авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. ИММАНУИЛА КАНТА РЕТРОСПЕКТИВА ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ ГЛАЗАМИ МОЛОДЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ ...»

-- [ Страница 2 ] --

Переломным годом во взглядах и политике Питта автор на зывает 1789, когда оппозиция снова оживилась, а правительство стало скатываться к реакции. В разделе, посвященном этому пе риоду, нашла отражение внутренняя (характеризуемая как репрес сивная и реакционная) и внешняя политика Питта, а также ирланд Татаринова К.Н. Очерки по истории Англии. М., 1958.

См. там же. С. 349.

См. там же. С. 354.

У. Питт-младший и Ч.Д. Фокс в отечественной историографии ский вопрос. Интересно следующее: говоря о правительственной коалиции вигов и тори, К.Н. Татаринова упускает из виду тот факт, что виги Фокса не вошли в правительство, а далее не упоминает о приходе Фокса во власть в 1806 году после смерти Питта.

В 1959 году вышли «Очерки истории Англии», в которых Уильям Питт упоминается только как создатель антифранцузских коалиций и проводник реакционной политики, а имя Фокса не упо минается вовсе15.

Большой интерес вызывают работы Ефима Борисовича Чер няка, в частности его монография «Массовое движение в Англии и Ирландии в конце XVIII – начале XIX века»16. Автор подчерки вает репрессивные действия правительства во главе с Питтом–мл.

по разгрому прогрессивных кружков и обществ, возникших в Анг лии после Французской революции. Такие действия, по мнению автора, стали возможны при отсутствии оппозиции, одна часть ко торой поддержала правительство, другая же, во главе с Фоксом, предпочла уйти в тень, чтобы не навлечь на себя репрессий. Это обеспечило, по словам Е.Б. Черняка, правительственный произ вол17. В книге характеризуется жесткая политика Питта по отноше нию к народным выступлениям, его роль в подавлении восстаний на флоте и в Ирландии, хотя автор и отмечает попытку Питта пре доставить избирательные права католикам. Работа Е.Б. Черняка основана на материалах периодической печати, законодательных актах и архиве МИД России.

Ефим Борисович Черняк проявил себя как большой знаток международных отношений Нового времени. Ему принадлежат такие работы, как «Жандармы истории», «Секретная дипломатия Великобритании», «Вековые конфликты», «Пять столетий тайной войны»18. В этих книгах с небольшими вариациями рассказывается о действиях тайной разведки Уильяма Питта-мл.: финансирование шуанов, организация террористических актов против Наполеона и роль в подготовке заговора против Павла I. Имя Чарльза Джеймса Фокса упоминается в связи с вступлением Франции в войну на сто Очерки истории Англии / Левин Г.Р. М.,1959.

Черняк Е.Б. Массовое движение в Англии и Ирландии в конце XVIII – начале XIX века. М., 1962.

См. там же. С.67.

Черняк Е.Б. Жандармы истории. М., 1969;

Он же. Секретная диплома тия Великобритании. М., 1975;

Он же. Вековые конфликты. М., 1988;

Он же. Пять столетий тайной войны. М., 1997.

38 Е.А. Мочалова роне североамериканских колоний в войне за независимость, а так же при подписании Версальского мира19.

В монографии Л.Е. Кертмана «География, история и культура Англии»20 период правления Питта-мл. выделен достаточно ярко.

Кертман называет Питта лидером «нового торизма», который при шел к власти в обстановке политического кризиса с намерением реформировать партию, обновить ее идеологию и программу, вы ражая интересы промышленной буржуазии21. Возможно, это сказа но чересчур громко – у Питта не было ни возможности, ни желания заниматься внутрипартийными перестановками, скорее наоборот – действия премьер-министра, который представлял партию тори и выступил с программой экономических и политических реформ, не могли не привести к смене программы партии и привлечь на ее сто рону промышленную буржуазию.

Кертман перечисляет основные достижения Питта-мл. на первом этапе его правления, важнейшим из которых он считает поставивший Индию под контроль правительства закон об Ост Индской компании, называя его компромиссом между старой оли гархией и новой буржуазией22.

Не обойден вниманием автора и глава оппозиции, который характеризуется как «выдающийся политик, великолепный оратор и либеральный демагог, лидер вигов Чарльз Джеймс Фокс»23. Но Кертман не упоминает, что именно из-за противодействия вигов Питту не удалось провести в жизнь политические преобразования.

Вслед за К.Н. Татариновой он также считает 1789 год рубе жом, разделившим правление Питта на два этапа – либеральный и реакционный. «На ранней стадии Революции (до лета 1792 г.) по литическая борьба в Англии проходила между сторонниками и противниками революции»24, причем лидерами первых Кертман называет Фокса и Пейна, а лидерами вторых – Эдмунда Брка и Питта-мл. Далее он пишет: «Книга Брка (имеется в виду сочине ние «Размышления о революции во Франции». — Е.М.) и мысль о том, что изменения в государстве возможны лишь при крайней не обходимости и с наименьшими отклонениями от сложившихся уч реждений и принципов управления, легла в политическую концеп цию нового торизма, возглавляемого Питтом-мл., и идеи Брка ста См.: Черняк Е.Б. Жандармы истории. С. 76.

Кертман Л.Е. География, история и культура Англии. М., 1979.

См. там же. С. 145.

См. там же.

Там же. С. 157.

Там же.

У. Питт-младший и Ч.Д. Фокс в отечественной историографии ли теоретическим обоснованием политики всесильного премьер министра»25. Данное утверждение представляется слишком бес компромиссным как для оценки идей Брка, безусловно выдающе гося мыслителя и идеолога нового направления в политической мысли, которое получит название «ценностный консерватизм», так и для характеристики второго периода правления Питта-мл. Опро вергнуть суждение Л.Е. Кертмана можно словами самого Питта-мл.

о книге Брка: «В данном сочинении много того, чем можно вос хищаться, и ничего, с чем можно согласиться»26.

Фокс же, олицетворявший, по выражению Л.Е. Кертмана, протест против репрессивной политики правительства, пошел на раскол партии вигов, чтобы избежать ее полного поглощения пра вящей партией. Позицию Фокса, который приветствовал револю цию и выступал против войны и охранительного законодательства, Кертман считает расходящейся с позицией Питта лишь в вопросах тактики, а не в принципах27, с чем нельзя согласиться.

Весьма интересна статья самарского историка С.Б. Семнова «Уильям Питт-младший и парламентская реформа в Англии»28.

Автор привлекает различные виды источников: «Парламентскую историю Англии», корреспонденцию Георга III, мемуарную лите ратуру. В статье рассматривается один из наиболее спорных мо ментов в политической деятельности Питта-мл. Автор акцентирует внимание на том, что Питт выдвинулся именно благодаря проекту реформы, с которым выступал и будучи членом парламента, и в качестве премьер-министра, но трижды потерпел поражение. Он называет несколько причин неудачи: позиция вигов, которые на словах были за реформу, но на деле отказались ее поддержать, от рицательное отношение короля, весьма умеренный характер пред ложенного реформирования, что не устраивало более радикальных членов комиссии по реформе, а также тот объективный фактор, что пик движения за реформу к 1785 году уже миновал29. Статья при мечательна тем, что автор рассматривает вопрос о реформе в пери од ещ до прихода Питта к власти, подробно описывает сам проект и работу по его подготовке, внимательно анализируя причины по ражения и отказа Питта от дальнейшей борьбы.

Кертман Л.Е. Указ. соч. С. 158.

Черняк Е.Б. Вековые конфликты. С. 302.

См.: Кертман Л.Е. Указ. соч. С. 161.

Семнов С.Б. Уильям Питт- младший и парламентская реформа в Анг лии // История и историография зарубежного мира в лицах. Самара, 1999.

См. там же. С. 80-81.

40 Е.А. Мочалова Вопросу о парламентской реформе посвящена и недавно опубликованная статья О.А. Савченко «Проекты реформирования парламентского представительства в Англии в 80—90-е гг. XVIII века»30. Автор подчеркивает, что необходимость перемен явно на зрела, что осознавали как премьер-министр, так и лидер оппозиции.

Питт-мл. трижды вносил на рассмотрение законопроекты весьма умеренного характера, причем поддержку в парламенте, как пишет автор, он получил не от членов своей партии, а от вигов во главе с Фоксом. Фокс оставался последовательным сторонником полити ческой реформы, особенно со вступлением в «Общество друзей народа», цель которого была добиться парламентской реформы31.

Но Французская революция вывела Питта из числа сторонников изменения законодательства, поскольку требовалось предотвратить политический кризис в стране. Момент для реформы был явно не подходящий, а ряды е приверженцев стремительно таяли. Статья О.А. Савченко, несомненно, слабее, чем статья С.Б. Семнова, так как автор использует только один источник, а именно «Парламент скую историю Англии». Недостаточно освещены и представленные в разное время проекты реформ, не показано, в чм состояло их отличие.

Одно из лучших и наиболее полных в отечественной исто риографии исследований личностей и деятельности У. Питта и Ч. Дж. Фокса принадлежит перу Николая Николаевича Яковлева32.

При написании своих работ он пользовался материалами «Парла ментской истории Англии», «Английской конституционной исто рии», а также Архивом внешней политики Российской империи.

Им рассмотрены такие аспекты деятельности Питта-мл., которые не освещались другими исследователями: его политика в сопоставле нии с политикой Питта-ст., взаимоотношения с Георгом III и др.

