авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |

«1 Новизна и новаторство. (Этюды о единстве людского рода и безграничности культурных контактов) Посвящается моей матери: ...»

-- [ Страница 11 ] --

Разнообразие сохраняет высокий уровень переключения ритмической активности с объекта на объект, иногда даже в ущерб результату на общем конвейере, но зато с сохранением необходимого уровня внимания к время от времени возникающим неполадкам. Зато новизна характеризуется продолжительной и самовосстанавливающей активностью. Она может начать вытеснение из цикла деятельности все виды активности, прямо или косвенно не удовлетворяющие тот интерес, который стал источником разработки новой мысли. Агрессия новизны и вычркивание или перенос важнейших видов деятельности и даже нужд – уринации и дефекации, когда позыв к мочеиспусканию мальчика, занятого решением интересной задачи, становится для него предметом осознания лишь после решения или нахождения ответа, это яркое свойство новизны. Жюль Верн заимствовал из Комедии Дель Арте образ Паганеля – рассеянного интересанта-естествоиспытателя, чь занятие это поиск всяких редкостей, а не полезного дела, пусть даже и общего.

Само вычркивание или перенос в дальние циклы деятельности некоторых важных видов деятельности создат напряжение неоконченного дела, уходящее в подсознание, но подхлстывающее общую активность. Поглощенный ремеслом новатора субъект некоторым образом сохраняет готовность к гибкой десинхронизации ритмов по поиску детерминированного полем деятельности решения внезапно вызванной его воображением задачи. Его активность характеризуется не столько ростом частоты команд на сокращении тех или иных мышц, как у бегуна на короткие дистанции, сколько лабильностью этой частоты и амплитуды его общего ритма. В силу готовности к актуализации любых предпосылок к решению задачи, вс время – и днм, и ночью во время сна и в бессоннице, неотступно преследующей его, идт работу по этому поиску.

В силу спонтанности порождения новизны наблюдать его обратное воздействие на всю текущую деятельность новатора можно лишь тогда, когда та же самая мысль приходит на ум разным людям. Разберм пример с внедрением вертолтного винта, начиная с пропеллера или корабельного движителя. Не путать его с хвостовым оперением, которое люди адекватно пока не смогли продублировать.

Степень новизны этого изобретения куда меньше, чем изобретения колеса, но в нм принимали участие разные герои. Первым был средневековый мальчик, который заметил, что семена отдельного вида клна, медленно вращаясь, опускаются на землю. Но при сильном ветре могут и взлететь и даже лететь довольно долго. Он ради развлечения придумал пропеллер на стержне, который можно было раскрутить ниткой так, чтобы он взлетел. Так в ином варианте повторилась история с колесом из детской повозочки. Леонардо заметил эту игрушку и предположил, что с е помощью можно поднять в воздух и человека.

Эта же идея посетила и писателя Жюля Верна. Только его воздушный корабль, уставленный мачтами с винтами или пропеллерами, никогда бы не взлетел! Паровая машина не может обеспечить необходимую подъмную силу из-за того, что вес е, е топлива и воды столь велики, что поднять из воды корабль она не сможет, хотя ускорить его движение по воде она могла бы. И наконец, изобретатель вертолта (геликоптера) Сикорский подобрал созданный к тому времени двигатель на керосине к допустимому винту, чьими родителями были колесо и кленовое семя. Естественно радость изобретателя игрушки, восторг Леонардо, воображающего награду от очередного заказчика празднеств, и уверенность в своей гениальности признанного изобретателя Сикорского разнятся лишь в степени и не привязаны непосредственно к стимулу общественного признания их находок.

Да и Игорю Сикорскому немало помогло наблюдение за передними и задними крыльями стрекозы, способными двигаться независимо и даже в обратном направлении. С помощью балансирующего шеста длинного брюшка стрекоз, они при спаривании умеют лежать в воздухе, работая крыльями в разнобой. Конечно, немногое из этих особенностей самого маневренного из летающих насекомых изобретатель воплотил в конструкции геликоптера, но кое-что ему удалось!

Так и китайский перелицеватель водоподъмного колеса в корабельный движитель, независимый от силы ветра и не способный сломаться при буре, как весла тогдашних джонок, тихо радовался, что угодил богдыхану Хубилаю. А Фултон рьяно верил, что этот переоткрытый им движитель (едва ли он был знаком с достижениями придворных изобретателей Кубла-хана) ещ покажет себя на реках и морях. И он оказался прав, хотя позднее винт одного шведа быстро вытеснил колса у пароходов.

Пусть новатор сумел выявить новое в старом: колесо в паре пряслиц, пропеллер в семени клна, кооперацию труда в муравейнике. Но как ему закрепить в своей душе признак новаторства или призрак его превосходства над соплеменниками? Они ведь хорошо усвоили:

последствия инновации непредсказуемы: амбары с первыми урожаями полбы породили городские стены, стражей с луками на стенах и женщин с искалеченными пальцами ног из-за пожизненного пребывания на карачках при зернотрках. Пока не появились первые – ручные мельницы с маленькими жерновами и воронкой для ссыпания муки. Земледельцам крайне нужны новаторы – они могут хоть изредка правильно предсказать погоду – вызвать дождь, как тогда думали. А одно удачное предсказание экономило много посевного зерна. Для уменьшения риска для самих предсказателей в случае неудачного прогноза раздувались и без того неуместные магические ритуалы и отгораживались их знатоки от иных людей.

Гедонисты оттеснялись на зады, а новаторы вступили в союз с рискнрами, так в некоторых общностях выдвинулась знать!

Что позволило так далеко продвинуться победителям скуки и пресыщения? Последействие инновационного процесса внутри генератора новизны или тяги к риску – отторжение страха смерти. Это жизненно важно для рискнра и попутный подарок судьбы для новатора. Успех не во всей деятельности, как у гедониста, а только в том е виде, где получена новизна, независимо от е общественной ценности, это главный успех, который окупает любые частные неудачи. Тогда насыщенный новизной образец деятельности становится регистратором всех впечатлений новатора и далее берт бразды управления всей жизнью и самой личностью новатора.

Регистрация очередной новации порождает экстаз вдохновения. А требования сосредоточения на идущей на ум ценной мысли требует аскетического отказа от наркоза потребления, которое надо наращивать для сохранения раннего яркого впечатления – вкуса к жизни. У мозга свои непреклонные запросы ко снам, а не только к пищевкусовым впечатлениям. А там, за пределами переедания маячит пресыщение. Выход из него – риск!

Необходимость преодолевать угрозу – никогда не меркнет! Встреча с хищником или хищнически настроенным человеком всегда мобилизует все силы рискннра. Новатор – его союзник. Он тоже мобилизует, но не столько силы, сколько изобретательность – как склеить самый мощный лук, как собрать такой замок к арбалету, чтобы он быстро натягивал самую тугую тетиву.

В отличие от риска, новация менее доступна массе гедонистов, она требует вникать в неизведанное. А экстаз, вызванный открытием, менее длителен, чем подвиг паладина – героя и рискнра. Зато новатор уходит из ловушки своего времени, что просто не дано бесстрашному рискнру. Не зря же русские космисты в лице Фдорова (Гагарина) конструировали философию общего дела – как бы пантеистический вариант бессмертия.

Хотя для части кочевников бессмертная душа была немыслима. Они скорее склонялись к метампсихозу, чем к личному бессмертию египтян. И жгли своих покойников –или скармливали их стервятникам. Евреи, галлы и арии не верили в продолжение жизни после смерти.

Странное дело, не очень привязанные к жизни новаторы более резистентны, чем гедонисты.

Резкое ухудшение качества жизни после относительно долгого благополучного периода сытной жизни парализует гедонистов в силу пропорциональности их трудовых усилий конечному продукту. Для новаторов этой связи нет вообще, а для рискнра она нелинейна.

Собственно говоря, именно самонаблюдение новатора породило гипотезу о потребности в труде. Но редкая, в общем-то, потребность в новизне не есть потребность в труде, сколь ни лгок он бы был. Это не труд, а вид увлечнности, прямо не связанный ни с потребностями общества, ни с особенностями поля совместной деятельности. Мир новаторов затратен. Они требуют необычно больших расходов на свои опыты, не думают о рутинном труде по обеспечению своего творчества и подвигов своих подельников – рискнров, не озабочены воспитанием потомства, а только подготовкой учеников – тип того Дионисия, для которого Диофант писал Книгу о многоугольных числах. Поэтому вывод о потребности в труде на примере новаторов заведомо не верен. Труд никогда не будет творческим, а новаторы – нелгкий груз для общества, хотя и менее опасный, чем герои из рискнров. Не следует забывать, что эти ненормальные и буйные по определению герои – опасные соперники новаторов в деле мобилизации произвольной подвижности в труд. Ибо это доступнее и безопаснее для массы гедонистов, чем подозрительная изобретательность новаторов.

Не хотелось бы оставить впечатление, что предлагаемая в изложенном разделе мысль о возможности перестановки акцентов при конструировании типов личностей с привычных холериков, сангвиников, флегматиков и меланхоликов, сначала на истериков, шизоидов, эпилептоидов, циклоидов, ритмиков, асинхроников - единственная из возможных. Новатор, рискнр и достаточно давно известный эпикуреец-гедонист – это тоже, не более, чем вспомогательные модели. Модели, позволяющие как-то собрать вместе агрегат из разрозненных событий из контекста деятельности разных лиц.

