авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Сервис виртуальных конференций Pax Grid ИП Синяев Дмитрий Николаевич Вопросы клинической психологии Всероссийская научная Интернет-конференция с ...»

-- [ Страница 2 ] --

Собственных нравственных качеств личности касаются 72% учащихся. Наряду с закрепившимися однотипными, зачастую повторяющими высказывания взрослых суждениями, дети, на нижней границе подросткового возраста, в отдельных случаях давали себе конкретные самохарактеристики. Наиболее близкими им оказались такие нравственные качества, как «воспитанный», «трудолюбивый», «культурный». Именно эти определения упоминаются в работах чаще других наряду с характеристикой «добрый». В самоописаниях 62% младших подростков отражена учебная деятельность. О своих взаимоотношениях с другими людьми написали 38% младших подростков. Взаимоотношение с другими людьми предполагает восприятие себя как объекта общения, умение разговаривать с окружающими, понимать их и адекватно принимать отношение других людей к себе. Суждения 41,25 % школьников свидетельствуют об их доброжелательном отношении с окружающими. Но не все подростки ждут такого же принятия себя со стороны других лиц. Так, из 19,6% суждений, отражающих отношение к ним окружающих, только в 11,75%, то есть чуть более половины, передается понимание и забота. В содержании 7,8% суждений имеют место предположения негативного характера («мои товарищи думают обо мне не очень хорошо»). Другие высказывания – 31,4% школьников – отражают собственный Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

положительный опыт общения с окружающими, понимание качеств личности других людей («мои друзья хорошие»). Лишь в 3,9% самоописаниях подростки демонстрируют восприятие и понимание себя как объекта общения («я хорошая подруга»).

Таким образом, можно говорить об определенном осознании младшими подростками этой сферы своей жизни. Для данного возраста характерно отражение положительных аспектов взаимоотношений с людьми ближайшего окружения. Младшим подросткам с умственной осталостью оказалась чрезвычайно трудной задача анализа своих отношений с другими людьми. На предложение представить и ответить самостоятельно, что думают о них значимые окружающие люди, школьники не дали сколько-нибудь обоснованных ответов. В этом возрасте подросткам доступно повторять чужую оценку, или свое мнение о каком-либо конкретном поступке, представить как мнение другого человека. Следовательно, подростки с отклонениями в умственном развитии 10-11 лет не смогли осуществить рефлексивный анализ, то есть в их самоописаниях не встречается рефлексивных ожиданий.

При сопоставлении самоописаний подростков 10-11 лет и 12-13 лет обнаружилось следующее.

Во-первых, заметно увеличилось количество высказываний и количество школьников, пытающихся раскрыть ту или иную тему, что отражает тенденцию расширения образа Я подростков от младшего к старшему возрасту. Школьники 12-13 лет не просто описывают свои черты характера, но выражают свое отношение к ним (100%). При общей положительной самохарактеристике они пытаются объективно оценить себя. Подростки 6 классов преимущественно упоминают свои нравственные качества (78%), но описывают их, употребляя разнообразные определения (добрый, вежливый, воспитанный и др.). В 30% самоописаний содержатся эмоционально-волевые качества (у меня есть сила воли, спокойный, обидчивый и др.). Самооценка умственно отсталых подростков 12-13 лет становится для них личностно значимой, эмоционально переживаемой.

Подростки больше ориентируются на собственные оценки, идет формирование критериев самооценки. Тем не менее еще довольно часто встречаются высказывания оценок окружающих, определяющие их самооценку. В самоописаниях школьники 12-13 лет, оценивая свои интеллектуальные возможности, не только говорят о своих школьных успехах, но стараются подчеркнуть свое отношение к ним («я считаю себя неглупым, потому что хорошо учусь»). Встречается оценка общих интеллектуальных особенностей (смышленый, образованный) (66,4%).

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Значительное место в работах занимают описания увлечений, интересов, не связанных с учебой (66,7%). Более половины (54%) школьников рассказывают о том, как складываются их отношения с окружающими.

Они стараются анализировать собственный опыт общения с другими людьми. Довольно большое количество высказываний (38%) о себе как объекте общения может быть объяснено тем, что внимание подростков этого возраста обычно обращено на себя. Для них повышается роль общения, приобретает определенную значимость выражение того или иного отношения со стороны референтной группы. Это в некоторой степени может быть охарактеризовано как показатель его собственной ценности в образе Я.

У 12-13 летних подростков повышается внимание не только к собственным качествам, но и к качествам личности другого человека.

Подростки пишут о себе, о своем понимании другого человека, но выражают это в крайне примитивной форме. Понимание собеседника является одной из наиболее сложных сторон общения, предполагающее признание особенностей внутреннего мира другого человека, интерес к нему как к личности. Взаимоотношения со значимыми людьми становятся для умственно отсталых подростков все более предпочитаемой темой самоописаний (54%).

Третья группа исследуемых - подростки 14-15 лет. 98% школьников этого возраста в самоописаниях так или иначе отмечают особенности своих личностных черт, дают им ту или иную оценку. Анализ высказываний показывает, что суждения подростков разнообразны и содержательны по лексике, оценки более дифференцированы, менее категоричны.

Содержание самохарактеристик выражает понимание подростками неоднозначности и сложности личностных проявлений. Давая себе общую самооценку, некоторые ученики аргументируют ее: «я хороший человек, потому что…». Понимая трудности анализа своих личностных качеств, одна ученица признает: «не знаю, просто трудно себя представить». Таким образом мы видим, что старшие подростки проявляют способность более реалистичного подхода к оцениванию своей личности.

Выражая в целом достаточное расположение к себе, старшие подростки готовы признать у себя наличие отрицательных черт личности. Они также допускают мысль о том, что у одного и того же человека могут проявляться как положительные, так и отрицательные качества. Значительную часть характеристик составляют суждения о нравственных качествах. Старшие подростки достаточно критичны к Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

себе. 76% подростков старших классов написали об отношениях с окружающими людьми.

В старшем подростковом возрасте (14-15 лет) происходит резкое увеличение общего количества высказываний в саомописаниях. Так, от школьников 10-11 лет получено 265 высказываний, 12-13 лет – 374, 14-15 лет – 605, что свидетельствует о возрастающей способности к отражению своего Я.

По результатам самоописаний умственно отсталых подростков можем с уверенностью сказать, что рефлексивный анализ присущ в основном подросткам 14-15 лет. В12-лет у умственно отсталых подростков возможности критического анализа ограничены, хотя доступны некоторой части школьников. Они могут выделить свои как положительные, так и отрицательные качества, но еще проявляют определенную инфантильность. У них нет потребности во «взрослости», они еще достаточно зависимы от мнения взрослого, самохарактеристики выражают скорее их желательность для взрослого, нежели собственные суждения.

Знание особенностей личности умственно отсталых подростков, этапов возникновения и осознания ими тех или иных собственных качеств поможет психологам, работающим с данной категорией детей, работать над формированием у них положительных сторон личности, преодолевая зависимость, инфантильность суждений подростков о себе и о других людях.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПСИХОДИАГНОСТИЧЕСКОГО МЕТОДА BEST Н.CALEHR ДЛЯ ВЫЯВЛЕНИЯ ГЛУБИННЫХ БЕССОЗНАТЕЛЬНЫХ КОНФЛИКТОВ У ЖЕНЩИН, ИМЕЮЩИХ ДЕТЕЙ С ПЕРЕНАТАЛЬНОЙ ПАТОЛОГИЕЙ.

Колосова О.С.

ЧелГУ Уникальный код статьи: 52526368a В работах отечественных и зарубежных исследователей большое внимание уделяется исследованию вопроса о влиянии психического и психосоциального стресса женщины на течение беременности, родов и здоровье младенца. [1, 2].В ряде работ отечественных и зарубежных авторов приводятся сведения о влиянии внутренних бессознательных конфликтов, относящихся к прошлым стадиям развития женщины.

Психодиагностический сертифицированный Эмоциональный Структурный Тест (Basik Emotional Structuring Test), сокращение BEST, разработан немецким психиатром и психотерапевтом Н.Calehr в году. Согласно авторам, данный тест открывает далеко идущие перспективы в диагностике и психотерапии, обнажая глубоко лежащий в психике бессознательный конфликт. На основании позитивного и негативного выбора среди 10 разноцветных фигурок, можно описать эмоциональные особенности родителей клиента. Фигурка человека, который внушает симпатию, является символическим образом отца, а негативный выбор - проекция образа матери. Конечно, внешне обе куклы совершенно не похожи на родителей клиента, но каждая из них несет набор определенных качеств, которые совпадают с характеристиками реальных людей. Эти десять фигурок олицетворяют пять основных элементов, из которых, по представлениям восточной теории у-син, состоит мироздание - дерево, огонь, землю, воду и металл. На каждый элемент приходится по две фигурки, представляющие мужское и женское начало (инь и ян). При этом каждая фигурка соотносится с тем или иным эмоциональным типом одного или обоих родителей.

