авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

«IV Очередной Всероссийский социологический конгресс Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие 9 Секция 9 ...»

-- [ Страница 4 ] --

Секция 9. Социология науки и технологий (Г. Кан) и др. также отдают «однониточностью» (термин Б. Хазанова), где теория рождается как частная, периферийная, иногда маргинальная идея, затем начинает претендовать на всеобщую «философию Цезарей и Чингисханов» (Х. Ортега-и-Гассет). Перечисленные определения, на наш взгляд, не являются полными и системными, выполняют лишь частную функцию социальной маркировки, но не раскрытия сущностных механиз мов развития. Авторы более склонны именовать грядущее как общество знаний, в силу обретения в новую эпоху знанием особого социального статуса. Вместе с тем, установка «не сотвори себе кумира» имеет прямое отношение и к постулату общества знания. Так, один из самых значимых теоретиков в этой области Дж. Нейсбит отмечает, что «в отличие от других природных энергий, знание не подчиняется закону сохранения энергии:

его можно создать, его можно уничтожить, но главное – знание синер гично, т. е. целое, как правило, больше суммы частей» [17, с. 22]. Ему вторит небезизвестный П. Друкер, что знание стало уже сейчас базовой отраслью экономики и центральным ресурсом.

Тем не менее, констатировать реальные параметры и контуры над вигающейся эры разума нам кажется несколько преждевременным, ибо дискретность и неуловимость (прозрачность) будущего уже сегодня соз дают ряд новых антагонистических противоречий, еще не вполне решив «классические пережитки», как неграмотность, нищета, голод, эпидемии, экологические катастрофы. Обществоведческие разбросы и поиски новой «единственно верной» парадигмы на все времена привели, по сути, к утрате функций социального прогнозирования, отсутствию адекватной системы взаимосвязанных социальных гипотез.

Анализ, прежде всего социологический, широкой палитры актуали зированных концепций, на наш взгляд, позволяет выделить два основных пути (тренда) исследований.

1. Конец фундаментальной науки, описанный еще Р. Пенроузом в книге «Новый разум императора» (1989) или Д. Хорганом в работе «Конец науки. Взгляд на ограниченность знания на закате Века Науки» [20, с.13].

2. Попытка реконструкции общей генерализирующей теории через выделение основных структурных элементов и трендов развития.

Социологи, в целом, как правило, обосновывают необходимость концептуального осмысления общества, с выделением основных трендов развития. Так, немецкий исследователь Н. Штер выделяет следующие при знаки надвигающейся новой реальности:

1. Насыщение всех сфер жизни и деятельности научным знанием (аутентификация).

2. Замещение других форм знания (научное знание).

3. Развитие науки в качестве непосредственной производитель ной силы.

4. Появление специализированных направлений политической деятельности (научная и образовательная политика).

Секция 9. Социология науки и технологий 5. Формирование нового сектора в экономике.

6. Изменение в структуре власти (дебаты о технократах).

7. Трансформация основ легитимизации власти в направлении специализированного знания (экспертократия, но вовсе «не путь интел лектуалов к классовому господству» [11, с.44-45]).

8. Развитие знания на основе социального неравенства и социаль ной солидарности.

Трансформация основных источников социальных конфликтов. Не оспаривая в целом удачную концепцию Н. Штера, авторы хотели бы выделить свои базовые (системные) признаки новой формации.

1. Изменился стиль мышления эпохи.

Современное общество требует оригинальности, инновации, непо хожести, что в корне меняет трудовые установки, стандартное, машинное сменяется единичным. Заводы сменяются проблемными лабораториями [12, с.35].

Как отмечает российский ученый З.М. Оруджев: «объективные основы этого процесса изменения свободы заключаются в том, что уже сегодня совершается переход от индустриального к информационному обществу. Индустриальное общество больше нуждается в «коллективных способностях» индивидов, в то время как информационное общество больше нуждается в «индивидуальных способностях» даже в коллективе»

[19, с. 361].

2. Превалирование знаний над капиталом.

Доминанта главного ресурса компании – интеллект ее сотрудни ков – экспоненциально растет. Технически грамотные, оригинально нетри виально мыслящие, склонные к инновациям сотрудники ценятся сегодня чрезвычайно высоко. Они могут работать сразу на несколько различных организаций. Вводится новая теория – «принцип анти-Питера». В соответ ствии со знаменитым принципом Питера, люди продвигаются по служеб ной иерархической лестнице до пределов своей компетентности. Согласно новому принципу анти-Питера, люди продвигаются по служебной лестнице до тех пор, пока получают от этого удовольствие. Когда удовольствие от работы исчезает, креативные работники увольняются – как правило, чтобы стать свободными агентами (что в принципе соответствует и тенденциям смены протестантской этики труда гедонистической), фрилансерами и т. д.

Сегодняшний капитализм уже полностью освободился от унаследованного поневоле от Реформации аскетизма и приобрел способность реализовать свою власть не посредством идейного тоталитаризма и политического при нуждения, а, наоборот, посредством поощрения разнообразия и полного поглощения всех новых идей и движений. Как пишет Б. Массуми, описы вая логику современного технологического, научного общества, «чем раз Секция 9. Социология науки и технологий нообразнее, эксцентричнее – тем лучше. Норма утрачивает свою власть.

Правильность, системность постепенно сдают позиции. И этот отказ от нормальности есть часть динамики капитализма. Это не просто освобож дение, а форма господства самого капитализма. Миром перестает править дисциплинарная институциональная власть – по мере насыщения рынков ей на смену приходят власть и способность капитализма производить мно гообразие. Создай ассортимент – и ты найдешь нишу на рынке. Сгодятся самые странные и аффективные из замыслов – ведь они за это платят.

Капитализм начинает интенсифицировать или диверсифицировать аффект, но лишь затем, чтобы извлечь сверхприбыль. Он присваивает себе аффект, чтобы увеличить потенциальный доход. Капиталистическая логика произ водства прибавочной стоимости усваивает поле относительности, которое является также областью политической экологии, полем этического сопро тивления идентичности. И этот процесс представляется очень смутным и тревожным, потому что, на мой взгляд, в динамике капиталистической власти и динамике сопротивления было своеобразное сходство» [4, с.224].

Меняются и качественные особенности интеллектуальных работ ников, основными характеристиками которых являются:

 независимость от границ;

 мобильность;

 одинаковая вероятность успеха и поражения.

Глобализация приводит к невиданным доселе интеллектуальным потокам, перемещениям «креативного класса», капитала, технологий.

Мобильность становится отличительной чертой интеллектуала, его “mo mo dus vivendi”. При этом, инновация требует необычных рисков, поэтому деятельность современного специалиста равновероятно нацелена на успех и поражение, что дает невиданный психологический подъем в творчестве [15, с. 17].

3. Усиление роли человеческого фактора, а значит и необратимые изменения в социальной структуре общества.

Характеризуя данный тренд, З. Бауман отмечает: «Общество, вступающее в XXI век, отличается от всех других исторических форм человеческого сосуществования. Принадлежать к «модернити» - значит быть не в силах остановиться, не говоря уж о том, чтобы стоять на месте.

Принадлежать «модернити» - значит вечно опережать самого себя, нахо диться в состоянии постоянной трансгрессии, это значит обладать инди видуальностью, которая может существовать лишь в виде незавершенного проекта» [5, с.390]. О. Тоффлер также описывал «конец эпохи Меттеринха», где территория, народ и армия играли доминантную роль, соответственно и повышалась, причем линейно, роль фабричного производства и сель ского хозяйства.

Секция 9. Социология науки и технологий Сегодня в объеме ВВП развитых стран, как правило, доля сельского хозяйства сокращается до минимума. Соответственно и численность сель ского населения в этих странах резко сократилась (как следствие – депо пуляция). Общество будущего уже отошло в структурном отношении от норм того общества, в котором большинство до сих пор живет. Появляется описанное в западной социологии «странное общество» с принципиально иной социальной структурой, как-то появление «новых пролетариев», новой элиты (эксперты, нетократия), нового креативного класса и т. д.

4. Усиление значения творческого и снижение роли неквалифицированного труда.

Общество будущего, с точки зрения П. Друкера [9, с.142], охаракте ризовано следующими тенденциями:

 старение населения;

 равенство между знаниями и информацией;

 минимизация сельского хозяйства;

 разрушение пенсионной системы;

 усиление иммиграции;

 минимизация ручного труда В западной социологической мысли отмечается усиление (в том числе и интенсивное) интеллектуальных работ, увеличение сферы обслу живания, фактор командной роли, а также появление женщин (как элемент стабильности) во всех сферах общества.

Важно отметить приоритет и доминанту образования, которое П. Друкер выделяет особо. Оно является основным фактором фор мирования социального капитала и обратной связи в социальных институ тах. Примером могут служить «Города как школы» [21, с.27], в которых дети от 13-14 лет обучаются сразу на практике и там же работают без получения среднего образования (фактически они получают диплом об окончании средней школы, но практически не обучаются по стандартным програм мам). Также он (П. Друкер) выделяет важность повышения квалификации и углубления специализации (хотя при этом следует упомянуть и о важ ности специалистов-универсалов), при непрерывной системе профессио нального обучения.

