания общественного порядка. Система социального контроля.

Виды социального контроля. Нормативный и институционный контроль.

Субъекты социального контроля. Официальные и неформальные агенты контроля. Социальные нормы и санкции. Основные функции социального контроля: регулятивная, охранительная, стабилизационная. Обеспечение нормативного поведения индивидов как цель социального контроля. Со циальный контроль как инструмент поддержания приоритета институ ционных определений ситуации над попытками индивидуальной переин терпретации. Сферы общей и частичной релевантности. Корпоративные нормативные системы, иерархия норм и характер санкций в разных суб культурах. Социальные нормы как инструмент контроля — разрешающие, обязующие и запрещающие. Модели систем социального контроля. Меха низмы взаимодействия личности и общества. Формы реализации социаль ных норм: использование, выполнение, соблюдение. Применение нормы как особая форма ее реализации. Формальные и неформальные институты контроля. Общественное мнение как инструмент социального контроля.

Основные типы санкций: положительные, отрицательные, формальные и неформальные. Классификация санкций по степени интенсивности. Пря мой и косвенный социальный контроль. Внутренний, или самоконтроль.

148 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Программа спецкурса “Социология личности” Нравственное сознание. Стадии нравственного развития: доморальная, конвенциональная и собственно моральная. Инфантилизм как несоответ ствие уровней нравственного и умственного развития. Девиантное и де линквентное поведение.

Тема 8. Личность как субъект жизнетворчества Самовоспитание, саморазвитие, самосовершенствование. Роль самопо знания, самооценки, критического отношения к себе в формировании личности. Локус контроля личности. Личность как субъект жизнетвор чества. Понятие жизненного пути. Социально культурная обусловлен ность жизненного пути. Образ жизни и стиль жизни. Смысл жизни. Жиз ненные кризисы и стадии развития личности. Стратегия жизни личности.

Жизненные программы, цели, планы. Формирование поведенческих пла нов и программ на уровне социальных установок и ценностных ориентаций.

Взаимодействие между разными элементами диспозиционной структуры при формировании планов и программ: функции прогнозирования послед ствий, мотивации деятельности, активизации процессов реализации. Не соответствие между диспозициями и реальным поведением. Парадокс Ла пьера — “аттитюды против действий”. Классификация факторов, препят ствующих достижениям. Статичные препятствия — ограниченность объек тивных и субъективных ресурсов. Активные препятствия — мотивационная борьба, конкуренция диспозиций субъекта. Самоопределение и жизненные выборы. Ожидания, образ желаемого будущего, жизненная перспектива.

Динамика жизнеосуществления личности.

Литература 1. Абульханова Славская К.А. Стратегия жизни. — М., 1990.

2. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. — Л., 1968.

3. Андреев И. А. Происхождение человека и общества. – М., 1988.

4. Андреева Г.М. Социальная психология. — М., 5. Аронсон Э. Общественное животное. Введение в социальную психологию. — М., 1998.

6. Бакиров В.С. Ценностное сознание и активизация человеческого фактора. — Харьков, 1988.

7. Батенин С.С. Человек в его истории. – Л., 1976.

8. Бернс Р. Развития Я концепции и воспитание. — М., 1986.

9. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. — М., 1995.

10. Бобнева М.И. Социальные нормы и регуляция поведения. — М., 1978.

11. Бурдье П. Социология политики / Пер. с фр. — М., 1993.

12. Бурдье П. Начала / Пер. с фр. — М., 1994.

13. Головаха Е.И, Бекешкина И.Э., Небоженко В.С. Демократизация общества и развитие личности. От тоталитаризма к демократии. — К., 1992.

14. Головаха Е.И., Панина Н.В. Социальное безумие. — К., 1994.

15. Гордон Л.А. Социальная адаптация в современных условиях // Социологические исследования. — 1994. — 8–9.

16. Динамика ценностей населения реформируемой России. — М., 1996.

17. Дридзе Т.М. На пороге экоантропоцентрической социологии // Общественные науки и современность. — 1994. — 4.


Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Елена Злобина 18. Злобіна О.Г., Тихонович В.А. Особистість сьогодні: адаптація до суспільної неста більності. — К., 1996.

19. Ильенков Э.В. Что такое личность? // Философия и культура. — М., 1991.

