авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

Россинский Ю. А., Семке В.Я., Асланбекова Н.В.

КАЧЕСТВО ЖИЗНИ И ПСИХИЧЕСКОЕ

ЗДОРОВЬЕ ВРАЧЕЙ

СТАЦИОНАРНОГО ПРОФИЛЯ

Павлодар 2008

УДК

ББК

Россинский Ю. А., Семке В.Я., Асланбекова Н.В.

Качество жизни и психическое здоровье врачей стационарного

профиля. - Павлодар. – 2008. – 319 с.

ISBN 9965

В настоящей монографии представлены результаты исследования качества

жизни, психического здоровья врачей стационарного профиля (на примере репрезентативной выборки из числа стационарных врачей северно-восточного региона Республики Казахстан), а также специфических условий труда данно го профессионального контингента.

В частности приводятся данные в отношении распространенности случаев среди врачей стационарного профиля таких нервно-психических расстройств как: тревожно-фобические расстройства (F4);

аффективные расстройства на строения (F3) и органические психические расстройства (F07.2).

Также приводятся данные в отношении распространенности случаев среди врачей стационарного профиля таких аддиктивных расстройств, как: употреб ление с вредными последствиями (злоупотребление) и зависимость от: кофеи на;

табака и алкоголя. Авторы уточняют существующие варианты мотиваций аддиктивного употребления ПАВ и описывают новые, идентифицированные в процессе исследования, мотивы употребления ПАВ (чая, табака, алкоголя) среди врачей стационарного профиля.

Авторы описывают биологические, психологические, социальные и про фессиональные факторы, обнаруживающие взаимосвязи с уровнем оценки качества жизни, распространенностью «синдрома эмоционального выгора ния», а также распространенностью тревожно-фобических и аддиктивных расстройств и выделяют превентивные мишени аддиктивных и невротических, связанных со стрессом расстройств, включая синдром эмоционального выго рания среди врачей стационарного профиля.

Данная монография будет полезной для организаторов здравоохранения, врачей наркологов, психиатров, психотерапевтов, а также специалистов дру гих врачебных специальностей, работающих в стационарных условиях.

Рецензент: д.м.н., профессор Катков А.Л.

ISBN – © РГКП “Республиканский научно практический Центр медико социальных проблем наркомании” Республика Казахстан, Павлодар, Rossinskiy Yu.A., Semke V.Ya., Aslanbekova N.V.

LIFE QUALITY AND MENTAL HEALTH IN IN-PATIENT HOSPITAL DOCTORS Pavlodar УДК ББК Rossinskiy Yu.A., Semke V.Ya., Aslanbekova N.V.

Life Quality and Mental Health in In-patient Hospital Doctors. - Pav lodar. – 2008. – 319 p.

ISBN This monograph presents the study results of life quality and mental health in the doctors of in-patient hospitals (based on a representative sample of the doctors from the north-eastern region of Kazakhstan) and some specific aspects of their work conditions.

In particular, the book deals with the prevalence in the doctors of such mental disorders as neurotic, stress-related and somatoform disorders (F4), mood [affec tive] disorders (F3) and personality and behavioral disorders due to brain disease (F07.2).

In addition, the monograph shows data on prevalence in the doctors of such ad dictive disorders as abuse and dependence on caffeine, tobacco and alcohol. The authors give details of existing variants of addictive usage of PAS and describe new ones, identified during this study, motivations of usage PAS (tee, tobacco, alcohol) in the doctors of in-patient hospitals.

The authors describe biological, psychological, social and professional factors that are associated with the level of life quality, prevalence of the “syndrome of emotional burning down”, and, in addition, prevalence of stress-related and addic tive disorders. They identify preventive targets of addictive and neurotic stress related disorders, including the “syndrome of emotional burning down” in the doc tors.

This monograph will be useful for health system managers, doctors specializing in drug addiction, mental diseases, psychotherapists and for other doctors of in patient hospitals.

Reviewed by MD, Ph.D. Professor A.L. Katkov ISBN – © Repablican Center for Applied Research on Drug Addiction Repablic of Kazakhstan, Pavlodar, О ГЛ А В Л Е Н И Е Список сокращений ……………………………………….. Введение …………………………………………………… Глава 1 КАЧЕСТВО ЖИЗНИ, ПСИХИЧЕСКОЕ ЗДО РОВЬЕ И ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕФОР МАЦИЯ ВРАЧА (обзор литературы) ………….. 1.1. Качество жизни, профессиональная деформация и синдром «эмоционального выгорания»……….. 1.2. Профессиональная деформация, синдром «эмо ционального выгорания» и психическое здоро вье врачей ………………………………………… 1.3. Социально-психологические факторы «синдрома выгорания» и профессиональные риски врачей … 1.4. Синдром «выгорания», качество жизни и аддик тивные расстройства у врачей ………………… 1.5. Гендерные особенности формирования синдро ма «выгорания» и аддиктивных расстройств у врачей и студентов-медиков …………………… Глава 2 ОБЪЕКТ, МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕ ДОВАНИЯ ……………………………………….. Характеристика материала исследования ……… 2.1.

2.2. Клинические критерии, репрезентативность и валидность материала и методов ……………… Методы исследования …………………………… 2.3.

Методы статистического анализа ……………… 2.4.

Глава 3 КАЧЕСТВО ЖИЗНИ И ПСИХИЧЕСКОЕ ЗДО РОВЬЕ У ВРАЧЕЙ СТАЦИОНАРНОГО ПРО ФИЛЯ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОГО РЕГИОНА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН ………………… 3.1. Физическая сфера и факторы риска неудовле творительной самооценки качества жизни у вра чей стационарного профиля северо-восточного региона Республики Казахстан ………………… 3.2. Психологическая сфера и факторы риска не удовлетворительной самооценки КЖ у врачей стационарного профиля северо-восточного ре гиона Республики Казахстан …………………… Глава 4 КАЧЕСТВО ЖИЗНИ ВРАЧЕЙ СТАЦИОНАР НОГО ПРОФИЛЯ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОГО РЕГИОНА КАЗАХСТАНА (СОЦИАЛЬНЫЙ АСПЕКТ)………………………………………….. Глава 5 АДДИКТИВНЫЕ РАССТРОЙСТВА И КАЧЕ СТВО ЖИЗНИ У ВРАЧЕЙ СТАЦИОНАРНОГО ПРОФИЛЯ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОГО РЕГИО НА КАЗАХСТАНА ……………………………… 5.1. Распространенность аддиктивных расстройств среди врачей стационарного профиля северо восточного региона Казахстана и взаимосвязи со специфическими условиями труда …………….. 5.2. Взаимосвязи аддиктивных расстройств и психи ческого здоровья среди врачей стационарного профиля Северо-восточного региона Казахстана… 5.3. Аддиктивные расстройства и коморбидные нервно-психические расстройства среди врачей стационарного профиля Северо-восточного ре гиона Казахстана ………………………………… 5.4 Взаимосвязи сочетанных аддиктивных рас стройств, качества жизни и уровня психическо го здоровья среди врачей стационарного профи ля северо-восточного региона Казахстана …… Глава 6 НЕРВНО-ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА У ВРАЧЕЙ СТАЦИОНАРНОГО ПРОФИЛЯ СЕ ВЕРНО-ВОСТОЧНОГО РЕГИОНА КАЗАХ СТАНА …………………………………………… 6.1. Психологические характеристики психического здоровья у врачей стационарного профиля севе ро-восточного региона Казахстана – данные оп росника диагностики эмоционального выгора ния В.В. Бойко …………………………………… 6.2. Психологические характеристики психического здоровья у врачей стационарного профиля севе ро-восточного региона Казахстана – данные оп росника оценки невротических состояний К.К. Яхина и Д.М. Менделевича ……..………… 6.3. Распространенность нервно-психических рас стройств у врачей стационарного профиля севе ро-восточного региона Казахстана……………… Взаимосвязи невротических, связанных со стрес 6.4.

сом расстройств и синдрома эмоционального вы горания у врачей стационарного профиля……… Глава 7 ПРЕВЕНТИВНЫЕ МИШЕНИ НЕРВНО ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ И СИН ДРОМА ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ У ВРАЧЕЙ СТАЦИОНАРНОГО ПРОФИЛЯ …... Заключение ………………………………………………… Выводы …………………………………………………….. Список использованной литературы …………………….. Приложение ………………………………………………... Список сокращений PR Паблик Релэйшин (реклама) RX Рентгеновские излучения ВИЧ Вирус иммунодефицита человека ВОЗ Всемирная Организация Здравоохранения ВОЗКЖ-100 Опросник качества жизни, версия ВОЗ ДТП Дорожно-транспортные происшествия ЗДЛ Значимые другие лица КЖ Качество жизни МДЭВ Методика диагностики эмоционального выгорания МКБ Международная классификация болезней НПР Нервно-психические расстройства НЛС Нормативные личностные статусы ПАВ Психоактивные вещества ПАС Психоадаптационные состояния ПДАС Психодезадаптационные состояния ПНПР Пограничные нервно-психические расстройства ППР Психические и поведенческие расстройства ПТСР Посттравматические стрессовые расстройства РК Республика Казахстан РНПЦ МСПН Республиканский научно-практический центр медико социальных проблем наркомании РПА Расстройства психической адаптации СВЧ Сверхвысокие частоты СМИ Средства массовой информации СНГ Союз Независимых Государств СЭВ Синдром эмоционального выгорания ФИ Фаза истощения ФН Фаза напряжения ФР Фаза резистенции ЦНС Центральная нервная система Шкала S Общая шкала Шкала А Шкала астении Шкала В Шкала вегетативных нарушений Шкала Д Шкала невротической депрессии Шкала И Шкала истерического типа реагирования Шкала О Шкала обсессивно-фобических нарушений Шкала Т Шкала тревоги ВВЕДЕНИЕ Актуальность исследования. В начале прошлого века стра тегической задачей и основным направлением медицины Н. А. Семашко (1924) определил профилактику заболеваний и диспансеризацию как метод ее реализации в жизнь. В начале нового века превентивные аспекты стали главными направле ниями в здравоохранении (Семке В. Я., 2001). Сегодня общест венное здоровье оценивается не распространенностью инфекци онных эпидемий, а качеством жизни населения. Концепция КЖ является объединяющей основой развития современной меди цины (Куприянова И. Е., Семке В. Я., 2004). В настоящее время общественное здоровье рассматривается в контексте определе ния Ю. П. Лисицына (1982): «…здоровье нечто большее, чем отсутствие болезней и повреждений, это возможность полно ценно трудиться, отдыхать… свободно, радостно жить». Хоро шее состояние здоровья индивидуума и его жизненное благопо лучие являются отражением удовлетворения его потребностей и адаптации в физической, психологической и социальной сферах жизни (Бурковский Г. В. и др., 1998). Адаптационные свойства личности и способность к самоорганизации выступают осново полагающими характеристиками психического (психологиче ского) здоровья (Катков А. Л., 1998, 2002). Таким образом, КЖ современного человека связано с благополучием психического здоровья и уровнем развития психологического здоровья (Кат ков А. Л., Россинский Ю. А., 2002—2005;

Бохан Н. А., 2005).

