авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 39 |

«Д. В. Зеркалов ПОЛИТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ Монография Электронное издание комбинированного ...»

-- [ Страница 30 ] --

В связи с этим представляется целесообразным унифицировать налоговые законодательства двух государств для создания благоприятных условий развития взаимовыгодного сотрудничества в области электроэнергетики.

4. Несогласованность в функционировании оптовых рынков электрической энергии и мощности государств.

В настоящее время проблемным является вопрос реализации казахстанской электроэнергии на внутреннем рынке России.

Поскольку электроэнергетические компании Казахстана не являются членами Федерального оптового рынка электрической энергии и мощности России (ФОРЭМ), они лишены возможности свободной реализации энергоресурсов на российском рынке.

В связи с этим огромное значение имеет разработка правовой основы равного доступа энергопроизводителей одной стороны на внутренний рынок электро энергии другой стороны.

5. Наличие в государствах устаревшего электроэнергетического оборудо вания.

Серьезная проблема устаревшего оборудования и технологий в производстве электроэнергии угрожает, во-первых, конкурентоспособности экономик двух стран и, во-вторых, безаварийному взаимодействию электроэнергетических систем России и Казахстана и других государств Центральной Азии. В частности, в рассматриваемых странах очень высокий уровень расхода топлива на производство электроэнергии. Например, в России на производство 1 кВт.ч электроэнергии тратится в среднем 335-340 г условного топлива. Для сравнения в Европе расход топлива составляет 210-250 г/ кВт.ч. Таким образом, электроэнергетика России и Казахстана, а также других государств Центральной Азии «сжигает» лишние объема газа и угля, на производство которых опять таки нужны дополнительные инвестиции.

Поэтому проблема тотальной модернизации электроэнергетического сектора России и Казахстана сегодня приобретает особо актуальное значение, что станет немаловажным фактором в обеспечении бесперебойной работы энергосистем в параллельном режиме.

К основным проблемам развития интеграционного сотрудничества рассматриваемых стран в нефтегазовой сфере можно отнести следующие:

1. Несогласованность в формировании тарифов на транзит нефтегазовых ресурсов.

Государствами Содружества, и в т.ч. Казахстаном и Россией, до сих пор не выработаны единые подходы по формированию тарифов на транзит нефтегазовых ресурсов.

Например, для казахстанских экспортеров нефти транзитные тарифы более чем в 2 раза превышают тарифы для российских нефтяных компаний. В то же время белорусские тарифы одинаковы как для российских, так и для казахстанских экспортеров. Такого же равенства тарифов придерживаются трубопроводные компании Украины и Казахстана.

В частности, различный уровень транзитных тарифов для казахстанских и российских экспортеров нефти демонстрируют следующие данные:

Тариф без НДС для Тариф без НДС для Направление нефтегазодобывающих компаний нефтегазодобывающих компаний транзита Казахстана (в $ США) России (в $ США) Самара — 14,81 7, Новороссийск Самара — Ад.

11,68 3, Застава Самара — 7,96 2, Одесса Источник: Еженедельный обзор рынка российской нефти «Петролеум Аргус» от 17.02.03.

В связи с этим достижение согласованных тарифов на транзит нефтегазовых ресурсов должно стать одним из основных направлений развития интеграционного сотрудничества Казахстана и России в области энергетики.

2. Недостаточное развитие нефтегазотранспортной инфраструктуры.

Наиболее активное развитие систем магистральных нефтепроводов в республиках бывшего единого государства происходило в период с 1960 по г. Четверть от общей протяженности магистральных нефтепроводов стран СНГ эксплуатируется свыше 30-ти лет, что зачастую приводит к возникновению на них аварийных ситуаций.

Кроме того, многие крупные газовые месторождения в Казахстане не имеют доступа к экспортным газопроводам, в т.ч. месторождения «Тенгиз», «Жанажол»

и «Уритау».

В связи с этим (и учитывая необходимость расширения экспортных возможностей поставок нефтегазовых ресурсов Казахстана и России в третьи страны) большое значение имеет проведение работ по реконструкции и модернизации нефтегазотранспортной инфраструктуры и формированию новых экспортных маршрутов.

Сдерживающими факторами для эффективного развитию интеграционного сотрудничества России и Казахстана в угольной промышленности являются следующие:

1. Несогласованность тарифной политики на железнодорожном транспорте.

Как известно, международные транзитные железнодорожные тарифы в Российской Федерации гораздо выше, чем, например, в Республике Казахстан. В связи с этим казахстанские товаропроизводители за транзит своей продукции по территории России платят в 2,5 раза больше, чем российские товаропроизводители, что приводит к увеличению стоимости поставляемого экибастузского угля и снижению его конкурентоспособности. Доля транспортной составляющей в стоимости экспортного угля по отдельным направлениям достигает более 50% Несогласованность тарифной политики России и Казахстана в области транспорта противоречит основным положениям Генерального Соглашения о торговле услугами (ГАТС), Соглашения о формировании Транспортного союза в рамках ЕврАзЭС и является основным тормозом эффективного развития торгово экономических связей этих стран в области энергетики.

2. Низкий уровень развития углеобогащения.

Одним из важнейших вопросов эффективности работы теплоэлектростанций (ТЭС) является их обеспечение высококачественным угольным топливом.

Развитие же углеобогащения в России и Казахстане в последние годы характеризуется резким снижением, что негативно сказывается на развитии многих отраслей промышленности и в том числе теплоэнергетики. В индустриально развитых странах необогащенные угли в промышленности и других отраслях экономики не используются. Известно, что при снижении зольности угля на 5-6% и соответственно влаги, затраты топлива на выработку электроэнергии снижаются на 8-10%.

Таким образом, важнейшей задачей угольной промышленности России и Казахстана является дальнейшее развитие углеперерабатывающей отрасли и внедрение современных углеобогатительных технологий.

Анализ состояния интеграционного сотрудничества России и Казахстана в области энергетики свидетельствует о далеко нереализованном потенциале их взаимодействия и наличии многих нерешенных вопросов в этой сфере.

Примеры передовых промышленно развитых стран, и в частности стран Западной Европы, прилагающих в последние годы серьезные усилия по созданию в рамках Европейского Союза конкурентных рынков энергоресурсов, показывают, что курс на регионализацию энергетических рынков рассматривается ими в качестве важнейшего необходимого условия успешного будущего развития энергетики, и еще раз подчеркивают, что сегодня в одной отдельно взятой стране, даже обладающей значительной ресурсной базой энергетики, очень сложно обеспечить свою энергетическую безопасность, находясь в отрыве от международных интеграционных процессов в ТЭК.

Поэтому в настоящее время актуальное значение имеет разработка механизма углубления интеграционного взаимодействия России и Казахстана в области энергетики, что будет способствовать укреплению энергетической безопасности наших государств, их устойчивому экономическому развитию и формированию в перспективе общего рынка энергоресурсов. Его создание станет важным фактором достижения сбалансированности спроса и предложения энергетических ресурсов на внутреннем рынке двух стран и развития их экспортного потенциала.

При разработке указанного механизма, на наш взгляд, целесообразно учесть следующие направления интеграционного сотрудничества России и Казахстана в области энергетики:

1. Формирование согласованных принципов тарифной, налоговой и таможенной политики в области энергетики.

В области тарифной политики необходимо:

• разработать общие методологические подходы расчета тарифов на транзит энергоресурсов (электроэнергии и нефтегазовых ресурсов) и принять соответ ствующие Соглашения;

• оптимизировать железнодорожные тарифы на поставки и транзит угля по территории России и принять соответствующее Соглашение, в котором будут определены единые подходы к формированию тарифной политики.

В области налоговой политики целесообразно:

• принять меры по упрощению действующей в энергетическом секторе налоговой системы, повышению ее гибкости и адаптивности;

• унифицировать перечень подакцизных товаров.

В области таможенной политики целесообразно:

• разработать соответствующие нормативно-правовые документы, упрощающие процедуру таможенного оформления поставок энергоресурсов в рамках наших государств и в третьи страны (и в том числе перетоков электроэнергии в режиме параллельной работы энергосистем с учетом объема сальдо-перетока).

2. Развитие транспортной инфраструктуры энергетического сектора России и Казахстана.

В области формирования общего электроэнергетического рынка целесо образно принять меры по:

• ускорению строительства второй линии электропередачи напряжением кВ транзита «Север-Юг» Казахстана;

• совместному строительству новых энергетических мощностей с использованием современных технологий по производству электроэнергии в целях обеспечения энергетической безопасности России и Казахстана.

В области формирования общего нефтегазового рынка целесообразно:

Принять меры по реконструкции и техническому перевооружению нефтегазодобывающих предприятий, магистральных трубопроводов, созданию новых мощностей и внедрению современных технологий.

Приоритетное значение имеет решение следующих вопросов:

разработка и осуществление проектов увеличения пропускной способности • нефтепровода Атырау – Самара и соответствующих магистральных нефтепроводов Российской Федерации;

• принятие мер по дальнейшему расширению пропускной способности трубопровода КТК;

• проектирование и строительство нефтегазопроводов в восточно-азиатском направлении как реализация проектов регионального сотрудничества в рамках ШОС;

• проведение мероприятий по модернизации и реконструкции газотранспортной системы «Средняя Азия – Центр», «Бухара - Урал».

3. Создание энергетической биржи в рамках России и государств Центральной Азии.

