авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |

«АЛЕ:КСАНДР ИОСИФОВИЧ НЕУСЫХИН АКАД ЕМИ Я НА "УК ССС Р ИНСТИТУТ ВСЕОБЩЕЙ ИС ТОРИИ А. И. НЕУСЫХИН nОБЛЕМЫ ЕВРОПЕЙСКОГО ...»

-- [ Страница 19 ] --

'вен­ вого строя смевяющихся эпох - с родовым бытом, эiономическим и по­ литичесiим порядiом, с эстетической, эротической и ивтелектуальной сферой (ер. Каждая.из этих ступеней конструирована RS, 1, S. 542-565).

Вебером ~деальво-типически, и последовательность их дает представление об общем направлении развития. Это представление, конечно, статично, а не диалектично, во Вебер и рассматривает его в данном случае лишь как схему, служащую ориентиром (S. 536). Мы видели на примере «Протестантской этики», что в тех случаях, когда идет речь о цели позва" вил, Вебер на практиiе изображает процесс развития диалектичесiИ.

Чаще всего Вебер применяет в своих работах один, особый вид идеаль­ во-типического понятия: он конструирует идеальвый тип рациовадьных человеческих действий. Такая конструкция исходит из следующих пред­ посылок: люди вкладывают в свои действия известный смысл, известные представления о цели;

поступки, направленвые к достижению целей, они рассматривают как средства. Историка эти субъективные представления щодей.~втересуют, конеЧно, це :с телеолоrиче.ской, а только с каузальной точки зрения. При этом речь идет не о психолщ·ии индивидУумов, а о ло.,.

гическом построении· субъекТивноГо смысла их действий.

Стараясь понять этот су6:~екmвный емыел человечееких действий, историк раrематривает их еуб~ктивную цель. как то предетавление о желаемом результате поступков, ltQropoe па ирактике является причиной этих поетуnков. Люди действуют, о-днако, в известной общественной об­ становке;

их деятелъноеть только в Том случае может иметь осязаемые результаты, когда она ориентируется на объективные общеетвенвые усло­ вия. Поетупки, основанные на точном знании и использовании этих усло­ вий, Вебер называет рациональнымИ. Но эта рациовальвоетЬ» может быть названа объективной только в том случае, если учет общественных условий был сделав правильно и поэтому поетупок имел тот эффект, ко­ торый и был целью совершившего его тща.

Далеко не всегда это бывает так. Весьма часто субъективная рацио­ нальность не совпадает с объективной. Часто и отдельные лица, и целые общественные группы и клаrеы действуют, учитывая объективную воз­ можность успеха, и все же не доетигают его. Это происходит тоrда, когда в общественной жизни имеются условия, препятетвующие успеху именно этих. действий и не по,ццающиеся учету с точки зрения данных лиц или класеов. Им кажется, что они действуют рационально, ибо они ориентировались на объективную возможность», во в действительности их действия иррациональны. Ведь категория объективной возможности»

обнимает лишь совокупнос.ть тех шансов, которые могут - в силу объек­ тивных общественных условий- осущеетвиться в действительноети;

но они :могут и не осуществиться, ибо всегда налицо :может оказаться действие причин, меняющих общественную ситуацию. В тех случаях, когда совокупность возможных условий, благоприятных данному истори­ ческому явлению, перевешивает действие условий, препятствующих ему, Вебер говорит об адекватной обусловленностИ этого явления.

Но возможен и цругой случай: препятствующие данному явлению ус­ ловия могут быть так сильны, что они модифицируют его характер до веузнаваемоети. Рациональный идеальный тип может служить орудием ориентировки во всех этих запутанных причинных связях. Он конструи­ руется следующим образом:: берется совокупность действий или устрем.:.

лений лица или общественной группы, рационально направленных к до­ стижению определенных целей;

этим действиям и устремлениям историк на основании понимания их субъективного емысла мысленно сообщает величайшую степень внутренней последовательности и рациональности, какая только возможна в объективной действительности, отвлекаясь от всех условий, способных нарушить ее. Так поступает Вебер с шроте­ стантекой этикой: подробно характеризуя внутренний субъективный смысл религиозного движения пуританства, он прослеживает ход мыслей и представлений носителей пуританекой этики, выделяя основные ее чер­ ты и доходя до посJiедних, логичееки возможных из нее выводов. Так получается идеальный тиш протестантской этики;

по тому же методу конструируетея идеальный тип капиталистического духа».

Но это лишь первая ступень поетроения. Вслед за тем нужно вне­ сти корректив в идеальво-типичес.кое понимание протестантской этики, т. е. учесть те общественвые условия, которые могли видоизменить ее характер, изображенный только что в его идеально-типической простоте.

' Такими условия:ии оюшываются экономические процессы, приведшие к зарождению современного капитализма. На третьей ступени построения дается анализ перерождения протестантской этики и указывается, как она сыграла иеторич:еекую роль именно благодаря этому перерождевию.

Переродившалея протеставтекая этика вступаеr в тесную связь с капи­ талистическим духом», входит в него как его соетавная часть и как щип из формирующих его элементов. Этой модифицироваввой протестантекой этике, превратившейся в капиталистич:еский дух», условия капитали­ стического развития становятся уже не враждебными, а самыми благо­ приятными из всех возможных общественных условий, и в то же время их действие так сильно, что перевеmивает действие возможных неблаго­ приятных условий. В этом смысле (в смысле наибольшей степеmt воз­ можной благоприятноети) Вебер и говорит об адекватности капитали­ стич:еского духа строю капиталиетического предприятия. В этой адекват­ ности нет, таким обраном, решительно нич:его метафизического.

И еще одно наблюдение позволяет сделать Социология религий ».

Та черта исторического явления, которую Вебер кладет в основу идеаль­ но-типического понятия и которую он усиливает до абсолютности, изби­ рается отнюдь не произвольно. Ее выбор основав на категориях объек­ тивной возможности и прич:ивности: самыми существенными чертами nротестантской этики» Вебер считает те, которые имели или могли бы иметь наибольшее культурное значение, т. е., собственно говоря, те, кото­ рые сыграли или могли бы сыграть в силу объективных общественных условий наибольшую роль в истории 34 • 4. «ГОРОД~ ВЕБЕРА 3 Если «Протеетанrекая этика и дух капитализма» дает пример идеально­ типических построений Вебера, то его работа о городе представляет со­ бой образч:ик сравнительно-исторического иеследования. Правда, если рас­ сматривать всю Социологию религиЙ Вебера в целом, то и она предста­ вится как сравнительво-историческая типологическая работа, в которую Протестантская этика и дух капитализма» входит составвой частью.

Недаром Хозяйственная этика мировых религий» имеет следующий под­ заголовок: Опыты по сравнительвой социологии религий ( Vergleichen de religionssoziologische V ersuche). С другой стороны, и в рабо'rе о городе немало идеально-типических построений. Но ударение в этих двух работах лежит на разных методических приемах. В «Социологии рели­ гий оно сделано на идеально-типических построениях, в Городе -на с.равнительно-исторических. В «Социологии религий» Вебер сравнивает различные типы связи хозяйственной этики и религий, предварительно ~ Еще один образчик рационального или телеологического» идеального типа Вебер дает в «Zwiscbenbetrachtung (RS, 1, S. 536-573);

.в начале этой статьи ов формулирует сущность такого идеально-типического построения (S. 536-538).

35 В этом разделе А. И. Неусыхин высказывает ряд мыслей, более подробно развитых в его ранней статье Социологическое исследование Макса Вебера о го­ роде». См. ниже, стр. 479-489 (ред.).

сконструированные им идеа'щ.но-типически;

сравнение идет здесь за идеально-типическим построе' м. В «Городе» сравниваются не столько идеальные типы различных явле й, сколько сами эти явления, причем идеально-типические понятия игра преимущественно ориентирующую роль. И в «Социологии религий», и ·в. Городе)) Вебер ищет повторяю­ щився черты в своеобразных историческйх явлениях, ищет общее в инди­ видуальном, но в первом случае его больше занимает анализ индиви­ дуального, во втором нахождение общих черт различных индивидуаль­ ных процессов.

Поэтоиу мы считаем необходимым дать беглую характеристику мето­ дических особенностей работы Вебера Город». Мы охарактеризуем: ее лить в самых общих чертах и прис.тупим: прямо к ее анализу, не изла­ гая содержания самой работы и предполагая, что оно известно.

В этой работе Вебер строит параллельные ряды развития. Вслед за определением самого понятия «город» он набрасывает сначала в общих чертах эволюцию античного полиса и средневекового города, сопоставляя полис с городом: средневековой Италии и делая несколько экскурсов в область истории города в переднеазиатских странах. Этот общий сравни­ тельно-исторический обзор приводит Вебера к тому выводу, что, нес!.ют­ ря на все различия, полис и город итальянского средневековья имеют одну чрезвычайно существенную общую черту, очень многое уясняющую в своеобразном параллелизме их исторического развития. Эта общая чер­ та заключается в том, что и полис, и итальянский средневековый город представляют собою тип города-ГОСУдарства.

Но этот общий вывод мало удовлетворяет Вебера. Ему представляет­ ся необходимым не только отыскать основное сходство, но и вскрыть основные различия между полисом и итальянским средневековым горо­ дом. Кроме того, ему нужно показатъ сходства и различия в эволюции средневеково·го города в различных странах Европы;

большее или мень­ шее удаление городской эволюции в данной с·тране средневековой Европы от итальянского типа дает масштаб для измерения степени ее удаленно­ сти от типа городской эволюции античного полиса.