20. Карпов М.М. Смысл жизни человека. — Ростов, 1994.

21. Кон И.С. Открытие “Я”. — М., 1978.

22. Кон И.С. Социология личности. — М., 1967.

23. Кон И.С. В поисках себя: Личность и ее самосознание. — М., 1984.

24. Кравченко Е.И. Эрвин Гоффман. Социология лицедейства. — М., 1997.

25. Лебедева Н.Н. Социальная идентичность на постсоветском пространстве: от поисков самоуважения к поискам смысла // Психологический журнал. — 1999. — 3.

26. Левада Ю.А. “Человек советский” пять лет спустя: 1989–1994 (предварительные итоги сравнительного исследования) // Экономические и социальные перемены: мони торинг общественного мнения. Информационный бюллетень ВЦИОМ. — 1995. — 1.

27. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. — М., 1977.

28. Мертон Р. Социальная теория и социальная структура. — К., 1996.

29. Мид Дж. Интернализованные другие и самость // Американская социологи ческая мысль: Тексты / Под ред. В.И.Добренькова. — М., 1994.

30. Мид Дж. Аз и Я // Американская социологическая мысль: Тексты / Под ред.

В.И.Добренькова. — М., 1994.

31. Михайлов Ф.Т. Загадка человеческого “Я”. –М., 1976.

32. Москаленко В.В. Социализация личности (Философский аспект). — К., 1986.

33. Мотыль А.В. Социальная идентификация и адаптация личности // Социоло гические исследования. — 1995. — 6.

34. Наумова Н.Ф. Жизненная стратегия человека в переходном обществе // Социо логический журнал. — 1995. — 2.

35. Немировский В.Г. Социология личности. Теория исследования и опыт. — Красно ярск, 1989.

36. Особа і суспільство. — К., 1997.

37. Резвицкий И.И. Личность. Индивидуальность. Общество. — М., 1984.

38. Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности. — Л., 1979.

39. Советский простой человек: Опыт социального портрета на рубеже 90 х. — М., 1993.

40. Современная американская социология. — М., 1994.

41. Социальная идентификация личности. — М., 1993. — Вып.1.

42. Социальная идентификация личности. — М., 1994. — Вып.2.

43. Социология. Учебник / Под ред. Р.Осипова и др. — М., 1996.

44. Соціологія. Навчальний посібник / За ред. С.О.Макеєва. — К., 1999.

45. Теория социальных представлений в социальной психологии: дискуссии 80–90 х годов. — М., 1996.

46. Тернер Дж. Структура социологической теории. — М., 1985.

47. Тощенко Ж., Харченко С. Социальное настроение. — М., 1996.

48. Фестингер Л. Теория когнитивного диссонанса. — СПб., 1999.

49. Фролов О.С. Основы социологии. — М., 1997.

50. Фромм Э. Бегство от свободы. — М., 1990.

51. Хмелько В.Е. Социальная направленность личности. — К., 1988.

52. Холл К., Линдсей Г. Теории личности. — М., 1997.

53. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. — СПб., 1997.

54. Человек и общество. Хрестоматия. — К., 1999.

150 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Виктор Городяненко Историко социологическое источниковедение: задачи и методы исследования ВИКТОР ГОРОДЯНЕНКО,,,, Историко социологическое источниковедение:

задачи и методы исследования Abstract Theoretical and methodological aspects of historico sociological source knowledge are stipulated by the specificity of the history of sociology as a concrete branch of science.

The tasks of source knowledge in this scientific branch include: developing the general concept of its subject and structure, delineating its methodology whithin the frame of social science instrumentation, analyzing a historico sociological source as a social phe nomenon and the vehicle of historical information, source of classification and systema tization. There are presented such methods as those of “external” and “internal” source criticism, as well as the biographical method in its application to sources knowledge.

История социологии как составная часть истории социальной мысли исследует процесс становления и развития социологической дисциплины, ее институционализации и функционирования в обществе, смены исследо вательских парадигм, форм структурирования, определения предметной области, взаимоотношений с другими социально гуманитарными науками.