Формирование общего рынка энергоресурсов предполагает создание энергетической биржи, база данных которой должна отражать информацию о спросе и предложении энергоресурсов, наличии пиковых и резервных мощностей, ценах на реализуемые энергоносители.

В состав энергетической биржи должны быть включены электроэнерге тическая, нефтяная, газовая и угольная биржи.

Функционирование данной биржи будет способствовать покрытию потребностей потребителей в энергоресурсах, созданию на рынке нормальной конкурентной среды, формированию равновесных цен на энергетические ресурсы и определению ценовых ориентиров, задаваемых самим рынком на обозримую перспективу.

Реализация предложенных направлений интеграционного взаимодействия России и Казахстана в области энергетики, на наш взгляд, будет способствовать укреплению их энергетической безопасности, созданию условий для устойчивого экономического роста, формированию в перспективе общего энергетического рынка, что станет мощным импульсом для активизации интеграционных процессов на постсоветском пространстве.

*** Анализ состояния казахстанско-российского сотрудничества в области энергетики позволяет сделать вывод о положительной тенденции его развития.

Активно реализуются совместные проекты двух стран по добыче, переработке и транспортировке энергоресурсов, углублению взаимодействия электроэнерге тических комплексов этих государств.

Вместе с тем нерешенными пока остаются вопросы таможенной, налоговой, тарифной политики наших стран в энергетическом секторе. Требуется принятие активных мер по модернизации нефтегазотранспортной инфраструктуры двух государств, совместному строительству межсистемных линий электропередачи в целях эффективного развития транзитного потенциала России и Казахстана.

Поэтому важное значение на современном этапе имеет разработка механизма углубления интеграционного взаимодействия наших стран в области энергетики и формирования в перспективе Единого энергетического пространства.

В заключении хотелось бы отметить, что особенностью энергетической политики Казахстана является ее многовекторность. Наша страна сегодня также активно развивает сотрудничество в энергетической сфере с другими государствами мира и прежде всего с Соединенными Штатами Америки, странами Европейского союза, Китайской Народной Республикой, которые эффективно реализуют инвестиционные проекты в нашей стране. О необходимости расширения взаимовыгодных связей с указанными государствами также отмечалось в Послании Президента Н.А. Назарбаева 1 марта 2006 года.

Так, весьма плодотворно развивается сотрудничество Казахстана и США в нефтегазовой сфере. Крупнейшим энергетическим проектом является создание СП «Тенгизшевройл» (ТШО), главной целью которого стала разработка Тенгизского месторождения. По условиям контракта американские инвестиции в этот проект должны составить 20 млрд. долл.

Наша страна также заинтересована в развитии сотрудничества с Европейским союзом. Расширяются контакты Казахстана как с Европейской комиссией, так и с отдельными странами ЕС. В настоящее время завершается подготовка Меморандума о взаимопонимании в области энергетики между Европейским союзом и Казахстаном.

В декабре 2005 года было завершено строительство нефтепровода Атасу Алашанькоу, который является первым экспортным маршрутом поставки нефти в Китай с территории постсоветского пространства.

16 июня 2006 года в Алматы был подписан Договор между Республикой Казахстан и Азербайджанской Республикой по поддержке и содействию в транспортировке нефти из Республики Казахстан через Каспийское море и территорию Азербайджанской Республики на международные рынки посредством системы Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД). Реализация данного документа, безусловно, будет иметь важное значение для экономического развития двух государств.

Многовекторный подход в планировании экспортных маршрутов создает для Казахстана, прежде всего, возможность диверсификации рынков сбыта своего сырья и, конечно же, возможность проявлять гибкость в плане оптимальной загрузки, максимальной эффективности использования нефтегазотранспортных систем и создания благоприятных тарифных условий для казахстанских экспортеров энергоресурсов. «В современной мировой экономике диверсификация – это признак стабильности и успешного развития энергетической отрасли любой страны».

Реализация многовекторного подхода в энергетической политике Казахстана и активизация взаимовыгодного сотрудничества нашей страны с государствами СНГ и другими странами мира вовсе не означает ухудшение отношений с Российской Федерацией. Здесь нет никакого столкновения интересов. Казахстан, являясь независимым государством, рассматривает возможности развития его экспортного потенциала, обеспечения энергетической безопасности в регионе, эффективного использования транзитных возможностей соседних государств.

Политика Казахстана ни в коей мере не направлена на противопоставление интересов стратегических партнеров. Казахстан напротив заинтересован в дальнейшем развитии эффективного сотрудничества со своими соседями.

И российский вектор остается важнейшим приоритетом внешне экономической политики нашей республики, что обусловлено наличием исторических и экономических связей между двумя государствами, сильного уровня взаимозависимости их промышленных комплексов. Поэтому актуальное значение приобретает дальнейшее развитие энергетического диалога между нашими странами, что требует прежде всего принятия эффективных мер по решению вопросов таможенной, налоговой и тарифной политики двух государств в области энергетики, модернизации нефтегазотранспортной инфраструктуры, электроэнергетического оборудования. Проведение нашими странами согласованной энергетической политики является важным фактором формирования в перспективе общего рынка энергоресурсов, что станет мощным импульсом для активизации интеграционных процессов на постсоветском пространстве.

5.3. ГАЗ КАК ОСНОВА ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ РФ В природном состоянии газ не пахнет, для безопасности туда добавляют особые вещества меркаптаны. Именно они сигнализируют нам об опасности.

Похожий механизм складывается и в российской внешней политике, прежде всего на постсоветском пространстве. «Стоимость газа» - фактор, который в нормальной ситуации не может являться ни ресурсом политического влияния, ни кардинальным условием взаимоотношений, сейчас же становится основным проблемным узлом, и уже всеми партнерами РФ трактуется как способ имперского диктата. На первый взгляд, взгляд извне России, проблема заключается в резком и не транспарентном росте цены собственно на российский газ и такого же «закрытого» для понимания скачка стоимости транспортировки туркменского.

Еще один фактор, раздражающий российских партнеров в СНГ – навязчивые предложения «Газпрома» приобрести магистральные трубопроводы на территории соседа (либо как вариант создать СП).

Ситуация выглядит сама по себе неприятно, но усугубляет ее то, что за этим все участники газовых сделок видят политическую мотивацию, которую в Кремле уже и не пытаются закамуфлировать под «чисто экономический интерес».

Отдельная проблема как определить этот политический интерес, если мы уже договорились что он существует, определить какую стратегию и цели «газовой политики» подразумевают в Кремле, и какие мнимые или реальные угрозы беспокоят партнеров в СНГ. Так как, по сути, эти ответы должны давать на уровне Кремля, давайте попробуем дать хотя бы внешнее описание ситуации.

Для РФ, при нынешнем внешнеполитическом курсе руководства и текущей экономической политике, газ является буквально всем. Это и последний довод и, 2007.

единственный механизм достижения целей (отдельный вопрос каковы эти цели).

Вряд ли вы назовете второй такой по значимости.

Чем занимался Путин весь срок своей деятельности? Выстраивал властную вертикаль внутри страны. Внешняя политика обычно является отражением внутренней. Что может соответствовать подобной вертикали вовне – некая единообразная и полностью контролируемая структура, на которую собирались бы все нити политики и экономики. «Газпром» – лучшая из всех возможных структур такого рода, квазимонополия обладающая почти четвертью мировых запасов газа. Нет второго такого «суверенного» (независимого от «нероссийских»

факторов) фундамента, на котором можно было бы отстроить максимально самостийную политику. «Газпром» для СНГ в таком раскладе может выглядеть как шестой флот США для стран третьего мира.

Каковы следствия такого подхода? Неизбежна примитивизация внешней политики, когда ставка делается только на одно. С другой стороны, суженность, или концентрация на газовом рычаге, быстро показала границы допустимого воздействия на партнеров. Партнеры с разной степенью успеха, но в состоянии выйти из под такого давления. «Газпром» не вся российская политика, и не может быть всей российской политикой, иначе ее ждет крах. Надо понимать, что это лишь данный момент ее реализации, и частный стереотип тех, кто стоит у рычагов власти.

Стереотип, корнями идущий из российского бизнеса 90-х заключается в том, чтобы тупо скупить все, что только можно купить ценного. В этом заключается иллюзия контроля. Такова российская политика от Армении (покупка почти всей энергетики и большей части промышленности), Украины (навязывание услуг «РосУкрЭнерго»), Беларуси (выкручивание рук «Белтрансгазу»), до Великоб ритании (попытка приобрести газораспределительную компанию Centrica, контролирующую более половины британского розничного рынка газа).

В этом ряду и предложение к Германии стать главным газораспреде лительным узлом в ЕС – в Кремле казалось, что от этого выгодного проекта немцам будет сложно отказаться. И все-таки ЕС почему-то отвергли это предложение, таящее возможные угрозы будущему их рынка. Кое-что удается «Газпрому» в Италии и во Франции, но общее мнение ЕС таково – «Газпром» не может быть их единственным энергетическим стержнем.

Такая реакция Запада естественно распространяется на страны СНГ, ощущающие гораздо более высокую монопольную зависимость от «Газпрома».

Поэтому все действия РФ, осуществляемые руками «Газпрома» на постсоветском пространстве воспринимаются с большим опасением. Естественно там пытаются найти двойное дно, ведь сказанное о том, как целеполагают ресурсы «Газпрома» в Кремле не секрет для других столиц СНГ.