Для улавливания всей сложности и пестроты этих параллелъных эво­ люционных рядов Вебер,• начиная с третьей главы, сильно усложняет свое построение. Он вводит идеальво-типические понятия Produzenten stadt и Konsumentenstadt, Geschlechterstadt и Plebejerstadt и рассмат­ ривает при их помощи типические IIIpoцeccы развития города в разных странах и различные отрезки этих эволюционных ироцессов. Konsumen это такой тип города, в котором приобретательские шансы tenstadt производителей (ремесленников и купцов) определяюrся наличием на месте крупных потребителей. Социальный состав таких потребителей может быть весьма различным. Это могут быть сеньоры и их вассалы средневековой Европы), чиновники (Пекин), крупные зем­ (Fiirstenstadt левладельцы-рантье, проживающие в городах доходы со своих земельных владений (Москва до г.), наконец, представители городской знати, получающие городскую земельную ренту в результате монопольного поло­ жения принадлежащих им городских земельных участков в процессе об­ мена, т. е. косвенным образом- в результате развития торговли и ре 46S иесла (последний вид города распространен был во все времена, особенно в древности;

вередко он встречается и в ередние века). Производитель­ ная деятельность ремесленников, населяющих город типа Konsuшenten­ stadt, является только ередством пропитания, ибо ремесленники такого города живут лишь производством на местных крупных nотребителей.

Противоположный тип города представляет собой P1·oduzentenstadt.

Здесь приобретательские шансы производителей (ремесленников) опреде­ ляются наличием в городе специализированпой мелкой промышлеппости.

Эта мелкая промышленность может выступать в разных формах: в фор­ ме мануфактурного или фабричного производства, работающего на вне­ rородских потребителей (тип современного фабричного города;

пример Эссен) или в форме специализированного ремесла, ебывающего свои про­ дукты в самом городе, а отчасти и за его пределами (примерами могут.служить многие азиатские, античные, ередневековые города). В средне­ вековом городе типа потребителями продуктов ремесл1t Produzentenstadt являются не столько вотчинники и рантье, сколько ремесленники дру­ тих профессий. Благодаря высокому развитию специализации, ремеслен­ ники одних цехов живут здесь главным образом за счет производства, рассчитанного па ремесленников других цехов: их производительная дея­ тельность определяется не потребителъньr.ми надобностями непроизводя­ щих слоев населения, а главным образом потребительными надобностя­ ми производителей же.

К этим двум основным идеально-типическим понятиям города, исходя­ щим из его экономической структуры, Вебер присоединяет два промежу­ точных типа: Hiindlerstadt и Gewerbestadt. Город тиnа Haнdlerstadt представляет собой разновидность Konsumentenstadt, а город типа Gewer bestadt- разновидность Produzentenstadt. В городах типа Handlet·stadt крупными потребителями и в то же время хозяевами-работодателяыи являются купцы;

производители работают на них. Таким образом:, приоб­ ретательские шансы потребителей-купцов определяются сбытом на мест­ ном рынке чужих продуктов или сбытом на иноземном рынке продуктов, произведенных в городе. Gewerbestadt представляет собой такой подвид Produzentenstadt, в котОром мелкая специализировавпая промышлевноетъ :выступает в форме ремесла.

Как видим, та основная черта, которая: взята из исторической дейст­ вительности, усилена до степени абсолютности и положена в основу идеаль­ но-типических повятий Konsumenten- и Produzentenstadt, сводится к ха­ рактеру приобретательских шансов производителей.

Другими словами, критерием образования двух противоnоложных идеальных типов города послужил Веберу характер производственных отношений. Ибо Вебер преж­ де всего задается вопросом: кто производители и на кого они произво­ дят? И этот критерий положен в основу образования не только эiюно­ мических, но и «социальных идеальных типов города. Ведь ответ на вопрос: на кого производнт? - конкретно каждый раз зависит от свое­ образия социальной структуры города. Конечно, во всех городах всех времен и народов имелись и производители, и потребители. Но различные города можно отнеети к типу Konsumentenstadt или Produzentenstadt по тому признаку, какой слой производителей иmi потребителей имел наибольший удельный вес в' щизни города. При преобладении землевла~ дельческой знати имеем Konslцpentenstadt, при преобладании ремеслен"' ников или рабочих - Produzent~щ;

tadt (или Gewerbestadt), торговцев А это значит, что СQ,циалъные идеальные типы города Hiindlerstadt.

вытекают из экономических, являюТся, так сказать, идеально-типиче­ скими поетроенилми второго порядка. Ибо это такой Geschlechterstadt город, в котором господетвует городскал арцстократия, выделившалея из бюргерства. Таким образом, это идеально-типическое» понятие служит целям конкретизации социальной етруктуры Konsumentenstadt, а Иebe­ jerstadt- такой город, в котором преобладают торговцы или ремесленни­ ки : это идеально-типическое понятие конкретизирует социальную струк­ туру Produzentenstadt.

Но вторая пара Идеальных типов служит не только коррелятом к первой. Она дает, кроме того, возможность ориентироваться в разных стадиях городского развития - ведь его движущими силами была борьба различных социальных слоев внутри города. Изображая эту борьбу, Ве­ бер делит ее на две основные стадии. В первой стадnи город паходитсл обычно в руках родовой ариетократии, которая приобрет'ает господство в процессе борьбы города е сеньорами- следовательно, в тот момент, когда город окончательно складывается в автономную корпорацию, т. е.

возникает как таковой, он отличается всеми характерными чертами Ge schlechterstadt. Во второй етадии город находится в руках торговцев и ремесленников;

Plebejerstadt является, таким образом, результатом борь­ бы городской знати с торгово-ремесденными слоями. Город эволюциони­ ровал от Geschlechterstadt к Plebejerstadt, и эта эволюция в той или ивой форме протекала именно в данном направлении и в античном поли­ се, и в ередневековом городе.

При помощи этих идеально-типических понлтий Вебер рассматривает обе стадии развития города в античном мире и разных странах средне­ вековой Европы, причем раесматриваютел конкретные процессы городско­ го развития разных стран и эпох опять-таки сравнительно-исторически.

Однако теперь эти процессы ераввиваются уже не только сами по себе, но и по степени приближения их стадий к намеченным выше « идеаль­ ным типам» 36• А так как в оенову этих «идеальных типов положено представление о том или ином характере производственных отношений., то естественно, что процеесы городекого развития и его стадий раесмат­ риваютел под углом зрения этих отношений.

· Структура производственных отношений, а следовательно, и социаль~ пая структура города в разных странах и в разные эпохи,- вот, собет­ венно, основная тема работы Вебера о городе. Идеальные типы служат целям ориентировки в пестроте и сложности социальной структуры антич­ ного и ередневекового города. Но они дают в этом случае лишь путевод~ ную нить. Следуя ей, Вебер объясняет ход еоциальной борьбы внутри города чисто каузально. Сочетание сравнительво-исторического и идеаль.,.

во-типического споеоба рассмотрения городского развития позволяет ему Ср., главу гл. Ще 111 Die Geschlechterstadt im Mittelalter und in der Antike;

IV.

. гл.

Plebejerstadt;

V. Antike und mittelalterliche Demokratie.

четно и рельефно выделить и общие, и своеобразные черты эвоJIЮЦИи го­ рода в разных странах, показывая относительное своеобразие различных процессов, изучая их, как весьма своеобразные вариации сходных мотивов.

Идеально-типичес-кий метод дает ему возможнос-ть избежать при этом вс.я­ кой вульгаризации и схематизма, резко подчеркнуть именно черты разли­ чия в сравниваемых процессах и в этом различии найти опорные пувкты для осторожных аналогий. Так, сопоставляя античный полис и средневе­ Jювый итальянсний город, Вебер поназывает, нан, несмотря на сходство.(Ювовпой линии развития (от Geschlechterstadt к Plebejerstadt) и по­ литичесiWй структуры (и тут и там город-государство), в социаль­ ной структуре коревились глубокие различия, повлиявшие на весь ха­ рантер эволюции и сказавшиеся в своеобразии Городской, хозяйствен­ пой политики полиса и итальявсного города. И в древней Греции, и в средневеновой Италии арис.тонратия состояла из землевладельцев-рантье, привимав~х участие в торговых делах и предприятиях только своими капиталами, во не занимавшихся лично номмерчесной деятельностью (Ве­ бер называет их Gelegenheitsunternehmer). Но в то время, как город­ спая демонратин средневеновой Италии состояла из ремесленников или промышленных безработных, демократия полиса ренрутировалась из ря­ дов денлассировавного крестьянства. R тому же полис возник кан берего­ вая община воинов, и nотому в нем сильны были военные традиции, С-110 жившиеся в борьбе с басилевсами, которая привела в Греции и Риме от городеного единовластия к магис.тратуре;

средневековый город боролся, правда, со своими городскими сеньорами, но военный момент в этой борьбе даже в средневековой И талии играл гораздо меньшую роль, чем в античной Греции. Поэтому средневеновый бюргер - преимущественно homo oeconomicus, в то время нан гражданин полиса homo politicus.

Ос.новное нлассовое противоречие веяного средневенового (в том числе и.итальянского) города- рантье (землевладельцы, предnриниматели, куп­ цы) и ремесленнини;

основное классовое противоречие античного поли­ са - городские боеспособные патриции (землевладельцы-рантье), высту­ пающие в качестве нредиторов, и нрестьяне, являющиес.я их должнинами и находящиеся под постоянной угрозой обезземеления. Структура ари­ стонратин довольно сходна (отличие заключается лишь в военном могу­ ществе античной городской аристократии), во структура демОI{ратии в норве различна.