Современные исследования КЖ больных той или иной пато логией в медицине охватывают все ее отрасли и направления:

психиатрия, соматическая медицина, психосоматическая меди цина (Белокрылова М. Ф., 2000;

Красноперова Н. Ю., 2001, Марков А. А., 2006;

Бехер О. А., 2007). Не менее важной являет ся проблема КЖ и здоровья самих врачей (Алексеев А. А. и др., 2000;

Большакова Т. В. и др., 2001;

Водопьянова Н. Е., 2002;

Большакова Т. В., 2002—2004;

Ефименко С. А., 2004). В осо бенности актуальной является проблема ответственности и са мовоспитания врача (Вагнер Е. А., Ростовский А. А., 1976;

Бу харина Т. Л., Косарев И. И., 1981), а также проблема эмоцио нального выгорания» медицинских работников (Большако ва Т. В., Орел В. Е., 2003;

Творогова Н. А., 2004;

Водопьяно ва Н. Е., Старченкова Е. С., 2008). Вопросам охраны здоровья медицинских работников и изучению специфических условий и профессиональных вредностей труда врачей посвящен ряд ис следований (Кириллов В. Ф., 1982;

Вид В. Д., Лозинская Е. И., 1998;

Винокур В. А., 2001;

Таенкова О. Н., 2001;

Баке М. Я. и др., 2002;

Вялкова Г. М., 2002;

Артамонова Г. В., Перепели ца Д. И., 2007;

Перепелица Д. И., 2007;

Россинский Ю. А., Ас ланбекова Н. В., 2008). Профессия врача обладает огромной со циальной важностью, так как на медицинских работников ло жится ответственность не только за физическое здоровье паци ента, доверившего им свою жизнь, но и за его психическое здо ровье и социально-психологическую адаптацию (Большако ва Т. В., 2004). Возрастающие требования со стороны общества как к уровню качества оказываемой профессиональной помощи врачами, так и непосредственно к личности врача, его здоровью и КЖ обосновывает актуальность исследования.

Цель – изучение взаимосвязей качества жизни, психического здоровья и специфических условий труда врачей стационарного профиля с определением мишеней превентивных мероприятий.

Задачи исследования 1. Исследовать качество жизни врачей стационарного профи ля северо-восточного региона Казахстана на примере репрезен тативной выборки и его корреляции со специфическими усло виями труда и психодезадаптационными состояниями – нервно психическими и аддиктивными расстройствами.

2. Исследовать распространенность нервно-психических рас стройств и синдрома «эмоционального выгорания» среди врачей стационарного профиля северо-восточного региона Казахстана на примере репрезентативной выборки и их корреляции со спе цифическими условиями труда и качеством жизни.

3. Исследовать распространенность аддиктивных расстройств среди врачей стационарного профиля северо-восточного региона Казахстана на примере репрезентативной выборки и их корреля ции со специфическими условиями труда и качеством жизни.

4. Исследовать специфические условия труда врача стацио нарного профиля, коррелирующие с показателями низкого уров ня качества жизни, нервно-психическими и аддиктивными рас стройствами.

5. Определить мишени превентивных мероприятий в отно шении психодезадаптационных состояний и низкого уровня ка чества жизни.

Глава КАЧЕСТВО ЖИЗНИ, ПСИХИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ И ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕФОРМАЦИЯ ВРАЧА (обзор литературы) 1.1. Качество жизни, профессиональная деформация и синдром «эмоционального выгорания»

Психическое здоровье трактуется как «состояние динамиче ского равновесия индивида с окружающей средой, когда все за ложенные в его биологической и социальной сущности способ ности проявляются наиболее полно, а все жизненно важные подсистемы функционируют с оптимальной интенсивностью»

(Семке В. Я., 2006). Способность личности достигать желаемого и быть удовлетворенным достигнутым, быть самодостаточным, успешно адаптируясь к изменениям окружающего мира, опре деляет качественные характеристики психического здоровья, которые выделяются в отдельную категорию интегрального здоровья – здоровье психологическое (Катков А. Л., 1998, 2001;

Катков А. Л., Россинский Ю. А., 2003). Существует тенденция к выходу за пределы субъективного благополучия и удовлетво ренности путем учета оценки функционального состояния и средовых факторов (Barry M. M., Crosby C., 1996). К. С. Calman (1984) определил КЖ как «расхождение между ожиданиями и достижениями человека». Однако «достижения» зависят не только от субъективных факторов, но также и от возможностей, которые предоставляет среда.

ВОЗ под КЖ понимает «восприятие людьми своего положе ния в контексте культуральных ценностных ориентаций и в со ответствии с их целями, ожиданиями, стандартами и заботами»

(World Health Organization. – Geneva, 1992). Нам импонирует определение КЖ, которое характеризует это понятие как дости гаемость желаемого и удовлетворение достигнутым (Сем ке В. Я., 1999).

С точки зрения D. M. Romney, D. R. Evans (1996), следует выделять три компонента КЖ: субъективное благополу чие/удовлетворенность, выполнение социальных ролей, внеш ние жизненные условия – материальные, т. н. «стандарт жизни».

Ученые НИИ психического здоровья ТНЦ СО РАМН рассмат ривают это понятие как степень удовлетворенности человека свом физическим, психическим и социальным состоянием (Ку приянова И. Е., Семке В. Я., 2004).

Если оценка КЖ должна быть ориентирована на действия, следует различать, как минимум, три составляющих ее компо нента – психологическое благополучие/удовлетворенность, функционирование в социальных ролях, контекстуальные фак торы (Janca A. et al., 1996;

Mеzzich J. E. et al., 1997). По мнению J. E. Mеzzich, M. M. Schmolke, «…исследованиям КЖ недостает традиции изучения социальных индикаторов, которая встраива ла бы средовые факторы, социальные и материальные условия жизни в количественные оценки качества жизни». Психиатры всегда в оценке жизни своих пациентов использовали такие по нятия, как ущерб (impairment), несостоятельность (disabilities), дефект (handicap), социальная сохранность, социальная адапта ция, удовлетворенность и т. д.

Субъективное благополучие, которое в значительной мере зависит от актуального эмоционального состояния, может быст ро меняться. Выполнение социальных ролей может нарушиться быстро, но все же для этого обычно требуется определенное время. В большинстве случаев лишь условия жизни, как матери альные, так и социальные, меняются очень медленно (Mеzzich J. E., Schmolke M. M., 1997;

Hunt S. M., 1997).

Особого внимания заслуживает факт нарастания хрониче ских патологических состояний, возникающих под влиянием психического напряжения, «недостаточности процессов восста новления» (Казначеев В. П., 2002). Последний аспект КЖ, свя занный со временем, заключается во влиянии длительности за болевания (состояния «burnout») на субъективную оценку КЖ.

Замечалось, что такие люди снижают свои представления о стандарте жизни. Можно было бы назвать это явление «оши бочностью, связанной с нисходящим дрейфом стандарта» – если человек не может достичь своих целей, эти цели меняются.

Более сложный временной аспект наилучшим образом можно охарактеризовать расхождением между ожиданиями и достиже ниями человека (Calman К. С., 1984). Существует ряд способов реализации краткосрочной гармонии между достижениями и ожи даниями, использование психотропных препаратов – наиболее распространенный из них. В долгосрочной перспективе злоупот ребление ПАВ углубляет этот разрыв, создавая порочный круг, предполагающий снижение психологического благополучия, утра ту способности выполнять социальные роли и ухудшение жизнен ных условий – социальных и окружающей обстановки.

Цитируя Б. Т. Величковского (2005), можно сказать, что трудо вая мотивация является «системостимулирующим фактором всей жизнедеятельности человека, при ухудшении КЖ утрачивается эффективная трудовая мотивация, что является специфической причиной социального стресса и истощения общего адаптационно го синдрома. Но «…поведение человека оценивается с учетом со циального пространства (толпа, микрогруппа, ближайшее окруже ние и т. д.), служащего источником возникновения «болезней об щения», феноменов профессионального «выгорания» (как платы за сочувствие), «давления страха», топофилизма («любви к городу») как совокупности биологических, социальных, культурных и эмо циональных факторов, оказывающих влияние на отношение инди вида к окружающей среде» (Семке В. Я., 2001).