Хочется вспомнить о неудачной попытке уже совершенно забытого марксиста конца эпохи застоя – бывшего главного редактора журнала «Коммунист» Ричарда Ивановича Косолапова.

В конце 1979 года он опубликовал в публицистическом арьергарде очередного номера своего журнала статью «Оскорбление идеи». Она была посвящена тогда ещ никем не осмысленному разгрому хун-кхмеров Пол-Пота и Иенг-сари в Кампучии. Вьетнамцы, вынужденные вмешаться в этот инициированный руководством Китая провальный эксперимент в Кампучии (бывшей французской Камбодже), не скрыли колоссальных, переплюнувших масштабы репрессий в СССР и Китае за все века его существования, последствия взаимного истребления одними кхмерами других. Из 8 миллионов кампучийцев красные кхмеры истребили больше трх – дело шло к гибели половины населения ради прямого возврата страны к натуральному хозяйству раннего Средневековья.

Но речь не о причинах этого странного эксперимента над небольшим для Азии народом, придерживающимся до появления там левых коммунистов с образованием из университета Сорбонны самой гуманной традиции буддизма, а о ходе мыслей коммуниста Косолапова.

Ричард Иванович был глубоко потрясен ударом по идеям, в которые он верил или, хотя бы заставлял себя верить. Куба, а затем и Венесуэла вроде бы подтверждала, что коммунизм возможен не только за великой китайской стеной и на равнине между хладных финских скал и вершиной Эльбруса.

Как тогда объяснить, что сначала два года в джунглях, а затем три года в городах одни азиаты истребляли других под знамнами марксизма. И Ричард Косолапов нашл выход: он в сотый раз перечитал Маркса и пришл к выводу, что основоположник недооценил такую классовую категорию, как люмпен-пролетариат. Для него тогда это было откровение!

В лихорадочных поисках доказательств невиновности Маркса и Энгельса в ничем, кроме подначиваний со стороны невежественных китайских ганьбу (коммунистических чиновников) при провокационном молчании Дэн Сяо-пина необъяснимого террора, Косолапов наткнулся на идею репродукции прежних способов производства. В марксистской терминологии ещ именуемых укладами или общественно-экономическим формациями, которые могут быть упрощены силами деклассированных элементов. В данном случае ликвидация городской цивилизации ради уменьшения сложности управления страной со стороны безграмотных леваков. Нечто подобное проделал и Сталин в тридцатые годы в СССР.

Не стоит думать, что эта попытка имела какой-нибудь объективный смысл, кроме успокоения теоретической совести самого автора и его немногочисленных единомышленников. Е непреходящее значение в другом – она демонстрирует, что можно быть автором новаций и не быть при этом новатором! Новаторская идея о том, что якобы прогрессивные по степени роста производительности труда способы производства нуждаются в свом поддержании в многочисленных социальных процессах уже в то время высказывалась профессором Борисом Фдоровичем Поршневым в монографии «Феодализм и классовая борьба». Но будущий академик не лез в прикладную социальную теорию, как это сделал несколько позже Ричард Косолапов.

Во времена Маркса жиденький по сравнению с последующими временами террор якобинцев надолго размежевал филистеров и радикалов с претендующими на признание и уважение своим народом революционерами. Поэтому они не предписали ограничений для террора. Не было и речи о влиянии процессов дезинтеграции деятельности (в их языке процесса деклассирования) на изменения в системе мобилизации труда без снижения уровня разделения труда. Коммунисты стремились не отстать от сложившейся системы разделения труда, не упрощать е, ибо опасались попасть в положение полуколонии. Красные кхмеры сочли это для себя допустимым. Почему?

Потому, что они – люмпены! Потому, что они не были (и не могли быть) пролетариями.

Если бы они не были деклассированными студентами, они бы на такое бы не пошли в стране полторы тысячи лет верящей в каноны буддизма в его узкой трактовке (малая колесница тхераваддинов). За этими утверждениями стояла новаторская для марксизма точка зрения о том, что колесо истории можно поворачивать вспять (по крайней мере, попытаться это сделать).

Автор этих размышлений написал работу, а на е основе письмо и отправил его Ричарду Ивановичу. Косолапов растаял от восторга и ответил учителю истории, прозябавшему в провинциальной глуши Николаева на юге Украины проникновенным, но кратким посланием.

С одобрением его моральной поддержке себе, самому умному! Никакого влияния эта переписка ни на творчество марксиста, ни на меня не имела. Конструкцию дезинтеграции деятельности, развала е сложной регистрации при встраивании индивидуальной материальной деятельности в совместную групповую деятельность, а той – в институциональную деятельность, Косолапов не усвоил.

В последующем он влез в обоз к Константину Черненко, был выставлен из высшего теоретического органа КПСС – журнала «Коммунист» мстительным Михаилом Горбачвым.

Тот заменил его на философа Фролова. В послеперестроечные годы пытался вместе с бывшим диссидентом Роем Медведевым соорудить истинно марксистскую коммунистическую партию. Оба потерпели в этой попытке неудачу, после которой мысль Косолапова как марксиста более не тревожила уже его теоретическую совесть и он не пытался осмыслить причины трагического краха своего увлечения через чуть более столетия после смерти основоположника. Это свидетельствует, что новизна этого правоверного марксиста не развернулась. Трудно сказать, кто более виновен в этом? Сам догматик Косолапов или его тогдашнее, не откликнувшееся на его потуги, окружение? Но марксизм в этом не виновен, как программный продукт он ещ не сказал своего последнего слова. А может, он будет и дальше молчать, ведь губ и языка у него, как и у рака, нету! Из-за этого рак не может свистнуть!

Раздел № 15: Последнее дитя философии естествоиспытателей.

Когда в конце 40-х годов малоизвестный биолог Людвиг фон Берталамфи устал от постоянно встречавшегося ему термина «система» и решил озаботиться его содержанием, он не думал, что полсотни лет тысячи философов из числа бывших инженеров и специалистов по прикладной математике будут рвать и метать ради определения этого непомерно расширившего свою область применения латинизированного слова из эллинского языка.

Успеха системное движение не добилось. Занятие очередной попыткой за счт экспликации наработанного создателями естественного языка – детьми и женщинами земледельческих народов – в данном случае арийских – не позволило прорваться к сути мира вещей. И захлебнулось.

Но побочным продуктом полувековых попыток отойти от традиционной философии ближе к естествоиспытателям оказалась теория автоматов в том е варианте, который вышел из лона системного движения. Автор, как участник возникшего на закате веры в науку управления кружка младосистемщиков в 1971 году в Одессе, сам долгое время не знал о существовании теории автоматов и переоткрыл некоторые их разновидности в рамках теории взаимодействия необнаружимых исходных элементарных мкостей, обменивающихся качествами как неким содержимым. Разумеется, пространственная аналоги между мкостью и качеством была чисто условной. Речь шла о переносе способности к воздействию во времени. Поэтому позднее из-за провинциальности знакомство с теорией абстрактных автоматов, дальних потомков машин Тьюринга, названных при рождении Последовательностными преобразующими машинами, потрясло автора этих размышлений до глубины души.

Примечательно, что когда теория автоматов попала в жадные лапы математиков, она претерпела потрясающую эволюцию. Е даже нельзя списать на связь автоматов с контактными схемами, на основе которых позднее были созданы и персональные вычислительные машины, на одной из которых набран и читаемый Вами текст. Дело не в приближении или отрыве от реальной практики теории автоматов, а в направленности ума новаторов, посвятившим им сво время. А эта направленность вс больше попадала в плен к академически воспитанным европейским учным.

Вот примеры: в 1961 году Артур Гилл выпустил Лекции по теории конечных автоматов (в 1966 году изданы в Москве издательством «Наука» как «Введение в теорию конечных автоматов»). Кстати, как быстро издали, так и быстро списали из библиотек за ненадобностью. Академик Глушков, создатель и директор украинского академического института кибернетики, тоже в 60-е годы выпустил книгу о синтезе цифровых автоматов, добротно пересказывавшую мировые достижения тогда ещ очень молодой отрасли дискретной математики. А в 1984 году гамбургский профессор Вильфред Брауэр издал в Штутгарте книгу «Automaten – theorie». Е переиздали в Москве в 1987 году в издательстве «Радио и связь» под привычным названием «Введение в теорию конечных автоматов». Она отличается от книги Гилла, как Предания отцов церкви от Апокалипсиса Иоанна Теолога.

До того, как перейти к конкретным особенностям регресса в применении гениальной находки философов и математиков, полезно будет вдуматься в особенности отступления от машин Тьюринга или Последовательностных машин к автоматам Гилла и его наследников.

По крайней мере, в отличие от того, что было сделано в дискретной математике – в теории множеств, полугрупп, порождающих грамматик и прочего до расцвета теории автоматов.

Итак, стоит вспомнить, что автоматы являются дальними потомками чисел в том их смысле, над которым впервые задумался Пифагор. Вс пропадает в мире, но числа вечны.

Когда стало ясно, что не вс можно исчислять, числа заменили множества. Используя любимый пример пишущих, напоминаю, что никто не может уверенно сказать, сколько именно столов в то время, как набирается этот текст, входит в состав множества столов. Хотя и известно, что это множество кратно числу жителей стран, где используется мебель. Само множество столов плавно перетекает во множество дров, а то множество во множество пылинок золы, которая превращается во множество деревьев. А из тех в свою очередь делают столы.