При помощи тех же приемов Вебер сопоставляет городспое развитие средневеновой Италии, Германии, Франции, Англии, показывая относи­ тельное своеобразие возникновения города в каждой из этих стран, его социальной структуры и эволюции. При этом Вебер ис.ходит здесь из итальянского города нан основного типа, ераввивая с ним немецкий, французский, английский город. И тальянсний город достиг наибольшей самостоятельности, неноторые итальянские города с.тали даже и в полити­ ч:есном отношении городами-государствами. Авглийсний город почти ни­ когда не пользовался полной автономией. Между этими двумя полюсами Вебер располагает немецние и французские города, достигавшие той или ивой степени корпоративной автономии. Для ориентировки в этих сопо­ ставлениях Вебер пользуется еще одной парой идеальво-типичесi{ИХ поня тий: береговой город и континентальный, промытленный (Kiistenstadt) (Binnen- und Industriestadt). " Сравнение городеной эволюции в разных странах средневековой Евро­ пы приводит Вебера к следующему основному выводу: несмотря на все различия, круг развития средневекового города в одном отношении уни­ версален: в эпоху Каролингов города были почти исключительно только '()Кругами управления с известными особенностями сословной структуры, и в современном патримониальном государстве они вновь сильно прибли­ шлись к Этому положению и вы.деляютсл лишь корпоративными правами;

в промежутке между этими двумя эпохами они везде были в той или иной мере коммунами с автономной хозяйственной политикой • Характеризуя импульсы хозяйственной политики средневекового горо­ да и античного полиса, Вебер опять пускает в ход обе пары противо­ положных идеально-типических поплтий и прилагает их к разным ста­.дилм: развития в разных странах. Городскал хозяйственпал политика определяется: 1) тем, является ли город преимущественно Pt·oduzen tenstadt или Konsumentenstadt, или же носит двойственный потреби­ тельски-производственный характер (что передко имело место в средне­ вековье);

2) своеобразием социальной структуры города;

3) его отноше­ нием: к округе. Учитывая все эти условия и прилагая к хозяйстненпой политике на разных стадиях развития полиса и средневекового города обе пары идеально-типических поплтий, получим: хозяйственная полити­ ка средневекового города ранней и поздней поры (т. е. политика средне­ векового Konsumenten - Geschlechterstadt на первой стадии и средне­ векового Produzenten- и Plebejerstadt на второй стадии);

хозяйственная политика античного полиса ранней эпохи (эпохи Plebejer - Produzen tenstadt).

Но сказанное еще недостаточно объясняет причипы той иснлючитель­ ной исторической насыщенности, которой отличается работа Вебера о го­ роде, несмотря на ее типолоmческий характер. Выше мы подчеркнули со­ четание сравнительпо-исторического и идеально-типического методов в этой работе и попутно указали, что социальную борьбу внутри города Вебер раесматривает чисто каузально. Мало того, оп рассматривает ее совер­ шенно так же, как это делается в самом специальном историческом ис­ следовании. Каждый конкретный процесс развития итальянского, немец­ кого, античного и пр. города изображен каузально и рассмотрен кон­ претно-исторически со всем тем вниманием к индивидуальному и свое­ образному, какого оп заслуживает. И это-то копнретпо-историческое, паузальное рассмотрение отдельных процесеов вставлено в рамки сравни­ т~льно-иеторических параллелей, освещенных идеально-тиnически: оно­ не простой материал для этих параллелей, а, наоборот·, их живое исто­ рическое содержание. Картипа вставлена в известные рамки, написана па известном: фоне, но от этого она не только не теряет ни одного из своих оттенков, но, напротив, выигрывает в яркости и выразительности.

В этом: сочетании науэального, типологичесного и идеально-типичесно­ rо рассмотревил нопкретпых процессов и заключается весь секрет истори М.

Weber. Wirtschaft und Gesellschaft, S. 574.

ческой насыщенности эмпирической социологию Вебера и широты ее со­ циологического кругозора. Этим объясняется и то обстоятельство, что, взявшись за такую скользкую тему, как «город вообще, Вебер пе впал в вульгарный социологизм и не стал, например, сравнивать совремелные города с античными по каким-либо чисто формальным признакам, как это любят делать представители некоторых специфичесiи социологических дисциплин. Вебер с самого начала строго ограничил самое понятие горо­ да, о котором идет речь в его работе: он изучает «город» как явление своеобразное, чем-то отличающееся от прочих общественных явлений дан­ ной эпохи и страны. Поэтому он рассматривает город как автономную корпорацию, как коммуНу е самостоятельной хозяйственной политикой и по этой причине оставляет в стороне города совроменности и эпохи Каролингов, а также римские города и города азиатского Востока. Самый характер задачи, самая постановка вопроса в работе Вебера уже обуслов­ ливает необходимость изучения города в коптекете всего общественного строя данпой эпохи и страны. Таким образом, Вебер изучает не «город вообще, а еравпивает города вполне опредеаенных, исторически сдожив­ шихся обществеиных формаций, рассматривая городекое развитие nак одну из сторон общего процесса эволюции этих формаций.

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ 5.

Нам остается подвести итоги и наметить задачи дальнейшего изучения Макса Вебера.

Анализ двух его социологических работ обнаружил своеобразие его ме­ тодики. Изучение общественных лвдепий и исторических процессов под углом зрения «базиса - надстройки осложнено у Вебера шдеальпо-ти­ пическимю построениями и сравнительно-историческими параллеллми.

Те промежуточные звенья, которые он вдвигает между базисом» и над­ стройкой», дают ему возможность конкретно изобразить опосредствованное влияние первого на второе во всей его сложности. А идеальные типы служат ориентирующей нитью, при помощи которой можно разобраться в атой сложности. Благодаря их умелому применению Вебер не только улавливает сложные взаимоотношения общественных явлений, но и отыскивает в них основные линии развития, служащие ему для широких типологических построений.

Эти основные линии выступают сквозь пеструю ткань конкретных.

причинных связей, но так, что эта ткань вцдна во всей ее наглядности и во всем ее историческом своеобразии. Схема не поглощает без остатка историческую действительность (как обычно бывает со схемами и как случилось, например, со схемами 3омбарта и Бюхера), и конкретное изображение этой действительности не нарушает стройности схемы. Тем самым практически разрешен вековой спор социологии с историей и по­ казано, что, с одной стороны, нет и не может быть никакой научной социологии, которал не строилась бы на фундаменте истории, а с другой:

стороны, велкал научная история не может удовлетвориться одним толь­ ко изображением неповторяемого 11 своеобразного. Его изображение вхо.дит, конечно, в задачи истории, во отнюдь не является единствеиной ее целью, ибо история стремится не только изображать индивидуальное :амо по себе, во и отыскивать общее в индивидуальном и индивидуаль­ ное в общем.

Таким образом, можно было бы сказать, перефразируя слова Марианны Вебер, что Макс Вебер в своей методической ирактике преодолел не исторический материализм, а Риккертову логику наук о культуре. Заим­ :твовав логические предпосылки своей исследовательской работы у Рик­ керта, Вебер в течение всей жизни все более и более удалллсл от изобра­ жения неповторяемого как самоцели оп шел к социологическому оове­ щепию исторических явлений, и па этом новом пути его руководителем оказался Маркс, категории которого он умел применлть, как редко кто иной» 38, объявив их, правда, лишь эвристическим приемом. Это преодо­ ление Риккерта па ирактике удалось Веберу в значительной мере благо­ даря применевию идеально-типических» повлтий. Кроме того, «идеально­ типический характер схем Вебера и наузальный нонтраль этих схем nозволили ему сочетать их с точным изображением конкретных процес­ сов во всей их индивидуальности.

Таким образом, идеально-типические понятия в двух отношениях сыграли существенную роль в методической ирактике Вебера. Как же мыслил себе сам Вебер.11огическую структуру «идеально-типических»

повятий? Являются ли эти понятия изобретением Вебера или только его открытием, которое дало ему возl'tюжнооть сознательно применять их благодаря точному анализу их логической структуры, замевившему бес­ сознательное пользование ими у его предшественников? Как представлял себе Вебер теоретически связь «идеально-типического и каузального рас­ смотрепил историч:еских явлений? И наконец, какие особенности логиче­ сной структуры Идеальных типов» дали ему возможность преодолеть логику Риккерта на ирактике и избегнуть схематизма?

Ответа на эти вопросы мы будем искать в логике Макса Вебера.

Ее разбор составит содержание второй ч:асти нашей работы 29 • Ср. К. Leichter. М. Weber als Lehrer und М 38 Politiker.- «Der Kampf», 1926, 9, А. Salomon, :М. Weber.- «Die Gesellschaft)), 1926, М 2, S. 142-143.

S. 378;

Этот замысел А. И. Неусыхина остался неосуществленным (ред.) СоциологичесRое исследование Ма«са Вебера о городе* В с.воой рецензи.и на nооледнюю книгу А. Допша Белов в.азвал ее, щритическим обзором накопившейся литературы и исследований)) и при­ нн'алt з~ ней ценность лишь nостольку, nос-кольку она является 'l'ак:о­ вым. Ибо ос-тальное - попытка решения ряда основных воnросов поодне­ рнмекого и раппесредневекового развития - предс-тавляется Белову воз­ можным лишь на основании ряда конкретных локальных и совершенно микроскоnических исследований. Пока они не сделаны, попытки итоговых работ могут повести лишь· к поспешным и недостоверНЪIМ обобщениям, ибо таким работам в данной области еще не пришло время, они слиш­ ком рано появились (verfriiht), а потому и обречены заранее на неудачу 2 • Мы невольно всnомнили этот суровый приговор крупного немецкого историка, когда приетупили к чтению работы социолога Макса Вебера о городе. Ибо, если слишком рано делать даже чисто исторические кон­ кретные соnоставления, то неужели настало время для серьезной науч­ ной, т. е. построенной на точном материале исторических знаний и фак­ тов, социологии? Однако к Веберу суровый приговор Белова не пряло­ жим. И эта неприложимость его зависит как от темы, так и от метода Вебера. Как ни сложны и запутаны некоторые специальные вопросы, вхо­ дящие в общую проблему возникновения городского строя (античного и средневекового), тем не менее ряд исследований все же многое уяснил и известное представление об основных линиях развития все-та1ш создал;

в этом отношении Вебер находится в более благоприятном положении.

