авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 32 |

«ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ МОЛДОВЫ ЦЕНТР СТРАТЕГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА И ПРОГНОЗА «EST – VEST» РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА ...»

-- [ Страница 28 ] --

С этими соображениями был полностью согласен и генерал Д. Эйзенхауэр201. «Кроме того, – писал он, – надо было иметь в виду и тот факт, что мы… не смогли бы сосредоточить в районе Средиземного моря всю мощь Великобритании и Соединённых Штатов. Это можно было бы сделать только в такой операции, в которой Англия использовалась бы в качестве плацдарма. Оставшуюся часть английских сухопутных войск, а главное – воздушные и военно-морские силы, выделенные для обороны самой Англии, можно было бы использовать в наступательной операции, если бы она осуществлялась через Ла-Манш непосредственно на Европейский континент… Другим очень важным соображением в пользу превращения Англии в основной исходный район для наступления против Германии являлось то, что трансатлантический путь из Нью-Йорка до Британ ских островов был самым коротким. Это позволило бы осуществлять самый быстрый оборот судов и использовать огромные английские порты… Выбор Англии в качестве плацдарма привёл бы к сохране нию судов и по другой причине. С немецкими подводными лодками… бороться можно было только с помощью сильных эскортов… Мы должны были сохранять открытой жизненно важную для Велико британии линию коммуникаций… Если при рассмотрении других возможных вариантов учитывать необходимость сосредоточения огромных масс войск, обеспечения кратчайшего доступа к территории собственно Германии, отсут ствие при этом непреодолимых естественных препятствий к быстрому наращиванию сил, то исполь зование Англии в качестве плацдарма для вторжения в Северо-Западную Европу было бы наилучшим выбором»202.

Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс глазами очевидца. Т. 2. С. 218.

Рузвельт Э. Его глазами. С. 187-188.

Эйзенхауэр Д. Крестовый поход в Европу. С. 329.

Дзелепи Э. Секрет Черчилля. С. 42-43.

Эйзенхауэр Д. Крестовый поход в Европу. С. 77.

Ibid. C. 77-78.

Решение Тегеранской конференции о вторжении в Западную Европу. В ходе дискуссии в Теге ране Сталин заявил, «что, по его мнению, нецелесообразно распылять силы в различных операциях через восточную часть Средиземного моря… Опыт Красной Армии показал, продолжал он, что лучше начинать наступление с двух противоположных направлений, вынуждая противника перебрасывать свои резервы с одного фронта на другой. Поэтому он высказался за одновременные операции в Северной и Южной Франции и против „распыления” сил в Восточной части Средиземного моря. Он совершенно ясно и неоднократно выразил своё убеждение в том, что Турция ни в коем случае не согласится вступить в войну». Рузвельт также высказал мнение, что Турция в войну не вступит203.

Когда на конференции было принято твёрдое решение об осуществлении в мае 1944 г. вторжения в Европу, «Сталин выразил большое удовлетворение принятым решением и обещал, что Красная Армия предпримет наступательные операции одновременно с операцией „Оверлорд” и это будет свидетельст вовать о том значении, какое русские придают открывающемуся наконец второму фронту»204. Единст венное замечание, которое он сделал, было в форме вопроса: «Когда же будет назначен главнокоман дующий?»205.

Постановка вопроса о втором фронте в конце 1943 г. К этому времени, благодаря успехам совет ских войск, в значительной степени изменилась и суть проблемы второго фронта. До победы под Курском в задачу англо-американских войск входило оттянуть с советско-германского фронта на Запад около 40 немецких дивизий с целью создания условий для коренного перелома в ходе войны. После неё второй фронт мог способствовать уже лишь закреплению достигнутых побед и окончательному разгрому гитлеровской Германии. Дальнейшее откладывание его открытия более не соответствовало интересам правящих кругов США и Англии.

Они, по существу, высказывали мысль, что в результате побед Красной Армии мог наступить такой момент, когда распад германского сопротивления будет «развиваться с потрясающей быстротой»206.

«Так зародилась драма Черчилля, – писал Дзелепи. – Двойственность его политики оборачивалась те перь весьма угрожающей стороной. Разбить Гитлера хорошо, но Советский Союз выиграл бы больше всех от победы, поскольку главный вклад в её достижение вносил он. Иначе говоря, англо-американ ская сторона выиграла бы войну, но проиграла бы мир. Поэтому отныне главными проблемами стано вятся послевоенные. Как будет выглядеть Европа – а также весь мир, – когда Советский Союз выйдет из войны, сохранив всё своё могущество? Это было кошмаром для Черчилля и, несомненно, также для правящих классов на Западе»207.

Известный историк А. Тейлор писал в связи с этим: «Становилось похоже, что война кончится тем, что англичане и американцы будут контролировать Средиземное море, а Советская Россия – господст вовать на континенте»208. Ту же мысль высказал после войны и знаменитый американский журналист У. Липпман: «В 1942 – 1943 гг. я был убеждён в правильности черчиллевской стратегии. Тогда каза лось невозможным вступление Советской Армии в Европу. Но как только стало очевидным, что Герма ния будет оккупирована, я изменил своё мнение и понял, что Стимсон и Маршалл были правы как с политической, так и с военной точки зрения, стремясь ввести крупные англо-американские войска в Западную Германию… Это был отказ от Балкан и долины Дуная для того, чтобы выиграть Францию, Бельгию, Нидерланды и Западную Германию»209.

Генерал Маршалл предупредил своего главнокомандующего, что в Европе «может возникнуть хаос», если западные союзники «не успеют» за Красной Армией. В меморандуме от 27 августа 1943 г.

американские военные специалисты призывали президента «неизмеримо увеличить собственную мощь в Западной Европе, первыми вступить в Берлин»210. Да и сам президент Рузвельт осознавал это. Ещё в Каире в одной из бесед с сыном Эллиотом он сказал: «Если дела в России пойдут и дальше так, как Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс глазами очевидца. Т. 2. C. 473-474.

Ibid. С. 487;

см. также: Тегеранская конференция трёх союзных держав. С. 173;

Советско-английские отношения. Т. 1. С. 506;

Советско-американские отношения. Т. 1. С. 454;

Черчилль У. Вторая мировая вой на. Кн. 3. С. 217;

Советник двух президентов. // Вторая мировая война в воспоминаниях. С. 421;

Мэтлофф М.

От Касабланки до «Оверлорда». С. 430.

Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс.... Т. 2. С. 487;

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. С. 209.

Кулиш В.М. Раскрытая тайна. С. 399.

Дзелепи Э. Секрет Черчилля. С. 32-33.

См.: Секистов В.А. Война и политика. С. 364.

Цит. по: Кулиш В.М. История второго фронта. С. 29.

См.: Цветков Г.Н. СССР и США. С. 105.

сейчас, то, возможно, что будущей весной второй фронт и не понадобится»211. Так считал и А. Гарри ман: «Советский Союз мог выиграть войну и без помощи союзников»212.

Подобная перспектива не устраивала англо-американцев. Так, например, Эйзенхауэр отлично пони мал складывающуюся в Европе ситуацию. Ещё в мае 1943 г. он говорил А. Бруку, настаивавшему на продолжении применения главных усилий союзников в районе Средиземноморья: «Как Вы намерены вести войну дальше с учётом только что изложенного Вами плана, если окажетесь перед фактом, что вся Центральная и Западная Европа будет занята русскими?»213. Для США, как в равной степени и для Англии, было немыслимо допустить, чтобы СССР оказался в конце войны единственным освободите лем Европы.

Однако существовала и другая опасность в деле затягивания открытия второго фронта. Это неиз бежно привело бы к увеличению продолжительности войны в Европе, что, по мнению российского ис следователя А. Борисова, могло бы вызвать использование атомного оружия против Германии. А если бы немцы успели получить первыми это оружие, то его применение стало бы неизбежным: «Окажись в руках маньяка атомная бомба, он, не колеблясь, пустил бы её в ход против тех, кто не спешил с откры тием второго фронта»214.

Уже после войны Черчилль следующим образом оправдывал свою позицию по вопросу об откры тии второго фронта в Европе одним-двумя годами позже: «Мои позднейшие размышления по этому поводу и полные сведения, которыми мы располагаем в настоящее время, убедили меня в том, что эта затяжка в выполнении наших планов обернулась в нашу пользу. Отсрочка посылки экспедиционных войск на год спасла нас от предприятия, которое в тот момент, в лучшем случае, было бы чрезвычайно рискованным, а весьма возможно, привело бы к катастрофе мирового значения. Теперь я уверен, что даже если бы операция „Торч” закончилась в 1942 году так, как я надеялся, или если бы мы даже не пытались её осуществить, попытка форсировать Ла-Манш в 1943 году повлекла бы за собой серьёзней шее поражение с огромными потерями, что имело бы не поддающиеся определению последствия для исхода войны. Я стал сознавать это всё яснее в течение 1943 года и поэтому примирился с неизбеж ностью отсрочки операции „Оверлорд”, несмотря на то, что полностью понимал раздражение и гнев советского союзника»215. Какова была реальная действительность 1943 года, мы уже говорили выше.

Военно-стратегическое и политическое значение вторжения в Нормандию. 10 июня 1944 г.

Гарриман был принят в Кремле главой Советского правительства. Посол предусмотрительно захватил с собой карту, на которой показал район высадки союзников в Нормандии. Сталин был, по словам Гар римана, в отличном настроении: «Это был совсем другой Сталин, не скупившийся на похвалу дости жениям союзных армий во Франции». Он высоко оценил крупные масштабы операции по переброске целых армий на континент: «История войн никогда не знала столь грандиозной операции. Даже сам Наполеон не отважился её предпринять. Гитлер её планировал, но был слишком глуп, чтобы на неё отважиться»216. «Это – несомненно блестящий успех наших союзников… История отметит это дело как достижение высшего порядка, – подчеркнул 13 июня советский Верховный Главнокомандующий в ин тервью газете „Правда”»217.