Сохранение множественности при всех преобразованиях основано на понятии элемента, а оно, в свою очередь, базируется на конструкции членимости, не устранимой из-за сведения как бы большего к условно меньшему хотя бы по размеру. Язык, с помощью которого записаны уже прочитанные Вами мысли, тоже членим. Описания расчленены на эпизоды. Но в некоторых важных множествах, в том же языке, например, связь между элементами – эпизодами и фразами – не только на уровне сходства и различия. Если есть и существенная связь, то имеет смысл заменить термин «множество» на термин «система».

Однако быстро выяснилось, что категория системы только дополнила категорию множества. К сожалению, системщики принесли требование конструктивности в жертву общности. Объединение божьего дара с яичницей сделало удачное с конструктивной точки зрения понятие системообразующего отношения совершенно невразумительным.

Системообразующее свойство было расплывчатым и привязанным к системособирателю, а не ко множеству элементов системы. Это сделало всю конструкцию умозрительной. Зато она включила как материальные, так и ментальные или мыслимые взаимодействия. Мол, никто не знает, какие системы существуют объективно, а какие примысливаются.

Творцы теории автоматов обошли эти трудности. Они вышли из тупиковой ситуации и, в то же время, не утратили лаконичности исходных понятий. Поэтому они только неявно предположили, что сам автомат – это нечто компактное, но не связали себя конкретным видом этой компактности. Явным основанием своей теории отцы-основатели сделали понятие состояния. К нему пока никто не предъявил никаких претензий. Эти состояния переходят друг в друга. Для конечного автомата их конечное число. Так число нашло себе скромную обитель в иной, кроме арифметики Диофанта, отрасли формализованного знания.

Знания, как бы отвлечнного от своего носителя, не отягощающего его постоянным назойливым напоминанием о том, что это именно его, а не кого-либо другого знания, как это делают психологи-методологи.

Обычно принято считать, что переход от состояния к состоянию или сохранение того же самого состояния в следующем такте автоматного времени (а автоматное время дискретно и всегда синхронно для всех автоматов в их собственном мире) вызван примом сигнала от контактного данному другого автомата. Может быть, и от этого же самого автомата самому себе. Но это вырожденный случай. Сигналы часто сводят к последовательности воздействий из некоторого конечного множества воздействий. В мире элементарных частиц простейшим сигналом пока признатся квант света – фотон! Покойный нобелевский лауреат Ричард Фейнман строил диаграммы обмена воздействиями при преобразовании частиц в частицы с обязательным участием медиаторов типа мю-мезонов, нейтрино и прочих лептонов. Они, как и электрон, мыслились существующими наравне с адронами – протоном и нейтроном – но это допущение не обязательно. Если все медиаторы – только сигналы, то их существование ограничено рамками коммутации, чего нельзя сказать об адронах, которые эту коммутацию и составляют. Не ясно от чего зависит перекоммутация исходных частиц-автоматов – от состояния втянутых во взаимодействие конкретных частиц – тогда она локальна. Или от всех частиц вместе, тогда она глобальна и контактры с «космосом» - не галлюцинация, а крайне редкое явление, воспроизведение которого не под силу никакому деятелю.

Но и новизна – тоже крайне редкое явление!

Сигнал – это следующее исходное понятие теории автоматов. Собственно говоря, мир автоматов и состоит из состояний и сигналов. Но только сигналы определяют смену состояний, если она не происходит спустя какое-то всегда обязательно конечное число тактов спонтанно. Но и тогда она может быть описана как следствие посылки сигнала самому себе.

Сама же смена состояний предопределяет испускание сигнала, используя физикалистскую терминологию. Однако первичными являются вс же сигналы, а не состояния. Так что первый сигнал был испущен только спонтанно из внезапно разомкнутого атомата.

Напоминаю, в мире автоматов иных сущностей нет, поэтому Бог из машины там не предусмотрен для экономии средств языка.

Неявным третьим исходным понятием теории автоматов является конструкция коммутации автоматов между собой. В привычной физике эта коммутация спрятана в виде расстояния в некотором пространстве. Сигнал не может попасть в дальнюю окрестность источника сигналов, пока не пройдт ближние участки окружающего этот источник пространства. А в среде автоматов их коммутация между собой не обязательно всегда сохраняется. Теория автоматов не требует, чтобы метрика якобы пустого пространства в точности соответствовала коммутации «вход» одного автомата – «выходу» другого автомата. Изредка наблюдаемые случаи туннельного перехода можно описать и как следствия перекоммутации исходных источников сигналов. Это означает, что понятие близости не сохраняется и пространство – не инвариантная конструкция в мире автоматов.

Является ли чем-то компактным каждый автомат или это сеть, синтезированная из множества исходных автоматов, посылающих друг другу сигналы по замкнутым контурам?

Тория не исключает такого варианта и не ограничивает себя понятием «текущее состояние», в котором был испущен данный сигнал. Не сводит к текущему состоянию конструкцию состояния элементарного автомата. А составные и исходные автоматы по своим сигналам не различимы. Не обязательно сигнал исходного автомата всегда короче, чем сигнал составного автомата. Таковы особенности теории ставшей последним ответом человеческого разума на вызовы истории человеческой же мысли. В этом ответе человеческая характеристика разума уже обещает утрату самой человеческой или животной составляющей и переход в иную, не биологическую форму разума. Это вдохновляет отцов-новаторов.

Надо отдать должное основоположникам теории автоматов, они ловко состряпали сво блюдо. Оно при предельной лаконичности средств смогли описать мир, до того находящийся в пределах придуманных Левкипом и Демокритом неделимостей. Атомы или продукт сдвига смыслов по принуждению поспешного наименования составных конфигураций элементарных частиц в молекулах остывающей вселенной – сами частицы, ныне именуемые точечными источниками физических полей – носителей и проводников обнаружимых нашими приборами взаимодействий – сильного, слабого, электромагнитного и гравитационного – теперь более не связывают человеческий разум цепями своей единственности. Не только мир квантовой хромодинамики или квантовой механики (хотя не может механика быть квантовой – это за пределами метонимии естественного языка) теперь обречн выступать на сцену для объяснения всего, не понятного обыденному разуму обывателя. Раньше ужас вызывали солнечные затмения, а сейчас спиральная кривая неведомой частицы в пузырьковой камере адронного коллайдера в Церне. Или любимого довоенными физиками синхрофазотрона.

Отцы теории автоматов романтического периода, когда адептам дискретной или, как скромно выражались в советское время – прикладной математики, казалось, что борода Творца вселенной вот-вот попадт им в руки, мыслили иначе, чем их диадохи в 80-е годы минувшего столетия. Главной задачей Артура Гилла и его современников было построение алгоритмов. Поначалу объектом этих построений были матрицы переходов автомата из состояния в состояние при получении одного, последовательности из двух, трх и более сигналов в виде умножения матриц или подматриц матрицы переходов.

Автору этих раздумий памятно субъективное переживание при придумывании алгоритма сборки в 1982 году на основе осмысления процесса поиска источника необращения времени.

Странно, но едва после очередной беседы с Вячеславом Сергеевичем Шебаниным, тоже выпускником Одесского университета имени Ильи Ильича Мечникова, во время написания этого текста – ректора Николаевского аграрного университета, а тогда – преподавателя кафедры высшей математики Николаевского филиала Одесского инженерно-строительного института, мне стало известно, что в случайной последовательности встреча участка подпоследовательности из повторов произвольного цикла может иметь неограниченную длину, как через пару дней сам по себе сложился алгоритм. Внезапность решения задачи описания случайного выпадения монеты, до этого произведенного тысячи раз, так что степень случайности ощущалась на уровне интуиции, поражала!

Вот произвольный случайный процесс выпадения монеты, а вот его сборка из интервалов 1 2 3 4 2 2 1 3 3 14 2 2 1 3 1 3 4 2 4 1 1 3 1 3 43 4 2 4 2 1 1 2 3 3 3 3 4 1 2 3 4 56 7 5 2 89 5 22 8 7 1 10 10 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Алгоритм закончил работу. Его нумерация неповторима. Работа алгоритма не зависит от начала и от порядка нумерации пар, троек и любых исходных интервалов. Они могут одинаково или по-разному нумероваться для разных последовательностей произвольной длины. Но, если, начиная с надцатого уровня, все остальные будут не иметь повторов, как их имеет второй уровень сборки данной последовательности из 40 знаков, то вся собранная симметричной нумерацией последовательность является либо случайной, либо осмысленной, которая подчиняется свойству строгой разнесенности и поэтому не имеет стыков, которые есть у любой случайной последовательности. Некто может усомниться в ценности этого измышления в силу того, что физиологи не обнаружили ничего подобного в нейронных сетях. Не спорю. Но эта процедура демонстрирует возможность моделирования работы подсознания на границы равновесной дискретной математики и неравновесной и не симметричной лингвистики. О чм несколько позже.

В данной последовательности есть циклы вида 110, они могут встречаться в псевдослучайной последовательности типа последовательности Какутани. Но там они встречаются постоянно, а здесь только считанное и заведомо меньшее, чем длина последовательности, число раз. Алгоритм точен и уникален. Его не нашли отцы-основатели теории автоматов, полугрупп и порождающих грамматик. Но больше в жизни автору так не везло. Все остальные алгоритмы были куда более громоздки и менее изящны.