Общеизвестно, что ничто не оказывает на нас в детстве такого влияния, как наши родители и их отношения между собой. Поэтому подсознание диктует именно их образы. Даже маленькие дети, играя, выбирают именно те фигурки, которые как нельзя более точно характеризуют родителей и их взаимоотношения, интроецированные Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

ребенком в раннем детстве. Прием первого впечатления как раз и является одной из составляющих метода BEST. Недаром ведь говорят, что первое впечатление -- самое верное, так как идет из глубины подсознания. Человек проецирует на кукол свое внутреннее эмоциональное состояние. Х.Калер считает, что совпадение бессознательного (выбор куклы) и сознательного, вербализованного (описание соответствующего эмоционального состояния словами) образа родителя означает разрешенность соответствующего комплекса;

человек осознает свое отношение к внутреннему образу, т.е. принимает его. В случае несовпадения бессознательного выбора стимульной фигурки и вербального описания реального образа одного из родителей, означает травматическую диссоциацию психических структур и наличие глубинных бессознательных комплексов.Х. Калер при разработке BEST- диагностики развил учение Зигмунда Фрейда и К.

Юнга, объединив подходы Востока и Запада к пониманию закономерностей человеческой психики. Именно поэтому данный метод насыщен символикой, экзотичен и в то же время очень точен. С его помощью можно определять состояние душевного и физического здоровья, склад характера, склонности, интересы и даже совместимость партнеров в браке. В основу BESTа, безусловно, положены принципы психоанализа и психодинамической психотерапии, он ориентирован на гуманитарно-психологический подход к человеку, созвучен «модели роста» К.Роджерса: человек обладает собственной, изнутри идущей активностью, стремлением к реализации внутреннего потенциала.

Как отмечает Д. Винникот [1], в конце беременности у матери развивается так называемая первичная материнская озабоченность, которая позволяет настроиться на очень примитивные чувства новорожденного. В связи с этим мать с готовностью воспринимает и пытается удовлетворить постоянно возрастающие потребности ребенка, то есть она становится способной быть «достаточно хорошей матерью»

[1].

Глубинные бессознательные конфликты, которые связаны с прошлыми травматичными стадиями развития женщины, «оживают» в данной кризисной точке человеческой жизни (беременности и родах) и воздействуют на психосоматический статус матери и ребенка.[3]. Это согласно данным авторов провоцирует высокую тревожность и повышенную эмоциональную возбудимость, и нарушает адекватное взаимодействие в симбиозе мать-дитя, на основании чего будущая мать может быть отнесена к группе риска, и может нуждаться в помощи психотерапевта.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Перечисленные выше и многие другие доказательства корреляции между показателями эмоциональной сферы беременных, акушерскими осложнениями и патологией новорожденных, приводят к необходимости выявления глубинных причин повышения нервно-психического напряжения женщины.

Целью настоящей работы явилось выявление глубинных бессознательных конфликтов у женщин, имеющих детей с перинатальной патологией с помощью психодиагностического метода «ВЕСТ» Х. Калера. В нашем исследовании мы выделяли наличие у женщин, имеющих новорожденных детей, глубинных бессознательных конфликтов, которые могут существенным образом влиять на уровень личностной тревожности роженицы.. По данным ряда авторов проективные методики обладают преимуществом, заключающиеся в том, что они разрешают проблему мотивационных искажений со стороны испытуемых, поскольку от них скрыто истинное содержание такого рода методов. Методика исследования.

Нами было обследовано 45 пар мать-дитя, находившихся в отделении патологии новорожденных детской областной клинической больницы г. Челябинска (1 группа) и 20 аналогичных пар с отсутствием перинатальной патологии у детей. (2 группа). Все новорожденные группы имели перинатальную патологию центральной нервной системы.

Все матери 1 и 2 групп были в возрасте от 18 до 32 лет, не имели какой-либо психической патологии, не наблюдались у психиатра и невропатолога, в анамнезе у них отсутствовали черепно-мозговые травмы и инвалидизирующие соматические заболевания.

Обследование включало:

а) психологическое интервью для выявления психосоциального статуса, субъективных показателей психосоматического состояния женщины во время беременности и родов, нарушений в сфере личностных взаимоотношений;

б) экспериментальное психологическое тестирование с использованием опросников: шкалы «Проявления тревожности» Дж.

Тейлора, в адаптации В.Г. Норакидзе и методики диагностики показателей и форм агрессии А. Басса и А. Дарки.

в) выявление глубинных бессознательных конфликтов с помощью проективного психоаналитического теста BEST [3].

Достоверность различий сравниваемых средних показателей определялась с использованием U – критерия Манна-Уитни.

Все вышеперечисленные методики были использованы в целях психологической диагностики психоэмоциональных особенностей Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

женщин, имеющих новорожденных детей. Результаты исследования математически подтверждены с помощью критерия Манна-Уитни и непараметрического критерия Фишера.

В результате исследований установлено:

1. У матерей 1 группы имеется достоверное увеличение глубинных бессознательных конфликтов в структуре личности.

2. Статистически доказано, что эмоциональный фон женщин, имеющих глубинные конфликты, отличается от эмоционального фона женщин второй подгруппы и характеризуется: повышенной тревожностью, повышенной агрессивностью (физической, вербальной и косвенной), а так же повышенным чувством вины (аутоагрессией).

На основании полученных результатов, нами выдвигается гипотеза о том, что у женщин с глубинными бессознательными конфликтами имеет место интериоризация неадекватных межличностных родительских отношений в раннем детском возрасте. В последующем эти конфликты являются основанием для нарушения процесса холдинга и контейнирования в системе мать-дитя что, по-видимому, оказывает влияние на психосоматический статус ребенка.

На основании вышеизложенного мы предлагаем использовать BEST-тест для выявления глубинных бессознательных конфликтов и психокоррекции женщин, относящихся к группе риска по вынашиванию беременности, патологии родов и патологии новорожденных. Важным на наш взгляд, является возможность определения патологической структуры личности до наступления беременности, что дает возможность проведения профилактических мероприятий с помощью психодинамических методов психотерапии не только во время беременности, но и задолго до нее.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Литература 1. Винникотт Д. В. Семья и развитие личности. Мать и дитя.

Екатеринбург, 2004. - 400с.

2. Боулби Д. Создание и разрушение эмоциональных связей. М., 2004 232с.

3. Кляйн М., Айзекс С., Райвери Д. Развитие в психоанализе. М.,2001. 512с.

4. М у х а м е д р а х и м о в Р. М а т ь и м л а д е н е ц : п с и х о л о г и ч е с к о е взаимодействие. СПб., 2001.-288с.

5. Шептихина Г.В Эмоциональное взаимодействие «внутренних объектов» матери и внутренних представлений аутичного ребенка в диаде мать-дитя Вестник психоанализа №1/ 6. Калер Х. Психоаналитический тест BEST / под ред. Слезина 7. Филиппова Г.Г. Материнство и основные аспекты его исследования в психологии. // Вопр. психологии 2001. № 2 С. 22-36.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ТОНКОЙ МОТОРИКИ С ОПОРОЙ НА ПРОПРИОЦЕПТИВНУЮ АФФЕРЕНТАЦИЮ КАК ИНСТРУМЕНТ ИЗМЕРЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ ПСИХОТЕРАПИИ Малова Ю.В., Люцко Л.

Факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова, Факультет психологии, Университет Барселоны Уникальный код статьи: Одной из проблем современной клинической психологии является отсутствие объективных индикаторов эффективности методов психологической помощи. Таким методом может стать метод проприоцептивной диагностики темперамента и характера (DP-TC Proprioceptive diagnostic of Temperament and Character, Tous, 2008), который позволяет выявлять (на основании анализа тонкой моторики в пробах с опорой на проприоцептивную информацию) как стабильные характеристики характера, так и нестабильные показатели, такие как настроение (отклонения в направлении при фронтальных движениях), решительность (отклонения в направлении при сагиттальных движениях), характеристики внимания (отклонение в направлении при боковых движениях), эмотивность (нарушение формы линий при выполнении движения в фронтальном направлении, раздражительность (выраженные отклонения в длине линий в во всех пробах), поведенческое разнообразие (отражающееся в разнице между минимальной и максимальной длиной линий при воспроизведении образца) В ряде работ выявлена взаимосвязь показателя эмотивности с академической успеваемостью (Liutsko et al., 2012) Нейропсихологический анализ изменений в выполнении DP-TC и характера асимметрии позволит не только обнаружить эффект психотерапии, но и особенности межполушарного взаимодействия в процессе прохождения психотерапевтического процесса.

Литература 1. Малова Ю.В. Межполушарное взаимодействие в двигательной сфере – Авторф. дис. на соиск…. канд. Психол. наук – М., 1991.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

2. Ezhov, S.N. and Krivoshchekov, S.G. (2004).Features of psychomotor responses and interhemispheric relationships at various stages of adaptation to a new time zone.Human Physiology, 30(2): 172-175.

3. Tous, J.M. (2008). Diagnostico Propioceptivo del Temperamento y el Carcter DP-TC. [Proprioceptive diagnosis of temperament and character] Barcelona: Lab. Mira y Lpez. Department of Personality, Assessment and Psychological Treatments, University of Barcelona.Software.

4. Tous Ral, J.M., Muios, R., TousLpez, O., Tous Rovirosa, J.M.

(2012).Diagnstico propioceptivo del temperamento y el carcter [Proprioceptive diagnosis of temperament and character].Barcelona:

Universidad de Barcelona. [In Spanish] 5. Liutsko, L. Age and sex differences in proprioception based on fine motor precision.PhD dissertation (directed by Tous, J.M.). Barcelona: University of Barcelona.

6. Liutsko, L., and Tous-Ral J.M. (2012). Personality traits based on fine motor individual behavior. In (Eds. Kupreichenko, A.B. and Shtroo, V.A.;

National Research University “Higher School of Economics”;

Russian Humanitarian Scientific Found) [Psychology of Individuality.The Materials of IV Russian scientific conference, 22-24 of November], p322 (

Abstract

in English). Moscow: Logos.