Рузвельт Э. Его глазами. С. 161.

См.: Иванов Р.Ф. Дуайт Эйзенхауэр и советско-американские союзнические отношения в 1941 – 1945 гг.

// США: ЭПИ, 1995, № 5. С. 20.

Ibid.

Борисов А. Уроки второго фронта. С. 49-53.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 302.

Борисов А. Уроки второго фронта, или Могла ли Европа разделить судьбу Хиросимы и Нагасаки.

М., 1989. С. 8-9;

см. также Боффа Дж. История Советского Союза. Т. 2. С. 210.

Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Т. 2. С. 37.

ГЛАВА 12. ОБСУЖДЕНИЕ ПОЛЬСКОГО ВОПРОСА В РАМКАХ АНТИГИТЛЕРОВСКОЙ КОАЛИЦИИ И ЕГО ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ 1. Польский вопрос в 1941 – 1943 гг.

Советско-польские отношения после 22 июня 1941 г. 5 июля 1941 г. в Лондоне, при посредни честве Англии, начались переговоры между двумя правительствами. Польшу представлял премьер её эмигрантского правительства, СССР – посол Майский. В качестве целей поляки ставили себе призна ние недействительности раздела Польши в 1939 г. и освобождение захваченных в 1939 г. Красной Ар мией польских военнопленных. Советская сторона считала, что вопрос о границе не подлежит обсуж дению, а что касается проблемы военнопленных, выразила готовность пойти на соглашение. Рассмот рение первого вопроса англичане предлагали отложить до лучших времён.

30 июля соглашение было достигнуто: дипломатические отношения между двумя странами восста навливались, и на советской территории воссоздавалась польская армия1. Было также подписано сов местное заявление о том, что советско-германские договора от 1939 г. относительно территориальных изменений в Польше «утратили свою силу»2.

Однако польское правительство не отказалось от тезиса «двух врагов», рассматривающего и Герма нию, и Советский Союз как враждебные Польше государства3. В этом смысле Гопкинс говорил о Си корском и о планах эмигрантского Лондонского правительства: «Сикорский приносит Польше больше зла, чем добра. Польша лелеет честолюбивые мечты на послевоенное будущее… Поляки говорят, что Россия будет после войны настолько слаба, а Германия сокрушена, что Польша станет самым могу щественным государством в этой части света… Польша захочет, чтобы были восстановлены её преж ние, довоенные границы»4. В целом на протяжении 1941 – 1942 гг. советско-польские отношения оста вались довольно сложными.

Разрыв дипломатических отношений между Польшей и СССР. В апреле 1943 г. произошёл раз рыв между Советским правительством и находившимся в Лондоне польским правительством в изгна нии. Будучи приглашённым на завтрак на Даунинг-стрит, 10, Сикорский рассказал Черчиллю об убийстве Советским правительством 15 тыс. польских военнопленных, находившихся с 1939 по 1940 гг. в совет ских лагерях и погребённых в огромных могилах в смоленских лесах, главным образом вокруг Каты ни5. Черчилль ему ответил: «Если они мертвы, вы ничего не сможете сделать, чтобы их воскресить»6.

См.: Сталин, Берия и судьба Армии Андерса в 1941-1942 гг. (Из рассекреченных архивов). // ННИ, 1993, № 2;

Русский архив: Великая Отечественная. СССР и Польша Т. 14 (3–1). М., (militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html);

http://militera.lib.ru/memo/usa/kennan/index.html;

Прибылов В.И.

Почему ушла армия Андерса. // ВИЖ, 1990, № 3;

Constantin I. Polonia la sfritul celui de-al doilea rzboi mon dial. // Dosarele istoriei, 2005, Nr. 5. P. 47;

.

В июне 1942 г. В. Андерс потребовал от В. Сикорского разрешения на эвакуацию всей армии. После переговоров с В. Молотовым в Лондоне В. Сикорский 12 июня направил В. Андерсу телеграмму, в которой, обосновывая свое решение высшими политическими целями, предлагал армии остаться в СССР и воевать вместе с Красной Армией. Инструкция польского премьера В. Андерсом выполнена не была... 31 августа 1943 г. командующий польской армией В. Андерс подтвердил собственной подписью, что «польское правительство вопреки соглашению между СССР и Польшей не считает возможным использовать на советско-германском фронте польские войска, сформированные в СССР». К 1 сентября 1942 г. эвакуация польских частей была закончена. Всего из СССР выехало около 80 тыс. военнослужащих и более 37 тыс.

членов их семей. 12 тысяч польских военнослужащих, в том числе моряки, летчики, танкисты, были направ лены в Англию. Большая часть польской армии – 69 917 человек – последовала в Иран. Несколько офицеров во главе с полковником Берлингом отказались выехать в Иран и остались в СССР. // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html;

смотри также: Сталин и Польша. 1943-1944 годы. Из рассекре ченных документов российских архивов. // ННИ, 2008, № 3. С. 106.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 182-183;

Исраэлян В.Л. Дипломатия в годы войны. С. 15.

В 1942 г., уже будучи в Иране, руководитель польской армии, сформированной в СССР, генерал Андерс предельно откровенно заявил в своём кругу: «Русские хотели послать нас на фронт, чтобы немцы нас перебили. Мы и англичане не допустили этого. Мы прибыли сюда не для того, чтобы воевать, а для того, чтобы подготовиться к борьбе за границы будущей Польши. Эта борьба предстоит после разгрома немцев, и в ней нам помогут англичане». // Иванов Ю.В. О Варшавском восстании. // Межд. жизнь, 2004, № 9. С. 151.

Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс глазами очевидца. Т. 2. С. 378.

Об этом преступлении сталинского режима смотри: Абаринов В. Катынский лабиринт. М., 1991;

Катын ская драма: Козельск, Старобельск, Осташков: судьба интернированных польских военнослужащих. М., 1991;

Ежевский Л. Катынь 1940. Рига, 1990;

Семиряга М.И. Тайны сталинской дипломатии. С. 111-140;

Otu P., Duu Al. Masacrul din pdurea Katn. // Magazin Istoric, 1997, Nr. 4;

Manea M. Masacrul de la Katyn. // Dosarele istoriei, 1999, Nr. 11;

Constantin I. Masacrul de la Katyn. // Dosarele istoriei, 2006, Nr. 3;

Maxim M. Katyn – 1940.

// Historia. Revist de istorie, 2006, Nr. 5;

Constantin I. Posteritatea Katyn-ului. // Magazin Istoric, 2006, Nr. 10.

13 апреля германская радиостанция открыто обвинила Советское правительство в убийстве поляков, находившихся в трёх лагерях, и предложила провести международное расследование на мес те, чтобы выяснить их судьбу. 17 апреля польский кабинет в Лондоне опубликовал коммюнике, в ко тором говорилось, что он обратился в Международный Красный Крест в Швейцарии с просьбой послать делегацию в Катынь для расследования. Т.к. без согласия Советского правительства такое международ ное расследование было невозможно, немцы сами провели расследование, и комиссия экспертов, соз данная из представителей стран, находившихся под влиянием Германии, составила подробный доклад, в котором утверждалось, что массовые убийства произошли весной 1940 г., когда этот район находился под советским контролем.

Затем, после освобождения Смоленской области Красной Армией, советской стороной было прове дено новое расследование, в котором вся ответственность за истребление 15 тыс. поляков была возло жена на немцев. И лишь в апреле 1990 г., после проведения Советским правительством повторного исследования, президент М. Горбачев передал его результаты президенту В. Ярузельскому. В этих документах признавалась вина СССР за истребление польских офицеров сталинскими палачами и выражено соболезнование польскому народу.

Конечно, в 1943 г., когда стало известно о катынской трагедии, Черчилль не мог стать на сторону поляков, даже если бы и захотел это сделать. Он не мог рисковать расколом антигитлеровской ко алиции. Поэтому он считал, что «поляки поступили неразумно, распространив или приняв участие в распространении такого сообщения». Он заявил, что союзники «должны разбить Гитлера и сейчас не время для ссор и обвинений». Однако он не смог предотвратить разрыв между советским и польским правительствами7.

В сложном положении находился и Рузвельт. Так, перед отъездом на Тегеранскую конференцию его посетил гость из Великобритании, который отметил растущее чувство тревоги в польских эмигрант ских кругах в связи с приближением Красной Армии к границам Польши. «Я знаю об этом, – раздра жённо говорил Рузвельт. – У меня болит голова от этих людей. Польский посол был у меня недавно по этому вопросу. Я сказал ему, не думает ли он, что они просто остановятся, чтобы угодить вам или нам?

Не хочет ли он, чтобы мы и Великобритания объявили войну Иосифу Сталину, если они пересекут их бывшую границу? Даже если бы мы захотели сделать это, Россия сможет выставить армию в два раза больше нашей общей численности, и мы тогда совсем не имели бы голоса в этом деле. Более того… я не уверен, что справедливый плебисцит, если таковой вообще существует в природе, не покажет, что эти восточные провинции не предпочтут вернуться к России. Да, я действительно думаю, что эта гра ница 1941 г. столь же справедлива, как и любая другая»8.

Следует отметить, что в Вашингтоне хорошо знали цену польским эмигрантским деятелям. В одном из документов, подготовленном американскими спецслужбами и получившем полное одобрение советни ков президента, говорилось, что лондонское правительство является «кликой реакционеров и неиспра вимых русофобов, преследующих цель поднять Полонию* против русской политики Рузвельта»9.

28 апреля 1943 г., спустя несколько дней после разрыва советско-польских дипломатических отно шений, председатель Союза польских патриотов в СССР В. Василевская обратилась к Сталину с пись мом, в котором была изложена просьба разрешить формирование в СССР польской воинской части.