Деятельность представителей «помогающих» профессий (врачей, учителей, психотерапевтов, психологов, соцработни ков) сказывается на тех, кто ее осуществляет. Деформация воз никает у медиков и психологов в процессе обучения и сохраня ется как устойчивый феномен (Трунов Д. Г., 1998, 2001). Пред положительно, что в профессиональной деформации есть два компонента – изначальные склонности и установки личности, которые побуждают к выбору профессии, и собственно профес сиональная деформация, развитие и усиление этих склонностей и установок под влиянием профессии (Просекова В. М., 2001).

Ограничение эмоциональной отдачи в ходе работы ведет к пол ной или частичной утрате интереса к человеку – субъекту про фессиональной деятельности (Юрикова А. А., 2005).

Специфика профессий педагогов и научных работников счи тается адекватной моделью напряженной интеллектуальной и эмоциональной деятельности. Труд представителей данных профессий связан с психоэмоциональными, умственными и фи зическими перегрузками, на которые наслаиваются … социаль ные фрустрирующие факторы – низкая оплата труда, падающий престиж профессии, необеспеченность жильем и т. д. Речь идет о продолжительном пребывании лиц данных профессий в со стоянии хронического стресса, способствующего развитию ПНПР (Ситдиков З. А., Яныгин Е. В., 2001).

По определению Е. П. Ильина (2008), под профессиональной деформацией следует понимать приобретение человеком в ре зультате работы в данной профессии специфических особенно стей взгляда на мир и поведения (стереотипа, привычек), кото рые могут проявляться не только в профессиональной деятель ности, но и вне ее. Когда под влиянием профессии формируется новая особенность личности, то это можно расценивать как профессиональную деформацию личности.

Р. Конечный, М. Боухал (1983) считали, что склонность к профессиональной деформации наблюдается у представителей определенных профессий, «которые обладают трудно контроли руемой и трудно ограничиваемой властью. Естественно, врач обладает известной властью над больными, от него зависит здо ровье (физическое и душевное) и жизнь других людей, их сво бода и их достоинство». По Р. Конечному, М. Боухалу, профес сиональная деформация постепенно развивается из профессио нальной адаптации. Определенная степень адаптации естест венна для медицинского работника. Сильное эмоциональное восприятие страданий другого человека в начале профессио нальной деятельности затем достаточно сильно притупляется.

Одной из форм профессиональной деформации является синдром «эмоционального выгорания» (СЭВ). Теоретической основой профилактики выгорания может стать констелляция таких факторов, как чувство соответствия между собственными возможностями и требованиями среды, адекватная оценка своих возможностей, чувство собственной значимости и эффективно сти своих действий, создающие предпосылки для личностного и профессионального развития (Ронгинская Т. И., 2002).

Профессиональной деформацией являются и поведение, и выражения медицинских работников, при которых под влияни ем привычки проявляется черствость по отношению к больным в такой степени, что у немедиков создается впечатление безду шия и цинизма. Со временем лечащие врачи и средний медпер сонал перестают видеть перед собой человека, происходит де гуманизация, «потеря больного» или «ветеринаризация» меди цины (Эльштайн Л. В., 1996). Другой деформацией медработни ков является «приборный фетишизм», когда они видят перед собой показания приборов, анализов, но забывают о больном.

Одной из причин деформации врача-профессионала является влияние социальных факторов. Это непризнание истинных за слуг врача, ограничение его права на свободу выбора (стиля жизни, направления научного исследования и т. п.), несоответ ствие нравственно-этических требований профессии и реальной ситуации на рабочем месте, ограничение активности профес сионала по овладению новыми знаниями, препятствие к внедре нию новых технологий и прогрессивных методов, принижение социального статуса профессии (в том числе и в материальном плане), ее значимости, а также семейно-бытовые проблемы. В этом случае врач испытывает разочарование вследствие несов падения реальной профессиональной ситуации с идеальными представлениями о ней.

Ярким примером профессиональной деформации является подход к пациенту как к объекту – носителю определенного симптома, составной части синдрома. Такое отношение не под разумевает ценностного и целостного подхода к личности паци ента, к системе его жизненных отношений. Действие в узких границах нормы с целью постановки диагноза оказывается ус тойчивым признаком профессиональной деформации.

Выделяются следующие признаки профессиональной дефор мации врачей: определенный профессиональный жаргон, выте кающий из отношения к пациенту как к носителю болезни, тож дественному ей;

ведение диалога с больными и их родственни ками с трудно скрываемым раздражением, демонстрация собст венной значимости и занятости;

«награждение» пациентов про звищами (Бурно М. Е., 2004).

Особенности личности, ведущие к ее деформации, – это эмоциональная лабильность, характеризующаяся неустойчи востью фона настроения, склонностью к драматизации собы тий, демонстративностью, эгоцентризмом, истерией;

психа стенические черты характера, характеризующиеся тревожно стью и мнительностью, а также импульсивность, конфликт ность и агрессивность.

Обращение к проблеме эмоциональной дезадаптации про фессионалов (вследствие непереносимых эмоциональных пере грузок) произошло в сфере психологии труда – после появления в англоязычной литературе результатов исследования СЭВ как специального вида профессионального заболевания лиц, рабо тающих в системе «человек–человек» (психологов, психиатров, учителей, священников и др.). Реагирование без чувств и эмо ций наиболее яркий симптом «выгорания». Он свидетельству ет о профессиональной деформации личности и наносит ущерб субъекту общения. СЭВ приобретают профессионалы, изна чально обладающие большим творческим потенциалом, ориен тированные на другого человека, фанатично преданные своему делу (Форманюк Т. В., 1994).

Burnout связывают с профессиями, в которых осуществляется постоянное, напряженное и вынужденное общение. Работники данных профессий подвержены профессиональному стрессу – состоянию эмоционального напряжения, сопутствующему про фессиональной деятельности и возникающему не только от экс тремальных ситуаций, но и в результате повседневной практики.

Ядром, сердцевиной этого состояния является чувство эмоцио нального истощения, проявляющееся в снижении эмоциональ ного тонуса, неадекватных реакциях, раздражительности (Ум няшкина С. В., 2001).

Психологический дискомфорт, характерный для многих лиц в постсовременном обществе, обусловлен воздействием средо вых и интрапсихическтх факторов. K средовым факторам отно сится феномен нарастающей гиперстимуляции на уровнях вос приятия большого количества информации, необходимости ее фильтрации, с выделением значимой для выживания, а также на уровне количества принимаемых в единицу времени решений.

Интрапсихические факторы включают диффузную идентич ность, фрагментизированное эго, наличие признаков основной недостаточности, по Balint. Клиническая оценка явлений психо логического дискомфорта затруднена в связи с отсутствием дос таточного количества критериев для установления психиатриче ского синдрома или нозологии. Для определения этой категории расстройств предлагается термин «повреждающая дисфункция».

К этой категории относится отсутствие чувства сопереживания (отсутствие седьмого чувства) при сохранной способности оце нивать эмоциональное состояние других людей вне вербалльно го контакта с ними. Обычная психиатрическая диагностика не способна выявить и классифицировать это нарушение как от сутствие эмпатии, так как по формальным критериям последняя сохранна (Короленко Ц. П., 2008).

С точки зрения психологии, эмоциональное выгорание – это выработанный личностью механизм психологической защиты в форме полного или частичного исключения эмоций в ответ на психотравмирующие воздействия. Это приобретенный стерео тип эмоционального, чаще всего профессионального поведения (Бойко В. В., 1999, 2004).

1.2. Профессиональная деформация, синдром «эмоционального выгорания» и психическое здоровье врачей Одной из форм профессиональной деформации является СЭВ. Длительное время в нашем обществе действовала норма, которая гарантировало, что в процессе врачевания все будет ориентировано только на интересы пациента, реальные мотивы и устремления врача оказывались вытесненными, репрессиро ванными. Согласно «теории неудовлетворенности» Maslou, не удовлетворенность социально-психологических потребностей может вести к мнимому удовлетворению с помощью алкоголя (символическая самоактуализация) или развитию невротических и аффективных нарушений, для коррекции которых также ис пользуется алкоголь (Тищенко П. Д., 2000).

СЭВ является клиническим синдромом с невротическим компонентом, а не только увеличением естественной усталости в результате работы, вопрос же нозологической принадлежно сти синдрома остается открытым. Приводится от 120 до симптомов выгорания, причем количество психических сим птомов «выгорания» преобладает над остальными (Волоба ев В. М., 2008).

Существует обратная связь между интересом к работе и сим птомами избирательного эмоционального реагирования, психо соматических и психовегетативных нарушений. Выраженность показателя психосоматических нарушений свидетельствует о том, что эмоциональная защита – «выгорание» –не справляется с эмоциональными нагрузками, и реакции переходят с уровня эмоций на уровень психосоматики.

Тема СЭВ обсуждается в научных кругах около 30 лет и свя зывается с именем американского психиатра Х. Дж. Фрейден бергера, который в 1974 г. (цит. по: Вид В. Д., Лозинская Е. И., 1998) для описания психологического состояния у сотрудников служб психического здоровья, проявляющегося в виде истоще ния, разочарования и отказа от работы, впервые применил тер мин «синдром выгорания сотрудников» («staff burn-out syn drome»). Эта концепция вызвала большой интерес, обусловлен ный актуальностью проблемы для специалистов помогающих и коммуникативных профессий (Heim E., 1991).

СЭВ (burnout syndrome;

the syndrome of «emotional burnout») – состояние эмоционального, умственного истощения, физиче ского утомления, возникающее как результат хронического ди стресса на работе. Кристиной Маслач (1981) была дана форму лировка: «Сгорание – плата за сочувствие». Отсюда следовал совет – не взваливать на себя бремя чужих проблем, не раство ряться в чужом «я», уделять больше внимания своему внутрен нему миру, не становиться рабом своих обязанностей, всячески избегать монотонии, не искать в работе спасения от собствен ных проблем.