Но конечно, не только в этом дело.

Метод Вебера, его подходы к занимающим его проблемам тановы, что позволяют ему делать обобщения без риска заранее обречь свою попытку на неудачу. Вебер, по справедливому замечанию Ясперса 3, всегда мыслит * Впервые опубликовано в журнале «Под знаменем марксизма•, 1923, М 8-9.

Автор дает характеристику книги: М. Weber. Wirtschaft und Gesellschaft, II. Teil, Кар. VШ. Die Stadt. Tiiblngen, 1922.

А.

Dopsch. Wirtschaftliche und soziale Grundlagen der europaischen Kulturentwi cklung, 1-II. Bd. Wien, 1918-1920.

2 «Historische Zeitschrift», 120, 2. Hf., 1919, S. 327-334.

3 К. laspers. Мах Weber. Rede. Tiiblngen, 1920.

нонструнтивно, социологичесiИ, но при этом остается конкретным, так нан понимает, что для абстрактной социологии время еще действительно не настало. Вот в этом-то соединении социологичееких устремлений и кон­ структивного мышления с ощущением конкретной исторической действи­ тельности и заключается своеобразие Вебера, который на всем протяже­ нии своей работы является и социологом, и историном одновременно.

Лучшим способом охарактеризовать его метод представляется вам озна­ комление с теми Приобретениями и результатами, к которым пришел Вебер, ибо ведь по тому, наскольно хорошо достигнута цель, мы можем судить о пригодности средств ее достижения. Для этого мы изберем уз­ кИй круr вопросов - трактовку ередвевекового города у Вебера, привле­ кая его экскурсы в область античной истории в качестве параллелей или нонтрастов, на фоне которых резче выделяются специфичесние черты средневекового города.

ГОРОД И ЕГО ЭВОЛЮЦИЯ 1.

I ]dакс Вебер начинает свою работу с определения понятия города и кон­ струирования возможных его типов. Но, как мы сейчас увидим, и это понятие, и эти типы не представляют собой каiИх-либо предвзятых схем, а, напротив, иеходят из нонкретной дейетвительности и помогают в ней ориентироватьея. В экономическом емысле, по мнению Вебера, можно лишь там говорить о городе, где туземное, местное (ortsansassige) на­ селение удовлетворяет экономически сущеетвенную чаеть евоих ежеднев­ ных потребностей на местном же рынке, и притом в значительной чаети продуктами, произведенными туземным же наеелением или населением ближайших окреетностей для ебыта на рынке (етр. 514).

ТаiИм образом, еущественным признаком города в экономическом смыеле является наличие регулярного обмена благ на месте самого по­ селения в качестве существенной составной части получения прибыли и удuвJtетворения потребностей жителей, т. е. наличие «рынка» (етр. 514).

«Город есть рыночное поселение» (Marktansiedelung).

Но это еще далеRо не все, тап как определение касается лишь эконо­ мической стороны дела. А между тем город есть сложный комплекс явле­ ний, он - определенвое живое, конкретно-историческое образование, кото­ рое надо охватить во всем его многообразии. Города суть nоселения е силь­ но выраженным, по крайвей мере относительно, торгово-промышленным характероМ, к которым приложим целый ряд признаков, а именно- на­ личие: 1) укрепления, 2) рынка, 3) собственного суда и права объеди­ нения бюргеров, 4) характера корпоративноети (Verbandscharakter) и связанвой е ним автономии и автокефалии.

Не все города, которые мы знаем, обладают вееми этими призваками.

Так, современв~е азиатсiИе города и города древнего Востока никогда ве были самостоятельными общинами, автономными корпорациями, ибо этому мешала ритуальная связанность членов одного рода или даже од ного шiемени Поэтому мы имеем здесь лишь отдельные :корпорации • внутри города, во не город, :ка:к :корпорацию. Одна:ко все города За­ пада,- :ка:к в древности, та:к и в средние в е :ка,- соответствовали в той.

или ивой степени даввой выше хара:ктеристике, т. е. представляли собой не толь:ко место развития ремесла и торговли в ююномическом смысле.

у:крепление, а иногда гарнизон в политичес:ком отношении и судебный:

о:круг в админис:гративном, во и известную :корпорацию в правовам от­ ношении (стр. 534).

(eine schwurgemeinschaftliche Verbriiderung) Для античного и средневе:кового города в отличие от восточного, ха­ ра:ктерно то обстоятельство, что он является союзом бюргеров, состав­ ляющим общественную организацию официального характера и снабжен­ ным особыми органами,- бюргеров, находящихся к тому же в одинако­ вом правовом положении (стр. 529).

Таков западноевропейский город в готовом, сложившемел виде. Но как он образо·валея, как возник? Этот старый вопрос., породивший ог­ ромную литературу и пять-шесть гипотез его возможного решения, играет большую роль и у Вебера. Но как к самому определению города, так и к вопроеу о его происхождеuии он подходит все с той же точ:ки зрения, учитывающей всю сложнос-ть и многообразие явления, называемого горо­ дом. При анализе этого процесса,- заявляет Вебер с самого начала,­ надо строго различать. формально-правовую его сторону or явлений, су­ щественных е политической и социологическрй точки зрения, что не всегда делалось в епоре разных теорий городжого развития друг с дру­ гом» (стр. 535).

Город в хозяйственном смысле надо отличать от города в админи­ стративно-политическом смысле. В последнем особенно существенны два момента: 1) то обстоятельство, что город с самого начала был крепостью и местом нахождения гарнизона, и 2) особые отношения военпо-полити­ ческого характера, в частности привцип самоэ:кипировки войска.

Предшественниками rородеких крепостей были ееньориальные бурги которые почти везде, где имело место го­ (herrschaftliche Burgen), родское развитие, были тесно связаны с ним (в древJiем Китае, Индии, в Египте и Месопотамии, в гомеровской Греции, у этрусков, кельтов и германцев). Эти бурrи, особенно распространенные в англо-саксонской Англии, были важны для господина тем, что обеспечивали ему военное господство над страной (стр. 515). Город как особое политическое обра­ зование (politisches Sondergebllde) примыкал обычно н тююму бургу.

принадлежавшему королю, знатному господину или союзу таковых. Эко­ номически заинтересованвое в обмене плодами промьппленной деятель­ ноети население, естественно, скоплялось здесь. Рынок и бург примыкали друг к другу, совпадая локально;

так было в средние нека и в эпоху античного шолисю}.

• Так, в Китае, Японии и Индии вовсе ·Не существовало города как автоноивой корпорации с населением ив бюргеров, как носителей определенных сословных при­ вилегий. Были гильдии, профессиональиые объединения (Япония), чиновничьи, со­ словные организации (Китай), касты (Индия), но не ав·rономные общины.

Это отнюдь не значит, однако, что город прои:юшел из бурга или из сеньориальной вотчины. Ойкос 5 и рынок сосуществовали в городе, но как две равные сиды, иногда вступавшие в борьбу, иногда устанавли­ вавшие между собой известную общность интер~сов на экономической почве. Ибо владелец бурга - он же и представитель ойкоса в городе боролся обычно лишь с политическим, но не с экономическим развитием города. В экономическом отношении город, как рынок, давал, ведь вот­ чиннику возможность взимать со своих держателей денежные оброки, так как представлял собой для них локальный рынок сбыта их продуктов ;

к тому же вотчинники приобретали бдагодаря рынку возможность прода­ вать натуральные оброни своих держателей. Поэтому в средние века основание городов было часто выгодной в хозяйственном отноше­ нии операцией (Stadtegriindung- Erwerbsgeschaft) в противоположность древности, где оно первоначальпо являлось военным делом, основанием города-крепости (militarische Festungsstadtgriindung).

Столкновение экономических интересов ойкоса и рьшка начиналось лишь в том случае, если вотчипник стремился перейти к собственному промышлепно-ремесленпому производству, что обычно становилось воз­ можным лишь при паличии достаточного количества рабочей силы.

Однако далеко не так мирно обстояло дело в сфере политических взаимоотношений между бургом и экономически заинтересованным насе­ лением примыкавшего к нему города. История этих взаимоотношений очень важный пункт в эволюции городских учреждений (Verfassungsge schichte) (стр. 521), в свою очередь, очень сильно повлиявший и па социальп(}-экопомическую структуру города. В то время как в Элладе и Риме имело место соединение нескольких общин, синойкизм, покоивший­ ся на слиянии нескольких родов (gentes), средневековый бюргер nетупал в городскую корпорацию как индивидуум, а не как бывший член какой­ либо общины. Правда, средневековый город, как и античный, представлял собой, между прочим, п религиозный союз. по христиан­ (KultYerband), ская община была вероисповедным объединением отдельных верующих, а не ритуальным союзом родов (стр. 534).

Бюргеры, уже более или менее сплоченные в определенвые объеди­ нения,- результат позднейшего развития. Вначале бюргеры противостоя­ ли сеньору как масса лиц, заинтересованных в рынке и рыночном обме­ не, и город зачастую принадлежал сеньору. Если рассматривать дальней­ шее развитие города с чисто формальпой точки зрения, то эта масса лиц иревращалась в автономную корпорацию бюргеров, где каждый был Rechts und Dinggenosse, т. е. активным и равноправным членом общины, лишь в результате политических привилегий со стороны сеньоров.

Конечно, такие привилегии всегда имели место: мы уже указываJш на выrодвость основания городов для сеньора. Но существовали и иные пути и способы создания или возникновения городских корпораций. R то­ му же самый способ возникновения, взятый формально, как чисто юриди­ ческое явление, еще не выясняет и не исчерпывает всего процесса воз 5 «Ойкос», собственно, значит дом;

в научной литературе этот термин принят длл обозпачевил большого самодовлеющего хозлйства «дома•.