5. Знания сотрудников как средство производства.

Новые средства производства очень компактны и могут легко пере мещаться. Интеллектуальные работники обеспечивают корпорации «капи тал» в том же объеме, что и владельцы-инвесторы корпорации. Стороны зависят друг от друга в равной степени. Теперь интеллектуальные работ ники не собственность корпорации, а равноправные партнеры [10, с.35].

Секция 9. Социология науки и технологий Корпоративный рынок профессионалов весьма далек от традицион ного управления кадрами. Главное отличие в том, что сотрудники выстраи вают свою карьеру и несут за нее персональную ответственность. По сути, каждый сотрудник – это лидер. Проблема в том, что само существование подобного рынка опровергает традиционное представление о том, что высшее руководство «владеет» и полностью распоряжается сотрудниками компании, что в корне меняет трудовые отношения.

Опережающий рост происходит в сфере интеллектуальных техни ческих специалистов: компьютерщиков, разработчиков компьютерных программ, аналитиков, промышленных технологов и новаторов, эти люди в равной мере, в силу характера работы, являются работниками как физи ческого, так и умственного труда. В основе их физического труда лежат глубокие теоретические познания, которые может дать только серьезное специальное образование, что отмечалось ранее.

Как отмечает российский исследователь А.И. Неклесса, «XX век ознаменовался социокультурной революцией, выдвинувшей и продви нувшей в сферу практики ряд новых версий прочтения цивилизацион ного текста. Секуляризация, выступив как надконфессиональная форма христианского мировоззрения, создала культурную оболочку глобальных пропорций…, прямо или косвенно способствуя расцвету мультикультурно сти, возрождению различных религиозных и культурных кодов, обустроив т.о. пространство открытой конкуренции мировоззренческих систем» [18, с.18]. Вместе с тем, на этом фоне проистекают не только вышеназванные тренды социального развития, но и цивилизационные «сдвиги»: 1) гло бализм, универсальность, социальная гомоморфность;

2) становление нового суверена – активной творческой личности, сообщества личностей, получивших доступ к невиданным до сих пор технологическим богатствам.

И смешения (комбинация), что произойдет поневоле, могут дать совер шенно неожиданные социальные конструкции и метаморфозы. Становится новая электическая культура, свободные ассоциации и гибкие структуры заменяют устоявшиеся институты, социальный транзит незавершен, посто янно изменяется, что, безусловно, потребует еще дальнейших научных (в первую очередь социологических) построений.

В рамках становящихся процессов сциентизации общества, без условно, зреют и иные не столь рациональные тенденции. Современное общество, как бы кому-то ни хотелось, ассиметрично и дискретно, где может уживаться организация и рынок, компьютер и экономика впечат лений, порядок и хаос. И этот ряд бинарных несхожестей и составляет основную канву развития.

В этом смысле, уже постмодернизм стал, по сути, «кантовской»

реакцией на метафизические и глобальные притязания разума [6, с.21] (У. Бек, Т. Адорно, А. Макинтайр и даже К. Поппер). Возникает вопрос о «веке» науки или же о ее неадекватной интерпретации. Макс Борн ука зывал, что «попытка природы создать на этой земле мыслящее животное вполне может закончиться ничем» [8, с.39]. Ибо девальвация этических ценностей, эрозия вековечных норм, «которые создавались… и позволяли Секция 9. Социология науки и технологий сохранять достойный образ жизни даже во времена жесточайших войн и повсеместных опустошений» [8, с.39-40]. Дихотомия достижений науки и моральной деградации общества нередко приводит к искусственному сдерживанию развития науки, так, группа генетиков во главе с П. Бергом добровольно наложила мораторий на исследования в области генной инженерии. «Именно в силу того, - подчеркивал Р. Мертон, - что научное исследование проводится не в социальном вакууме, его последствия про стираются в другие сферы ценностей и интересов. И в той мере, в какой эти последствия считаются социально нежелательными, ответственность за них возлагается на науку» [16, с.761]. Другая сторона этого процесса отмеча ется в работе известного американского социолога А. Макинтайра «После добродетели. Исследования теории морали», где прямо декларируется, что в области морали «все мы находимся в столь плачевном состоянии, что нет, по большому счету, лекарства от него… целостная субстанция морали в зна чительной степени фрагментирована и даже частично разрушена» [13, с.10].

Основной причиной новой волны сциентизма и панэпистемизма, на наш взгляд, явилась утвердившаяся с 70-х годов прошлого века тенденция к росту вертикальных, иерархичных бизнес-структур. Растет количество стандартизированной продукции, даже в сфере услуг все более доминиру ющий статус приобретают Старбакс, Макдоналдс, Бургер-кинг и другие гиганты. Именно маргинализация мелких структур (носящая временной циклический характер) сформировала в обществе, казалось бы вполне обоснованный, ренессанс раннепозитивистских установок. Но, справед ливости ради, надо отметить, что уже тогда предпринимались попытки обозначить «пределы роста» новой идеологемы. Так Д. Гордон в работе «Жирный и скупой» отметил, что рационализация имеет и обратную сто рону, как пример неуклонный рост менеджеров в области контроля и над зора [2, с.19]. Раздаются и отдельные голоса по поводу преувеличения роли образования в экономическом развитии. Так, по мнению Б. Рула и Я. Безена, огромный эффект инвестиции в научную и образовательную сферу дают первые годы, затем эффективность капиталовложений резко снижается [1, с.37]. Они различают в этом процессе и следующий феномен, в этих инвестициях более всех заинтересована существующая элита, для которой диплом, ученая степень и т. д., есть в том числе и средство (форма) дифференциации в обществе, консервации существующего равновесия.

Любое знание открывает не менее широкий пласт незнания, как отмечал М. Мамардашвили, «в области знания как события и незнания есть действующая причина» [14, с.75]. Тем самым, усложняется процесс соци ального познания и социального прогнозирования. Становление совре менных социальных конструкций является эволюционным (естественным) феноменом и политическим намерением. Поэтому, становление нового общества, да и любое социальное воспроизводство имеет широкий спектр измерений: политическое, культурное, научное и т. д. Поэтому, Г. Бехманн делает как бы обобщающий вывод: «Тот факт, что человеческое действие основано на знании, может рассматриваться как антропологическая кон станта. Социальные группы, социальные ситуации, социальные взаимодей Секция 9. Социология науки и технологий ствия и социальные роли зависят от знания и опосредуются им. Отношения между индивидами основаны на знании ими друг друга. В самом деле, рас сматривая общую идею знания как основание социального взаимодействия и социального порядка, мы должны осознавать, что подлинная возмож ность социального взаимодействия требует ситуационно-трансцендентного знания, которое развертывается индивидами, вовлеченными в социальное действие. Признавая значение знания для общества и социального дей ствия, в особенности для развитых обществ, необходимо понимать, что знание не является, как некогда полагали, универсальным ключом к пости жению тайн природы и общества. В связи с этим возникает необходимость в социологической концепции знания, позволяющей дифференцировать объекты знания, содержание знания и знание как отношение» [7, с.62-63].

Библиографический список 1. Besen Y. The once and future information society // Theory and Society. / Y. Besen, J.B. Rule. – Dordrecht, 2008.

2. Gordon D.M. Fat and mean. The corporate squeeze of working Americans and the myth of managerial “downsizing” / D.M. Gordon. – NY: Free Press, 1996.

3. Lash S. Critique of Information / S. Lash. – London: Thousands of Oars (Ca), 2002.

4. Massumi B. Navigating Movements, in: Hope, ed. Mari Zournazi / B. Massumi. – New York: Routledge 2002.

5. Бауман З. Индивидуализированное общество / З.Бауман;

пер. с англ.

М.: Логос, 2002.

6. Бек У. Что такое глобализация – ответы на глобализацию / У. Бек. – М.:

Прогресс-Традиция, 2001.

7. Бехманн Г. Общество знания – трансформация современных обществ // Концепция «общества знания» в современной социальной теории / Г. Бехманн. М., ИНИОН РАН, 2010.

8. Борн М. Моя жизнь и взгляды / М. Борн. – М.: Прогресс, 1973.

9. Друкер П. «Управление в обществе будущего» / П. Друкер. – М.:

Вильямс, 2007.

10. Елизаров А.П. «Республика ученых»: социальное пространство «неви димого общества» / Пространство и время в современной социо логической теории. Под ред. Ю.Л.Качалова / А.П. Елизаров. – М.:

ИС РАН, 2000.

11. Концепция «Общества знания» в современной социально теории. – М.:

РАН ИНИОН, 2010.

Секция 9. Социология науки и технологий 12. Латур Б. Дайте мне лабораторию, и я переверну мир // Логос / Б. Латур. – М., 2002.

13. Макинтайр А. После добродетели. Исследования теории морали / А. Макинтайр. – М.: Академ.Проект, 2000.

14. Мамардашвили М.К. К пространственно-временной феноменологии событий знания // Вопросы философии / М.К. Мамардашвили. – М., 1994.

15. Мертон Р. Наука и социальный порядок // Личность. Культура.