Давайте предположим, что «Газпром» был бы обычной монополией, стремящейся государственным лоббизмом закрепить свое доминирование в Евразии. Тогда при каких условиях такую структуру РФ иностранные партнеры смогли бы допустить до внутренних сетей и других стратегических объектов?

Только при условии, что РФ понимают и РФ доверяют. Доводы о том, что «Газпром» осуществлял поставки 30 лет, а СССР в годы холодной войны был надежным поставщиком топлива, на сегодняшний день не имеют никакой силы (ничтожны).

Сейчас не тридцать и не двадцать пять лет назад, когда политика СССР была ясна, стабильна и предсказуема. Сейчас нынешняя Россия, внешнюю политику которой не понимают. При всех реформаторских усилиях эпохи Ельцина, Россия за последние годы для западных партнеров остается не ясна. Дело не в том, как говорят официальные политологи «Россия становится на ноги, и на Западе ее не хотят видеть сильной». Как раз наоборот – пугает неопределенность последствий.

Кто дал такую гарантию, что действия осуществляемые Кремлем внутри РФ и вне РФ порождают сильную и способную отвечать за последствия своих действий Россию. Сейчас Путин говорит, что гарантирует газовые поставки до 2020 года.

Хорошо, но за период последних пятнадцати лет, Запад наблюдал ельцинскую РФ, путинскую РФ: то есть две страны с разными характеристиками и стилями правления. А какой будет третья РФ?

Третья Россия, возможно, будет менее прогнозируемый партнер, чем брежневский Союз.

ЕС остается гадать: если вы так поступаете с соседями по СНГ, то как вы будете действовать, когда мы станем более зависимы от вас?

Многим понятно как выстраивается полтика США, какие факторы на нее влияют. Многим ясно кто такой президент Буш, каковы его личные качества. Но также всем понятно, что для долгосрочной стратегии США совершенно не важно кто таков ее президент. В России – важно… Никакой газовой конфронтации в 1999-2001 годах не ощущалось, думали даже о возможной продаже части госакций «Газпрома». Потом пошли процессы июля-октября 2003 года, началась война с неуправляемыми олигархами, как одно из следствий этой войны, компания становится полностью государственно капиталистической монополией. В нормальной, конкурентной экономике, известно, в чьих руках находится та или иная группа компаний, вся отрасль, что от нее хотят владельцы. В государственной системе, той, что выстроена в РФ, все заблокировано и задрапировано. Все ключевые высшие чиновники (Сечин, Медведев, Сурков) имеют посты в руководстве госмонополии. Такое сращивание нам объясняют нормальным способом управления со стороны государства и просят не беспокоиться.

В теме постпутинской РФ (формально после 2008 года), большая часть вопросов должна касаться того, кто будет управлять «большим газом». Сейчас важны нюансы. Понятно, что будет поддерживаться преемственность, но что более важно понять – в какой форме? Одно дело если управление квазимонополией уйдет насовсем в руки офицеров чекистского блока, совсем другой расклад если там окажутся иные люди.

Будущее должно быть гарантированно гражданским аппаратом. В такой смене менеджмента должны быть заинтересованы все, в том числе «чекисты».

Накопилась усталость от чекистского руководства, от политики осуществляемой в схемах рожденных данной ментальностью. Гражданские специалисты, имеющие другой образ управления бизнесом, имеют и другие мотивации принятия важных политических решений. Также требуется широкая прозрачность в том, какие выгоды, да и просто зарплаты получают чиновники этой госкорпорации. Если партнерам «Газпрома» за рубежом (СНГ и Запад) будет очевидна динамика – изменения мотиваций квазичекистской группы на мотивации гражданских профессионалов, контролируемых обществом, тогда и «газовая политика» России будет восприниматься несколько иначе.

Тогда возможно газ будет меньше пахнуть политикой.

5.4. ДОСТИЖЕНИЯ И ПРОБЛЕМЫ КАЗАХСТАНСКО-КИТАЙСКИХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ Экономика Казахстана, преодолев длительный спад, разрыв хозяйственных связей с республиками СНГ, сложный и противоречивый процесс формирования рыночных отношений, со второй половины 1999 г. обеспечила стабилизацию, вышла на траекторию устойчивого развития. За период с 2000 до 2006 гг.

среднегодовой рост составил самый высокий уровень в региональном и мировом масштабе – 10,2%, объем реального ВВП на 6% превысил уровень 1991 г.

Оценивая сегодняшнее состояние казахстанской экономики, Всемирный банк представляет разработанную классификацию, в соответствии с которой в настоящее время республика входит в группу стран, имеющих доходы выше среднемирового уровня. Десять лет назад ВВП на душу населения не превышал 700 долл., в 2006 г. он достиг 4,5 тыс., к 2008 г. возможно выйдет на отметку в 5, тыс. долл. Предполагалось, что удвоение ВВП страны по сравнению с 2000 г.

произойдет к 2010 г., однако, по имеющимся расчетам, это возможно на два года раньше. К 2015 г. валовой продукт возрастет в 3,5 раза. Подобные результаты одобрены, но и подвергнуты критике. Специалисты предупреждают, что надо различать понятия «рост» и «развитие» и не стремится только к количественным данным.

По макроэкономическим показателям в глобальном отчете за 2005 г., представленным Всемирным экономическим форумом, в группе из 117 стран Казахстан занимает 41-е место. По индексу конкурентоспособности, представленном на Давоском форуме, – 61-е место среди 140 стран. По технологическому индексу – 77-е, по индексам общественных институтов и макроэкономической среды – 76-е и 41-е, по рейтингу экономических свобод, рассчитанному «Heritage Foundation», в числе 161 страны республика находится на 75-м. Среди девяти государств СНГ по темпам роста экономики Казахстану принадлежит 4-е место.

Внешнеторговый оборот в 2005 г. составил 45,2 млрд. долл., в т. ч. экспорт – 27,8;

импорт – 17,3 млрд. долл. В 2006 г. он увеличился на 37%. Основными торговыми партнерами выступают ЕС, Россия, Китай и США. Экспортно А. Т.Ашимбаева, март 2007 г.

импортные операции Казахстан осуществляет со 177 государствами, торгово экономические соглашения заключены более чем с 50-ю, в большинстве из которых преобладает режим наибольшего благоприятствования.

Международными специалистами предлагается активизировать участие Казахстана в поддержке реформ и инвестиционных усилий в странах, где возможно достичь конкурентного преимущества в связи с решением основных проблем переходного периода. В настоящее время казахстанские компании владеют объектами в России, Кыргызстане, Таджикистане, Грузии, Украине.

Сравнительно недавно корпорация «Казахмыс» приобрела металлургический завод в Германии мощностью 400 тыс. т медной продукции.

Прирост ВВП обусловлен увеличением основных показателей во всех отраслях: промышленности, сельском хозяйстве, строительстве, услугах транспорта и связи, торговли и прочих сферах. В целом динамика роста Казахстана опережает развитые и большинство развивающихся государств, уступая только Китаю.

Однако достаточно очевидно, что высокие показатели связаны не только с позитивными процессами развития рыночных отношений, повышением уровня финансовой системы, но в большей степени с благоприятной конъюнктурой на мировых сырьевых рынках, обеспечивших как существенное повышение доходов, так и ускоривших структурные диспропорции, дифференциацию темпов различных отраслей и производств.

Обладание крупнейшими запасами минерально-сырьевых ресурсов в условиях растущего мирового спроса, повышения уровня цен, особенно на нефтегазовую продукцию наращивает их добычу, экспортные потоки.

Приоритетность добывающего сектора повысила зависимость национальной экономики от мирового рынка, ценовой конъюнктуры. Доля обрабатывающих производств за последние три года снизилась с 40% до 34. В структуре экспорта удельный вес несырьевой продукции сократился с 11 в 2001 г. до 6%. На долю сырья и продукции первых переделов в общем объеме зарубежных поставок приходится 90%. Это оказывает инфляционное давление на хозяйственную деятельность, усиливает диспропорции в распределении доходов населения.

Ученые предупреждают о необходимости ускоренного инвестирования несырьевых секторов экономии, а также накопления сбережений, что препятствует инфляционным процессам. Беспокойство вызывают высокие темпы потребительского кредитования, чрезмерное наращивание ипотечного, снижение качества кредитов казахстанских банков, сокращение доли стандартных, увеличение внешних заимствований, что в целом угрожает устойчивости экономики. Следует обратить внимание на тревожные предупреждения аналитиков об обострении внутренних противоречий, несмотря на благоприятную макроэкономическую ситуацию, высокий уровень достигнутых показателей.

По мнению представителей Всемирного банка по Центральной Азии, в условиях быстрого роста наблюдаются признаки нарастания рисков, сопутствующих притоку сырьевых доходов. В их числе: «перегрев экономики», чрезмерное укрепление тенге, появление симптомов «голландской болезни», обострение структурных проблем, сужение доли обрабатывающей промышленности, возможностей диверсификации экономики. Мировой опыт свидетельствует, что в подобных условиях нарушается прозрачность в использовании бюджетных средств, нарастает коррупция и другие негативные явления.

