авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 ||

«1 Новизна и новаторство. (Этюды о единстве людского рода и безграничности культурных контактов) Посвящается моей матери: ...»

-- [ Страница 13 ] --

Правда, иногда и математики подходят к теме аксиоматизации легковесно. Тому пример книжечка новосибирского математика Сергея Юрьевича Маслова «Теория дедуктивных систем», изданная в 1986 году в Москве издательством «Радио и связь». Не выходя за пределы систем Поста, алгорифмов Маркова и математической логики, Маслов доказывает для непредубежднных читателей теорему о вымирании. Теорема гласит: «Для любого состояния Х и слова Р процесс (вероятностный процесс смены состояний в некоторой контекстно свободной грамматике) с вероятностью 1 переходит из Х в класс состояний, не содержащий Р» (указ. соч. стр. 86). Однако владельца дедуктивной системы тревожит не вопрос собственной смерти, а е сроки и возможная причина. Но теорема о вымирании никак не помогает поискам ответа на эти вопросы.

Ещ одним примером бессилия науки – на этот раз психологии – популярная работа несомненного новатора – великого советского психолога – Льва Семновича Выготского «Воображение и творчество в детском возрасте», переизданная в Москве издательством «Просвещение» в 1991 году. Опуская рассуждения об ассоциации и диссоциации первичного восприятия поля деятельности и впечатлений, из не вынесенных, вчитаемся в ссылку на французского коллегу нашего новатора: «При сравнении чернокожих с белыми, первобытных с цивилизованными оказывается, что при одинаковой численности населения непропорциональность числа новаторов в том и другом случае поразительна» ( в указ. соч., стр. 25). Выготский ссылается на отсутствие условий для развития творчества детей в Африке и наличие их в Европе. Вопросов нет!

Но если бы 7 тысяч лет назад европеоиды шумеры и хамиты египтяне не начали внедрять инновации, то человечество до сих пор ковырялось с костяной мотыгой в земле, выращивая маниоку, полбу и маис, вместо того, чтобы хотя бы краем глаза заглядывать в ближний космос. И в тех занятиях люди заметно бы отставали даже от термитов. Видимо, причина потрясшей Рибо разницы в доле новаторов в африканских и европейских популяциях в том, что европейские народы уже тысячу лет ориентируются на инновации, а двести лет назад новаторы победили консерваторов и гедонистов из среды своих аристократов в серии победоносных (буржуазных) революций! Чашники и табориты, гзы и анабаптисты, индепенденты и левеллеры, монтаньяры и эгалитаристы, анархисты и радикалы столетие за столетиями отвергали извечный порядок. И во имя естественных или прирожднных прав человека открывали дорогу свободному творчеству новаторов. Теперь пусть иные народы идут проторенной дорогой!

Серьзной проблемой является различение новизны воспринятой и новизны сотворнной или новосозданной. Новосозданная новизна – продукт инсайта или длительной фильтрации результатов поиска нужной комбинации, что происходит реже, но было при открытии законов наследственности Грегором Менделем, например, да и с Кювье было так же.

Десятки лет сын знаменитого репрессированного чекиста – Бонифатий Мхайлович Кедров ел труп Дмитрия Ивановича Менделеева. Ну, разумеется, не в прямом смысле слова! Нет! Он жил обобщением опыта этого безусловно великого учного по созданию известной его таблицы – лучшего из вариантов распределения так называемых химических элементов по атомным весам и валентностям. Как всем известно, форма этой таблицы по двум признакам приснилась автору во сне. Так было и с конформационной формой молекулы бензола и прочими открытиями во сне, ставшими классикой эпистемологии. Что является веским основанием для переименования пространственного Фрейдовского наименования подсознания «сновидным сознанием» новатора, в отличие от сновидного полусознания дельфина или кита-касатки. К сожалению, людям нельзя точно уяснить себе, чем именно подсознание животных и сновидное сознание людей сходны, а чем различны?

Поиск структуры воспроизводства неоднократно повторяющихся явлений или организаций пока, к сожалению, не удачен. Самая потрясающая воображение анатомов и физиологов организация зрительного анализатора примерно одинакова, что у моллюсков, что у позвоночных. Смотрите: вот линза каждого глаза – это хрусталик! Он состоит из штабелей… нет, не досок из лесопилки… а из плотно уложенных слов протеинов, связанных швами в виде кулачковых шаровидных суставов из полушарий и впадин между полосками клеток в каждом слое. Эти швы из суставов служат для сведения и раздвигания слоев при изменении фокусировки зрения на разное расстояние. Этот точно выполненный способ упаковки обеспечивает сохранение светопроницаемости глаза независимо от настройки на большую или меньшую волну видимого света или освещнность поля зрения. Сборка шарнирных швов предупреждает искажения при фокусировках. Благодаря этому мы перестраиваемся с дневного солнечного освещения на ночное электрическое, а с него той же ночью – с ламп накаливания на ртутные или галогеновые. Ни одно изобретение людей пока не достигло такого уровня технической реализации, хотя синтез кристаллинов и альбуминоидов уже доступен человеку. Но никто даже предположить не может, как и какие гены регуляторы собирают эти конструкционные белки в составе хрусталика. Тем более, что его совладельцы – позвоночные и кальмары – не имеют единой предполагаемой эволюционной лини предшествующих форм животной жизни. А примитивная картина эволюции с естественным отбором и управляемыми мутациями не может служить основанием для поиска по столь же наджным критериям, как достаточно точно определнные атомные веса и валентности для химических элементов в периодической таблице по Менделееву.

Но для узкоглядов и рутинров как удача, так и неудача в поиске – только частность и не более. Никакой заслуги со стороны того, чью голову хоть раз посетило божественное откровение, они не усматривают. Они поясняют: это просто ему первому пришла в голову такая мысль. Мы уже поняли. Это же очень просто! Мы едва ли не одновременно об этом же самом подумали и уже почти догадались. Только он нас опередил. Как это случилось? И сами не знаем! Разумеется, все эти оправдания – способ преуменьшить достижения новатора и избежать упрков в лени и некомпетентности (которая в этом случае совсем ни при чм).