Яковлев считает Питта-мл. деятелем либерального толка, в чем расходится с большинством отечественных историков. Период его правления он делит на два этапа – десятилетие либеральных ре форм 1783 — 1793 годов и период консервативной политики. Пер вый этап автор находит наиболее удачным и доказывает это анали зом достижений Питта-мл. как во внутренней, так и во внешней политике. Не последнюю роль в достижении такого успеха Н.Н. Яковлев отводит достигнутому согласию в действиях между Савченко О.А. Проекты реформирования парламентского представи тельства в Англии в 80—90-е гг. XVIII века // Старая и новая Европа: Госу дарство, политика, идеология. М., 2005.

См. там же. С. 108.

Яковлев Н.Н. Британия и Европа. М., 2000.

У. Питт-младший и Ч.Д. Фокс в отечественной историографии королем и премьер-министром, который быстро научился работать в хрупком равновесии между большинством в палате общин и мо нархом. Питт, по мнению автора, сумел стать необходимым для короля, но ни в коем случае не послушным орудием в его руках – «между ними царило взаимное уважение»33, но отнюдь не близость.

Решение Питта уйти в отставку в 1801 году Яковлев мотивирует нежеланием расстраивать короля и вызвать у него новый приступ душевной болезни. Думается, что к этим мотивам следует добавить недовольство Питта решением ирландского вопроса и вопроса об эмансипации католиков, растущую непопулярность его внешней политики, а также собственное расстроенное здоровье.

Второй период правления У. Питта-мл. Н.Н. Яковлев считает гораздо менее успешным, в первую очередь из-за неудачной внеш ней политики и отказа от политических реформ.

Деятельность Фокса освещена в статье Н.Н. Яковлева «Виг ская оппозиция». Автор именует его достойным противником са мого Питта34. Здесь изложены взгляды Фокса на задачи оппозиции, дана характеристика его политики до конца XVIII века, в это не простое для оппозиции время, когда она, как правило, постоянно находилась в меньшинстве. При невозможности завоевания боль шинства и свержения правительства Фокс стремился к контролю над властью и поддержанию законности, не позволяя себе прекра щать борьбу35. Автор подчеркивает стремление Фокса к реформам, его последовательный либерализм, несмотря на неблагоприятную для этого ситуацию в 90-е годы XVIII века, что доказывает приня тый парламентом билль Фокса о свободе прессы, а также его борь ба за отмену работорговли. Примечательно, что в этом последнем вопросе союзником Фокса стал Питт-мл. (едва ли не единичный случай в их политической жизни. – Е.М.), но несмотря на едино душные действия премьер-министра и лидера оппозиции данный законопроект так и не был принят при жизни Фокса и Питта. Яков лев также не мог обойти вниманием влияние на Фокса Француз ской революции, которая вызвала огромное воодушевление в рядах либерально настроенных членов оппозиции. Но она же выявила и принципиальные расхождения – у Эдмунда Брка нашлось немало сторонников, что заставило Фокса, категорически не согласного с беркианской концепцией, пойти на разделение партии. Яковлев считает, что тем самым революция нанесла сокрушительный удар Яковлев Н.Н. Указ. соч. С. 224.

Там же. С. 242.

См. там же.

42 Е.А. Мочалова по британскому парламентскому либерализму во главе с Чарльзом Джеймсом Фоксом36.

В настоящее время ведущим специалистом по истории Анг лии времен Питта и Фокса является ростовский учный Александр Александрович Егоров, перу которого принадлежит ряд статей37.

При изучении данных работ складывается целостная и весьма объ ективная картина периода правления Питта-мл. Автор характеризу ет его как одну из наиболее примечательных фигур на авансцене европейской политики конца XVIII – начала XIX века, блестящего мастера политического маневра, выдающегося оратора и политиче ского деятеля38.

А.А. Егоров не останавливается на причинах, приведших Питта-мл. к власти, но пишет, что никто не ожидал от него способ ности удержаться на посту премьер-министра столь долгий срок.

Весьма подробно в отдельной статье рассмотрены экономические реформы правительства Питта, прослеживается обусловившая их историческая ситуация и ход принятия законодательных актов. Не большая неясность возникает при прочтении следующего абзаца:

«Питт начал с попытки рассмотреть злополучный индийский во прос. Он и его коллеги спешно, с большим напряжением подгото вили новый законопроект об управлении Индией. Правление Ост Индской компании одобрило документ, и он был представлен в палату в январе 1784 г… Выступивший при обсуждении законо проекта Фокс полностью отверг его в пику новой администрации.

Индийский билль был провален большинством в 8 голосов»39. Соз дается впечатление, что А.А. Егоров полагает, будто законопроект Питта так и не вступил в действие, тогда как в действительности напротив – проект Фокса потерпел поражение во время прений в парламенте, а проект Питта получил статус закона 6 июня 1784 го да.

Егоров обращается и к мало затронутому его предшествен никами второму премьерству Питта. В частности, он подробно ис См.: Яковлев Н.Н. Указ. соч. С. 247 — 248.

Егоров А.А. Экономическая политика кабинета Уильяма Питта Младше го накануне Французской революции XVIII века // Из истории экономической политики европейских капиталистических государств в новое и новейшее время. Ростов н/Д, 1987;

Он же. Эпилог одной политической карьеры, или «Сто дней» Питта Младшего // Великобритания и США в XIX — XX веках.

Уссурийск, 1997;

Он же. Уильям Питт Младший в исторической литературе XIX века // Историческая мысль и история идей. Брянск, 1998;

Он же. Питт Младший: юные годы // Люди и политика. Вып. 7. Брянск, 1999.

См.: Егоров А.А. Эпилог одной политической карьеры. С. 3.

Егоров А.А. Экономическая политика кабинета Питта Младшего. С. 6.

У. Питт-младший и Ч.Д. Фокс в отечественной историографии следует тот момент, что к 1804 году извечное противоречие между Питтом и Фоксом во многом сошло на нет, и Питт рассчитывал на коалиционное правительство при участии Фокса, которому намере вался отдать пост государственного секретаря. Возможно, если бы этот план удался, не пришлось бы повторять избитые фразы о том, что «второе министерство Питта было слабой тенью предыдуще го»40. Но противодействие короля сделало участие Фокса в прави тельстве невозможным. Джентльменский жест Фокса, когда он призвал своих сторонников оказать поддержку Питту, пропал вту не, так как виги наотрез отказались войти в правительство без сво его лидера, что, безусловно, свидетельствовало об авторитете Фок са среди соратников, который не пошатнули даже годы политиче ской изоляции. Автор не рассматривает тот короткий период, когда Фокс находился в правительстве, так как это выходит за рамки его исследования.

Егоров задействовал наиболее широкий круг источников – он использует «Парламентскую историю Англии», документы по бри танской политической истории, речи Питта-мл. и Гренвилля, а также значительный объем мемуарной и дневниковой литературы.

В книге И.А. Мусского «Сто великих дипломатов»41 Уильяму Питту-мл. посвящена отдельная статья с характеристикой его внешнеполитической деятельности. Автор не дает какой-либо пе риодизации внешней политики Питта-мл. Первой задачей премьер министра в начале правления он называет выход Англии из поли тической изоляции с помощью союзов, когда можно «брать как можно больше, отдавая как можно меньше»42. Целью Питта до ре волюции во Франции Мусский называет подрыв французского влияния везде, где только можно. Он отмечает сдержанную пози цию Питта в течение первого периода Французской революции, а в дальнейшем называет его главным организатором и вдохновителем коалиции против Франции43. Потерпев неудачу во внешней поли тике, Питт, по выражению исследователя, «счел благоразумным на время уйти от власти»44. И.А. Мусский не согласен со многими другими историками в оценке результатов второго премьерства Питта. По его словам, именно в это свое последнее пребывание у власти Питт оказал неоценимую услугу своей родине, переложив путем ловких политических маневров и денежных субсидий все Егоров А.А. Эпилог одной политической карьеры. С. 8.

Мусский И.А. Сто великих дипломатов. М., 2002.

Там же. С. 289.

См. там же. С. 291.

Там же. С. 293.

44 Е.А. Мочалова бремя войны на плечи континентальных держав. Пока Наполеон бил австрийцев и русских, разорял Австрию и расчленял Герма нию, Англия была в безопасности45.

В целом высоко оценивая заслуги отечественных историков в изучении деятельности У. Питта-мл. и Ч. Фокса и их роли в исто рии Англии рубежа XVIII — XIX веков, следует отметить три мо мента: а) отсутствие работ, осуществляющих сопоставительный анализ политических взглядов и практики этих двух выдающихся людей, а также исследующих сложный характер их взаимоотно шений – от дружбы и поддержки до открытого противостояния и вновь осознания необходимости сотрудничать;

б) необходимость введения в научный оборот более широкой источниковой базы;

в) очень неравномерное распределение внимания и интереса истори ков к Питту-мл. и Ч. Фоксу: если первому посвящена отдельная монография, то второму ни одной статьи, он остается в тени своего более успешного противника. Отсюда можно сделать вывод о не обходимости более детального и комплексного изучения политиче ских биографий Питта-мл. и Ч. Фокса с тем, чтобы получить более чткое представление об истории Англии рубежа XVIII — XIX веков.

Мочалова Екатерина Александровна – аспирантка кафедры за рубежной истории и международных отношений РГУ им. И. Канта (Калининград).

См.: Мусский И.А. Сто великих дипломатов. М., 2002.

Раздел МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ.

ВЕК ХХ К.Н. Колмагоров Польский вопрос 1914 — 1921 гг.: поиск ответа Внешняя политика начала XX в. поражает своей насыщенно стью и динамикой развития. Основываясь на почве взаимного франко-германского антагонизма, уходящего истоками в 70-е гг.