7. Liutsko, L., Muios, R., and Tous, J. (2012). Relacin entre inteligencia emocional basada en la informacin propioceptiva y rendimiento acadmico en alumnos de secundaria. [Relationship between emotional intelligence based on the proprioceptive information and academic performance in pupils of the secondary school]. In: Libro de abstracts [Book of the abstracts], I CongresoNacional de InteligenciaEmocional [The I National Congress of Emotional Intelligence], 8-10 of November, Barcelona.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

НЕЙРОПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА И КОРРЕКЦИЯ ДЕТЕЙ РАННЕГО ВОЗРАСТА, ИМЕЮЩИХ РАЗЛИЧНЫЕ НЕВРОЛОГИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ, В УСЛОВИЯХ РЕАБИЛИТАЦИОННОГО ЦЕНТРА Никорчук Н.В.

ГБУ СОН СО "Реабилитационный центр для детей и подростков с ограниченными возможностями "Талисман" города Екатеринбурга" Уникальный код статьи: 5252bface Нейропсихологический метод занимает особое место в ряду научных дисциплин, обращенных к проблеме онтогенеза в норме и патологии. Он позволяет оценить и описать те системно-динамические перестройки, которые сопровождают психическое развитие ребенка с точки зрения его мозгового обеспечения, понять глубинные механизмы его психического статуса и спланировать адекватную онтогенезу именно этого, конкретного ребенка программу психолого-педагогического сопровождения [2].

На основании дифференцированной и системной нейропсихологической диагностики может быть построена своевременная индивидуальная программа коррекционно-развивающего обучения (замещающего онтогенеза) ребенка. Такая программа должна учитывать двухстороннее взаимодействие между морфогенезом мозга и формированием психики: с одной стороны, для появления определенной функции требуется известная степень зрелости нервной системы, с другой - само функционирование и активное коррекционно-развивающее воздействие оказывают влияние на созревание соответствующих структурных элементов [3]. Все это еще больше повышает актуальность ранней нейропсихологической диагностики состояния психического функционирования ребенка.

При работе психолога с детьми, имеющими различные неврологические нарушения, первым этапом, позволяющим выстроить дальнейшую реабилитационную работу с ребенком является нейропсихологическая диагностика развития психических функций ребенка. У детей, проходящих реабилитационные курсы в нашем центре, имеются различные неврологические нарушения - от минимальных мозговых дисфункций в виде резидуальной недостаточности (РЦОН), гиперактивности различной степени выраженности, речевых нарушений Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

до тяжелых форм детского церебрального паралича, гидроцефалии, эпилепсии.

Нейропсихологическое обследование психических функций проводилось у детей раннего возраста (с 3 до 4 лет), имеющих неврологические диагнозы ММД, РЦОН, миатонический синдром, ДЦП легкой и средней степени тяжести (левосторонний гемипарез, правосторонний гемипарез), которые при прохождении реабилитационного курса поступали на прием к психологу.

При проведении нейропсихологической диагностики детей 3 лет, имеющих различные неврологические нарушения, использовалась схема нейропсихологического обследования, предложенная Ж.М.Глозман, А.Ю.Потаниной, А.Е.Соболевой [1].

Нейропсихологическое обследование 3-летних детей включало следующие пробы:

1. Беседу с целью определения сформированности фразовой речи.

2. Пробу на праксис позы пальцев (кинестетический фактор) и простой вариант пробы на динамический праксис (кинетический фактор).

3. Рисунок простых геометрических фигур: круг и квадрат (копирование по образцу).

4. Называние реальных изображений.

5. Показ реальных изображений по слову-наименованию.

6. Запоминание одной серии из 3 реальных изображений и выбор их среди дистракторов.

7. Запоминание серии из 5 слов.

8. Счет до пяти с внешней опорой.

9. Исключение понятий (Проба "Четвертый лишний" при внешнем оречевлении картинок одинаковым наименованием (цветок-цветок-цветок-гриб;

рыба-рыба-рыба-утка) 10. Проба на цветовой гнозис 11. Проба на конструктивный праксис (сложи картинку, разрезанную на 2-3 части) Пробы, применяемые при нейропсихологическом обследовании ребенка 3-ех лет, позволяют первоначально установить первичную минимальную сформированность таких показателей как кинестетический праксис, кинетический праксис, конструктивный праксис, зрительно-предметный гнозис, цветовой гнозис, зрительная и слухоречевая память, интеллектуальные функции.

Проведенное нейропсихологическое обследование психических функций показало, что в обследуемой группе детей 3-4 лет (36 детей), Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

имеющих различные неврологические нарушения (минимальные мозговые нарушения (ММД) и ДЦП легкой степени тяжести), не выявлено ни одного ребенка, у которого все психические функции были бы развиты нормативно в соответствии с возрастом.

Дети с ММД Дети с ДЦП Развитие всех обследуемых функций 0% 0% соответствует возрасту Отставание в формировании обследуемых 100% 100% функций, из них - Отставание в формировании одной 12% 0% функции - Отставание в формировании 2-ух 6% 0% функций - Отставание в формировании 3-ех и 70% 80% более функций - Отставание в формировании всех 12% 20% обследуемых функций У большинства детей 3-4 лет с минимальной мозговой дисфункцией (ММД) наблюдается отставание в развитии кинестетического праксиса (75% от количества детей с ММД, прошедших обследование) и мыслительных функций (70%). У всех детей с ДЦП легкой степени тяжести наблюдается отставание в развитии кинестетического и кинетического факторов, у 80% детей с ДЦП наблюдается отставание в развитии конструктивного праксиса и мыслительный функций.

Дети с ММД Дети с ДЦП Кинестетический праксис 75% 100% Кинетический праксис 50% 100% Конструктивный праксис 48% 80% Зрительно-предметный гнозис 28% 60% Цветовой гнозис 25% 40% Зрительная память 40% 40% Слухоречевая память 25% 40% Мыслительные функции 70% 80% При сравнении результатов, полученных в ходе обследования детей с более легкими неврологическими нарушениями (ММД) и более тяжелыми нарушениями (ДЦП легкой степени тяжести), видно, что у детей второй группы наблюдается отставание в формировании большего количества психических функций. Практически 100% отставание в формировании кинестетического и кинетического факторов, и Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

значительное отставание в формировании конструктивного праксиса, зрительно-предметного и цветового гнозиса, а также слухоречевой памяти.

Анализ количественных показателей по глубине выраженности несформированности психических функций, показывает, что у детей, имеющих легкую степень тяжести ДЦП, сильнее выражено отставание в развитии кинестетического и кинетического факторов.

Средний балл выраженности несформированности (от 0 до 3) Дети с ММД Дети с ДЦП Кинестетический праксис 1,1 1, Кинетический праксис 1,3 1, Конструктивный праксис 0,7 0, Предметный гнозис 0,8 0, Цветовой гнозис 0,6 0, Зрительная память 0,6 0, Слухоречевая память 0,6 0, Мыслительные функции 1,3 1, После проведения нейропсихологического обследования психических функций у детей раннего возраста (с 3 до 4 лет), имеющих различные неврологические нарушения (ММД, РЦОН, миатонический синдром, ДЦП легкой и средней степени тяжести), которое позволило на ранних стадиях своевременно увидеть структуру дефекта в формировании психических функций, следующим этапом работы психолога является разработка адекватной, оптимальной для детей этого возраста коррекционно-развивающей программы по преодолению выявленных отставаний в формировании психических функций.

Методы психологической коррекции детей, имеющих отставание в формировании основных психических функций, традиционно разделяются на два основных направления: когнитивные методы, ориентированные непосредственно на формирование «западающих»

психических функций по типу «симптом-мишень», и методы двигательной коррекции и телесно-ориентированной психотерапии, направленные на формирование у ребенка контакта с собственным телом, снятия мышечного напряжения, улучшения психического самочувствия, развитие невербальных компонентов общения. Так как в современной популяции детей преобладают системные нарушения психических функций с обилием мозаичных, внешне разнонаправленных дефектов, то особенно эффективным и оптимальным является Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

применение системного подхода к коррекции и абилитации психического развития ребенка, в котором когнитивные и двигательные методы применяются в иерархизированном комплексе с учетом их взаимодополняющего влияния (метод «замещающего онтогенеза») [4,5].

Метод «замещающего онтогенеза», по принципу которого были разработаны индивидуальные программы коррекционно-развивающего обучения каждого ребенка, предполагает активизацию развития всех высших психических функций (ВПФ) через воздействие на сенсомоторный уровень с учетом общих закономерностей онтогенеза.

Так как «сенсомоторный уровень является базальным для дальнейшего развития ВПФ, в начале коррекционного процесса отдается предпочтение именно двигательным методам, которые активизируют, восстанавливают и простраивают взаимодействие между различными уровнями и аспектами психической деятельности» [4,5]. Развитие базальных функций праксиса, гнозиса, памяти, а также процессов саморегуляции создает базовые предпосылки для полноценного участия этих процессов в дальнейшем в овладении чтением, письмом, математическими знаниями и волевой регуляции психической деятельности [2].

Основная цель нейропсихологической коррекции на данном этапе – коррекция и абилитация 1-го функционального блока мозга, инициация базовых составляющих подкорково-корковой и межполушарной организации процессов развития, стабилизация и активация энергетического потенциала организма, повышение пластичности сенсомоторного обеспечения психических процессов.