Знания не во всм играют главную роль. Но они уплотняют фильтр для вычленения предпосылок для регистрации нового. Эти предпосылки не усматривают догматики и рутинры, которые потом обижаются на новатора, в чьм уме кристаллизовалось открытие или изобретение. То открытие, мимо которого проскочил их ум, как обижаются на зубрилку ленивые ученики в классе. Но новатор – не зубрилка, он – глазастый и увидел как бы нечто, невидимое иными.

Дальнейшее – экспликация открытия, его развртывание в новую дедуктивную систему, а собственно говоря, всякая долгоживущая система от клетки до организма животного дедуктивна, ибо располагает геномом – набором образцов для развртывания во времени своего репертуара катализаторов-ферментов. Экспликация нового открытия может приписать отрицание части прежних аксиом: «Эфиром как сущностью можно пренебречь». И этот, заимствованный у эллинских мифотворцев эфир – вещество, из которого состояли их боги – пропадает из трудов физиков- теоретиков. У лорда Кельвина он был, а в учебниках Лифшица, по идеям Льва Ландау написанных, его уже не встретишь!

Бывает и так, что новые аксиомы добавляются к старым. Так поступили Лобачевский, а затем Риман. Они сочли выполнение аксиомы Эвклида о параллельных прямых не глобальной, а локальной – подобно меридианам на поверхности шара у Римана или на поверхности седла в Казани у Лобачевского, где эти как бы параллельные прямые то сходились, то расходились, но правила о том, что перпендикуляр к ним обоим совпадает, не нарушали (а если и нарушали, то только на бесконечности), то есть как бы сохраняли часть прежних свойств параллельности и все теоремы о треугольниках. Эти линии с неизменными векторами передали кривизну слоям их. Но, из-за их размещения на кривой поверхности, что при малой окрестности обнаружить не удавалось.

Ведь Эратосфен со своими верблюдами и сектантом с клепсидрой, бродящий по высыхающей Сахаре, чтобы уточнить сво мнение о шарообразности земли согласно гипотезе Евдокса, шарообразности, заподозрнной моряками, ожидавшими корабль, появляющийся из-за горизонта по частям, и замечавшими, как он вырастает из-за горизонта, тоже был упрямый и глазастый. Но ему не поверили. И тысячелетие спустя никто не хотел даже думать, что он живт на шаре, который болтается в пустоте. Затем с этим согласились, но с одной поправкой – это самый большой шар из всех возможных. А тут новое огорчение.

Николай Коперник пришл к выводу, что этот шар – так себе. Ничего из себя не представляет и солнце, а значит, и другие звзды намного больше. Но и на это, в общем-то, наплевали. А тут Галилей вс это рассмотрел в телескоп! И мировоззрение примитивной очевидности смертных потерпело сокрушительное поражение.

Хорошо, но тогда зачем сожгли на площади цветов философствующего балбеса из Нолы – очередного мученика свободомыслия Джордано Бруно? За диалог о героическом энтузиазме?

За дружбу в еретической Англии с одним из прототипов Гамлета – лордом Филиппом Сидни, судьбу которого пару столетий спустя повторил другой лорд – Джордж Байрон? Правда Байрон отдал жизнь за свободу Греции, а Сидни – за свободу Нидерландов. Нет! Ни диалоги, ни английские еретики тут были ни при чем. Его спалили за еретическую мысль о множественности миров, которую ноланец извлк с помощью дедукции из учения Николая Коперника.

Снова не совсем понятно: стоило ли это дело дров? Может инквизиторам было бы лучше удавить потихоньку еретика в камере венецианской инквизиции, а не этапировать его в Святой город, допрашивать, судить, пытками выбивать покаяние? К чему вся эта петрушка?

Какая разница пастве отцов-инквизиторов, на какой земле они проживут отведнное им время? На круглой, плоской или кубической? И кому было до этого дело, кроме штурманов Фернандо Магеллана ли Фрэнсиса Дрейка, идущих по Тихому океану обратно в порт приписки?

Кто помнит имена отцов-инквизиторов, судивших Джордано Бруно? Всю вину свалили на злобную католическую церковь с е регулярно избираемыми папами – пожизненными монархами. А дело в том, что сожгли на Кампо ди Фьри не просто еретика. Сожгли программный блок новой дедуктивной системы. Не той, что записывается с помощью эллинской буквы сигма в книгах математиков прошлого столетия, а той, которая вступила в единоборство с дедуктивной системой Нового завета! Но найдутся скептики, которые напомнят, что монахи-инквизиторы в упор не видели текстов Нагорной проповеди с е непосильной для них моралью, давно забыли и о Десяти заповедях и были погружены в обычное язычество, только без свойственной античному язычеству веротерпимости. Почему бы им и не сделать вид, что не было никогда никакого ноланца? Но это препятствовало сохранению в их подсознании целостности их собственной дедуктивной системы Как это так? Земля – рядовая планета, которая находится на задворках вселенной. И Творец не обязуется следить за балаганом, в котором они представляют якобы его интересы.

Получается, что они – бесхозные и самоуправные шныри, присвоившие себе права религии?

Эта мысль заставляла их добиваться покаяния и от Бруно, и от Галилея, чтобы убедить себя в достоверности удобной для их компетенции картины мироздания. Одно дело, когда беглец в Лондоне развлекал скучающих жн английских мореплавателей, совсем иное, когда Блез Паскаль обозвал себя и своих современников мыслящим тростником, что было вполне в духе Христа, но не в духе Святой матери католической церкви. Получается, что и наджно избранный наместник Бога на земле – папа римский – тоже тростник и ничего больше?

Опасная штука – дедукция!