XIX в., международные отношения год от года обрастали все но выми и новыми нитями противоречий, сплетаясь в Гордиев узел, разрубить который могла лишь мировая война, чьи первые залпы грянули летом 1914 г. И если мировая война стала реквиемом для трех великих империй, то для десятка малых народов она оказалась своего рода медными трубами, пройдя через которые они получили шанс обрести долгожданную свободу и образовать независимые государства. Процесс формирования независимых государств, как ни парадоксально это звучит, начинается с первыми выстрелами мировой войны. Национально-освободительные движения, не без поддержки внешних сил, будь то Антанта или Германский блок, начинают координировать свои требования относительно сложив шейся в Европе ситуации и все активнее включаться в междуна родные отношения, оказывая зачастую влияние на политику веду щих держав. В этом смысле трудно согласиться с положением Ка леви Холсти, одного из современных классиков теории междуна родных отношений, о том, что «международная политика» – это сфера политических отношений в части проявления интересов и действий суверенных государств1. Первая мировая война меняет кардинально не только международную ситуацию, но и саму меж дународную политику, выводя е из узких классических рамок межгосударственных отношений.

Holsti K.J. International Politics: A Framework for Analysis. 7th Englewood Cliffs, N.Y., 1995. P. 19.

46 К.Н. Колмагоров Одним из важнейших вопросов, чь решение на прямую за висело от результатов завершения мировой войны, но который в свою очередь оказывал огромное влияние на политику воюющих держав, был польский вопрос. Красно-белой нитью он связывал бывших союзников по разделам Речи Посполитой, но в период ми ровой войны именно этот факт сыграл ключевую роль. Как мини мум одна из империй — участников уничтожения польского госу дарства должна была быть повержена, и на е обломках можно бы ло начать возрождение Речи Посполитой.

Специфика польского вопроса, в сравнении с другими нацио нальными вопросами периода Первой мировой войны (чешский, словацкий, словенский, украинский и т. д.), вытекает из самого факта разделов Речи Посполитой, а не е завоевания какой-либо одной державой. Это в свою очередь определяло отношение стран — уча стников мировой войны к польской проблеме. Польский вопрос, де сятилетия висевший в воздухе и игравший преимущественно роль рычага давления на державы, участвовавшие в разделах, должен был наконец решиться. Неясно было лишь одно – каким образом? Отве том на это могло быть лишь завершение мировой войны.

Естественно, можно усомниться в искренности желания россий ского руководства решить польский вопрос в соответствии с чая ниями поляков, однако выход за внутрироссийские рамки и под ключение уже с 1914 г. к рассмотрению польской проблематики ведущих союзников России по Антанте – Англии и Франции2 по зволяли полякам надеяться на удовлетворительное решение поль ского вопроса.

Германия и Австро-Венгрия зашли в решении польского вопро са еще дальше – 5 ноября 1916 г. появился знаменитый акт о созда нии польского государства. Естественно, новое государство остава лось по большому счету аморфным образованием, однако несо мненно, что данный шаг германского блока открывал новые пер спективы в решении польского вопроса. Так или иначе, обе сторо ны – Антанта и центральноевропейские державы – давали понять полякам: польский вопрос вступает в новую фазу своего существо вания – фазу разрешения.

Сложившаяся ситуация позволила польскому национально освободительному движению активизировать свою деятельность.

Более того, вариативность решения польского вопроса давала поля кам возможность маневра. Таким образом, впервые за время суще См.: Международные отношения в эпоху империализма. Документы из архивов царского и Временного правительств 1878 — 1917. М., 1938. Сер. 3.

Т. 6. Ч. 1. С. 120 — 121.

Польский вопрос в 1914 – 1921 гг. ствования польской проблемы складывалась ситуация, когда сами поляки, оставаясь по-прежнему в зависимости от решения держав, могли оказывать давление на их политику.

Польское национально-освободительное движение не премину ло воспользоваться выпавшим на его долю шансом. В 1914 г. в Па риже открывается центральное представительство эндецкого Поль ского национального комитета, глава которого Р. Дмовский в нача ле 1915 г. добивается открытия уже лондонского филиала ПНК.

Параллельно с Дмовским активизирует свою деятельность по от ношению к Германскому блоку Ю. Пилсудский3.

Начиная с 1915 г. можно смело говорить о вхождении польского вопроса в фазу разрешения. Неудачи российской армии и обречен ность сазоновских инициатив по либерализации режима российско го управления Польшей обусловили более активное подключение союзников России по Антанте к решению польского вопроса. Бес перспективность русско-польского диалога окончательно прояви лась летом 1916 г., когда с увольнением Сазонова исчезла послед няя возможность решить польский вопрос более или менее «по русски». В связи с этим ПНК еще больше активизирует свои отно шения с французским правительством и британским Форин Офис, которые ввиду полного отсутствия польско-российских отношений берут на себя роль «посредников» в решении польской проблемы4.

С середины 1916 г. инициатива полностью перешла к англо французским союзникам, которые постепенно становились основ ными участниками диалога с представителями ориентировавшейся на Антанту части польского национально-освободительного дви жения. После же совместного австро-германского акта о создании польского «независимого» государства ввиду отсутствия с россий ской стороны каких-либо подвижек в решении польского вопроса Париж и Лондон, наряду с ПНК, превращаются в основных участ ников разработки вариантов решения польского вопроса5.

Ключевым в разрешении польского вопроса стал 1917 г. Круг участников окончательно сузился. Предрешенность поражения германского блока к концу 1917 г. становится фатально очевидной.

Выход большевистской России за рамки традиционных участников решения польского вопроса окончательно развязал руки Парижу и Лондону. Временный уход Пилсудского с политической арены См.: Piszczkowski T. Anglia a Polska (1914-1939). Londyn, 1975. S. 3—5.

См.: Foreign Policies of Great Powers. The Mirage of Power. The Docu ments. Bristol, 1972. Vol. 3. P. 579—580.

См.: Nowak-Kiebikowa M. Polska – Wielka Brytania w latach 1918 — 1923.

Warszawa, 1975. S. 27.

48 К.Н. Колмагоров также возвел эндеков и Дмовского в ранг единственных полномоч ных представителей польской нации в диалоге с англо-французской коалицией. Вс шло к тому, что польский вопрос должен был со дня на день прекратить сво существование.

Однако, как это ни удивительно, но кажущаяся предопределн ность разрешения польской проблемы окончательно разрушила иллюзию коалиционного подхода к е решению. Между Парижем и Лондоном обнаружились серьезные противоречия. В отличие от французского руководства, Д. Ллойд Джордж, а вслед за ним и гла ва Форин Офис Бальфур считали необходимым не допустить мак симального усиления послевоенной Польши6. Если Франция всеми силами поддерживала требования эндецкого Польского националь ного комитета, то Лондон старался всеми силами им в этом проти востоять. В противовес эндеции британское руководство пытается ввести в дискуссию по польскому вопросу дополнительных участ ников, первым из которых становится Ю. Пилсудский7, с которым Англия, первой из держав Антанты, начинает активные контакты.

Таким образом, Лондон, пытаясь навязать выгодную для себя ли нию, тормозил решение польского вопроса.

Попытка запутать польский вопрос проявилась в старании бри танского руководства изменить планировавшийся первоначально состав польского правительства, куда по предварительному англо французскому соглашению должны были войти только представи тели эндецкого ПНК8. В тяжлых дебатах, которые продолжались весь конец 1918 – начало 1919 г., было решено, что правительство Второй Речи Посполитой будет коалиционным9. Франция при всем свом желании не могла помешать Лондону изменить первоначаль ный состав польского правительства и не допустить в него Пилсуд ского и его сторонников.

Вопрос о составе польского правительства и его разрешение важны как пример того, во что постепенно, в период завершения мировой войны, превращался польский вопрос. «Непольское» ре шение проблемы состава руководства Второй Речи Посполитой в будущем не только определит динамику решения почти всех со ставляющих вопроса, уже перестающего быть «польским», но и на См.: Kulak T. Midzy Niemcami a Rosj – pogldy Romana Dmowskiego w sprawie polskich ziem zachodnich // Twrcy polskiej myli zachodniej / Pod red. W. Wrzesiskiego. Olsztyn, 1996. S. 13.

См.: Piszczkowski T. Op. cit. S. 49.

См.: Наленч Д., Наленч Т. Юзеф Пилсудский: легенды и факты. М., 1990. С. 90—91.

См.: Nowak-Kiebikowa M. Op. cit. S. 55.

Польский вопрос в 1914 – 1921 гг. многие годы вперд предопределит тот хаос, в котором будет пре бывать политическая жизнь Польши.

Попытки, подобные данной, решить польский вопрос «не по польски» будут предприниматься и далее. Особенно ярко это про явится в период работы Парижской мирной конференции.

Фактически все вопросы, так или иначе связанные с польской спецификой, решались без участия польской стороны. Роман Дмов ский, а позже и Игнаций Падеревский, возглавлявшие польскую делегацию в Париже, безуспешно пытались повлиять на позицию великих держав, придать проблеме «польское звучание»10. Тем не менее все территориальные вопросы, как-то: граница с Германией, вопрос Гданьска-Данцига, силезская проблема, территориальное разграничение в Восточной Пруссии — были решены в духе пол ного несоответствия чаяниям польской стороны. В отношении за падных и северо-западных границ Второй Речи Посполитой поль ский вопрос остался таким образом без ответа. Компромисс был, естественно, найден, но не между державами – организаторами мирной конференции и Варшавой, а прежде всего между Лондо ном, Парижем и, отчасти, Берлином11. В отношении же восточных границ молодого польского государства была выработана страте гия, результатом которой оказалась сомнительная победа Польши в советско-польской войне. Итогом войны стало вхождение Польши в сотнекилометровое соприкосновение с Советской Россией, руко водство которой рассматривало хрупкий Рижский мир не более чем как временный компромисс, который мог нарушиться в любой мо мент, тем более что и сама Варшава не была до конца удовлетворе на результатами войны. Таким образом, вступив в 1917 г. в фазу разрешения, польский вопрос, несмотря на появление на карте Ев ропы Второй Речи Посполитой, остался законсервированным на той стадии, которая сама по себе предполагала его новую поста новку в ближайшем будущем.