Несомненным недостатком данной процедуры является изначально выбранный масштаб разрезки – в приведнном примере это число два! Но есть прекрасное число три, которое демонстрирует важнейшее свойство естественных языков, рассечнных на языковые семьи – не всеядность фонетического строя естественных языков друг относительно друга по заимствованиям. Вот пример троек, образованных из слова труд:

ТРУ Все шесть сочетаний являются фонетически допустимы. А вот пример с заведомо ТУР недопустимым звукосочетанием : мбвана – «господин» на суахили. Такого УТРо звукосочетания русский язык не допускает ни в каком случае. Даже вроде бы простое РТУ слово «мор» дат только три случая из шести: штОРМ, РОМ и МОР!

РУТа кУРТка Длина исходного интервала разрезки для последующей сборки не существенна. Более того, не существенно даже равенство собираемых интервалов. Главное это то, что, начиная с подпоследовательности достаточно большой длины повторных интервалов уже встречать не придтся! А если они упорно встречаются, то имеется какой-то не выявленный процедурой сборки порядок воспроизводства самой разрезаемой и снова собираемой последовательности. Тогда надо приступить к его поиску с помощью иного алгоритма!

Теперь рассмотрим, насколько может быть полезна схема теории автоматов для иллюстрации темы о мотивации новаторской деятельности как деятельности производной от гедонистической деятельности. Ниже разложенная таблица сопоставляет автоматным состояниям (их всего шесть – это строки) некоторые входные сигналы, именуемые обнаруженными тенденциями или экстраполяциями. На пересечении строк и столбцов в каждой ячейке модели гедонистической деятельности, сводимой ради и исключительно только ради обозримости моделирумой проблемы выписаны выходные сигналы. Это сигналы вообще говоря двух типов – пассивные или рефлективные сигналы субъективных переживаний;

и поведенческие решения. Все решения введены неисключающим союзом «или». Они в данном случае носят чисто иллюстративный характер.

В отличие от обычных произвольных схем, которые так любил рисовать незабвенный Вениамин Ноевич Пушкин и его коллега Поспелов, эта таблица выписана унифицировано.

Она не сводится к таблице переходов состояний. Для автомата типа «Гедонист» такая таблица банальна: это столбец, где перевод из состояния «Истощение» в состояние «Пресыщение» осуществляется сигналом «Рост ресурсов». Главная особенность таблицы образования выходных сигналов по входным и исходным состояниям в е замкнутости относительно новаторского поведения. Оно не достижимо в заведомо гедонистическом автомате. Он имеет выход в деятельность типа «Азарт», но не в деятельность типа «Новатор». Повторяю, это не конечная прикладная модель, обладающая силой объяснения, а демонстрация возможностей теоретико-автоматного подхода к описанию важнейшей части деятельности – е мотивации.

Привычная ставка на анализ способности к деятельности не актуальна! Куда важнее найти подходящий мотив или переход к нужному мотиву!

Это можно сделать только на ином поле факторов.

Таблица перехода внешних сигналов во внутренние при данном списке состояний Гедониста:

Экстраполяцион Депривац Дефицит Превышени Рост Накопление ные ия или Части е расходов Ресурсов Ресурсов сигналы Лишения ресурсов Над 4 1 2 доходами Истощение Боль Ужас или Страдание Надежда Страдание 1 Терпение или Бережливос ть Голод Паника Страх или Тревога или Поиск Увеличение 2 Поиск Сокращени Или Уход дозы е Удовольствий потреблени я Сытость Страдани Тревога или Опасение Выравнивание Гармонизация 3 е Поиск или потребления Удовольствий Сокращени е расходов Насыщение Тоска Опасение Увеличение Переход к Перенаправле 4 или дозы или Более ние Ускорение Сокращени изысканному Занятий удовлетворен е дозы потреблению ия потребност и Перенасышение Печаль Фобия Уменьшени Перенаправле Переход к 5 голода или е ние занятий более Бегство Дозы или Изысканным Бегство Потребностям Пресыщение Депрессия Депрессия Депрессия или Депрессия 6 Депресси или Или Рутина Выход за Или отказ от я Агрессия пределы удовольствий Допустимого диапазона жизни Дополнительные факторы тоже могут быть не полны, к примеру, не включать интенсификацию труда как не обязательную исходную среду для новаторства. Ведь данная задача – это демонстрация не структуры воспроизводства новаторской деятельности, а только намк на условия е возникновения в виде смены ведущего регистратора деятельности.

Точнее способа вычеркнуть или просто отложить неудобную или не допустимую деятельность (бесперспективную в деле е непрерывного завершения) в пользу ведущей или все потери компенсирующей исходной регистрируемой деятельности. Когда все суетности относятся к пренебрегаемым, а только данная – вс компенсирующая деятельность в точности замыкаема и не имеет потерь. У обычного человека – это сытость – центральное состояние гедониста – само по себе само отменяемое состояние. Оно не может быть возвратным как голод – минимальное состояние гедониста, ибо истощение чревато смертью.

Смерть не нест поведенческого смысла, так как в этом состоянии никакие входные сигналы не воспринимаются, если организм деятеля не перешл в режим анаэробного обмена как это принято в практике йогов.

Итого состояний шесть, а внешних сигналов - пять. На пересечении сигнала и состояния записывается выходной сигнал. Он в данном случае становится внутренним мотивирующим сигналом для данного деятеля, поскольку деятель находится в ситуации автокоммуникации, общении с самим собой при любом исходе. По любому деятель рефлексирует и отсюда решает: сохранять ли ему ситуацию подачи таких внутренних или внешних для его регистрации сигналов, или их избегать. Например, стоит ли наслаждаться тихой печалью, или лучше достичь радости в ячейке (3, 5). Стоит испытывать боль или лучше перейти к надежде? Для этого надо принять решение по поиску смены внешней ситуации с ресурсами внутри организма деятеля типа Гедонист – исходного для генезиса любого базового организма каждого деятеля.

Список дополнительных факторов задатся специальным столбцом, чтобы не нарушить обозримость ситуации выхода за пределы автомата типа «Гедонист». Вне рассмотрения остатся различение автоматов «Желание» и автомата «Намерение». К примеру, такое странное проявление депрессии как желание желать. Не чего-нибудь непреоборимого, как эротомания, приравниваемая к голоду, а желать хоть чего-нибудь. Тоже касается самотмены желания, эффекта сороконожки и других экзотических автоматных феноменов. Итак, факторы:

1. Синхронность ---------------- 2. Внезапность Импульс к творчеству.

Или аритмия 3. Внешнее однообразие ----------- 4. Внутренне однообразие ----------- 5. Внешнее разнообразие --------- 6. Внутреннее разнообразие Импульс к творчеству 7. Экзогенная боль -------- 8. Эндогенная боль Вытесняемый конкурент новаторства Гедонизм 9. Страдание ------ 10. Сохранение границ диапазона ----- Выживания 11. Выход за границы диапазона Вытесняющий конкурент новаторства: Азарт!

Исходное состояние: ПресыщениеДепрессия и е порождения: скука, рутина, равнодушие Все остальные исходы или реципрокно блокируются или безразличны для ситуации зарождения новаторства, поэтому против данного фактора стоит пропуск. Можно этот трансверсальный эскиз развернуть в таблицу, но для целей демонстрации ситуации выявления редкой и неустранимо неконкурентоспособной в плане мотивации новизны как выхода из хандры банальной борьбы со скукой это избыточно.

Разумеется, в случае необходимости решения задачи прогноза перспективы перехода данного гедониста в новатора хотя бы на некотором интервале его деятельности необходимо неоднократно подвергать проверке его выборы в ситуациях раздвоения исходов переживаний и решений. Ибо они взаимно препятствуют друг другу. Нельзя в точности следить за своими самоощущениями и одновременно отслеживать степень осуществимости принятых решений.

Когда один дельфин щебечет, остальные молчат. Нет, могучее подсознание и параллельно работающий мозг могут фильтровать сигналы из любого шума. Но это затрудняет работу внимания. Поэтому правилом является не подражание сверхвысокочастотному Гаю Юлию Цезарю, а строгое разделение и сосредоточение на одном деле. ИЛИ становится, вообще говоря, исключающим ИЛИ и происходит вытеснение рефлексий в подсознание, если имеется хоть какой-то ресурс для деятельности – обороны, агрессии, бегства, поиска – животного поведения или снаряжения, подготовки орудий, подбора и проверки исполнителей, их обучения и иных примитивных видов занятий, преходящих в деятельность через год после начала регистрации замыкания типа «голод- сытость» или «старое- новое», «привычное- героичное».

Если читатель проникся значимостью теории автоматов для преодоления современного кризиса знаний, то ознакомление с романтическим и абстрактно занимательным образцами этой мятущейся отрасли знания не будет ещ одной бесплодной «загрузкой» его отчаявшегося разума. Но в силу прагматичности части читателей, требующих точного указания той отрасли знания, в которой можно добиться успеха с помощью методов бывшей прикладной, а сейчас просто дискретной математики, ниже предлагаются примеры из области мотивации деятельности людей.

Для более или менее полезной иллюстрации таблицы переходов автомата из состояния в состояние ниже размещается таблица перехода от устремления к устремлению для некоторой популяции деятелей типа человек. При этом состояния автомата отображаются в мотивированные режимы деятельности, а их переходы под влиянием сигналов не на такте, а на довольно значительном интервале времени, начиная со смены ситуации в поле деятельности данного типа в его условно независимо действующей популяции, переходят уже не в режимы деятельности, а в эпизоды. Чтобы минимизировать путаницу и обеспечить хотя бы временную точность и прогнозируемость изменения наполнения популяции разными типами деятелей, датся трансверсаль отображения мотивов в эпизоды их реализации. Это имеет значение в связи с тем, что регуляция деятельности в группе совместной деятельности направлена на восстановление продуктивной и предсказуемой мотивации, а не девиантной или дезинтеграционной мотивации деятельности.