По настоящее время среди историков нет единого мнения о причинах, побудивших сталинское руковод ство издать приказ о расстреле польских офицеров. Однако не вызывает сомнений, что такого рода приказы имеют не только античеловечный характер, но и свидетельствуют об определённых психических отклонени ях тех, кто способен такое приказывать. Среди многих причин, толкнувших Сталина и Берию на уничтоже ние польских пленных, имеет право на существование и мнение, что это случилось и из чувства мести за ги бель десятков тысяч советских военнопленных в польских лагерях в 1919-1920 гг.

То, что такое было, не вызывает сомнений. Так, 9 сентября 1921 г. Г.В. Чичерин заявил, что «в течение двух лет из 130 тыс. русских пленных в Польше умерло 60 тыс.» // ДВП СССР. Т. 4. М., 1960. С. 319.

Российский историк И. Михутина на основе тщательных подсчётов пришла к выводу, что это минималь ная цифра погибших в польском плену советских граждан. Всего же в плен было взято от 133000 до советских военнослужащих и гражданских лиц. // Михутина И.В. Так сколько же советских военнопленных погибло в Польше в 1919 – 1921 гг.? // ННИ, 1995, № 3. С. 64-66;

см. также: Иванов Ю.В. Задолго до Каты ни. Красноармейцы в аду польских концлагерей. // ВИЖ, 1993, № 12. С. 22, 24;

Матвеев Г.Ф. Ещё раз о чис ленности красноармейцев в польском плену в 1919 – 1920 годах. // ННИ, 2006, № 3. С. 49.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 634.

Ibid. С. 635-636.

Цит. по: Борисов А.Ю. СССР и США: союзники в годы войны. С. 172;

см. также: Уткин А.И. Дипломатия Франклина Рузвельта. С. 391.

Имеются в виду американцы польского происхождения.

* Борисов А.Ю. СССР и США: союзники в годы войны. C. 178.

В соответствии с постановлением Государственного Комитета Обороны СССР от 8 мая 1943 г. на тер ритории СССР началось формирование польской пехотной дивизии имени Т. Костюшко под командо ванием полковника З. Берлинга. 12–13 октября 1943 г. под Ленино (Могилевская обл.) дивизия провела свой первый бой. Понеся значительные потери, 14 октября она была выведена с фронта. В июле 1944 г.

созданная в СССР 1-я польская армия начала боевые действия на территории Польши, войдя в опера тивное подчинение командующего войсками 1-го Белорусского фронта10.

Видение лондонскими поляками перспектив антифашистской борьбы и отношения с СССР.

Разрыв дипломатических отношений с СССР позволил главнокомандующему Армии Крайовой (АК – военные формирования, подчинявшиеся эмигрантскому правительству) генералу Ровецкому* вернуться на позицию, предусматривавшую вооружённое сопротивление Красной Армии. В его телеграмме Си корскому от 19 июня 1943 г. отмечалось, что «с чисто военной точки зрения, необходимо, скорее всего готовиться к худшей для себя возможности, а именно, видеть в России скорее всего нашего врага, а не союзника. Единственно целесообразной и обоснованной по отношению к России является наша активно оборонительная, то есть – принципиально враждебная позиция». Единственной возможностью изменить данное отношение, по мнению Ровецкого, является признание Советским правительством польских границ 1939 г. и его разрыв с создававшимися на территории СССР польскими воинскими формированиями.

Лучшим из возможных вариантов решения всех проблем Ровецкий считал «поражение СССР в вой не с фашистской Германией либо развал его внутренними диверсиями. Только разбитая или серьёзно ослабленная Россия, находящаяся под угрозой внутреннего раскола, может стать относительно прием лемым партнёром для наших с ней соглашений»11.

Эмигрантские лондонские круги рассчитывали на освобождение Польши западными союзниками и недопущение благодаря этому Советской Армии на территорию страны. Однако после Сталинграда и, в особенности, после Курска стало очевидным, что Польша будет освобождена именно советскими вой сками. А Тегеранская конференция и формально узаконила это, приняв решение о вторжении англо американцев в Нормандию и о мощном наступлении Красной Армии на Восточном фронте, с целью поддержать операцию западных союзников. В конце сентября 1943 г. в Вашингтоне от имени Объеди нённого комитета начальников штабов адмирал У. Леги официально заявил польскому представителю в ОКНШ полковнику Миткевичу, что «советские войска будут первым союзником, который вступит на территорию Польши»12.

В изменившихся условиях командование АК издало приказ, что в случае вступления в Польшу анг ло-американских войск Армия Крайова начнёт вооружённое восстание по сигналу эмигрантского пра вительства и с согласия западных союзников. При условии вступления на территорию Польши Крас ной Армии без соответствующего соглашения между польским и советским правительствами, АК нач нёт широкую диверсионную операцию под кодовым наименованием «Буря»13. Однако ни один из ва риантов не предусматривал, что восстание будет поднято в поддержку действий Советской Армии. Бо лее того, Комаровский заявил: «Мы не можем довести до восстания, когда немцы, битые на Западе и Юге, ещё держат Восточный фронт и прикрывают нас с этой стороны. Поэтому ослабление Германии в данном особенном случае не будет отвечать нашим интересам… Мы должны быть готовы оказать сопротивление советским войскам».

Возможность этого не исключал и премьер Миколайчик, заявивший 28 августа 1943 г. на совеща нии у Рузвельта, что если Красная Армия враждебно отнесётся к представителям эмигрантского прави тельства и АК, то им придётся прибегнуть к «самообороне», а правительству – «огласить состояние войны с Россией». 1 октября глава правительства заявил, что «в случае предоставления союзниками вооружения для АК и переброски по воздуху хотя бы небольших воинских контингентов, при отходе германской армии к польской границе АК смогла бы оказать сопротивление советскому вторжению, а присутствие частей союзников послужило бы политическим барьером, сдерживающим вторжение».

Ещё большим отсутствием реализма страдал представитель эмигрантского правительства в стране Ян Станислав Янковский. 10 января 1944 г. он писал Миколайчику, что «главным велением польской политической мысли» является создание «условий для польской победы в вероятном будущем конф ликте с Германией и Россией». В меморандуме говорилось о территориальных приращениях за счёт Германии – Ополе, Гданьск, Восточная Пруссия, и за счёт России: если СССР в конце войны будет достаточно силён, то «военной целью Польши на востоке должно стать удержание границы 1921 года, militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Вскоре он был арестован гестапо, и на этом посту его заменил Бур-Комаровский.

* Назаревич Р. Варшавское восстание. 1944 год: политические аспекты. М., 1989. С. 28-29;

Письмо генерала Ровецкого Верховному Главнокомандующему польскими вооруженными силами генералу В. Сикорскому по поводу польско-советских отношений. // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Назаревич Р. Варшавское восстание. 1944 год: политические аспекты. C. 30.

Ibid. C. 32.

при включении в её состав Литвы». Если бы Советский Союз оказался заметно ослабленным, то целью Польши становилось отторжение ещё и Латвии, Эстонии, Белоруссии и Украины14.

Как мы уже отмечали, на Тегеранской конференции три великие державы, в принципе, пришли к общему знаменателю в вопросе о советско-польской границе. Что касается лондонского эмигрантского правительства, то оно не признавало «линию Керзона» и требовало в состав будущей Польши Львов и Вильно*, о чём премьер Миколайчик заявил Черчиллю 20 января 1944 г. Возражало эмигрантское пра вительство и против передачи Кёнигсберга Советскому Союзу15. Эти домогательства свидетельствова ли не только о невозможности нормализации отношений между двумя правительствами, но и о том, что польское правительство в Лондоне абсолютно не осознавало сложившуюся в мире реальность. Бо лее того, эти люди ратовали за затягивание войны с целью максимального ослабления СССР и недопу щения его армии на территорию Польши. Так, в одном из документов эмигрантского правительства го ворилось буквально следующее: «Зимнее наступление в начале текущего 1944 г. грозило, что Сталин закончит войну без военной помощи англо-американских войск… Положение спасла немецкая армия, которая остановила советское наступление»16.

2. Польские события 1944 года Приближение Красной Армии к польским границам. Планы эмигрантского правительства.

В условиях неумолимого советского наступления на Запад печатный орган главнокомандования АК в передовой статье «На что мы рассчитываем?» отмечал: «1. Прежде всего на собственные вооружённые силы… 2. На то, что англосаксонско-советский конфликт неизбежен… Мы на это рассчитываем. Мы на это делаем ставку»18. В этом смысле между позицией польских националистов и гитлеровцами не существовало какой-либо принципиальной разницы.

Создавшийся тупик был обсуждён на заседании британского военного кабинета 25 января 1944 г.

Премьер реалистически отмечал, что польский вопрос необходимо урегулировать как можно скорее, так как по мере продвижения советских войск позиции лондонских поляков ослабляются. «Нам не следует игнорировать того факта, что перспективы восстановления свободной Польши связаны только с жертвами и победами русских»19. Черчилль понимал, что если вопрос вовремя не будет решён, в Польше будет образовано просоветское правительство.

Доказательством крайнего обострения польско-советских отношений стала и непрекращающаяся и непримиримая критика СССР на страницах подконтрольной эмигрантскому правительству польской пе чати, и даже призывы польского правительства к вооружённой борьбе с советскими войсками. Один из образцов такого рода издания, вручённого 2 февраля 1944 г. персонально Сталиным послу США в СССР Гарриману для ознакомления американского правительства, последний назвал «отвратительным»20.