Таким образом, образование Второй Речи Посполитой и опреде ление к 1921 г. е границ вряд ли можно считать полным разреше нием польского вопроса. Ситуацию, в которой оказалась Польша на момент завершения формирования Версальско-Вашингтонской системы, трудно назвать удовлетворительной. Все участники фор мирования послевоенной Европы рассматривали сложившуюся ситуацию как временную. Париж, не удовлетворнный результата ми мирной конференции, надеялся, что в будущем Польше удастся См.: Lord E. Howard of Penrith. Theatre of Life. L., 1936. P. 330.

См.: Luckau A. The German Delegation at the Peace Conference 1919.

N.Y., 1945. P. 198—199.

50 К.Н. Колмагоров значительно расширить сферу своего влияния, как за счт части Советской России, так и за счт Германии, с которой, как считали в Париже, окрепшая Варшава сможет в будущем справиться12. «Фак тор Пилсудского» также мог быть преодолн в рамках формиро вавшейся в Польше парламентской республики.

Лондонское руководство в противовес парижскому, считало, что сложившаяся ситуация, напротив, должна играть роль сдерживаю щего фактора для Варшавы, которая была зажата между Берлином и Москвой. Последние в свою очередь не могли не понимать, что усиление Варшавы является не более чем временным и по большо му счету искусственным, вызванным в первую очередь их собст венным ослаблением.

Таким образом, ситуация с появлением Второй Речи Посполи той отнюдь не снимала с повестки дня польский вопрос, который оставался законсервированным до того момента, когда Россия и Германия должны были «набрать форму», что в конце концов и случилось в сентябре 1939 г., когда бывшие участники разделов вновь по-своему решили польский вопрос.

Повторение событий конца XVIII в. объясняется прежде всего тем, что для всех участников событий 1914 – 1921 гг. Польша в ка честве вопроса играла куда более весомую роль в системе между народных отношений, чем в качестве независимого государства.

Неопределенность, в состоянии которой находилась Европа после Первой мировой войны, зеркально отразилась на состоянии, в ко тором оказалась Вторая Речь Посполитая, а вместе с ней и нере шенный польский вопрос, который в рамках Версальско Вашингтонской системы должен был играть роль фактора напря жения, необходимого Лондону как основному создателю послево енной Европы (1918-1921 гг.) для недопущения усиления отдель ных акторов и сохранения таким образом баланса сил на континен те.

Однако в силу всеобщего неудовлетворения сложившейся си туации подобного рода баланс сил являлся не более чем временным компромиссом, которому суждено было рухнуть с первыми вы стрелами Второй мировой войны, начавшейся 1 сентября 1939 г.

именно с решения польского вопроса.

Колмагоров Константин Николаевич – ассистент кафедры зару бежной истории и международных отношений РГУ им. И. Канта, кан дидат исторических наук.

См.: Piszczkowski T. Op. cit. S. Польско-литовский конфликт 1926 г. и позиция Великобритании М.А. Ковалёва Проблема Вильнюса в польско-литовских отношениях (1918 – 1920 гг.) Одним из главных итогов Первой мировой войны стало об разование независимых национальных государств в Центральной и Восточной Европе, проходившее при активном участии держав победительниц – Франции, Великобритании, США и сопровож давшееся многочисленными территориальными конфликтами. В процессе перекраивания европейских границ политико стратегические соображения возобладали над национально этническими принципами. Эту ситуацию очень красочно описал Ллойд Джордж: «Возрожденные народы восстали из своих могил, голодные и прожорливые после долгого поста в подземных казема тах угнетения»1.

Не остались в стороне от этих процессов правящие элиты польского и литовского народов, которые на протяжении долгого времени разделяли общую историческую судьбу – от расцвета мо гущественного европейского государства Речи Посполитой до его ослабления, упадка и раздела между великими державами. Теперь же, после окончания мировой войны, в связи с развалом трех вели ких империй – Австро-Венгерской, Германской и Российской, на стала пора определяться. И главной проблемой территориального спора между новообразованными Второй Речью Посполитой и Литвой стал вопрос о том, к какому из государств отойдт древний город Вильно и прилегающие к нему территории. Эта проблема оказывала решающее влияние на отношения двух стран: от ее раз решения зависели удача или провал тех или иных переговоров. Рас смотрению этой международной проблемы и посвящена данная статья.

При изучении данной проблемы привлекались дипломатиче ские документы, протоколы заседаний высших органов власти Польши и Литвы, письма, записки и мемуары участников событий.

Специальных работ по данной теме на русском языке автором не обнаружено. В то же время в исследованиях польских и литовских историков проблема Вильнюса нередко становилась объектом при стального внимания. Центральным в этих работах является вопрос Ллойд Дж. Д. Правда о мирных договорах. М., 1957. Т. 1. С. 267.

52 Р.В. Молчанов об исторической принадлежности Вильнюса. Каждая сторона ста рается доказать свои права на этот город2.

В течение рассматриваемого периода (1918 — 1920 гг.) судь ба Вильнюсского края складывалась очень непросто. Во время Первой мировой войны эти территории были оккупированы гер манскими войсками. Однако с подписанием Компьенского переми рия в ноябре 1918 г. немецкие военные контингенты стали посте пенно отводиться за пределы Литвы. Еще осенью 1917 г. в Виль нюсе было создано буржуазное литовское правительство – так на зываемая Литовская Тариба3. После вывода немецких войск на эту территорию пришла Красная армия (Тариба переехала в Каунас), а 1 декабря 1918 г. была провозглашена Литовская ССР и образовано еще одно литовское правительство – советское, во главе с лидером литовских коммунистов Мицкявичюсом-Капсукасом4. В ответ польское население этих земель создало Комитет защиты восточ ных окраин (КЗВО) и обратилось за помощью к Ю. Пилсудскому5.

В результате 1 января 1919 г. части польской армии заняли город, а польский военный комендант Мокржецкий объявил столицу Со ветской Литвы «польским городом»6. Но уже через два дня поль ские части были выбиты оттуда советскими войсками.

При содействии Советской России 27 февраля 1919 г. было создано новое государство – Литовско-Белорусская ССР со столи цей в Вильно. Однако уже в апреле 1919 г. Вильно снова заняли польские войска под командованием генерала Рыдз-Смиглы. Поля ки установили здесь оккупационный режим, литовцы же обрати лись к странам Антанты с просьбой о проведении демаркационной линии между Польшей и Литвой. Тем временем разгорелась совет ско-польская война. В результате наступления Красной армии июля 1920 г. Вильно был взят кавалерийским корпусом Г. Гая, а августа согласно советско-литовскому договору в город вступили См.: Ajnenkiel A. Od rzdw ludowyh do przewrotu majowego. Warszawa, 1986;

Lauka J.B. Lithuanian’s road to regain its sovereginty and establish a dem ocratic republic, 1917 — 1920 [Электронный ресурс]. www.lituanus.org;

Senn A. Lithuania through polish eyes, 1919 — 1924 [Электронный ресурс].

www.lituanus.org;

apoka A. Lietuvos istorija. Vilnius, 1990;

Wieczorkiewicz P.P.

Polityka zagraniczna II Rzeczypospolitej na tle sytuacji europejskiej w latach 1918 — 1939 // Z dziejw Drugiej Rzeczypospolitej. Warszawa, 1986.

См.: apoka A. Op. cit. S. 576.

См.: Lauka J.B. Op. cit.

См.: Мельтюхов М.И. Советско-польские войны. Военно-политическое противостояние 1918 — 1939 гг. М., 2001. С. 20.

См.: Навицкас К.В. Литва и Антанта (1918 — 1920). Вильнюс, 1970. С. 31.

Польско-литовский конфликт 1926 г. и позиция Великобритании литовские войска. Однако столкновения между поляками и литов цами продолжались. В результате инспирированного в польской армии мятежа 9 октября дивизия генерала Желиговского заняла Вильнюс. Этот шаг надолго испортил польско-литовские диплома тические отношения. В марте 1923 г. конференция послов Антанты признала де-факто границы Польши с Литвой и СССР, закрепив в ее составе Вильнюсский край. Литва не признавала Вильнюс поль ским городом и по-прежнему считала его своей столицей, хотя пра вительство страны было вынуждено переехать в Каунас.

Проблема Вильнюса стала предметом дебатов с самых пер вых дней после установления мира осенью 1918 г. Она подробно и обстоятельна была рассмотрена на заседании Польского нацио нального комитета (ПНК) в Париже, который представлял интере сы страны на мирной конференции. При анализе протокола заседа ния ПНК бросаются в глаза две полярные точки зрения членов ко митета на проблему отношений с Литвой: включение Литвы в со став Польши (Р. Дмовский) либо создание федерации с Литвой, наделение ее правами автономии (А. Суйковский). Последней точ ки зрения придерживался и «начальник государства» Ю. Пилсуд ский7.

Сами участники заседания признавали, что «в этой очень широкой кампании самым запутанным является вопрос Вильно»8.

Члены комитета были настроены по отношению к Литве достаточ но враждебно и даже с некоторым пренебрежением, что являлось следствием частой смены литовских правительств и тех сил, кото рые стояли у власти. Суйковский говорил: «Что касается договора с литовцами… приезжает некто г-н Вальдемарас, который начинает переговоры. Потом приезжает другой господин, который доказыва ет, что г-н Вальдемарас неизвестно откуда взялся;

так и снова мо жет приехать кто-то другой, который легко докажет, что его пред шественник является платным немецким агентом»9. Еще одно ха рактерное высказывание на эту тему Р. Дмовского: «Для федерации прежде всего необходима способность к компромиссу. Я смело ут верждаю, что нет в Европе населения менее способного к этому, чем Литва…»10. По вопросу о принадлежности Вильно на заседа нии победила точка зрения Р. Дмовского: «Мы могли бы догово риться с литовцами только в том случае, если бы признали литов См.: Ajnenkiel A. Op. cit. S. 149.