Общество. Т.2. Вып.2(3) / Р. Мертон. – М., 2000.

16. Мертон Р. Социальная теория и социальная структура / Р. Мертон. – М., 2006.

17. Нейсбит Дж. Мегатренды / Дж. Нейсбит. – М., 2003.

18. Неклесса А.И. Эпоха Постмодерна и новый цивилизационный кон текст / А.И. Некслесса. – М.: Научный эксперт, 2008.

19. Оруджев З.М. Способ мышления эпохи / З.М. Оруджев. – М.: УРСС, 2009.

20. Хорган Д. Конец науки? / Д. Хорган. – М., 2001.

21. Эпштейн М. «Плоды альтернативного просвещения» // «Вокруг Света»

/ М. Эпштейн. – М.: Вокруг света. №2, 2009.

Секция 9. Социология науки и технологий Маслихин А. В., Йошкар-Ола Образ жизни философов и ученых провинциальной России Аннотация В статье рассматривается образ жизни провинциальных российских философов и ученых. Выделяются материаль ные и духовные составляющие образа жизни. Ключевое внимание обращено на формирование цивилизован ного образа жизни представителей научного сообщества России (Республики Марий Эл).

Ключевые слова: философы и ученые российской провинции, обыден ный образ жизни ученых, цивилизованный образ жизни, философия и наука в Республике Марий Эл Социология уделяет пристальное внимание категории «образ жизни». Образ жизни концентрирует типичные условия экономической, политической, культурной жизни людей. В гуманитарном знании при сутствуют разнообразные аспекты (философский, политологический, исторический, экономический) изучения образа жизни. Социологические исследования ХХ века были главным образом направлены на сбор эмпири ческих данных, касающихся разнообразного содержания жизни различных групп населения. Однако вплоть до настоящего времени вне поля зрения исследователей, за небольшими исключениями, находится образ жизни российских философов и ученых, в том числе Республики Марий Эл [ 1, с.

226-255;

2, с. 245-307]. Анализ типических запросов преподавателей гума нитарных, естественных и технических наук в отношении профессиональ ной деятельности и к обыденному бытию составляет исходное содержание для обобщений.

Образ жизни представителей научного сообщества России (Республики Марий Эл) отражает стабильные и повторяющиеся характе ристики бытия, комплекс условий, которые позволяют усваивать научные знания и вести учебную, научно-исследовательскую, воспитательную деятельность. Широкая общественность встречает достижения в области научных изысканий опосредованными конкретной личностью. Образ его На примере Республики Марий Эл.

Секция 9. Социология науки и технологий жизни, как правило, находится в скрытом от публики виде. Теоретический, мировоззренческий, практический интерес вызывает изучение професси ональной деятельности и непосредственного бытия философов и ученых.

Логика раскрытия темы требует выделения пространственных и хро нологических характеристик жизнедеятельности представителей мира философии и науки. В пространственном измерении мы отграничиваем образ жизни философов и ученых, живущих в провинции (Республике Марий Эл), от всех, чья жизнь связана со столицей. Хронологические рамки исследуемой темы включают в себя вторую половину ХХ и начало XXI века.

Методологической основой исследования служит ряд эмпири ческих методов, а также теоретических, а именно: наблюдение, сравне ние, анализ и синтез, сочетание исторического и логического методов.

Источниковедческую базу для раскрытия темы составляют личные наблю дения, публикации статей и монографий, воспоминаний, оценки жизни и деятельности людей.

Среди 15 тысяч наук важное место занимает философия, особенно научная философия. Она имеет ряд особенностей. В отличие от конкрет ных наук, она изучает мир в целом, наиболее общие законы природы, обще ства, человека. Она выступает методологической основой для развития общественных, естественных, технических наук. Все науки, как правило, используют философские категории, например: закон, закономерности, тенденции, знак, образ, система, сознание, реальность и многие другие.

Философия формирует философское, научное мировоззрение. Кроме того, философия – это колыбель наук. Из нее выделились многие виды научной деятельности. Образно говоря, философия – это ориентир, компас, про жектор для жизни человека и развития науки.

Вместе с тем, философия – часть гуманитарных, общественных наук. Философы по сущностным признакам деятельности в высших учеб ных заведениях относятся к научному сообществу. Последующее раскры тие проблемы обусловлено отождествлением образа жизни философов и ученых, с выделением единичных и уникальных отличий, где этого тре бует материал.

Образ жизни отечественных ученых опирается на закономер ность, согласно которой наукой занимаются люди умственного труда.

«Деятельность людей как форма объективного процесса не может быть про тивопоставлена общественным законам как объективному. Общественные законы присущи самой деятельности, в ней складываются и через нее про являются» [3, с.43].

В качестве примера рассмотрим образ жизни отечественных фило софов в столичном регионе и в провинции. Всех философов России объ единяет наличие общего предмета деятельности – философии, поддер жание разнообразных связей между мыслителями, живущими в Москве, Санкт-Петербурге, с философами провинциальных вузов, разбросанных по всей России.

Секция 9. Социология науки и технологий Столичную философию отличает от провинциальной близость к высшим органам власти, возможность быть в курсе самой свежей инфор мации по проблемам общественной жизни. Философы, проживающие в столице, имеют высокий уровень доходов. Большую роль играет наличие центральных учреждений науки и общественной мысли. В столице нахо дится философская элита – академики, имеющие высшие ученые звания и большие заслуги перед страной. Наконец, Москва и Санкт-Петербург – признанные на планете центры культуры, науки и искусства. Зарубежные философы, в первую очередь, стремятся наладить контакты и сотрудниче ство со столичными философами.

В начале XXI века притягательность столичного мегаполиса меркнет в связи с ухудшением экологической обстановки, ростом уровня стрессов, криминогенной обстановкой, актами терроризма, серьёзными авариями и техногенными катастрофами. Многочисленные преимущества столич ного региона нивелируются сложностями для жизни простых людей, в том числе и ученых. Избыточные трудовые и интеллектуальные ресурсы сто лицы поглощает, как правило, не российская провинция, а «дальнее» зару бежье. Справедливости ради следует признать, что образ жизни столичных ученых требует дополнительного кропотливого изучения.

Провинциальные ученые – часть интеллигенции, научного сообще ства страны. Они создают и распространяют материальные и духовные цен ности, являются важной составной частью творческого процесса России, прежде всего ее регионов. В Республике Марий Эл ученые сосредоточены в государственных и негосударственных высших учебных заведениях.

Отличия по образу жизни с представителями научно-исследовательских институтов, минимальны.

В научно-исследовательской, художественной литературе XIX–XXI веков изображение провинции носит чаще всего однобокий характер – провинция либо идеализируется, либо описывается в сатирических, отри цательных тонах. Исключением является период социализма. В ХХ веке государство осуществляло политику выравнивания образа жизни города и сельской местности, в столице и провинции. В это время стало даже исчезать понятие «провинция». В настоящее время социальные различия вновь стали усиливаться.

Образ жизни провинциальных ученых России следует дифференци ровать по ряду социальных оснований. Ученые и философы создают свой образ жизни, исходя из образования, наличия ученых степеней и званий, властных полномочий. Основные его признаки могут быть осмыслены на макроуровне – в связи со сменой общественно-экономических формаций и цивилизаций, и на микроуровне – в виде рода деятельности, матери ального положения, духовных запросов. Иными словами, при изучении стабильных признаков образа жизни ученых важно исходить из того, какая социокультурная среда ими формируется и поддерживается. Деятели науки, живущие в российской провинции, впитывают атмосферу окружающего общества, но одновременно с этим стремятся придать ему творческие пара метры, в соответствии с содержанием собственной деятельности.

Секция 9. Социология науки и технологий Результаты творчества – книги, идеи, защиты диссертаций, препода вательская деятельность, инженерно-конструкторские разработки, работа в качестве экспертов и т. д. невозможны без объективного основания – это жизнь в ее будничных проявлениях. Жизнь ученого определяется тем, в какой мере его духовные искания обретают материальное содержание.

По социальному статусу все провинциальные ученые делятся на три группы. На высшем социальном уровне находятся государственные и муни ципальные чиновники, работники вузовской администрации, имеющие возможность наряду с реализацией властных полномочий параллельно вести преподавательскую деятельность. К высшему уровню тяготеют про фессора и доктора наук. В годы советской власти ученые находились в пре красных материальных и бытовых условиях. В конце ХХ века материальное положение профессоров в провинциальных вузах становится заметно хуже.

После реформ 1990-х годов доктора наук и профессора престали считаться привилегированной частью общества. Были утрачены многие льготы по наличию кабинета и оплате жилья. Кризисные явления они преодолевают путем получения грантов, ведению хоздоговорных работ, благодаря препо даванию в негосударственных вузах и т. д.

Среднее материальное положение занимают доценты – кандидаты наук. При советской власти они составляли большинство, вели преподава ние, принимали активное участие в общественной работе. По сравнению с основной частью населения страны, вузовские преподаватели имели хорошие материальные условия для профессиональной деятельности.