Коррекционно-развивающий курс состоит из 21 занятия, продолжительность каждого занятия 40 - 50 минут, занятия проводятся индивидуально по 1 занятию 2 раза в неделю на протяжении 2,5– месяцев в амбулаторном режиме в условиях реабилитационного центра и по 1 занятию 5 раз в неделю на протяжении стационарного цикла ( день). Допустимо проведение повторных занятий, если психолог видит, что ребенок с трудом выполняет упражнения, однако в целом курс не должен превышать 22-26 занятий. Следует также помнить, что качество выполнения заданий может ухудшаться на 6-8 занятиях.

После проведения курса занятий обязательно проводиться повторное (динамическое) нейропсихологическое обследования для отслеживания результатов проведенной коррекции.

Одним из главных условий эффективности проводимой коррекции является обязательная отработка упражнений, применяемых на занятиях, в домашних условиях на протяжении всего цикла коррекции.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

На протяжении всего коррекционного цикла проводиться постоянное консультирование родителей с подробным объяснением целей и задач формирующего обучения.

Структура занятий I. Вступительная часть Разминка. Пальчиковая гимнастика (положительный настрой на занятие, создание доброжелательной непринужденной атмосферы на занятие;

развитие мелкой моторики рук) II. Основная часть 1. Блок «диафрагма жесткости»

Дыхательные упражнения (улучшение ритмики дыхания, повышение энергетического обеспечения деятельности мозга) Глазодвигательные упражнения (формирование глазодвигательных функций, отработка плавности движения взгляда, стабильности удержания взгляда на предмете) Растяжки (оптимизация и стабилизация общего тонуса тела;

нормализация гипертонуса (неконтролируемого чрезмерного мышечного напряжения) и гипотонуса (неконтролируемой мышечной вялости) мышц) Базовые сенсомоторные взаимодействии, ползание (формирование базовых сенсомоторных (одновременных и реципрокных) взаимодействий) 2. Блок «навешанные конструкции» (Упражнения этого блока подбираются в зависимости от конкретных выявленных проблемных зон для каждого ребенка в отдельности) Специальные упражнения на развитие конструктивного праксиса, цветового гнозиса, зрительного гнозиса, адаптированные для возраста 3-3,5 лет (формирование операционального обеспечения вербальных и невербальных психических процессов (развитие конструктивного праксиса, мнестических процессов, цветового гнозиса, зрительного гнозиса и т.д.) III. Заключительная часть Прощание (создание условий для доверительных и безопасных отношений в дальнейшем) Повторное нейропсихологическое обследование, проведенное по завершении курса коррекционно-развивающих занятий, показало, что положительная динамика наблюдается у 100% детей, прошедших данный коррекционно-развивающий курс (36 детей). В среднем, более чем у 50% детей с ММД и 40% детей, имеющих ДЦП легкой степени тяжести, наблюдается значительная динамика в уменьшении глубины Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

выраженности дефекта по наиболее несформированным психическим функциям.

По данным сравнительного анализа входящей и итоговой диагностики после проведения курса коррекционно-развивающих занятий у детей наблюдается уменьшение глубины выраженности дефекта по несформированным психическим функциям. Если до проведения коррекционного курса средний балл выраженности глубины дефекта по несформированным функциям у детей с ММД составлял от 1,3 до 0,6 баллов и у детей, имеющих ДЦП легкой степени тяжести, - от 1,9 до 0,6 баллов, то после проведенного коррекционного курса средний балл выраженности глубины дефекта по несформированным функциям снизился и составил у детей с ММД от 1,0 до 0,3 баллов и у детей, имеющих ДЦП легкой степени тяжести, от 1,5 до 0,4 баллов.

Средний балл выраженности несформированности (от 0 до 3) Дети с ММД Дети с ДЦП Вход Выход Вход Выход Кинестетический праксис 1,1 0,5 1,7 1, Кинетический праксис 1,3 0,8 1,9 1, Конструктивный праксис 0,7 0,3 0,8 0, Зрительно-предметный гнозис 0,8 0,5 0,8 0, Цветовой гнозис 0,6 0,3 0,6 0, Зрительная память 0,6 0,3 0,6 0, Слухоречевая память 0,6 0,3 0,6 0, Мыслительные функции 1,3 1,0 1,5 1, Динамика количественных показателей несформированности психических функций составила у детей с ММД от 0,6 до 0,3 баллов, у детей, имеющих ДЦП легкой и средней степени тяжести от 0,4 до 0, балла.

Наиболее значительная динамика в уменьшении глубины выраженности дефекта несформированности психических функций наблюдается у детей по таким параметрам как кинестетический праксис, кинетический праксис, конструктивный праксис и мыслительные функции (по результатам первичной (входящей) нейропсихологической диагностики данные психические функции являются «западающими» у большинства детей, имеющих различные неврологические нарушения).

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Дети с ММД Дети с ДЦП Кинестетический праксис 0,6 0, Кинетический праксис 0,5 0, Конструктивный праксис 0,4 0, Зрительно-предметный гнозис 0,3 0, Цветовой гнозис 0,3 0, Зрительная память 0,3 0, Слухоречевая память 0,3 0, Мыслительные функции 0,3 0, Таким образом, повторное (динамическое) нейропсихологическое обследование, проведенное по завершении курса коррекционно-развивающих занятий, показало достаточную эффективность в применении данной программы при реабилитации детей раннего возраста, имеющих различные неврологические нарушения.

Литература 1. Глозман Ж..М., Потанина А.Ю., Соболева А.Е. Нейропсихологическая диагностика в дошкольном возрасте. - СПб.: Питер, 2006.

2. Микадзе Ю.В. Нейропсихология детского возраста. - СПб.: Питер, 2008.

3. Семенович А.В. Введение в нейропсихологию детского возраста. - М.:

Генезис, 2005.

4. Семенович А.В. Нейропсихологическая диагностика и коррекция в детском возрасте. - М.: Академия, 2002.

5. Семенович А.В. Нейропсихологическая коррекция в детском возрасте.

Метод замещающего онтогенеза: Учебное пособие. – М.: Генезис, 2010.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

ПРОЕКТИРОВАНИЕ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ТРАЕКТОРИЙ СТУДЕНТОВ С ПОЗИЦИИ СУБЪЕКТОГЕНЕТИЧЕСКОГО ПОДХОДА Огнев А.С., Лихачева Э.В.

Московский государственный гуманитарный университет имени М.А. Шолохова Уникальный код статьи: Важным условием психического здоровья личности являются ее независимость, свобода выбора и самореализации. На современном этапе реорганизации системы высшего профессионального образования стало возможным введение в учебные планы вариативного компонента, что предполагает самостоятельный выбор студентами индивидуальной образовательной траектории: свободу в определении изучаемых дисциплин, видов работы и форм активности. С нашей точки зрения, вводимое новообразование должно опираться на субъектогенетический подход к построению психолого-педагогической практики, а предоставление студентам выбора должно учитывать достигнутый ими уровень самоорганизации личности и последовательное прохождение ключевых стадий субъектогенеза (принятие ответственности, целеполагание, планирование, реализация замыслов, осмысление оценки полученных результатов для расширения субъектного опыта) [1], [2]. Для повышения эффективности формирования общекультурных и профессиональных компетенций проектирование образовательной среды должно содействовать решению человеком жизненно важных для него задач. Следовательно, индивидуальная образовательная траектория должна быть связана с индивидуальной жизненной траекторией личности.

В нашем исследовании в качестве ключевых параметров жизненной траектории личности студентов оценивались:

1. Личностные особенности студентов: уровень жизнестойкости;

самоэффективности и тревожности личности.

2. Результативность учебной деятельности.

3. Субъективные представления студентов о предстоящем жизненном пути.

Исследование проводилось в Московском государственном гуманитарном университете им. М.А. Шолохова. Общая выборка Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

испытуемых составила 547 человек: студенты очного отделения первого курса факультетов журналистики, дизайна, психологии, экологии, филологического, юридического и исторического факультетов. Проведен контент-анализ текстов эссе 54 испытуемых. Средний возраст испытуемых составил 18,9 лет.

Для диагностики жизнестойкости и других личностных особенностей студентов (самоэффективности, личностной и реактивной тревожности) использовались: тест жизнестойкости Hardiness Survey С. Мадди, адаптированный Д.А. Леонтьевым, Е.И. Рассказовой [2];

шкала самоэффективности Р. Шварцера, Р. Ерусалема, в адаптации В. Ромека;

методика измерения уровня тревожности Дж. Тейлора;

методика диагностики самооценки тревожности Ч.Д. Спилберга, Ю.Л. Ханина.

Результативность учебной деятельности определялась по среднему баллу ЕГЭ и среднему баллу успеваемости по результатам зимней сессии.