В этой связи правомерно возникает вопрос — с чего начинать описывать историю социологии, с какого периода? Ответ зависит от того, как тот или иной историк социологии, школа или направление определяют предмет социологии. Ведь и сегодня идут непрекращающиеся споры о предмете социологии, причем, не только в отечественной науке. До сих пор не пришли к согласию и западные ученые, дающие по данному вопросу еще больший Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Городяненко разброс мнений, нежели отечественные исследователи. По нашему же мне нию, датировать начало социологии правомерно с того момента, когда ее предмет стал фиксироваться в потоке гуманитарного знания.

История социологии нередко отождествляется с историей социальной мысли. В значительной мере это происходит потому, что предметом и объектом исследования и в том, и в другом случае довольно часто называют общество, проблемы его развития и функционирования. В апреле 1996 года в Институте социологии РАН состоялось обсуждение обозначенной проб лемы за “круглым столом” [1]. Участники дискуссии почти единодушно признали отличительные особенности истории социологии и истории со циальной мысли по ряду признаков: времени функционирования, объекту и предмету, методологии исследования и др.

Действительно, история социологии, если рассматривать период до се редины ХІХ века, практически растворена в истории социальной мысли и составляет с ней единое целое. Если же ее и пытаться выделить как нечто специфическое, то это возможно только на основе ретроспективного взгля да, под углом зрения сформировавшейся впоследствии социологической науки. Исторически внутри этого неразделенного целого формировались тенденции, которые постепенно привели к выделению социологии в само стоятельную дисциплину. Разумеется, с возникновением социологии со циальная мысль не исчезает. Она продолжает существовать как род знания, обладающий специфическими особенностями. Социальная мысль не знает границ не только между научным и ненаучным знанием, но и междис циплинарных границ внутри комплексного научного знания. Она может включать в себя самые разные социальные науки, свободно переходя от методов и понятий одной дисциплины к методам и понятиям другой.

Социология же, в отличие от социальной мысли, требует соответствия строгим стандартам научности и применения определенных процедур, до казательств, верификации, опровержения и т.п. Она должна не просто ста вить проблему, но и предлагать ее решение. В этой перспективе социальная мысль сама становится предметом социологического изучения. Поэтому очень важно сохранить представление о социологии как строгой науке, не дать растворить ее в истории социальной мысли, — с ее спецификой, эврис тической ценностью ее подходов, и не только для нее самой, но и для истории социологии, исторической науки в целом.

Предмет истории социологии как особой социально гуманитарной дис циплины — определение процесса развития социологического знания, ко торый можно рассматривать как в широком, так и в узком смысле.

В первом случае имеется в виду весь исторический путь, пройденный социальной мыслью с момента ее зарождения в форме первых представлений о человеке, обществе и его устройстве. Природа социума, характер общест венных отношений начинают осмысливаться уже в первобытной мифологии.

Затем, с появлением философии, взгляды на общество, человека, историю получают более реалистическое выражение и, наконец, приобретают форму развитой социальной мысли в классических теориях Нового времени.

В первой четверти ХІХ века наступает момент, когда уже на основе накопленных философией представлений формируется самостоятельная область знания об обществе — социология, как дисциплина, имеющая ныне свой предмет, свои специфические задачи и методы. Этот позднейший этап в истории социальной мысли и составляет предмет истории социологии в 152 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Историко социологическое источниковедение: задачи и методы исследования его узком, более строгом определении. Именно в этом понимании в ее пред метную область, на наш взгляд, должны входить исследования причин и условий зарождения социологии как самостоятельной области социально го знания, анализ ее теоретических и социально культурных предпосылок, выявление закономерностей развития, принципов периодизации, наиболее характерных особенностей на различных исторических этапах, изучение отличительных черт, которые объясняются конкретно историческими условиями различных стран.

Характер историко социологической науки определяет и особенности первоисточников, которые она использует. Источниковедческая проблема для историков социологии приобретает сегодня очень важное значение.

Ведь не секрет, что до настоящего времени источниковедение отечествен ной социологии является наименее разработанной дисциплиной, что ска зывается на состоянии многих работ по истории социологии, затрудняет постановку коренных вопросов критического анализа.

Теоретико методологические аспекты источниковедения раскрыты в основном в обобщающих трудах историков, где авторы рассматривают проб лему главным образом в рамках исторической науки [см., напр.: 2]. Удельный же вес вопросов источниковедения, касающихся собственно истории со циологии, в методологических исследованиях в целом совсем невелик.