Можно, конечно, собрать коллекцию из Джордано Бруно, Мигеля Сервета, Уриэля Акосты, добавить Баруха Спинозу и написать книгу «Герои и еретики». Внести туда, как это сделал Томас Кун перевод англо-латинского термина «паттерн» на язык эллинов – парадигма и описать целый ряд научных революций: Коперниканскую, Картезианскую, Релятивистскую, имени Вернера Гейзенберга и прочих. Но это будет не очень конструктивно. Во-первых, из за необозримости понятия научная парадигма – что в него именно можно включить. Во вторых, из-за неправомерного переноса термина «революция» из сферы политики в сферу эпистемологии.

Возьмм того же Альберта Эйнштейна. По отношению к Нильсу Бору и Вернеру Гейзенбергу он сыграл роль, подобную роли Мартина Лютера по отношению к Томасу Мюнцеру. И его не оправдывает фраза: «Мой Бог не играет в кости». Когда он ввл абсурдное для Эвклидовой геометрии понятие кривизна пространства, он пытался спасти классический подход к естествознанию, когда естествоиспытатель останавливается на пороге атомизма Демокрита. Но атомисты считали пространство пустым, лишнным содержания вместилищем, а не местом обитания неких полей. Этим полям там, в пустоте не за что держаться и нечм питаться. О какой кривизне может идти речь? Мыслитель, изгнавший эфир из системы аксиом классической физики, втихомолку впустил его через чрный вход.

Если само по себе пространство искажает траекторию сигнала (правда неясно, почему у сигнала должна быть вообще какая-то определнная траектория), то это уже не пространство, а среда – нечто подобное воде, воздуху, стеклу или иному тврдому телу.

Только маленькие дети поражаются, когда ведомый их ручками магнит заставляет бегать иголку на поверхности стального листа: и лист притягивается, и игла притягивается – как же лист не мешает магниту водить иглой, если он – магнит – е не касается? Дети постарше соображают, что в листе есть дырочки, только они не видны глазу. Кто не верит, пусть проверит и побеседует с участниками несложного эксперимента.

А теперь давайте поразмышляем, зачем вообще нужна пустота? Пусть элементарные мкости или просто сущности – на эту роль можно пригласить субэлементарные частицы – кварки, глюоны и им подобных актров – играют роль и пустоты, и поля, и источника излучения, и точечного источника поля. Разумеется, это будут автоматы – что же ещ? Если они поглощают любой сигнал, то наименуем их пустой тьмой или как-нибудь страшнее.

Если они возвращают или отражают любой сигнал, то это зеркала из тврдых тел и каких-то массивных адронов. Если они переадресовывают сигнал тем сущностям, с которыми во время прима они находились в контакте, то они тогда либо проводники сигнала, либо вращатели его. Вращение – не обязательно свойство самих элементарных мкостей (это шутливое название нацелено на сохранение иллюзии преемственности классического и автоматного подхода к естествознанию), оно может быть результатом перекоммутации контактов между автоматами, что категорически отрицали сторонники школы Аристотеля.

Иначе говоря, речь идт об отсутствии метрики у сети сообщающихся между собой с помощью сигналов автоматов.

А поле тяготения, центробежные или центростремительные силы – вс это свойства конфигураций контактных сетей из исходных автоматов и не более. Картина выглядит удручающей ересью и жаль, что нет уже инквизиции, чтобы сжечь е автора. Но заметьте и Эратосфена воспринимали не более как шутника. Пусть себе вычисляет радиус Земли и е расстояние до Солнца – этим он никому не мешает!

Новизна воспринятая, как природа порожднная, никому не мешает и ничем не отличается от разнообразия. Вот иное дело, когда какой-нибудь пилот поверит в то, что Земля – это шар и убедит их католических величеств послать его в Индию не на Восток, а на Запад, то он станет не Христофором Колумбом (Голубым), а Кристобалем Колоном – адмиралом Океана моря. И тогда он войдт в историю в отличие от Лейфа, сына Эрика Рыжего, викинга, высадившегося на Лабрадоре за полтысячи лет до странствия Колумба. Нельзя исключить, что в Америку заносило суда финикийцев, китайцев, ирландцев, что туда плавали гуанчи с Канарских островов, но никто из них не выбивал на базальтовой стеле гордые слова: «Я открыл Новый свет». Они не видели в своих странствиях ничего нового – так тайфун занс куда-то и вс! Кто удивлялся своему везению, а кто-то огорчался невозможности вернуться назад – ничего особенного. И тем более, не собирались налаживать регулярное морское сообщение с вновь открытыми землями. А прятали сво знание поглубже, чтобы втихаря его применить в самое тревожное для них время. Не применили. Это вс пришлось делать дону Альмиранте Кристобалю Колону.

Только тот, кто сам породил новизну и ещ и осознал это, мог стать настоящим новатором.

Так было с Пьером Ферма, с его далким донором из Александрии – Диофантом, с Коперником и Ньютоном. Ферма проникся умом Диофанта, а Ньютон – гением Кеплера и Тихо Браге, оценившего достижения соратников Улугбека (Мухаммеда Тарагая). Для пассивного умника, типа Омара Хайяма мудрость оборачивается умничанием. Но для читателей поэта и это достижение – много даров для их поверхностного ума.

Умники усваивают алгоритмы пошагово. Процедуры не выучивают из-за их необозримости. Идея целые столетия ждт знакомства с нею мозга, ей соответствующего, способного, как правило, в более громоздкой форме воспроизвести сделанное новатором донором. Пример тому – дамасская сталь. Булат Аносова и близко ей не соответствовал, а углеродные нано-трубки в е составе разглядели в электронный микроскоп только в конце минувшего столетия. Но как из обычной индийской стали с органическими добавками кузнецы из Дамаска выковывали подобные клинки в домашних условиях в примитивных кузнецах, пока их поголовно не вывели в подземелья Самарканда Воины монгола Тимур Ленга (Железного Хромца)?, пока так никто и не догадался. А Тимуридам было не до развития промысла сирийцев. Чей язык они даже не понимали. И тем более, не стремились научиться делать такую сталь сами.