В настоящее время кандидаты наук и доценты находятся в сложных мате риальных условиях. Материальные проблемы получают решение только при наличии возможностей для дополнительного заработка в виде репети торства, участия в составе комиссий ЕГЭ, работы в качестве исполнителей по хоздоговорной тематике, ведения занятий в негосударственных вузах и общеобразовательных школах.

Третью, самую малообеспеченную категорию преподавателей составляют лица без ученых степеней и званий. К ним относится молодежь, активно работающая над диссертациями после окончания вузов, и препо даватели со стажем, по тем или иным причинам не сумевшие своевременно защитить диссертации. Если молодежь, как правило, решает возникшие проблемы путем организации работы над диссертационным проектом, то люди со стажем преподавательской деятельности имеют авторитет бла годаря совершенствованию методических основ организации учебного процесса, посредством работы со студентами во внеучебное время. Кроме того, социальное положение ученых и их образ жизни в настоящее время находится в зависимости от статуса учреждения, где они работают, от объ ема выполняемой учебной нагрузки.

Вузовские преподаватели ведут учебную, научную и воспитательную деятельность со студентами. В провинциальных вузах выполнение учебной нагрузки считается главным фактором успешной деятельности преподава теля. У преподавателей философии объем учебной нагрузки в 70-80 годы ХХ века составлял 554 часа в год. Сейчас, в зависимости от специальности, Секция 9. Социология науки и технологий учебная аудиторная нагрузка вузовских преподавателей варьируется от 750 до 1200 часов в год. Существует функциональная определенность: чем больше времени преподаватель тратит на учебный процесс, тем меньше времени остается на научно-исследовательскую деятельность. По нашему мнению, возникает необходимость оптимизации меры между затратами времени на учебную и научную деятельность для профессорско-препода вательского состава в масштабах всей России.

Социологическая рефлексия образа жизни провинциальных ученых позволяет выделить два уровня: во-первых, повседневный образ жизни и, во-вторых, «цивилизованный», более высокий по своему содержанию.

Они органически связаны между собой и в то же время отличаются друг от друга.

Предварительно отметим их отличия в самом общем виде.

Повседневный образ жизни характеризуется тем, что ученые в нем заняты делами ежедневно, постоянно. Это реальная, практическая, биолого-соци альная жизнь каждого человека: студента и преподавателя, доцента и про фессора, ассистента и ректора. У людей на уровне обыденного образа жизни возникает искушение жить, главным образом, «обыденным сознанием», «здравым смыслом», методом «проб и ошибок».

«Цивилизованный образ жизни» – это жизнь более высокого порядка;

она пронизана теорией, более осмыслена и систематизирована, базируется на научных и юридических законах, научных истинах и нрав ственных категориях. Поэтому ученые здесь, независимо от материального и социального положения, на основе философских и научных законов, закономерностей, тенденций формируют творческие слагаемые образа жизни и прилагают усилия по его совершенствованию в будущем. Без обыденного образа жизни цивилизованная жизнь существовать не может.

Повседневный образ жизни имеет ряд других особенностей.

Повседневный образ жизни – это, прежде всего, существующая реаль ность и достоверность. Он давит ежедневными практическими заботами.

Обыденный образ жизни порождает множество экзистенциальных про блем, то есть проблем самого существования. К ним, прежде всего, отно сятся вопросы: как жить, что такое небытие, что такое свобода, что такое любовь и многие другие. Главной из них является проблема самой жизни.

По сравнению с обыденным, цивилизованный образ жизни более сло жен по своей структуре, значению и своим функциям. Это теоретический уровень жизни – уровень образа жизни ученых. Он связан с природой, обществом, государством, научным знанием и личностями. Во-первых, здесь функционирует, как правило, стройная система теоретических идей;

во-вторых, система нравственных категорий;

в-третьих, теоретическая и созидательно-практическая деятельность ученых.

На уровне цивилизованного образа жизни неоценимое место зани мает истина. Ее роль в духовной, практической жизни людей огромна.

В науке истина занимает центральное, ключевое место – она является итогом познания мира и выступает диаметральной противоположностью лжи и обмана. Истина и нравственность неразрывно связаны между собой.

Секция 9. Социология науки и технологий Законом цивилизованного образа жизни ученых является единство и борьба противоположных начал в процессе самоорганизации личности ученого с окружающей средой во имя высших гуманистических перспектив.

Образ жизни ученых имеет свой смысл. Он состоит в наличии усло вий для осуществления главной линии жизни, занятия наукой на основе нравственных ценностей. К ним относятся ценности личной жизни: здо ровье и долгая жизнь, мудрое отношение к ней, успешная деятельность, достижение социального статуса, создание семьи и продолжение рода, добрые отношения с окружающим миром и т. д. Эти ценности играют в жизни ученых роль ведущих смыслов.

Подлинный российский провинциальный ученый безразличен к мелочам жизни, к быту. Он, как правило, мыслит предметно. Главной чертой его является творчество. Объектом творческой деятельности высту пает наличное бытие. Его девиз – совершенствовать непосредственное бытие. Настоящий ученый – любомудр, талантлив, гениален, он и в других людях ценит творческие качества, ум.

Следовательно, образ жизни провинциальных ученых России дифференцирован, имеет обыденное и цивилизованное содержание.

Отечественные мыслители создают образ жизни, адекватный качествам своей личности. Условиями совершенствования образа жизни ученых явля ются: достойная заработная плата, оптимизация объемов учебной нагрузки (в пределах 550–600 часов в год), решение социально-бытовых проблем, обусловленных спецификой творческой деятельности.

Библиографический список 1. Маслихин А. В., Маслихин В. Д. Человек и картины мира. 3-е изд. – Йошкар-Ола: Мар. гос. ун-тет, 2002.

2. Маслихин А. В., Маслихин В. Д. Человеческая жизнь бесценна. – Йошкар-Ола: Мар. гос. ун-тет, 2006.

3. Уледов А.К. Социологические законы. – М.: Мысль, 1975.

Секция 9. Социология науки и технологий Мирская Е. З., Москва Институциональная трансформация отечественной науки и ее отражение в социологии Аннотация Обычно науку воспринимают как субъект инноваций.

Но чтобы в инновационной цепочке она могла быть про дуктивной, ей самой необходимо находиться на переднем крае научно-технического прогресса, обновляя характер собственного функционирования, внедряя свои «вну тренние новации». Проведенный нами анализ выявил новации, наиболее важные для российской академиче ской науки (которые были подтверждены и мнениями большинства опрошенных ведущих ученых РАН). Это:

новые виды организация и оценки научных исследований (1);

современные формы финансирования исследова ний (2);

обновление приборной базы (3);

и современное информационно-коммуникационное обеспечение (4).

Внимание статьи сконцентрировано именно на них, при чем приведенный перечень построен «по нисходящей», т. е. чем ниже в списке расположена новация, тем меньше ее инновационный потенциал. Однако результаты наших эмпирических исследований убедительно показали, что в отечественной академической науке самой продук тивной инновацией оказалась последняя, т. е. – ИК.

Определены и причины низкой эффективности в нашей науке остальных новаций, наиболее продуктивных в мировой науке: инновационный потенциал (ИП) суще ственно зависит от инновационного климата (ИК). Наш климат не способствует реализации потенциалов.

Ключевые слова: социология науки;

трансформация, модер низация, инновация науки;

инновационный потенциал;

инноваци онный климат;

информационно-коммуникационные технологии Последние два десятилетия трансформация России явно подходит под понятие «нестабильного времени». Распад СССР (зафиксированный годом) сопровождался серьезнейшими политическими и социально-эко Статья подготовлена для участия в IV Всероссийском социологическом конгрессе (Уфа, 2012), при поддержке Российского гуманитарного научного фонда, грант № 11-03-00818а.

Секция 9. Социология науки и технологий номическими изменениями во всех сферах российской жизни. Спустя пару лет предметом наших исследований стала отечественная академическая наука – профессиональная деятельность ученых, работающих в институтах Российской академии наук (РАН). С 1994 г. по 2010 г. сектор социологии науки Института истории естествознания и техники РАН вёл и мониторинг этого феномена. Мониторинг базировался на регулярных социологических пилотажах и систематическом анализе данных, получаемых в опросах.

В 1990-е годы шли непрерывные преобразования как в политиче ской и в социально-экономической сферах, и долгое время академические ученые тоже ожидали обновления науки. Однако в этот период времени государство перестало интересоваться наукой: финансирование, которое всегда было только государственным, резко сократилось, многие научные учреждения были ликвидированы. Академия наук, как средоточие отече ственных фундаментальных исследований сохранилась (преобразованная из АН СССР в РАН). Ученые академических институтов влачили жал кое существование и ждали государственной реформы науки1. Наконец, в 2006–2008 гг. было проведено это долгожданное реформирование, от которого все ученые ждали модернизации науки, Ждали, но не дождались, оказалось, что не всякая реформа ведет к модернизации.

Большинство ученых остались недовольны результатами реформы Объединенные данные опросов 2007–2009 гг. показали, что абсолютное большинство – 96% ученых (как руководителей, так и исполнителей) – на завершающем этапе реформы относились к ней негативно. Принимая повышение оплаты труда как необходимую, но сильно запоздавшую акцию, почти все они заявляли, что это не усилит их заинтересованности в работе (90%) и не даст дополнительной мотивации к более напряженному труду (92%). Большая доля респондентов (72%) выразила раздражение непрофес сионализмом многих конкретных предложений по реформе, поступавших из правительственных органов.