Жизненные ориентиры студентов выявлялись на основе контент-анализа текстов их эссе «Путь героя» по 44 критериям, которые мы поделили на три группы: 1) критерии, отражающие специфику поставленных целей, деятельности, направленной на их реализацию, и их аффективную оценку (формулирование цели, ориентированной на одобрение;

формулирование цели в ключе избегания неудачи и ее последствий, формулирование цели, ориентированной на успех, достижение;

надежда на одобрение;

положительные эмоции по поводу одобрения;

упоминание о невозможности планировать на будущее и отсутствие целей;

упоминание о верном выбора пути;

высказывание сомнений в удачном стечении обстоятельств;

надежда на успех и др.);

2) критерии, отражающие потребности испытуемых (признание, известность, дружба, независимость, уважение, забота о других, поиск поддержки, приобретение, повышение благосостояния, познание и самообразование, работа и творчество, вступление в брак, рождение детей, смена места жительства);

3) критерии, позволяющие оценить ориентацию испытуемых на семью и/или карьеру (жесткая ориентация на построение только семьи или только карьеры;

ориентация на построение семьи и карьеры с акцентом на семье или на карьере;

высказывание о желании совмещать создание семьи и построение карьеры). Согласно инструкции студентам предлагалось представить себя через 40 лет и описать пройденный отрезок своего жизненного пути. Для контент-анализа отбирались эссе объемом от 250 слов. Для определения степени выраженности показателей, выявленных в ходе контент-анализа, использовался метод Готтшалка и Глезер, допускающий использование ранговых корреляций. Все результаты Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

подверглись корреляционному и факторному анализу (пакет SPSS for Windows).

По данным корреляционного анализа жизнестойкость тесно связана с показателем самоэффективности (r=0,65, p0,001). Следовательно, более жизнестойкие студенты, по сравнению с менее жизнестойкими, имеют более высокий уровень самоэффективности, т.е. демонстрируют большую уверенность в своих способностях организовывать и реализовывать деятельность, направленную на достижение цели.

Были обнаружены отрицательные корреляции жизнестойкости с тревожностью по шкале Дж. Тейлора (r=-593, p0,001) и показателями реактивной и личностной тревожности по тесту Ч.Д. Спилберга, Ю.Л.

Ханина (соответственно, r=-0,43, p0,01;

r=-0,6, p0,001). Таким образом, у менее жизнестойких студентов, в отличие от более жизнестойких, высока личностная и реактивная тревожность, что является признаком их эмоционального неблагополучия.

Показатель самоэффективности личности отрицательно коррелирует с показателями личностной тревожности по шкале Дж. Тейлора и тесту Ч.Д. Спилберга, Ю.Л. Ханина (соответственно, r=-0,34, p0,05;

r=-0,39, p0,05). Следовательно, более тревожные испытуемые характеризуются меньшей самоэффективностью, по сравнению с менее тревожными.

Были выявлены взаимосвязи показателей ЕГЭ студентов с самоэффективностью личности (r=0,397, p0,05). Это означает, что студенты с более высокой самоэффективностью имеют более высокие результаты ЕГЭ. Также показатель среднего балла ЕГЭ отрицательно коррелирует с тревожностью по шкале Дж. Тейлора (r=-342, p0,05).

Значит, менее тревожные студенты имеют более высокие баллы ЕГЭ, чем более тревожные.

На основе факторного анализа (метод Varimax) выявлено 14 факторов (86% общей дисперсии). К наиболее значимым мы отнесли 4 фактора: 1) «Неуверенность», 2) «Показатели успеха», 3) «Оценка возможных рисков» и 4) «Показатели жизнестойкости».

Фактор «неуверенности» объединил различные варианты демонстрации неуверенности в себе: потребность в поддержке (0,840), заявление о значимости цели (0,635) и деятельности, ориентированных на одобрение (0,834), и надежда на ее получение (0,828), избегание неудачи (0,718) или нежелание действовать из-за вероятной неудачи (0,448), подчеркивание вероятности риска (0,381), нарочито жесткую ориентация только на карьеру (0,683) или семью (0,570), прямые заявления об ошибочности выбранного пути (0,570). В фактор «Неуверенности» вошел также показатель жизнестойкости с обратным Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

знаком (-0,120).Следовательно, менее жизнестойким испытуемым свойственны проявления неуверенности (на уровне тенденции).

Анализ переменных, включенных в фактор «Показатели успеха», позволяет выделить следующие признаки жизненного успеха: рождение детей (0,835), повышение благосостояния (0,763), вступление в брак (0,685), забота о близких (0,677), возможность поделиться жизненным опытом (0,662), ориентация на построение карьеры и семьи с акцентом на семье (0,643), смена места жительства (0,524). Испытуемым в большей мере ориентированным на перечисленные показатели успеха, свойственно четкое формулирование будущих целей и видение путей их достижения (соответственно 0,608 и 0,526).

Анализ содержания фактора «Оценка возможных рисков» показывает, что испытуемым при большой вероятности риска свойственно нежелание испытать неудачу (0,809) и ее последствия (0,606), высказывание сомнений в удачном стечении обстоятельств (0,561) и ссылка при неудаче на внешние обстоятельства (0,712). При этом они настойчивы в высказывании надежды на успех (0,623) и готовности проявлять упорство при неудаче (0,398), ищут независимости (0,726), подчеркивают, что получают удовольствие от целенаправленной деятельности (0,708), и ориентированы на построение карьеры и семьи с акцентом на карьере (0,429). Также испытуемым, прогнозирующим неудачу, свойственна повышенная реактивная тревожность (0,343) и, на уровне тенденции, низкая самоэффективность (-0,173).

Анализ переменных фактора «Показатели жизнестойкости» показал, что пониженную жизнестойкость (вес:

-0,688) демонстрируют испытуемые с высокой личностной и реактивной тревожностью по тесту Ч.Д. Спилберга, Ю.Л. Ханина (соответственно, 0,896 и 0,731), высокой тревожностью по Дж. Тейлору (0,872), низкой самоэффективностью (-0,416) и низкими результатами ЕГЭ (-0,208). Кроме того, испытуемым с пониженной жизнестойкостью свойственны: жесткая ориентация на карьеру в ущерб остальным сферам жизнедеятельности (0,296), или невозможность определиться с ориентацией на семью или карьеру, которые воспринимаются как конкурирующие цели (0,353). Менее жизнестойкие испытуемые заявляют о неуверенности в успехе (-0,339) и, в большей степени, чем более жизнестойкие, ориентированы на смену места жительства (0,307). Кроме того, для них характерно откладывать на будущий период осмысление своего опыта и передачу его другим людям (0,281).

Итак, наше исследование позволило выявить:

1. Более жизнестойкие студенты являются более самоэффективными Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

и демонстрируют более низкий уровень как реактивной, так и личностной тревожности, что является признаком их эмоционального благополучия.

2. Студенты с более высокой самоэффективностью и меньшей тревожностью имеют более высокие результаты ЕГЭ.

3. Пониженную жизнестойкость демонстрируют студенты с высокой тревожностью, низкой самоэффективностью и низкими результатами ЕГЭ.

4. Испытуемым с пониженной жизнестойкостью свойственны:

жесткая ориентация на карьеру в ущерб остальным сферам жизнедеятельности или невозможность определиться с ориентацией на семью или карьеру, которые воспринимаются как конкурирующие цели;

неуверенность в успехе, ориентация на смену места жительства, склонность откладывать на будущий период осмысление своего опыта и передачу его другим людям.

5. Менее жизнестойкие студенты склонны проявлять неуверенность в себе, заявляют о значимости цели и деятельности, ориентированных на одобрение, и надеются на ее получение, избегают неудачи или заявляют о нежелании действовать из-за вероятной неудачи, подчеркивают вероятность риска, демонстрируют нарочито жесткую ориентация только на карьеру или только на семью, прямо заявляют об ошибочности выбранного пути и являются менее жизнестойкими.

6. К признакам жизненного успеха студенты относят: рождение детей, повышение благосостояния, вступление в брак, заботу о близких, возможность поделиться жизненным опытом, ориентацию на построение карьеры и семьи с акцентом на семье, смену места жительства;

7. Студентам, ориентированным на успех, свойственно четкое формулирование будущих целей и видение путей их достижения.

8. У менее самоэффективных студентов с более высокой тревожностью проявляется склонность прогнозировать большую вероятность риска, нежелание испытать неудачу и ее последствия, высказывание сомнений в удачном стечении обстоятельств и ссылка при неудаче на внешние обстоятельства, повышенная реактивная тревожность и низкая самоэффективность. При этом они настойчивы в высказывании надежды на успех и готовности проявлять упорство при неудаче, ищут независимости и подчеркивают, что получают удовольствие от целенаправленной деятельности и ориентированы на построение карьеры и семьи с акцентом на карьере [5].

Рассмотрение полученных результатов в свете субъектогенетическго подхода позволило выявить, что больше половины испытуемых – Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

студентов первого курса – испытывают трудности самоопределения и целеполагания, проявляют высокую неуверенность в своих силах и успехе в деятельности, склонны откладывать осмысление своего опыта, ориентируются при планировании деятельности на одобрение окружающих и удачное стечение обстоятельств, т.е. не имеют достаточный уровень самоорганизации и проявления субъектности личности, а, следовательно, не смогут в полной мере ответственно подойти к определению своей индивидуальной образовательной траектории [3], [5].

Таким образом, при проектировании индивидуальных образовательных траекторий у студентов есть необходимость организовывать консультации и тренинги, ориентированные на осмысление жизненного пути, развитие умений целеполагания, планирования деятельности и оценки полученных результатов.