Печальное явление – имитация инноваций творцами систем, к каковым следует отнести и теорию пассионарности Льва Гумилва – ему она служила отдушиной в его несправедливо изгаженной и родителями, и властями жизни. Но для его поклонников она сыграла печальную роль оправдания их отказа от попытки серьзно разобраться в современной истории собственной страны. Как это удобно: раз нет нужного числа пассионариев, то пусть в России господствует цезаризм с его фальшивым сенатом в виде думы с советом федерации Президент передает свою власть путм назначения соправителей. Ужасный прогресс для монархической полудикой страны – какое счастье для е подданных оказаться в Риме первых веков новой эры.

Увы, логика – не панацея от ошибок. Modus ponens - это удобное правило вывода, но уже modus tollens с его отрицанием не позволяет новатору выйти достаточно далеко за пределы своего времени при построении своих систем. Кант быстро, минуя всяких Шеллингов и Фихте, превращается в Гегеля времн Науки логики. До времн Вайнберга и Салама детерминизм оставался господствующей догмой, охраняющей последовательность мышления от всяких чудес и нарушения законов сохранения или симметрий чтности пространства, времени, энергии, спина и странности частиц. Спонтанность пустили по особому лимиту – через неравновесные нелинейные состояния и только в сильное взаимодействие внутри протона или нейтрона. В жертву калибровочной симметрии принесли детерминизм в очень ограниченном пространстве внутри элементарных частиц.

Само утверждение о наличии четырх и не более фундаментальных взаимодействий – двух дальнодействующих: электромагнитного и гравитационного;

и двух близкодействующих:

сильного и слабого- это проявление высокомерия учных-физиков. Вместо того, чтобы исследовать все неясности здания теоретической физики и установить исчерпываемость всех объяснений именно этими, а не иными взаимодействиями, решили сосредоточиться на их объединении. Вот не могут рассчитать силы притяжения в исследуемых космологами галактиках: вроде они должны разбегаться, а они держатся кучно, почему? Не придумали иной причины, кроме наличия скрытой от радиотелескопов массы внутри этих галактик, а то, что их связывает неизвестное земному наблюдателю взаимодействие, даже не предположили.

Индетерминизм в виде спонтанного нарушения симметрии и сейчас не связывается с неустранимой асинхронностью всех взаимодействий, независимо от того, что или кто служит переносчиком в данном взаимодействии – фотон, электрон, нейтрино, глюон, мюон, бозон Хиггса или никем не обследованный гравитон. Ум детерминиста не склонен принимать даже предположительно, что время прима сигнала – медиатора взаимодействия и время смены состояния частицы – адрона или тау-гиперона – не могут быть синхронизованы ни с соседними испускателями частиц-медиаторов, ни с предыдущими примами и испусканиями частиц отсчтной частицей. Осцилляции нейтрино с электронного в мюонное и обратно не считаются обычной спонтанной сменой состояния, а мыслятся как экстравагантное поведение экзотической частицы.

Подобным же образом спонтанная активность нейрона выдатся за отсроченную его реакцию на неведомое прошлое возбуждение. Почему она отсроченная, чем был занят в это время нейрон? Об этом детерминисты даже не думают. Не беспокоят мудрую головку свою туманными предположениями. Непобедимая вера в отсутствии временного зазора между стимулом и реакцией в живом организме – подобии телефонного провода по Клоду Шеннону – делает сомнительным способность нейрофизиологов когда либо обнаружить подсознание задачами типа опроса: «Перед Вами стена, в ней много дверей. Откройте любую. Что Вы увидели за ней?» Трюк известен много десятков лет. Но, как и трюк с опытом Юнга по извлечению карт из колоды или шашек из мешка с предварительным предположением о масти карты или цвете шашки, он не используется в качестве проверки смены состояния подсознания человека в процессе его участия в сложных психологических экспериментах.

Автор этих размышлений сотни раз объяснял своим подопытным, что если с помощью бросания монеты переводить в зависимости от выпадения той или иной стороны монеты монетки из двух равных кучек из одной в другую, то независимо от числа монет в кучках игра неизбежно закончится. Если у подопытных был опыт игры в котл, то они обычно соглашались с этим. А если это были студенты, прослушавшие курс теории вероятности, то они сопротивлялись из последних сил. Были и такие, что ночи напролт бросали монету и переводили монетки из кучки в кучку, постоянно наращивая число монеток в исходных кучках. И с возмущением убеждались, что игра заканчивается независимо от увеличения числа монет, в ней применяемых! Теорема Норберта Винера об игре с природой, в роли которой выступала падающая монета, неизменно подтверждалась, что глубоко ранило психику студентов. А если ещ выпадения монеты в их сознании служили для работы алгоритма сборки, то подсознание студентов свирепо бунтовало.

Получается, что современное образование наносит вред способности обученного вузами специалиста усваивать новое знание, доступное практикам, но не осознаваемое ими.

Жаль, что сторонники схемы S - R не задумывались, что это схема также требует первотолчка, как и картина мира по Исааку Ньютону. Если первый стимул не был заложен в структуре первого организма, то он не мог бы вызвать адаптивную реакцию этого организма.

А значит, этот организм бы вообще не выжил. А, следовательно, и не эволюционировал в организм самого сторонника детерминизма. Кто тогда смог этого сторонника получить в реторте? Не удивительно, что все детерминисты ищут Абсолют, на которого возлагают груз работы по обеспечению адекватного первого толчка.