Историко социологическое источниковедение своими корнями уходит в общеисторическое источниковедение, сохраняя многие его методологи ческие и теоретические положения относительно определения, классифи кации, отбора и анализа источников, а также методические приемы их использования.


Вместе с тем необходимо отметить, что в истории социологии источник имеет ряд особенностей теоретико методологического и социокультурного плана. Во первых, это обусловлено предметом истории социологии как нау ки. Поскольку историческая социология занимается изучением процессов развития общества, социальных систем, социологического знания, постоль ку интересующие нас источники призваны отображать ту область челове ческой деятельности, которая связана с получением социологического зна ния о наиболее общих законах развития человека и общества. В этом смысле источниками истории социологии могут быть прежде всего произведения социологов прошлого, являющиеся, вместе с тем, частью самого изучаемого процесса развития социологического знания. Во вторых, в подавляющем большинстве это письменные источники. Можно допустить наличие и дру гих видов источников, но их объем по отношению к письменным источни кам чрезвычайно мал. Возникновение же историко социологических пись менных источников относится к тому периоду, когда знания человека об обществе достигли уровня, допускающего не просто постановку проблемы места человека в окружающем мире, а осмысление ее средствами науки.

Однако для адекватного воспроизведения многогранного процесса раз вития социологической мысли, равно как и человеческого общества в це лом, изучения одних лишь социологических произведений недостаточно.

Историко социологический источник, однажды возникнув, становится частью социальной действительности. Он связан с ней многочисленными нитями, вовлечен в различные процессы, происходящие в ней. Поэтому необходимым условием любого историко социологического исследования является изучение социальной практики человечества как реальной объек Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Городяненко тивной основы движения социологической мысли. Лишь знание эпохи, всего комплекса ее научных, социальных идей и общественных отношений позволит историку социологии оценить изучаемые им источники как исто рическое явление социологической мысли и одновременно как ее отобра жение в историческом контексте.

Существуют немалые трудности и в решении вопроса, что считать со циологическим произведением. Далеко не всегда возможно деление памят ников на исторические, социологические, философские и т.д. Историку со циологии приходится постоянно решать этот вопрос применительно к кон кретному мыслителю, конкретной общественно политической ситуации и на циональным особенностям развития социологии, помня об исторических изменениях, которые претерпевает содержание социологического знания.

Несомненную трудность для историка социологии вызывает многооб разие определений социологии, отличающихся друг от друга как в исто рическом, так и в содержательном плане. Известно, например, что в начале ХХ столетия в социологической науке существовали три основные трак товки предмета социологии. Первое истолкование (О.Конт, Г.Спенсер) ис ходило из понимания социологии как простой суммы всех общественных наук;

другое (Г.Зиммель, С.Бугле, Л.Гумплович) понимало под социоло гией науку, имеющую в качестве своего объекта определенный вид социаль ного бытия, не изучаемый другими науками;

наконец, третье (Э.Дюркгейм, М.Ковалевский, П.Сорокин) основывалось на признании социологии само стоятельной наукой, изучающей общие родовые свойства явлений челове ческого взаимодействия. На современном этапе развития социологии гамма представлений о предметной области социологии становится еще шире. Поэтому здесь историка социологии подстерегают опасности расши рительного толкования предмета социологии и, следовательно, понятия “источник истории социологии”. Чтобы избежать этого, следует считать источником истории социологии то социологическое произведение, кото рое отражает предмет социологии в специфической его форме в конкрет ный отрезок времени. Это не означает, что источником истории социологии может быть лишь социологический трактат, статья и т.п. В конкретных ситуациях это могут быть также произведения политэкономические, ес тественнонаучные, исторические, художественные, различные по форме и содержанию, если в них идет речь об историко конкретной форме предмета социологии.

Нам представляется, что приведенные соображения о специфике источ никоведения применительно к истории социологии позволяют обозначить его предметную область следующим образом: предметом историко социо логического источниковедения является выявление закономерностей обра зования источников, отражения в них объективного процесса общественно го развития, а также изучение практики функционирования источникове дения в системе социологической науки.