Он писал в своём меморандуме в Вашингтон 24 марта: «По-моему, нет сомнений в том, что полити ка [польского] правительства определяется группой офицеров, которые убеждены, что война с Совет ской Россией – неизбежна… Сталин убеждён в том, что нельзя надеяться на дружественные отношения с Польшей, если у власти будет правящая группировка из Лондона, поэтому он и не желает, чтобы Красная Армия восстанавливала их власть. Я полагаю, что в основном он прав»21. По существу и мнение А. Идена совпадало с американским в данном вопросе. Так, в уже упомянутых нами размышле Ibid. C. 33-34.

Смотри также донесение командующего Армии Крайовой Верховному Главнокомандующему об отно шении к советским властям. 19 апреля 1944 г.: «Занятие Советами всей Польши мы здесь оцениваем как ре альность, с которой требуется конкретно считаться. И, как следствие, нужно считаться с необходимостью открытого столкновения Польши с Советами и в этом столкновении демонстрации с нашей стороны макси мального выражения независимой позиции Польши». // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

В июле – августе 1944 г. во время наступления советских войск на Вильнюс и Львов произошли ожесто * чённые бои между ними и отрядами АК, приведшие к многочисленным жертвам с обеих сторон. Однако ча ще происходило наоборот – солдаты и многие офицеры АК при контакте с Красной Армией переходили на её сторону и вливались в состав 1-й армии Войска Польского, а руководство АК переходило на нелегальное положение.

Исраэлян В.Л. Дипломатия в годы войны. С. 242.

Назаревич Р. Варшавское восстание. С. 35.

См.: Сталин и Польша. 1943-1944 годы. Из рассекреченных документов российских архивов. // ННИ, 2008, № 3.

Назаревич Р. Варшавское восстание. C. 37-38.

Сиполс В.Я., Челышев И.А. Крымская конференция. С. 19;

см. также Уткин А.И. Дипломатия Франклина Рузвельта. С. 401-402.

Советско-американские отношения. Т. 2. С. 21-22.

См.: Исраэлян В.Л. Дипломатия в годы войны. С. 239, 240.

ниях по поводу письма Д. Куппера, он отмечал: «Именно трения между Россией и Польшей явились причиной неудачи в попытке привлечь Россию на нашу сторону в 1939 г. Польша при хороших отно шениях с СССР сможет быть сильной, независимой и процветающей страной, Польша при плохих отношениях с СССР может стать угрозой для международного мира и для Англии»22.

В июне-июле 1944 г., наголову разбив группу армий «Центр», Красная Армия вступила на террито рию Польши. В связи с началом освобождения своей страны, в первом освобождённом крупном городе Хельме, 22 июля 1944 г. Крайовой Радой Народовой* был образован Польский Комитет Национального Освобождения (ПКНО) – исполнительный орган управления освобождёнными польскими землями23. В своём заявлении он признал «линию Керзона» в качестве будущей польско-советской границы. 26 июля Советское правительство учредило своё представительство при ПКНО, который обосновался в Любли не24. В декабре 1944 г. этому примеру последовало и Французское правительство25.

Всё это сильно встревожило лондонское эмигрантское правительство, которое понимало, что в слу чае полного освобождения Польши Красной Армией, именно просоветский прокоммунистический ПКНО составит основу будущего польского правительства. Для того, чтобы этого не случилось, лон донские поляки решили опередить Советскую Армию (в тайне, как от СССР, так и от западных союзни ков), организовав в Варшаве антифашистское восстание с целью установить свою власть хотя бы в сто лице, если это невозможно сделать во всей стране26. Когда же Красная Армия вступит в Варшаву, встре тят её там органы польской государственной власти, образованные лондонским правительством. Это дол жно было символизировать и реально обеспечить власть эмигрантского правительства над всей Польшей.

В этой связи необходимо отметить, что западные союзники не поддержали плана восстания в Поль ше, не согласованного с СССР. Решения начальников штабов США и Великобритании, принятые 7 июля 1944 г., не оставляли в этом сомнений. Из них следовало, что:

– командование союзников не имеет возможности для доставки по воздуху оружия в количествах, достаточных для обеспечения восстания в Польше. Это возможно только морем в увязке с советскими операциями;

– определить срок восстания в Польше могут только польские власти по согласованию с наиболее заинтересованным союзником – СССР;

– диверсионные акции, нарушающие немецкие коммуникации в Польше, полезны прежде всего СССР, и именно с ним их необходимо согласовать27.

Эту же мысль высказал в конце июля лондонским полякам и генерал Исмей: «Союзники не могут предпринимать такого рода действия, если они не скоординированы с наступлением русских… Началь ники штабов подчёркивают, что польская Армия Крайова находится в зоне, где невозможно её взаимо действие с англо-американскими армиями»28.

Даже командующий АК генерал Бур-Комаровский 31 июля 1944 г., т.е. за день до начала восстания в польской столице, заявил (в изложении Ю. Рокицкого**) перед руководством Армии Крайовой, что «после поражения на линии Буга в районе Бреста германские войска в большом беспорядке отошли в направлении Варшавы. Германское командование, однако, овладело положением, навело порядок в подразделениях и получило свежие подкрепления в виде трёх танковых дивизий. Главные силы Со ветской Армии находятся на востоке от Седлец. Только узкой полоской люблинского шоссе советские Царёв О.И. СССР – Англия: от сотрудничества к конфронтации (1941 – 1945 гг.). // ННИ, 1998, № 1. С. 99.

Польский национальный совет, созданный в конце 1943 г. левыми антифашистскими силами.

* См.: Документы и материалы по истории советско-польских отношений. Т. 8. М., 1974. С. 141-146;

Осво бодительная миссия Советских Вооружённых Сил в Европе во второй мировой войне. М., 1985. С. 95, 97;

Лебедева Н., Филитов А. Формула прекращения войны в политике «большой тройки». // Межд. жизнь, 1996, № 4. С. 93;

Constantin I. Polonia la sfritul celui de-al doilea rzboi mondial. // Dosarele istoriei, 2005, Nr. 5. P. 48.

См.: Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Т. 2. С. 155, 157-159;

Докумен ты и материалы по истории советско-польских отношений. Т. 8. С. 148;

Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы за свободу и независимость (1941 – 1945 гг.). М., 1978. С. 51.

27 июля 1944 г. было подписано соглашение между Советским правительством и ПКНО, по которому со ветско-польская граница проходила по «линии Керзона», а северные и западные рубежи Польши устанавли вались по балтийскому побережью, включая западную часть Восточной Пруссии и Данциг, и по реке Одер.

// Документы и материалы по истории советско-польских отношений. Т. 8. С. 156-157.

Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг. Документы и материалы. М., 1959. С. 551;

Молчанов Н. Генерал де Голль. С. 261.

Данный вывод подтверждают и некоторые историки, далёкие от малейшей симпатии к политике Советского Союза. // Constantin I. Polonia la sfritul celui de-al doilea rzboi mondial. // Dosarele istoriei, 2005, Nr. 5. P. 48.

Назаревич Р. Варшавское восстание. С. 40-41.

Ibid. C. 81.

Один из руководителей Варшавского восстания. Издал свои воспоминания в 1949 г. в Западной Германии.

** разведывательные отряды доходят до Варшавы… Собственных боезапасов хватит на 3-4 дня». «При теперешней противоповстанческой готовности немецких сил в Польше… восстание не имеет шансов на успех»29.

В этих условиях и главнокомандующий польскими силами, подчиняющимися эмигрантскому пра вительству, генерал Соснковский рекомендовал командующему АК отказаться от восстания. Ещё июля он отправил из Италии в Лондон телеграмму для передачи в Польшу: «Что касается страны, то в ситуации, создавшейся в результате развития событий …любая мысль о вооружённом восстании явля ется неоправданным действием, лишённым политического смысла и могущим вызвать трагические не нужные жертвы»30. Эта часть телеграммы перед её перенаправлением в Польшу была в Лондоне вы черкнута.

Таким образом, эмигрантские военно-политические санационные* круги полностью проигнорирова ли сложившиеся реалии, хотя знали, что в конце июля соотношение сил на варшавском участке совет ско-германского фронта изменилось в пользу немцев. Отношение к этому вопросу определяли полити ческие, а не военные соображения. Решено было предпринять что-нибудь экстраординарное, дабы зас тавить Запад изменить свою позицию. Общее руководство восстания было поручено генералу Бур Комаровскому. В своих послевоенных мемуарах он прямо признаёт, что, начиная восстание, он и его окружение рассчитывали захватить город, по меньшей мере, за двенадцать часов до прихода русских войск. «За этот срок, – пишет он, – административные органы сумеют собраться, сорганизоваться и в роли хозяина встретить входящие советские войска»31.

Эти люди вообще не желали освобождения Польши, если оно будет осуществлено советскими войс ками32. Бур-Комаровский, излагая эти взгляды, заявил, что нельзя считать Советский Союз военным со юзником и лучше, «если русские армии будут вдали от нас… Отсюда следует, – продолжал он, – логич ный вывод, что мы не можем поднимать восстание против немцев до тех пор, пока они сдерживают рус ский фронт, а тем самым и русских вдали от нас. Кроме того, мы должны быть подготовлены к тому, чтобы оказать вооружённое сопротивление русским войскам, выступающим на территорию Польши»33.

Варшавское восстание34 и его оценки. Вооружённая борьба была начата частями Армии Крайо вой, и была немедленно поддержана варшавянами и отрядами Армии Людовой**. В случае её неудачи всегда можно было свалить всю вину за это на СССР, обвинив его в нежелании оказать помощь вос ставшим. Именно из свидетельств перешедших линию фронта поляков советское командование впервые Ibid. C. 70;

Иванов Ю.В., Косенко И.Н. Кто кого предал. Варшавское восстание 1944 года: свидетельству ют очевидцы. // ВИЖ, 1993, № 3. С. 17-18.

Иванов Ю.В., Косенко И.Н. Кто кого предал. Варшавское восстание 1944 года: свидетельствуют оче видцы. // ВИЖ, 1993, № 3. С. 17;

Назаревич Р. Варшавское восстание. С. 75.