Но, то что было прогрессом при Аменхотепе IVили Эхнатоне, египетском реформаторе религии, когда бог солнца становился главным подателем благ, никак не может быть инновацией в современном мире. Солнце – источник всего. Абсолют – то, что от солнца. А иначе говоря, кий мирового бильярда подобен Творцу. Так яростные сторонники примата разума над всеми критериями истины вернулись туда, откуда они удрали. Если прибегнуть к пантеизму, то бестолковые ссылки на природу или природу порождающую по Спинозе, ничего нового в этот конфликт не вносят. Необозримая природа или таинственный Творец?

Хрен редьки не слаще!

А там грядт дефицит водорода, повзрываются и угаснут звзды и спор детерминистов и индетерминистов в остывающей вселенной замрзнет, как и все остальное. Цепенеющий от мрака и ледяных объятий пустого космоса мозг (в воображении мыслителя-пессимиста) не сможет настроиться на поиск истины.

Найдутся скептики, которые после прочтения авторского панегирика индетерминизму, засомневаются: не издеваются ли на этих страницах над ними? Ну, ясное дело, что чем дальше в лес, тем больше дров, чем больше экспериментов и наблюдений, тем больше неувязок с высокой теорией. Но чтобы отбросить законы сохранения или симметрии количества энергии и частиц в прошлом и будущем? Это явно слишком! Это же возвращение во времена, когда взрослые не только сочиняли, но и охотно слушали волшебные сказки.

Именно так сочинялись тексты сказок Базурга ибн Шахрияра, ставшие предтечей сказок Тысячи и одной ночи. Их слушали на рынках Каира и Басры взрослые люди. Но кто в них поверит сейчас? В сказках не действуют законы сохранения. А вместо них по произволу колдуна, знающего не очень понятное заклинание, из ничего появляются полезные или вредные предметы. В сказках фигурируют герои, которых нет, и никогда не было. Так в одном из эпизодов приписанного Базургу ибн Шахрияру – новому мусульманину из Басры – капитану дальнего плавания сборника «Чудеса Индии», упоминается дракон, который живет на туче и оттуда пожирает жителей селений. Хвост танина свисает с тучи и волочится на земле. Рассказчик видел всю эту картину самолично. Задним числом его можно понять: когда он на базаре в Китае увидел череп тираннозавра, он уверился в существовании дракона, так как ему и в голову не пришло, что окаменевший череп сидел на свом туловище в качестве головы у чудовища 67 миллионов лет назад. А когда по дороге обратно этот исламский мореплаватель увидел хвост смерча, свисающего с тучи, да ещ и услышал от индийского лоцмана о том, что этот хвост сметает города. То он сразу решил, что это хвост от той чудовищного размера головы, которую пару месяцев тому назад он видел на базаре в Китае.

Вс это случилось тысячу лет тому назад. За эту тысячу лет легковерие у естествоиспытателей несколько уменьшилось. Но если через тысячу лет исследователи не остынут к вопросам устройства вселенной, то не будут ли они так же недоумевать по поводу тех же электронов и протонов, о которых ещ 200 лет тому назад и слыхом не слыхивали, зато сейчас они – венец бытия почище Кантовской вещи в себе! Так стоит ли требовать замены нейтрино, мюонов, электронов и иных лептонов на непонятные конфигурации каких-то автоматов, то, что же получается: всем заново переучиваться надо? А может, не стоит спешить поперд батьки в пекло? Настанет время, и всех заставят переучиваться? Это зависит от внутреннего согласия новаторов!

Такие или подобные этим рассуждениям мысли приходили в голову собеседника Петра Великого Готфриду Ляйбницу (Лейбницу), когда тот решил скрыть от учной публики свою рукопись о теории совозможностей, а оставить только рукопись о монадах. Но автор не имеет авторитета Готфрида Вильгельма, не ждт гонорара за свой труд и не опасается говорить глупости – лишь бы в них была логика. Тем более, что речь не идт об отмене пространства или времени и не разбирается многотомная и чрезмерно громоздкая теория струн, требующая пространства вс возрастающей размерности – с 26, 32 и более размерности. Не проще ли отказаться от всякой размерности и освободить свой ум для более прикладных задач, чем рафинированное развлечение теоретиков в эпоху относительно дешвых типографских услуг и отсутствия электронных библиотек.

Линейным качеством новизны является е мкость развртывания. В разобранных выше примерах она максимальна у колеса. Эта инновация повлекла за собой такие глобальные изменения в истории людей, что даже умение сберегать огонь пока не смогло обогнать по мкости это нововведение, особенно после того, как завращались турбины динамо-машин или генераторов электрического тока, чтобы вызвать лабораторные молнии. Но обычные, а не так называемые шаровые! Поток производных от исходной инновации технических и интеллектуальных нововведений вполне наджная характеристика степени соответствия новизны данного открытия или изобретения тому состоянию (нет, не автомата, а) человеческого общества, которому удалось сохранить эту исходную инновацию.

Степень насыщения инновациями на данном для нашего наблюдения интервале интеллектуального развития общества вполне характеризует самая известная в мире химическая смесь – порох. Изобретнный даосами как антисептик, он сотни лет использовался для развлечения пресыщенного императорского двора в виде фейерверков. Его военное применение почти на две тысячи лет отстало от времени получения этой смеси. В качестве средства запугивания монгольской конницы пороховой китайский самопал без пуль сильно отставал от греческого огня, переизобретнного перед Первой мировой войной в качестве огнемта рядовым германским пожарником. Насосы для метания этой полужидкой смеси появились ещ чуть ли не при Архимеде, благодаря изобретению сначала форточного, а затем и шарикового клапана. Осталось смешать легкие фракции нефти, серу, оливковое масло, добавить гремучей ртути и иные несложные компоненты.