К задачам источниковедения в области истории социологии, на наш взгляд, можно отнести:

1. Разработку общей теоретико методологической концепции относи тельно предмета и структуры источниковедения истории социологии.

2. Выработку научно обоснованных методических приемов изучения источников, источниковедческой методики в целом, которая должна занять надлежащее место в арсенале социологической науки.

154 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Историко социологическое источниковедение: задачи и методы исследования 3. Анализ теоретических проблем источниковедения отдельных (спе циальных) социологических отраслей.

4. Изучение источников и их видов;

исследование источника как со циального факта и как носителя исторической информации.

5. Обеспечение историко социологических исследований достоверны ми фактическими знаниями.

Одним из основных и ответственных этапов работы историка социо логии, влияющих на успех и выводы историко социологического исследо вания, является классификация источников. При этом необходимо, на наш взгляд, различать понятия систематизации и классификации.

Систематизация представляет собой операцию группировки опре деленного количества исторических источников в систему по какому либо одному признаку. Таких признаков может быть много, и выбор зависит от целей исследования. Систематизация, таким образом, временна, произволь на и единична. В то же время она предполагает два обязательных условия.

Это — максимально полное привлечение социологических источников и ясно выраженное, непротиворечивое основание их деления.

В истории социологии исследование закономерностей развития социо логической мысли осуществляется, главным образом, по четырем направ лениям: хронологическому, национальному, проблемному и персонально му. Каждое из этих направлений определяет выбор системы источников истории социологии. Хронологический принцип, например, помогает вы явить истину в ее конкретном проявлении, учесть своеобразие каждого исторического периода. Свою неповторимую особенность имеет нацио нальный принцип систематизации источников. В такой системе характер источников зависит от особенностей национальной психологии и нацио нального характера данного народа, от факторов, коренящихся в истории, в традициях и национальных особенностях социума и социальных проблем, стоящих перед социологией в этих условиях. Издавна используются исто риками социологии проблемный и персональный принципы системати зации источников. В то же время, названными подходами к систематизации источников по истории социологии ее многообразие не исчерпывается.

Возможна, например, систематизация источников на отечественные и ино странные, марксистские и немарксистские и т.п. Правомерна также систе матизация по нескольким признакам одновременно, но с соблюдением по следовательности при переходе от одного к другому. Набор таких при знаков и их последовательность должны отвечать задачам конкретного историко социологического исследования.

Что же касается классификации исторических источников, то как логи ческая операция она имеет другие основания и задачи, чем систематизация, поскольку имеет целью раскрыть внутренние, сущностные характеристики исторических источников, позволяющие группировать их по типам, родам и видам. Тем самым классификация является познавательной операцией, по средством которой каждый отдельный тип, род, вид источников познается как особый объект со своими специфическими характеристиками и отношениями.

По своему характеру социологические источники можно разделить на семь групп: письменные, устные, лингвистические, фото кинодокументы, фонодокументы, этнографические, вещественные. Среди перечисленных типов источников, без сомнения, главными для истории социологии, как уже отмечалось, являются письменные. Однако не стоит забывать об источ Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Городяненко никоведческой ценности и других типов источников по истории социо логии. Важный статус имеет язык источника. Анализ наполняемости социо логических и философских произведений специальной социологической лексикой, семантический и особенно терминологический анализ текстов могут дать богатый материал для изучения национальной истории социо логии. Язык источника при соответствующем его изучении важен для реше ния проблемы заимствования социологических терминов, понятий и кате горий, проблемы их рождения и соотнесенности.

С учетом определения понятия “источник по истории социологии” и логических подходов к классификации следует разделить все письменные источники по истории социологии на два больших рода. Первый — произ ведения социологов, социальных философов, определяющие общество в социологических понятиях, категориях, специфических мировоззренчес ких концепциях, представляющих макросоциологический взгляд на мир.

Второй род источников — общеисторические источники, где зафиксирова ны, отражены события из жизни социологов, общественный, политический, психологический фон периода, в котором создавалось то или иное социо логическое произведение.