Природные ресурсы страны востребованы мировым рынком. По запасам углеводородного сырья и подтвержденным запасам нефти Казахстан входит в число ведущих стран. Доказанные запасы нефти и газового конденсата составляют 3,6 млрд. т, природного газа – 1,9 трлн. куб. м. Имеется значительный потенциал урана, угля, редкоземельных металлов и многих видов полезных ископаемых. По запасам свинца и цинка РК занимает 1-е и 2-е места в мире, хромовых руд – 2-е, марганцевых – 3-е, меди и железных руд – 8-е, угля и золота – 9-е. Разведанные запасы урана составляют почти 21% общемировых.

За период с 1999 по 2004 гг. уровень производства нефти ежегодно увеличивался на 15%. Добыча возросла практически в 2 раза. В 2003 г. объем составил 51,3 млн. т, в 2004 г. – 56,1 млн., в 2005 г. – 61,9 млн. т. По темпам абсолютного прироста экспорта углеводорода в последние годы республика заняла 2-е место в мире. В настоящее время извлекается 1,3 млн. барр./сут., экспортируется более 1 млн. По прогнозам, к 2015 г. этот показатель возрастет до 3,5 млн. барр., в т. ч. 3 млн. будут поставляться за рубеж.

Крупнейшим соседом Казахстана выступает Китай. Если прежде сотрудничество между ними носило фрагментарный характер, то в последнее время оно активно развивается в энергетической, производственной, торговой, образовательной и иных сферах деятельности. Сравнительно недавно эти страны официально закрепили за собой статус стратегических партнеров. По расчетам экспертов, доля Китая в общем объеме внешней торговли РК с 1996 г. по 2004 г.

почти удвоилась – с 4,87% до 8,3;

в стоимостном выражении, несмотря на инфляционные процессы – с 494,7 млн. долл. до 2727 млн. За 2001 – 2004 гг.

товарооборот увеличился в 3,5 раза и составил 4,5 млрд. долл., в 2005 г. – 6, млрд., в 2006 г. – 8 млрд. долл. Это рекордный показатель за всю историю двустороннего сотрудничества. Ожидается, что в 2007 г. он достигнет 15 млрд.

долл. По мнению официальных лиц Китая, Казахстан считается «самым важным торговым партнером в Центральной Азии».

Объем экспортно-импортных операций в 2005 г. вырос до 3,7 млрд. долл. В 2004 г. превышение экспорта над импортом в объеме официальной торговли с Китаем составило 0,8 млрд. долл., в 2005 г. – 2 млрд. В общем экспорте Казахстана удельный вес КНР – около 10%, в импорте – не более 6%. Однако в китайской внешней торговле, по данным Чжан Сиюнь, посла КНР в РК, на долю двустороннего товарооборота приходится лишь 0,5%. Вместе с тем нарастают объемы продукции, поставляемой «челноками» из Китая. Они достигают более половины общего объема подобного импорта (без учета стран СНГ).

О перспективах дальнейшего взаимодействия соседних государств свидетельствуют Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве (декабрь 2002 г.), Соглашение о развитии торговой деятельности между Казахстаном и Китаем (январь 2006 г.), Декларация об установлении и развитии стратегического партнерства (март 2006 г.), Соглашение об использовании сторонами трансграничных рек. При поддержке правительства РК учреждено Общество китайских бизнесменов в Казахстане. Развивается сотрудничество в приграни чных районах, в транспортной сфере, в банковском секторе. Казахстанская сторона намерена активизировать участие в программе крупномасштабного освоения западных районов Китая.

По мнению Цзи Чжие, директора Института России Китайской академии современных международных отношений (КАСМО), проекты по двустороннему сотрудничеству «перспективные и имеют самый четкий выход». Китайские специалисты, занимающиеся международной торговлей, утверждают, что экономики соседних стран взаимно дополняют друг друга, поэтому в эффективности торгово-экономических связей заинтересованы обе стороны.

Представляется, что подобная позиция носит односторонний характер, не отражая достаточно противоречивого взаимодействия соседних стран. Связи между ними ограничиваются в основном торговым сотрудничеством, где «взимодополнение» – это нарастающие поставки казахстанского сырья, продукции низких переделов (руда, металлолом, нефть, черные и цветные металлы), и встречные потоки китайского капитала и готовой продукции, заполняющие практически все ниши внутреннего рынка. Положительное сальдо в торговле с КНР представляется позитивным результатом, однако за ним скрывается отсталая структура казахстанских поставок, а, следовательно, и отечественной экономики.

Следует отметить, что и во взаимоотношениях с Тайванем структура казахстанского экспорта не меняется, в то время как импорт и его состав постоянно расширяется. Республика поставляет нефть и другие минеральные ресурсы, импорт же включает IT-технологии и телекоммуникации. тайваньских компаний, занимающихся производством медицинского оборудования, медикаментов, косметики, IT-продукции, а также продукции тяжелого машиностроения, предлагают расширить сотрудничество с РК.

В Казахстане принята Стратегия индустриально-инновационного развития на 2003 – 2015 годы», в соответствии с которой государственная политика направлена на поддержание науки и инновационной деятельности.

Предполагается использовать опыт Южной Кореи, Сингапура, Китая и Индии. К сожалению, несмотря на высокие темпы экономического роста на научную деятельность расходуют лишь 0,13% от ВВП. К числу инновационных относят не более 2,1% от общего числа работающих в Казахстане предприятий.

Сравнительно недавно принято решение о создании в стране технологических парков. В мире их насчитывается более 600, в т. ч. в США – 140, в Китае – 130. Организация этих структур – одна из важнейших инновационных задач в Казахстане. В их основе – интеллектуальные ресурсы, сформировавшиеся в дорыночный период, запасы природных месторождений, множество полигонов, масштабы территории.

В республике закладываются основы новых экономических образований. В 2003 г. для внедрения инноваций в промышленное производство был создан Центр инжиниринга и трансферта технологий. В 2004 г. началось формирование Парка информационных технологий – свободной экономической зоны Alatau IT City. С 2006 г. технопарк приобретает существенные льготы и преференции. В мировой экономике подобные образования становятся мощными «точками роста», обеспечивающими развитие прорывных информационных технологий, подготовку высококвалифицированных специалистов.

Вместе с тем выявлен ряд проблем. Уже на начальных этапах отмечаются замедленные темпы развития технопарка, низкий уровень освоения инвестиций, отсутствие необходимой научно-технической базы, недостаток профессиональных кадров. В печати высказываются опасения в связи с нарастающими рисками активного участия ТНК в их деятельности, использования импортированных технологий. Во многих странах государство активно участвует в финансовой поддержке отечественных банков, предпринимателей, не прибегая к иностранным инвестициям. Специалисты достаточно критично оценивают практику становления отечественного технопарка. Предлагается использовать т. н. «железный занавес» в отношении зарубежных капиталов, деятельности ТНК.

Между тем на открытии новой научной структуры присутствовали многие представители крупных компаний, представители Международных организаций, технопарков Малайзии, Индии, Китая, Московского парка научных исследований, ведущие специалисты Hewlett Packard, Siemens, LG, Sun Microsystems, Samsung.

Практически каждый из них уже принимает участие в реализации ряда проектов, организовав СП с казахстанской стороной.

Представляется, что отечественный технопарк встроится в структуры крупнейших компаний, поставляя на внешние рынки компоненты определенной продукции, спрос на которые в обрабатывающих отраслях отечественной экономики еще не сформировался.

Взаимоотношения Казахстана и Китая в экономической сфере связаны с особенностью расположения этих стран, их близостью к приграничной территории, значительным потенциалом и динамикой спроса в КНР на природные ресурсы. Неравнозначность китайских регионов, наличие динамично развивающихся и отстающих, в определенной степени сходны с казахстанскими проблемами. Между тем соседняя страна прилагает значительные усилия по преодолению структурных диспропорций.

Экономически территория КНР структурирована на западный, восточный и центральный регионы. В восточном преобладает быстро развивающаяся обрабатывающая промышленность, в остальных – добывающие производства.

Природными ресурсами богаты западные районы, располагающие 90% запасов редкоземельных металлов, 20 – нефти, 60-80 – бериллия, олова, цинка, природного газа, 82,3% – водных ресурсов, из которых 72,3 предполагается использовать для возведения электростанций.

Расположенный на западе Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР), обладая крупным потенциалом, активно преодолевает отставание. Нефтяные запасы оцениваются в 20,9 млрд. т (30% от национальных материковых), природного газа – в 10 трлн. куб. м (34%), угля – в 2,9 трлн. т (40%). С освоением углеводородных ресурсов началась эксплуатация ряда нефтехимических объектов, где ежегодно перерабатывается 19,5 млн. т нефти, выпускается свыше 300 видов нефтехимической продукции. С 1994 г. Синьцзян лидирует в стране по сбору хлопка, выращиванию хмеля и томатов, полностью обеспечивает себя продовольствием. Именно в этот округ правительство перемещает свое население, что вызывает определенную настороженность в Казахстане.

С углублением взаимоотношений соседних стран до 80% торговли Казахстана приходится на СУАР, где расширяется ассортимент производимой продукции, экспортные поставки. Вместе с тем, развитие автономного района в значительной степени связано с сохранением кооперативного производства, активной посреднической деятельностью «челноков» и китайских торговцев.

Взаимодействие Казахстана и КНР, по мнению исследователей, приобретает своеобразный характер. Представляется, что именно Китай, определяя свои приоритеты, заинтересованность в развитии конкретных отраслей и производств стран-партнеров, последовательно формирует приемлемую для себя структуру экономики этих государств, их экспортно-импортные потоки. Растущие потребности азиатской страны усиливают сырьевой характер отечественной экономики. Казахстан становится сырьевым придатком, причем даже не КНР, а только одного автономного района.