Сторонники бывшего польского лидера Ю. Пилсудского, составлявшие на тот момент большинство эмиг * рантского польского правительства.

Монин М.Е. Содружество, рождённое в боях. М., 1971. С. 90.

Маршал Жуков в этой связи вспоминал: «По заданию Верховного к Бур-Комаровскому были посланы два парашютиста-офицера для связи и согласования действий, но Бур-Комаровский не пожелал их принять. Что бы оказать помощь восставшим варшавянам, по заданию командования 1-го Белорусского фронта советские и польские войска переправились через Вислу и захватили в Варшаве набережную. Однако со стороны Бур-Ко маровского вновь не было предпринято никаких попыток установить с нами взаимодействие. // Жуков Г.К.

Воспоминания и размышления. М., 1969. С. 583.

Цит. по: Сиполс В.Я., Челышев И.А. Крымская конференция. С. 18-19.

В этом контексте очень примечателен приказ Главного командования АК, изданный 12 сентября 1944 г.

(Sic!! К этому моменту Варшава истекала кровью): «В случае оставления немцами Варшавы:

– …части в полной боевой готовности остаются в своих районах… – баррикад и укреплений, замыкающих занятые районы, не разбирать до момента окончательного выяс нения польско-советских отношений… Баррикады и укрепления во внешнем обводе занятых районов дол жны быть полностью укомплектованы».

В политическом обосновании этих директив даются следующие разъяснения: «В настоящее время воз можность какого-либо сотрудничества АК с ПКНО, вплоть до момента выработки польским правительством иного к ним отношения, исключена». Приказы вновь напоминают о негативном отношении к просоветской армии Берлинга и требуют «уклониться от допуска в районы, занятые АК, не только властей, не только войск ПКНО, но даже сапёров, даже технической помощи…» // Залуский Зб. Сорок четвёртый. События, наблюдения, размышления. М., 1978. С. 170-171.

См.: Репников А.В. Варшавское восстание 1944 года в документах из архивов спецслужб. Варшава Москва, 2007. // ННИ, 2008, № 1.

Армия Людова (АЛ) – польские воинские части на оккупированной территории, руководимые просовет ** скими политическими силами.

подробно узнало о характере восстания и положении в Варшаве35. Руководителей восстания совершен но не интересовал вопрос о его своевременности с позиций общих военных операций против вер махта36. В данной ситуации восстание было полной авантюрой, а его организаторы – политическими преступниками. С военной точки зрения, восстание было совершенно не подготовлено и не имело ни малейших шансов на успех37.

Вот что в связи с этим пишет немецкий генерал Типпельскирх: «Когда армии Рокоссовского, каза лось, неудержимо продвигались к польской столице, польское подпольное движение сочло, что час восстания пробил. Не обошлось, конечно, и без подстрекательства со стороны англичан»38. Последнее утверждение, мягко говоря, не соответствует действительности. Англичане ничего не знали о готовя щемся эмигрантским правительством восстании39 и не только ничего не сделали для его подготовки, но и, как уже отмечалось выше, были против его начала, без координации действий восставших с насту павшими советскими войсками. Более того, начавшиеся события явились для британских властей и спецслужб полной неожиданностью.

О них заранее не знало не только командование Армии Людовой, но даже и большая часть подполь ных организаций, подчинявшихся организаторам данной акции. В результате к моменту начала восста ния в нём приняло участие лишь 40% сил (38 тыс. человек), находившихся в Варшаве в распоряжении командования АК. Повстанцы были плохо вооружены, у них было мало боеприпасов – на 2-3 дня боёв:

1000 винтовок, 300 автоматов, 67 пулемётов, 1700 пистолетов40.

Как профессиональный военный, Типпельскирх со знанием дела подчёркивает, что «восстание вспыхнуло 1 августа, когда сила русского удара уже иссякла и русские отказались овладеть польской столицей с хода. Вследствие этого польские повстанцы оказались предоставленными сами себе»41.

Причины приостановки наступления на Варшаву были с пониманием встречены и союзниками. Так, на запрос премьера от 8 августа Британский генштаб ответил: «Они [немцы] окружили и уничтожили рус militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

В этом смысле смотри выдержку из доклада генерал-лейтенанта К.Ф. Телегина Главному политическому управлению Красной Армии о целях руководителей восстания в Варшаве (по прямому проводу). 6 октября 1944 г.: «Наш офицер „Олег” за 10 дней своего пребывания в Варшаве из бесед с руководящими работника ми АК и АЛ, по личным своим наблюдениям, знакомству с документами рассказывает следующее: восста ние планировалось и готовилось долгое время. Из Англии доставлялись запасы боеприпасов и вооружения, которые располагались в тайных складах, руководящая роль принадлежала организации АК, а остальные организации, в том числе и демократические, не были в курсе подготовки восстания. Целью восстания был захват города до занятия его частями Красной Армии. После захвата Варшавы сюда должно было немедлен но прибыть польское правительство во главе с Миколайчиком... Имеется и еще ряд других показаний, под тверждающих, что лондонцы боялись, как бы Красная Армия и Войско Польское не вошли первыми в Варшаву и не оставили их не у дел». // Ibid.

В этой связи руководитель варшавских отрядов АЛ во время восстания Зенон Клишко писал: «Командова ние Армии Крайовой навязало Варшаве восстание, в течение нескольких часов поставило столицу перед свершившимся фактом, ни с кем не советуясь по этому вопросу и стремясь осуществить планы небольшой клики… Если бы его маневр удался, польская реакция заполучила бы козырь, который Миколайчик исполь зовал бы в ходе московских переговоров. Но такие принципы политической игры являлись принципами политических банкротов, которые, ничего не имея за душой, распоряжаются жизнью сотен тысяч людей… Планы командования Армии Крайовой не предусматривали возможность длительной и затяжной борьбы в городе. Варшавское восстание, по их мнению, должно было стать кратковременной политической демонстрацией, поддержанной вооружённой борьбой. Вот поэтому-то не было подготовленным, не имело военного плана, разработанного как в целом, так и в деталях, продуманной военной концепции. Не было оружия, снаряжения и подготовленных к уличным боям отрядов. Армия Крайова не сделала ни одной попытки установить связь с командованием Красной Армии, чтобы согласовать срок начала восстания и определить тактическое сотрудничество. Эта „самостоятельность” командования Армии Крайовой лишила восстание значительной материальной базы, закрыла перед ним всякую военную перспективу, разоружила материально и политически… С самого начала варшавское восстание не имело единого руководства, да и не могло иметь. Отдельные районы вели борьбу изолированно… Положение Варшавы становилось более тяжё лым, а командующий отрядами АК не предпринял ни единой попытки установить связь с Красной Армией, не сделал этого даже после того, когда Прага была освобождена от немцев». // Клишко З. Варшавское восстание. Статьи, речи, воспоминания, документы. М., 1969. С. 62-63, 64, 67.

Типпельскирх К. История второй мировой войны. С. 452.

Launay J. Mari decizii ale celui de-al doilea rzboi mondial. Vol. 2. P. 230.

См.: Бережков В.М. Страницы дипломатической истории. С. 461;

Семиряга М.И. Антифашистские народ ные восстания. М., 1965. С. 74;

Освободительная миссия Советских Вооружённых Сил во второй мировой войне. М., 1974. С. 98;

Назаревич Р. Варшавское восстание. С. 91.

Типпельскирх К. История второй мировой войны. С. 452.

ские танковые части, которые наступали на город»42. Правда, уже после войны Черчилль писал, что пос ле начала восстания «советское радио хранило молчание, а русская авиация прекратила действовать»43.

Касаясь вопроса о согласовании планов восставших с планами советского командования на де кабрьских переговорах 1944 г. в Москве, советские представители рассказывали французам о том, что «если бы советское командование спросили, сможет ли оно оказать военную помощь восстанию, то оно заранее сказало бы, что оно к этому не готово». Красная Армия в то время прошла 600 км с боями от Минска до Варшавы, и к тому времени, когда она подошла к Варшаве, её артиллерия и снаряды отстали на 400 км44. В связи с этим, в одном из сентябрьских писем Черчиллю Сталин писал: «Несом ненно, что если бы перед восстанием в Варшаве запросили советское командование о целесообразнос ти устройства восстания в Варшаве в начале августа, то советское командование отговорило бы от такой затеи, ибо советские войска, прошедшие с боями свыше 500 километров и достаточно уставшие, не были тогда готовы, чтобы взять штурмом Варшаву, имея при этом в виду, что немцы к тому вре мени уже успели перебросить с запада свои танковые резервы в район Варшавы.

...Не может быть сомнения, что если бы Британское Правительство приняло меры к тому, чтобы советское командование было своевременно предупреждено о намеченном восстании в Варшаве, то дела с Варшавой приняли бы совсем другой оборот. Почему Британское Правительство не сочло нужным предупредить об этом Советское Правительство?»45.

По причине отсутствия горючего в отдельные дни танковые корпуса не могли вести боевых дейст вий. Из-за перебазирования на новые аэродромы, снизила свою активность авиация. Все эти причины вызвали резкое снижение темпов наступления46. Одновременно командование вермахта перебросило на направление ударов советских войск значительные резервы, в результате чего сопротивление нем цев резко возросло47.

«Неоднократно поднимался вопрос, – писал впоследствии Г. Гудериан, – почему русские, зная о на чале восстания в Варшаве, не предприняли что-либо, чтобы поддержать его извне, мало того – остано вили своё наступление на Висле… У нас, немцев, сложилось впечатление, что русское наступление остановила наша оборона, а не намерение русских саботировать польское восстание… Варшавское Безыменский Л. Почему Уинстон Черчилль ответил отказом. // Новое время, 1988, № 35. С. Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. С. 399.