никновения города. Кроме законного способа создания городской корпо­ рации- сверху, существовал и незаконный- снизу, путем акта корпора­ mвного объединения (Vergesellschaftung) со стороны бюргеров, так называемое conjuratio. Лередко оба способа комбинировались, и приви­ легия являлась в результате conjuratio. Классической страной conjura tю, истинной их родиной была Италия, особенно большие итальянские­ и отчасти немецкие города (Генуя, Rёльн) ;

поэтому мы оотановимся не­ сколько подробней на ходе этого процесса в И талии.

До возникновения conjuratio rород-бург представлял собой арену,~~;

ействия различных социально-политилееких сил: епиекоп и его окруже­ ние, должностные лица светских вотчин е влаетью вотчинно-политиче­ ского характера крупные городсnие ленники, вольноот­ (Amtsgewalten), пущенные из бывших минпетериалов короля и еiiИсiюпов, их городские и сельские подвасеалы, родовые землевладельцы с аллодиальной собствен­ ностью, владельцы внегородских бургов с их свободной и крепостной:

клиентеллой, профессиональные союзы производительных классов город­ ского общества,- словом, как говорит Вебер, hofrechtliche, lehen rechtliche, landrechtliche, kircbliche Gerichtsgewalten nebenein ander 6 • Conjuratio конечно, упрощало эту сложнооть, вливало ее в из­ вестные формы;

оно приводило к союзу всех тех, кто обладал военной мощью, к объединению местных землевладельцев, к обеспечению извест­ ных правовых гарантий (Rechtspflege) в интересах горожан и, нако­ нец, К монополизации экономических шансою (стр. 537).

Все это, конечно, было завоевано не сразу: образование conjuratio еще не тождественно приобретению всех этих прав и возможностей. Вна­ чале городом по-прежнему управлял сеньор-епископ, но при участии соб­ рания горожан. Но уже в конце XI в. выступают на сцену consules ежегодно сменяемые должноотные лица, номинально выборные от всех горожан, фактически выбираемые лишь определенИЬiм:и слоями аристо­ кратии. Эти лица на первых порах передко происходили даже из среды бывших судебных чиновников еiiИскопа. Consu]es присвоили себе значи­ тельную долю в области управления, еуда и военной власти. Над ними существовал, однако, контро:Ль, оеуществлявшийся особой комиссией муд­ рых- sapientes, (credenza), состоявшей частью из бывших шеффенов.

частью из членов ариетократических родов (Honoratioren) ;

фактически в эти комиссии входили предетавители фамилий, наиболее могуществен­ ных в военпо-экономическом отношении.

На этой стадии была явно заметна тенденция к известному социаль­ ному компромиссу: все наиболее влиятельные слои населения стремилuсъ.

поделить между собой, пропорционально их силе, места в городеком со­ вете и различные городекие должноети. Вскоре, однако, обнаружилось, до какой етепени все движение проникнуто противолеиными тенденциями.

т. е. направлено против какой бы то ни было политической зависимооти от городского сеньора. А так как он был обладателем бургов и раздат а ((Вотчинные, ленные, земские, церковные, судебные власти рядом друг с дру­ (стр. 537).

rо•о чиком ленов, то движение направилось, естественно, против ленной фор­ мы этой зависимости.

Консулы, эти новые соправители сеньора, должны были ни в Rоем случае не принимать ленов ни от него, ни от своих бывших господ, и не коммендироваться им в качестве вассалов (стр. 537). Цель ясна: исRлю­ чить возможность личной и эRономичесRой заинтересованности консулов и их зависимости от вотчиннИRов, Rоторая могла бы отразиться на их административном поведении или политической позиции.

Первым важным политичееким завоеванием этого противовотчинного и противосеньориального движения было запрещение представителям аристоRратии (сеньорам или Rоролю) строить бурги внутри городскоrо округа. Это запрещение осуществлялось как заRонным, таR и насильст­ венным путем, и его результатом было то обстоятельство, что бург, рас­ положенный внутри города, ставовился городсRим бургом. Сеньорам и рыцарям оставалось лишь строить бурги вне города и его округа и отту­ да в случае недовольетва угрожать городу, что они впоследствии и дела­ ли. Но об этом речь будет идти ниже. Сейчае нам важно отметить ещ& одно Rрупное завоевание бюргерства, на этот раз уже в юридичесRой об­ ласти,- создание особой городсRой юрисдиRции, процессуальной проце­ дуры и городсRого права. Право бюргеров,- пишет Вебер,- было сослов­ ным правом сотоварищей общины, связанных присягой. Его Rомпетенции подлежали в силу принадлежности к сословию городских бюргеров или зависимых от них держателей~ (стр. 538).

В Германии, в крупных городах, развитие шло аналогично. Так.

в Кёльне и Магдебурге вначале во главе управления стоял еписRоп с шеффенами, которые впоследствии превратились из его чиноввиRов в представителей городекой коммуны, к тому же поставленных под Rонтроль.

представителей conjuratio ( стр. 538). В Страсбурге к концу в. епис­ XII копа главу города сменил городсRой совет, состоявший из представи­ RaR телей бюргерства и пяти министерпалов епископа ( стр. 541).

jurati В южногермансRих городах mультгейс, чиновник, назначаемый или, по крайней мере, утверждавmийсл сеньором, долгое время оставален шефом:

города, таR что город мог избавиться от этого контроля, лишь покупаsr эту должность (стр. 541). С XIII в. во всех брабантсRих, ирландских и голландсRИх городах наряду с шеффенами, назначаемыми графами, вы­ ступают на сцену представители бюргерства - jurati и бюргериейстер с Rоллегией. На первых порах эти отношения везде колеблются, и факти­ ческое соотношение сил (Punkte der faktischen ·мachtver·teilung) ешР очень мало и слабо регулируется формально (стр. 538-539).

Но и во Франции возниRновение городских корпораций (Stadtgemeio de) происходило путем узурпации со стороны союзов бюргеров, Rупцо.­ и городских рентнеров и их объединения либо с живущими в город& рыцарями (на юге Франции), либо с братствами (confraternitates) и цехами ремесленников (на севере) (стр. 539). В Англии типичноii формой городсRоrо объединения была торговая гильдия с монополие:И мел­ Rой торговли внутри города. Это не значит, однаRо, что города произошли из гильдий: напротив, гильдии возникли в городах (стр. а варяду 539), с ними возникали и «чисто эRоноиические, расчлененные по профессияи• организации цехи - (rein-okonomische, beruflich gegliederte Einun (стр. 540).

gen: Ziinfte) Какими же средствами располагал город для достижения всех этих завоеваний? Ведь они часто были действительно завоеваниями в букваль­ ном смысле этого слова, т. е. результатом ожесточенвой борьбы, так что ссылка на социально-политическое значение или влияние городской зна­ ти, на экономическую мощь зажиточных слоев недостаточна. Здесь высту­ пает военпо-политический момент: в то время как па Востоке (Персия, Азия, Индия) солдаты не обладали орудиями войны, что имело последст­ вием «военную безоружность подданных» (milШirische Wehrlosigkeit der Untertanen) и горожане были певоеппым элементом (der Biirger war der Nicht-Militar), на Западе, как раз напротив, ввиду отсутст­ вия профессиопальпых войск, особенно на первых порах, гоеподствовал nринцип самоэкипировки войска: как крестьянские и рыцарские войска, так и городская милиция строилисъ по этому принципу. Поэтому сеньор представлял значительную силу лишь в сравнении с каждым отдельным своим поддавным или с их вебольшими группами. Стоило ему, однако, вызвать недовольство или противодействие всей их :массы,- и он стано­ вился слабым, ибо это была масса вооруженных и боеспособных 11юдей.

А 1·акое противодействие возникало, конечно, когда сеньор предъявлял экономические требования, казавшиеся почему-либо слишком тяжелыми, особенпо требования денежных платежей. Факт возникновения сословий на Западе- и только здесь- объясняется этим обстоятельством,- пишет Вебер,- и точно так же объясняется возникновение корпоративных и автономных городских общин.

Предъявление экономических требований со стороны сеньора особен­ но естественно по отношению к горожанам;

ведь мы видели, что основа­ ние города сеньор рассматривал передко как выгодвое предприятие.

С другой стороны, так же естественно, что как раз горожане, достиг­ шие уже большой экономической силы, не хотели быть объектом целей сеньора. А так как они были в то же время вооруженными людьми, то в силу именно этого соединения в их руках военной и экономической мощи им и удалось добиться своей цели и создать городскую автономию. Все conjurationes,- пишет Вебер,- были объединениями вооруженных слоев городского населения. Это было решающим в положительвом смысле мо­ ментом (стр. 543).

Если мы попробуем задать себе теперь вопрос, к какой же теории возникновения городского строя средних веков примыкает Вебер, нам трудно будет сразу на него ответить. Следи за построением пашего ав­ тора, мы даже вовсе забыли бы о существовании этих теорий, если бы он сам в одном месте вскользь не напоипил нам о них. Этим мы вовсе не хотим умалить значение упомянутых гипотез: может быть, только па их основе и стало возможно построение Вебера. Но как далеко он ушел от них! Город не произошел ни из вотчины, ни из общины, ни из бурга, ни из рывка, а из того, и другого, и третьего одновременно вот как можно охарактеризовать его вывод. Или, точнее: город, и в частности средневековый город, возпик как результат сложных, перекрещивающих­ - ся процессов экономических, социальных и воепво-политических и сразу же выступил на сцену в виде сложного комплекса явлений, в IЮ­ тором нашли себе место те равличвые силы развития, которые его со­ здали и вызвали к жизни. Дело обстояло не так, что корнем, исходной.