С ограниченным взаимодействием соседних стран согласилось и руководство Торгово-промышленной палаты РК (ТПП). Реально оценивая отсутствие конкурентоспособных отраслей, позволяющих выходить на американский и европейские рынки, утверждается, что только «Синьцзян-Уйгурский район, который менее развит, чем остальной Китай, нам под силу. В Пекине, Шанхае тяжело конкурировать, но в Урумчи, где не все так развито, много цехового производства, выглядеть достойно нам вполне по силам».

Следует обратить внимание, что именно в СУАР проводятся встречи официальных лиц КНР и Казахстана, представителями правительства, министерств, казахстанскими предпринимателями, финансистами по различным вопросам. Об этом свидетельствует совещание министров стран – участников Центрально-азиатского регионального экономического сотрудничества (ЦАРЭС) в г. Урумчи. Делегацию СУАР принимали в комитете Мажилиса Парламента РК (сентябрь 2006 г.). В Урумчи на форум руководителей 52 высокотехнологичных зон Китая пригласили сотрудников научно-технологического парка «Алтай» (г.

Усть-Каменогорск). Китайские организации предложили создать в «Алтае»

представительство компаний СУАР, организовав постоянно действующие выставки наукоемкой продукции, проведение совместных научных исследований, коммерциализацию и трансферт технологий, строительство объектов инфраструктуры.

О стремлении КНР участвовать во всевозможных формированиях, даже отдельными территориальными сегментами свидетельствует сравнительно недавно по инициативе США сформированное образование «Большая Центральная Азия» («Big Central Asia»), в состав которой включены страны Центральной и Южной Азии, в т. ч. Казахстан, а от Китая – Синьцзян-Уйгурский район.

Вполне очевидно стремление официальных органов Китая целенаправленно привлекать необходимые ресурсы из соседних стран в определенный регион, ограничив деятельность казахстанских предпринимателей поставками сырья, активизируя деловые и торговые взаимоотношения Казахстана только с одним районом. К сожалению, подобные процессы одобрены казахстанским правительством в связи с увеличением добычи и транспортировки углеводородов.

Это усиливает сырьевой характер экономики, ограничивает возможности развития обрабатывающих производств, формирования современных конкурентоспособных отраслей. Приоритетность добывающего сектора в полной мере отражается в перечне экспортируемой продукции. В свою очередь и приграничные регионы России и Казахстана и отдаленные заполняются дешевыми китайскими потребительскими товарами, удовлетворяющими спрос населения.

Активная внешнеторговая политика КНР приобретает все более массированный, экспансионистский характер. Даже крупнейшие страны, обеспокоенные растущими рисками на внутренних рынках, установившимися экспортно-импортными связями, конъюнктурой мирового рынка, принимают меры по противостоянию китайским продуцентам, наращивающим производство и поставки продукции, как правило, низкого качества, а также потоки капиталов в собственную экономику и за рубеж.

Представители Торгово-промышленной палаты сообщают о частом обращении крупных зарубежных компаний с предложениями о продвижении их товаров на казахстанский рынок. «Эта тенденция настораживает – уровень импорта и так высок». При поддержке отечественного правительства предлагается изучить рынок, открыть представительство этой достаточно квалифицированной организации, коридоры для совместного бизнеса. Один из предлагаемых проектов – обеспечение экспорта продуктов питания или сельхозпродукции, учитывая их дефицит на огромной территории и высокую численность населения. Представляется, что подобная позиция носит спорный характер, учитывая растущий уровень аграрного сектора в КНР.

Как известно, отечественные рынки интенсивно заполняются китайской продукцией. Так, пресса периодически информирует о проведении в приграничных районах Казахстана ярмарок-распродаж продукции китайских сельхозпроизводителей, которые приобрели международный характер.

Правительством Казахстана предложено открыть в стране представительство Китайского банка развития, участвовать в финансировании и реализации масштабных инфраструктурных проектов в республике. В их числе:

строительство электростанции в Экибастузе, линии электропередачи до СУАР, металлургического завода в Павлодаре, автодороги из Западного Казахстана до станции «Хоргос».

В Казахстане в последние годы активизировалась инвестиционная деятельность. С 1993 г. объем ПИИ приблизился к 50 млрд. долл., на долю Китая приходится 6,7 млрд. Более 60 стран мира направляют свои финансовые ресурсы в казахстанскую экономику. По оценкам международных экспертов, свыше 80% всех иностранных инвестиций, поступивших в Центральную Азию, находится в Казахстане.

В 2005 г. Китаем в экономику РК было направлено 1,2 млрд. долл. Для сравнения: Казахстан инвестировал в эту страну 7,6 млн. долл. В настоящее время она занимает 5-е место в инвестиционных проектах в РК, причем 82% капитала размещено в нефтегазовом секторе, 14 – в строительной сфере. Специалисты отмечают, что в Китае разработана удачная схема для привлечения инвестиций – низкое налогообложение, при этом производство некоторых товаров в течение лет не облагается налогами, в последующем применяется 50%-ное налогообложение.

На территории Казахстана расширяется деятельность китайских предпринимателей. Российские информационные источники сообщают, что по количеству действующих предприятий с иностранным участием на казахстанском рынке КНР занимает 4-е место (376 предприятий) после России (1853), Турции (902) и США (464). По имеющимся данным, в республике аккредитовано более компаний, действует 670 совместных предприятий, в т. ч. 615 – с участием китайского капитала, функционирующих в нефтегазовой отрасли, производстве текстильных, пластмассовых и металлических изделий. Сотрудники Министерства юстиции РК, сомневаются в точности этой информация.

Фактически зарегистрированных в РК предприятий в 6 раз больше. О половине из них отсутствуют сведения. Что касается «действующих», то часть из них либо временно приостановила работу, либо еще не начала функционировать. По мнению экспертов, складывается впечатление, что китайцы «метят территорию».

Тревожит также и то, что основная масса предприятий ориентирована на торгово закупочные процессы, но не на выпуск продукции.

Мировой опыт свидетельствует о настойчивом стремлении КНР расширить сферу своей деятельности, участвуя во многих интеграционных, региональных объединениях. Как известно, в 2001 г. Китай выступил с инициативой формирования Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), ранее «Шанхайской пятерки», созданной для эффективного решения пограничных проблем и вопросов безопасности. В составе организации, помимо КНР, шесть сопредельных государств – Россия, Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан, в качестве наблюдателя – Иран. На шанхайском саммите в июне 2006 г. полноправное участие принимали Иран, Индия, Пакистан и Монголия.

Учитывая, что большинство стран Центральной Азии не могут быть равноправными партнерами Китая, в печати высказываются сомнения в результативности «механизма скрещивания гигантского китайского экономического потенциала» с государствами, «опасающимися поглощения в ходе китайской торговой экспансии». На международной конференции «Инвестиции в будущее Казахстан» (июль 2006 г.) зарубежные участники обратили внимание на нарастание реальной роли КНР в регионе.

Участниками мини-форума казахстанской и китайской национальных частей Делового совета Шанхайской организации в г. Алматы (сентябрь 2006 г.), обсуждались меры по укреплению деловых, торгово-экономических связей между бизнесменами соседних стран и другими участниками ШОС, возможности реализации 180 совместных инвестиционных проектов, в т. ч. в сфере гидроэнергетики, нефтегазового сектора, телекоммуникаций, машиностроения, транспорта, торговли и логистики.

Как отметил Чжан Юйцзин, председатель организации от КНР, «экономическое сотрудничество между Китаем и Казахстаном развивается очень быстро. Цель визита – это в первую очередь глубже узнать рынок Казахстана и на этой основе развивать сотрудничество с местными предпринимателями. Со своей стороны, мы окажем большую поддержку для создания платформы сотрудничества».

В числе приоритетных отраслей партнерства китайскими специалистами были определены такие, как энергетика, коммуникации, транспорт, освоение полезных ископаемых, машиностроение, улучшение структуры торговли. Вместе с тем в республике высказывается мнение об излишней концентрации китайского бизнеса на доступе к казахстанскому сырью. Руководитель китайской организации, отметив «большой интерес» к этому производству, сообщил, что им «интересна сфера коммуникаций и ряд других». (6) Заслуживает интереса встреча глав правительств стран – участниц ШОС в г.

Душанбе (сентябрь 2006 г.), обсудивших торгово-экономическое сотрудничество, в т. ч. в топливно-энергетической сфере, энергетической безопасности, а также проекты строительства автомобильных дорог, пересекающих границы всех государств организации, создания магистральных энергетических систем для передачи избыточных мощностей ГЭС в Центральную и Южную Азию и ряд других.

Недовольство российских представителей вызвало отсутствие надлежащего финансирования принятых программ по 160 проектам. Неожиданное решение, зафиксированное в итоговом коммюнике, было предложено китайским правительством, предоставившим всем участникам кредит на сумму 900 млн.

долл. Несомненно, этот факт свидетельствует о значительном потенциале этой страны, не только участвующей в совместных экономических и политических проектах, но и диктующей свои решения.