Ученые были разочарованы тем, что основная, по их мнению, задача реформы – модернизация РАН – не была осуществлена, причем, как стало ясно, фактически программа реформы её и не предполагала. Понимая, что результативность науки зависит от адекватного сочетания формальных организационных акций со структурами самоорганизации научной дея тельности, большинство представителей научного сообщества осталось при своем мнении: для успешного функционирования науки необходима ее подлинная модернизация, отнюдь не сводящаяся к повышению зарплаты.

Итоги реформы не дали особых оснований для оптимизма, но уче ные всегда сохраняют надежду на позитивные перспективы. Важным результатом реформы стало осознание того факта, что модернизация не будет проведена «сверху» – ею должны заняться те люди, которым дей ствительно необходимо инновационное обновление организации науки и научной деятельности, т. е. само академическое сообщество. Вначале активность ученых в попытках добиваться модернизации отечественной Все детали их профессиональной жизни были зафиксированы в социологическом мониторинге 1994 -2002 гг. и в опросах 2003 - 2010 гг., а анализ полученных данных отражен более чем в 200-х публикациях.

Секция 9. Социология науки и технологий науки собственными силами была достаточно высока. Но постепенно, осознав сложность и масштабность этой задачи, они перешли к своей обы денной повседневной деятельности, намечая “изучить этот вопрос”. В этой ситуации изучение основных инноваций, характерных для мировой науки, и анализ их внедрения в нашей Академии стали крайне актуальны.

Обычно науку воспринимают как субъект инноваций. Проводимые в ней исследования создают новые знания, которые в процессе разработок (R&D) превращаются в новейшие технологии, а на производстве – в про дукцию. Интегрально всё это и есть инновационная деятельность. От академической науки, являющейся средоточием отечественных фундамен тальных исследований, естественно, ожидают того же. Но чтобы в инно вационной цепочке она могла быть продуктивной, ей самой необходимо находиться на переднем крае научно-технического прогресса, обновляя характер собственного функционирования, внедряя свои «внутренние новации». В последние годы инновационная деятельность осуществляется во всё больших масштабах и в разных формах, соответственно появились новые понятия – «инновационный климат» (ИК), «инновационный потен циал» (ИП) и т. д. Проведенный нами анализ выявил новации, наиболее важные для российской академической науки (которые были подтверждены и мнением большинства опрошенных ведущих ученых РАН).

Это:

1. Новые виды организации и оценки научных исследований.

2. Современные формы финансирования исследований.

3. Омоложение кадров.

4. Обновление приборной базы.

5. Современное информационно-коммуникационное обеспечение.

По-видимому, внимание должно быть сконцентрировано на них.

Вышеприведенный перечень построен «по нисходящей», т. е. чем ниже в списке расположена новация, тем меньше ее инновационный потенци ал. Оба эти индикатора (и ИП, и ИК) – комплексные показатели, вычис ляемые по комбинации ряда параметров. Не углубляясь в подробности, ограничимся интуитивным пониманием этих выражений (его вполне до статочно).

Допустим, что мы согласны с таким распределением «важности»

этих новаций (есть и другие). Интересно выяснить, как оценивают ученые степень ассимиляции разных новаций в своих институтах. Для унифика ции интервьюирования использовался единый «Вопросник», на основе которого были проведены более 20 углубленных интервью с ведущими учеными естественнонаучных институтов. В частности, ученые оценивали ИК – уровень ассимиляции инновационных факторов в академической науке по российской «школьной системе» – от 1 (min) до 5 (max) баллов.

Оценки, сделанные учеными, распределились следующим образом:

• освоение информационно-коммуникационных технологий – 4,3 балла, Секция 9. Социология науки и технологий • избирательное финансирование – 3,2 балла, • омоложение кадров – 2,2 балла, • перманентное обновление приборной базы – 2,1 балла, • новые виды организации/оценки научной деятельности – 1,2 балла.

Конечно, это усредненные результаты, но надо отметить, что разли чие оценок в разных институтах было невелико. Если усреднить еще раз, то средняя оценка инновационного климата (по нашей шкале) будет 2,6 балла, т. е. по школьной терминологии - «двойка с плюсом». Слабее всего продви гается самая важная новация – новые виды организации/оценки научной деятельности. А то, что вначале специалисты считали самой простой, чисто технологической новацией - освоение и совершенствование информа ционно-коммуникационных технологий, не только дало максимальную ассимиляцию, но и сильно поддержало нашу науку в тяжелые времена.

Появление, развертывание и развитие ИТ, коллектив исполни телей проекта отслеживал и фиксировал с особым вниманием. Это была самая настоящая НОВАЦИЯ, пришедшая в отечественную академическую науку у нас на глазах, постепенно осваиваемая, предмет вожделения одних и непримиримой враждебности других, символ элитарности, игрушка и прекрасный помощник в работе! А для социологов – уникальное case study о динамике традиций и новаций, увиденной собственными глазами и зафиксированной собственными анкетами.

Новейшие информационно-коммуникационные технологии – один из основных факторов модернизации науки, и их использование в научном сообществе РАН непрерывно росло, начиная с 90-х гг. Эта инновация ради кально расширила профессиональные возможности ученых, но, к сожа лению, ее продуктивность внутри самой науки в продолжение долгого времени не подтверждалась в явной форме, хотя обычно и не подвергалась сомнению. Изучая эту инновацию, мы скрупулезно фиксировали динамику показателей, характеризующих не только степень использования ИТ, но и их воздействие на профессиональную продуктивность ученых.

Достаточно массовое обращение исследовательского сообщества к ИТ было впервые замечено при обследовании академических институтов в 1994 г., через год (в пилотаже 1995 г.) уже была зафиксирована значимость этого нового фактора, так что данный отрезок времени можно считать начальной фазой освоения компьютерных телекоммуникаций. Из года в год ассимиляция новации набирала силу: росли как проценты пользователей, так и интенсивность пользования, расширялись и география контактов, и ассортимент используемых сервисов. К 1998 г. все ведущие академические институты подключились к Интернету, и проведенный в это время пилотаж показал качественный характер изменений, вносимых в научную деятель ность новейшими ИТ. Из средства межличностного общения (коммуника ции), в котором зачастую решались научно-организационные проблемы, они стали еще и самым оперативным источником научной информации.

А информация и коммуникация - основа продуктивной работы ученого.

Появилось много новых возможностей: пользование международными Секция 9. Социология науки и технологий базами данных, участие в мировых профессиональных сетях, постановка своих задач на чужих компьютерах и т. д., и т. п. И подобные возможности реально использовались, что явно зафиксировано эмпирическими дан ными. Не проявлялась лишь одна нетерпеливо поджидаемая закономер ность. Не только в 1995 г., но и в 1998 г. обработка полученных данных не выявляла позитивного воздействия ИТ на продуктивность профессиональ ной деятельности ученых. Оба пилотажа показали одну и ту же корреляцию:

ученые, наиболее активно и успешно занимающиеся научной работой, являлись и активными пользователями ИТ, но обратная зависимость отсут ствовала – «суперактивная» в ИТ группа была по научным достижениям слабее остальных пользователей, а минимально активная группа пользова телей ИТ показывала прекрасные научные результаты, особенно по публи кационному индикатору. Всё это заставляло сделать вывод, что активное использование ИТ является скорее следствием общей профессиональной активности и успешности ученых, чем её причиной.

После 1998 г. никаких радикальных событий в академической системе РАН не происходило. Со временем новация становилась при вычным удобством. Все понимали, что она ускоряет определенные виды работы, но социологи, веря своим результатам, знали и то, что при этом продуктивность научной деятельности она не повышает. Это было непо нятно, поэтому в 2001/02 гг. мы провели третий пилотаж с особым вни манием к этому феномену. По-видимому, минувшие годы стали этапом вызревания результатов новации. Данные, полученные в этом обследова нии, оказались нетривиальными и выявили именно ту, давно ожидавшуюся закономерность.

Этот пилотаж зафиксировавший итог трех лет, прошедших после предыдущего обследования, наглядно продемонстрировал радикальное изме нение роли ИТ в исследовательских коллективах. Абсолютно во всех группах респондентов проявились устойчивые положительные корреляции между использованием ИТ и профессиональной продуктивностью. Основные поль зователи ИТ заметно улучшили свои показатели как по количеству публика ций и докладов, так и по участию в международных грантах. Cуперактивная в ИТ группа заняла первое место и по показателям профессиональной резуль тативности, а ранее успешная группа, мало пользовавшаяся ИТ, заметно утратила свою эффективность. Так, на основании эмпирических данных 10-летнего слежения за конкретной инновацией, впервые была показана однозначно положительная итоговая корреляция между степенью включен ности ученого в ИТ и его профессиональной успешностью [1;

2].