Но довольно быстро порох стал начинкой для метательных глиняных ядер и попал в заряд для тюфяков – примитивных арабских пушек. Из тюфяков образовались иранские и испанские бомбарды, из самопалов чехов – аркебузы и мушкеты, а замена фитиля на кремнвый замок позволила ввести в бой фузеи, которые окончательно вытеснили лук и стрелы, использованные ныне в спорте. А до этого 12 тысяч лет луки не имели конкурентов, исключая ливни, при которых размокала тетива, в неконтактном сражении. Тогда пика и сабля спасали положение сражающихся воинов. Патрон со встроенной пулей окончательно вытеснил луки, пращи и камнеметалки в далкое прошлое. Скрип самбуков, скрежет катапульт и вой баллист и онагров сменился громом артиллерии.


Огнестрельное оружие выиграло состязание у арбалета с появлением бездымного пороха и осветительных ракет на парашютах. Теперь громоздкий стальной лук на прикладе ушл в арсенал частей специального назначения из-за точности стрельбы и полного отсутствия шума. Но пока в ходу снайперская винтовка, задействованная куда чаще, чем это старинное оружие. Что касается сариссы македонцев и ассегая зулу, то сейчас это оружие для детей или, что то же самое, для взрослых любителей истории. А ведь палка с привязанным на е дальнем конце куском острого кремня 80 тысяч лет назад спасла людей от истребления гигантскими кошками – пещерными львами и в этом плане будет чем-то покруче колеса. Но мкость этого примитивного изобретения заканчивается ассегаем африканского сахема Чака зулу в первой половине позапрошлого века. Кстати, император Жук – Чака со смешком воспринял рассказ беглых английских моряков о том, что земля – круглая. Он взял дыню, положил на не семена и начал е крутить. Семена посыпались с дыни. Вождь рассмеялся.

Он казался себе очень здравомыслящим, потому что белые не смогли ему ничего возразить.

Нынешнее уважение к титулу учного сродни страху преемников предательски убитого африканского героя перед знатоками огнестрельного оружия, изобретнного белыми тупицами в смысле здравого смысла, но очень опасными колдунами в плане умения истреблять сильных воинов без риска получить ассегаем в брюхо.

И, конечно, же надо вспомнить огонь, освоенный 600 тысяч лет назад. Он остатся чемпионом по длительности жизни в истории. Он до сих пор пылает в тепловых машинах и дизелях разного рода, только недавно на кухнях горожанок его потеснили микроволновые печки или плиты, но история ещ не закончилась. И то, что Вы дочитали до этого места – тому доказательство!

Ещ одним важным глобальным свойством новизны является е усвоение и воспроизводство данным обществом. То же, не раз упомянутое шумерское общество. Что мы знаем о нем, самом документированном из исходных городских сообществ с более или менее унифицированным этносом? Сын Солнца Утту и Луны Нинсун Гильгамеш (2700-2600 годы до новой эры, современник унификации шумерской колесницы с парной упряжкой цугом из четырх куланов), лугаль или царь Урука известен! Первый царь, силач Этана и друг дикаря силача Энкиду, тот же Гильгамеш, как собеседник бессмертного героя, выжившего после потопа Ут-Напиштима – известен! Энси – распорядители храмовых хозяйств в храмовых центрах или городах-теллях из сырцового кирпича под названием Ур, Урук, Эриду, Ниппур (Место пресечения), Сиппар (Город Птиц), Ларса, Киш, Ибира Лагаш (обител анунаков), все эти населнные тысячами воинов и рабов скученные послки вокруг храмов Э-сагила и башен Этеменанки известны. Лугали (большие хозяева) Эанатум и Урнамму с Эби- Суэном известны! А ни один культурный герой с прототипом в лице изобретателя кладки пирамид Имхотепа – не известен?!?

Это свидетельствует о быстром старении изобретения колеса и повторах его в виде истории с велосипедом. Ведь если развитие городской цивилизации законосообразно, то повторные изобретения часты. А если они уникальны и только путм заимствований остальное человечество приобщается к этим сокровищам прошлого, то никаких законов развития общества нет, и такого развития быть не может!

Вс, что шаг за шагом внедрялось в культуру, начиная от первой расколотой гальки и сотни лет поддерживаемого синантропами кострища в пещере Чжоу-Коу-дянь до космического челнока, некогда было новым, ибо не изымалось и не возвращалось внутрь процессов природы. Хотя питекантроп, ударявший гальку о гальку и самка синантропа, бросавшая хворост в огонь, чтобы согреть продрогшую от дождя стаю, не были новаторами.

Не легко внедрять новое, но ещ тяжелее привить тягу к новому у своих соплеменников, вырезывая толстых и грудастых рожениц из бивня мамонта и изготавливая маски зверей, охотничьи манки и ловушки для мелких зверушек. Куда труднее подчинить табу беснующуюся толпу дикарей, чем заставить первых муравьв формика затащить на зиму в муравейник своих тлей. Самка рыжих муравьв, отдавшая по воздуху команду исполнить е затею, новатором не была.

Многих удивляет, что одни новации распространяются с молниеносной быстротой: лук, полба, плуг, палубное судно, маис, обсидиановый резак, то же колесо. А другие замирают в ареале появления – порох, дамасская сталь, лак для керамики и скрипок, порошковая металлургия. А третьи вообще исчезают вместе с новаторами: технология постройки дольменов, кромлехов, пирамид, обтсывания 35-тонных базальтовых голов на Восточном побережье Мексиканского залива и там же промелькнувших колс на платформах для собачек. Эти находки вдохновили теряющего популярность на Западе графа Алексея Толстого на выдумывание головы негра в ненаучно-фантастическом романе о полте на марс «Аэлита». Эти африканские протоольмеки за полторы тысячи лет принесли эти модели людям, которые не вникли в предназначение сотни лет копировавшихся ими колсных «игрушек». Как и не научились вместо парусных плотов строить парусные суда у не раз посещавших их корабельщиков.. Зато быстро и эффективно все они, кроме разве что древесной культуры муисков, почти все индейцы выучились искусству строительства мегалитов и облицовке пирамид по китайскому образцу. Почему так?