В МГГУ им. М.А.Шолохова эти задачи в полной мере решает введенный образовательный курс «Жизненная навигация», ориентированный на изучение методов проектирования профессиональной и общественной деятельности, освоение способов рационального планирования, самоорганизации жизнедеятельности и формирование навыков корпоративного взаимодействия. На занятиях курса «Жизненная навигация» рассматриваются понятие личности как субъекта жизнедеятельности и профессиональной деятельности, производится анализ мечты как желаемого образа будущего, осуществляется постановка целей, анализ условий их достижения и преодоления помех, определяются возможности саморегуляции поведения и деятельности человека и др. На практических занятиях под руководством преподавателя и в свободное от учебы время студентами разрабатываются: дерево жизненно важных целей;


формулировка своей мечты в форме видения - вдохновляющего, побуждающего к действию образа желаемого будущего;

персональная программа саморазвития как главного ресурсного обеспечения работы по достижению студентом своей мечты (включая и развитие себя как субъекта профессиональной деятельности);

стратегический план достижения собственной мечты;

сценарное описание роли «мое идеальное Я»;

карта значимых людей, организаций и сообществ;

карта переговоров со значимыми субъектами;

эталонная модель эффективного дня. Для реализации замыслов курса «Жизненная навигация»® в образовательный процесс были внедрены фрагменты психологических тренингов, методы моделирования проблемных ситуаций, технологии case-study [3], [4], [5].

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Литература 1. Огнев А.С. Психология субъектогенеза личности: Монография. М.:

Изд-во МГГУ им. М.А. Шолохова, 2009. 137с.

2. Огнев А.С. Субъектогенетический подход к психологической саморегуляции личности: Монография. М.: Изд-во МГГУ им. М.А.

Шолохова, 2009. 188с.

3. Огнев А.С., Лихачева Э.В., Сидоренко М.Г., Казаков К.А. Условия эффективного использования видеоконтента в «Жизненной навигации» // Вестник Воронежского государственного технического университета. 2013. Т. 9. № 3-2. С. 181- 4. Цыгина О.Д., Огнев А.С., Дурнева Е.Е. Профессиональное самоопределение как элемент жизненной навигации // Международный журнал экспериментального образования. 2013. № 10-1. С. 58-60.

5. Likhacheva E.V., Ognev A.S., Kazakov K.A. Hardiness and purposes in life of modern Russian students // Middle East Journal of Scientific Research.

Volume 14, Issue 6, 2013, Pages 795-798.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ АДАПТАЦИИ БОЛЬНЫХ С АРИТМИЯМИ Петрова Н.Н., Сысоева В.В.

Кафедра психиатрии и наркологии медицинского факультета СПбГУ Уникальный код статьи: 52653e3c76fd Психологические механизмы могут приобретать патогенетическое значение практически при любом соматическом заболевании (Ф.Б.

Березин, 1988). При хронической болезни, независимо от ее биологической природы, возникают особые психологические обстоятельства, нарушающие механизмы взаимодействия человека с окружающей средой. В связи с этим вступают в действие процессы психической адаптации к болезни, то есть компенсаторные механизмы, направленные на восстановление нарушенного взаимодействия на новом уровне – в ситуации болезни (Петрова Н.Н., 1997).

В системе психологической адаптации основополагающими являются три составляющие: механизмы психологической защиты, стратегии совладающего поведения и внутренняя картина болезни – ВКБ (Исаева Е.Р., 2009). При исследовании психической адаптации изучаются представления пациентов о болезни и самом себе в связи с заболеванием, а также способы справиться с болезнью, то есть копинг-ресурсы личности и их роль в формировании успешного совладающего поведения со стрессом (Торчинская Е.Е., 2001). Изучение отношения пациента к болезни позволяет проводить направленную психокоррекцию неадекватного реагирования и тем самым повышать эффективность лечения и адаптации к болезни (Абабков В.А., 2004). Копинг-поведение динамическая характеристика, которая в совокупности с внутренними индивидуально-личностными ресурсами отражает адаптационный потенциал личности и рассматривается как один из механизмов психической адаптации (Исаева Е.Р., 2009). От того, насколько эффективны используемые пациентом варианты преодоления стресса, зависят перспектива психической адаптации к болезни и лечению, успешность реабилитации и качество жизни больного (Петрова Н.Н., 2002).

ВКБ взрослых пациентов с аритмиями характеризуется преобладанием эргопатического и сенситивного типов и малой распространенностью апатического и дисфорического типов. Анализ Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

результатов исследования ВКБ в зависимости от стажа заболевания показал, что в начале заболевания преобладают адаптивные типы ВКБ, в основном, за счет развития анозогнозического и эргопатического типов.

По мере перехода заболевания в хроническую фазу, степень адаптивности к болезни снижается, а интер- и интрапсихические типы ВКБ начинают встречаться вдвое чаще (Киселева М.Г., 2012).

Необходимость регулярных проверок системы электрокардиостимуляции, замен электрокардиостимулятора (ЭКС), инвалидизирующий характер основного заболевания, ограничение физических нагрузок оказывают психотравмирующее влияние на пациента, приводят к нарушениям в социальном функционировании больных с ЭКС, что препятствует успешной адаптации к болезни (Вершинина Е. О., 2010;

Новик Г. А., Егоров Д. Ф., Васичкина Е. С., Гордеев О.Л., Кручина Т. К., 2011). Установлено, что психическое состояние больных с ЭКС во многом зависит от адекватности ВКБ (Коровяков А.В., 2002;

Крылов В.И., 1986). Больные молодого возраста в ситуации соматогенной витальной угрозы представляют собой особую группу риска в плане психической дезадаптации (Вассерман Л.И., 1995).

Вместе с тем, вопросы психосоциальной адаптации пациентов, которым имплантация ЭКС была проведена в детстве и подростковом возрасте (до 18 лет) являются практически неизученными, что определяет актуальность настоящего исследования.

Целью исследования явилось изучение особенностей психосоциальной адаптации больных с брадикардией с детства в зависимости от метода лечения: ЭКС или консервативная терапия.

Обследовано 75 пациентов отделения хирургического лечения сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции СПб ГБУЗ «Городская клиническая больница № 31». В зависимости от метода лечения больные разделены на две группы. Первая (основная) группа включала 45 пациентов, которым в возрасте до 18 лет в связи с наличием жизнеопасных нарушений ритма сердца были имплантированы ЭКС, из них 22 пациента (48,9%) - мужского пола.

Возраст пациентов при первичной имплантации ЭКС - 11,6±4,8 лет, возраст на момент обследования – 19,7+5,1 года. Давность заболевания 12,7+8,1 года, дооперационный период – 3,2+2,9 года. У 53,3% пациентов были проведены в общей сложности 43 операции по замене ЭКС или одного из его электродов. Продолжительность жизни пациентов с ЭКС составила 8,0+5,5 года. Вторую группу (сравнения) составили больных с брадикардиями, находившиеся на консервативной терапии и не имеющие на момент обследования показаний к имплантации ЭКС.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Средний возраст пациентов - 16,2+3,8 лет. Длительность заболевания сопоставима с длительностью жизни с ЭКС пациентов основной группы (7,7+5,9 лет).

В исследовании были использованы методика ТОБОЛ (Вассерман Л.И.

и др., 2009) и опросник Хайма (Heim E., 1988). Статистическая обработка первичных данных проводилась при помощи пакета программ «Statistica 6,0» и MS Excel 2007 и включала определение средних значений (М) и стандартных отклонений (+m) по количественным показателям, использование критериев Стьюдента (t), Манна-Уитни (U) и Фишера (), коэффициента ранговой корреляции Спирмена (r). Критический уровень достоверности принимали равным не менее 0,05.

Исследование ВКБ показало, что наиболее часто в обеих группах встречались «чистые» типы отношения к болезни (58% случаев в основной группе и 57% - в группе сравнения), что указывает на достаточно полную сформированность ВКБ, вероятно, вследствие длительности заболевания. Наличие чистых типов отношения к болезни, снижение количества смешанных и диффузных типов с максимальной дезадаптацией во внешней среде, свидетельствует о формировании определенного отношения к своему заболеванию на основании приобретенного опыта болезни, можно сказать, что болезнь становится «привычной» (Березин Ф.Б., 1988).

«Смешанные» типы отмечались в 24% и 30 % случаев, а «диффузные»

- в 18% и 13%, соответственно. Данные типы характеризуются одновременным присутствием признаков нескольких патологических типов, разнонаправленных реакций и указывают на то, что отношение к болезни у больных неопределенно, «запутанно» (Березин Ф.Б., 1988).

Наиболее характерным для пациентов обеих групп является анозогнозический тип отношения к болезни (64% и 60% случаев, соответственно). Несколько реже наблюдался эргопатический тип (27% и 23%, соответственно), либо в чистом виде, либо в сочетании с другими вариантами отношения к болезни. Примерно с такой же частотой встречался сенситивный (27%), а в группе сравнения – ипохондрический тип (20%). Эти типы отношения к болезни чаще отмечались в смешанных вариантах с тревожным, апатическим, неврастеническим и меланхолическим вариантами. Паранояльный (11%) и дисфорический (9%) типы реагирования на заболевание были выявлены только в группе пациентов с ЭКС. Благоприятным признаком является доминирование в обеих группах больных типов отношения первого (адаптивного) блока в чистом виде (64% среди пациентов с ЭКС и 67% среди пациентов на консервативной терапии). Несмотря на то, что для больных с этим Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

блоком характерно снижение критичности к своему состоянию, преуменьшение “значения” заболевания вплоть до полного его вытеснения, иногда проявляющееся нарушениями рекомендуемого врачом режима жизни, “уходом” в работу, иногда отрицанием факта заболевания, выраженные явления психической дезадаптации у этих больных отсутствуют (Вассерман Л.И., Иовлев Б.В., Карпова Э.Б., Вукс А.Я., 2005).

У 20% больных с ЭКС отмечались типы второго и третьего блоков (дезадаптивные) при значительной выраженности первого типа, что показывает стремление больных к активному социальному функционированию и сохранению ценностной структуры. Аналогичная картина наблюдалась только у 7% пациентов группы сравнения. В целом, частота типов отношения к болезни второго и третьего дезадаптивных блоков была выше среди пациентов на консервативной терапии (16% - в основной группе и 27% - в группе сравнения, р0,05).