Но инновации имеют и собственное развитие, - невозможно удов летворить потребность ученых в информационно-коммуникационных тех нологиях раз и навсегда. В последние годы особенно быстро развиваются проекты социальных сетей. В науке все большее распространение получают социальные сети в форме так называемых collaboratory (е-лабораторий).

Даже для того, чтобы быть в курсе интернациональной научной информации и поддерживать международные контакты, требуется посто янное обновление информационно-коммуникационной инфраструктуры Секция 9. Социология науки и технологий национальной науки. Поэтому наши перспективы на достойное место в мировой науке серьезнейшим образом связаны с тем вниманием, которое в ближайшее время будет уделено дальнейшему внедрению и, главное, – развитию новейших информационно-коммуникационных технологий. Из сложной истории этой инновации следует простой вывод: не торопиться с оценкой результативности новаций. Изначально надо тщательно взве шивать их перспективы, но не спешить с оценкой: не бывает, чтобы осу ществилось «всё и сразу».


Библиографический список 1. Мирская Е.З. Современные информационно-коммуникационные технологии в профессиональной деятельности российских ученых // Наука России. От настоящего к будущему / Отв. ред. В.С. Арутюнов.

М.: УРСС, 2009. С. 323-344.

2. Мирская Е.З. Новые информационно-коммуникационные техно логии в российской академической науке: история и результаты // Социология науки и технологий. С.-Пб.: «Нестор–История». 2010. Т. 1.

№ 1. С. 127-139.

Секция 9. Социология науки и технологий Родный А. Н., Москва Некоторые противоречия в развитии химии как научной и учебной дисциплины Аннотация Рассмотрены противоречия в развитии химии как науч ной и учебной дисциплины в плане противопоставления:

фундаментальная – прикладная и теоретическая – экс периментальная наука. Отмечены особенности взаи моотношений науки и образования в области химии на различных этапах ее истории. Подчеркивается необхо димость изучения этих взаимоотношений через призму технологического развития социума.

Ключевые слова: химия как научная и учебная дисциплина, профессиональ ное сообщество химиков, «научно-образовательно-технологический комплекс», дисциплинарная структура, междисциплинарная структура Для формирования химии, как любой научной дисциплины, должны выполняться определенные условия – критерии, которые сформулированы в работе В.А. Юревича (1, с. 84):

• Преподавание данной дисциплины в вузах и наличие учебников.

• Присуждение научных степеней в соответствующей области.

• Существование научно-исследовательских институтов и центров, в название которой фигурирует обозначение этой дисциплины.

• Издание профессиональных журналов.

• Учреждение профессиональных ассоциаций и других професси ональных объединений.

• Существование достаточно широкого круга специалистов, иден тифицирующих себя с данной областью знания.

На мой взгляд, эти же самые условия, с некоторой поправкой не обходимы и для формирования учебной дисциплины. В системе высше го образования «присуждение ученых степеней» сопряжено напрямую с получением преподавательских должностей. Хотя понятно, что научная и преподавательская деятельность имеют разную природу. «Существование Секция 9. Социология науки и технологий научно-исследовательских институтов и центров», по крайней мере, жела тельно при высших учебных заведениях. Но, как только возникли кафедры при университетах, и там стала вестись научная работа, данную институцию правомерно считать «научно-исследовательским центром». Учебное заве дение в настоящее время, которое не имеет исследовательской базы, вряд ли представляет собой лицо учебной дисциплины. Все остальные критерии у научной и учебной дисциплины общие.

Применимы ли для учебной дисциплины только ей присущие крите рии? По-моему, в институциональном плане - это наличие структур «педа гоги данной дисциплины», куда входит философия, методология и история.

Можно с некоторыми оговорками утверждать, что научная дисциплина формируется, в первую очередь, как институт для выработки нового зна ния, а учебная как институт для подготовки специалистов, способных это знание производить и использовать.

Многие столетия институционально наука была только при ложением образования. Академия Платона, Ликей Аристотеля и даже Александрийский Музейон прежде всего были учреждениями образова тельными, которые в дополнение к воспитанию и совершенствованию молодого поколения, давали возможность заниматься наукой для само усовершенствования. Развитие социально-экономических отношений способствовало появлению элементов, как научной, так и образовательной деятельности. Цеховая структура ремесленного производства позволяла по крупицам собирать инновации, но, не тиражировать их. Распространение технико-научных знаний в Европе начинается с XVI в. и получает ускоре ние с распространением идеологии просвещения. Именно просвещение и появление новых технологий поднимают на щит научную деятельность и способствуют становлению и развитию естествознания и социализации его адептов.

Ценность единства науки и образования становится понятной для избранных уже в XVII в., когда создаются научные общества и академии, а для большинства образованных людей в XVIII в.;

когда открываются естественнонаучные кафедры и лаборатории в университетах, медицин ских и инженерных академиях и школах. С этого времени естественнона учная идеология начинает завоевывать прочное место в социуме западной Европы. А это привело к тому, что в высших учебных заведениях иссле довательская работа наряду с преподавательской стала обязательной. Со второй четверти XIX в. ей начинают заниматься не только профессора и преподаватели, но и студенты.

Причем сила естественнонаучной идеологии была такова, что уни верситетская наука стала антиподом практической деятельности. На кафе драх и в лабораториях стал царить дух теории и эксперимента, а ученые занялись преимущественно вопросами познания природы. Даже химия, которая из всех естественнонаучных дисциплин имеющая мощную прак тическую направленность, была представлена в университетах преимуще ственно своей фундаментальной составляющей.

Секция 9. Социология науки и технологий Прикладные структуры в образовании, вводившиеся из рациональ ных установок плохо приживались на университетской почве. Так, курсы “технологии” в университетах России не были насущной потребностью общества в подобных специалистах. Это была скорее дань европейскому образованию, где технология как учебная дисциплина преподавалась с конца ХYШ в. Об этом говорят такие факты, как отсутствие у студентов интереса к этим курсам и нежелание преподавателей их вести (2, с. 286).

На протяжении всего XIX в. и первые два десятилетия ХХ в. прикладная тематика отечественных университетов в области химии находилась на периферии интересов естественных отделений физико-математических факультетов. Как правило, доцентами и профессорами по химической технологии и технической химии становились люди, только начинавшие свою преподавательскую деятельность. В последствии они переходили на кафедры аналитической, неорганической и органической химии, ста тус которых был выше. Хотя, надо заметить, сто общественный интерес к химико-технологической проблематике постепенно в XIX в. постепенно/ возрастал. Поэтому в университетах была введена практика чтения специ альных лекций по химической технологии для широкой аудитории слуша телей, включая предпринимателей, инженеров, технологов и прочих групп населения, интересовавшихся химией и ее приложениями на практике.

В России такая публичная форма распространения знаний потеряла свое значение со второй половины XIX в., когда начали открываться выс шие технические школы (технологические и политехнические институты).

Истоки химико-технологического образования лежат в преподавании двух дисциплин - химии и технологии. На их основе появился целый спектр новых химико-технологических дисциплин. Первый отечественный учеб ник по химической технологии был издан в 1851 г. (3). До начала ХХ в. учеб ники по курсу химической технологии представляли собой сумму сведений об отдельных производствах с учетом состояния науки и техники тех лет.

Того, что сейчас называется общей химической технологией, содержащей теоретические основы предмета, тогда, по существу, не было. В материале о каждом отдельном производстве присутствовала «своя теория».

В начале XIX в. химия формируется как научная дисциплина.

Одновременно происходила ее дифференциации на отдельные области (неорганическая, органическая, физическая и аналитическая химии).

Химическая литература в значительной мере освобождалась от производ ственной тематики, которая закреплялась в литературе по технической химии, а та, в свою очередь, смыкалась с учебной литературой по хими ческой технологии. Издания по отдельным производствам все больше наполнялись химическим (теоретическим) содержанием, чему, в немалой степени, способствовало развитие физической химии. Последняя повысила теоретический уровень учебной литературы в области химической техно логии, которая сумела интегрировать в себе научную и производственную тематики. Развитие отдельных химических производств и их кооперация способствовали формированию технологической структуры отраслей хими ческой промышленности. Это, в свою очередь, отразилось на издательской деятельности, в том числе и на выпуске учебной литературы.

Секция 9. Социология науки и технологий В становлении профессионального сообщества химиков важную роль сыграла система научно-технических обществ. Они объединяли в своих рядах не только химиков, но и специалистов из различных отрас лей науки и техники, промышленников и правительственных чиновников.

Общества являлись важным связующим звеном в механизме взаимодей ствия науки и профессиональной подготовке специалистов. Для работы в них широко привлекалась студенческая молодежь. Члены научно-тех нических обществ вели большую просветительскую деятельность: читали лекции по различным проблемам науки и техники, организовывали про мышленные выставки, устраивали научно-технические конференции, издавали литературу по широкому кругу вопросов теоретической, экспери ментальной и прикладной науки. Заметной вехой в процессе формирования российского сообщества химиков стал Первый менделеевский съезд по общей и прикладной химии, который состоялся в 1907 г. (4, с. 30).