точкой роста города было то или иное явление - цех, рывок, бург И­ т. д.,- а из него путем постепенного усложнения вырос стебель и на нем расцвел цветок - сложившийся город во всем его многообразии и своеобразии. Нет, как раз наоборот: все силы развития, все элементы, их которых построился город, даны в самом начале процесса. Самый процесс заключался лишь в их дальнейшем развитии и известном ком­ бинировании этих элементов в определенную систему, называемую городом.


Интересно отметить, что и Допш во втором издании своей работы «Хозяйственное развитие 1\ароливгской эпохю екловев считать освовамИ­ t'Ородского развития те же явления, что и,Вебер (рынок, бург, общину,.

вотчину). Это легко объяснимо: ведь такое построение напрашивается само собой как попытка подвести итоги четырем главным теориям го­ родского развития (общинной, вотчинной, рывочной и бурговой). Такую­ попытку делают и Допш, и Вебер. Но какая глубокая разница! В то­ время как Допш не идет дальше того простого наблюдения, что в каж­ дой теории есть зерно истины, Вебер связывает их положительвые ре­ зультаты в одну широкую и цельную картину. Эта картива явилась.

результатом сопоставления различных черт и явлений, присущих разным.

городам как античным, так и средневековым.

Если, однако, сделать дальнейший шаг к конкретизации построений,.

то придется разделить города на развые группы, причем произвеt;

тИ­ это деление в различных направлениях в эRовомическом, ооциальвом,.

воевво-политическом. В первом случае Rритерием или основанием деле­ ния будет служить преобладание тех или иных целРй экономической дея­ тельности (потребительных или производительвых), во втором та или иная форма взаимоотношений основных слоев городского населения, на­ конец, в третьем - та или иная степень воепво-политической мощи горо­ да. В форме такого подразделения на виды и группы удобно описать и осветить все многообразие городской жизни в развые времена, а затем на основании такого описания попытаться сформулировать повятие город­ сRого хозяйства и объяснить смысл, причины и цель хозяйственвой поли­ ти;

ки городов (Stadtwirtschaftspolitik). При этом надо, однако, все вре­ мя твердо помнить, что типы городов не соответствуют в каждом случае какой-либо историчеекой конкретности, а суть лишь разрезы действи­ тельности, искусственно произведенвые в целях удобства описания и клас­ сификации, что в одном и том же конкретном городе могут совмещаться черты различных типов и что, наконец, переходы везде текучи (Die Obergange sind iiberall fliissig- любимая фраза Вебера).

II В экономическом отношении Вебер делит город на две основвые группы:

город потребителей (Konsumentenstadt) и город производителей (Pro Это не значит, конечно, что в Knnsumentenstadt живут duzentenstadt).

только потребители, а в только проиэводители;

и те Produzentenstadt 479о и другие имеются налицо в городах обоих типов. Но в Konsumentenstadt шансы на прибыль (Erwerbschancen) для производителей или купцов оп­ ределяются присутствием па месте крупных потребителей ( Grosskonsu menten), как бы различно они ни были экономичес1ш органиsованы, т. е.

:эти шансы косвенно или прямо sависят от покупательной силы княЖе­ -ских или иных крупных домов.

Раsличпые отличаются друг от друга в зависи­ Konsumentenstadte мости от того, какие именно социальные слои являются крупными потре­ бителями. В роли таких Grosskonsumenten могут выступать либо сеньоры со свитой из вассалов (Fiirstenstadt), либо чиновники (пример- Пекин), либо крупвые землевладельцы - рантье, проживающие в городах доходы ~о своих владений (Моеква до 1861 г.), либо, наконец, городекие рантье, т. е. представители городской ариетократии, в руках которой сосредото­ чиваются городекие земельвые ренты обуелов­ (stadtische Grundrenten),.ленные монопольным Положением городских земельных участков в про­ цессе обмена (durch monopolistische Verkehrslage von Stadtgrundstiicken Ьedingt) и, таким образом, коевенно имеющие е во им источником как раз тородекое ремесло и торговлю (последний вид был очень распространен во все времена, особенно в древности и в средние века). Для Produzen tenstadt, напротив, характерно то обстоятельство, что рост населения и nокупательная сила его покоятел либо на наличии фабрик или мануфак­ тур, обеспечивающих городские территории (современный тип- Эсеен),.либо на наличии нромышленной деятельноети в форме ремесла (Gewerbe in Form des Handwerks), причем товары выеылаютея вовне (nach aus warts versendet werden - der asiatische antike und mittelalterliche Typus).

Это- ремесленный город (Gewerbest.adt), в котором крупными потреби­ ·телями являются предприниматели или торговцы и рантье, а массовыми потребителями - рабочие и ремесленникИ. Ему противостоит город тор­ то вцев (Hiindlerstadt), rде покупательная сила крупных потребителей по­ коится либо на том, что они прибыльносбывают (detaillieren) на местном рынке чужие продукты (Gewandschneider средних веков), либо, напротив, :меотные иродунты продают sa пределы города, либо, наконец, приобретая чужие продукты, сбывают их сами вовне, при помощи применевил скла­ дочного права (Stapelung) на месте или без таRового (города- поередни­ ли торговли - Zwischenhandelstiidte).

Итак, и здесь, и там мы имеем потребителей и производителей, при­ чем последние, как само собой раsумеется, являются, Rонечно, везде в ·то же время и потребителями. Но важно то, от чего завиеит Erwerbschan ·Cen, а следовательно, и поRупательная сила населения: определяется ли она присутствием вотчинников и рантье, образующих рынок для ремесла,.дающих ему работу и тем самым заработок ремесленникам, становищимея также в первую очередь потребителями, или же она объясняется нали­ -чием сильно развитого ремесла, реализующего свою продукцию и на мест­ :ном рынRе, и в окрестности и дающего поRупательную силу занятому им населению. В первом случае, если брать его в типичесRом видЕ\. не Gоответствующем вполне RОНRретной действительности, ремесленная де­ ятельность служит лишь средством пропитания и uоддержания Existenz minimum для за нятого им населения, т. е. ремесленники живут за счет тех средств, которые перепадают им от представителей знати в виде пла 1Ы за их товары или в виде заработка (в случае работы на заказ).

Здесь ремесленник ближе к типу рабочего, чем к типу предпринимате­ ля, хотя бы даже мелкого.

Во втором случае ремесленник производит в конечном итоге в расче­ те не столько на вотчинников и рантье, с1шлько главным образом на своих же собратьев - ремеслелнююв и торговцев, только другой профес­ сии. Специализация и профессиональлое разделение труда в этом случае зашли уже далеко: ремесленники одних цехов становятся покупателями товаров, произведенных другими, т. е. потребителяllfи: продуктов промыш­ ленного производства, а не только приобретателями средств пропитания.

Деньги, вырученные за работу, идут уже не толыю на потребительные цели, но и на производственлые;

ремесло является особым видом мелкой промышлелности, и производительная роль ремесленников имеет большее значение в экономической жизни города, чем их потребительная роль.

Ремесленники в этом случае - по иреимуществу производители, и город есть Produzentenstadt.

Итак, принадлежноеть города к тому или иному :жоломичеекому типу -е значительной мере зависит от социальной природы городского населе­ ния: при преобладании в городе землевладельческой аристократии имеем город потребителей (Konsumentenstadt), при преобладании ремесленни­ нов горuд производителей (Produzentenstadt), а при преобладании тор­ говцев - Hiindlerstadt. А отсюда, в свою очередь, с.ледует, что намечен­ ные типы могли соответствовать различным стадиям развития города:

первый тип - той етадии, которую Вебер называет в дальнейшем горо­ дом аристократических родов (Geschlechterstadt), а второй тип- стадии плебейского города (Plebejerstadt).

Но и население плебейских городов не состоит исключительно из од­ них ремесленников, так же как и город аристократических родов из одной землевладельческой аристократии. Социальная структура городско­ го населения очень сложна, а потому типические черты города потреби­ телей и города производителей большей частью соединяются в одном и том же конкретном городе. Этим объясняется, может быть, и векоторая двойственность хозяйственной политики городов, о которой речь еще впе­ реди и которая нес.омненно стоит в связи с пестротой социального со­ става городского населения, отражая интересы различных его слоев. Нам предстоит поэтому поближе познакомиться с социальной структурой и социально-политическим развитием средневекового 1·орода.

Мы указывали только что на пестроту Qоциального состава город­ ского населения. Это легко объяснимо, если пtJинять во внимание, что и в средние века, и в древности и в странах Передлей Азии город был поселением, которое возникало путем скопления--в одном пункте жителей, переселявшихся сюда из разных областей, и которое держалось исклю­ чительно благодаря этому постоянному притоку из деревни (стр. 527).

Поэтому в средневековом городе можно найти и вольноотпущенных, и крепостных, и рабов, и знатных вотчинников, и их дворовых людей, и чиновников (Hofbeamte), министерпалов и воинов, монахов и священ­ ликов (стр. 527). Так было, однако, лишь на первых порах. Вскоре из А. И. Неусыхив 16 этой пестроты стали вынристаллизовыватьсл определенные слои, в разные периоды городеной истории задававшие тон городеной жизни. Прежде всего, сами вотчиннини сноро уразумели выгодностL использования своих нрепостных и рабов в начестве рентного фонда (Rentenfond). Последние обучались ими ремеслу, а затем отпуснались на рынон для свободного сбыта своих продунтон прп у-словип уплаты господину веноторога оброна (Leibzins), составлявшего, по-видимому, известную долю заработна или дохода ремесленниl\а.