Следующий уровень классификации источников истории социологии должен содержать виды как особые, более конкретные, чем роды, группы близких по форме и содержанию источников. Вид источника по истории со циологии может определяться его формой и той информацией, которая со держится в нем в соответствии с его назначением. При видовой классифи кации источников первая проблема связана с принципом деления по содер жанию. Например, решение вопроса о принадлежности работ М.С.Грушев ского или М.М.Ковалевского к сфере национального историко социологиче ского исследования зависит от конкретно исторических условий, в которых появились эти работы, и национальных особенностей развития социологии.

Следует также учитывать их вклад в дальнейшее развитие социологии в разных странах, отличающихся, в частности, по социальным условиям. Кро ме того, в историю социологии, на наш взгляд, следует включать не только специализирующихся в области социологии ученых, но и видных предста вителей других социально гуманитарных дисциплин, которые затрагивают теоретико методологические проблемы социологической науки, проклады вают новые пути в ее социологическом осмыслении, разрабатывают научные методы логического мышления. Вряд ли историк социологии при освещении ее развития обойдется без известных работ К.Маркса, Н.И.Кареева, Н.И.Бухарина или других представителей обществоведческих дисциплин.

Существенным признаком в видовой классификации источников исто рии социологии может быть их целевое назначение. Понимая сложность выявления целевого назначения социологических произведений, с неко торой долей условности следует назвать такие конкретные виды: официаль ные, научные, научно популярные, учебные, критические, справочные и т.п.

В данном случае речь идет о целевом назначении произведения, а не только его научном содержании.

Письменные источники по истории социологии могут быть классифи цированы и по форме изложения. В этом случае они делятся на научные тексты, социологические отчеты, конспекты прочитанных книг и т.д.

Кроме того, источники можно делить по объему — на монографии, брошюры и статьи;

по структуре — на монопроизведения и сборники;

по 156 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Историко социологическое источниковедение: задачи и методы исследования составу — на однотомные, многотомные и серийные;

по срокам выхода в свет — на периодические и непериодические издания и т.п.

Таким образом, типологическая модель письменного источника по ис тории социологии основывается на нескольких классификационных при знаках, позволяющих осуществлять всесторонний анализ. В то же время, следует подчеркнуть, что любая классификация всегда условна и прибли зительна. Действительность всегда шире классификационных схем. Важно то, что в них мы выявляем взаимосвязь, взаимозависимость типов, видов и разновидностей источников, тенденцию к образованию комплексов источ ников, близких по характеру и назначению. Именно классификация рас крывает возможности комплексного использования источников разного типа, обнаруживает неиспользованные резервы получения информации.

Историко социологическое источниковедение содержит, на наш взгляд, два взаимопроникающих уровня — теоретический, о чем говорилось выше, и методический. Под методикой при этом следует понимать принци пы, приемы и правила практической работы с источниками, их выявления, классификации, критики, то есть непосредственную источниковедческую практику, позволяющую успешно решать проблему введения в научный оборот новых источников по истории социологии.

Понятно, что методы сбора информации обусловлены методологией социального познания и зависят от целей и задач исследования. Односто ронний, тенденциозный выбор тех или иных методов в ущерб объектив ности информации противоречит общим методологическим требованиям социологической науки.

Наряду с уже обозначенными методами сбора историко социологиче ской информации следует назвать такие, как:

— анализ документов социологических учреждений и организаций;

— изучение архивных материалов;

— анализ публикаций в газетах, журналах и других периодических из даниях;

— использование статистики как источника социальной информации;

— изучение мемуарной литературы, дневников и переписки;

— анализ банка данных конкретных социологических исследований.

Особое значение историки социологии придают сегодня биографичес кому методу социального познания. Биография особо важна в исследо ваниях, предполагающих анализ связи между психологическими и соци альными характеристиками личности. Изучение истории жизни как метод исследования было успешно применено У.Томасом и Ф.Знанецким. В 1918–1920 годах они опубликовали пятитомник “Польский крестьянин в Европе и Америке”, посвященный опыту миграции польских крестьян из Европы в Америку. Более поздний труд, основанный, в частности, на дан ном методе, — исследование С.Теркела “Работа” с подзаголовком “Люди говорят о том, что они ежедневно делают и что они при этом чувствуют”, которое вышло в свет в 1977 году.