В начале ХХ столетия в России еще не было научно-исследователь ских институтов в области химии, что говорит об определенном отстава нии отечественной науки, в первую очередь, в области физической химии, так как основные институты в других странах были физико-химического профиля. Этот же факт свидетельствует о недостаточной разработанности теоретических основ химии, которые в начале века базировались на фун даменте физической науки (5, с.236).


Для понимания тренда развития химии, как научной и учебной дис циплины, интересна статья А.Я. Юффа и С.А. Паничева, где затрагиваются вопросы соотношения теоретической и экспериментальной составляющей современной науки. (6). Так, по данным, на которые они ссылаются, экс периментальные работы в химии составляют 93%, а на долю теоретической химии приходится 7 %. При этом на 7 % приходятся публикации по уже известным теоретическим методам и моделям;

теоретическим обобщениям, как правило, относящимся к узким направлениям науки и философским обобщениям. Такое гипертрофированное развитие в сторону эксперимен тальной химии приводит к структурным диспропорциям в научно-образо вательном процессе. Из-за ярко выраженной практической нацеленности химии в тени остаются вопросы познавательного, мировоззренческого и общекультурного плана.

При этом, как отмечают авторы, «получить грант на решение теорети ческой проблемы чрезвычайно трудно, если в результате не обещано «новое вещество», материал или технологический процесс». Эта тенденция находит отражение и в управлении наукой. «Так, посвященный химии раздел целевой научно-технической программы «Исследования и разработки по приори тетным направлениям науки и техники» для предоставления на открытые конкурсы Минпромнауки России имеет характерное название «Новые мате риалы и химические продукты». Тогда, как физический раздел имеет название «Фундаментальные исследования в области физических наук» (94).

Юффа и Паничев отмечают, что определенный застой в теоретиче ской химии сказывается и на учебниках, которые фиксируют последние обобщения, включающие результаты 50-60-х годов. Это приводит к тому, Секция 9. Социология науки и технологий что в образовании господствуют практические концепции: учащиеся зна комятся с длинными списками сведений о веществах, реакциях и инстру ментальных методах, а объяснение различных фактов, явлений и законо мерностей происходит в рамках существующих теорий (95).

По их мнению, причинами такого положения вещей являются следу ющие факторы: во-первых, чрезвычайный прогресс в развитии эксперимен тальных средств, главным образом, измерительных приборов и вычислитель ной техники, которые стали доступны почти для всех;

во-вторых, загрузка исследователей, способных к теоретической работе, организационной дея тельностью, когда текущая работа выпадает на молодых ученых, озабоченных дипломами и диссертациями и, в-третьих, распространением идеологии «экс периментальной науки», которую поддерживают руководящие органы (96).

Возможно, современное состояние химии отражает общую тенден цию развития наук. Так, Е.В. Балацкий отмечает «особенности в динамике экономической мысли: постепенное исчерпание собственного объекта иссле дования экономической науки;

снижение качества и значимости результатов экономических исследований;

снижение масштаба личности экономиста исследователя». (7, с 30). Что, по его мнению, является выражением общего закон Г. Госсена для науки: «накопление новых научных знаний приносит все меньше и меньше пользы человечеству. Закон уменьшающейся предельной эффективности: растущие финансовые, материальные и трудовые затраты на науку, дают все меньше и меньше результатов». (7,.с.39).

Заключение Историко-научный анализ показывает, что формирование химии как научной и учебной дисциплины происходило в их неразрывной связи.

Причем это единство определялось развитием химических технологий, производств и промышленности. Следует говорить об истории химии, как истории единого комплекса - «науки – образования - технологий». И опре деленные противоречия, которые возникали в процессе его формирования между научной и учебной дисциплинами, во многом были обусловлены логикой и спецификой технологического развития.

Длительный период времени естествоиспытатели, натурфилософы, медики и технологи, носители химического знания, опыта и умения, были не связаны между собой в своей профессиональной деятельности. До того, как химия оформилась в качестве научной и учебной дисциплины, естественно, никаких противоречий между ними быть не могло. Если не считать того факта, что каждый химик, занимавшийся изучением превра щений и свойств веществ в познавательных и производственных целях, сталкивался с проблемой «обучения». Он решал для себя альтернативную задачу, как узнать и как сохранить «секреты мастерства». В XVIII в., когда появились курсы химии в учебных заведениях, возникла проблема их наполнения: насколько они должны быть, с одной стороны, фундамен тальны и практичны, а, с другой, теоретичны и экспериментальны.

Секция 9. Социология науки и технологий В университетах конца XVIII и начала XIX вв. функция обучения в области химии явно превалировала над исследовательской компонентой.

И только со второй четверти столетия химические исследования в универси тетах, а затем и в других высших учебных заведениях получают постоянную прописку. Однако на повестке тот же постоянный вопрос о соотношении фундаментального – прикладного и теоретического – экспериментального.

Но, появляется и новая проблема: сколько времени затрачивать на лекци онно-практическое обучение и сколько на исследовательскую работу. К тому же возникают и методологические задачи, связанные с классификацией и систематизацией учебного материала. С развитием химии в системе наук усиливаются ее центробежные силы, усложняется ее структура. Вопросы подготовки физхимиков, биохимиков, геохимиков и других специалистов ста новятся в плане методологии чрезвычайно актуальными, но и одновременно противоречивыми. В рамках учебной дисциплины идет борьба идеологий и борьба за человеческие, материальные и финансовые ресурсы.

С 40-х гг. XX в. химики становятся «массово» востребованной про фессиональной группой в естественных и технических науках, а также в технологиях, выходящих за рамки химических производств. Здесь важно подчеркнуть, что сами химики не только используют достижения других наук, которые находят применение в химических отраслях промышленно сти, но и другие науки и отрасли промышленности «массово» потребляют «химическую продукцию». Борьба за идеологии и ресурсы перемещается из единичной учебной дисциплины на уровень системы учебных дисциплин.

В конечном счете - это сказывается на комплексе научных исследований и на инновационных процессах. Уже не очень понятно, какие знания давать химикам и куда их готовить для исследовательской, преподавательской и производственной деятельности.

В ХХI в. химики обретают статус «свободных «агентов» в форми рующейся глобальной инновационной системе, ориентированной на научно-технологическую проблематику социальных сетей. Возрастает роль лидеров научных коллективов, независимо от их профессиональной при надлежности, способных генерировать идеи и налаживать инновационные процессы. Дисциплинарные и междисциплинарные структуры химии уже не справляются с новыми вызовами времени (8). Наступает «постдисципли нарный» этап развития химии, когда традиционная логика развития хими ческого комплекса «наука - образование - технологии» перестает описывать существующую реальность в поле бифуркаций системы инновационных процессов социума.

Следует отметить, что когнитивно-институциональные структуры, сложившиеся на каждом этапе становления и развития профессионального сообщества химиков, полностью не утрачивают своей функциональности, а дополняются новыми структурами следующих исторических периодов.

Даже «додисциплинарная структура», казалось бы совсем не актуальная с XIХ в., может рассматриваться как прообраз «постдисциплинарной структуры» в плане свободного поиска химиками своей научно-техниче ской проблематики.

Секция 9. Социология науки и технологий Библиографический список 1. Юревич А.В. Науковедческая башня или в очередной раз о предмете и структуре науковедения. // Наука, инновации, образование. Вып. 4.

М., 2008. С. 83-97.

2. Лукьянов П. М. История химических промыслов и химической про мышленности в России. - Т. 1, М.;

Л., 1948.- 544 с.

3. Ильенков П. Курс химической технологии. – Спб., 1851. – 1064 с.

4. О. Е. З в я г и н ц е в, Ю. И. С о л о в ь е в, П. И. С т а р о с е л ь с к и й.

Лев Александрович Чугаев. - М., 1965.- 200 с.

5. Родный А.Н. Процесс формирования профессионального сообщества химиков-технологов (конец XVIII в. – первая половина XX в.). М.:

ИИЕиТ РАН, 2005. – 316 с.

6. Юффа А.Я. Паничев С.А. Проблемы и перспективы высшего химиче ского образования. //Российский химический журнал. Т. XLVII. № 2.

С. 93-99.

7. Балацкий Е.В. Мировая экономическая наука на современном этапе:

кризис или прорыв? // Науковедение. №2. 2001. с. 25-45.

8. Ковальчук М.В. Конвергенция наук и технологий – прорыв в будущее.

// Российские нанотехнологии.Т.6. №1-2. 2011. С. 13-23.

Секция 9. Социология науки и технологий Рощина Н. В., Екатеринбург Социологический подход к системе рецензирования и публикационной активности ученых Аннотация В статье изложены основные критерии отказов редакци онной коллегии журнала, отмечены некоторые мотивы отказов, а также мнения самих авторов о работе рецен зентов. Автор статьи перечислила основные позиции работы рецензентов, которые недопустимо использовать в своей деятельности. Рассмотрены правила конфиден циальности поступающей информации.

Ключевые слова: система рецензирования, редколлегия, редакционный порт фель, необоснованность, оригинальность, конфиденциальность, анонимность Введение Без научного редактора и редколлегии ни один научный журнал существовать не может и не имеет право. Редактор и рецензенты журнала – наиболее эрудированные специалисты в своей области, которые решают достаточно интересную задачу, а именно разделить в своей специальности новое знание и знание ранее существовавшее [1].