Естественно, что эти бывшие нрепостные, таким образом, постепенно эмансипировались от своей прежвей зависимости: таl\ город издавна сде­ лалел местом постепенного перехода из состоявил несвободы н свободе путем денежно-хозяйственной промышленной деятельности. Это не зна­ чит, что городсн11е ремеслевниl\и произошли именно из этих нрепостных, используемых в 1\ачестве рентного фонда: ведь притоl\ сельсного населе­ вИл приносил с собой весьма разнообразные элемен1ы - не тольно несво­ бодные, но и свободные. Важно лишь отмет:~~ть, что и сословная политика средневенового города в ранние эпохи его существования способствовала вознинвовению приJIЦIИпа: ((Городсной воздух делает свободныМ (Stadt Juft macllt frei), ибо, на первых порах, ногда арена промышленвой дея­ тельности была еще очень широка, - всех звали в города, охотно давали новым поселенцам прав_;


~' бюргеров (иначе обстояло дело впоследствии, коГда эта арена сузилв5ь и город замнвулсл,· но об этом ниже).

Далее: внутри городснщ·u населевил стали намечаться две различные тенденции развития: одна вtща н социальной нивелировке и н сплочению ropoДCIOfX жителей в одно целое в противовес внегородской вотчинной аристократии, другая - н выделению из состава бЮргерства особой го­ родской аристократии. Несмотря на что в политической борьбе rоро­ ro, дов с их сеньор:.ии явно сказывалось влияние первой тенденции (вспом­ вим conjurationes), во внутренней социальной жизни города победила вторая. В результате 1\ак средневековый, так и ан1ичвый город пережил ряд (i'J'~дий социально-политичесного развития, начИ'наЯ с господства го­ родской аристоl\ратии, проходя этапы бурной борЬбы ее с различными слоямИ ремеслепнинов и торговцев и кончая той илИ Иной формой пре­ обладания некоторых слоев демократии. Первую Из этих стадий, как уже говорилось, Вебер называет вторую Geschlechterstadt, :;

._- Plebejerstadt.

Самые эти стадии и процесс перехода от одной н другой носили весьма различный характер. Нас интересуют здесь, главным образом, сле­ дующие типы: 1) античный, преимущественно греческий, город (polis), 2) средневековый итальлнсний город, 3) английский средневековый город и 4) континентальный ·город средних веков. Общим для всех этих типов призваном социально-экономической природы аристократических родов является;

во-первых, то обстоятельство, что их социальная (Geschlechter) иоЩь поноитсл на землевладении, на доходах, возникших не из собст­ венной промышленной деятельности, и, во-вторых, особый аристократиче­ сний образ жизни (стр. Но в разных странах и в разНЬlе времена 544).

конкретные черты этой аристократии и историЯ ее борьбы с плебсом были, конечно, различны. В ИталиИ возвышение аристократии было вы­ звано в значительной мере финансовыми потребнос-rпм!i воеuной, коло ниальной и торговой политики, которая сделала необходимым привлече­ ние патрициата к управлению (стр. 545). Поэтому, например, в Венеции dux, назначавшийся ранее из Византии, стал начиют с 726 г. избираться знатью, сделался дожем и начал, в свою очередь, борьбу со знатью, стремясь превратиться в басилевса. Дож сам был нрупным вотчиннююм и крупным купцом (Grossgrundherr und Grosshandler), явлююя ставленни­ ком той же знати, и его возвышение вначале выражало собой первую ста­ дию возвышения знати. Однако знать пересиливает монархические тенден­ ции дожа, и в XI в. начинается ограничение его власти со стороны знати, в руках которой концентрируется путем накопления имуществ ((Денежно-хозяйственная и политичесная сила) (geldwirtschaftliche V ermogensЬildung und politische Macht) (стр. 545).

Дальнейшее развитие ознаменовано выделением из среды знати Боль­ шого совета, принимающего решения, и Малого - управляющего ( 1187).

Назначение дожа узкой выборной комиссией из среды нобилей (вместо прежних выборов), фактическое ограничение выбора городских чиновни­ ков и должностных лиц лишь из рядов узкого круга фамилий и даже закрытие списка последних (1297-1315), солидарl!ость интересов и осо­ бая техника управления (краткосрочность должностей, коллегиальность и отсутствие бюрократизма) делали эту узкую маесу, этот тонкий слой нобилей, разбогатевших на заморских предприятиях экономического и по­ литического характера, очень сплоченной и дисциплинированной.

Ца примере Венеции особенно ясно видно, какое большое значение имела именно внегородская колониальная политик~ города для усиления и развития аристократии. Венецианские побили, так же как и их антич­ ные собратья, не были купцами по профессии. Это были, наоборот, боль­ шей частью рантье - землевладельцы. которые паживались в связи с рас" цветом заморской торговли, дававшей им возможность благод~ря их зе:­ мелъвым богатствам внутри и вне города извлекаТL большие денежные доходы именно в качестве рантье, а иногда и путем косвенного участиц в предприятиях (Gelegenheitsunternehmer).

В других итальянских городах, где монопольное положение город­ ской торговли вовне не было стол~о определенно, а потому общность интересов не была столь ясна, шла вепрестанпая борьба между отдель­ ными представителями аристократии, между различными аристократиче­ скими фамилиями. Результатом этой борьбы явилось некоторое возвыше­ ние непривилегированных слоев знати, которые раньше были выключе­ ны из участия в управлении, и известный компромисс между. двумя группами: выбор особой комиссией из нобилей чиновника, долженствовав­ шего представлить интересы второй группы. Этот чиновник подеста - nриглашалея обычно из среды нобилей какой-либо чужой городской кор­ порации сроком на год и облекался высшей судебпой властью, а иногда и правом военного командования,- конечно, под контролем городского совета.

Однако с конца начала в. начинают заявлять свои права XII- XIII совсем иные, неаристократические классы населения итальянских горо­ дов -так называемый popolo, парод. В экономическом: смысЛе popolo, как и массы немецких торговцев и ремесленников, объединецв:Ых в цехи, ~ 16• состоял из различных социальных элементов прежде всего его можно разделить на предпринимателей и ремесленников. Вождями масс в борьбе против нобилей выступали главным uбразом первые. Они финансировали борьбу и создавали юшятвенные объединения цехов 7, направленные против аристократических фамилий, а ремесленники лишь поставляли массы, людские резервы для боевых действий. В Италии popolo в XIII в.

составлял особую общину внутри города (mercadanza или credenza), осо­ бое государство в государстве.

Во главе этой общины стоюi так называемый capitanus popoli, еже­ годно избираемый и приглашаемый извне, наподобие подеста, и несший весьма важные функции, игравший большую роль в городе. Так, он жил в особом укреплеююм помещении, имел свою милицию, свои органы управления. Рядом с юрисдикцией подеста выступает юрисдикция капи­ тапа как представители купечества, т. е. особый, отдельный суд по делам купцов и ремесленников (стр. 563). Подеста не имел права вмешивать­ ся в судебные тяжбы между пополанами, и неред1ю шапиташ приоб­ ретал всеобщую юрисдикцию, конкурировавшую с по.тrномочиями подеста, с.таноrншся кассациоююй инстанцией для жалоб па nриrоворы послед­ него. Представители цехов при Каnитане (anziani) претендовали на право защищап. членов popolo перед судом. Больше того, каждая из обеих городсiшх общин - городская коммуна и popolo - имела особые статуты, и иногда popolo добивалея того, что решения коммуны имели силу лишь с его согласия и, следовательно, отмечались в особых ста­ тутах.

Наконец, т(апитаю стал участвовать в целях контроля в заседаниях номмунальных коллегий, получил право в отсутствие подеста созывать бюргеров и приводить в исполнение решения совета, начал принимать участие в управлении финансами (особенно в распорюнеппп имуществом осужденных) и в контроле над ними, а иногда п u управлении войском.

Словом, формально он был ниже подеста, фактически - сильнее его.

В случае успеха такая политика приводила к полному выключению знати из участия в городском управлеьии, ибо ведь должности пополанов, таким образом, становились недоступными для нобилей, в то время как коммунальные должности делались все более доступными для членов popolo.

Но это было лишь чисто формальным, кажущимся выключением;

на самом деле на должности шополанов все же проникали представи­ тели нобилей - для этого им стоило только гарантировать политическое подчинение со своей стороны и записаться в каной-либо цех, что не мешало им оставаться теми же аристократами, которыми они были и до этого. Так аристократизировался самый состав цехов. Надо, однако, иметь в виду, что здесь идет речь о зажиточных, так сказать, буржуаз­ ных слоях popolo, о так называемом popolo grasso, с семью главными цехами которого (цехи нотариусов, судей, врачей и прочих Либеральных профессий, оптовых торговцев, менял и т. д.) произошло вскоре слияние зпати, вступившей в цех. С тех пор все должностные лица избирались Eidverbriiderungen der Ziinfte.

из среды этих цехов, и лишь после ряда восстаний стали принимать участие в управлении - по крайпей мере формально - и 14 цехов так называемых popolo minuto, т. е. це:х.и мелких ремесленных предприни­ мателей (gewerbliche Кleinunternehmer).

Но вовсе лишенные собственности па орудия производства слои ре­ месленников (подмастерья), опиравшиеся зачастую в своей борьбе с po polo grasso па побилей,- ибо противоположность интересов цехов мелких ремеслепников интересам предпринимательских цехов очень резко сказы­ валась при развитой и мануфактурпой организации производства 8 (Ver Jagssystem),-нигде не достигали власти па долгое время. Да это и понятно: цехи, которые с самого их возникновения использовались город­ ской коммупой для привлечения к участию в разных работах по обслужи­ ванию нужд городского управления, стали особенно важны для города в финансовом и административном отношении, с тех пор как в их среде появились крупные предпринимательские и интеллектуальные силы.