Ради симметрии даются три продуктивных и самоинтегрированных мотива и три дезинтеграционных мотива. К ним придаются наименования соответствующих эпизодов и демонстрируются сдвиги между ними.

Гедонизм – удовольствие (у – до – вол – ь – ст – вие, замечаете морфему «воля»);

Азарт – риск;

Новаторство – Инновация;

Мания - страсть (в отличие от удовольствия мотив страсти напоминает мотив нужды: е удовлетворение нельзя отложить до следующего появления в поле деятельности объекта страсти);

Фобия – Избегание или страх (в случае невозможности наджно избежать опасности);

Депрессия – пассивность (это блокирование желаний и даже намерений осуществить спонтанную, а затем и даже вызванную деятельность за исключением жизненно важных нужд). Итак, таблица смен состояний или режимов, состоящих из эпизодов, разумеется, тоже относительно циркадных ритмов:

Суперпозиция Лишения;

Голод;

Расходы Избыток Избыток сигналов Однообразие;

Разнообрази Больше Ресурсов;

Ресурсов;

От поля Выход за е Доходов;

Однообразие Разнообразие деятельности пределы В пределах Внутренне ;

;

Диапазона Допустимого Разнообразие В границах Колебания с Допустимого Для жизни;

;

Нормы выходом за Норма Пределы допустимого допустимого Гедонизм страх избегание удовольствия удовольствия удовольствия Азарт риск риск риск удовольствие инновация Новаторство инновация инновация инновация Риск инновация Мания избегание риск страсть Страсть Страсть Фобия пассивность страх страх Страсть удовольствия Депрессия пассивность пассивность пассивность удовольствия удовольствия Каждая клетка может вызывать сомнения. Поэтому проиллюстрирую возможность последней пары таблицы: Депрессия в условиях Избытка ресурсов (вместо роста и накопления, что в данном случае безразлично для эпизода) и разнообразия на фоне колебания в пределах, а изредка и с выходом за пределы условий обитания организма деятеля. Относительное разнообразие включает тягу к удовольствиям, что осуществимо при избытке, а очередное вступление в диапазон исключает тягу к риску. Новизна – это высокие требования к подавлению депрессивного покоя и при исходном режиме депрессии она не доступна данному деятелю.

Польза приведнной таблицы в том, что она позволяет более полно, чем это свойственно обычной исторической хронике, обычно игнорирующей девиантное поведение, описать явление гедонистического стока, в который срываются популяции завоевателей или мигрантов в случае попадания в благоприятную среду с минимизацией страданий. Здесь эти исходы вообще упущены, так как сведены к перерасходу ресурсов и выходу за пределы диапазона. Ибо при принятии решений они не учитываются, а маньякам, новаторам и рискнрам страдания вообще чужды;

гедонистов же они переводят в депрессированных.. К страданиям маньяки не чувствительны, а гедонисты гиперчувствительны. Для рискнров страдания являются активизирующими их деятельность специальными стимулами.

Процедура гедонистического стока или сведения разнообразия всех типов к двум – гедониста и погруженного в депрессию – описывается алгоритмом Гилла о преемниках.

Огромное значение проблемы гедонистического стока, впервые со всем осознанием значимости этого вида тщетности всех усилий переселенцев и завоевателей, передвигавших свои народы в области избытка всех потребительных ценностей, осознали арабские мыслители четырнадцатого столетия. Но современная история ставит эту проблему иначе, чем ибн Фадлан! Европейская цивилизация давно должна была бы разложиться, если бы этому не препятствовали какие-то особенности передачи культуры от поколения к поколению. Чтобы осознать всю уникальность этой проблемы, достаточно вспомнить о распространении наркотиков в современной цивилизации.

Избыток наркотиков в состоянии быстро уничтожить структурированное общество.

«Неполучение наркотика вызывает состояние абстиненции (воздержания), которое по многим показателям со стороны центральной нервной системы и поведения схоже с рядом других психических заболеваний (типа шизофрении и других). При этом характерным является психическая неустойчивость, стойкая бессонница, состояние депрессии. А период ремиссии после лечения чаще всего бывает весьма нестойким» (Филимонов В. И.

«Физиологические основы психофизиологии», Москва, «МЕДпресс-информ», 2003, стр.249).

Складывается классическая тройка: гедонист – маньяк – задепрессированный субъект.

Никакого исключения из вовлечения каждого следующего поколения в такой упрощнный путь к удовольствиям нет. Властелины отказываются от власти ради дозы, герои бросают оружие ради дозы, новаторы … А вот тут-то и происходит сбой. Новаторы не нуждаются в дозе, пока сами для себя производят новизну или внедряют инновации. Но сколько их – удачливых новаторов? А ведь наркотики известны с глубокой древности. Миллионы подданных раджей сидели на опиуме, а миллионы подданных Великого Инки – на листьях кокки! Алкоголь легко уничтожал тюрков и монголоидов, лишенных алкогольдегидрогеназы или ацетатдегидрогеназы в нужном количестве в их организмах. Почему же Европа не попала в эту ловушку, начиная с XIII, когда после Крестовых походов разные наркотики попали в е торговые сети? Почему сейчас, когда наркомания объединилась с ВИЧ инфекциями и СПИД-ассоциированными сифилисом, туберкулзом и гепатитом, поголовно не вымирают огромные города Запада? Что мешает? И какова вообще природа гедонистического стока? Может быть, пополнение рядов новаторов и рискнров происходит не только в ходе преодоления депрессии пресыщения?

Для ответа на этот вопрос, кроме анализа европейской системы образования (примеры этноса евреев и армян, которые сделали обучение грамоте частью национальной культуры, в плане устойчивости к наркотикам весьма характерны), полезно рассмотрение процедуры преемников. Логика оформления этой процедуры происходила от попыток разложить автоматы на подавтоматы на основы выделения подматриц. Sequential Circuits Mashines, как тогда называли автоматы, изображались графами переходов от состояния к состоянию или скелетными матрицами инцидентности. Инцидентность пары состояний, переходящих друг в друга либо спонтанно, либо при получении соответствующего сигнала, - это важнейшая характеристика самой таблицы переходов от состояния к состоянию. Вот пример такого графа:

----------------------------- Удовольствие -- избегание / Риск / \ \ \ / / | \ / Инновация | / / / Это граф перехода из состояния в состояние, где имеются обозначенные квадратами петли и обозначенные стрелками переходы из одних состояний (эпизодов вместо режимов ради точности) в другие. На его основе можно составить матрицу инцидентности или смежности маршрутов перемещения по графу перехода состояний. Она вытекает из вышеприведнной таблицы.

Следует отметить преимущества табличного метода перед осмотром графов. Хотя степень обозримости при осмотре графа несомненно выше, чем при осмотре таблицы, но если нельзя решить задачу агрегации, то есть задачу компоновки суграфов в графы, то многострочные таблицы обозримы, а не планарные графы вообще не обозримы и к текстам описания таких графов необходимо прилагать объмные модели. Это будет доступно немногим, автору такие случаи вообще не известны. Итак таблица инцидентности:

Состояния Гедонизм Азарт Новатоство Мания Фобия Депрессия Гедонизм 1 1 Азарт 1 1 Новаторство 1 Мания 1 1 Фобия 1 1 1 Депрессия 1 Табличный метод задания ориентированного графа удобен тем, что нет необходимости выставлять стрелки. Ясно, что из ячейки строки стрелка направлена в ячейку столбца и никаких недоразумений, связанных с ошибкой внимания не возникает. Наличие диагонали свидетельствует о возможности сохранения режима путм повтора эпизодов, иначе все деятели были бы больны тем или иным (не обязательно маниакально-депрессивным психозом) циклическим заболеванием психики. А в связи с этим были бы непредсказуемыми, как Иван Васильевич Грозный. Безумие деспотов – обычное дело, но чаще всего оно – результат управленческой перегрузки психики Властелина. И это очень затрудняет или делает опасным сохранение такого дезинтегрированного деятеля на прежнем месте в сети узлов обмена деятельностью при данном разделении труда. Иные циклы следуют из анализа расположения заполнения ячеек таблицы относительно главной диагонали таблицы – треугольников или более крупных циклов. Редукция таблицы к упрощенной матрице инцидентности дана ниже:

1 (1) 1 (2) 1 1 1 1 (3) 1 1 (4) 1 1 1 Данный цикл – режим воспроизводства трусости. Это заболевание заведомо носит антиадаптационный характер. Оно непреодолимо. Из-за него немногочисленная армия готов взяла Рим в пятом веке, а несколько большая армия турок взяла Константинополь в пятнадцатом веке, хотя в обоих случаях население обеих столиц позволяло организовать хотя бы такое сопротивление, какое оказали жители Тира и Карфагена войскам Александра и Сципиона. Таким же числом конкистадоры Кортеса разбили астеков, а казаки Ермака – татар и югорцев.