Состав редколлегии, как правило, помещается на титульном листе журнала, автор статьи заинтересовалась – важен ли на самом деле состав редколегии для желающих опубликоваться? Выяснилось, по данным социо логического исследования автора, что из профессорско-преподавательского состава просматривают состав редколлегии журнала 40 % докторов наук;

% кандидатов и 35 % неимеющих степени. Таким образом, состав редкол легии важен больше для докторов наук (40 %), а значения не имеет всего для 6,7 % для тех же докторов (40,00 % – 53,33 % – 53,34 %). Кандидаты и неостепененные легче относятся к составу редколлегии, почти одинако вое количество процентов их состав вообще не просматривают.

Основная задача редколлегии, рецензентов и научного редактора заключается в том, чтобы либо согласиться на опубликование, либо отка зать. Для оценки оригинальности реального частного результата недо статочно представления о наличном знании, практическая оценка дела Секция 9. Социология науки и технологий ется с учетом возможных перспектив его развития. Поэтому совершенно неизбежные ошибки приводят, во-первых, к конфликтным ситуациям, а во-вторых, к публикации статей, впоследствии не используемых научным сообществом.

Автор статьи предлагает вниманию читателей следующие критерии (а также и мотивы), по которым автор-ученый получает отказ от научного редактора и редколлегии журнала.

Критерий необоснованности выводов и отсутствия оригинальности Так, отклонение статьи из-за необоснованности выводов или недо статочного знакомства автора с другими работами данного направления тоже опирается на решение редактора (рецензента), связанное с интерпре тацией ее автором других работ. Научный редактор требует от автора ори гинальности (перспективности) и обоснованности нового вклада в данной области. Именно это решение и является приговором относительно всех многочисленных «очевидно», «можно предполагать», «с большой веро ятностью следует» и т. п., которых достаточно много в любой рукописи (отклонили за отсутствие оригинальности – 9,43 %). И если помнить, что речь идет об интерпретациях, то становится видно и другое – требо вание обоснованности выводов во многом противоречит представлению об оригинальности содержания, так как частный обоснованный резуль тат в большинстве случаев тривиален, за исключением результатов чисто эмпирических.

Как правило, под отсутствием оригинальности понимается то, что содержащаяся информация не существенна. Но в этом случае речь идет уже не о некотором объективном критерии, а о мнении рецензента, которое опирается на его эрудицию, а также на представление о том, какие именно пути в исследовании проблемы окажутся перспективными. Сделанная с этих позиций оценка содержания рукописи может расходиться с мнением автора и участников предварительных обсуждений. Более того, эта оценка часто не совпадает с мнением редакции другого журнала, в который обра щается со своей рукописью автор отклоненной статьи.

Критерий значимости Вернули статьи из-за недостаточности теоретической либо прак тической значимости 30,19 % респондентам. Результаты исследования Р.

Уитли помогли выявить связь между типом статьи и шансами на ее откло нение редакцией журнала. Наименьший процент отклонений был зареги стрирован для рукописей, излагающих некоторый эмпирический результат, полученный по стандартной методике с простой и хорошо сформулирован Секция 9. Социология науки и технологий ной рабочей гипотезой, за ними идут статьи методического содержания.

Чаще же всего отклоняются статьи теоретического характера с развернутой интерпретацией данных.

Критерий перспективы В каждой редакции существует портфель, в котором хранятся публи кации на ближайшие номера. Некоторые статьи редколлегией и редак цией откладываются специально, видя дальнейшие перспективы каждой статьи. Кроме того, члены редколлегии – наиболее квалифицированные представители некоторой исследовательской области – довольно хорошо осведомлены и о той работе, которая ведется на переднем крае дисциплины.

Поэтому определенная статья может быть актуальна совсем в другое время и будет представлена в журнале лишь через несколько лет. К тому же сама статья выступает в момент публикации не как квант нового знания, а как корректное сообщение о результате исследования. Но авторам, как пра вило, нужна публикация в ближайшее время, а не через год. По результа там исследования 15 % респондентов ответили, что их не опубликовали, а в своем портфеле оставили.

Критерий новизны Нередко авторы-ученые сталкиваются с тем, что в присланной рецензии внятно не указано – почему статья не понравилась. Например, статья отклоняется «на основании отзывов рецензентов» – такая ситуация весьма распространённая. Всегда имеется вероятность того, что статья попадает к лицу, в ней не заинтересованному, скажем, прямому конкуренту или просто человеку, проснувшемуся не с той ноги. В таких случаях есть масса способов «завернуть», не написав ни слова по существу, например, «Статья не представляет достаточно новизны, чтобы оправдать публика цию». В то же время рецензент не в состоянии дать ни одной ссылки, чтобы доказать, что похожие данные уже были когда-то опубликованы. (Из-за отсутствия новизны вернули 20,75 % респондентам.) Стоит заметить, что, учитывая современный информационный уровень, крайне сложно объ ективизировать критерий новизны. Опубликовать что-то принципиально новое безумно сложно: новое часто отменяет старое, потенциальные рецен зенты – чаще всего учёные с опытом и, возможно, имеющие персональные интересы в области. Открыть что-то новое, не задев никаких интересов, связанных с карьерами других учёных и вопросами финансирования, почти невозможно. Потом, принять рецензентом статью – значит взять на себя огромную ответственность. На опровержение одной неправильной статьи в ведущих журналах часто требуются годы работы нескольких групп. Как показывает практика, одна неподтверждающая работа еще недостаточна Секция 9. Социология науки и технологий для опровержения, всегда есть причины, которыми можно обьяснить рас хождение данных. Есть еще варианты: статья «плохо написана», «требует сокращения хотя бы раз в десять» и так далее. По данным исследования автора статьи 24,62 % респондентов сталкивались с несправедливостью редколлегий, а 73,38 % не сталкивались.

На сегодняшний день не сталкивались с отказом опубликоваться 56,25 % докторов наук;

46,67 % кандидатов сталкивались, неостепенен ные сталкивались 36,36 %. С неаргументированным отказом столкнулись 17,65 % профессоров;

52,94 % доцентов;

без звания – 29,41 %, т. е. доценты больше других столкнулись с неаргументированным отказом. Также хоте лось бы отметить, что с неаргументированным ответом сталкиваются чаще в возрасте «35–45 лет» (35,7 %) и «55 и выше» (25,00 %).

Существует общее замечание, касающееся всех научных редакторов и рецензентов, когда не указано конкретно, в чём слабость работы и как её надо написать, чтобы рецензенту понравилось. С таким рецензентом можно спорить, в то же время внося те изменения, которые ему казались необхо димы. Поскольку, однако, рецензент не уточняет, что именно в статье не так, то в следующем отзыве написаны примерно те же замечания.

Критерий халтуры Присланная рецензия содержит неуместные замечания и очевидно, что дальше абстракта рецензент не читал, а в некоторых подобных случаях комментарии бывают просто абсурдны. К примеру, рецензент спрашивает, почему такой-то вопрос не был обсуждён в статье, в то время как этому вопросу посвящена страница текста. Иногда просто очевидно, что рецен зент абсолютно ничего не понимает в обсуждаемых вопросах. Автор может обратиться к редактору с просьбой обратить внимание на то, что рецензент совершил те или иные фактические ошибки и что он недостаточно ква лифицирован для реферирования работ в этой области (с недостаточной квалификацией рецензентов столкнулись 13,4 %, а вместо корректной рецензии простая отписка отметили 45 %.

Критерий субъективности Например, журнал принимает статью с отличными рецензиями, автор посылает следующую статью с похожей тематикой – идёт полный разгром, и даже про предыдушую статью пишут, что она никуда не годится.

Система рецензирования порождает определённые тенденции в писании статей. Самое легкое – взять что-нибудь хорошо известное и чуть-чуть «улучшить». Такая статья всех устраивает и никому не доставляет неприят ностей. Предыдущие авторы рады, что на них сослались, рецензент точно знает, что статья правильная, значит, можно принимать без риска для своей Секция 9. Социология науки и технологий репутации. Значение такой статьи для науки минимальное, но именно так сейчас нарабатывается огромное количество статей для удлинения своих списков публикаций. По результатам исследования 22,22 % авторам отка зали в опубликовании, в то время как явно более слабая статья была опу бликована. Хотелось бы отметить, что не все авторы сталкиваются с такими трудностями – не было борьбы у 4,84 %, а действуют по ситуации 1,61 %.

Критерий положительности Помимо всего прочего, опубликовать негативный результат в прин ципе сложнее: такие статьи неохотно принимаются. По данным социологи ческого исследования 69,23 % докторов наук считают, что положительные результаты легче опубликовать, не знают – всего 15,38 %, а 37,93 % считают, что если статья объективно достойная, то все равно опубликуют – 37,93 %.

Многое зависит от самой темы исследования и научного направления – ответили 3,45 % респондентов;

1,56 % считают, что труднее опубликовать негативный результат, не предлагая позитивного выхода;

столько же 1,56 % отметили, что если достойная предоплата, то рецензеты могут согласиться.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.