Данный тезис имеет распространение и сегодня: см. Constantin I. Polonia la sfritul celui de-al doilea rz boi mondial. // Dosarele istoriei, 2005, Nr. 5. P. 48;

Системная история международных отношений. Т. 1. С. 396.


Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941 – 1945. Документы и материалы. Т. 2. С. 181.

militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Армии 1-го и 2-го Белорусского фронтов за первые 12 дней наступления – с 23 июня по 4 июля – продвинулись на 200 км, делая по 16,6 км в день. В течение следующих 12 дней – с 5 по 16 июля – они прошли 185 км, в среднем по 15,3 км в день. На протяжении следующих 15 дней – с 17 по 31 июля – было преодолено около 100 км, в среднем по 6,5 км в день. За весь август продвижение составило 90 километров.

Как видно, темп ослабевал, наступление выдыхалось. Ежедневно доставлять от перевалочных железнодо рожных станций 15 тыс. тонн необходимых для наступления грузов удавалось только на расстояние 250 км.

Уже 5 июля войска находились в 300 км от перевалочных железнодорожных станций, а 16 – 17 июля это расстояние возросло до 400 – 500 км. Боевой состав сражающихся частей к концу наступления катастрофи чески сократился: количество лиц на довольствии составило 50% от штатного, число активных штыков в пе хоте – 25%, количество исправных, готовых к бою машин в танковых частях – до 30% штатного расписания.

Лишь орудийных и миномётных стволов было в изобилии, однако боеприпасов не хватало. 27 июля в арми ях первого эшелона не хватало горючего даже для артиллерийских тягачей и танков. Танкисты закапывали танки в песок для использования в качестве неподвижных огневых точек. 29 июля 6-я воздушная армия, нас читывавшая 1400 самолётов, вследствие нехватки горючего совершила всего 95 самолёто-вылетов, а 30 июля, используя неприкосновенный запас – 232 самолёто-вылета. // Залуский Зб. Сорок четвёртый. С. 133-135;

см.

также: Доклад Военного совета 2-го Белорусского фронта начальнику тыла Красной Армии о тяжелом по ложении со снабжением войск горючим. 18 июля 1944 г.;

Донесение командующего войсками 1-го Белорус ского фронта заместителю начальника Генерального штаба Красной Армии о трудностях снабжения войск горючим. 31 июля 1944 г.;

Донесение представителя Генерального штаба Красной Армии заместителю Верховного Главнокомандующего о трудностях по переправе войск 69-й армии на левый берег Вислы. 6 ав густа 1944 г.;

Донесение командующего 47-й армией командующему войсками 1-го Белорусского фронта о причинах затяжного характера боев и слабых темпов наступления войск армии в августе 1944 г. в районе Праги. Август 1944 г. // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Так, например, перед фронтом 2-й танковой армии, имевшей в своём составе 32 тыс. солдат и офицеров, 468 орудий и миномётов, 425 танков и САУ, командование вермахта сосредоточило 51,5 тыс. человек, орудий и миномётов, 600 танков и штурмовых орудий. // Назаревич Р. Варшавское восстание. С. 89.

восстание, с точки зрения неприятеля, началось преждевременно»48. Редактор американского журнала «Russian Military Review» Д.М. Глантц довольно категорично утверждает: «Если оставить в стороне политические соображения и мотивы, объективное изучение боевых действий в районе Варшавы показывает, что вплоть до начала сентября германское сопротивление было в состоянии воспрепятст вовать любой советской попытке оказать помощь варшавянам (даже если таковая имелась в виду)»49.

После 40-дневного наступления войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов исчерпали свои наступательные возможности и не смогли активно поддержать восставших50. Данный тезис убе дительно подтверждается и новыми архивными документами51, а также огромными потерями войск 1-го Белорусского фронта, пробивавшихся к Варшаве в августе – октябре 1944 г.: 235 тыс. убитыми, ранеными и пропавшими без вести (только в августе они составили около 115 тыс. чел., из них убитыми), а также 11 тыс. человек составили потери Войска Польского52. Одна только 2-я танковая ар мия и только с 20 июля по 5 августа потеряла около 500 танков и САУ53.

Эту же мысль подтверждает и Гарриман в своём докладе в Вашингтон: «Я думаю, что если бы Сталин чувствовал, что у него достаточно сил для преодоления немецкой обороны, то он пошёл бы на форсирование Вислы, не задумываясь о том, какой эффект это произвело бы на лондонское польское правительство. В данном случае военные соображения превалировали… Немцы подтянули к Варшаве три дополнительные дивизии. Красная Армия за последнее время совершила настолько быстрый рывок, что оказалась оторванной от нормального обеспечения. В этот момент в её распоряжении не было ни необходимых понтонов, ни средств для наведения мостов»54. Верно, военные соображения Цит. по: Залуский Зб. Сорок четвёртый. C. 136-137;

Верт А. Россия в войне. С. 645.

Такого же мнения придерживается по существу и Бутлар. // Бутлар Э. Война в России. // Мировая война.

С. 243.

Глантц Д.М. Забытые страницы Великой Отечественной войны (1941 – 1945). // Вопросы истории, 1995, № 5-6. С. 6.

В этой связи известный английский журналист Александр Верт воспроизводит свою беседу с маршалом Константином Рокоссовским, состоявшуюся в Люблине 26 августа:

«– Я не могу входить в детали. Скажу Вам только следующее. После нескольких недель тяжёлых боёв в Белоруссии и в Восточной Польше мы, в конечном счёте, подошли примерно 1 августа к окраинам Праги. В тот момент немцы бросили в бой четыре танковые дивизии, и мы были оттеснены назад.

– Как далеко назад?

– Не могу точно сказать, но, скажем, километров на сто… Теперь мы наступаем, но медленно.

– Было ли варшавское восстание оправданным в таких обстоятельствах?

– Нет, это была грубая ошибка. Повстанцы начали его на свой собственный страх и риск, не проконсуль тировавшись с нами… Будем рассуждать серьёзно. Вооружённое восстание в таком месте, как Варшава, могло бы оказаться успешным только в том случае, если бы оно было тщательно скоординировано с дейст виями Красной Армии. Правильный выбор времени являлся здесь делом огромной важности… Нас теснили, и мы даже при самых благоприятных обстоятельствах не смогли бы овладеть Варшавой раньше середины августа. Но обстоятельства не сложились удачно, они были неблагоприятны для нас. На войне такие вещи случаются. Нечто подобное произошло в марте 1943 г. под Харьковом и прошлой зимой под Житомиром… Мы освободили всю Белоруссию и почти четвёртую часть Польши;

но и Красная Армия может временами уставать. Наши потери были очень велики». // Верт А. Россия в войне. С. 640-641;

см. также С. 642-643.

Варшавское восстание 1944 г. Документы из рассекреченных архивов. // ННИ, 1993, № 3.

См.: Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы за свободу и независи мость. С. 59-60;

Парсаданова В.С. Советско-польские отношения в годы Великой Отечественной войны 1941 – 1945. М., 1982. С. 202;

Рубцов Ю.В. «Советский Багратион» маршал К.К. Рокоссовский (1896-1968).

// ННИ, 2004, № 6. С. 165;

militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Тот факт, что советские войска оказались не в состоянии прийти на помощь восставшей Варшаве, под тверждается и следующими аргументами. Осенью 1944 г. вспыхнуло Словацкое национальное восстание, и акции восставших строго координировались с действиями советского командования. Более того, в руководя щих органах восстания были широко представлены и просоветские элементы, включая коммунистов. И, нес мотря на всё вышеизложенное, Красная Армия, неся огромные потери, не смогла преодолеть сопротивление вермахта на карпатских перевалах, поэтому восстание потерпело поражение. // См.: История второй мировой войны. Т. 9. С. 154-162;

Гусак Г. Свидетельство о Словацком национальном восстании. М., 1969;

см. также: Гречко А.А. Через Карпаты. М., 1972;

Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. Кн. 2.

М., 1973. С. 332-334.

Освободительная миссия Советских Вооружённых Сил во второй мировой войне. С. 99.

Цит. по: Исраэлян В.Л. Дипломатия в годы войны. С. 246;

Борисов А.Ю. СССР и США: союзники в годы войны. С. 180;

Иванов Ю.В. О Варшавском восстании. // Межд. жизнь, 2004, № 9. С. 145.

Этого же мнения придерживается и французский историк Ж. Лонай: Launay J. Mari decizii ale celui de-al doilea rzboi mondial. Vol. 2. P. 229.

превалировали, однако были и политические расчёты. Сталину совсем не была нужна военно-полити ческая победа лондонского эмигрантского правительства.

В этом смысле трудно не согласиться с одним из ведущих российских экспертов по польским делам Ю.В. Ивановым: «Отношение Москвы к Варшавскому восстанию с самого начала было резко отрица тельным. В Кремле прекрасно понимали всю политическую интригу восстания, его направленность на захват власти, срыв предопределённого реальным развитием обстановки утверждения в Варшаве правительства польских левых сил. Следует особо отметить, что такой ход событий был естественной реакцией на неоднократно демонстрируемую враждебность польского правительства к своему восточ ному соседу»55.

Как нам кажется, довольно непредвзято оценил советскую политику в этом вопросе итальянский историк Дж. Боффа. Он пишет: «Руководствуясь скорее политическими, нежели военными соображе ниями, [Сталин] наложил жёсткий запрет на оказание помощи восставшим путём сбрасывания им грузов с самолётов. Однако в свете всех известных до сих пор документов необоснованным выглядит обвинение СССР в том, что его войска прекратили наступление, когда вот-вот должны были достичь польской столицы, специально для того, чтобы дать гитлеровцам возможность подавить восстание.

Если уж быть точным, то Красная Армия не столько остановилась, сколько была отброшена назад контрударом немцев на подступах к Варшаве»56.