Опасность попадания в тот или иной цикл неустранима в связи с подачей на вход данного автоматного агрегата той или иной сигнальной последовательности. Но именно она и задатся историей в виде чередования избытков и недостатков ресурсов, лишений, страданий, напряжений, катастроф, смешений популяций и, наконец, замены агрегатов вообще! Ведь расчт этого синтезированного из миллионов организмов надавтомата делается в предположении, что ядро популяции неизменно. А значит, как распределение новаторов, гедонистов и рискнров и их девиантов – маньков, паникров и садистов, постоянно для тысячелетий смен поколений с одним и тем же распределением генотипов.

Вторжение инноваций в этот процесс и изменение культурного отношения к новаторам – это принципиально новый способ обращения социального времени за счт деперсонализации совместной деятельности.


Это происходит через появления безадресной передачи сведений и известий. Если эта замена слов смущает читателя, то можно переформулировать предыдущее утверждение в виде: введение школ и экзаменов. Отказ от назначения власть имеющих только по способностям. Переход к назначению по задачам управления, появление прессы взамен публикации законов на стелах. Или объявление их глашатаями каждый день на рыночной площади. Эти и другие проявления институционализации, именуемой не совсем точно цивилизацией или распространением городской культуры в ущерб сельской, что не всегда происходит необратимо, как это случилось в прошлом столетии в Кампучии (Камбодже) часто адаптивны на продолжительный период. Речь идт о сохранении распределения всех типов деятельности прежде всего в популяции городов.

Не всякая полинизация (от слова полис – город) деятельности гарантирует прогресс по Спенсеру и Марксу! Полная внутренняя деградация доисламских арабов, индейцев Мезоамерики, в первую очередь майя, чрного населения Индии (Мелуххи) и многих народов Африки – свидетельство непрочности неинституционализированной совместной деятельности, недостаточно насыщенной инновациями и отталкивающей новаторов. Это возврат в менее трудно воспроизводимую форму мобилизации труда ранних земледельцев – не более, чем удачный опыт далких предшественников красных кхмеров. Или Сапа инка.

Теория автоматов подарила мыслителям уникальные, далеко ещ никем не оценнные возможности насыщения описания и объяснения доселе никем не замечаемых проявлений деятельности больших масс людей! Романтик от дискретной математики Артур Гилл (утративший приставку его шотландских предков – МакГилл) настаивал на уникальности, как оказалось, напрасно пропагандируемых им алгоритмов. Кто умеет сейчас составлять таблицу пар состояний по входным сигналам (Гилл А. «Введение в теорию конечных автоматов», Москва, «Наука», стр. 92-93)? И кому это вообще нужно? Алгоритм всего из четырх шагов позволял определять классы эквивалентности состояний и после этого склеивать эти состояния ради повышения обозримости его таблицы переходов. А разбиение состояний на классы позволяет точно, а не в соответствии с исторически заданными категориями выделять нужные лингвистические конструкции для описания той действительности, в которую погружн ум данного новатора.

Нельзя сказать, что советские математики совсем проспали все достижения заокеанского коллеги. Учные из института кибернетики, основанного новосибирским академиком Глушковым, А. М. Богомолов, И. С. Грунский и Д. В. Сперанский выпустили в свет книгу «Контроль и преобразование дискретных автоматов», Киев, «Наукова думка», 1975. А их коллеги А. М. Богомолов и В. А. Твердохлебов написали и издали книгу «Диагностика сложных систем», изданную там же ещ в 1974 году. Но написанные на сугубо абстрактном языке они напоминали измышления Герона и Диофанта с той же, пока весьма печальной судьбой. Как и заросшие бурьяном плиты между корпусами их института кибернетики, продажной девки империализма по Аркадию Райкину, в Киеве, эти книги попали в руки весьма немногих читателей, а сейчас они просто выброшены из библиотек в макулатуру за ненадобностью. Списаны? как не востребованные и устаревшие, как будто знание такого уровня может устареть и быть вытеснено каким-то иным, более современным знанием?!?

Как напоминает это нам утраты той же Мелуххи с е городами. Многоэтажные дома, уникальная система канализации, Унитазы, ванны в домах знати, надписи на печатях, статуэтки жрецов и танцовщиц, чьи силуэты и типы лиц ещ можно разглядеть в лицах цыганских певиц и ромских барро в наших городах и послках. Часть популяции уцелела.

Через тысячелетия понесли цыгане навыки гипноза, ныне именуемого Эриксоновским – по имени шведа Милтона Эриксона, переоткрывшего его только в прошлом столетии. А что с остальными знаниями обитателей чрной Индии? До прихода ариев оставалось более лет, когда в огне гражданской войны сгорели города Хараппы и Мохенджо-Даро. Трудно породить инновацию, ещ труднее е сохранить! А ведь это были знатоки порошковой металлургии и использования алмазов для обработки металлов. Поклонники богов Шивы и Кришну. Чудовищ с чрной кожей, как и они сами. Никогда более среди чернокожих не было столько новаторов до той поры, пока уже в наше столетие Индия стала главной родиной программистов в сари. Как ганики из храмовых проституток стали математиками?

Задумайтесь над этим! Что было в этой измученной моголами и белыми сагибами популяции, если в ней открылся такой уникальный потенциал, едва она за счт новаторов вырвалась из ловушки гедонистического стока?

А. М. Богомолов и В. А. Твердохлебов благодарно ссылаются на А. Гилла. В конце своей книги они размышляют о методах построения диагностических тестов для распознавания исключительного класса автоматов (далее не упрощаемых путм склеивания эквивалентных состояний). При этом упор они делают на периодические последовательности. «Если к конечному автомату подавать на вход периодическую последовательность, то выходная последовательность, начиная с некоторого символа, становится тоже периодической. В этом случае переходы состояний автомата будут определяться движениями по циклу» (А. М, Богомолов и В. А. Твердохлебов, «Диагностика сложных систем», стр. 102). Этот вывод верен для любых конечных автоматов, включая и клеточные автоматы. Но для них переход в режим «зацикливания» потребует в миллионы тактов больше автоматного времени, чем для обычных конечных автоматов с мизерным числом состояний.

Некоторые скептики полагают, что если бы человек жил миллионы лет, он бы точно проявил свою машинную сущность, а так непомерно огромный объм его памяти этому препятствует.

Эти скептики верят в появление машин, которые превзойдут человека. А ведь космос доступнее для машин, чем для людей. Твердые кристаллические тела на силиконовой подложки не нуждаются в толстых свинцовых плитах для защиты от радиации, в тубусах с пищей и в извлечении отходов из контейнеров в открытом космосе.

Некоторый резон в этом скептицизме есть. Наибольшим источником новизны для человека является другой человек, затем идут животные, затем природа, а лишь затем – космология.

Но в целом это подозрение не основательно в силу того, что реальное время деятельности не автоматно! Неустранимая асинхронность любого взаимодействия делает элементом времени не такт, а интервал времени, который вовсе не равен всякому другому интервалу, как это имеет место в мире автоматов. Но для большинства задач, которые крайне важны для управления трудом больших масс людей и даже не осознаются в качестве задач экспертами, пытающимися обслуживать капризы своих заказчиков и прихоти властелинов и володетелей (обратите внимание на префикс «воля» в предыдущем слове) это не столь важно. Эти стандартные задачи вполне точно описываются языком теории автоматов. Иное дело, если решаются задачи стимулирования новаторской деятельности. Здесь придтся огорчить консерваторов. Теория автоматов тут не справится со сложностью непрерывно возникающих задач. Понадобятся поправки в духе процедуры сборки. Но до этого этапа всему человечеству надо ещ подойти.

Украинские авторы соображали, что для диагностики и распознавания автоматов нужного вида можно использовать большой набор средств. Им на ум пришло использовать «выбор нового (в данном случае иного) периода для входной периодической последовательности, приложение к автомату некоторого слова (отрезка иной последовательности символов) и далее опять приложение входной периодической последовательности;

приложение последовательности периодических входных последовательностей с различными периодами»

(указ. соч., стр. 104). Но именно это проделывают с конкретным деятелем различные циклы деятельности при выборе им специализации при занятии им личного места в разделении труда в системе вакансий данного общества. Только в отличие от автоматов реальные циклы подвергаются непредсказуемым сдвигам и смещениям, а компенсации восстанавливают циклический ход воспроизводства деятельности.

Так называемая регуляция деятельности или сфера духовности человека, собственно говоря, состоит из ряда рецептов по замещению вычеркнутой активности в ходе коллекционирования этих, заведомо не предсказуемых никем из людей сдвигов по всем циклам их материальной деятельности. Автоматная аппроксимация этого процесса невероятно сложна и пока она отдана на откуп интуиции или, кто хочет так думать, подсознанию.

О том, насколько теория автоматов похожа на деятельность, свидетельствует установочная задача Гилла: ввести автомат в выделенное состояние (Гилл, указ. соч., стр. 125). Именно эту задачу решает вся совокупность средств трансляции культуры от поколения к поколению.

Прежде всего, школа и система образования. Решает в основном неудачно. Школа нацелена на выявление талантов, а выявляет только хороших исполнителей давно использованных рецептов. Новаторы же появляются непредсказуемо. Зато рискнров можно выделить, если имеется соответствующий генофонд. Правда, теория автоматов сама по себе не дат ответ на весьма важный вопрос о наличии или отсутствии принципиальной разницы между деятелями типа «человек». Даже в конце прошлого века, в стране, пытавшейся утвердить идеалы равенства между людьми, в СССР наряду с таким независимым мыслителем, как Солженицын с его концепцией всеобщего равенства перед судьбой, появился и такой мыслитель как Лев Гумилв, считавший, что люди не равны от рождения!