Китайским правительством в 2004 – 2005 гг. участникам были выделены льготные экспортные кредиты. Обсуждается возможность взаимодействия в области коммуникаций, формирования в рамках Шанхайской организации единого энергетического рынка. Эта сфера особенно привлекает китайских официальных лиц. В казахстанской энергетике, где заложены приоритетные интересы регионального взаимодействия соседних стран, в наибольшей степени проявляется авторитарная деятельность КНР. Достаточно очевидно, что наиболее сильному участнику организации удается лоббировать необходимый уровень энергопотребления и диверсифицировать структуру импорта углеводородов, обеспечивая эффективное использование трубопроводных систем на протяжении длительного периода.


Китай и Казахстан участвуют также в Программе Центрально-Азиатского регионального сотрудничества (ЦАРЭС), направленной на поддержание региональных инициатив в транспортном секторе, торговле и энергетике. В планах ЦАРЭС – устранение барьеров в межрегиональной торговле, гармонизация таможенных положений, членство в ВТО, что в совокупности обеспечит открытый регионализм и повысит конкурентоспособность Центральной Азии в глобальной экономике.

Активизируется приграничная деятельность соседних стран. Более 15 лет функционирует железнодорожное сообщение. Организован пассажирский и авиамаршрут Алматы – Урумчи. На приграничной территории ВКО создан торговый центр «Майкапчагай – Зимунай». В соответствии с Соглашением о торговой деятельности открыт однодневный безвизовый переход жителей приграничных районов для приобретения товаров на китайской территории, реализации отечественной продукции.

Важные функции в торгово-экономическом сотрудничестве выполняют таможенный пост «Хоргос» и станция «Достык». На контрольно-пропускном пункте «Хоргос» строится китайско-казахстанский Международный центр приграничного сотрудничества (МЦПС), где будут предоставлены инвестиционные налоговые льготы и освобождение от обложения таможенными пошлинами.

Для китайской стороны это расширит возможности освоения рынка Центральной Азии с населением в 60 млн. чел., проникновения бизнеса в Западную Азию и Европу. Ожидается, что в центре будут представлены такие отрасли соседних стран, как переработка и изготовление продукции, торговля, выставочный бизнес, туризм, складирование и логистика. Из общего объема инвестиций в 1-1,2 млрд. долл. Казахстан вложит 35 млн. долл. в инфраструктурное строительство.

Главными транзитными «воротами» на стыке государственных границ выступает станция «Достык». Это наиболее важный, экономически значимый объект в транспортном потенциале республики. В настоящее время активно реконструируется железнодорожный участок «Актогай» – «Достык».

Железнодорожный переход «Достык» – Алашанькоу входит в состав Северного коридора Трансазиатской магистрали – железнодорожного пути, связывающего крупнейшие порты, расположенные на противоположных сторонах Евразийского континента (расстояние между европейским Роттердамом и китайским портом Ляньюньган – 12 тыс. км). Ежегодно контейнерные перевозки через переход увеличиваются на 40-50%.

В 2007 г. объем грузоперевозок достигнет 15 млн. т. По расчетам специалистов, из РК в КНР по рельсам будет доставлено 11,5 млн. т, в Казахстан – 3,5 млн. Предполагается, что казахстанская сторона увеличит пропускную способность железной дороги. На «Достыке» будет введен таможенный терминал, что сократит время простоя подвижного состава. Предполагается разработать новый маршрут Астана – Урумчи.

Наблюдается возрастание перевозок через приграничные зоны контрабандных товаров из Китая. Отечественные рынки перезаполнены продукцией, выдаваемой за ввозимые из соседних государств, в частности Узбекистана или стран дальнего зарубежья.

В отношениях между соседними странами имеется такая нерешенная проблема как правовой статус трансграничных с Китаем рек Иртыш и Или, а также их экологическая безопасность. В настоящее время КНР осуществляет масштабный проект строительства канала, который направит значительную часть воды одного из истоков Иртыша – реки Черный Иртыш – в западные районы страны, к нефтяным месторождениям вблизи г. Карамай. Сток воды, естественно, уменьшается. Иначе говоря, Китай отбирает часть воды, что препятствует российскому судоходству, взаимосвязанному с казахстанским.

В решении межгосударственной проблемы особенно заинтересованы Россия и Казахстан, Китай участия не принимает. В РФ разрабатывается проект строительства напорной плотины, которая позволит поднять уровень воды в Иртыше до пригодного для беспрепятственного прохода судов. Этот вариант более экономичен, чем перевозка грузов авто- или железнодорожным транспортом.

Река Или на 70% формируется в Китае и дает 80% воды озеру Балхаш. По имеющейся информации, в 2000 г. формируемый в водосборной части китайской территории сток Или достиг 15,09 куб. км, или 77% от общего стока, на казахстанской территории – 4,48 куб. км. Изъятие воды и потери стока в китайской части бассейна Или ежегодно составляют 4,42 куб. км. Казахстанское руководство сообщило, что проблемы, связанные с использованием воды из Или и других трансграничных рек, неоднократно обсуждались на двусторонних переговорах, однако КНР откладывает принятие окончательного решения.

Забор воды со стороны Черного Иртыша отражается на многочисленных озерах, в т. ч. озере Зайсан, а также реке Иртыш, канале «Иртыш-Караганда, обеспечивающего водой центральные регионы Казахстана. По мнению специалистов, от этого может серьезно пострадать большая часть страны.

Отмечается, что при строительстве Капшагайского водохранилища уровень воды в озере Балхаш снизился на 2,5 м. В настоящее время он восстановился благодаря стремительному таянию горных ледников. В условиях засухи площади дна могут обнажиться, что серьезно нарушит эколобаланс региона.

Правительство Китая принимает меры по обеспечению влагой быстро развивающийся СУАР, где увеличивается приток населения, соответственно и количество потребляемой воды, возрастают темпы промышленного и сельскохозяйственного производства, что укрепляет потенциал страны. Вместе с тем здесь наблюдается острый дефицит водных ресурсов, что препятствует их поступлению в соседние страны. Их неконтролируемое использование приведет к остановке промышленности Западной Сибири, отсутствию питьевой воды в крупных городах России и Казахстана.

По мнению российских специалистов, китайские планы по забору воды усложнят взаимоотношения соседних государств. В бассейне р. Иртыш на территории Казахстана проживает 2,5 млн. чел., расположены крупнейшие промышленные центры. Река обеспечивает водоснабжение Центрального Казахстана. Неконтролируемое использование вод Черного Иртыша приведет к его засушливости. Более миллиона человек, десятки предприятий в России могут оказаться в тяжелой ситуации. К сожалению, отсутствуют механизмы, обеспечивающие контроль водозабора в Китае, что позволило бы смягчить негативные последствия строительства канала. Иртыш – река трансграничная, ее протяженность – 4,5 тыс. км и от ее полноценности зависит стабильность в огромном регионе. Это международная проблема.

Состояние Или-Балхашского бассейна затрагивает несколько казахстанских регионов и Китай, интересы которого связаны с расширением использования илийских и иртышских водных ресурсов, что сопровождается их загрязнением.

Так, на участке Или, в районе пристани Дубунь, где расположен приграничный с КНР пост, среднее содержание меди достигает 16 ПДК, увеличивается концентрация и других вредных веществ. По расчетам специалистов, дополнительный водозабор Китаем из Или – это 10% ее стока, в перспективе он увеличится в 3,6 раза, что приведет к дефициту воды, обмелению и засолению Балхаша, экологической катастрофе. Это обостряет экологическую угрозу системам Или и Черный Иртыш китайской стороной. Казахстанские специалисты предлагают возобновить работы, начатые совместно с КНР еще в 1992 г., по реализации проекта строительства объединенного гидроузла на р. Хоргос, решающего проблему управления водными ресурсами этой трансграничной реки.

Однако без участия китайской стороны эта проблема не может быть решена.

Как сообщается в печати, Китай временно отказывается подписать договор ООН «По трансграничным водам», ратифицированный Россией и Казахстаном в 1993 г., а также в 2001 г., когда было утверждено «Соглашение между правительствами РК и КНР о сотрудничестве в сфере использования и охраны трансграничных рек». По мнению казахстанских ученых необходима межгосударственная договоренность по установлению единых правил природопользования в бассейнах этих рек. Предложено принять закон об охране озера Балхаш и добиться признания ЮНЕСКО его бассейна участком мирового природного наследия. «Ситуация на главных уникальных водоемах страны имеет мировой резонанс. Это проблема национальной безопасности», – утверждают специалисты экологического союза «Табигат».

Исследуя различные аспекты взаимодействия Казахстана с Китаем, следует обратить внимание на значительный опыт КНР в развитии сотрудничества. Умело отстаивая свои интересы в Умело отстаивая свои интересы в процессе активного проникновения на мировой рынок, расширяя взаимоотношения со многими странами, Китайская республика добивается значительных результатов, подчиняя национальным целям и высокоразвитые и развивающиеся экономики.

Казахстан, обладая значительным экономическим потенциалом, достаточно емким рынком, диверсифицировав ключевые отрасли, способен определять приоритетные условия взаимодействия с соседними государствами. Эти возможности следует настойчиво использовать, динамично развивая экспортные производства, потребность в продукции которых повышается.

5.5. О НЕФТЯНОЙ СТРАТЕГИИ АЗЕРБАЙДЖАНА После обретения независимости в 1991 г. Азербайджан столкнулся с огромными социально-экономическими проблемами, порожденными падением производства, разрывом традиционных экономических связей и военной агрессией со стороны Армении. В условиях углубляющегося экономического кризиса, политической нестабильности и отсутствия необходимых финансовых средств для предотвращения угрозы молодой государственности актуальное значение приобретало рациональное использование основных природных богатств страны – нефтяных ресурсов, путем привлечения иностранных инвесторов.