Американцы обратились к Советскому правительству с просьбой разрешить их авиации, сбрасыва ющей с воздуха военное снаряжение восставшим полякам57, приземляться на советских аэродромах58.


Ночью 16 августа Вышинский пригласил посла США и заявил ему, что Советское правительство не возражает против того, чтобы американцы и англичане сбрасывали оружие полякам, но оно «реши тельно возражает против того, чтобы американские и английские самолёты после того, как они сброси ли оружие в районе Варшавы, приземлялись на советской территории, поскольку Советское правитель ство не желает связывать себя ни прямо, ни косвенно с авантюрой в Варшаве»59.

В тот же день Черчилль получил телеграмму от Сталина, в которой последний писал: «После бесе ды с г. Миколайчиком я распорядился, чтобы командование Красной Армии интенсивно сбрасывало вооружение в район Варшавы… В дальнейшем, ознакомившись с варшавским делом, я убедился, что варшавская акция представляет безрассудную ужасную авантюру, стоящую населению больших жертв.

Этого не было бы, если бы советское командование было информировано до начала варшавской акции и если поляки поддерживали с последним контакт.

При создавшемся положении советское командование пришло к выводу, что оно должно отмеже ваться от варшавской авантюры, так как оно не может нести ни прямой, ни косвенной ответственности за варшавскую акцию»60. Фактически Сталин открыто отмежёвывался от организаторов восстания.

Правда, что-либо реальное сделать для восставших он в тех условиях не мог61.

Г.К. Жуков в этой связи свидетельствует, подтверждая мнение А. Гарримана, что даже когда наступле ние полностью истощилось, И.В. Сталин в самой жёсткой форме настаивал перед ним и К.К. Рокоссовским на его продолжении. // Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. М., 1969. С. 584-585.

Иванов Ю.В. О Варшавском восстании. // Межд. жизнь, 2004, № 9. С. 143.

Боффа Дж. История Советского Союза. Т. 2. С. 196.

К сожалению, так как грузы сбрасывались ночами и с огромной высоты, большая их часть попадала к нем цам, что подтверждается и германскими источниками. Так, в частности, в донесении разведывательного от дела штаба 9-й армии вермахта в штаб группы армий «Центр» от 14 августа 1944 г. о действиях партизан и положении в Варшаве отмечается: «Между 0030 и 230 производилось десантирование грузов, из них 38 упа ковок, главным образом, с противотанковыми гранатометами (аналогичными „панцершрек”) были захваче ны». // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

См.: Письмо посла США в СССР наркому иностранных дел о предоставлении возможности приземления американских самолетов на советских авиабазах в ходе операций по оказанию помощи повстанцам в Варша ве. 14 августа 1944 г.;

Письмо посла Великобритании в СССР наркому иностранных дел по вопросу снабже ния восставших в Варшаве с изложением содержания телеграммы министра иностранных дел Великобри тании. 15 августа 1944 г.;

Письмо посла Великобритании в СССР наркому иностранных дел СССР с приложением послания правительства Великобритании по вопросу о Варшаве. 5 сентября 1944 г. // Ibid.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. C. 402;

см. также: Письмо наркома иностранных дел СССР послу Великобритании в СССР по вопросу оказания помощи Варшаве. 16 августа 1944 г. // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Переписка Председателя Совета Министров СССР. Т. 1. С. 295.

В этой связи в своих мемуарах А. Гарриман со слов Миколайчика пересказывает беседу последнего (в компании с Грабовским и Ромером) со Сталиным, состоявшуюся 3 августа 1944 г. Миколайчик заявил советским представителям, что город может быть освобождён в любой момент.

– Дай Бог, чтобы было так, – ответил Сталин. Помолчав, он добавил. – Без артиллерии, без танков, без авиации… У них даже недостаточно стрелкового оружия. Я слыхал, что польское правительство инструк После этого Рузвельт и Черчилль отправили Сталину совместное письмо с просьбой помочь вос ставшим польским патриотам и получили следующий ответ: «…Рано или поздно, но правда о кучке преступников, затеявших ради захвата власти варшавскую авантюру, станет известна… С военной точки зрения создавшееся положение, привлекающее усиленное внимание немцев к Варшаве, также весьма невыгодно как для Красной Армии, так и для поляков. Между тем советские войска… делают всё возможное, чтобы… перейти в новое широкое наступление под Варшавой… Красная Армия не пожалеет усилий, чтобы разбить немцев под Варшавой и освободить Варшаву для поляков. Это будет лучшая и действительная помощь полякам-антинацистам»62.

И хотя со сталинской оценкой действий организаторов восстания можно согласиться, но позицию Советского правительства в данном вопросе принять в полном объёме трудно, т.к. позволить союзной авиации садиться на советских аэродромах следовало в любом случае. Как писал Черчилль Сталину, «независимо от того, что было правильно и что неправильно в организации Варшавского восстания, само население Варшавы нельзя считать ответственным за принятое решение»63. Другими словами, наряду с чисто военными трудностями оказания помощи восставшим, не меньшее значение в этом деле имели для Сталина и политические соображения. Однако «10 сентября, после шести недель мучений, испытанных поляками, Кремль, очевидно, изменил свою тактику… Снаряды советских орудий начали падать на восточные окрестности Варшавы, и советские самолёты вновь появились над городом… [ сентября] русские заняли пригород Прагу, но дальше не пошли. Они хотели, чтобы некоммунисти ческие поляки были полностью уничтожены… Призывы генерала Бура к советскому командующему генералу Рокоссовскому остались без ответа»64.

Такого рода утверждения, мягко говоря, не совсем соответствуют действительности, т.к. в это время кровопролитные бои с целью оказания помощи восставшим вели не только советские войска, но, как уже отмечалось выше, и части 1-й армии Войска Польского. Более того, именно командование Армии Крайовой отказалось от совместных действий с Красной Армией. Когда представитель советского ко мандования прибыл в штаб повстанцев для координации совместных действий, комендант Варшавско го округа АК уклонился от обсуждения данного вопроса65. Об этом, как мы уже отмечали, свидетельст тировало эти соединения и поручило им изгнать немцев из Варшавы. Я не понимаю, как они смогут это сде лать. У них для этого недостаточно сил… Миколайчик спросил, помогут ли русские восставшим путём снабжения их оружием?

– Вам надо достичь взаимопонимания с Комитетом национального освобождения, – сказал Сталин. // Бережков В.М. Путь к Потсдаму. С. 82.

Переписка Председателя Совета Министров СССР. Т. 1. C. 296-297. Т. 2. С. 163, 164-165;

Документы и ма териалы по истории советско-польских отношений. Т. 8. С. 195;

см. также: Ответное послание Советского правительства на послание Британского правительства от 5 сентября. // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. С. 406.

Ibid. C. 406-407.

В этом смысле разведчик штаба 1-го Белорусского фронта «Олег» докладывал своему командованию: « сентября с. г. я приземлился в центральном районе гор. Варшава, на ул. Гожа... 22 сентября я был направлен к командованию центрального повстанческого участка – в штаб генерала Монтер... Первым вопросом со стороны Монтера, после того как я представился как офицер Красной Армии, прибывший для установления связи, был: „Имеете ли полномочия для разрешения политических вопросов?”. После моего отрицательного ответа Монтер разочарованно сказал: „Вы прибыли не как политический представитель? Жаль. Тогда нам мало о чем разговаривать”... Беседа проходила в сдержанных тонах. Было заметно недоброжелательное и подозрительное отношение ко мне как к представителю Красной Армии... Руководство АК по указаниям лондонского правительства проводило открытую антисоветскую пропаганду среди повстанцев и населения.

Выдвигался лозунг „Создания «второго чуда на Висле»”, которое не должно было пустить русских в Варша ву. Пропаганда АК утверждала, что Красная Армия будет проводить массированный вывоз поляков из Польши в Сибирь и заселение польских районов русскими...

С началом действий советской авиации, сбрасывавшей грузы и прикрывавшей Варшаву, обстрела совет ской артиллерией немецких огневых позиций в городе антисоветская пропаганда АК стала терять почву сре ди широких масс населения и повстанцев. Население начало изменять свое отношение к Красной Армии, это ещё более усилилось после того, как информационный бюллетень известил население о прибытии офи церов связи Красной Армии. Если в первое время польская армия Берлинга под влиянием агитации АК рас сматривалась как «продажные элементы из Сибири», то после взятия Праги население начало склоняться на сторону демократических элементов, агитировавших за Красную Армию и люблинское правительство». // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Вышеизложенное дополняет и выдержка из доклада представителя Генерального штаба Красной Армии при 1-й армии Войска Польского о показаниях офицеров Армии Людовой и Армии Крайовой, участво вовал и маршал Жуков66. Его слова подтверждаются и Ю. Рокицким, утверждавшим, что вина за пора жение Варшавского восстания «в большей части падает на подстрекателей восстания, за действия кото рых заплатил весь народ»67.

Была оказана восставшим и серьёзная помощь с воздуха. С 13 сентября по 1 октября 1944 г. был произведён 4821 самолёто-вылет, в том числе 1361 – на бомбардировку и штурмовку войск противника в Варшаве по заявкам повстанцев и 2435 – на сбрасывание грузов. Советские лётчики очистили небо над Варшавой от гитлеровской авиации. Восставшим сбросили 156 миномётов, 505 противотанковых ружей, 2667 автоматов, винтовок и карабинов, 3,3 млн патронов, 515 кг медикаментов, более 100 тонн продовольствия, телефонные аппараты, кабель и другое имущество68. Но по причине нежелания руко водства АК сотрудничать с СССР и всё большего изменения соотношения сил в городе в пользу немец ких войск, судьба восстания оказалась трагичной. В контексте вышеприведённых аргументов утверж дения некоторых историков69 о нежелании Сталина помочь восставшей Варшаве выглядят, мягко гово ря, странно.