Александр Исаевич дал слабину только перед смертью, заверив своим авторитетом труд «Двести лет вместе» - о несовместимости сожития славян и евреев, но и то, это была скорее реакция на неприятие его взглядов московской либеральной интеллигенцией в лице покойного Егора Тимуровича и других суржиков с примесью еврейской крови. Что касается сына двух великих поэтов очевидно тюркско-млнгольского происхождения – Ахматовой и Гумилва, то он отчтливо и ясно отвергал, что люди рождаются свободными и равными в правах со свойственным им стремлением к счастью. Но его концепция пассионарности не прошла скрупулзную проверку деликатных европейских историков из Оксфорда. Да и Лев Николаевич не очень заботился о точности своих выкладок. Так что и нечего там было проверять!!!


Анекдотично выглядит его попытка популярно пояснить отличие пассионариев и субпассионариев с применением слоганов из драмы Генрика Ибсена «Пер Гюнт» - Будь как все!, Будь самим собой! Ни то, ни другое не возможно: Будь как все! Означает равнение на худших из всех знакомых. А Будь самим собой похоже на Fortius! Altius! Или Быть выше и сильнее всех! Но Гумилв забывает, что эти слоганы – только упрощенная схема пояснения паладизма пассинариев и дальше начинает иллюстрировать внедрение этих слоганов в жизнь масс вс более детально. Его не смущает, что никто не знает, как это быть самим собой – это быть свободным что ли? Нельзя быть как все в силу необратимости времени. А описание девиантного поведения отдельных вождей кочевников – свободных только в особых или чрезвычайных обстоятельствах податся читателю как норма, хотя надо было провести серьзную источниковедческую работу, прежде чем обелять голословно тех же своих предков – монголов. На редкость бессмысленно свирепых завоевателей, тративших весьма дорогие гвозди для удовольствия забить их в черепа побежднных киевлян!?!

Его не задели ни умняки Валерштайна о мир-системах, ни взгляды Роберта Карнейро о принципиальном различии так называемых «вождеств» (Chiefdom ) и государств (Civitas ).

А это различие принципиально для каждого исследователя, который вслед за экзистенциалистами признат первоочердность учта такого фактора, как осознание человеком своей смертности. В этом Гумилв был солидарен с ему современными советскими марксистами. Ибо, как географ, он видел в человеке скорее животное, чем деятеля. Между тем, очень важно именно наличие двух способов комплектации корпуса власть предержащих в системе разделения труда и мобилизации труда больших масс людей.

И по способностям наличных претендентов на внимание своих современников, и соответственно, управление ими;

и по заранее утвержднным функциям потребного сообществу должностного лица, которым избранник или назначенец обязан точно соответствовать. Иначе, с ним произойдт то же, что произошло, если верить «Алтан тобчи», с родным братом Чингизхана Хэсаром (тысячником.). Только заступничество уже престарелой и больной матери, вывалившей грудь перед жестоким потрясателем вселенной, пока за е спиной прятался этот хвастун, спасло болтуна от ножа старшего брата. Его вина была велика. И даже не простительна для всякого монгола!

Младший хвастался обречнным на резню и сидевшим в яме пленным татарам (монгольскому племени, признанному виновными в отравлении Иесугэя-багатура - отца братьев Борджигийнов из рода которых его старший сын Тмуджин объявил себя Чингиз ханом), что наутро их всех перережут. Тогда обречнные решили умереть на подушках – на животах своих врагов – и заранее наточили ножи, и погибли в неравной схватке, унеся с собой множество соплеменников братьев-кровников. Как и китайская версия о знаменитом кагане гуннов Мо-ди, убившего своего отца стрелой-свистункой, чей звук был сигналом для нукеров этого мурзы к атаке на кого угодно, иначе смерть неверному нукеру, это «сокровенное сказание» рисует почти безразличное отношение к смерти у охотников и скотоводов монголоидной расы.

Если бы это отношение было абсолютным, то кочевники не только не пересекли границу так называемых трх поколений – по ибн Фадлану и Хордадбеху – но и не дожили бы до сего дня. Проблема цепи кавалерийских атак на Европу – киммерийцы, скифы, сарматы. Готы, гунны, болгары, авары, мадьяры, хазары, печенеги (буджанаг), половцы (куманы), татары.

Вся эта публика – показала, что державы кочевников менее долговечны, чем державы угнетаемых этими степными витязями земледельцев. Наблюдения исламских мыслителей из Ирана и Египта были точны, но их выводы носили феноменологический характер. Заражение такой болезнью, как цивилизация, поражавших как земледельческие этносы – занимавшихся подсечно-огневым насаждением маиса майя, или пашенным земледелием шумеров (оба этноса втянули в земледелие как охотников тольтеков, так и пастухов семитов) было преодолено уже в XIV веке. А попутно была решена проблема конокрадства, ради чего монголы двинулись 700 лет назад в беспрецедентные завоевательные походы. Впрочем, машины крадут и сейчас.

Не хочу поспешно отрицать наличие наследственной предрасположенности к мобилизации всего труда во время грозных природных или политических катастроф. Вулканических многолетних зим с впадающими в спячку животными – пищевым ресурсом людей;

взрывов вулканических кальдер, оледенением, наводнениями типа потопа, многочисленных привычных голодовок и прочих ужасов природы планеты, включая падения астероидов. Если к этому добавить завоевания, переселения и революции, то картина неестественного отбора популяций деятелей будет полнее. Факты из истории Нового света говорят о том, что этносы, переросшие неолитическую революцию и освоившие хотя бы примитивное подсечно огневое земледелие, в конечном счте выдерживали геноцид колонизаторов и с грехом пополам интегрировались в постколониальное время. А даже высокая резистентность по Льву Гумилву не помогала народностям, которые не только не могли взять в толк, почему нельзя присваивать чужое. Если оно кому-то понравилось. Но и тем из них, кто научился воевать европейским огнестрельным оружием. Вспомните, как превознеснное Вильямом Фолкнером племя чикессо, не считало нужным работать, а не желая потеть, покупали у белых негров для работы на полях под присмотром бывших охотников на бизонов. Хотя потомки вождей чекессо стали рабовладельцами, а простые воины – надсмотрщиками над рабами, в целом народ не выжил, а растворился в массе люмпенов страны Диксиленд – американского Юга.

Уважая огромную историческую эрудицию Льва Гумилва, его вклад в привлечение интереса к изучению средневековой истории, следует заметить, что вс-таки историки из Оксфорда – современники Рональда Толкиена – правы: пассионариев не существовало никогда! Мифы о героях Эллады и сокровенные сказания ставшего малочисленным буддийским народом монголов – не аргумент! Сочетание в одном деятеле маньяка, новатора и рискнра одновременно и постоянно не только не допустимо, но и не реально! Если бы такое было возможно, то самые фантастические антиутопии быстро бы смели цивилизацию с лица земли за короткое время. А суггестивные возможности таких как бы пассионариев, как Адольф Гитлер или Владимир Ленин, были ограничены ситуацией непредсказуемой катастрофы первой мировой войны и е шлейфа на протяжении последующих 30 лет. Этот шлейф событий произвл такое впечатление на современников, что они как бы забыли о всей предыдущей истории, в которой войны и их спутники – гражданские или домашние войны вс же занимают подчиннное положение по сравнению с периодами созидания и преобразования ландшафтов, о котором упоминает Лев Гумилв. Но не очень его подробно описывает. В отличие от Сыма Цяня!

Теория автоматов может только сформулировать условия диагностического эксперимента и протестировать уже наличную популяцию людей как автоматов на предмет наджности внедрнной в их совместную деятельность структуры мобилизации труда. А без мобилизации труда не возможны ни войны (обычные и гражданские), ни изменения ландшафтов, ни, тем более, освоение ближнего космоса. Собственно говоря, только разделение труда, эффект кооперации и мобилизация труда или перевод потребительной, игровой и переместительно-развлекательной деятельности в производственную деятельность и позволили людям вытеснить другие виды животных с большей части поверхности планеты и даже заглянуть в ближний космос – за границы непосредственного притяжения земли.

Родоначальники теории автоматов подарили нынешним адептам теории два важных понятия – эквивалентные пары достижимости (состояния достижимые друг из друга с одинаковыми выходными сигналами) и непосредственные преемники эквивалентных состояний. По этому поводу следует заметить, что в языковых конструкциях правильно построенной теории не должно быть эквивалентных состояний, они избыточны и являются ошибкой теоретика, который не заметил, что пользуется одним и тем же понятием как двумя различными.

В свете вышеизложенного примером такого понятия является понятие эксплуатации и понятие паразитизма. Эксплуататор рассматривается как паразит, присваивающий себе плоды труда других, как рыба-прилипала питается кусками жертв акулы, пользуясь своей скоростью и маневренностью при перехватывании тонущих обрывков тел, растерзанных огромной хищной рыбой. Перенос конструкции паразита из животного мира в мир людей обоснован только на небольшом интервале времени наблюдения. Любые животные – паразиты, так как живут за счт жизнедеятельности растений и созданного в процессе фотосинтеза кислорода. Поэтому говорить, что король-солнце (он же король Франции Людовик XIV) – паразит, это означает сказать банальность. Его подданные все без исключения тоже были паразиты!