Тысячи километров дорог в Мезоамерике и державе Сапа Инка были, а колс хотя бы в составе тачки не было! А китайцы сразу же восприняли ментальную конструкцию спициевого колеса и усовершенствовали конструкцию ассирийской степной колесницы. В то время как накомов – начальников ополчений тащили по дорогам не хуже римских тащили в бой на паланкинах. А ведь кузнецы и ювелиры Чавина и Перу успешно освоили медь и бронзу из меди с оловом, свинцом и никелем, что достаточно для изготовления колсных пар.


Делали же они наконечники копий, стрел и мотыг из этой бронзы?

Века уходили на ознакомление с порохом, компасом, бумагой, стеклом, а керамика распространилась вежде, где была глина. Довольно быстро метеоритное железо вытеснило мягкие металлы и стимулировало переход к чрной металлургии. Стоило появится мехам и тугоплавкое железо из болотной руды стало вытеснять бронзу. Но это в Старом свете! А в Новом свете как?

Целые экспедиции снаряжали майя по нефритовому пути на остров Косумель за яшмой.

Гонялись по джунглям за изумрудным оперением птицы кецаль, сутками тащили с нагорий и тщательно распределяли листья коки и галюцинногенные грибы, но не стремились собрать с равнин метеоритное железо. Зато и кечуа, и аймара, и гуарани, и киче, и ица прошли отбор по итогам неолитической революции на американских континентах и превозмогли террор конкистадором. По свидетельству того же Хемингуэя в романе «Острова в океане» в годы Второй мировой войны юкатеки, то есть майя занимали в Карибском архипелаге места, в которых когда-то обитали ленивые араваки и кровожадные по мнению истребивших их конкистадоров карибы. Эта повторная колонизация карибских островов говорит о сохранении адаптивных возможностей самого творческого из народов Нового света. Это подтверждает и современная история Мексики, в которой субкоманданте майя Маркос предлагает президентам объединнных штатов кандидатуры на посты губернаторов двух майяских штатов Мексики. Это косвенный результат как реализации резистентного потенциала Афинян Нового света, так реализации программы команденте Че(Эрнесто Гевары дела Серна). А демографический взрыв в бывшей столице мешиков Теночтитлане (столице Мексики)?!? Тенденция к росту городского населения восстановилась в тех же границах, что и при последнем повелителе астеков Куатемоке.

Метисы чиканос в США занимают места обитания сиу, чероки, мохавков и ирокезов, на своих местах остаются алгонкины, алеуты и эскимосы. Но поинновационной мкости англо саксы времн Честного Эйба – президента аболиционистов Авраама Линкольна далеко опережают эти остатки некогда гениальных народов расы протомонголоидов. А ведь их восточные дальние сородичи – японцы ещ в эпоху сгуната Токугава начали точно и умело копировать все европейские измышления – пушки, аркебузы португальцев, порох, фрегаты и даже голландскую науку. Автор «Обыкновенной истории» об Илье Обломове дипломат Гончаров в описании путешествия на фрегате «Паллада» делится с читателями своими страхами по поводу будущности этого весьма агрессивного и инициативного народа. Страхи оказались не напрасны! Японцы далеко обогнали народ Ходынки со свойственной ему жадностью, завистью, надеждой на дармовщину и нерасчетливостью марнотратов.

У Японии как времн Русско-японской войны, так и современной не было в закромах античного прошлого, это были добросовестные копировальщики китайских инноваций, но сейчас они европейцев по скорости их внедрения обгоняют уже почти полторы сотни лет.

Хотя сами не успевают за новаторам Европы и Америки. Пока они только дополняют тенденции новаторства Старого света. Детализируют их и развивают. И Нобелевских лауреатов из Страны Восходящего солнца маловато относительно мощи более, чем 100 миллионного народа Японии.

Хуже дела с новаторами обстоят у славян и прежде всего у России. Оставим в покое Дракулу электротехники – Николу Тесла, там же пусть звучат имена Ландау, Йоффе, Харитона, Гинзбурга и прочих Таммов. Рассмотрим только мудрецов безукоризненно славянского происхождения в физике. Обнаруживается несколько незнакомая картина.

Лебедев – определение давления света, Столетов – фотоэффект и переход к телевидению, Басов – лазеры и мазеры. Вслед за наследником птенцов гнезда Петрова Ломоносовым с его интересом к оптике и смальтам эти физики желали исследовать свет! Смотрите: их никто не заставлял! Они сами, исключая последнего Нобелевского лауреата за достижения в области полупроводников Жореса Алфрова, выбрали свет – главное понятие в той интерпретации православия, которая соответствовала югорско-нордической традиции храмостроения, и соответствовала мистической настроенности религии Святовида – чисто славяно-иранского четырхликого бога.

Наиболее ярким явлением в этом ключе был Николай Геннадиевич Басов, ученик профессора Прохорова, уроженец города Усмани Липецкой области (1922-2002 годы жизни), многолетний директор ФИАН. В 1955 году независимо от Чарльза Таунса он обосновал принципы генерации электромагнитных волн квантовыми системами с инверсной (обращенной) заселнностью создал принципиально новые источники электромагнитных волн микроволнового диапазона. То есть придумал квантовые генераторы – мазеры. Те самые, о которых в романе «Гиперболоид инженера Гарина2 графа Алексея Толстого. Этот граф не только составил сказку о приключениях Буратино, но и составил сказки о войнах своих предков вятичей с другими своими предками – рыбоглазой чудью! Именно так завоеватели славяне обзывали коренных насельников своей новой родины – будущей России.

Басов получил свою Нобелевскую премию с соавторами в 1964 году, а в 1968 приступил к созданию лазерной установки «Кальмар» по лазерному сжатию плазмы в целях инициации управляемой реакции термоядерного синтеза. Но тут его оставила удача. Вперд атомщики пока не продвинулись.