По определению C. Maslach, S. E. Jachson (1981), СЭВ харак теризуется эмоциональным опустошением, негативным отно шением к себе, безразличием и циничным отношением к паци ентам, чувством неудовлетворенности от работы, недооценкой профессиональных достижений, нарушением взаимоотношений с коллегами, в семье, ухудшением КЖ, состояния физического и психического здоровья. С. Maslach (1982) определяет СЭВ как «синдром истощения и цинизма», который включает в себя ску ку, эмоциональное истощение, деперсонализацию (утрата инди видуальности, отстраненность, эмоциональная невовлеченность как защитная реакция при контакте с пациентом) и утрату чув ства личного достижения.

Авторами выделяются следующие признаки СЭВ: изменения в поведении, чувствах, мышлении, состоянии здоровья. Измене ния в поведении следующие: усиливается сопротивление выхо ду на работу, откладываются встречи с больными, утрачивается творческий подход к решению проблем, достижения становятся меньше, увеличивается употребление меняющих настроение ПАВ (кофеин и никотин), теряется способность удовлетворять свои потребности в развлечениях и восстановлении здоровья;

подверженность несчастным случаям.

C. Maslach (1981), S. T. Meier (1983) выделили следующие признаки СЭВ: быстрая утомленность и истощение, психосома тические расстройства и употребление ПАВ для коррекции на строения;

негативное и циничное отношение, агрессивные чув ства к пациенту и работе, скудность репертуара профессиональ ных действий;

искаженная самооценка, пессимизм, потеря пер спективы, апатия, депрессия и чувство бессмысленности бытия.

Развитие СЭВ обусловлено необходимостью работать в стро го нормированном и однообразно напряженном режиме дня, с большой эмоциональной насыщенностью личностного взаимо действия с трудными пациентами (Schaufell W. B., Enzmann D., Girault N., 1984). У лиц с СЭВ наблюдается нарушение профес сиональных этических принципов и трудовой дисциплины.

СЭВ развивается согласно определенным этапам и фазам (Смирнов Р., Гоулд Д., 1998;

Burish M., 1993;

Cherniss С., 1997;

Felton J. S., 1998). Он включает в себя 3 стадии, каждая из кото рых состоит из 4 симптомов. 1-я стадия «напряжения» включает симптомы: неудовлетворенность собой, «загнанность в клетку», переживание психотравмирующих ситуаций, тревожность и де прессия. 2-й стадии «резистенции» свойственны симптомы: не адекватное, избирательное эмоциональное реагирование, эмо ционально-нравственная дезориентация, расширение сферы экономии эмоций, редукция профессиональных обязанностей. 3 я стадия «истощение» включает симптомы: эмоциональный де фицит, эмоциональная отстраненность, личностная отстранен ность, психосоматические и психовегетативные нарушения (Скугаревская М. М., 2002;

Maslach C., Jachson S. E., 1981;

Maslach C., 1982;

Maslach C., Leiter M. P., 1997;

Maslach C., Schaufeli W. B., Leiter M. P., 2001).

Сама профессиональная деятельность медицинских работни ков предполагает эмоциональную насыщенность, психофизиче ское напряжение и высокий процент факторов, вызывающих стресс. Стрессовые ситуации, возникающие на работе – это обычное и часто возникающее явление. Эмоции, как правило, амбивалентны: удовлетворение по поводу успешно проведенной операции или лечения, чувство собственной значимости, сопри частности другим людям, одобрение и уважение коллег;

но и сожаление, угнетение из-за неправильного диагноза или ошибки в лечении, зависть к преуспевающим коллегам, разочарование в профессии и т. п.

К большим (обязательным) критериям относят постоянную усталость и снижение работоспособности на 50% и более у ра нее здоровых людей, нарушение памяти и концентрации внима ния, неосвежающий сон, наблюдающиеся не менее 6 месяцев при отсутствии других заболеваний, которые могут вызвать та кое состояние (Малашенкова И. К., Дидковский Н. А., 1997).

Вопросы возникновения и развития СЭВ у врачей в нашей стране остаются мало разработанными. Очевидно, что работа психиатров и наркологов имеет специфические особенности в общей системе оказания медицинской помощи населению, главными из которых являются «трудный» контингент больных и большое количество рецидивов» (Бойко В. В., 2004;

Водопья нова Н. Е., Старченкова Е. С., 2005;

Лукьянов В. В., Игум нов С. А., 2007).

С точки зрения психологии, эмоциональное выгорание – это выработанный личностью механизм психологической защиты в форме полного или частичного исключения эмоций в ответ на психотравмирующие воздействия. Это приобретенный стерео тип эмоционального, чаще всего профессионального поведения (Бойко В. В., 1999;

2004).

Нозологическая принадлежность СЭВ дискутируется. Неко торые авторы не приняли термин «выгорание», считая его неоп ределенным и во многом совпадающим с симптомами ПТСР и депрессии. В ряде случаев эквивалентом может считаться диаг ностическая рубрика F43.0 «Расстройство адаптации» (однако продолжительность нарушений при этом не должна превышать 6 месяцев) или F48.0 «Неврастения» (Скугаревская С. А., Игумнов В. Н. и др., 2007;

Morrow L., 1981;

King M., 1993).

Диагностическим эквивалентом СЭВ в МКБ-10 является так сон Z73.0 (проблемы, связанные с трудностями управления сво ей жизнью). Согласно определению ВОЗ, «синдром выгорания – это физическое, эмоциональное или мотивационное истощение, характеризующееся нарушением продуктивности в работе и ус талостью, бессонницей, повышенной подверженностью сомати ческим заболеваниям, а также употреблением алкоголя или дру гих ПАВ с целью получить временное облегчение, что имеет тенденцию к развитию физиологической зависимости и суици дального поведения». СЭВ расценивается как стресс-реакция в ответ на безжалостные производственные и эмоциональные требования, происходящие от излишней преданности человека своей работе с сопутствующим этому пренебрежением семей ной жизнью или отдыхом (Лексиконы психиатрии ВОЗ, 2001).

С точки зрения теории стресса Селье, согласно которой реак ция на стресс имеет трехстадийную динамику (стадии тревоги, резистентности и истощения), СЭВ соответствует третьей ста дии – стадии истощения. С одной стороны, СЭВ – определен ный тип реагирования на хронический профессиональный стресс, который позволяет человеку дозировать и экономно рас ходовать энергетические ресурсы. С другой стороны, возни кающие соматические, психологические и психопатологические дисфункции имеют неблагоприятные последствия для здоровья и профессиональной деятельности специалиста. Выгорание со провождается физическим, эмоциональным и психическим ис тощением (Cherniss C., 1997).

Содержание СЭВ связано с содержанием синдрома «хрони ческой усталости» (СХУ), так как «выгорание» (burnout) в рус ской версии в свое время не совсем точно было переведено как «переутомление» (Малашенкова И. К., Дидковский Н. А., 1997).

Эти два синдрома являются содержательными характеристика ми профессиональной деформации. Несмотря на видимую схо жесть симптомов, существуют значительные отличия. СХУ свя зан с изначальным принятием готовых форм знаний о мире, себе и других людях;

фантомизацией врачебного сознания и приоб ретением функционального подхода к другому человеку, следо вательно, и к себе. СЭВ приобретают профессионалы, изначаль но обладающие большим творческим потенциалом, ориентиро ванные на другого человека, фанатично преданные своему делу (Форманюк Т. В., 1994).

«Культуральный портрет психического здоровья» – совокуп ность характеристик общепринятого в данном обществе норма тивного поведения. Индекс человеческого развития, рассчиты ваемый программой ООН, вбирает в себя три важные характе ристики общества: долголетие, образованность, состоятельность (Харитонов С. В., 2005). В противном случае со временем появ ляются психосоматические нарушения, возрастает уровень тре воги, склонность к депрессии и использованию медикаментоз ных средств и алкоголя для коррекции эмоционального напря жения, в итоге к аддиктивному поведению (Сидоров П. И., 2005;

Кулаков С. А., 2007).

1.3. Социально-психологические факторы «синдрома выгорания» и профессиональные риски врачей Распространенность СЭВ коррелирует не только с профес сиональными и личностными факторами, но во многом обу словлена социально-экономическими и культуральными харак теристиками. Поэтому данные, полученные в разных странах, отличаются по ряду параметров, хотя общие тенденции сохра няются. Рассмотрим их на примере наиболее крупномасштаб ных мировых исследований этого феномена. При обследовании 1176 сотрудников различных специальностей, работающих в одном из крупных медицинских учреждений Великобритании, D. Ress, C. L. Cooper (1992) выявили, что примерно у 1 из 12 ме дицинских работников имеют место соматические и психиче ские нарушения, соответствующие таковым у пациентов с нев ротическими расстройствами, обращающихся за амбулаторной медицинской помощью. В отличие от других сотрудников, ме дицинские работники чаще жаловались на обилие стрессовых ситуаций в работе, хотя и высказывали меньше жалоб на сим птомы психического неблагополучия. Независимо от профессии наибольшая интенсивность выгорания отмечена у лиц, стоящих на нижних ступенях служебной иерархии. Наибольшая выра женность симптомов выгорания была зафиксирована у младше го медицинского персонала и у медицинских сестер. Самыми сильными стрессорами для них оказались этические конфликты, связанные с вопросами правильности работы с больными, кон фликты в команде сотрудников, неопределенность распределе ния ролей, перегруженность и организационные недостатки в работе (Wolfgang A. P., 1988;

Heim E., 1991).

В 1990 г. M. Olkinuora et al. провели одно из самых крупномас штабных исследований СЭВ в группе из 2671 финских врачей раз личных специальностей. Полученные данные позволили им вы явить ряд закономерностей. Выявлены «специалисты с высоким уровнем выгорания» и «специалисты с низким уровнем выгора ния», между которыми имеются полярные отличия. К группе «спе циалистов с высоким уровнем выгорания» отнесены лица, работа которых связана с хроническими больными, неизлечимыми или умирающими пациентами (в области онкологии, пульмонологии или психиатрии). К группе «специалистов с низким уровнем выго рания» отнесены лица, работа которых связана с пациентами, забо левание которых имеет благоприятный прогноз (в акушерстве и гинекологии, оториноларингологии, офтальмологии).