Последние были представлены преимущественно вариантами интрапсихической направленности (II блок) в виде тревожного, ипохондрического, невротического, меланхолического и апатического типов. Как известно, эмоционально-аффективная сфера отношений у таких больных проявляется в дезадаптивном поведении: реакциях по типу раздражительной слабости, тревожном, подавленном, угнетенном состоянии, “уходом” в болезнь, отказе от борьбы с заболеванием, приводящие к нарушениям адаптации (Вассерман Л.И., Иовлев Б.В., Карпова Э.Б., Вукс А.Я., 2005).

В то же время среди пациентов с ЭКС чаще отмечались дезадаптивные типы интерпсихической направленности реагирования на болезнь, преимущественно сенситивный (26,7%) и паранояльный типы (11,1%).

В основной группе пациентов с первым блоком типов отношения к болезни, который включает гармоничный, эргопатический и анозогнозический типы отношения к болезни, в три раза реже отмечались психические расстройства (68,4% пациентов не имели диагноза, а у 31,6% были выявлены психопатологические отклонения) (p0,05).

Напротив, наличие у всех пациентов типов отношения второго и третьего блоков, а именно неврастенического (соответственно, = 3, и =2,44;

р0,01), меланхолического (соответственно, = 2,02 и =2,09;

р0,05), апатического (соответственно, = 2,86 и =2,44;

р0,01), сенситивного (соответственно, = 4,13 и =2,44;

р0,01) типов отношения к болезни, а также дисфорического ( = 3,27;

р0,01) в Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

основной группе и ипохондрического ( = 2,76;

р0,01) и эгоцентрического ( = 1,68;

р0,05) в группе сравнения приводило к возникновению психических расстройств. Взаимосвязь между возрастом больных и типами отношения к болезни была выявлена только у пациентов с ЭКС. Так, анозогнозический тип был более характерен для пациентов более старшего возраста (Asymp. Sig=0,022;

p0,05), а второй блок типов отношения к болезни был выявлен чаще у пациентов младшего возраста (Asymp. Sig=0,034;

p0,05). В то же время, неврастенический тип достоверно чаще определялся у пациентов старшего возраста (Asymp. Sig=0,044;

p0,05).

При изучении особенностей механизмов совладания было обнаружено, что в поведенческой сфере у пациентов основной группы преобладали конструктивные (58% больных) и относительно конструктивные (31%) механизмы. В поведенческой и когнитивной сфере у пациентов на консервативной терапии преобладали конструктивные (по 40% случаев) копинги. Вместе с тем у них отмечался достаточно высокий удельный вес неконструктивных копинг-стратегий в этих сферах копинга (по 33% наблюдений), представленных «активным избеганием» (16,7%) и «отступлением» (6,7%) в поведенческой сфере и «диссимуляцией» (13,3%), «игнорированием» (10%), «смирением» и «растерянностью» (по 6,6%) – в когнитивной. Конструктивные поведенческие механизмы были представлены в обеих группах «обращением» (20% и 16,7%, соответственно) «альтруизмом» (17,8% и 16,7%, соответственно) и «сотрудничеством» (17,8% и 16,7%), относительно конструктивные выражались в «компенсации» (17,8% и 16,7%, соответственно) и «отвлечении» (13,3% и 10%). Неконструктивное поведение у пациентов основной группы было представлено исключительно «активным избеганием» (11,1%).

В когнитивной сфере у больных с ЭКС преобладали относительно конструктивные механизмы (40% больных), в основном в виде «придачи смысла» и «относительности» (по 15,6%), вместе с тем у 29% больных отмечались конструктивные копинги - «проблемный анализ» (15,6%) и «сохранение самообладания» (13,4%), а у 31% пациентов – не конструктивные механизмы совладания со стрессом, преимущественно в виде «диссимуляции» (15,6%) и «игнорирования» (15,4%).

В эмоциональной сфере у пациентов обеих групп преобладали конструктивные (64% и 73% больных, соответственно) и относительно конструктивные (по 13%) механизмы. Конструктивные эмоциональные механизмы были представлены у большинства больных обеих групп «оптимизмом» (53,3% и 76,7%, соответственно), относительно Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

конструктивные выражались в равной степени «эмоциональной разрядкой» (6,7% и 3,3%, соответственно) и «пассивной кооперацией»

(по 6,7%). Неконструктивные эмоциональные механизмы были представлены «подавлением эмоций» (17,8% больных). В группе на консервативной терапии данный копинг встретился только у 6,7%.

Установлено, что дезадаптивные эмоциональные копинги ассоциированы с наличием тревожных расстройств (по шкале тревоги Гамильтона) (r=-0,43, р0,05). При наличии конструктивных и относительно конструктивных копинг-стратегий отмечался более высокий показатель качества жизни «общее здоровье» (GH) (r=0,50, р0,05).

Ряд копинг-стратегий связан с риском возникновения психической патологии у обследованных пациентов. Так, в основной группе доля лиц с психическими нарушениями была выше среди пациентов, для которых были характерны такие копинг-механизмы как «компенсация», «альтруизм», «отвлечение», «игнорирование», «религиозность» (p0,01), «пассивная кооперация», «покорность» (p0,05). Напротив, среди пациентов основной группы с такими копинг-стратегиями как «обращение», «относительность» и «придача смысла», а также среди пациентов группы сравнения, которым свойственны «сотрудничество», «сохранение самообладания», «оптимизм», доля пациентов с психическими расстройствами была меньше.

Лицам мужского пола в обеих группах было свойственно прибегать к более конструктивным способам совладания с трудностями, чем лицам женского пола: в основной группе среди мужчин чаще, чем у женщин выявлялись адаптивные копинг-стратегии «сотрудничество» ( =1,68;

р0,05) и «проблемный анализ» ( = 2,29;

р0,05). У пациентов женского пола в обеих группах преобладало «смирение» перед трудностями (= 2,01;

р0,05).

Таким образом, для пациентов c аритмиями с детства характерно отрицание болезни, а также уход от проблем со здоровьем в различную деятельность. Это может становиться причиной нарушения врачебных рекомендаций, игнорирования проблем со здоровьем и требует психотерапевтической коррекции (Киселева М.Г., 2012).

Повышенная чувствительность, ранимость, подозрительность в вопросах болезни и лечения, рентные установки в отношении болезни характерны для пациентов с ЭКС. Ипохондрические черты, тревога, явления раздражительной слабости, снижение настроения, пассивность в отношении заболевания, приводящие к нарушениям адаптации свойственны больным обеих групп. Пациенты с ЭКС более молодого Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

возраста требуют особого внимания в связи с большей частотой дезадаптивных вариантов реагирования на заболевание. Особенности когнитивной сферы копинга пациентов обеих групп связаны с повышенным риском отсутствия вербализации проблемы, а значит, с уменьшением возможности получения поддержки извне и сокращением копинг-ресурсов. В сочетании с особенностями эмоциональной сферы копинг-поведения в виде «подавления эмоций» это обусловливает риск психосоматических и депрессивных расстройств. Поведенческое реагирование в группах отличалось преобладанием благоприятных копинг-стратегий, особенно у пациентов с ЭКС. Следует отметить также значительное число копинг-стратегий, связанных с уходом от решения проблем, притом, что на эмоциональном уровне в обеих группах преобладала уверенность в успешном разрешении фрустрирующей ситуации болезни. Данные особенности могут служить мишенями для психокоррекционной работы с целью повышения эффективности и индивидуализации психологической адаптации больных с аритмиями при различных видах лечения.

Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

КОГНИТИВНО-ПОВЕДЕНЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ ОБСЕССИВНО-КОМПУЛЬСИВНОГО РАССТРОЙСТВА (СЛУЧАЙ НАВЯЗЧИВОЙ ИДЕИ НАНЕСЕНИЯ ВРЕДА) Пономаренко Л.П.

Приватная поликлиника, г.Одесса.

Уникальный код статьи: 52717c05e02bf Кратко излагается история развития взглядов на этиологию обсессивно-компульсивного расстройства в психотерапии.

Рассматриваются поведенческие и когнитивные модели ОКР, обсуждаются представления когнитивных психотерапевтов о психологических особенностях, в частности - чрезмерном чувстве ответственности у пациентов с ОКР. Излагается анализ работы с пациентом, имеющим ОКР в виде навязчивой идеи нанесения вреда, делается вывод о склонности уклонения от ответственности при данном типе обсессий.

Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) – хорошо известный тип тревожных расстройств, который характеризуется наличием упорно повторяющихся навязчивых мыслей (обсессий) и навязчивых действий, носящих характер ритуалов (компульсий). По тематике выделяется следующие типы наиболее часто встречающихся навязчивостей:

страх загрязнения или заражения опасной болезнью (навязчивое q стремление к чистоте, страх прикоснуться к чему-то в не дома из за опасности заразиться опасной болезнью и/или быть причиной заражения близких);

навязчивый счет (склонность пересчитывать в уме предметы, q загадывать цифры и т.п.);

накопительство (склонность собирать различные вещи и q невозможность расстаться с ними - выбросить);

педантизм, навязчивая потребность в соблюдении рутинного порядка;

q проверки (выключен ли кран, свет, газ, закрыта ли дверь…);

q «хульные мысли» религиозного или сексуального содержания;

q страх нанесении вреда себе или другим людям (чаще всего близким q родственникам).