Документы и материалы по истории советско-польских отношений. М., 1964. Т. 2. С. 134.

Там же. С. 140.

Там же. С. 136.

54 Р.В. Молчанов скими такие территории, которые мы таковыми признать НИКАК НЕ МОЖЕМ…»11. Это была принципиальная позиция польского руководства.

На конференции в столице Франции присутствовала также и делегация литовского правительства (Тарибы). Она составила свои «Литовские требования на Парижской мирной конференции» и представила их 24 марта 1919 г. Литовская делегация требовала восстановления независимого национального государства в грани цах Вильнюсской, Каунасской, Гродненской, Сувалкинской губер ний, а также областей бывшей русской Курляндии и литовской час ти Восточной Пруссии12. Это противоречило запросам и чаяниям польской делегации. В разрешении этого спора решающую роль могли бы сыграть великие державы, однако вопрос не был решен, поскольку между самими странами Антанты также существовали противоречия. С одной стороны, строились планы создания силь ной Польши в противовес России и Германии, и образование неза висимого литовского государства не входило в эти планы. Но с другой стороны, державы боялись, что Литва может начать полно масштабную войну против Польши за Вильнюсский край, а это, в свою очередь, отвлечт Польшу от борьбы с Советской Россией.

Судя по некоторым документам, сами представители Литов ской Тарибы, несмотря на свои требования, не верили в возмож ность существования полностью независимой Литвы. Например, один из лидеров Тарибы М. Слежявичюс считал, что «при извест ных условиях мы могли бы предложить Англии взять нас под свой протекторат»13. В Париже проблему Вильнюсского края решить не удалось.

Тогда Польша и Литва сделали попытку самостоятельно до говориться о судьбе этих территорий. Весной и летом 1919 г. сна чала в Варшаве, а затем и в Каунасе прошли двусторонние польско литовские переговоры. И. Падеревский 25 апреля 1919 г. получил из Варшавы телеграмму о ходе переговоров: «Вначале литовцы сделали формальное заявление о том, что город Вильно должен быть признан столицей Литвы, но Врублевский и Грабский потре бовали не поднимать в настоящий момент этого вопроса»14. Во время весенних переговоров у литовской стороны еще сохранялась надежда, что договориться удастся. Об этом свидетельствует пред Документы и материалы... С. 139.

См.: Навицкас К.В. Указ. соч. С. 50.

Борьба за советскую власть в Литве: Сб. документов. Вильнюс, 1967.

С. 113.

Документы и материалы. Т. 2. С. 220.

Польско-литовский конфликт 1926 г. и позиция Великобритании писание командира отдельной бригады литовской армии Настопки командиру паневежского отдельного батальона от 26 апреля 1919 г.: «Если встретитесь с польскими войсками – не стрелять и быть вежливыми, но ни в какие переговоры не вступать, т. к. это дело правительства»15. Однако переговоры были провалены из-за бескомпромиссных позиций обеих делегаций.

Летом 1919 г. вопрос также решен не был. В письме к по сланнику Польши Станишевскому премьер-министр литовского правительства М. Слежявичюс заявил, что единственным условием для проведения дальнейших переговоров является признание Польшей независимости Литвы со столицей в Вильно16. Такое ус ловие было неприемлемым для польской стороны, несмотря на за интересованность Польши в привлечении Литвы к военному союзу, направленному против Советов.

Таким образом, именно вопрос о принадлежности Вильнюса стал камнем преткновения в отношениях двух стран. Обе стороны не были готовы к компромиссу. Неуступчивость литовского прави тельства и агрессивные действия польской стороны надолго охла дили отношения двух стран, и образовавшаяся полоса отчуждения была частично преодолена ими лишь во второй половине 1930-х гг., что было связано с нарастанием угрозы возникновения новой мировой войны.

Ковалва Мария Анатольевна – студентка 4-го курса историче ского факультета РГУ им. И. Канта.

См.: Борьба за советскую власть... С. 273.

См.: Документы и материалы. Т. 2. С. 254.

56 Р.В. Молчанов Р.В. Молчанов Польско-литовский конфликт 1926 г.

и позиция Великобритании Взаимоотношения Польши и Литвы в период между двумя мировыми войнами можно охарактеризовать как напряженные вследствие спора из-за Вильно и прилегающих территорий. Нача ло этому затянувшемуся на два десятилетия конфликту было по ложено еще во время советско-польской войны.

В июле 1920 г. части Красной армии в ходе боевых дейст вий заняли Виленскую область1. В результате советско литовских переговоров, завершившихся признанием независи мости Литвы и подписанием 12 июля мирного договора, РСФСР признала Вильно и прилегающие территории частью литовского государства2. За день до этого советские представители в Англии получили ноту лорда Керзона с предложением об условиях пе ремирия между Польшей и Советской Россией, в которой под тверждался отказ Польши от претензий на литовские земли. Од нако 9 октября 1920 г. польский генерал Желиговский выбил ли товские войска из Вильно, и спорная территория перешла под контроль Польши. Два государства оказались в состоянии войны, которая продолжалась до 10 декабря 1927 г. В Рижском мирном договоре, заключенном по итогам совет ско-польской войны, выражалось согласие РСФСР с переходом Вильно под польский контроль, но оговаривалось, что «вопрос о принадлежности этих территорий к одному или другому из назван ных государств подлежит разрешению исключительно между Польшей и Литвой»4.

Интерес к разрешению польско-литовского территориально го спора проявляла не только Советская Россия, но и Совет Лиги Наций, где в сентябре 1921 г. появился проект представителя Бель гии Гиманса, идея которого сводилась к предоставлению Вилен ской области автономии, но в пределах единой польско-литовской См.: Мельтюхов М. Советско-польские войны. М., 2004. С. 113.

См.: Карельский Ю. Прибалтийские станы и переговоры о гарантийном договоре // Мировое хозяйство и мировая политика. 1926. № 7—8. С. 4.

См.: Внешняя политика Вольдемараса и виленский конфликт // Миро вое хозяйство и мировая политика. 1928. № 1. С. 50.

Цит. по: Системная история международных отношений. 1918 — / Под ред. А.Д. Богатурова. М., 2000. Т. 2. С. 60.

Польско-литовский конфликт 1926 г. и позиция Великобритании федерации5. Совершенно очевидно, что подобный проект не мог найти понимания у литовских властей. В этой ситуации Лигой был предложен «стандартный» метод для определения государственной принадлежности спорной территории, а именно плебисцит, кото рый был проведен 8 января 1922 г. По его результатам, впрочем, не признанным Литвой, Виленская область была передана Польше6.

В феврале 1923 г. литовское правительство заявило о непри знании примирительной процедуры Лиги Наций и потребовало консультативного мнения Международного суда, но Совет Лиги спешно передал спорный вопрос на рассмотрение конференции послов, которая 15 марта 1923 г. подтвердила вхождение Вилен ской области в состав Польши7.

Рецидив конфликта возник в 1926 г. К этому времени отно шения между двумя соседями оказались заморожены. Как писал в эти дни литовский журнал «Летува», стороны просто отказывались «сидеть друг с другом за одним столом»8.

В январе – феврале 1926 г. в Лондоне, Париже, Берлине и Риме развернулись получившие широкий резонанс в прессе дис куссии вокруг требования Польши о предоставлении ей места по стоянного члена Совета Лиги Наций9. Этот вопрос должен был ре шиться на мартовской сессии Лиги Наций. Как сторонники, так и противники удовлетворения требований поляков приводили весо мые аргументы в свою пользу. К концу февраля эти споры достигли точки кипения. В результате для литовского правительства возник ла уникальная ситуация обратить внимание великих держав на проблему Вильно, и оно не замедлило этим воспользоваться. Уже 22 февраля появились сведения об инцидентах на польско литовской границе10, а 24 февраля польские газеты сообщили о вооруженных столкновениях в Тракайском уезде и обвинили ли товскую сторону «в попытке снова поставить перед Лигой Наций вопрос о Виленщине»11. Наконец 25 февраля Литва отреагировала на сообщения польской прессы. Литовское телеграфное агентство заявило, что «еще в начале февраля появились слухи о том, что См.: Bougoin. Pour un Locarno nord-oriental // Международная жизнь.

1928. № 7. С. 73—74.

См.: Системная история международных отношений… Т. 1. С. 118— 119.

См.: Илюхина Р.М. Лига Наций. 1919-1934. М., 1982. С. 154—155.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 4459. Теле графное агентство Советского Союза. Оп. 2. Д. 14. Л. 17.

См. там же. Д. 32. Л. 11.

См. там же. Л. 483.

Там же. Л. 528.

58 Р.В. Молчанов новый польский военный министр Желиговский готовит нападение на Литву, которое развернется по направлению на Ковно. 17 февра ля поляки действительно напали на лес, находящийся между дерев нями Кисехеблютой и Подгаем, но литовской пограничной поли ции удалось восстановить положение»12.

Между тем реакция на эти события в Европе была явно не в пользу Литвы. Франция традиционно поддержала Варшаву. У Гер мании были собственные территориальные претензии к Литве, ка сающиеся Мемеля. Лондон же еще в начале февраля заявил об из менении 13своей позиции в польско-литовском вопросе в пользу Варшавы. В итоге 19 марта Совет Лиги Наций вынес по поводу вооруженного конфликта на польско-литовской границе решение, в котором констатировал, «что польские войска не вторгались на территорию Литвы, а лишь оттеснили без стрельбы перешедшие границу литовские войска»14.