В 1983 г. W. D. Harrison заявил, что неприятная напряженная работа может повлиять на возникновение «burnout», хотя на пряженность необязательно ведет к burnout синдрому, но неиз бежно у некоторых людей, выполняющих специфическую рабо ту. Эта специфика связана с уязвимостью работника во взаимо отношениях. Так, работники здравоохранения хронически ис пытывают стресс из-за специфических взаимоотношений, кото рые они должны установить с пациентами. Некоторые изучения медицинского персонала, вовлеченного в критическую сферу (хирурги, онкологи, интенсивный уход (реанимация), работаю щего сверхурочно, помогающего умирающим людям, показали, что неадекватная подготовка к работе с эмоциональными по требностями пациентов была главной причиной стресса (Gray Tort P., Anderson J. G., 1980).

H. R. Winefield, T. J. Anstey (1991) исследовали 966 врачей общей практики из Южной Австралии. Они заполняли опросник MBI («Maslach Burnout Inventory») по шкалам эмоционального дефицита, деперсонализации, оценке достижений и степени не удовлетворенности работой. Было выявлено, что приблизитель но одна треть врачей отмечает у себя высокий уровень профес сионального стресса, который коррелировал с возрастом, полом и отношением к работе.

Основным источником стресса на рабочем месте врачи об щей практики из Швейцарии назвали чрезмерную нагрузку и недостаток времени в сочетании с этическими конфликтами в команде сотрудников, а также организационные недостатки в работе (Heim E., 1991). При изучении специфики СЭВ у 1 врачей США, специализирующихся в области инфекционных болезней, высокая степень эмоционального истощения была вы явлена у 43% обследуемых, а значительный уровень деперсона лизации – у 40,3%. Несмотря на это, 91,8% врачей отметили у себя высокий уровень достижений в работе. В отличие от дру гих исследований, например, по России, наибольшая частота СЭВ была выявлена у врачей частной практики (55%), врачей госучреждений (39%), за которыми следовали специалисты, ра ботающие в академических институтах (37%).

T. W. Whitley (1989, 1991) изучал уровни стресса, связанного с работой, у врачей из США, Великобритании и Австралии, проходивших обучение в области оказания неотложной помощи (анестезиологи-реаниматоры). В исследовании показано, что уровни рабочего стресса и депрессии коррелируют со страной и местом работы, с полом и семейным положением. Причем, у врачей из Великобритании более высок уровень стресса, связан ного с работой, чем у врачей США. Но врачи США продемонст рировали более высокий уровень депрессии, чем респонденты из Австралии и Великобритании. во всех странах уровень рабо чего стресса и депрессии оказался выше у женщин и незамуж них (неженатых), чем у мужчин и семейных.

Работа анестезиологов связана с длительным пребыванием в операционном зале и воздействием ингаляционных анестетиков.

Некоторые ученые считают, что врачи-анестезиологи могут слу жить моделью многократно анестезируемого организма, выпол няющего свои профессиональные обязанности в ситуации остро го стресса с последующим формированием ПТСР. К факторам, потенцирующим развитие стрессовых расстройств, относят вне запность и новизну многих клинических случаев, высокий темп действий, дефицит времени для принятия решений, смена биоло гического цикла «сон–бодрствование». Особенно патогенны эти ситуации для молодых специалистов, у которых они носят харак тер острого профессионального стресса, который со временем хронифицируется. По мере увеличения стажа работы по специ альности хронический стресс повышает острый стрессогенный эффект ситуационных реакций и истощает адаптационно защитные механизмы организма (Саланжий А. М., 2003).

Вопрос о «профессиональном риске» врачей-психиатров был поднят еще Ю. Каннабихом, который высказывал предположе ние о возможности «индуцированного помешательства» у со трудников психиатрических больниц. Впоследствии эта гипоте за не подтвердилась. И. Харди, изучая взаимодействие триады «врач–сестра–больной», описал специфические состояния, ха рактерные для медицинских работников психиатрических учре ждений, которые он назвал «отравление людьми». Для этих со стояний было характерно эмоциональное напряжение, раздра жительность и вспыльчивость. В некоторых случаях у врачей, любящих свою профессию, наблюдается феномен ухода от жиз ненных трудностей и проблем в работу (Харди И., 1974;

Менде левич В. Д., 2003).

На эмоциональную вовлеченность врача при работе с психиче ски больными указывал и П. В. Симонов, описав феномен эмоцио нального резонанса или «заразительности эмоции». И. Р. Семин (2001), изучая последствия длительного общения с психически больными, выявил у работающих с ними медицинских работников резкое снижение толерантности к душевнобольным.

J. A. Diez et al. (1996), C. R. Herrera et al. (1996), описывая СЭВ у сотрудников психиатрических учреждений, характери зуют его как эмоциональное истощение, уменьшение или утрату эмпатии и самодостаточности, снижение самооценки. Авторы отмечают, что достоверно чаще этот синдром встречается у со трудников отделений для хронически душевнобольных у моло дых врачей-психиатров, как правило, соматически ослабленных.

Исследования, проведенные в разных регионах мира, позволяют говорить, что выгоранию подвержены психиатры всего мира, а степень его выраженности во многом определяется культураль ными характеристиками.

В. Д. Вид, И. И. Лозинская (1998) исследовали СЭВ у психи атров, психологов и медицинских сестер Санкт-Петербурга и сравнивали их с аналогичными данными, полученными в психи атрических учреждениях Швеции и США с помощью опросника MBI («Maslach Burnout Inventory»). В результате исследования было выявлено, что средние показатели по шкалам «Эмоцио нальное истощение» и «Деперсонализация» самые высокие у американских специалистов служб психического здоровья. У российских коллег оказался самым низким показатель по шкале «Личностное достижение». Показатели по шкалам «Эмоциональ ное истощение» и «Скука» оказались одинаковыми в шведской и русской группах. Среди всех исследуемых профессиональных групп психологи имели самый низкий показатель по шкале «Эмоциональное истощение» и самый высокий по шкалам «Ску ка» и «Деперсонализация». Самый низкий показатель по шкале «Деперсонализация» имели медсестры. Психиатры имели наибо лее удовлетворительный показатель по шкале «Личное достиже ние». Проявления СЭВ коррелировали с высоким показателем по шкале «Негативное отношение к пациентам» и низкой оценкой семьи как важного ресурса лечебного процесса.

Л. И. Ларенцовой (2003) изучалось формирование СЭВ у врачей с помощью опросника MBI («Maslach Burnout Inventory») по трем шкалам – эмоционального дефицита (emotional exhaus tion, EE), деперсонализации (depersonalization, DP) и интереса к профессиональной деятельности (personal accomplishment, PA).

Гипотеза о том, что врачи в возрасте и с большим стажем рабо ты более подвержены СЭВ, не подтвердилась. На результаты по всем шкалам более всего влияло место работы – врачи, рабо тающие в частных клиниках, оказались более благополучными, нежели врачи из государственных клиник. Также врачи, у кото рых есть хобби, показали более высокие значения по шкале «ин тереса к профессиональной деятельности». 61,8% врачей имеют высокую степень выгорания хотя бы по одной из шкал, 8,1% – по всем трем шкалам, а 38,2% врачей не подвержены СЭВ.

И. В. Шадрина, Л. В. Золотухина (2006), изучая синдром профессионального выгорания (СПВ) у врачей и медицинского персонала психиатрических учреждений, получили высокую степень выгорания по шкале «редукция профессиональных дос тижений» у 69%. Среди факторов, способствующих развитию СПВ, 95% отмечали недостаточное материальное вознагражде ние за работу и необходимость вне ее проявлять эмоции, не со ответствующие действительности, 85% – усталость от необхо димости постоянно общаться с психически больными, 75% – высокую рабочую нагрузку и недостаток времени для выполне ния работы.

Изменения в поведении психотерапевта и лиц иных профес сий можно назвать профессиональной деформацией. Она сопро вождается безразличием к чужому горю, холодной, бесстраст ной оценкой психологического состояния и положения пациен та. Сначала в ситуации профессиональной неудачи, а затем вне связи с результатами работы появляются мысли покинуть спе циальность. Подобные личностные изменения терапевта отно сятся к феномену «эмоционального, профессионального выго рания» (Макаров В. В., 2001).

И. Д. Даренский (2004), изучая приемы повышения психиче ской толерантности психотерапевта, пишет: «Растворенность терапевта в интересах пациента приводит к самоотречению, притуплению чувства собственного достоинства, самоуважения и всепрощению. Склонность к эмпатическому вчувствованию в переживания собеседника делают состояние терапевта похожим на измененное, суженное сознание. Из-за отсроченности по времени эффекта от психотерапии возникает впечатление, что она не эффективна и усилия терапевта бесполезны. Терапевт вынужден все время находиться в состоянии депривации, у не которых появляется низкая самооценка». Перспективное виде ние фигуры психотерапевта нашло отражение в высказывании Uwe Henrik Peters: «Будущее психотерапии – это Доктор, соеди няющий высокотехничную биологическую и клиническую ме дицину, философию и персональную терапевтичность» (цит. по:

Куприянова И. Е., Семке В. Я., 1999).

Следствием низкой психической толерантности психотерапевта может быть ускоренное развитие «профессионального выгорания».

Психотерапевт, не обладающий достаточной психической толе рантностью, нуждается в приемах ее повышения. Если терапевт самостоятельно не справляется с проблемами эмоционального вы горания, наблюдает у себя признаки эмоциональной усталости и напряжения, ему необходимо обратиться к коллегам с целью про работки подобного рода переживаний (Макарова Г. А., 2003).