Совсем другое дело «пролетарский слой странствующих ремесленни­ ков» (die proletarische Schicht der wandernden Handwerksburschen) (стр. 564). Он долгое время не был нужен городу как I{Орпорации, а по­ тому везде и стоял за бортом государственного корабля, в то время как вначале представлявшая собой неполитический союз купцов mercadanza, и ремесленных предпринимателей, все более и более становилась нор­ мальной формой политической организации popolo. И хотя основная тен­ денция развития всего движения popolo заключалась в стремлении к ор­ ганизованной защите его интересов перед городским судом и властями, находившимвся в руках аристоRратии, раздробленность самой знати да­ вала ему возможность пользоваться для своих надобностей и военными силами части рыцарства.

Однако и широкие массы низших слоев ремесленников, заинтере­ сованвые В регулировании приобретательской деятельности в смысле мелкобуржуазной политики пропитанию (Regelung des Erwerbes im Sin (стр. 572), если и не достигали по­ ne kleinbiirgerlicher Nahrungspolitik) литической власти непосредственно, косвенно являлись одним из факто­ ров, создававших своеобразную форму этой власти - тиранию, которая в Италии носила название синьории. Она возникла в процессе борьбы popo со знатью, и ее поддерживал, кроме слоя беднейших ремесленников, lo еще и ряд других социальных слоев. При синьории власть находилась обыкновенно в pyRax представителя RаRой-либо зажиточной фамилии, которая тем самым резко выделялась из массы прочих подобных фами­ лий, становясь над ними.

Целый ряд причин давал пищу синьории: мирный характер бюргер­ ства, отвыкшего от военной службы, рационализация· военной техники и образование профессиопальных войсR, а также развитие и преуспеявие а Система, при которой купец или предприкиматеJIЬ (кередко это одно и то же JIИЦО) поставJIJiет катериал целоку рядУ рабочих. либо просто дает и:и работу, заказ;

оп- едикствекiiЬlй, :иовопоJIЬIIЫЙ покупатель их изделий, т. е. скупщик (ер. К. Bйclaer. Entstehuog der Volkswirtschaft. XV. Aufl., Bd. 1. Tiiblngen, 1920, s. 185-186).

тех групп в среде знати, которые- как, например, рантье и ростовщи­ ки - были п социально, и экономически заинтересованы в наличии «дво­ ра) в городе. Те же причины создавали некоторые шансы к иреобразо­ ванию синьории в наеледетвенное патримониальное нняжеетво, возникно­ вени е ноторого можно считать пунктом, завершающим цикл развития итальянских городов. Развитие итальянских городов, замечает uo этому поводу Веб е р, которое шло от города как составной части патримони­ альных и феодальных союзов через период самоетоятельного 1uсrюдства знати, приобретенного революционным путем, затем через господство це­ хов к синьории и, наконец, пришло вновь н городу кан составной части относительно рациональных патримониальных союзов,- это развитие не имеет себе полной аналогии в остальном ередневеiоRом Западе (етр. 57 4).

Зато на первый взгляд nоразительна сходно е толыш что бегло намечен­ ной социально-политической эво л юцией итальянених городов шло разви­ тие в древней Греции и в Риме.

Начать с того, что экономическая структура аристократических фа­ милий бьша очень сходной: и там, и здесь это ГЛiiВНЫМ образом ыантье и предприниматели, лишь косвенно участвующие в делах своими капита­ лами (Gelegenheitsunternehmer, по терминологии Вебера), но не купцы (самая работа купца еч.италаеь, как известно, унизительной, даже позор­ ной для родовитого человека, особенно в древности). Так же сходна и история борьбы аристократических фамилий и родов е плебсом в Риме и демосом в Элладе. Итальянские капитаны) напоминают римских трибу­ нов или спартанских эфоров. Мелкие ремесленники и в античном городе также редко достигали власти, а тем более господства. Следствием демо­ крат иза ции античного города было то же проведени1 в жизнь u закрепле­ ние официального характера городских политячеених союзов и перемена в еис,теме городекого управления создание кратl{осро'Iных должностей.

Сходно и явление тирании- везде, впрочем, локально · ограниченное.

Но JJаряду с этими сходными чертами имеется и ряд крупных разли­ чий. Пр·ежде всего основным классовым противоречием античного полиса является противоположность не рантье и ремесленников, а городских пат­ рициев, имеющих в своих руках средства ваоруrl\енной защиты, как кредиторов и ростовщиков, и крестьян как должнИI{ОВ. Далее: полис­ зто береговой город, береговая община воинов (eine Kiistensiedelungsge meirischaft von Kriegern): он еще делится на филы и фратрии - остатки первоначальных военпо-сакральных подразделений наподобие «сотею древних германцев (стр. 557). Средневековый город есть по иреимущест­ ву (за исключением некоторых итальянСI{ИХ городов) город сухопутный, и возник он иначе.

Другое отличие в окружающей обстановке: античный город борол­ ся е баеилевсами, и возникновение римского еенсtта и магистратов или афинского ареопага есть результат постепенного иревращения городекой царской власти в годичную магистратуру;

средневековый город боролся со своим городским сеньором. Если, однако, несмотря на все эти разли­ чия, мы наблюдаем здесь и так много сходства, та прич ива тому в осо­ бом характере как итальянского, таl{ и античног() города: и тот и дру­ гой правда, в весьма различной степени не просто города, но горо - да-государства (Stadtstaaten). Остальные средневековые города - сре}.l;

не­ европейские и североевропейские имели гораздо меньше сходных с античным городом черт, чем итальянские.

Так, например, английские города проделали совершенно своеобраз­ ный цикл социально-политического развития, обусловленный большой си­ лой королевской власти в Англии. В Англии еще более, чем в других странах Европы, города были вначале бургами и обладали властью над городской округой Но после норманекого завоевания в.) (Stadtmark). (XI бурги стали строиться преимущественно вне городоn, и города все более и более становились поселениями, ориентированными главным образом на экономику (стр. Короли 548).

(okonomisch-orientierte Korperschaften) смотрели па них как па опору против феодальных сил и па объект об­ ложения. Conjurationes протекали в Англии обычно в форме образования гильдий, которые и правили фактически городом. И в Англии города, ко­ нечно, передко получали привилегни от короля, но эти привилегни так же, как и не делали город автономной корпорацией:

это conjurationes, были обычные сословные привилегни внутри сословного государства.и только.

Итак, английские города представляли собой сначала принудительные союзы (Zwangsverblinde), которые королевская власть облагала различ­ ными налогами и повинностями. Затем в результате раздачи им королев­ ских привилегий они стали экономически привилегироваппыми сословны­ ми городами бюргеров-землевладельцев с очень ограниченпой автономией.

Наконец, фактические заправилы в городе - гильдии - были признаны и нороленекой властью, и им было поручено даже управление финансами.

Но военная слабость городов и сила королевской власти привели к тому, что в Англии так и не возпюшо попятие территориальной городской общины (gebletskбrperschaftlicher (стр. Это обсто­ 550).

Gemeindebegriff) ятельство повлияло и па социальную структуру и эволюцию английского города. Мы знаем уже, что в Италии борьба город11. с сеньором за поли­ тичесную и юридическую самостоятельность была в то же время и соци­ альной борьбой ремеслепников с землевладельческой знатью. В Англии эта политическа.f_J борьба протекала гораздо более вяло и заглушенно, а потому там не было и такой резкой классовой борьбы внутри города:

город находился обычно в руках купеческой олигархии, которая с воз­ никновением парламента и развитием интерлокальных связей и интересов объединилась в сословие бюргеров. Но это объединение вылилось не в форму отдельных городских корпораций бюргеров, а в форму бюргерско­ го сословия в национальном масштабе [ ein iпterlokaler, nationale1· Biil·gы­ stand],- пишет Вебер (стр. 551).

На континенте, и в частности в Герl'trании, соцuа;

Iьная борьба в горо­ дах развивалась во многом аналогично итальянским городам. И там го­ родской совет вначале находился в руках знатных городских фамилий, но вскоре цехи сделались носителями недовольства со стороны выключен­ ных из участия в управлении групп бюргеров педовольства, передко переходившего в революцию. И в Германии цехи не были однородны nu своему социальному составу: движение цехов и здесь в значительной мере означало выступление против городской буржуазии, против землевладель ческой аристократии. Поэтому начало борьбы цехов со знатью совпадает с периодом наибольшего усиления города вовне и политической самостоя­ тельностью внутри.

Однако в Гермапии клятвенное объединение бюргеров, напоминаю­ щее conjurationes, было иреходящим явлением: дело кончалось либо прие­ мом представителеi~ цехов в городеной совет, либо полным растворением всего бюргерства в цехах. Но даже в том случае, когда в цехи вступа­ ло действительно все бюргерство, включая сюда и аристонратические фа­ милии, таное растворение носило в значительной мере формальный ха­ рактер и отнюдь не было тождественно полной демократизации города:

ибо патриции, попадая в цехи, завоевывали их изнутри, отодвигая ва задний плав :купцов, лично запимавшихся торговлей, в пользу рантье­ аристократов.

Согласно теории, право вхождения в цехи приобреталось ученичест­ вом, а на практике оно поиупалось или даже передавалось по наследст­ ву. Отчасти внутри цехов зияли экопоиичесние и социальные !гротиво­ речия,- говорит Вебер,- а отчасти, и это в большинстве случаев, ~ехи представляли собой исключительно союз «избранных) джентльменов, объ­ единившихся для замещения городених должностей из их среды (стр. Таковы главные особенности средневекового города средней 560).

Европы.

Если мы теперь бросим еще раз беглый взгляд ва основвые отли­ чия античной городской демократии и античного города от города и го­ родской демократии средних веков, то они выступят особепво рельефнu в двух планах: 1) в средневековом городе представителеи визmих слоев населения, материально не обеспеченных и нуждающихся масс, был ре­ месленник-подмастерье, т. е. безработвый в областп промышленвого тру­ да;



Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.