Дальнейшее развитие польско-литовского конфликта было связано с заключением советско-литовского договора о дружбе и нейтралитете. Будучи исключн из европейской договорной систе мы, Советский Союз пытался решить проблему собственной безо пасности путем урегулирования отношений со всеми государства ми, имеющими с ним общую границу. Решение этой задачи Москва видела в подписании серии двусторонних договоров о ненападении и нейтралитете со всеми своими соседями. Еще в начале 1926 г.

Советский Союз предложил Польше заключить договор подобного рода15, но, как отмечал посол Польши в СССР Кентжинский, Вар шава могла пойти на этот шаг, только «соединив польско-советский пакт с какими-либо обязательствами СССР по вопросу о балтий ских государствах»16. По сути, речь шла не о двустороннем догово ре, а о коллективном договоре СССР, с одной стороны, и Польши, Финляндии и балтийских государств – с другой. Такая позиция польского руководства не могла удовлетворить Москву, видевшую в ней, по выражению члена коллегии НКИД СССР Стомонякова, «проявление прежней враждебной нам тенденции образовать про тив нас военный блок государств от Северного до Черного мо рей»17. К маю 1926 г. в ходе переговоров были выработаны две концепции обеспечения безопасности на советской западной гра нице: «непосредственное соглашение о нейтралитете с одной См.: ГАРФ. Ф. 4459. Оп. 2. Д. 14. Л. 546.

См.: Documents on British Foreign Policy. Ser. 1a. Vol. 1. L., 1966. P. 758.

ГАРФ. Ф. 4459. Д. 34. Л. 373.

См.: Документы внешней политики СССР. М., 1964. Т. 9. С. 58-59.

Там же. С. 104.

Там же. С. 290.

Польско-литовский конфликт 1926 г. и позиция Великобритании Польшей или польско-советско-балтийская комбинация»18. Таким образом, речь шла уже не о заключении договора Москвы с целым рядом стран под эгидой Варшавы, но о форме коллективного дого вора всех заинтересованных государств.

Следует учитывать и позицию Литвы. Для Каунаса попытки Варшавы поставить под контроль внешнюю политику балтийских лимитрофов означали окончательное решение виленского вопроса в пользу Польши. Поддержав польский проект коллективного до говора, литовское руководство теряло естественного союзника в лице СССР и оказывалось один на один с территориальными пре тензиями со стороны Варшавы.

В итоге, благодаря существованию проблемы Вильно, у Мо сквы и Каунаса обозначился общий подход к видению системы безопасности в Прибалтике, что не замедлило проявиться на деле.

Двадцать восьмого сентября 1926 г. в Москве был подписан советско-литовский договор о дружбе и нейтралитете19. Подписа ние документа вызвало определенный резонанс в Варшаве. Во первых, это затруднило претворение в жизнь польской концепции о единой политике по отношению к СССР Польши и балтийских го сударств. Во-вторых, в первой статье договора речь шла о том, что договор от 12 июля 1920 г. является основой взаимоотношений двух стран и все его постановления «сохраняют всю свою силу и неприкосновенность». Следует напомнить, что по прежнему до говору Москва признавала Вильно и прилегающие территории ча стью Литвы.

Особое раздражение у польского руководства вызвал обмен нотами между советским и литовским правительствами после за ключения договора. В ноте Чичерина на имя министра иностран ных дел Литвы Миколаса Сляжевичиуса указывалось, что «союзное правительство заявляет, что фактическое нарушение литовских границ, имевшее место против воли народа», не признается Совет ским Союзом21. Такая формулировка, по мнению Варшавы, стави ла под сомнение Рижский трактат 1921 г.22, но МИД СССР аргу ментировал свою позицию тем, что соглашения по виленскому во просу, заключенного между Польшей и Литвой, не существует, а раз нет такого соглашения, то нельзя считать проблему Вильно ре шенной и Советский Союз имеет право на «свое мнение по этому вопросу»23.

Документы внешней политики СССР. С. 127.

См.: Внешняя политика СССР. М., 1945. Т. 3. С. 81-82.

Там же. С. 81.

Там же. С. 82.

Документы внешней политики СССР. Т. 9. С. 454-461.

Там же. С. 458.

60 Р.В. Молчанов Интересно, что в то же время министр иностранных дел Польши А. Залесский в беседе с послом Великобритании охаракте ризовал советско-литовский договор как не имеющий фактического значения24и указал, что договор «никак не повлиял на отношения с Литвой». И это заявление соответствовало действительности. По зиция СССР по Вильно была известна и до заключения договора.

Советский Союз опасался создания антисоветского блока на своих западных границах и усиления влияния Англии в Прибалтике, осо бенно после прихода к власти в Польше Юзефа Пилсудского.

Польское руководство понимало эти опасения25, но на стороне Польши было решение по виленскому вопросу Лиги Наций, членом которой являлась и Литовская Республика.

Залесский советовал британскому правительству «восприни мать эту демонстрацию российского раздражения спокойно» и ог раничиться выговором Литве на26конференции послов, призвав ее к уважению решений Лиги Наций.

Важно то, что Варшава так спокойно отреагировала на за ключение советско-литовского договора только после активных консультаций с Лондоном. Четвртого октября 1926 г. министр иностранных дел СССР Литвинов направил представителю СССР в Великобритании Красину указание выяснить позицию британского руководства по договору. При этом Красину рекомендовалось ука зать Чемберлену на недопустимость поддержки каких бы то ни бы ло агрессивных намерений Пилсудского, для которого «достаточно будет малейшего поощрения Англии, чтобы ринуться в авантю ру»27. После обмена письмами с Варшавой28 Чемберлен 11 октября сообщил Красину, что «никаких агрессивных действий со стороны Польши по отношению к Литве предпринято не будет… маршал Пилсудский не предпримет никакого сколько-нибудь решительного и рискованного шага, не получив на то предварительно санкции со стороны Франции и Великобритании»29.

Двадцатого октября 1926 г. Польша поставила виленский во прос на конференции послов. Конференция подтвердила свое ре шение от 15 марта 1923 г., объявившее Вильно частью польского государства. На этом конфликт был исчерпан.

Развитие польско-литовского конфликта в 1926 г. продемон стрировало усилившуюся зависимость внешнеполитической линии Documents on British Foreign Policy. Ser. 1a. Vol. 2. L., 1968. P. 428—429.

См.: Ibid. P. 429.

Ibid.

Документы внешней политики СССР. Т. 9. С. 479.

См.: Documents on British Foreign Policy. Ser. 1a. Vol. 2. P. 428—429, 435—436.

Документы внешней политики СССР. Т. 9. С. 505.

Польско-литовский конфликт 1926 г. и позиция Великобритании Польши от позиции Великобритании, которая стала проявляться вскоре 30 после подписания Локарнских соглашений в октябре 1925 г. Уже к моменту подписания советско-литовского договора в Москве рассматривали Пилсудского как прямого ставленника Англии31, это отчетливо проявилось в дипломатической переписке между Лондоном, Варшавой, Москвой и Каунасом в октябре 1926 г. Действительно, после Локарно и прихода к власти в Польше Юзефа Пилсудского традиционная ориентация Польши на Фран цию стала меняться на усиление британского фактора во внешней политике Польши32. Для Варшавы теперь необходимо было согла совывать свои действия на международной арене с позицией Анг лии и прежде всего по отношению к Советскому Союзу.

Молчанов Роман Валерьевич – аспирант кафедры зарубежной истории и международных отношений РГУ им. И. Канта.

См.: Боровский В. Внешняя политика Польши // Мировое хозяйство и мировая политика. 1928. № 8-9. С. 86.

См.: Боровский В. К десятилетию Польской республики // Междуна родная жизнь. 1928. № 12. С. 36.

См.: II Rzeczpospolita midzy wojnami / Pod redakcj A. uczaka i A.

Skrzypka. Warszawa, 1986. S. 37.

62 Е.Ю. Чернышёв Е.Ю. Чернышёв Уинстон Черчилль и польский вопрос в годы Второй мировой войны Польский вопрос, казалось бы, окончательно решенный в ре зультате Первой мировой войны, оставил за собой длинный шлейф проблем, которые долгое время негативно влияли на состояние ев ропейской безопасности. Среди тех политиков, которые склонны были хотя бы отчасти винить самих поляков в таком положении, был и признанный лидер британской нации Уинстон Черчилль.

«Героические черты характера польского народа не должны застав лять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страда ния, - писал он в своих мемуарах о Второй мировой войне. - Нужно считать тайной и трагедией европейской истории тот факт, что на род, способный на любой героизм, отдельные представители кото рого талантливы, доблестны, обаятельны, постоянно проявляет та кие огромные недостатки почти во всех аспектах своей государст венной жизни. Слава в периоды мятежей и горя;

гнусность и позор в периоды триумфа. Храбрейшими из храбрых слишком часто ру ководили гнуснейшие из гнусных! И все же всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыка лась в подлости»1.

После уничтожения Чехословакии Великобритания заверила Польшу, что в случае военной опасности придет ей на выручку.

Черчилль прекрасно понимал, что поляки стремились уравновесить нацистскую Германию большевистской Россией, их мучил страх перед могучими соседями. Но все же Черчилль настаивал на «со юзнических отношениях между Польшей и Россией». Газета «Таймс» интерпретировала английские гарантии как обязательство защищать «независимость» Польши, но не «каждый дюйм е ны нешних границ»2. Тогдашний английский премьер-министр Чем берлен негласно придерживался именно такой позиции. Черчилль публично назвал такой подход мерзким.

Между тем уже в ходе войны Черчилль не собирался предос тавлять Польше карт-бланш, стараясь держать польское правитель ство под контролем, и потому часто давал повод для обвинений в Черчилль У. Вторая мировая война. Т. 1: Надвигающаяся буря. М., 1997.