По данным И. Л. Гуреевой (2005), «эмоциональное выгора ние» более выражено у врачей «Скорой помощи» в сравнении с врачами стационара, особенно по шкале «эмоциональное исто щение» (опросник MBI «Maslach Burnout Inventory», шкала «emotional exhaustion»).

У врачей стационара по сравнению с врачами поликлиники выражен психологический защитный механизм «отрицание».

Исследователи объясняют это тем, что работа в стационаре бо лее престижна, и это побуждает врачей данной группы игнори ровать психотравмирующие аспекты своей деятельности (Лукь янов В. В., Малышева К. П., 2005).

В результате проведенного исследования (Игумнов С. А., Дук И. А., Склема В. Н., Скугаревская М. М., 2008) установлены различия в степени выраженности и структуре СЭВ у врачей наркологов в зависимости от возраста и стажа профессиональ ной деятельности. В целом для группы наркологов характерна относительно невысокая степень выраженности СЭВ при отсут ствии сложившихся симптомов и сформировавшихся фаз, что свидетельствует о сравнительно адаптивном состоянии испы туемых.

У наркологов установлено наличие симптомов фазы «исто щения», что свидетельствует о явных признаках срыва адапта ционных возможностей с развитием выраженной психической дезадаптации в виде СЭВ. Методика проведения балинтовских групп приводит к снижению степени выраженности СЭВ у нар кологов, гармонизирует у них структуру центральных личност ных функций и, в конечном счете, способствует повышению эффективности психотерапии у зависимых от алкоголя лиц (Лукьянов В. В., 2007).

Сама профессиональная деятельность медицинских работни ков предполагает эмоциональную насыщенность, психофизиче ское напряжение и высокий процент факторов, вызывающих стресс. Стрессовые ситуации, возникающие на работе, – это обычное и часто возникающее явление. Эмоции, как правило, амбивалентны: удовлетворение по поводу успешно проведенной операции или лечения, чувство собственной значимости, сопри частности другим людям, одобрение и уважение коллег;

но и сожаление, угнетение из-за неправильного диагноза или ошибки в лечении, зависть к преуспевающим коллегам, разочарование в профессии и т. п.

Существует обратная связь между интересом к работе и сим птомами избирательного эмоционального реагирования, психо соматических и психовегетативных нарушений. Выраженность показателя психосоматических нарушений свидетельствует о том, что эмоциональная защита – «выгорание» – самостоятельно не справляется с эмоциональными нагрузками, и реакции пере ходят с уровня эмоций на уровень психосоматики (Мака ров В. В., 2001).

Низкий уровень экономического вклада в пациентов, в за купки качественных лекарственных препаратов, в развитие профессиональных знаний специалистов в сфере охраны психи ческого здоровья, с финансированием, ведущим к признакам «выгорания» региональными службами общественного здраво охранения традиционно вызывали/ют чувство вины и стыда (Корнетов Н. А., 2006). «Удивительно, что до настоящего вре мени … остаются единичными сообщения и работы, исследую щие личность и состояние психического здоровья врачей», вы сказались П. Н. Москвитин, К. В. Денисова (2006) в результате мониторинга состояния нервно-психического здоровья психоте рапевтов и психологов. Авторами обследовано 101 студентов, интернов, начинающих специалистов и врачей-психотерапевтов со стажем работы 4 года и более. В группе профессионалов психотерапевтов 74% имеют адаптивную тревожность, 24% склонны к проявлению депрессивных реакций, 4% имеют кли нически выраженные признаки тревожности и депрессии. Уро вень самооценки с накоплением опыта возрастает, показатели склонности к депрессии и невротизации уменьшаются.

Очевидно, что снижение уровня невротизации, депрессивно сти и тревожности коррелирует с приобретением навыков реше ния личностных проблем, участием в тренингах, исполняющих роль балинтовской группы.

1.4. Синдром «выгорания», качество жизни и аддиктивные расстройства у врачей Среди профессиональных групп, подверженных алкоголиз му, положение врачебной корпорации особенно сложное, по скольку должностные обязанности ставят их на передний край борьбы с алкоголизмом, а их человеческие качества могут иметь недостатки, свойственные всем людям. Сама профессиональная деятельность медицинских работников предполагает эмоцио нальную насыщенность и высокий процент факторов, вызы вающих стресс. Это ответственность за жизнь и здоровье паци ентов;

длительное нахождение в «поле» отрицательных эмоций, которые по механизму эмоционального заражения передаются на медицинского работника;

неравномерный режим работы с ночными и суточными дежурствами;

заработная плата, не соот ветствующая степени социальной ответственности, что вызыва ет чувство неудовлетворенности и личностные стрессы (Щерба тых Ю. В., 2006).

Несмотря на осведомленность о потенциальной возможности развития пристрастия к наркотическим веществам, медицинские работники начинают их употреблять с целью эмоционально «разрядиться» или поддержать уровень работоспособности.

Принимающий наркотики врач – это человек, находящийся в состоянии дистресса. Прием алкоголя или лекарственных средств рассматривается им как возможность справиться с де прессией, усталостью, психологическим напряжением (Brew ster J. M., 1986).

Многие исследователи относят профессию врача к факторам повышенного риска злоупотребления алкоголем и наркотиками (Сидоров П. И., 2003;

Величковский Б. Т., 2005;

Лукьянов В. В., 2007;

Crane M., 1988;

Rawnsley K., Gallegos K., Talbott D., 1999).

Как показывают исследования за рубежом, по оценке Нацио нального института психического здоровья (программа эпиде миологического исследования ЕСА) в США 20,1% врачей стра дают алкоголизмом и 7,1% – наркоманией (Robins L., 1991).

Среди больных алкоголизмом 95,4% мужчин и 4,6% женщин, а среди больных наркоманией – 86,8% мужчин и 13,2% женщин.

Отмечено, что начальные проблемы у врача-алкоголика или наркомана касаются семьи, последующие – работы и других сфер жизни. Среди служебных проблем – это снижение качества профессиональных обязанностей (заполнение историй болезни, выписных эпикризов, прописывание большого количества пре паратов), сообщения персонала об изменении поведения («сплетни и слухи»), сообщения о недоступности доктора на рабочем месте, употребление алкоголя во время исполнения служебных обязанностей.

Длительные эмоциональные и физические нагрузки, разоча рование в жизни, необходимость расслабиться после многих часов работы побуждают врачей прибегать к созданию привыч ного комфорта, знакомого со времени студенческой жизни. В качестве группы риска Л. Ф. Тихомирова (1985) выделила лиц, употребляющих алкоголь раз в неделю и чаще среди врачей раз личных специальностей: у анестезиологов этот показатель со ставил 36%, у хирургов – 27,4%, рентгенологов – 14,3%, акуше ров-гинекологов – 6,15%, стоматологов – 5%.

По данным В. Ф. Мельникова, В. В. Сырейщикова (1985), в общей совокупности заболевших алкоголизмом врачей 20% со ставляют терапевты, 16% – хирурги, 15% – стоматологи, 12% – врачи скорой помощи, 5% – гинекологи, 5% – психиатры, 37% – патологоанатомы, по 2% – рентгенологи, инфекционисты, дер матологи. Представители таких специальностей, как педиатрия и невропатология, не встречались.

R. Murray (1977) отмечает, что поступление врачей на лече ние по поводу алкоголизма в 3 раза превышает таковое в ос тальной части высшего общества, к категории которой принад лежат врачи.

А. П. Андреева, И. Е. Булыгина, А. В. Голенков (2005) вы явили, что в Чувашии около 2% врачей страдает алкогольной зависимостью, что сопоставимо с регистрируемыми общепопу ляционными показателями. Авторами обследовано 40 врачей, обратившихся в наркологический диспансер, средний возраст лет. Среди обследованных преобладали хирурги (35%), затем следовали анестезиологи-реаниматоры и акушеры-гинекологи – по 15%, терапевты (7,5%), педиатры (5%), представители других специальностей. Катамнестические наблюдения свидетельству ют о длительных сроках воздержания от употребления алкоголя (от трех лет и выше).

Д. Ч. Теммоевым (2005) в Кабардино-Балкарии на протяже нии 5 лет обследовано 74 больных алкоголизмом и 38 больных наркоманией врачей. Врачебные болезни зависимости имеют свои особенности: более выражена анозогнозия, обращаются в запущенных случаях, особенно наркологи и психиатры. При мерно 30% обследованных не справлялись с обязанностями и меняли места работы, оказываясь в наркологических ЛПУ, чем и объясняется высокий процент зависимых среди наркологов.

Больные алкоголизмом врачи быстрее и грубее деградировали, были демонстративны и дисфоричны (55%). Больные наркома нией дольше сохранялись, были более изворотливы, «диплома тичны», лживы, коварны, дольше сохранялись на работе. В це лом врачи-алкоголики наносили ущерб больше себе и семье, врачи-наркоманы были опасны для окружающих.

О влиянии врачебной специальности на уровень и склон ность к алкоголизации выявлено следующее: из 45 больных ал коголизмом врачей было 15 хирургов, 8 – главврачей участко вых больниц, 6 врачей СЭС, 4 стоматолога, 4 терапевта, 3 рент генолога, 2 психиатра, по 1 врачу других специальностей. Сде лан вывод, что не специальность определяет склонность к алко голизации, а склонность к алкоголизации определяет выбор специальности. Результаты лечения по эффективности ниже, чем у других подобных больных (Обухов Г. А., Костейко Л. А., 1996). Излишняя самоуверенность, повышенная самооценка се бя как специалиста, по существу, являются проявлением алко гольной анозогнозии. Сдерживающее влияние профессии ска зывается на относительно малой прогредиентности алкоголизма, тщательном его сокрытии, поздней обращаемости за медицин ской помощью. Ложно понимаемая коллегиальность способст вует этому затягиванию, а врачебный диплом усугубляет ано зогнозию.