Нефтяная промышленность, занимавшая важное историческое место в социально-экономической жизни Азербайджана, могла стать той основной базой, опираясь на которую можно было привести в движение экономический потенциал страны, добиться стабилизации и дальнейшего развития производства в различных сферах. Вместе с тем, привлечение иностранных инвестиций способствовало бы интеграции в мировую экономическую систему и улучшению международных позиций, в чем остро нуждалась Азербайджанская Республика.

Исторический опыт, накопленный в нефтяной промышленности начиная с XIX века, показывает, что тесное и взаимовыгодное сотрудничество с иностранными нефтяными компаниями открывает благоприятные перспективы для внедрения передовых технологий и возрождения экономики страны.

Начало перехода к промышленному способу производства в 70-е годы XIX века сопровождалось увеличением притока иностранного капитала, обусловившего динамичное развитие нефтяной промышленности. В результате ускорения применения новых технологий за короткое время завершился технический переворот в этой отрасли. Ведущая роль в этом процессе принадлежала шведским подданным братьям Нобель и парижскому банкиру А.

Ротшильду. Благодаря их усилиям бакинская нефть вышла на мировые рынки и заняла прочные позиции. Прокладка первого нефтяного трубопровода, использование вагонов-цистерн, строительство и применение впервые в мире танкеров неразрывно связано с именем братьев Нобель.

К началу XX века Баку превратился в крупный промышленный центр.

Промышленная инфраструктура города, включавшая нефтеперегонные, механические и судоремонтные заводы, транспортную и коммуникационную систему и др. была создана при активном участии иностранного капитала.

Нефтяная промышленность и сопряженная инфраструктура в дальнейшем оказала значительное влияние на развитие экономического потенциала всей республики.

Не случайно, что на современном этапе составной частью внутренней и внешней политики Азербайджана, направленной на решение социально Арастун Мехтиев – Заместитель заведующего отделом по общественно-политическим вопросам Администрации Президента Азербайджанской Республики, кандидат исторических наук, доцент экономических и международных проблем является нефтяная стратегия. Основу этой стратегии заложило подписание 20 сентября 1994 года контракта между Государственной нефтяной компанией Азербайджана (ГНКАР) и консорциумом крупных зарубежных нефтяных компаний по совместной разработке шельфовых месторождений «Азери», «Чыраг» и глубоководной части месторождения «Гюнешли» в азербайджанском секторе Каспийского моря и распределению добываемой нефти по долевому участию. В консорциум наряду с ГНКАР вошли десять крупных компаний из шести стран – «Амоко», «Юнокал», «Пеннзойл», «Макдермот» (США), «Бритиш Петролеум», «Ремко» (Великобритания), «ЛУКойл» (Россия), «Статойл» (Норвегия), «ТПАО» (Турция) и «Дельта»

(Саудовская Аравия). По числу участников крупных компаний, представляющих ведущие страны мира, по объему капиталовложений и геополитическому значению это соглашение получило название «Контракт века».

Таким образом, преодолев все внутренние и внешние давления, после более чем трехлетних напряженных переговоров Азербайджанская Республика добилась подписания нефтяного контракта и начала последовательно его реализовывать. Курс, проводимый президентом Г.Алиевым, исходил из принципа «открытых дверей» и «сбалансированной политики». Как свидетельствует состав нефтяного консорциума, Азербайджан являлся сторонником взаимовыгодного сотрудничества со всеми заинтересованными государствами, имеющими свои стратегические интересы в регионе. Это политика была направлена на создание благоприятной базы сотрудничества с учетом геополитических интересов разных стран и самого Азербайджана.

Спустя год после подписания контракта к нему присоединилась компания «Экссон» (США), а в 1996 году - известная японская фирма «Иточу», приобретшая долю у американского «Макдермот», и наконец, «Амерада Хесс»

(США).

В последующие годы также произошли некоторые изменения в составе участников консорциума. Внимание привлек выход в конце 2002 года российской компании «ЛУКойл» из вышеназванного контракта. 10%-ную долю «ЛУКойл»а приобрела японская корпорация ИНПЕКС (INPEХ).

Несмотря на то, что высказывались мнения о политической подоплеке ухода ведущей российской нефтяной компании из «Контракта века», эта, скорее всего, была коммерческая сделка. Во-первых, «ЛУКойл» продав свою долю в контракте за 1,2 млрд. долларов США, получила несколько раз больше вложенной суммы.

Во-вторых, российская компания продолжала участвовать в других проектах в азербайджанском секторе Каспия, в том числе ныне уже действующем крупном проекте по газовому месторождению «Шахдениз».

Совместная разработка нефтяных месторождений по «Контракту века»

предусмотрена на 30 лет. Извлекаемые нефтяные запасы были оценены в 511 млн.

тонн, а объем капиталовложений в 7,5 млрд. долларов США.

Экономическая эффективность контракта для Азербайджана характеризуется тем, что 80% прибыльной нефти достанется самой республике. Вместе с тем, попутный газ, добываемый с нефтью в объеме 55 млрд. кубометров будет передаваться Азербайджану бесплатно. В целом, прибыль Азербайджана в течение 30 лет по тогдашним ценам оценивалась в 34 млрд. долларов США. Сегодня уже достигнуты значительные успехи в реализации первого нефтяного контракта. Следует отметить, что в результате проведенных более глубоких исследований объем прогнозируемых запасов увеличился с 511 млн.

тонн нефти до 730 млн. тонн. По оценкам специалистов и это не предел. По их прогнозам извлекаемые запасы нефти в этих месторождениях составляют около трлн. тонн. Кроме того, увеличивается сумма прибыли Азербайджана с контрактной площади. По новым подсчетам при цене 50 долларов за баррель Азербайджан к концу срока соглашения (к 2024 году) получит не менее 140 млрд.

долларов.

Нефтяная стратегия способствовала переоснащению местных предприятий современными западными технологиями, созданию более мощной и мобильной инфраструктуры. Модернизирован Бакинский завод глубоководных оснований, построены платформы и плавучие буровые установки, часть которых не имеют по своим техническим параметрам аналогов не только на Каспии, но и во всем мире.

Введен в эксплуатацию новый современный нефтяной терминал в Сангачале вместимостью более 100 тыс. тонн.

Получение ранней нефти в ноябре 1997 г. в рамках «Контракта века» стало переломным моментом в реализации нефтяной стратегии Азербайджана.

Постепенное увеличение добычи позволило полностью предотвратить кризис в нефтяной промышленности и благоприятствовало ее динамичному развитию.

Если в 1995 г. уровень добычи снизился до 9,2 млн. тонн, то начиная с 1998 г.

добыча неуклонно растет. Так, в 2005 году объем добычи достиг 22,2 млн. тонн. А в 2006 году ожидается, что он составит более 39 млн. тонн и таким образом, превысит рекордный показатель добычи нефти в Азербайджане (23,5 млн. тонн), который был установлен в 1941 году.

Выбор маршрута и строительство трубопроводов с целью транспортировки энергоресурсов представляли особое значение для Азербайджана, не имеющего прямого выхода на мировые рынки. Известно, что важную роль в экономической рентабельности открытых месторождений и укрепления суверенитета любого государства играет свободный доступ к международным рынкам, наличие экспортных нефтегазопроводов. Поэтому для создания этой инфраструктуры Азербайджану предстояло решать многие проблемы в политически нестабильном регионе, добиться согласия с соседними государствами. После успешных переговоров в 1996 году Азербайджан подписал договоры с Россией и Грузией для транспортировки ранней нефти с месторождений «Азери-Чыраг-Гюнешли». С завершением реконструкции и строительных работ в октябре 1997 г. северный нефтепровод был сдан в эксплуатацию и начал доставку азербайджанской нефти в Новороссийск. Вслед за этим в апреле 1999 года вступил в строй западный маршрут – нефтепровод Баку-Супса, связывающий Каспий с Черным морем по территории Грузии.

Таким образом, сочетание интересов стран региона и тесное сотрудничество являлось неотъемлемой частью нефтяной стратегии Азербайджана. В ней преобладал комплексный, сбалансированный подход, учитывающий весь спектр экономических и политических факторов. Показательным является то, что транзитный тариф по нефтепроводу Баку-Новороссийск составляет 15, долларов за тонну, а по маршруту Баку-Супса эти расходы сокращаются до 3, долларов за транспортировку одной тонны нефти. При этом азербайджанская нефть по западному трубопроводу доставляется на мировые рынки в чистом виде и продается дороже, в отличие от маршрута Баку-Новороссийск, где ее качество снижается в результате смешивания другими марками. Тем не менее, Азербайджан не намерен отказаться от сотрудничества с Россией в этой области.