Все люди поголовно эксплуататоры ресурсов планеты. Но не стоит мучиться муками совести, закрывать рот кисеей и смотреть под ноги, чтобы не раздавить букашку, как это делают отдельные индуисты. Планета вс равно сгорит дотла, когда солнце взорвтся в качестве сверхновой звезды, и никто на е поверхности не уцелеет. Если к тому времени разум приобретт иную, уже не человеческую форму, то он поселится в невообразимо сейчас далком пространстве. Но это не отменяет ценности достижений новаторов, ибо на страже их стоит необозримое ВРЕМЯ! Оно вс помнит и поэтому ничего и никогда в точности не повторяет. И в этом отношении неотличимо от Бога!

В силу всего этого термин эксплуатация должен быть устранн из всех научных трудов: он базируется на нелепой в наше время вере в неизменность и неограниченность во времени прогресса и бессмертии человеческого рода, а там и в личном бессмертии людей. А бессмертие всего живого не достижимо в силу тех же причин, в силу которых вс живое возникло и существует – в силу конечности числа актов катализа, лежащего в основе жизни!

Этот пример демонстрирует те особые требования к пересмотру научного багажа минувших столетий в связи с достижениями теории автоматов и в более широком смысле – теории алгоритмов. Кстати, автоматам смерть не грозит. Чтобы они превзошли людей пока не достаточно, чтобы они обыгрывали Гарри Каспарова в шахматы. Надо, чтобы их программам был привит квазичеловеческий цикл мотивов к деятельности. Разработка такого цикла важнейшая задача данного труда. Но об этом позже!

Гилл демонстрирует работу алгоритма поиска минимальной диагностической последовательности для определения эквивалентности любой пары состояний автомата всего из трх шагов (смотри А. Гилл, указ. соч., стр. 129) Для автомата из пяти состояний и двойственного алфавита как для входных, так и для выходных сигналов, при условии, что перемена состояний происходит стандартным образом: получил сигнал, испустил сигнал и перешл в иное состояние, диагностическая последовательность не длиннее четырх сигналов. А множество состояний может быть разделено на два класса эквивалентности.

Теория автоматов придат иной, чем до этого времени было принято считать, смысл историческому знанию. Иррационалисты считали его бесполезным, а рационалисты полагали, что на его основе можно раскрыть незыблемые законы развития общества и очень обижались, если открытые ими законы не срабатывали при их непосредственном участии.

Так случилось с марксистами-шестидесятниками, которые дожили до перестройки и не участвовали в разворовывании нажитого большевиками и их преемниками имущества. Эти несчастные социал-демократы и сейчас обижаются на мртвых Ельцина и Гайдара с живыми пока Чубайсом и Немцовым, обзывая их предателями идеалов перестройки.

Теория автоматов говорит об ином: видимость порядка или повторяемость некоторых характеристик событий на протяжении довольно долгого времени объясняется работой одного и того же автомата, у которого есть набор начальных состояний. Если выделить эти состояния и знать всю последовательность входных сигналов – всю. А не выборочно отмеченную хроникрами- летописцами в ходе записи известных им событий! То при понимании устройства автомата можно проследить последовательность его переходов и неустранимый след этих переходов – сеть институтов, порожднных в общечеловеческой культуре этими переходами. А отсюда можно ставить вопрос об унификации этих институтов как естественных или избыточных – того же института классовой борьбы против эксплуататоров. А вне репродуктивной работы этих агрегатных автоматов никаких идеальных законов развития общества нет! Ни частных, ни общечеловеческих!

Кстати, далеко не всем народам свойственно такое явление как знать. Украинцы так и не выделили из своих рядов аристократию. Этого не было у финнов, а в среде русских и мадьяр в конечном счте, пусть и частично иностранного происхождения, но знать возникла. Арабы не раз истребляли свою знать в периоды засух. Монголы е сберегли до времн Сухэ-батора (сам он был тайши – дальний потомок сына багатура – Чингизхана), а у евреев знать не сложилась ни в древности. Ни в современности. Между тем, как история формаций требует унификации в этом вопросе. Но в том же огромном Китае как бы эксплуататоры были, а знати по существу и не было. Конфуцианская система государственных экзаменов и непререкаемый институт семьи, в отличие о привычных для Европы бастардов (так сказать, по-украински «байстрюков») ни разу не привели к задержке социального лифта. И это при полной недемократичности всей структуры властвования в Китае. А ведь последние инонародные владыки Китая – манчжуры – близкие родственники корейцев и тысячелетние соперники монголов в борьбе за власть над Китаем – вырастили свою, очень похожую на древнескандинавскую – знать! Эти примеры демонстрируют, что знание конкретного автомата важнее универсальности схемы, напрочь отбрасывающей динамику развития ради максимальной общности картины развития человеческого общества.

«Дерево преемников есть структура, определнная для данного автомата М и заданного множества допустимых начальных состояний А(М). Структура состоит из ветвей, расположенных в последовательных уровнях. … Нулевой уровень дерева содержит единственную ветвь (начальное множество). Входной алфавит каждую ветвь на очередном уровне расщепляет на число ветвей, не большее числа символов в этом входном алфавите.

Они завершаются вершинами из множества состояний, в которые переходит под воздействием данного символа множество эквивалентных состояний предыдущего уровня».

(А. Гилл, указ. соч., стр. 136). Дерево преемников может быть бесконечным, но чаще всего она завершается некоторым циклом. Свойства ВРЕМЕНИ требуют, чтобы число переходов в рамках этого цикла были ограничено некоторым, произвольно большим числом. Если верить палеологии, то оно не столь велико, как мечталось в век Просвещения или Иллюминации.

Диагностический эксперимент имеет смысл, если имеется такая последовательность входных сигналов, что для любого начального состояния верно, что данная или аналогичная данной последовательность из символов входных сигналов переводит соответствующую ветвь из множеств состояний дерева преемников в одно единственное состояние – конечное состояние данного автомата! (там же, стр. 139). Длина этой ветви и есть длина диагностического эксперимента. Любой диагностический эксперимент человека над человеком есть обман. Иначе диагностик рискует нарваться на притворство, ибо любой исследуемый им человек не проще его самого и может подать себя в ходе проверки его дееспособности в особых условиях в ложном свете. Многие разведчики годами могут притворятся не теми, кем они являются. А злая шутка ветеранов войны после просмотра фильма «17 мгновений весны» -- «Так с кем же мы столько лет воевали?» свидетельствует о сомнительности всякого притворства. В сво время богомилы в Боснии и Болгарии притворно приняли ислам. И умерли в своей дуальной манихейской вере, но их потомки стали уже вполне правоверными мусульманами.

Однако общество, в котором только обман стал универсальным и единственным средством мобилизации труда, независимо от того, сознательный это обман, не возможно. К примеру, пропаганда американской мечты о чистильщике сапог, который становится миллионером или о ткаче из Ирландии (Шотландии, Италии) Карнеги, который стал стальным королм. Это противоречит теореме теории игр об игре с природой, в которой человек всегда проигрывает.

Или бессознательный обман. Примером последнего может служить примитивная религия, идеология марксизма-ленинизма, учение об анархии с его отрицанием неустранимости разделения труда в современном обществе.

Макиавеллизм – как обязательное правило достижения любой политической цели – ведт к распаду общества на стаи каннибалов, ведущие охоту друг за другом до полного истребления. Естественно, что массы гедонистов останавливают эту бойню в силу жизнелюбия, хотя их и обзывают филистерами, мещанами и научно – субпассионариями.

Нельзя усугублять коммуникативные сети между группами совместной деятельности обманом, насилием или использованием голодовок для лишних людей или людей, оказавшихся вне ролевой структуры производственного процесса – вне вакансий в системе разделения труда. Против этого выставляется защита – сеть безличных социальных институтов – общепризнанная моногамная семья, денежный обмен, нотариат, архив и прочие способы преодоления НЕОБРАТИМОСТИ ВРЕМЕНИ, ВРЕМЕНИ, попирающего вольное бытие больших масс людей.

Важным разделом первоначальной теории автоматов являлось диагностирование именно того состояния, в котором находится исследуемый автомат – человек или общество. Человек может изображать бьющий через край энтузиазм и на самом деле видеть себя таковым, а находиться в состоянии глубокой депрессии. А общество может находиться в состоянии глубокого упадка, а некоторые его правители видят его вполне здоровым, как в годы своей молодости. В 1991 году, накануне провала детской игры в диктатуры, названной ГКЧП, мало кто догадывался, что за сохранение КПСС не выступит даже маленькая прачечная, не то, что какой-нибудь Уралмаш или иной крупный завод.

Гилл на основе диагностического дерева строит входную диагностическую последовательность, позволяющую распознать по выходным последовательностям те состояния, в которых данный автомат застал диагностический эксперимент. С человеком такой опыт проделать можно, если он не может от него уклониться, а вот с обществом ситуация – куда хуже. Надо либо выждать потребную ситуацию, либо найти подходящую в прошлом несущего главную нагрузку в воспроизведении его системы разделения труда так называемого несущего этноса – не обязательно это будет титульная нация – казахи, русские картвелы. Может это будут армяне, немцы из бывших меннонитов, евреи или айсоры.

Исключительно важной является решение задачи об определении истинного состояния человека в качестве объекта воздействия – не столько для нанимателей, которые не допускают пьяных работников к работе, сколько для педагогов, особенно для ведущих индивидуальные занятия с учениками. От решения этой задачи зависит выбор воздействий на ученика. Поскольку педагогика и особенно дидактика насквозь насыщена автоматным подходом к человеку, решение этой задачи позволит избежать безумного расточительства педагогического труда в индивидуальном обучении.



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.