Обследование 620 врачей общей практики в Великобритании (1995) выявило у 26% врачей клинически выраженную депрес сию, у 41% – высокий уровень тревожности (Брук Д., Льето Т., МакХью К. Б., Редди С., Фромсон Дж. А., 1998).

По данным Д. Брук и др. (1998), злоупотребление алкоголем и наркотиками среди врачей составляет от 8 до 12%, такая же распространенность отмечается среди остального населения. У врачей узких специальностей риск развития химической зави симости более высокий. Одной из таких категорий считаются врачи-анестезиологи. Анализ данных эпидемиологических ис следований, проведенных в США, выявил, что у врачей анестезиологов риск развития химической зависимости выше, чем в общей популяции врачей (Hughes P. H., 1991).

По результатам обследования медицинского персонала коллед жа Висконсина, 15,8% анестезиологов злоупотребляли лекарствен ными препаратами, обладающими наркотическими свойствами (Baldwin D. С. Jr., Hughes P. H., Conard S. E. et al., 1991).

В 50 штатах США существуют программы по лечению вра чей, страдавших от наркотической зависимости. В штате Масса чусетс врачи, злоупотребляющие алкоголем или наркотиками, могут быть направлены в Центр лечения врачей (Physician Health Services – PHS). В штате Массачусетс врач, у которого выявлено злоупотребление ПАВ, не лишается лицензии на заня тие лечебной деятельностью, если он проходит лечение по про грамме PHS.

В штате Калифорния пересматривают отношение к медра ботникам, страдающим наркотической или алкогольной зависи мостью – с июля 2008 года планируется закрыть программу, действующую в течение 27 лет, которая позволяет медработни кам, страдающим наркотической или алкогольной зависимо стью, после прохождения соответствующего курса лечения про должать медицинскую практику. После того, как программа за кроется, медицинская комиссия будет лишать лицензии таких медработников. Такое решение вызвало протест у многих пред ставителей медицины, в том числе членов Американской меди цинской ассоциации, которые приводят в качестве аргумента то, что отсутствие такой альтернативы будет вынуждать медработ ников, страдавших зависимостью, скрывать свое заболевание, что может привести к более серьезным последствиям (Меди цинский вестник. – 2007. – №12).

По мнению P. H. Hughes et al. (1992), желание сохранить об щественное положение и профессиональный статус удерживает врача в дальнейшем от злоупотребления наркотиками или алко голем.

1.5. Гендерные особенности формирования синдрома «выгора ния» и аддиктивных расстройств у врачей и студентов-медиков Среди женщин-врачей распространенность зависимости от ПАВ ниже, чем среди их коллег мужчин. В США женщины, кото рые лечились от химической зависимости, составляют от 3 до 6% врачей. Выбор наркотического вещества, характер и способы употребления определяются в большей степени специализацией, чем возрастом и полом (Baldwin D. С., Huges P. N., Conard S. E. et al., 1991). Практикующие врачи, фармацевты, стоматологи, медсе стры чаще всего злоупотребляют алкоголем. Студенты старших курсов медицинских учебных заведений наиболее часто употреб ляют алкоголь (87,5%), марихуану (10%), кокаин (2,8%).

Злоупотребление алкоголем и наркотиками связано с высоким риском суицидов среди врачей. Как показали исследования, прове денные в США, уровень суицидов среди мужчин-врачей составля ет 36 на 100 тыс. населения, среди женщин – 41 на 100 тыс., тогда как среди женщин-неврачей уровень суицидов составляет 12 на 100 тыс. населения. Доступность лекарств и знание токсичности являются у врачей предрасполагающими факторами при соверше нии самоубийства. Самый высокий риск наблюдается среди вра чей-психиатров, окулистов и анестезиологов (Hays L. R., Cheever T., Patel P., 1996;

Lindeman S., Laara F., 1997).

Выявлены гендерные отличия СЭВ – среди мужчин наиболее высокие показатели СЭВ были выявлены у специалистов в об ласти общей и детской психиатрии, общей медицинской прак тики и профессиональной патологии, внутренних болезней, он кологии, пульмонологии, дерматологии и венерологии. Среди женщин наиболее высокие показатели СЭВ были выявлены у специалистов в области общей медицинской практики и про фессиональной патологии, радиологии, внутренних болезней, неврологии, пульмонологии, дерматологии и венерологии. Не специалисты (младший медицинский персонал) обоих полов отличались более высокими показателями сгорания, чем спе циалисты. Самые высокие показатели этого синдрома как у мужчин, так и у женщин наблюдались у сотрудников государст венных медицинских учреждений, а самые низкие – у лиц, рабо тающих в частных учреждениях, университетах, научно исследовательских институтах. Специфическая «ролевая на грузка» у врачей-женщин, вызывающая конфликт между про фессиональными и домашними обязанностями, характерна для всех стран.

Образ женщины психотерапевта воспринимается пациентом как фигура Заботливого Родителя, любящего и всепрощающего «Спасителя». Эффективная стратегия строится на разделении с пациентами ответственности за терапию, на отказе от роли «ма тери Терезы», знании, что пациент за ролью «Жертвы» исполня ет роль «Преследователя». Выход в том, чтобы радоваться и плакать вместе с пациентом, не боясь осуждения в непрофес сионализме (Макарова Г. А., 2001).

Исследователи Швейцарии изучили влияние «ролевой на грузки» на женщин-врачей и пришли к заключению, что она связана с риском для здоровья и снижает на 10 лет ожидаемую продолжительность жизни по сравнению со средними показате лями в популяции женщин.

В Великобритании изучали соотношение между условиями работы и состоянием психического здоровья у 1505 женщин, работающих в больницах (медицинские сестры и младший ме дицинский персонал). Риск возникновения психических нару шений и ухудшения общего состояния здоровья в наибольшей степени повышался при высоком уровне стресса на работе, пси хологической нагрузке и напряжении, связанном с графиком работы (Estryn-Behar M., 1990;

Heim E., 1991).

Среди врачей обнаруживается один из наиболее высоких уровней самоубийств. Женщины-врачи совершают самоубийства в 3 раза чаще, чем представительницы общей популяции, а для мужчин-врачей показатель самоубийств вдвое превышает сред нестатистический (Старшенбаум Г. В., 2005). В связи с этими об стоятельствами, жизненно важной задачей является гармонизация личностной структуры врача и поддержание ее на высоком уров не, адекватном успешной профессиональной деятельности. Важ ным для успешной профилактики и коррекции СЭВ является во прос о личностных факторах, способствующих и препятствую щих его возникновению и развитию (Безносов С. П., 2004;

Бой ко В. В., 2004;

Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С., 2005;

Юрье ва Л. Н., 2004, 2006;

Орел В. Е., 2005 и др.).

Американской медицинской и психиатрической ассоциациями установлено, что треть из психиатров совершили суицид в первые годы профессиональной деятельности, а риск суицида у женщин психиатров в 4 раза выше, чем в общей популяции женщин. В группу риска были отнесены врачи-психиатры, употребляющие алкоголь и наркотики или находящиеся в состоянии острого или хронического стресса. Г. И. Каплан, Б. Дж. Сэдок (1994), проанали зировав количество суицидальных попыток в различных профес сиональных группах, пришли к аналогичным выводам.

Ряд исследователей считает, СЭВ может потенцировать суи цидальное поведение. Эта взаимосвязь отражена в ВОЗовском определении СЭВ. Склонность к суицидальному риску в суб культуре врачей-психиатров отмечается практически всеми ис следователями. Врачи-психиатры входят в группу высокого суицидального риска среди всех категорий медицинских работ ников. Среди них велик процент депрессий, зависимости от ал коголя и других ПАВ, выше частота психосоматических рас стройств и короче продолжительность жизни.

Исследования, проведенные в различных регионах мира, по зволяют говорить о том, что СЭВ начинает формироваться уже у студентов-медиков старших курсов. Эпидемиологические ис следования распространенности СЭВ не проводились, но по данным G. Henderson (1980), около 40% врачей имеют те или иные признаки выгорания, которые ухудшают их профессио нальную деятельность.

Подверженность врачей алкоголизации (Rawnsley K., 1984) обусловлена развитием привычки к употреблению алкоголя в период учебы в институте, на раннем этапе профессиональной деятельности, условиями работы и эмоционально-стрессовыми состояниями, с ними связанными (Morse R. M., Martin M. A., Swenson W. M., Niven R. G., 1984;

McAuliffe W. E. et al., 1984;

1986).

Ряд исследователей относит созависимость к тому же ряду болезненных состояний, что и зависимость, другие подчеркива ют, что созависимость скорее отвечает критериям патологиче ского развития личности, третьи выделяют её как вторичную приспособительную реакцию в ответ на глубокую психическую травматизацию в результате совместной жизни с химически за висимым больным.

Б. Ю. Приленский, И. В. Овчинникова, Д. В. Култышев (2007) обследовали студентов третьего курса медицинского вуза в возрасте 19 лет. Наличие созависимости выявлено у 32% сту дентов. В этой группе отмечались чаще такие чувства, как бес покойство (68,7%), скука и одиночество (56%), депрессия, от чаяние, ревность, тревога, напряжённость (37,5%), неуверен ность, вспышки ярости, плач, агрессия, нарушения сна состави ли по 25%, характерологически оказались повышены показатели паранойяльности (37,5%). Лишь у 10% на первый план выходи ла деятельность, у 8% можно было отметить аналитический склад ума.

У будущих врачей в процессе обучения в вузе меняется эмо циональная реакция в сторону тревожности и напряженности, нарастает способность к эмоциональной идентификации с боль ным (Василькова А. П., 2000;

Васильков А. М., Василькова А.

П., Ковалев А. С., Сошкин А. П., 2001).