вавших в Варшавском восстании. 3 октября 1944 г.: «АК выдвинул лозунг “Немец разбит, остался более сильный враг – большевики”. Бюллетени генерала Бура, не считаясь с действительностью, продолжали ут верждать, что эффективно помогает повстанцам только англо-американская авиация, расценивая действия польской и советской авиации, как слабые и не имеющие особого значения. Упорно велась пропаганда про тив польских войск. Офицеров запугивали тем, что Берлинг якобы будет их расстреливать или же пошлет их в концлагерь (из показаний поручика “Зенон”).

Однако личный состав действующих подразделений прошел значительную эволюцию. В свете послед них событий офицерам и солдатам АК стало ясно, что восстание генерала Бура имело исключительно поли тический, демонстративный характер... Находясь в тяжелом положении, руководство АЛ, прогрессивные элементы АК считали необходимым пробиться на восток. Противодействуя таким настроениям, реакци онная верхушка АК, в частности майор „Роман”, поручик „Скочиляс” и подпоручик „Стары”, на совещании в ночь с 29.09 на 30.09.44 выразили сомнения в возможности эвакуации на восток и указали другую пер спективу – капитуляцию». // Ibid.

Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. С. 583.

См.: Иванов Ю.В., Косенко И.Н. Кто кого предал. Варшавское восстание 1944 года: свидетельствуют оче видцы. // ВИЖ, 1993, № 3. С. 17.

Документы и материалы по истории советско-польских отношений. Т. 8. С. 255.

В этом смысле особый интерес представляют документы командования Армии Крайовой.

Телеграмма командующего Армией Крайовой маршалу Рокоссовскому с благодарностью за доставку с самолетов грузов и прикрытие с воздуха повстанцев в Варшаве. 15 сентября 1944 г.: «Прошу передать мар шалу Рокоссовскому следующую телеграмму:

„Маршалу Рокоссовскому. Благодарим за прикрытие с воздуха, сбросы оружия, боеприпасов и продо вольствия. Просим продолжать сбросы. Нам очень нужен боезапас к крупнокалиберным пулеметам, а также 9-мм патроны.

Сегодня высылаем на Прагу офицеров связи. Генерал Бур”».

Из донесения командующего Армией Крайовой в штаб Верховного Главнокомандования об обстановке в Варшаве. 23 сентября 1944 г.: «...Прошлой ночью принимали дальнейшие советские сбросы с боезапасом и продовольствием. Происходит советско-немецкая артиллерийская дуэль с превосходством советского огня».

Из донесения командующего Армией Крайовой штабу Верховного Главнокомандования об обстановке в Варшаве. 26 сентября 1944 г.: «...В ночь на 26 сентября приняли советские сбросы с самолетов».

Из донесения командира подокруга Жешув командующему округом Краков. 7 ноября 1944 г. (т.е. совет ские военные поставки отрядам АК продолжались и после поражения Варшавского восстания): «...Часть сбросов союзных самолетов падала в 30 км восточнее Варшавы. После прибытия курьеров АК из Варшавы 28 советских самолётов 13.09 сбросили продовольствие, 180 тысяч шт. боеприпасов, 1200 гранат и несколь ко сотен автоматов». // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Советскую помощь повстанцам подтверждают и немецкие источники:

Из журнала боевых действий группы армий «Центр». 20 сентября 1944 г.: «На участке 9-й армии в Вар шаве силами 46-го танкового корпуса противник (части польской стрелковой дивизии), которому удалось 19.09 переправиться через Вислу, был отброшен. На участке 4-го тк СС противник предпринял атаку против танковой дивизии СС “Мертвая голова” в районе Товасков;

на участках прорыва были проведены контратаки».

Из приложения к боевому приказу № 39 командира 19-й танковой дивизии вермахта о штурме района Варшавы Жолибож. 26 сентября 1944 г.: «Повстанцы вооружены стрелковым оружием, в т. ч. противотан ковыми ружьями, минометами и противотанковыми пушками калибра 45-мм. В течение последних 14 дней по ночам они обеспечивались по воздуху Советами вооружением, боеприпасами и продовольствием». // Ibid.

Strzebosz T. „Insurecia bieilor i fetelor” din Varovia. // Magazin Istoric, 1996, Nr. 11. P. 51.

Понимая, что положение повстанцев стало совершенно безнадёжным, командование Красной Армии предложило руководителям восстания единственно разумный выход: прорваться к Висле под прикрытием советской авиации и артиллерии. Однако руководство запретило своим войскам идти на встречу советским частям. Только отдельным подразделениям, отказавшимся выполнить этот само убийственный приказ, удалось вырваться из Варшавы70. О реальном отношении руководителей восста ния к сотрудничеству с советской стороной свидетельствует следующий документ – листовка-обраще ние Бур-Комаровского к своим сторонникам: «Большевики перед Варшавой. Они заявляют, что они друзья польского народа. Это коварная ложь. Наша окраина, Вильно и Люблин, взывают к мести. Боль шевистский враг встретится с такой же беспощадной борьбой, которая поколебала немецкого оккупан та. Действия в пользу России являются изменой родине. Час польского восстания ещё не пробил. При казы советских приспешников аннулирую. Коменданта Армии Крайовой обязал подавить всякие по пытки поддержки Советов. Немцы удирают. К борьбе с Советами! Да здравствует свободная Польша!

Бур – Главный Комендант вооруженных сил в стране»71.

2 октября Бур-Комаровский подписал акт о капитуляции72. Известно, что абсолютное большинство солдат Армии Людовой не сдалось в плен, а покинуло Варшаву вместе с населением. Некоторые добрались до партизанских отрядов на территории Польши. Подготовленной 2-й дивизией 1-й армии Войска Польского операцией по эвакуации предусматривалось переправить за Вислу всю двухтысяч ную группировку Армии Крайовой на Жолибоже, но ее командир отказался от этого, когда получил приказ генерала Комаровского сдаться в плен немцам. Большинство солдат Армии Крайовой сдалось в плен73. В связи с этим маршал Жуков писал: «Я установил, что нашими войсками было сделано всё, что было в их силах, чтобы помочь восставшим, хотя,.. восстание ни в какой степени не было согла совано с советским командованием»74.

Бережков В.М. Страницы дипломатической истории. С. 463.

См.: Донесение представителя Генерального штаба Красной Армии в 1-й армии Войска Польского замес тителю Верховного Главнокомандующего о содержании документа главнокомандующего Армией Крайовой, призывавшего к борьбе с Советами. 19 сентября 1944 г. // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

История второй мировой войны. Т. 9. С. 73.

См. также выдержку из доклада генерал-лейтенанта К.Ф. Телегина Главному политическому управлению Красной Армии о подготовке к капитуляции повстанцев в Варшаве (по прямому проводу). 3 октября 1944 г.:

«Таким образом, совершенно бесспорно, что вопрос о капитуляции был решен руководством АК 27–28 сен тября, и поэтому телеграмма Бура, и запрос по ней Миколайчика о наших мерах спасения повстанцев был, без условно, политическим трюком. Все данные говорят за то, что руководство АК уже вошло в полный контакт, и, оттягивая время, лишь выторговывало себе некоторые льготы». // militera.lib.ru/docs/da/terra_poland/index.html.

Ibid.

См. также выдержку из доклада представителя Генерального штаба Красной Армии при 1-й армии Войска Польского о показаниях офицеров Армии Людовой и Армии Крайовой, участвовавших в Варшав ском восстании. 3 октября 1944 г.: «29.09.44 руководство АЛ намеревалось выслать связных к командованию 1-й армии польского войска, о чем был поставлен в известность подполковник „Живицель”, однако коман дование АК отклонило все предложения АЛ, направленные на установление связи этим путем... 30.09.44 в 1800 на КП подполковника „Живицель” явился полковник Вахновский. Позднее подполковник „Живицель” заявил офицерам АЛ и АК, что Вахновский привез приказ Главного командования Бура о капитуляции. На вопрос поручика „Зенон”, каким образом полковник Вахновский попал на КП, подполковник „Живицель” сначала ответил: „Он приехал”, а на вторичный вопрос поручика „Зенон”, каким образом Вахновский мог приехать, если все дороги отрезаны, подполковник „Живицель” ответил: „Он пробрался каналами”. Это не могло соответствовать действительности, ибо все выходы из каналов находились в руках немцев. Отсюда явное подозрение, что полковник Вахновский подослан немцами. (Из показаний майора „Шанявского”, капитана „Александра” и поручика „Зенон”)...

Выводы: 1. Капитуляция была преднамеренной и спровоцированной командованием АК против воли и желания массы солдат и части офицеров АК.

2. Руководству АК были известны все возможности, созданные 1-й армией Польского Войска для эвакуации повстанцев и населения на восточный берег р. Висла. Повинуясь приказу своего центра, „Вахновскому”, представителю генерала Бура, командование АК участка Жолибож предпочло капитуляцию, нежели выход на соединение с частями 1-й польской армии.

3. Командование АК участка Жолибож, опасаясь соединения повстанцев с частями 1-й польской армии, еще до 30.09.44 саботировало все мероприятия групп АЛ, направленные на подготовку соединения с регулярными частями Польского Войска». // Ibid.

Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. С. 584.

3. Восстановление независимой Польши и её международное признание Стремление некоторых кругов ужесточить линию Запада в отношении СССР. Из-за неспо собности Советского правительства оказать реальную помощь Варшавскому восстанию и нежелания вообще сотрудничать с Лондонским эмигрантским правительством, в США раздавались голоса с тре бованием пригрозить СССР прекращением помощи по ленд-лизу. После войны на Западе, а с крахом соцлагеря и на Востоке, по прежнему находится немало желающих критиковать Рузвельта за то, что он не поступил именно так (особенно в Ялте) и «отдал Польшу и всю Восточную Европу Сталину»75.



Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 32 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.