С. 151—152.

Роуз Н. Черчилль. Бурная жизнь. М., 2004. С. 314—315.

Уильям Черчилль и польский вопрос неоднозначности своей позиции. Польско-британский договор 1939 г. был направлен исключительно против Германии, не гаран тировал сохранения границ, и в нем всего лишь заявлялось о «поль ском суверенитете», что представляется очень двусмысленным и ни к чему не обязывающим определением. Великобритания утвержда ла, что Польша может решить проблему границ с СССР с помощью двусторонних переговоров3. Черчилль неоднократно обращал вни мание премьера польского эмиграционного правительства В. Си корского на то, что все будет зависеть от соотношения сил в конце войны. А с 1942 г. англичане уже давали понять СССР, что граница с Польшей, установленная по советско-германскому соглашению от 28 сентября 1939 г., вполне приемлема для них.

На фоне ухудшения отношений с эмиграционным польским правительством СССР стали предприниматься меры к созданию органа, лояльного Кремлю, который стал бы выступать от имени поляков, проживающих в СССР. Во второй половине февраля 1943 г. Сталин в беседе с В. Василевской, Г. Минцем и В. Грошем дал добро на создание Союза польских патриотов и подготовку к формированию польских воинских соединений. Восьмого мая 1943 г. ГКО СССР принял решение о формировании на территории СССР польской пехотной дивизии под командованием З. Берлин га4. А вывод в Иран Армии Андерса, сформированной ранее при поддержке советского правительства, оказался только на руку ста линскому режиму.

Ещ больше обострило ситуацию германское сообщение от 13 апреля 1943 г. об обнаружении в Катынском лесу около Смолен ска массовых захоронений польских офицеров, расстрелянных вес ной 1940 г. Правительство Сикорского, опасаясь роста недовольст ва в армии, обратилось в Международный Красный Крест с прось бой расследовать гибель польских офицеров в Катыни и даже по думывало о том, чтобы отозвать своего посла из Москвы5. Чер чилль и Иден решительно возражали против обращения Сикорско го в Международный Красный Крест, так как этот шаг, по их ут верждению, нанес бы ущерб единству антигитлеровской коалиции.

Одновременно Сталин известил Черчилля, что «правительство Си См.: Czechoslovak-Polish negotiations of the establishment of Confederation and Alliance 1939-1944. Czechoslovak diplomatic documents. Prague, 1995.

S. 10.

См.: Лебедева Н.С. Армия Андерса в документах советских архивов [Электронный ресурс]. www.memo.ru/history/polacy/leb.htm. (Время послед него доступа - 21. 03. 2006.) См. там же.

64 Е.Ю. Чернышёв корского не только не дало отпора подлой фашистской клевете на СССР, но даже не сочло нужным обратиться к Советскому Прави тельству с какими-либо вопросами или за разъяснениями по этому поводу». Далее Сталин, обвинив Сикорского в сговоре с немцами, сообщил о решении советского правительства прервать отношения с эмигрантским правительством Польши6.

Двадцать четвртого апреля Черчилль писал Сталину: «Мы, конечно, будем энергично противиться какому-либо расследова нию Международным Красным Крестом или каким-либо другим органом на любой территории, находящейся под властью немцев.

Подобное расследование было бы обманом, а его выводы были бы получены путем запугивания... Мы также никогда не одобрили бы каких-либо переговоров с немцами или какого-либо рода контакта с ними, и мы будем настаивать на этом перед нашими польскими союзниками... Положение Сикорского весьма трудное. Будучи да леким от прогерманских настроений или от сговора с немцами, он находится под угрозой свержения его поляками, которые считают, что он недостаточно защищал свой народ от Советов. Если он уй дт, мы получим кого-либо похуже. Поэтому я надеюсь, что Ваше решение прервать отношения следует скорее понимать в смысле последнего предупреждения, нежели в смысле разрыва, а также что оно не будет предано гласности, во всяком случае, до тех пор, пока не будут испробованы все другие планы. Публичное же сообщение о разрыве принесло бы величайший возможный вред в Соединен ных Штатах, где поляки многочисленны и влиятельны»7.

В послании 25 апреля Черчилль вновь просил Сталина «ос тавить мысль о каком-либо перерыве отношений», сообщая о ре зультатах беседы министра иностранных дел Идена с генералом Сикорским, которые должны были умерить недовольство Москвы8.

Под давлением Черчилля генерал Сикорский не настаивал на вмешательстве Международного Красного Креста и фактически отозвал свою просьбу. В последующих своих посланиях Сталину Черчилль назвал решение Сикорского «ошибочным» и настоятель но предлагал Сталину восстановить отношения с Польшей, уста новленные 30 июля 1941 г. Он обещал «навести порядок» в поль ской прессе в Англии и воспрепятствовать полемике по катынско См.: Переписка Председателя Совета министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечест венной войны 1941—1945 гг.: В 2 т. 2-е изд. М., 1980. Т. 1. С. 119—120.

Там же. С. 143.

См. там же. С. 145.

Уильям Черчилль и польский вопрос му вопросу во имя единства стран антигитлеровской коалиции9. Но в ответной ноте Сталин, обвинив британское правительство в от сутствии противодействия готовящейся антисоветской кампании, заявил, что не верит в возможность «навести дисциплину в поль ской прессе», и подтвердил свое решение о разрыве отношений с правительством Сикорского. Официально об этом Молотов заявил польскому послу в Москве М. Роммеру 26 апреля 1943 г., и 5 мая посол покинул Советский Союз10. Через несколько дней советское правительство разрешило сформировать в СССР новую польскую дивизию под командованием подполковника 3. Берлинга.

После Сталинграда стремление Сталина не допустить появ ления на советских западных границах любого потенциально силь ного государства или группы государств обрело реальную перспек тиву. Это особо касалось Польши, которая была для Сталина «клю чом к советской безопасности». Характеризуя эволюцию его курса, Г. Киссинджер отметил: «В 1941 году он просил лишь признания границ 1941 года (допуская возможность их корректировки) и вы ражал готовность признать базирующихся в Лондоне свободных поляков. В 1942 году — стал предъявлять претензии по поводу со става польского правительства в изгнании. В 1943 году — создал ему альтернативу в виде так называемого Свободного Люблинско го комитета. К концу 1944 года он признал Люблинскую группу, возглавляемую коммунистами, и отверг лондонских поляков.

В 1941 году главной заботой Сталина были границы;

к 1945 году ею стал политический контроль над территориями, находящими ся за пределами этих границ»11. И разрыв отношений с правитель ством Сикорского логично вытекал из этой линии Сталина.

На протяжении всего этого периода Черчилль стремился убедить поляков «перенести спор с мертвых на живых и с прошло го на будущее»12. В своей беседе с генералом Сикорским в начале апреля в ответ на слова о существовании массы доказательств того, что польские офицеры были убиты советскими властями, британ ский премьер сказал: «Если они мертвы, вы ничего не сможете сде лать, чтобы их воскресить»13. Его позиция определялась следую См.: Семиряга М.И. Тайны сталинской дипломатии. М., 1992. С. 142.

См.: Переписка Председателя Совета министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечест венной войны 1941 — 1945 гг. М., 1958. Т. 1. С. 126—127.

Киссинджер Г. Дипломатия. М., 1997. С. 371.

Секретная переписка Рузвельта и Черчилля в период войны. М., 1995.

С. 379.

Черчилль У. Вторая мировая война: В 3 кн. Кн. 2. М., 1991. С. 634.

66 Е.Ю. Чернышёв щим его заявлением советскому послу Майскому, доказывавшему мнимую несостоятельность обвинений: «Мы должны разбить Гит лера, и сейчас не время для ссор и обвинений»14.

Двадцать первого марта 1943 г. Черчилль выступил по радио.

Говоря о судьбе Центральной Европы, он высказался за создание Балканской и Дунайской федераций, даже не упомянув о польско чехословацкой конфедерации, создание которой он считал ранее наиболее подготовленным15. В беседе с Бенешем 3 апреля Чер чилль сообщил, что в принципе по-прежнему симпатизирует идее польско-чехословацкого объединения. Однако сейчас прежде всего необходимо, чтобы Польша согласилась на территориальные ус тупки советской стороне в обмен на Восточную Пруссию и часть Верхней Силезии. Черчилль ожидал, что СССР выйдет из войны сильным и предъявлять ему территориальные претензии сейчас просто бессмысленно, поэтому первостепенной задачей является поддержание дружеских отношений между СССР, США и Велико британией, а все остальное должно следовать этой цели и не проти воречить ей16.

Главным политическим вопросом Восточной Европы оста вался польский вопрос. В частном порядке Рузвельт и Черчилль в общем согласились со Сталиным относительно устраивавшей его границы с Польшей. Но был еще и вопрос о легитимном польском правительстве. Польское правительство в изгнании добивалось по средничества Лондона и Вашингтона для переговоров с Москвой по этому вопросу. Молотов заявил, что переговоры возможны только с «улучшенным польским правительством»17.

Даже Черчилль, опасавшийся советской гегемонии в Восточ ной Европе гораздо больше, чем Рузвельт, не собирался портить отношения со Сталиным из-за восточной границы Польши. Он поддерживал Сталина в своих беседах с представителями польско го правительства в Лондоне. Единственное, чего Черчилль спра ведливо боялся, так это того, что Москва сама радикально «улуч шит» правительство Польши. Именно из-за этого он оказывал дав ление на сменившего погибшего в авиакатастрофе в 1943 г. Сикор Черчилль У. Указ. соч. С. 635-636.

См.: Historia dyplomacji polskiej. Warszawa, 1999. T. 5. S. 394.