В последние десятилетия можно отметить рост частоты алко голизации в сочетании с употреблением наркотиков, увеличение распространенности ранних форм женской алкоголизации среди студенческой молодежи. Основным мотивом алкоголизации студентов в 40% случаев было стремление к «удовольствию» и «приятным ощущениям» (Басов А. В., 1985;

Миневич В. Б., Пря духин Ю. И., 1985;

Кондрашов А. В., Кондрашова Т. И., Се мин И. Р., 2001). Растущее психологическое напряжение, неуст роенная жизнь, неблагополучие в семье, мода и конфликт с со циальными нормами – таковы причины роста алкоголизации и алкоголизма среди студентов.

У будущих врачей в процессе обучения в вузе меняется эмо циональная реакция в сторону тревожности и напряженности, нарастает способность к эмоциональной идентификации с боль ным (Василькова А. П., 2000;

Васильков А. М., Василько ва А. П., Ковалев А. С., Сошкин А. П., 2001). Из 757 студентов медицинской академии Т. Ю. Гречко, О. Ю. Ширяев (2005) об наружили признаки алкогольной зависимости у 8,8% (6,5% мужчин и 2,3% женщин), признаки злоупотребления алкоголем – у 11,3% обследованных, что подтверждает серьезность про блемы алкоголизма среди студентов-медиков.

Исследование, проведенное А. В. Худяковым, А. Д. Бурджа лиевым (2006) показало, что у большинства студентов ИвГМА (обследовано 766 чел.) выявляются акцентуации характера. Ус пешные в учебе студенты отличаются педантичной и экзальти рованной акцентуацией, отстающие – демонстративной и за стревающей. Доля студентов, злоупотреблявших алкоголем, со ставила более одной трети.

С. О. Сазонов, Б. Ю. Приленский (2006) исследовали влияние психотерапии на студентов медицинского вуза (ТюмГМА), страдавших расстройствами невротического круга. Студенты (n=238) предъявляли жалобы, которые принято относить к сим птомам дезадаптации и неврастении (F43 и F48). Среди причин назывались интеллектуальные и нервно-психические перегрузки (62%), дефицит времени и недосыпание (47%), непонимание и конфликты с родителями (23%) и любимым человеком (21%).

По данным томских исследователей (Кондрашов А. В., Кон драшова Т. И., Семин И. Р., 2001), 10% студентов вузов нахо дится в группе повышенного риска по употреблению ПАВ. Вы явлено, что студенты СибГМУ проявляют минимальную толе рантность к наркологическим пациентам, что авторами интер претировано как проявление механизма психологической защи ты – проекции, при которой неприемлемые для личности им пульсы и мысли приписываются другим людям. Это позволяет избежать тревоги путем создания положительного образа «Я» на фоне негативного восприятия окружающего мира, но, с другой стороны, ведет к затруднению социальной адаптации.

Теоретической основой профилактики выгорания может стать констелляция таких факторов, как чувство соответствия между собственными возможностями и требованиями среды, адекватная оценка своих возможностей, чувство собственной значимости и эффективности своих действий, создающие пред посылки для личностного и профессионального развития (Рон чинская Т. И., 2002).

Доказанным является положительное влияние работы в ба линтовских группах на коррекцию проявлений СЭВ у психиат ров-наркологов и, в конечном счете, на эффективность прово димой ими психотерапии у больных алкоголизмом (Бойко В. В., 1998;

Кривенков С. Г., 2002). Методика проведения балинтов ских групп приводит к снижению степени выраженности СЭВ у наркологов, гармонизирует у них структуру центральных лич ностных функций и способствует повышению эффективности психотерапии у зависимых от алкоголя лиц (Лукьянов В. В., Блюм А. И., 2006).

Одним из факторов, преграждающих усугубление СЭВ, яв лялось принятие личной ответственности за свою работу. Зна чение имеет способность профессионала выходить из кризиса, преодолевать дезадаптацию путем поиска нового смысла в дея тельности (Форманюк Т. В., 1994).

«… Обязанность государства обеспечить медицинских ра ботников достойным и приличествующим образом жизни. Когда врач плохо одет, с трудом сводит концы с концами, не обеспе чен хорошей квартирой, никакая клятва Гиппократа не сделает его доброжелательным. Он не только врач, но и человек. Ему не до психологии, не до собственной квалификации, не до врачева ния. Когда много лет назад английские врачи устроили забас товку, добиваясь повышения зарплаты, они мотивировали свое требование не тем, что она низка, а тем, что она недостаточна для поддержания имиджа врача в глазах общества и пациентов, что необходимо для полноценного врачевания» (Elshtein N. V., 1996).

Таким образом, проблема влияния профессиональной дея тельности на личность остается актуальной. Лица, работающие в сфере охраны здоровья, в наибольшей степени подвержены профессиональной деформации, так как их профессия связана не только с большим количеством контактов с людьми, но и с особенностями этих отношений. Сложный характер синдрома «профессионального выгорания», разнородность интерпретаций его причин требуют поиска исследовательских стратегий по изучению факторов, препятствующих профессиональному росту и провоцирующих развитие профессиональной деформации, синдрома «эмоционального выгорания», распространенности нервно-психических и аддиктивных расстройств у врачей.

Глава ОБЪЕКТ, МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Объектом исследования явились врачи стационарного профиля, работавшие в клиниках, территориально относившихся к северо восточному региону Казахстана (Павлодар и Павлодарская область).

Предметом исследования явились психическое здоровье, КЖ и специфические условия труда у врачей стационарного профиля.

Исследование являлось кросс-секционным со статистической обработкой результатов по методологии «случай–контроль» и включало следующие основные этапы: 1) рандомизированный отбор и обследование врачей стационарного профиля, работав ших в клиниках, территориально относившихся к северо восточному региону Казахстана;

2) выделение «случаев» с пси хическими расстройствами, включая аддиктивные расстройства, согласно клиническим критериям МКБ-10 (исследуемая группа или «случаи») и здоровых врачей (контрольная группа);

3) кли нико-психопатологическое обследование исследуемой группы и группы контроля;

4) психологическое обследование исследуемой группы и группы контроля;

5) регистрация исследуемых призна ков по стандартизированной схеме («индивидуальная карта»);

6) формирование базы данных исследования;

7) нозологическая, синдромологическая и феноменологическая группировка клини ческих и психологических данных по стандартизированным ал горитмам с помощью компьютерной программы;

8) статистиче ская обработка материала и анализ полученных результатов;

9) оформление выводов и отчетов проведенного исследования.

2.1. Характеристика материала исследования Случайная выборка из числа врачей, работавших в стациона рах клиник, территориально относившихся к северо-восточному региону Казахстана.

Настоящее исследование включало опрос 347 респондентов в клиниках Павлодара и Павлодарской области (северо-восточный Казахстан). Были отобраны все существующие клиники города Павлодара, имевшие стационарные отделения терапевтического и хирургического профилей. Общее количество интервью было поделено между клиниками пропорционально численности ра ботавших в них врачей стационарного профиля.

Характеристика общей группы Распределение по гендерным признакам имело следующее соотношение: 152 чел. (48,3±5,2%) составили лица мужского пола, 195 чел. (56,2±5,2%) – женщины.

Распределение по социальным характеристикам отражало следующие группы: возраст;

семейное положение;

наличие де тей;

наличие собственного жилья.

Распределение по возрасту. Средний возраст врачей общей группы (количество полных лет на момент исследования) соста вил 40,3±1,2 года. Из них средний возраст врачей-мужчин со ставил 40,6±1,9 года, женщин – 40,0±1,7 года.

Распределение в зависимости от семейного положения име ло следующий вид: 79 чел. (22,6±4,4%) не состояли в браке. Из них мужчины составили 21 чел. (6,1±2,5 %), женщины – 57 чел.

(16,3±3,9%). Разница между лицами, не состоявшими в браке, между мужчинами и женщинами, являлась достоверной (Р0,01). Женщины, не состоявшие в браке, встречались в 2, раза чаще, чем мужчины, из числа врачей стационарного про филя северо-восточного региона Казахстана.

Лица, состоявшие в браке, получили следующее распределе ние. 231 чел. (66,2±5,0%) состояли в браке. Из них мужчины со ставили 124 чел. (35,6±5,0%), женщины – 105 чел. (30,1±4,8%).

Процентное соотношение внутри гендерных групп имело сле дующее распределение. Среди мужчин, состоявшие в браке со ставили 81,6±6,2% от числа своей гендерной подгруппы (n=152). Среди женщин состоявшие в браке составили 54,1±7,0% от числа своей гендерной подгруппы (n=195). Разни ца между лицами, состоявшими в браке в зависимости от при надлежности к гендерной группе, являлась достоверной (Р0,01). Среди мужчин лица, состоявшие в браке, встречались достоверно чаще в 1,5 раза, чем среди женщин.

Лица, состоявшие в разводе, получили следующее распреде ление. 18 чел. (5,2±2,3%) были в разводе. Из них мужчины со ставили 1 чел. (0,3%;

доверительный интервал 0,2%2,1%), женщины – 17 чел. (4,9±2,3%). Разница между мужчинами и женщинами, состоявшими в разводе, являлась достоверной (Р0,01). Женщины, состоявшие в разводе, встречались в 16, раза чаще, чем мужчины. Лица, имевшие статус вдовы/вдовца, получили следующее распределение. 7 чел. (2,0±1,5%) были вдовцами (вдовами). Все эти лица оказались женщинами.

Распределение по профессионально-профильным характери стикам имело следующее соотношение: 192 чел. (55,3±5,4%) составили врачи терапевтического профиля (терапевтической специализации/направления);

155 чел. (44,7±5,2%) – врачи хи рургического профиля.

Группу врачей терапевтического профиля составили терапевт общего профиля – 69 чел. (19,8±4,2%);

кардиолог – 9 чел.

(2,9±1,9%);



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.