Наряду с названными маршрутами транспортировки нефти строительство основного экспортного трубопровода (ОЭТ), как было предусмотрено в «Контракте века», являлось важным элементом нефтяной стратегии Азербайджана. При выборе основного маршрута Азербайджан исходил из объективных условий, учитывающих собственные интересы и общемировые экономические и геополитические тенденции, направленные на глобализацию и взаимную интеграцию. Процесс определения маршрута ОЭТ и его реализации прошел сложный и длительный путь. Наряду с экономическими факторами, столкновение в регионе геополитических интересов США, стран Европы, России, Турции и Ирана обусловливало проведение Азербайджаном как последовательной, решительной, так и сбалансированной политики. С этой точки зрения, подписанная в 1998 году в Анкаре декларация между Азербайджаном, Турцией и Грузией о строительстве основного экспортного трубопровода Баку Тбилиси-Джейхан (БТД) была важным шагом начала реализации большого проекта. Присоединение США и Казахстана к этому документу придало дополнительный импульс осуществлению этих задач. Через год, 18 ноября года в Стамбуле во время проведения саммита ОБСЕ президентами Азербайджана, Грузии и Турции было подписано соглашение о транспортировке сырой нефти по основному экспортному трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан.

Таким образом, была внесена окончательная ясность в вопросе выбора маршрута основного экспортного трубопровода.

В то время, когда в разных странах, включая и Азербайджан, некоторые круги продолжали споры об экономической целесообразности трубопровода БТД, приписывая ему только лишь геополитический характер, 18 сентября 2002 года недалеко от Баку был заложен фундамент ОЭТ, оцененного в 3 млрд. долларов.

Однако в последующем строительство БТД, предусмотренного для транспорти ровки 50 миллионов тонн нефти в год, обошлось в более чем 4 млрд. долларов.

Хотя первоначальные сроки сдачи в эксплуатацию нефтепровода были перенесены, 28 мая 2006 года Джейханский терминал, наконец, принял азербайджанскую нефть.

Увеличение расходов на строительство нефтепровода БТД не снизило его важное значение. Он и впредь будет экономически рентабельным в силу множества факторов. Очевидно, что ОЭТ БТД сразу решает все проблемы дальнейшей транспортировки нефти крупнотоннажными танкерами через проливы в Черном (Босфор) и Мраморном (Дарданеллы) морях, снимая вопрос о транспортно-экономической нагрузке на проливах. Вместе с тем, снижаются затраты на перевозку.

По расчетам транспортировка нефти по северному трубопроводу до Новороссийска и далее в Средиземное море обходится в 3,6 долларов за баррель, а расходы по БТД составляют 2,58 долларов.

Кроме того, 16 июня 2006 года подписание договора между Казахстаном и Азербайджаном о подключении к системе БТД сняло на длительный период вопрос об эффективном заполнении трубопровода нефтью.

Можно расширить перечень аргументов в пользу экономической состоятельности БТД. Достаточно отметить, что проект окупится к 2020 году, после чего принесет большую прибыль Азербайджану.

Параллельно с нефтепроводом БТД к концу 2006 года начал функционировать газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум, который обеспечит доставку газа с месторождения «Шахдениз» в Турцию и Европу. Первая партия газа уже поступила в ноябре 2006 года в Сангачальский терминал. С введением «Шахдениза» в эксплуатацию Азербайджан становится также экспортером газа.

Таким образом, успешно решив вопросы диверсификации маршрутов транспортировки энергоресурсов,Азербайджан обеспечил большей надежностью и безопасностью системы перевозок, а также бесперебойность поставок потребителям, тем самым внес свою лепту в укрепление энергетической стабильности в мире.

Последовательная реализация нефтяной стратегии стимулировала привлечение иностранного капитала в экономику Азербайджана. Даже мировой финансовый кризис и резкое снижение цен на нефть в конце 90-х годов прошлого столетия не ослабили интерес зарубежных инвесторов к Азербайджану.

Приоритетным направлением оставалась нефтяная промышленность. В настоящее время из 25 подписанных нефтяных контрактов 19 находятся на стадии реализации. Во всех контрактах участвуют более 30 нефтяных компаний из стран мира. Объем капитальных вложений по всем контрактам превысит 50 млрд.

долларов. Процесс реализации многих проектов набирает темпы. К середине года уровень иностранных инвестиций, вложенных в нефтегазовый сектор, достиг 19 млрд. долларов, из которых более 13 млрд. долларов приходится на долю месторождений «Азери-Чыраг-Гюнешли».

Приток иностранных инвестиций в нефтяную промышленность продолжается. Свои взоры на эту область обращают и российские инвесторы.

Последний контракт Государственная нефтяная компания Азербайджана подписала 3 ноября 2006 года с компанией «Роснефть». Соглашение предусматривает реабилитацию, разработку и долевой раздел добычи по блоку нефтяных месторождений «Зых» и «Говсан».

Одним из примечательных особенностей нефтяной стратегии заключается в том, что она способствует развитию других отраслей экономики, благоприятствуя вложению необходимых капиталов в разные сферы. Не случайно, что вслед за осуществлением нефтяной стратегии увеличился поток инвестиций в ненефтяной сектор экономики страны. В настоящее время объем инвестиций в различные сферы экономики Азербайджана, включая нефтяной сектор, достигает около млрд. долларов. Это проявляется в динамичном развитии строительного сектора, сферы услуги, связи и коммуникаций, транспорта и т.д.

Таким образом, нефтяная стратегия играет ведущую роль в социально экономической и политической жизни Азербайджана, укрепляет его геостратегические позиции. В первую очередь следует отметить ее позитивные аспекты для экономики страны. Совместная разработка с зарубежными компаниями нефтяных месторождений позволила предотвратить углубление кризиса и заложила основу социально-экономического развития республики.

Вырученные финансовые средства сыграли решающую роль не только в создании, но и в увеличении валютных ресурсов, ныне аккумулирующихся в Государственном нефтяном фонде, резервы которого к концу 2006 года составляют около 2 млрд. долларов. Часть средств фонда используются для финансирования глобальных социально-экономических проектов страны, в том числе для инвестирования развития ненефтяного сектора. Участие Азербайджана в строительстве экспортного трубопровода БТД также была профинансировано за счет нефтяного фонда. Наряду с общим экономическим ростом, создаются новые рабочие места, повышается квалификация специалистов, укрепляется кадровый потенциал.

Страна осваивает передовой иностранный опыт эксплуатации глубоководных месторождений, последовательно внедряет новые технологии в разных сферах деятельности, то есть открываются широкие перспективы, обеспечивающие качественное обновление научной и производственно-технической базы экономики.

Успешное сотрудничество с крупными зарубежными компаниями содействовало процессу интеграции Азербайджана в мировую экономическую систему, укрепляло доверие иностранных государств к нему. В ходе реализации нефтяной стратегии Азербайджан сумел проявить себя полноправным собственником своих природных ресурсов и вступить в равноправное и взаимовыгодное сотрудничество с зарубежными партнерами, добился согласования принципов по правовому статусу Каспия с Россией и Казахстаном, что повысило его международный авторитет и укрепило политические позиции.

В целом, нефтяная стратегия, являющаяся составной частью внутреннего и внешнего курса страны, внесла существенный вклад в социально-экономическое и политическое развитие Азербайджана и укреплению его государственности.

5.6. ЭКОНОМИЗАЦИЯ ПОЛИТИКИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ИНТЕГРАЦИИ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ Одним из ключевых элементов современной системы международных экономических отношений стал регионализм. Ныне все страны мира, вовлеченные в торгово-экономические связи, являются участниками двусторонних или многосторонних торговых соглашений.

Регионализм по своей природе неразрывно связан с политическими целями, культурными ценностями и историческими аспектами.

Центральная Азия, включающая в себя не только постсоветские азиатские республики – Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан. Узбекистан, Казахстан, но и Монголию, китайский СУАР и Афганистан, на рубеже ХХ и ХХ1 столетий вновь стала значимой для мирового сообщества. После распада СССР ранее закрытый для внешнего влияния регион вновь стал ареной столкновений интересов великих держав. Международное сообщество Центральная Азия привлекает не только богатыми сырьевыми запасами, но и своим ключевым положением в сердце Евразийского континента, что дает возможность реализовать новые трансконтинентальные транспортные коридоры по маршрутам Запад-Восток, Север-Юг и сформирует новую геополитическую реальность ХХ века. Разрушение экономических связей в рамках СНГ, стимулировало двустороннее и многостороннее сотрудничество между странами Центральной Азии. Был сформирован Центрально-азиатский союз (ЦАС), преобразованный позже в Центрально-азиатское экономическое сообщество (ЦАЭС), членами которого стали Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан.

В современных условиях многополярного мира возрастает роль и значение региональной интеграции. Центральная Азия в этом смысле не является исключением. Историческая, культурно-языковая и цивилизационная общность народов, населяющих этот регион, определяет сущность и направления интеграции.

Центральная Азия весьма перспективный и динамично развивающийся регион, располагающий богатыми природными ресурсами и большим транзитно транспортным потенциалом. Соседство с Афганистаном, странами Южной Азии, Ближнего и Среднего Востока определяет его геополитическую значимость.

События последнего времени продемонстрировали заинтересованность ведущих государств мира в сотрудничестве со странами этого региона. Возросшие экономические и политические возможности позволяют Казахстану играть более активную и весомую роль в региональных интеграционных процессах.

Центральная Азия уже стала важным субъектом современной геополитики. В ходе неформального саммита, состоявшегося в сентябре 2006 года в Астане, президенты Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана выразили стремление развивать всестороннее региональное сотрудничество, совместно решать водно-энергетические, транспортные, миграционные вопросы. Учитывая высокие показатели социально-экономического развития, имеющиеся Капанов К.Х., к.и.н. - профессор УАТИСО, апрель 2007 г.



Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 39 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.