См.: Extract from the minutes of E. Benes’s conversation with W. Churchill // Czechoslovak-Polish negotiations of the establishment of Confederation and Alliance 1939-1944. Czechoslovak diplomatic documents. Prague, 1995. S. 317.

НОФМО - Системная история международных отношений 1918- [Электронный ресурс]. www.obraforum.ru (Время последнего доступа - 21.03.

2006.) Уильям Черчилль и польский вопрос ского нового польского премьера С. Миколайчика, склоняя его к большей сговорчивости. Однако польское правительство не соби ралось сдаваться именно тогда, когда советские войска вступали в Польшу. Сталина такая неуступчивость только радовала.

В мае — июне 1944 г. состоялись тайные советско-польские переговоры в Лондоне. Советская сторона настаивала на признании «линии Керзона» и на обновлении польского правительства за счет включения в него «демократических», т. е. просоветских сил. От польского правительства требовали также отказаться от обвинений в адрес СССР по поводу Катыни. Черчилль в основном поддержал эти требования. «Ради Польши мы объявили войну… но мы нико гда не брали на себя обязательства защищать существующие поль ские границы», - написал он Идену в январе 1944 г. После двух войн и потери «от 20 до 30 миллионов русских жизней», продолжал он, Советский Союз заслужил «право на нерушимую безопасность своих западных границ». Если поляки не могут этого понять, Бри тания умывает руки, «полностью выполнив все свои обязательст ва… нас может утянуть в события, из которых будет трудно вы браться»18. Намек был весьма прозрачным.

Между тем на освобожденной польской территории в Люб лине 21 июля 1944 г. появилось созданное по указу Сталина новое правительство – Польский комитет национального освобождения (ПКНО), названный на Западе «люблинским комитетом». Сталин заявил, что советские войска не нашли более никакой политической силы, способной заниматься гражданским управлением, а 3 — августа принял Миколайчика в Москве, предоставив ему самому вести переговоры с ПКНО. Представитель последнего Болеслав Берут потребовал создания нового польского правительства, в ко тором 14 портфелей отдавались бы ПКНО и только 4 — правитель ству в изгнании. Эти требования, разумеется, были неприемлемы.

В польском вопросе Черчилль пошел на уступки Сталину.

Польша была слишком болезненной проблемой, чтобы включать ее даже в «процентный» торг. Сталин убедил Черчилля в необходимо сти осуществить перестановки в эмиграционном правительстве для успешных переговоров с ПКНО. Он заверил Черчилля, что пре кращение наступления на Варшаву в период восстания объяснялось чисто военными причинами. Черчилль добился согласия Сталина на участие правительства Миколайчика в переговорах о Польше.

Польские представители спешно вылетели в Москву.

Трхсторонние советско-британско-польские переговоры на чались 13 октября 1944 г. Сталин твердо настаивал на признании Цит. по: Роуз Н. Указ. соч. С. 390—391.

68 Е.Ю. Чернышёв «линии Керзона» как границы между СССР и Польшей. Черчилль Сталина поддержал. Четырнадцатого октября Черчилль и Иден зая вили Миколайчику и его коллегам, что у польского правительства никогда больше не будет такой уникальной возможности догово риться с Москвой, и пригрозили в случае неуступчивости поляков изменить отношение британского кабинета к правительству Мико лайчика. Черчилль в порыве откровенности заявил, что великие державы второй раз на протяжении жизни одного поколения про ливают кровь за Польшу, и поэтому не могут позволить втянуть себя во внутреннюю польскую склоку.

Патриотическая мотивация, выдвинутая Миколайчиком, была с презрением отвергнута Черчиллем. По его словам, время, когда поляки могли позволить себе роскошь лелеять свой патриотизм, прошло. Черчилль пригрозил: «Если вы не примете эту границу, бу дете навсегда отлучены от дел». «Наши отношения с Россией, — пояснил он, — сейчас лучше, чем когда бы то ни было. И я намерен сохранить их такими». «Неужели я должен подписать себе смертный приговор?» — спросил Миколайчик. Спор накалялся. Черчилль взо рвался: «Это безумие! Вы не можете победить русских!.. Вы хотите начать войну, в которой погибнут 25 миллионов человек! Русские раздавят вашу страну и уничтожат ваш народ… Если хотите воевать с Россией, мы предоставим вас самим себе. Вас надо поместить в сумасшедший дом!.. Вы ненавидите русских. Не уверен, что британ ское правительство будет продолжать признавать вас»19.

Ни к какому соглашению по Польше стороны в Москве не пришли. Миколайчик считал, что публичное признание им «линии Керзона» равносильно политическому самоубийству. Возвратив шись в Лондон, он попытался получить гарантии суверенитета Польши у Великобритании и США, а также добиться согласия в рядах эмиграции. Лондон ответил, что такие гарантии будут даны Великобританией вместе с СССР и, возможно, с США. Рузвельт дать гарантии отказался, сославшись на то, что создаваемая между народная организация будет следить за общей нерушимостью гра ниц. Гарриман был готов попробовать еще раз убедить Сталина отдать Польше Львов, но Рузвельт при этом заявлял, что США при знают границы, согласованные между СССР, Польшей и Велико британией.

Тридцать первого декабря 1944 г. ПКНО объявил себя поль ским правительством. Это произошло на фоне формирования в Лондоне нового, жстко антисоветского кабинета Арцишевского.

Черчилль толкал польское правительство в изгнании к компромис Диалог цитируется по: Роуз Н. Указ. соч. С. 393—394.

Уильям Черчилль и польский вопрос су, граничащему с капитуляцией, именно потому, что не хотел иметь дело с советским марионеточным правительством. Теперь он в резких выражениях отказался признать его. Сталина это не сму тило, и 1 января 1945 г. он информировал Рузвельта, а 4 января — Черчилля, что СССР признал ПКНО в качестве временного прави тельства Польши. Западные державы не могли с этим согласиться.

Именно эти противоречия во взглядах союзников по анти гитлеровской коалиции на польский вопрос и стали одной из при чин созыва Ялтинской конференции. Дискуссия по польской теме доминировала на заседаниях, поскольку обе стороны считали, что решение этого вопроса определит характер будущих межгосудар ственных отношений и послевоенного соотношения сил. Черчилль, например, скрупулезно подсчитал, что в ходе переговоров три ру ководителя союзных стран использовали 18 000 слов при обсужде нии именно польского вопроса20. Настроенный по-боевому Чер чилль пытался защищать право поляков на суверенитет, но его го лос в этой ситуации уже не слишком много значил.

Отнимая у Польши издавна принадлежавшие ей восточные земли, Сталин хотел максимально отодвинуть ее границы на запад.

Речь шла прежде всего о как можно большем продвижении вглубь Европы собственной сферы влияния. Он предложил линию запад ной границы Польши от Щецина (который становился польским) и далее по рекам Одер и Западная Нейсе. Поскольку это предложение не было однозначно принято Рузвельтом и Черчиллем, все участ ники согласились, что окончательное решение о прохождении за падной границы Польши надо отложить до мирной конференции, которая должна будет учесть мнение нового польского правитель ства.

Дискуссию на тему формирования нового польского прави тельства Черчилль назвал «делом чести», заявляя, что был уступчив в отношении советских предложений в территориальной части, но взамен будет делать все, чтобы поляки чувствовали себя «хозяева ми в собственном доме». Мнение Черчилля, что временное прави тельство не представляет «даже одной трети польского народа», было проигнорировано обоими его партнрами по переговорам, в том числе Рузвельтом21.

См.: Вечоркевич П. Польский вопрос на Ялтинской конференции [Электронный ресурс]. www.novoemnenie.ru (Время последнего доступа — 19.03.2006.) См. там же.

70 Е.Ю. Чернышёв После дальнейших дискуссий, касавшихся, в частности, принципа свободных выборов (Сталин поначалу обещал, что они пройдут через месяц-два), компромисс именно в той форме, на ка кую рассчитывал Сталин, стал фактом.

Итоги Ялтинской конференции были отражены в коммюни ке, в котором говорилось, что исполненные волей к созданию «сильной, свободной, независимой и демократической» Польши, руководители «Большой тройки» фактически согласились с совет ской концепцией «урегулирования» польского вопроса, скорректи рованной таким образом, чтобы ее приняло также американское и британское общественное мнение.

Отложенный вопрос о польской границе был поставлен уже на первом пленарном заседании Берлинской (Потсдамской) конфе ренции. Советская делегация отстаивала западную польскую гра ницу по Одеру — Нейсе. Черчилль выразил сомнение, что Польша сможет спокойно перенести потерю такой большой территории.

Польский вопрос, стоивший Черчиллю столько крови, был послед ним вопросом, который он обсуждал как премьер-министр Велико британии. Двадцать пятого июля он вместе с Иденом отбыл в Лон дон, где на следующий день подал в отставку после объявленных результатов выборов: консервативная партия проиграла. Устране ние Черчилля от дальнейших переговоров укрепило позиции Ста лина в «польском вопросе» и способствовало реализации его целей в отношении Польши.

Чернышв Евгений Юрьевич — аспирант кафедры зарубежной истории и международных отношений РГУ им. Канта.

Берлинская проблема и вопрос военного транзита В.А. Беспалов Берлинская проблема и вопрос военного транзита Специфика положения Калининградской области и е роль в выстраивании отношений между Россией и ЕС заставляют вс ча ще проводить параллели с аналогичными историческими террито риально-административными образованиями. К ним, в частности, можно отнести и Западный Берлин, известный своей ролью в воз никновении и решении кризисных моментов между обоими лаге рями «холодной войны». Одним из камней преткновения в вы страивании диалога между РФ и ЕС является вопрос транзита, осо бенно военного. Сходная ситуация с военным транзитом западных держав в Западный Берлин существовала в послевоенные годы.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.