Теоретические модели окр в психотерапии Психоанализ. Психоаналитическая теория ОКР, разработанная Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

Фрейдом, как известно, на первое место ставила конфликт между импульсами Ид (сексуальными и агрессивными) и ограничениями Эго и реальности, из-за которых эти импульсы и желания не могут реализоваться. Этот конфликт порождает регресс на более раннюю анально-садистическую стадию психосексуального развития.

Амбивалентность, характерная для этой стадии, продуцирует постоянно возвращающиеся сомнения и магическое мышление, что ведет в свою очередь к компульсивным актам. Защитные механизмы, не позволяя обнаружить истинную причину переживаемого дискомфорта, только увеличивают тревожность. Исходя из теоретической модели, психотерапия должна была строиться на постепенном признании (проработке) индивидом «запрещенных» импульсов и потребностей и изживании конфликта. Однако эффективность психоанализа в отношении пациентов с ОКР была довольно скромной.

Бихевиоризм и теории научения. В середине 20-го столетия для объяснения формирования ОКР стала использоваться теоретическая база бихевиоризма и теорий научения. Концепция классического обусловливания объясняла появление страха и тревоги действием условных стимулов. Нейтральные стимулы (например, вентиль газовой плиты) сцепляется в сознании с безусловным стимулом (например, образом горящего дома, когда-то увиденным) и начинают сами вызывать тревогу. Еще в 1939 г. О. Mowrer, основываясь на теории бихевиоризма, предложил 2-х факторную (или двухступенчатую) объяснительную модель страха и избегающего поведения при тревожных расстройствах [1]. Он предполагал, что появление страха связано с классическим обусловливанием, а его поддержание (постоянное воспроизведение) - с оперантным обусловливанием (негативным подкреплением).

Теория оперантного обусловливания, придавая основное значение негативному подкреплению, постулирует, что выработанное индивидом новое поведение (в частности, ритуалы), постоянно поддерживается благодаря тому, что временно уменьшает дистресс. Уменьшение дистресса, то есть облегчение, наступающее вслед за выполнением ритуала (или другого нейтрализующего поведения), становится подкрепляющим стимулом.

Для лечения ОКР в поведенческой парадигме было предложено несколько моделей, показавших свою результативность. В 60-х годах был разработан подход, названный методом систематической десенсибилизации и связанный с именем Wolpe. Метод заключается в наложении состояний расслабления на состояния тревоги или страха, предварительно разрабатывается иерархия ситуаций, вызывающих страх Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

[2]. Этот метод до сих пор эффективно применяется при лечении изолированных фобий.

Позднее, в 70-х годах внимание исследователей привлек феномен габитуации, это дало толчок к разработке нового подхода к лечению ОКР, получившего название экспозиция с прерыванием реакции (ERP therapy) [3]. В 1966 г. Mayer в экспериментах на крысах обнаружил, что, если лишить животных возможности избегать ситуации, которой они боялись, то в начале они обнаруживали резкий всплеск страха, а со времени их страх снижался. Этот же автор успешно применил данную модель к лечению нескольких пациентов с ОКР, и затем группа английских ученых стала собирать экспериментальные данные по работе с людьми, имеющими различные навязчивые мысли и действия. Так, пациентам с навязчивым стремлением к чистоте, боязнью загрязнения и компульсивными действиями в виде постоянного мытья рук, предписывалось удерживаться от этих действий в течение 15 – 180 минут.

В конце этого периода происходило значительное угашение (габитуация) страха [4-6]. Эти исследования позволили сформулировать теоретический базис ERPT, были опубликованы результаты работы с представительной группой пациентов, показавшие высокую эффективность данного подхода. Пациенты, получавшие ERPT, более чем в 70% случаев избавлялись от симптомов ОКР и этот результат сохранялся в дальнейшем на протяжении ряда лет. Привлекательность данного подхода состояла также в том, что результата удавалось добиться за сравнительно короткий период – от 4 до 12 недель [7].

Данный подход конкурировал с теоретической моделью психоанализа, в которой считалось, что, если лишить пациента возможности реализовывать ритуал или каким-либо другим образом нейтрализовать страх, тревогу или агрессивные импульсы, то навязчивость не исчезнет, а будет проявляться иначе или индивид начнет проявлять признаки психоза.

Когнитивные модели. Когнитивная психотерапия придает наиболее важное значение интерпретациям действительности, значению, которым индивид наделяет различные события и нейтральные стимулы.

Основатели когнитивного направления психотерапии показали, что при тревожных расстройствах имеет место искажение приема и переработки информации и описали типичные ошибки или искажения мышления [8, 9]. К ним относятся: долженствование, катастрофизация, генерализация или сверхобобщение, персонификация, «чтение мыслей» и другие.

Когнитивная психотерапия отталкивается от идеи о том, что наши мысли, верования, представления (в том числе, о воображаемой Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

опасности) вызывают определенные эмоции (например, страх и тревогу как реакцию на воображаемую опасность). В свою очередь эмоции определяют наше поведение (например, неадаптивное избегание, или постоянное беспокойство, напряжение и т.п). Исходя из этих представлений в когнитивной психотерапии разработаны многочисленные методы и приемы, позволяющие постепенно изменить дисфункциональное мышление, снизить неадекватную тревогу, страх, дистресс и научиться более эффективно реагировать на стрессовые жизненные ситуации [см, например, 10-12 и др.].

Для пациентов с преимущественными обсессиями (отсутствием видимых ритуалов) модель ERPT (экспозиции с прерыванием реакции) оказалась менее эффективной, чем при классических ОКР. Применение этого подхода ограничивает также недостаточная мотивация некоторых пациентов, нежелание их подвергать себя тяжелым испытаниям переживания страха, сомнениями в справедливости формулы: «Мысль – не есть действие». Мета-анализ показывает, что 20-30% пациентов с ОКР уходят из терапии или же ERPT оказывается для них не эффективной.

Эти данные побудили когнитивных психотерапевтов проанализировать искажения мышления и дисфункциональные представления, свойственные в той или иной степени фактически всем ОКР-пациентам.

Эти особенности мышления пациентов с ОКР следующие: тенденция переоценивать риск и ответственность;

убежденность в важности и власти, которую имеют мысли и поэтому – в необходимости их контролировать;

интолерантность к неопределенность, стремление к определенности;

перфекционизм [13].

В когнитивной модели считается, что симптомы навязчивости формируются у индивидов, которые склонны придавать сверхважное значение интрузивным (внедряющимся) мыслям. Обнаружено, что такого рода мысли бывают у всех людей (например, может появиться мысль об опасности бактерий, или о том, что газовый вентиль мог остаться открытым, или могла промелькнуть мысль о возможности вступить в гомосексуальный контакт, или убить близкого человека, который нанес обиду и т.п.). S.Rachman, опубликовавший результаты этого исследования, предположил, что пациенты с ОКР отличаются от здоровых индивидов тем, что они придают слишком большое значение этим мыслям, интерпретируя их как признак своей ненормальности, и испытывают сильный страх и тревогу из за воображаемых катастрофических последствий своих мыслей [14].

Индивиды с ОКР стремятся всеми силами подавить появляющиеся интрузивные мысли и избавиться от них, что приводит к обратному. В Вопросы клинической психологии. Октябрь 2013.

психологии известен эксперимент, когда слушателям предлагают не думать о каком-то необычном персонаже (рыжей обезьяне, белом медведе). Однако, так как установка: «не думать» - это так же направленное внимание, частота и интенсивность подавляемых мыслей увеличивается.

Важной особенностью индивидов с ОКР считается чрезмерная ответственность, которую они возлагают на себя относительно возникновения воображаемой катастрофы из-за своей забывчивости, агрессивности, халатности и т.п. Часто такие пациенты имеют иррациональные убеждения в том, что именно их компульсивные (или мыслительные) ритуалы могут предотвратить наступление катастрофического события (мыть руки, чтобы не заразиться смертельной болезнью, проговаривать определенные слова или цифры, если появилась «плохая» мысль, чтобы она не сбылась и т.п.).

Клинические исследования привели ученых к выводу, что, чем выше уровень убежденности в этих искаженных представлениях, тем сильнее пациенты чувствуют непреодолимое желание исполнить ритуал [15, 16].

Отталкиваясь от этих представлений, S. Rachman сформулировал объяснительную гипотезу для возникновения компульсивных действий.

Эти повторяющиеся, стереотипные действия выполняются индивидом для того, чтобы предотвратить будущее несчастье. Это поведение в общем связано с нерешительностью и сомнениями – особенно у пациентов с навязчивыми проверками. В этом случае значимость для индивида в том, чтобы убедиться – не приведет ли его «забывчивость» к страшным последствиям и ущербу для других людей - слишком велика, вызывает мучительные сомнения, и компульсивные проверки служат для облегчения дистресса [17]. В случаях преимущественно обсессивных форм ОКР нейтрализацией сильного дистресса (своеобразным ритуалом) служат рассуждения, самоуспокоения, поиск разубеждения.

Исходя из важности искажений мышления при ОКР, когнитивная терапия предлагает использовать арсенал когнитивных техник:

когнитивное реструктурирование, техники перефокусировки внимания, остановки руминаций («умственной жвачки») и другие. Важной частью когнитивной терапии является социализация пациента в модель когнитивно-поведенческой психотерапии (КПТ), объяснение модели и причин происхождения и закрепления симптомов, мотивирование, поведенческие эксперименты [18 и др].



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.