Биографический аспект историко социологических исследований весь ма важен и для углубленного изучения интеллектуальной деятельности мыс лителя, поскольку для его реализации необходимо учитывать большое коли чество детерминант: психологических, социально политических, националь ных, социокультурных и др. Это требует обращения как к биографическим, Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, 4 Виктор Городяненко так и к автобиографическим источникам. Характерный пример такого рода — автобиография выдающегося социолога ХХ века П.А.Сорокина [3].

Ренессанс биографических исследований во многих странах, наблю давшийся с 60 х годов, привел к переходу от чисто инструментального ис пользования биографического материала к изучению биографии как со циального феномена. Как строятся биографии членов социологического сообщества, какие социальные образцы в них присутствуют и какие соци альные задачи они выполняют? Разумеется, это далеко не весь спектр под ходов к биографическому материалу. Ресурсы данного метода еще не исчер паны. Об этом говорят его сторонники, рассматривающие биографику как специальную науку об индивидуальном [см., напр.: 4]. Действительно, на основе биографического источника можно искать ответы на многие вопро сы: скажем, каким образом личность мыслителя, его жизненный путь, науч ный вклад вписываются в исторический и социокультурный контекст;

мож но также зафиксировать уникальность и неповторимость восприятия соци альных процессов непосредственными участниками исторического события.

Как уже отмечалось, источниковедение занимается выявлением и клас сификацией источников, установлением места и времени появления и ав торства источника, изучением содержания источника, его достоверности, соответствия приводимых данных социальной действительности. Мето дика работы с источниками имеет, условно говоря, две стороны: внешнюю и внутреннюю критику.

Внешняя критика ставит своей задачей установить происхождение ис точника — время, место и обстоятельства его возникновения, личность автора, выяснить первоначальный текст и последующие его изменения. Из вестно, например, что Г.Сковорода в своих трудах не раз говорил о необхо димости создания науки о человеке и путях достижения индивидом счастья.

В какой работе и в каком году это было изложено впервые? Что под толкнуло его к мысли о такой науке, к утверждению, что она “предревняя потому, что самонужнейшая”? В чем состоит новаторство Г.Сковороды в понимании сущности человека? Наконец, на каком языке он писал свои произведения? Только детальный анализ первоисточников может дать от вет на подобные вопросы относительно исторического вклада мыслителя в становление социологической науки.

Внутренняя критика имеет целью изучение содержания источника, вы явление степени достоверности и полноты содержащихся в нем сведений. В конечной трактовке внешняя и внутренняя критика часто переплетаются.

Для определения, скажем, происхождения работы М.Драгоманова “Борьба за духовную власть и свободу совести в XVI–XVII столетии” (внешняя критика) наверняка возникнет необходимость прибегнуть к изучению со держания источника, его терминологии, а это уже внутренняя критика.

Определяя задачи внешней и внутренней критики письменных социологи ческих источников, а также их очередность, следует отметить, что этапы работы зависят от вида, характера и содержания конкретного источника и, конечно же, от проблемы исследования.

Наконец, следует сказать о необходимости анализа взаимосвязей раз личных видов и комплексов источников, прежде всего исходя из целей предпринимаемой исследовательской работы, что, однако, не исключает специфического подхода к каждому из них. Односторонность, случайность при отборе источников могут привести исследователя к грубым просчетам, 158 Социология: теория, методы, маркетинг, 2000, Историко социологическое источниковедение: задачи и методы исследования повлечь за собой неправомерные обобщения. Поэтому во всем комплексе имеющихся источников следует выделять главное звено, ту совокупность источников, изучение которых позволит выявить, установить основные направления и тенденции изучаемого процесса.

Важное значение при рассмотрении истории институциализации и раз вития социологии принадлежит определению основных этапов и принци пов периодизации данной дисциплины. Критерием периодизации здесь яв ляются признаки, относящиеся к существу самой социологической науки, ее методологии, теоретическим концепциям, проблематике, саморефлексии.

Так современный курс истории социологии как рассмотрение совокупности историко социологических фактов, событий и памятников, связанных с определенными историческими отрезками времени, может включать, по нашему мнению, следующие этапы:

1. Протосоциология: возникновение и развитие социального знания.

2. Становление системы обществознания: появление эмпирических, демографических, статистических исследований.

3. Возникновение и развитие социологической науки: классическая социология конца ХІХ – начала ХХ столетия.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.