Ради полноты картины инновационной мкости России (об Украине пока ничего подобного сказать нельзя из-за отсутствия е государственной самостоятельности в течении достаточно длительного времени) кратко изложу проблему управленческой инновационной резистентности страны. Из 300 лет правления так называемой династии (1613-1917 годы) новаторские правления длились 56 лет: С 1694 по 1725 при Петре и с 1856 по 1881 при Александре «Освободителе», к ним стоит ради приличия добавить годы 1919-1922 и 1956 1965 при Ленине, Хрущове и чуть-чуть при Косыгине. Итого 69 из 400 лет или 17%. Чтобы картина иссушения яркости и резистентности порыва к инновациям в системе управления приведу пример Франции.

В результате эволюции взглядов группы монтаньяров из якобинцев во главе с Робеспьером и Сент-Жюстом, попавших под влияние Марата, в конце 1792 года французы приняли республику. Но е отменил Бонапарт. В 1830 году Огюст Бланки, шаг за шагом вовлекая в свою революционную деятельность одно за другим разные поколения революционеров, сумел ценой уникальной самоотдачи превзойти инерцию трх разноликих группировок монархистов навязать своему народу к 1883 году окончательный республиканский способ правления. И весь состав президентов республики, за исключение Клемансо, Пуанкаре, да Голля и Миттерана оказался бледнее не только новатора Бонапарта, но и заурядного короля Луи Филиппа Орлеанского, правившего всего 18 лет, не говоря уже о короле-солнце – современнике Петра и других монархах. Да и наука Франции от Коши до Бурбаки теряла первенство, завованное универсальным духом самой передовой романской нации в первой половине позапрошлого столетия – Кювье, Ламарка, Карно, братьев Люмьер и других новаторов. Е оттесняли англичане, германцы, затем американцы и даже открытие радиоактивности Анри Беккрелем и Кюри не вытолкнуло страну на передние рубежи самой передовой науки о природе. Видимо дело не в способе управления страной и влиянии санкюлотов или бюрократов на внедрение инноваций. И санкюлоты гильотинировали Лавуазье, и бессмертные академики стесняли и стесняют карьерный рост новаторов и исследователей Прекрасной Франции – страны образца для России.

ВЫВОДЫ:

Итак, новизна существует! Она не выводима из до не господствующей в умах людей системы аксиом. Она вводит иную систему аксиом или пополняет прежде существующую. Е можно узнать по способности развртываться во времени по мере внедрения инновации в разные сферы деятельности человеческого общества. Линейно новизну характеризует цепь производных инноваций, происходящих от исходного нововведения. Число этих инноваций на временной интервал сохранения исходного нововведения относительно доли видов человеческой деятельности, в которые внедрены все эти инновации, и есть сравнительная характеристика нового в человеческой культуре Воспроизводимость и старение инноваций зависят от соотношения и взаимоотношения новаторов и иных типов деятелей внутри этнически окрашенного сообщества, инициирующего адаптивную солидарную институционализированную деятельность. От степени инновационной мкости данного этноса зависит мощность его инновационного потенциала в будущем при условии неизменности порядка и места новаторов в данном этносе. Их коммуникативной и изоляционной составляющей в поле функционирования иных типов мотивации к интегрированной деятельности.

Ради иллюстрации этих фрагментарно выявленных свойств новизны ниже приводятся данные условного патентного бюро фирмы «Колесо»:

Использование вращения для преодоления трения при перемещении грузов.

Схема получения и развртывания изобретения разделена два фрагмента:

1) Историческую часть в примерном хронологическом порядке;

2) Выделение неявных составляющих инновационного ряда, клонирующих первоначальное изобретение.

Речь идт об инертной тепловой машине с рассеянием тепла Юла (дзыга) Как игрушка 1 2 3 4 5 6 7 Валик Валик Дощатое Спициевое из из дисковидное колесо бревна камня колесо с ободом с осью и втулкой салазки для колесница лгкая колесница Воз, повозка. Тачка Велосипед Цирковой переноски с двумя на паре колс телега, арба (с двумя, одноколсный люди с места парами замена ременного подвода позже одним велосипед для на место колс на привода дышлом колесом) эквилибриста мегалиты неподвижных ось подвижна колесо с плиты и осях упряжка 4-8 упряжек человек тоже седлом колонны две упряжки из четырх волов (быков) осью куланов лошадей и педалями знать, воины (квадрига) дороги Шестерня Водоподъмное колесо Винт (водяная Пропеллер Гончарный вращательное колесо-движитель улитка Круг кобуксона (Корея- Япония) Архимеда) Червячная передача Лебдка Разложение исторического ряда из 8 этапов:

1 2 3 4 Транспортное Контекст Ареал Решение проблемы Выход за пределы Средство применения использования оптимизации исходной сферы приложения Колесо эффективность Экипаж Дороги/бездорожье перемещения в горах Развртывания параметров эффективности:

1)Скорость Максимальное средство достижения: лгкая колесница с парой лошадей 2)Маневренность Тачка и цирковой одноколсный велосипед с учтом устойчивости 3)Сохранность груза воз 4)Затраты на передвижение. Минимальные для одноколсной тачки 5) Масса груза и габариты – Валики или валки в металлургическом производстве 6)Устойчивость воз 7) Заменяемость деталей: телега 8)Восстановимость подвода Здесь легко заметить, что новизна носит сугубо исторический характер и не тождественна эффективности. Более того, эффективность вообще не сходится по всем своим утилитарным параметрам (по 8 из них расходится). При этом приведнный пример максимально изменил всю сферу производственной деятельности людей, отставая в силе вторжения в деятельность только от применения огня, которое не обладает деятельностной новизной, но только психологической. Поэтому пока не освоено нереактивное или неинерциальное движение против сил тяготения в поле тяготения планеты, этот пример обладает исключительной силой общности по сравнению с примером из области знания:

Рисунки – мнемограммы – иероглифы – буквы – цифры – скобки – операции – кванторы.

Примечание: кто до конца не понял выводов, ещ раз перечитайте всю книгу!



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.